6. Pospelov, D. A. (2004), Khristianskiy "epos"Non-na. Nonn iz Khmima. Deyaniya Iisusa. Parafraza Svyatogo Yevangeliya ot Ioanna [The Christian "epic" Nona / Nonn from Hmima. The Acts of Jesus. Paraphrase of the Holy Gospel of John.], Az-buka-Klassika, Saint Petersburg, Russia.
7. Rudnov, V. P. (1999), Slovar' kultury XX veka, [Dictionary of culture of the twentieth century], available at: https://dic.academic.ru/dic.nsf/enc_ culture/849/KAPTMHA (Accessed 29 August 2018).
8. Svetozarova, N. D. (2015), German Bakhman i yego kniga «Poyezdka v nemetskiye kolonii Berezanskogo rayona» [Hermann Bachmann and his book «A trip to the German colonies of the Berezanskiy district»], Nestor-Istoriya, Saint Petersburg, Russia.
9. Tokarev, S. A.(1978), Istoriya zarubezhnoy et-nografii [The history of foreign ethnography], available at: http://geum.ru/next/art-106444.leaf-12.php (Accessed 30 August 2018).
10. Utebayeva, A. S. Klassifikatsiya ballad sborni-ka «Volshebnyy rog mal'chika» Klemensa Brentano i Akhima fon Arnima [Classification of the ballads of the collection «The Magic Horn of a Boy» by Clemens Brentano and Achim von Arnim], available at: https://library.wksu.kz/dm-documents/YTe6aeBa%20A.C..pdf (Accessed: 08 August 2018).
11. Parin, A. V. (1985), Chudesnyy rog. Narodnyye ballady [A wonderful horn. Folk ballads. Moscow], Moskovskiy rabochiy, Moscow, Russia.
12. Arnim, L. A. von and Clemens, B. (1994), Des Knaben Wunderhorn, SWAN Buch-Vertrieb, Kehl, Germany.
13. Bruder, S. (1974), Volksliederbuch. Melodieausgabe, Bärenreiter-Verlag, Kassel, Germany.
14. Reger, M. Es waren zwei Koenigskinder, available at: http://primanota.ru/max-reger/ es-waren-zwei-konigskinder-sheets.htm (Accessed: 08 August 2018).
© Макина А. В., 2018 УДК 784.67
ЖАНРЫ ДЕТСКОГО ФОЛЬКЛОРА В ХОРОВОМ ЦИКЛЕ «ЛАДУШКИ»
Д. А. БАТИНА
В данной работе на примере хорового цикла «Ладушки» для детского хора и фортепиано современного пермского композитора Д. А. Батина анализируется претворение детских жанров фольклора в профессиональной хоровой практике.
Ключевые слова: детское хоровое исполнительство, репертуар, Д. Батин, хоровой цикл, обработка, малые жанры фольклора
Репертуар детского хорового коллектива — это самый важный фактор музыкального развития певчих, воспитания музыкальной культуры детей, формирования их нравственного и эстетического мировоззрения. Н. В. Аверина отмечает: «Особое значение репертуар имеет в детском хоровом исполнительстве, так как здесь закладывается фундамент музыкальной культуры детей. Разучивание и исполнение произведений оказывает многостороннее воздействие на психику ребенка, развивая его внимание, память, обостряет способность к наблюдениям и обобщениям, делает более тонким и восприимчивым его слух, воспитывает ощущение формы, гармонии. Репертуар оказывает непосредственное влияние на воспитание эстетического вкуса, на формирование художественных взглядов и представлений детей и определяет творческое, исполнительское лицо детского коллектива» [1]. В умело подобранном репертуаре прослеживается синтез воспитания и обучения, единство процесса овладения
знаниями, навыками, умениями и систематического, целенаправленного воздействия на духовное развитие личности. В этом и проявляется основное значение репертуара.
