Научная статья на тему 'Свобода и ответственность в телевещании'

Свобода и ответственность в телевещании Текст научной статьи по специальности «Массовая коммуникация. Журналистика. Средства массовой информации (СМИ)»

323
37
Поделиться

Текст научной работы на тему «Свобода и ответственность в телевещании»

с

V,

КРУГОЗОР

)

От редакции

Современный молодой человек, вступающий в жизнь, познает реальную действительность во многом через ее отражение в разного рода «картинах мира». И ведущее место здесь, несомненно, принадлежит телевизионному вещанию, аудиовизуальной культуре. Однако роль телевидения в нравственном воспитании общества далеко не безупречна, а подчас и чревата дисфункциональным воздействием на зрителя в силу коммерциализации вещательных организаций. Влияние телевизионной реальности на молодежь, студенческую в том числе, - предмет вполне обоснованного беспокойства широкой общественности. Разделяет его и профессорско-преподавательский состав высшей школы. Свидетельством тому явилось, в частности, комплексное научное исследование по проблемам воздействия экранного насилия на студенческую молодежь, выполненное в 2001 г. на факультете социальной коммуникации Международного независимого эколого-политологичес-кого университета. В предлагаемых ниже публикациях авторы проведенного исследования делятся с читателем полученными результатами.

М. ЖАБСКИЙ, доктор социологических наук

Научно-исследовательский институт киноискусства

В. КОРОБИЦЫН, старший преподаватель

Международный независимый эколого-политологический университет

Свобода и ответственность в телевещании

Деструктивное влияние экранного насилия на телезрителя, особенно на молодежь, мало кто сегодня оспаривает.

Интересно, что и само телевидение уже не может замалчивать свою роль в распространении образов агрессивности. В этом плане показательно ток-шоу о насилии на ТВ, проведенное в ноябре 2001 г. на канале «Культура» министром М. Швыдким. А в программе «Время» (4.11.01 г.) телекомментатор не упускает случая обрушиться на морально-этические основы современного телевидения, припомнив коллегам мысль Ю. Лотмана о том, что «культура начи-

нается с ограничений». Речь тут идет по большому счету о росте агрессии и насилия в обществе, что находит отражение и на экране телевидения.

Такова, в общем, ситуация, сложившаяся не только в России, но и в мире. И возникает настоятельная необходимость воспрепятствовать этому пагубному процессу для психологической защиты личности, благоприятного социально-психологического климата в обществе.

Теоретически существуют три стратегических подхода к решению проблемы демонстрации насилия на телеэкране. Первая стратегия такова. Обще-

ство, а вместе с ним и телевидение как бы не замечают агрессии и насилия, считая их нетипичными, несущественными явлениями, как это часто делалось в прежние времена. Такой выбор поведения может иметь неожиданные рецидивы типа Чернобыля со всеми вытекающими последствиями.

Вторая стратегия решения вопроса - внимательно и скрупулезно отслеживаются проявления агрессии и насилия в обществе. Именно этот путь, кстати, избрало наше ТВ сегодня. Но вот с какой целью это делается? Чтобы предупредить о нарастающей опасности? Повлиять в определенном направлении на эмоциональное состояние общества? Защитить нас или дестабилизировать социальные процессы? Или причиной тому является неуемная жажда высокого рейтинга телепередач?

А что, если на деле подобная политика способствует развитию деструктивных процессов в обществе? Тогда возникает главный вопрос - кому выгодна эта ситуация? Ответ можно найти при анализе институциональных целей и задач самого телевидения. Похоже, что заинтересованной стороной в тиражировании образов агрессии и насилия волей-неволей выступают разные телеканалы. Их владельцам экономически выгодна дешевая, низкопробная продукция. В телевизионной коммерции главное - заработать деньги. На это ориентированы закупочная политика телеиндустрии и все вещание с его рейтинговыми доминантами. А «везде, где есть торговля, там и нравы коротки», как заметил кто-то из философов.

