DOI 10.24412/2227-7315-2022-2-70-78
УДК 34.091.
Т.С. Горячева
ПРОБЛЕМЫ ПРАВОВОГО РЕГУЛИРОВАНИЯ ТРАНСПЛАНТАЦИИ ОРГАНОВ И ТКАНЕЙ ЧЕЛОВЕКА В РОССИИ В КОНЦЕ XIX -СЕРЕДИНЕ ХХ ВЕКА
Введение: в статье рассматривается становление и развитие отечественного законодательства, регулировавшего трансплантацию органов и тканей человека. Характеризуется роль научно-исследовательских институтов и ведущих ученых-врачей в правовой регламентации вопросов донорства и трансплантации. Цель: изучение факторов, влиявших на развитие правового регулирования трансплантации в России. Методологическая основа: использовались как общенаучные, так и специальные методы исследования, среди которых анализ, синтез, историко-правовой и др. Результаты: установлено, что в исследованный период операции по пересадке органов и тканей человека носили экспериментальный характер. Отсутствовал специальный закон, определявший права и обязанности субъектов отношений, связанных с трансплантацией органов и тканей человека. Правовое регулирование операций по пересадке органов и тканей осуществлялось с помощью ведомственных нормативных актов. Вывод: уровень научно-исследовательских работ и экспериментальной хирургической практики в России в конце XIX - середине ХХ века значительно опережал нормативно-правовое сопровождение хирургических операций по трансплантации органов и тканей человека.
Ключевые слова: трансплантация, посмертное донорство, презумпция согласия, экспериментальная хирургия, правовая регламентация.
T.S. Goryacheva
PROBLEMS OF LEGAL REGULATION OF HUMAN ORGANS AND TISSUES TRANSPLANTATION IN RUSSIA IN THE LATE XIX - MID-20TH CENTURY
Background: the article considers the formation and development of domestic legislation regulating the transplantation of human organs and tissues. The role of scientific research institutes and leading medical scientists in the legal regulation of donation and transplantation is characterized. Objective: to study the factors that influenced the development of legal regulation of transplantation in Russia. Methodology: both general scientific and special research methods were used, including analysis, synthesis, historical and legal, etc. Results: it was found that during the studied period the operations on transplantation of human organs and tissues were of experimental nature. There was no special law defining the rights and obligations of the subjects of relations connected with the transplantation of human organs and tissues. Legal regulation of operations on transplantation of organs and tissues was carried out by
© Горячева Татьяна Сергеевна, 2022
Ассистент кафедры истории государства и права (Саратовская государственная юридическая академия); e-mail: Grecha11@mail.ru
© Goryacheva Tatiana Sergeevna, 2022 70 Assistant of the Department of History of State and Law (Saratov State Law Academy)
means of departmental normative acts. Conclusion: the level of scientific research and experimental surgical practice in Russia at the end of the XIX - mid-XX century was significantly ahead of the regulatory support of surgical operations for transplantation of human organs and tissues.
Key-words: transplantation, post-mortem donation, presumption of consent, experimental surgery, legal regulation.
Основными нормативными актами, осуществляющими в современной России регулирование трансплантации органов и тканей человека, являются Закон РФ от 22 декабря 1992 г. № 4180-1 «О трансплантации органов и (или) тканей человека»1 и Закон РФ от 9 июня 1993 г. № 5142-1 «О донорстве крови и ее компонентов»2, в которых определяются перечень объектов трансплантации, правовой статус донора, учреждения здравоохранения, имеющие право на забор органов и тканей и на трансплантацию и т.д. Развитие биомедицинских технологий, совершенствование техники трансплантации отдельных органов, внедрение новейших медицинских практик, требуют соответствующего закрепления в законодательной базе. На рассмотрении в Государственной Думе РФ находится Законопроект № 1148614-7 О внесении изменений в Закон РФ «О трансплантации органов и (или) тканей человека» и Федеральный закон «Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации» по вопросам донорства органов и (или) тканей человека, включая костный мозг и гемопоэтические стволовые клетки, и их трансплантации (пересадки)3, направленный на совершенствование правового регулирования трансплантации органов и тканей человека, в котором расширяются права живого донора и появляется новый раздел о финансовом обеспечении медицинской деятельности.
Актуальными проблемами современности в этой сфере являются глобальный дефицит органов, наряду с дефицитом органов в пределах конкретной национальной юрисдикции, проблемы культурного неприятия посмертного донорства, трансплантационный туризм и др. [1, с. 174-175]. Озабоченность вызывает увеличение масштабов нелегальной торговли органами и тканями человека, что по мнению ВОЗ является препятствием нормальному развитию трансплантации во всем мире4. В этой связи повышается значение правового регулирования вопросов донорства и трансплантации, что предполагает изучение, в том числе отечественного историко-правового опыта в данной сфере.