В последние годы появляются новые хоровые сборники, тетради, в которых сочетаются музыкально-поэтические достоинства и педагогическая целесообразность репертуара. Среди них: «Пойте с нами» (2002, сост. Н. В. Никольская), «Хоровые миниатюры и песни» в двух частях Е. Подгайца (2004), Хоры для детей: сборник циклов и отдельных хоров С. М. Слонимского, репертуарный сборник «Песни солнца» (2006, сост. М. Амбарцумян, Г. Ковалев), «Праздник каждый день» И. Каплуновой и И. Новосколь-цевой (2007), сборник песен «Дружная песня» А. В. Чернышова (2007), сборник песен «Мир прекрасен» А. С. Наумовой (2012), «Хоровая лаборатория XXI века»: музыка для детей и юношества (2012, сост. И. В. Роганова), «Нотная папка хормейстера», сост. Б. И. Куликов и Н. В. Авери-
на (2013), хрестоматия «Младший хор. Одноголосие» (2015, ред.-сост. И. В. Роганова) и многие другие.
Одна из важных составляющих репертуара детского хорового коллектива — это фольклорные произведения, формирующие эстетический и художественный вкус детей на основе национальной музыки и поэзии. В настоящее время, с его ускоренным темпом, динамичным ритмом, с активным электронно-техническим развитием фольклор выступает в качестве противовеса, который позволяет не потерять живую интонацию, русское слово, вековые традиции и богатство фольклорных пластов. Прикосновение к «живительному источнику» народной мудрости — фольклору — необходимо в самом раннем школьном возрасте. С. Миропольский так отмечал благотворное воспитательное влияние народной песни на исполнителей и слушателей: «Песня служит незаменимым средством для образования здорового вкуса, понимания изящного и способности им наслаждаться» (цит. по: [7, с. 27]).
Народная поэзия богата аллегориями, эпитетами, метафорами, художественными образами, что придает определенную направленность детскому воображению. Исследователи сравнивают содержание народной песни со «здоровой пищей» для детского представления, чувств, заветных мечтаний. В одной из крупных работ по детскому фольклору М. Н. Мельников подчеркивает: «В детском фольклоре находится ключ к пониманию возрастной психологии, детских художественных вкусов, детских творческих возможностей» [8, с. 3]. «Детский фольклор представляет специфическую область народного творчества, объединяющую мир детей и мир взрослых, включающую целую систему поэтических и музыкально-поэтических жанров фольклора» [8, с. 4]. Фольклор для детей можно разделить на несколько групп: а) «поэзия пестования» или «материнская поэзия» (колыбельные песни, пестушки, потешки, прибаутки); б) календарный (заклички и приговорки); в) игровой (игровые припевы и приговоры, жеребьевые сговорки, считалки, дразнилки, поддевки, перевертыши; г) дидактический (скороговорки, загадки, пословицы и поговорки). Е. М. Кершнер считает, что именно фольклор должен быть основой воспитания детей, средой познания окружающего мира и идентификации себя в этом мире. Фольклор — это уникальная педагогическая система познания этики, норм поведения, ценностей и красоты (цит. по: [4, с. 34]).
Неоспоримым вкладом в репертуар детского коллектива является хоровая музыка современного пермского композитора, члена Союза ком-
позиторов России, дипломанта международных конкурсов Д. А. Батина (род. 1974). Уже признанная многими музыкантами г. Перми и различных регионов России хоровая музыка молодого композитора отвечает воспитательным и обучающим задачам репертуара. Хоровое творчество Д. А. Батина весьма разнообразно: это духовные сочинения («Cruxifixus», «Месса», «Gloria brevis in D», «Месса», «Ave Maria»), концерт («Песни Гагаку» на слова японских поэтов), хоры a cappella («Два хора на слова А. Володеева»), оперы для детей («Страсти по Ивану Семенову» по повести Л. Да-выдычева, «Призраки Рождества» по мотивам святочного рассказа Ч. Диккенса «Рождественская песнь в прозе», «Малахитовая шкатулка» по мотивам произведений П. Бажова). К числу последних сочинений относятся кантата «Звездочет» на слова Л. Кузьмина, а также цикл «Ладушки» для детского хора и фортепиано по мотивам народных уральских потешек и прибауток. Это интересный и оригинальный пример воплощения детских фольклорных жанров в хоровом варианте исполнения.