На самом деле, идя по этому пути, современное вещание не очень многого добивается. Месячный эфир основных каналов содержит в среднем примерно 1500 передач. Из них в ранг высокорейтинговых (15-42%) попадает

чуть более 90 передач, т.е. 6% от общего количества. Остальные 1410 передач, составляющие 94% всего эфира, не вызывают особого восторга у телезрителей и собирают менее 15% зрителей. И они не воспринимались бы обществом так болезненно, если бы не несли с собой в достаточно больших объемах вместе с насилием и агрессией чуждые нашему народу культуру, менталитет и совсем иные, непривычные для российской аудитории ценности (крайний индивидуализм, силовые решения, погоня за наживой, низменные моральные установки).

Третье стратегическое решение -рационально взвешенное, сбалансированное отношение к существующим проявлениям агрессии и насилия, установка на то, чтобы предупреждать опасные тенденции и не травмировать общество и личность.

Свобода, которой в условиях демократии располагает телевидение, имеет достаточно определенный социальный смысл. Она накладывает серьезнейшие общественные обязательства на тех, кто ею пользуется. Свобода означает широкие права, а обязательства - социальную ответственность деятелей телевидения. Свобода и права, обязательства и ответственность - две стороны одной медали. Свобода выражения не освобождает от ответственности за негативные последствия ее использования и тем более злоупотребление ею.

Как известно, в нормально организованном демократическом обществе функционируют специальные механизмы, обеспечивающие социальную ответственность института телевидения: лицензирование его деятельности, профессиональные кодексы, система обратной связи, контроль со стороны общественности, медиа-образование и др. В 90-е гг. российское телевидение получило исключительную, превышаю-

щую все мировые стандарты свободу слова. С другой стороны, в России как не было, так и нет до сих пор тех «сдер-жек и противовесов», которые имеются в других странах для предотвращения некорректного пользования и злоупотребления свободой слова. В связи с этим особую актуальность приобретают научное изучение деструктивных последствий социального функционирования телевидения и поиск способов их предупреждения или нейтрализации.

Эскалация в программах телевидения образов агрессивности, физического насилия при разрешении межличностных конфликтов прямо влияет на формирование ценностных ориентаций подрастающего поколения (что такое хорошо и что такое плохо - прежде всего), социальных установок и мотивов поведения. Наукой установлено, что в усвоении социального опыта, как позитивного, так и негативного, исключительную роль играют имитация и идентификация, т.е. подражание поведению значимых других и отождествление себя с определенными общностями, ведущие к принятию их ценностей, установок, норм и образцов поведения.

Принимая во внимание, что по силе воздействия и некритичности восприятия юной личности телевизионная картинка, будь то документальные сюжеты новостей или кинопроизведения, не имеет себе равных, вполне логично предположить, что бесконечно тиражируемые в программах телевидения образы насильственного мира являются дисфункциональным источником представлений определенной части подрастающего поколения о социальной действительности, способах самоутверждения человека в ней.

Мысль о том, что образы насилия могут сходить с телеэкранов и становиться реальными факторами агрессивного поведения в жизни, нашла отра-

жение в статье 14 федерального закона «Об основных гарантиях прав ребенка в Российской Федерации». В статье сказано: «Органы государственной власти Российской Федерации принимают меры по защите ребенка от информации, пропаганды и агитации, наносящих вред его здоровью, нравственному и духовному развитию... а также от распространения печатной продукции, аудио- и видеопродукции, пропагандирующей насилие и жестокость...»

Конечно, трудно заподозрить деятелей телевидения в умышленной пропаганде насилия и жестокости. Очевидно, что фильмы, обильно приправленные образами насилия, включаются в программы телеканалов практически с единственной целью - обеспечить их рейтинг и денежные поступления от рекламодателей. И внедрение этих образов в сознание зрительской аудитории происходит как побочное, непреднамеренное следствие коммерческой деятельности. Этим объясняется сложность проблемы и слабость реального социального контроля за результатами воздействия телепродукции.