Если в музыкальной практике переложением и аранжировкой называют «перенесение фактуры оригинального произведения в иную, но схожую с оригиналом сферу» [10, с. 186], то обработка имеет «отличительную от оригинала художественную образность» и допускает весьма значительное вмешательство в оригинальный текст (добавления, дописывания, изменения и пр.). Обработка в широком истолковании означает «всякое видоизменение нотного текста музыкального произведения, преследующее определенные цели» [6, с. 1070]. В связи с этим основным приемом претворения фольклорных жанров в хоровую партитуру цикла Д. А. Батина является обработка. В хоровой литературе известны такие обработки народных песен для хора, как цикл «Пять свадебных песен» В. Калистратова, обработка русской народной песни «Во кузнице» А. Косенкова, обработка русской солдатской песни «Песнь о Вещем Олеге» А. Любимова, обработка русской народной песни «Хоровод» Л. Некрасовой, обработка русской народной песни «Во поле березка стояла» В. Полякова, обработка русской народной песни «Не бушуйте, ветры буйные» Е. Таракановой и многие другие.
В цикле «Ладушки» Д. А. Батина пять частей: 1) «Лады, лада»; 2) «У бабушки»; 3) «Кот-ко-тонай»; 4) «Бирю, бирю волчок»; 5) «Ай, ду-ду». Все части представляют различные народные жанры, отражающие целый мир детской жизни.
Первая, вторая, третья и пятая части цикла относятся к группе материнского фольклора или материнской поэзии. Первая часть выполняет функцию вступления к предстоящей детской за-
баве и передает настроение радости ожидания и нетерпения.
Ладушки, лады, лады, лада,
Не поливаны сады, да.
Некогда поливать,
Надо в ладушки играть.
Ладушки, лады, лада (4 раза).
«Ладушки» являются старинной детской игрой-потешкой, исполняемой няней или родителями ребенку для утехи и развития коммуникативных навыков. Истоки игры уходят в славянскую мифологию и ее обрядовые действия. Аналогичное явление существует в английской культуре — pat-a-cake. Наряду с «Сорокой» («Сорока-воровка», «Сорока-ворона») «Ладушки» представляют классический образец русских детских потешек. Для исполнения «Ладушек» берут руки ребенка в свои и, хлопая ими в ладоши на ударных слогах, напевают текст. В Толковом словаре русского языка Д. Н. Ушакова отмечается, что это «слово иногда понимается, как "ладошки", потому что при пении ударяют детскими ладошками одну о другую, но по происхождению это может быть множественное от "ладушка"». Ладушка в народной поэзии — возлюбленный, возлюбленная, милый, милая (Толковый словарь русского языка С. И. Ожегова). В славянской мифологии Лада — это божество, богиня весны, весенней пахоты и сева, покровительница брака и любви.
В музыке первого номера настроение детской радости передается быстрым темпом (J = 100) и обозначением характера Maestoso. Каждая из четырех строк единственной строфы данного номера изложена в трех тактах, образуя в целом структуру из 12 тактов. Это типичная структура периода, характерная для народной музыки, в которой прослеживается гемиола 3 : 4 в виде 4-х фраз по три такта. Также гемиола заложена в переменности размера: 4/4 и 3/4. Фольклорная основа музыки подчеркивается народным ладом — D-dur миксоли-дийский с элементами лидийского (тритоновый скачок d-gis в басу партии фортепиано) (см. пример 1).
В мелодической линии хора присутствуют элементы речитативности, говорка, скандирования на одном звуке, чередующиеся с интонацией восходящей большой секунды. Двухголосная вертикаль хора (soprano, alto) постоянно подчеркивает интервал чистой кварты как интонации призыва, передающей общий характер активности. С нее начинаются и заканчиваются фразы. Общий диапазон хора выдержан в объеме чистой квинты, в пределах которого выстраиваются вертикали терций и большой секунды.
Если инструментальный проигрыш звучит в размере 3/4, то основной хоровой напев проходит в размере 4/4. В нем присутствует пропевание всех слогов равномерными музыкальными длительностями (восемь восьмых). Отдельные слоги расцвечены небольшими распевами. В данном случае важно понятие слогового времени, в котором, согласно Т. В. Поповой, «музыкально-ритмическая продолжительность одного слога вне зависимости от того, выражен ли этот слог одним звуком (четвертью, половиной) или же попевкой из двух, трех, четырех и большего количества звуков» [9, с. 156]. Чтобы сохранить равнодлитель-ность строк с разным количеством слогов (9, 8, 6, 7, 7), отдельные слоги представлены небольшими попевками из двух звуков.
Силлабическая подача текста на основе ритмической фигуры в первой и последней строках на слова «Ладушки, лады, лада» (восьмая, две шестнадцатые, четыре восьмых) ассоциируется с моторным движением (хлопанье в ладоши). Динамичная партия фортепиано, написанная на // и sf, с обилием акцентов и глиссандо, и охватывающая диапазон инструмента от большой октавы до третьей, многократно утверждает ритмическую формулу с добавлением дробления первой или третьей доли на шестнадцатые длительности. Если первые три фразы номера построены по принципу чередования (вопрос-ответ) оркестра и хора, то в четвертой фразе хор на слова «Ладушки, лады, лады» и оркестр сливаются в синхронном ритмическом движении, утверждая и предвосхищая настроение детской радости и игры-потешки следующего номера.
У потешки «У бабушки» (см. пример 2), мягкой и задушевной по характеру, существует много вариантов текста (около семи) (в частности, второй половины). В тексте второго номера цикла представлен мало известный вариант:
— Ладушки, ладушки.
— Где были?
— У бабушки.
Стряпала нам бабушка
Вкусные оладушки.
Ладушки, ладушки,
Стряпала оладушки,
В масло макала,
Всех угощала.
— Ладушки, ладушки, да.
— Где были?
— У бабушки.
— Что ели?
— Кашку.
— Что пили?
— Бражку.
— Что на закуску?
— Хрен да капустку.
— Ладушки, ладушки.
— Где были?
— У бабушки.
Попили, поели,
Домой полетели.
В данной части цикла использована куплетная форма (два куплета). Естественная речевая интонация первого стиха воплощается в музыке унисонным изложением хора с гетерофонным окончанием фраз в виде расщепления основного тона на восходящую большую секунду в партии сопрано и нисходящую в партии альтов. Как известно, гетерофония восходит к более архаическим типам изложения и связана с естественными особенностями человеческого голоса. Мелодика второго стиха становится более развитой в партии сопрано, образуя с несколько статичным нижним голосом интервалы кварты и терции. Вопросы «Что ели?», «Что пили?», «Что на закуску?», «Где были?» построены на гармонических интервалах чистой квинты. Архаичность жанра подчеркивается квинтовыми созвучиями аккомпанемента, основанных на I, 17, IV, У17, У1ь7,УН7, 11ь7 мик-солидийского D-dur. Данные ступени являются элементами модальной гармонии. В этом номере полуторное соотношение гемиолы образуется в инструментальной партии сопоставлением внутри четырехдольного такта двух трехдольных и одного двухдольного мотивов.
Третий номер «Кот-котонай», написанный в жанре колыбельной песни, как и заключительный номер цикла (прибаутка) продолжает группу поэзии материнства. Если потешки побуждают ребенка к бодрствованию, обучению и знакомству с ручками, пальчиками, ножками, то данный номер переходит к размеренному, нежному напеву успокоения (см. пример 3).