Упомянутая статья закона на практике оказывается малоприменимой в вопросах об ответственности СМИ перед органами государственной власти за деструктивные последствия показа фильмов, насыщенных образами насилия. Столь же малопродуктивна и тревога общественности по данному поводу, которая не находит пока воплощения в реальных практических действиях. Впрочем, это и понятно. На протяжении всей истории советской аудиовизуальной культуры не существовало проблемы негативного воздействия образов насилия в телевещании. Ситуация коренным образом изменилась с переходом к рыночным отношениям, вхождением России в мировой аудиовизуальный рынок и глобализацией ее аудиовизуального простран-

ства. Во-первых, резко увеличилось количество телеканалов. Стремясь усилить свои позиции на рынке зрительских аудиторий (аудитории, предлагаемые телекомпаниями рекламодателям, фактически являются товаром), телеканалы при составлении сетки вещания делают свои рейтинговые ставки прежде всего на фильмы. В результате произошла значительная интенсификация телевизионного проката фильмов. Во-вторых, чтобы минимизировать себестоимость телевещания, ставка сделана на самые дешевые - экономически и эстетически - фильмы. Насилие, наряду с эротикой, криминалом и сенсацией, стало одним из определяющих критериев при составлении кинопрограмм. Аналогичные изменения стали происходить и в структуре зрительских предпочтений, которые, как известно, формируются по образу и подобию предлагаемого репертуара фильмов.

К сожалению, в условиях крушения прежней политической системы и установившейся ценностной дезориентации российская общественность не имела возможности распознать всю глубину опасности, таящейся в эскалации образов агрессивности в кинопрограммах телевидения. При всем том тревога прозвучала довольно отчетливо, о чем свидетельствуют материалы прессы, парламентских слушаний и т.д. Она, несомненно, будет возрастать по мере углубления стабилизационных процессов в обществе.

Показателен в этом отношении номер газеты «Московский комсомолец» от 14 августа 2000 г. На второй странице газеты под заголовком «В России введут цензуру на кинофильмы с насилием» сообщалось, что российские власти, находясь под впечатлением того, как журналисты-телевизионщики освещали картину последствий известного взрыва на Пушкинской площади в Москве (трупы, кровь, слезы и т. д.), на-

мерены разработать президентский указ, которым будет введено ограничение на показ прокатываемых в России фильмов с насилием.

Между тем жесткий контроль не был установлен, и одна из многих причин заключается в том, что убеждение в негативном влиянии экранных образов насилия на духовное и физическое здоровье нации разделяется далеко не всеми. Так, известный тележурналист, президент Российской академии телевидения В. Познер высказал следующую мысль на страницах журнала «Дружба народов»: «Нет нигде в мире никаких серьезных научных данных, которые показали бы причинно-следственную связь между увеличением количества насилия на экране и его ростом среди молодежи в реальной жизни» [1, с.157]. Эта же точка зрения была высказана им и во время парламентских слушаний в Государственной Думе на тему «Защита прав детей и молодежи и средства массовой информации» (Москва, 1 июня 1999 г.). Академик, скорее всего, лукавит. Трудно поверить, что он не знает о широко известных во всем мире серьезных научных исследованиях, доказавших деструктивное влияние экранного насилия, не ведает о том, что их достоверность признана на самом высоком уровне - и в научном мире, и среди политических деятелей. Совершенно очевидно, что существующую практику производства и тиражирования образов агрессивности на телеэкране заинтересованные деятели телевидения будут отстаивать любыми доступными им средствами.

Но тем острее встает вопрос о соблюдении морально-этических норм в телевещании. В этой связи заслуживает тщательного изучения и рационального заимствования имеющийся мировой опыт.

Многие зарубежные телеорганизации давно создали свои уставы, кодексы, в

которых регламентированы этические нормы для журналистов. Взятые ими на себя ограничения не противоречат принципам свободы слова в СМИ и являются действенными регуляторами поведения журналистского корпуса. В этом им помогают различные независимые общественные советы, комиссии и т.п.

Свобода от своеволия отличается тем, что сопряжена с ответственностью и несет с собой определенные обязательства. Это давно признано в мире и отражено в различных международных документах. Так, Конвенция о защите прав человека и основных свобод от 4 ноября 1950 г. допускает законодательное введение ограничений на деятельность вещательных организаций в целях защиты «здоровья и нравственности населения» [2].