Кот-котонай,
Поди дома работай,
Коням сена надавай.
Еще Ваню покачай.
Уж как я тебе, коту,
За работу заплачу —
Дам я кринку молока,
Дам кусок-то пирога.
Жанровый контраст — характерный прием для построения цикла. Две строфы изложены в форме предложений повторного строения по
8 тактов. Общеизвестный литературный текст воплощен самыми специфичными приемами ко-лыбельности. Первый двутакт, основанный на широкой распевной интонации от I к VII ступени с опорой на восходящую терцию и квинту, уравновешивается интонацией укачивания во втором мотиве, построенном на малой секунде (У-УЬУ) и заключительном возврате от IV ступени к I. Второй двутакт становится основой для 3 и 4 фразы, повторение которых создают атмосферу покоя. Умеренное использование приема распевания гласных придает песне особую выразительность, пластичность и гибкость мелодического изложения. В строении фраз присутствует переменность размера 4/4 и 3/4, вновь создающие гемиолу метра.
Четвертая часть «Бирю-бирю волчок» (см. пример 4) переходит к жанру сказки, произведению устного народного творчества, одного из видов фольклорной прозы. В основе текста лежит начало уральского варианта волжской сказки «Волщице»:
Бирю-бирю, бирю-бирю волчок.
На горе живет старичок.
Старичок да бабушка (2 р.).
Паренек да девушка(2 р.).
У них было семь овечушек,
Восьмое телятятко (2 р.),
Девято жеребятятко.
Многократно повторяющийся, «крутящийся» трихордовый мотив в партии сопрано создает ассоциации с быстро вращающейся детской игрушкой волчком-юлой. Присоединяющийся альтовый голос образует диссонирующие двухголосные созвучия (секунды, тритона, септимы), отражающие некоторую «угловатость» образа волка. В хоровой фактуре представлены все типы голосоведения: косвенное, противоположное и особенно параллельное (в чистую кварту). Интересной находкой второй половины стиха является каноническое изложение хора, нагнетающее общее динамичное движение, усиленное акцентами, динамикой //и sf, снова сходное с моторикой волчка-юлы.
Печальное содержание сказки подчеркивается гармонией в партии фортепиано, основанной на ступенях фригийско-дорийского а-то11. Некоторая архаичность, суровость уральской сказки иллюстрируется параллельными малыми минорными септаккордами VI , VII , III , IV ступе-
А мин мин мин7 J
нями в партии фортепиано.
В переменности размера вновь наблюдается полуторное соотношение долей: чередования
четырех- и трехдольного размеров, и соответственно двух- и трехдольных мотивов.
В заключительной 5-й части цикла использованы отдельные строки прибаутки «Ай, дуду».
Ай, дуду-дуду-дуду,
Сидит ворон на дубу, да (2 р.).
Он играет во трубу. Ой!
Труба шелковая (3 р.), полушелковая. Ой!
Синенькие глазки (3 р.) купили салазки. Ой!
Ехали мы, ехали (3 р.) к бабушке приехали.
Стала бабушка вставать (3 р.),
Стала нас она встречать!
В данной части сложный музыкальный размер 10/8 делится на ряд простых: 3/8+3/8+2/8+2/8. Обычно данный размер состоит из одинаковых простых размеров, если они будут разными, то такой размер называют смешанным. В сложном размере имеется не только сильная и слабая доли, но и относительно сильная, с которой звучит мелодия с другой ритмичностью. Сопоставление двух трехдольных и двух двухдольных мотивов, как и в предыдущих частях, образует гемиолу.
Мелодическая линия прибаутки существенно отличается от предшествующих частей. Построенная в виде поступенных нисходящих и восходящих двухголосных волн, тема охватывает диапазон чистой октавы в каждой партии. Динамичные в ритмическом плане фразы оканчиваются распевными октавными восклицаниями «Ой!» (пример 5).
На протяжении всей части партия фортепиано поддерживает хоровые голоса в виде дублировки. Данная прибаутка, написанная в темпе Presto, также выдержана в натуральном ладу (d-moll с элементами дорийского).
В конце прибаутки возвращается тема игры в «Ладушки»: композитор включает элемент театрализации, вводя на сцене парное хлопанье в ладоши (ремарка в нотах «играют в ладушки») на фоне того же тритонового хода (d-gis). Как реминисценция возвращается фраза первого номера «Лады, лада», каждая нота которой проходит с акцентов на ff с заключительным ударом на слог «Да!».
Обработки малых жанров фольклора в хоровом цикле «Ладушки» Д. А. Батина отличаются яркостью, образностью, доступностью изложения. Ориентируясь на детское хоровое исполнительство, на вокальное удобство данного произведения композитор обращает особое внимание на понятную детям форму, простоту и прозрачность фактуры, народные лады, удобство тесситуры, ясное голосоведение, лаконизм и строгую определенность хорового письма, глубоко продуман-
ную экономию выразительных средств. С чертами русской музыкальной ритмики связано проникновение гемиольных соотношений на уровень метроритмической системы: образование гемиольных ритмических рисунков, тактовой переменности с пропорциями 2 : 3 по горизонтали, смешанных размеров, сложение неквадратных структур.
В сочинении пермского композитора гармонично сочетается высокий профессионализм и простота музыкального языка, новые средства выразительности и традиции классической музыки. Все это способствует широкой востребованности сочинений Д. А. Батина в современном детском исполнительстве. Данный цикл входит в репертуар многих детских коллективов, таких как ДМШ «Хоровая капелла мальчиков и юношей» г. Перми, образцового хорового коллектива «Фантазия» ДШИ № 15 г. Перми, хор ДМШ г. Ессентуки и других. В хоровом творчестве пермского композитора чувствуется опыт многолетней дирижерской работы. По мнению хормейстеров, музыка Д. А. Батина отличается редкой сбалансированностью, гармоничностью и естественностью звучания.
Литература
1. Аверина Н. В. Проблема репертуара в детском хоровом исполнительстве: автореф. дис. ... канд. искусствовед. М., 1996. 24 с.
2. Бекирова Г. И. Современные обработки фольклорных мелодий: закат или расцвет жанра? // Вестник Челябинской государственной академии культуры и искусства. 2012. № 4 (32). С. 112-114.
3. Воробьева Т. Музыкальный фольклор — дошкольникам // Народное творчество. 2014. № 6. С. 44-47.
4. Галянт И. Г. Детский фольклор как средство организации жизненного пространства детей на этапе дошкольного детства // Вестник Челябинского государственного педагогического университета. 2016 № 8. С. 32-36 [Электронный ресурс]. Режим доступа: https://e. lanbook.eom/reader/journalArticle/317613/#2 (дата обращения: 22.01.2018).
5. Зуева Т. В. Русский фольклор. М.: Флинта: Наука, 2002. 400 с.
6. Келдыш Ю. В. Обработка // Музыкальная энциклопедия: в 6 т. / гл. ред. Ю. В. Келдыш. Т. 3. М.: Советская энциклопедия, Советский композитор, 1976. С. 1070-1071.
7. Мелик-Пашаев А. А. Ступеньки к творчеству. 2-е изд., испр. и доп. М.: Бином. Лаборатория знаний, 2012. 159 с.
8. Мельников М. Н. Русский детский фольклор. М.: Просвещение, 1987. 240 с.
9. Попова Т. В. Основы русской народной музыки. М.: Музыка, 1977. 224 с.
10. Самарин В. А. Хороведение и хоровая аранжировка. М.: Академия, 2002. 352 с.
References
1. Averina, N. V. (1996), Problema repertuara v detskom horovom ispolnitel'stve [Repertoire problem in children's choral performance], abstract of Ph.D. dissertation, Moscow, Russia.