В этических кодексах на первый план выдвинуто требование правдивости и точности информации. Столь же высоко ставятся и три других принципа: исправление ошибки; осуждение расовой, этнической и религиозной дискриминации; запрет принимать взятки и иные подношения. Что касается соблюдения морально-этических норм, исключающих распространение образов насилия в материалах СМИ, то во многих странах они специально не оговариваются, а просто сами собой разумеются как традиционные нормы, утвердившиеся в обществе. Вместе с тем британский закон о вещании (1990 г.) требует от телевещательной компании, чтобы «ничто не включалось в программы, что оказалось бы оскорбительным для хорошего вкуса или благопристойности или могло потворствовать либо побуждать к совершению преступления, или приводить к беспорядку, или оскорблять чувства публики». Для семейного вещания там действует установка: на ведущих частных каналах до 21 часа не показывать ничего, что не

подобает смотреть детям: фрагменты насилия, эротические сцены, эпизоды с ненормативной лексикой.

При всем том в последнее время у нас все чаще и чаще раздаются требования законодательной защиты личности и общества от насилия и агрессии на телевидении, соблюдения СМИ норм нравственности, охраняющих здоровье нации. Эта проблема становится особенно актуальной сегодня, в условиях борьбы с терроризмом, обострения криминогенной обстановки, участившихся техногенных аварий и катастроф, чреватых массовыми психологическими травмами. Это начинают осознавать и сами вещательные организации, вводя в свои уставы соответствующие правила.

Первые попытки саморегулирования журналистского сообщества в нашей стране уже предпринимались. В 1988 г. Союзом журналистов СССР был создан Совет по профессиональной этике и праву. Тогда же разрабатывался и Кодекс профессиональной этики журналиста, который был принят в апреле 1991 г. Первым съездом Союза журналистов СССР (на конфедеративной основе). Однако в кодексе нарушения требований профессиональной этики объявлялись делом внутренним, корпоративным, освобождающим от правовой ответственности. Следовательно, свобода слова на деле трактовалась как своеволие.

До сих пор все прекрасные слова о нравственности и этике лишь декларируются, но не соблюдаются на практике. В свое время Государственной Думой был принят Закон «О высшем совете по нравственности и этике в кинематографе и на телевидении». Однако президент отклонил проект, а Дума преодолеть вето не смогла (при необходимых 300 голосов в поддержку этого документа проголосовали 235 депутатов). Закон, действительно, в отдельных своих положениях представлял по-

кушение на права и свободы СМИ, и здесь президент был прав. Но морально-этические ограничения опять оказались зажаты рамками существующей «свободы» вседозволенности.

В 1999 г. появился новый документ -Хартия телерадиовещателей, подписанная основными вещательными каналами: ВГТРК, ОРТ, НТВ, ТВ-Центр, ТВ-6, Ren-TV, СТС. Главные принципы, заложенные в Хартии, - обеспечение достоверности информации, защита прав и законных интересов граждан и организаций, уважение неприкосновенности частной жизни, отказ от демонстрации чрезмерной жестокости и насилия. Особое внимание уделялось сохранению чистоты русского языка в телерадиоэфире. Однако и этот доку-

мент не стал основополагающим при решении реальных проблем вещания. Более того, наше телевидение ступило на стезю показа и смакования бесконечных кровавых зрелищ, жестоких психологических конфликтов, силовых решений. Общество и личность оказываются незащищенными от психологических травм посредством телевизионного насилия. Острая проблема ждет своего решения.

Литература

1. ПознерВ.В. А ларчик (то бишь ящик) про-

сто открывался...// Дружба народов. -1999. - № 7. - С.156-157.

2. Европейская конвенция о защите прав человека и основных свобод. - Статья 10, п.2.

К. ТАРАСОВ, кандидат социологических наук

Московский государственный институт международных отношений

«Агрессивная кинодиета» ТВ и студенчество

У каждого более или менее регулярного телезрителя наверняка сложилось определенное представление о масштабах и содержании репрезентации насилия в кинопрограммах ТВ. Имеется оно и у тех, кого беспокоит социальное влияние воссоздаваемой на телеэкране картины насильственного мира и кто требует соответствующей корректировки практической политики в телевизионном вещании. Личное впечатление, однако, фрагментарно и

уже поэтому недостаточно для принятия ответственных решений.

Мировая наука о воздействии экранного насилия*

В изучении обсуждаемой проблемы свое веское слово должна сказать российская наука. Но по разным причинам она пока сделала лишь самые первые

* В соавторстве с М. Жабским.