2. Bekirova, G. I. (2012), "Modern processing of folklore melodies: sunset or flowering of the genre?", Vestnik Chelybinskoi gosudarstvennoi akademii kulturi i iskusstva [Bulletin of the Chelyabinsk state academy of culture and art], no. 4 (32), p. 112-114.
3. Vorob'eva, T. (2014), "Musical folklore for preschoolers", Narodnoe tvorchestvo [National creativity], no. 6, p. 44-47.
4. Galynt, I.G. (2016), "Children's folklore as means of the organization of vital space of children at a stage of the preschool childhood", Vestnik Chelyabinskogo gosudarstvennogo
pedagogicheskogo universiteta [Bulletin of the Chelyabinsk state pedagogical university], no. 8, pp. 32-36, available at: https://e.lanbook. com/reader/journalArticle/317613/#2 (Accessed: 22 January 2018).
5. Zueva, N. V. (2002), Russkii folklore [Russian folklore], Flinta, Nauka, Moscow, Russia.
6. Keldysh, Yu. V. (1976), "Processing", Muzykal'naya ehnciklopediya [Music Encyclopedia], Sovetskaya ehnciklopediya, Sovetskij kompozitor, Moscow, Russia, p. 1070-1071.
7. Melik-Pashaeva, A. A. (2012), Stupen'ki k tvorchestvu [Steps to creativity], Binom, Moscow, Russia.
8. Mel'nikov, M. (1987), Russkii detskii fol'klor [Russian children's folklore], Prosveshenie, Moscow, Russia.
9. Popova, T. V. (1977), Osnovy russkoi narodnoi muzyki [Bases of the Russian folk music], Muzyka, Moscow, Russia.
10. Samarin, V. A. (2002), Horovedenie i horovaya arangirovka [Horovedeniye and choral arrangement], Akademiya, Moscow, Russia.
Приложение
Score 1. Лады, лада
Д. Батин
Maestoso J = 100
2. У бабушки Д. Батин
А1^го • = 120
Пример 2
Score
Soprano
Alto
3. Кот-котонай
Andante J = 70
Д. Батин
Piano
í
Kolj kcl^to - най, поди дома рабо-
РР
Ш IJ
ш
шт
т
ш
Piu mosso
Pno.
Ptio
Пример 3
4. Бирю, бирю волчок
Д. Батин
Allegro J = 130
Soprano
Alto
Piano
--
Ф8 К • LJ '
Бирю, бирю, бирю, бирю волчок, на го- ре живет-то
flff fiff f i,f
тр
щщ
рр
pip
ÜPPP§
т
старичок, на го- ре живет-то ста - ри - чок, ста-ри - чок да ба - буш- ка.
4
é
ÜÉÉ
*
ш
Pno.
mf
ш
*
Пример 4
mJ 0 in- Ай, ду - ду - ду, ду - ду, ду- ду, си - дит, во-рон на ду-бу, да, --V--к——к—ч—V-
ПН \фш - = ' ¿ 4 I S J к К h # т ¿ д Ф J К
№ » ¿V 1 п Н = mf -е^- 1—¿ 1 j' i i * - Г * * ¿ - j ¿ * 5-
5. Ай, ду-ду
Д. Батин
Soprano
сидит ворон на ¿ (убу, да, Ni JJ JJ он иг - ра - ет во тр >y-6y. -f-
4 J J1 --k- к >p * é J] é =¡M 7
4a * d j d * J'J J.W =i=i y ' ihhh
У 7 T - - Г 7 ^ «fe í i -f-9—9 i 1 1
3* <3 Ой!
3- o
L m
шш
Ай, ду - ду - ду, ду - ду, ду- ду, си - дит, во-рон на ду-бу, да,
mf
% i i
№¡4* «N
Pno.
сидит ворон на дубу, да, он иг - ра - ет во тру-бу.
К h К К К К К
Ш Ш
Sf
F - ш ш тш
sf л
Рло
Ой!
а а mám mám ш
Пример 5