Развитие медико-биологических исследований в России способствовало появлению новых отраслей научных знаний, в том числе трансплантологии, которая до середины ХХ в. носила экспериментальный характер. Невозможность массового осуществления операций по пересадке органов и тканей человека, обусловила практически полное отсутствие специальных нормативных правовых
1 См.: Закон РФ от 22 декабря 1992 г. № 4180-I «О трансплантации органов и (или) человека» (с изм. и доп. от 8 декабря 2020 г.). // Российская газета. 1993. 9 янв.; 2020. 11 дек.
2 См.: Закон РФ от 9 июня 1993 г. № 5142-I «О донорстве крови и ее компонентов» // ВСНД РФ и ВС РФ. 1993. № 28, с. 1064.
3 См.: Законопроект № 1148614-7. Государственная Дума Федерального Собрания Российской Федерации // СОЗД ГАС «Законотворчество». URL: https://sozd.duma.gov.ru/bill/1148614-7 (дата обращения: 11.11.2021)..
4 World Health Assembly Resolution 57.18. Human organ and tissue transplantation, 22 May 2004. URL: http: www.who.int/gb/ebwha/pdf_files/WHA57/A57_R18-en.pdf (дата обращения:
11.11.2021). 71
актов, регламентировавших данную деятельность. Ряд исследователей считает возможным анализировать «генез развития законодательства в области трансплантации» в России с конца XVII в. [2, с. 68; 3, с. 237]. Более убедительной представляется позиция авторов, отмечавших зарождение трансплантации, как экспериментальной хирургической практики в России лишь в XIX в. [4, с. 55].
Отечественные хирурги (Н.И. Пирогов, Ю.К. Шимановский, Е.И. Богданов-ский, Н.В. Склифосовский и др.), признавая сложности биологической совместимости органов и тканей животных с органами и тканями человека и осознавая, что изъятие органов у живых людей сопровождается серьезным риском для здоровья, поддерживали посмертное донорство и выступали за использование органов и тканей трупов в научных целях. Так, например, в 1890 г. С.С. Иванова использовала для трансплантации трупную кожу, а А.А. Абражанов в 1898 г. предложил при проведении пластических операций, замещать носовую перегородку трупной костной пластинкой [5, с. 21, 27].
Вместе с тем в Уставе судебной медицины, содержащемся в книге третьей Свода учреждений и Уставов врачебных 1857 г., в определении порядка вскрытия трупов, запрещалось вскрывать мертвое тело ранее истечения двадцати четырех часов после смерти [6, с. 325]. Это требование, объясняемое сложностью процедуры установления смерти больного, не позволяло использовать органы и ткани умерших людей для трансплантации.
Серьезной проблемой, препятствовавшей развитию трансплантации, являлось неприятие населением посмертного донорства и самой идеи вскрытия трупов. В начале ХХ в. врач В.В. Вересаев, в опубликованной в 1901 г. монографии «За-я писки врача», описывает горе матерей от осознания, что их умерших детей будут
0
? «терзать» и после смерти. «Для матери вскрытие ее ребенка часто составляет не а меньшее горе, чем сама его смерть... Даже интеллигентные лица, пишет В.В. Ве-g ресаев, крайне неохотно соглашаются на вскрытие близкого человека, для неве-
1 жественного бедняка оно кажется чем-то прямо ужасным» [7, с. 16]. Поскольку | в медицинской практике активно применялось вскрытие трупов, умерших в 1 лечебных учреждениях, несмотря на протесты их родственников, отношение § населения к врачам, осуществлявшим вскрытие, было крайне негативным.
| Важное значение в процессе изъятия органов и тканей, с целью последующей
§ их трансплантации, имеют условия, в которых производится данное изъятие.
Вместе с тем, согласно неоднократным разъяснениям Сената, ни городские, ни | земские общественные учреждения не были обязаны выделять специального | помещения для вскрытия тел умерших. Указ Сената от 17 марта 1909 г. № 3200 g определял, что вскрытия, смотря по обстоятельствам каждого отдельного слу-| чая, должны были производиться там, где это представлялось более удобным, в g больнице, или при полицейских учреждениях [8, с. 366]. Таким образом, только § в том случае, если вскрытие производилось в лечебном учреждении, врачи могли | использовать изъятые органы в своей экспериментальной практике. J Активное развитие медицинской науки в начале ХХ в., разработка хирургами
экспериментальных технологий пересадки донорских органов и тканей предполагало нормативное сопровождение. В Правилах «О порядке вскрытия трупов умерших в больницах и лечебных заведениях», утвержденных 2 марта 1919 г., хотя и говорилось о возможности даже опытными врачами принятия живых людей за мертвых, допускалось вскрытие трупов «в научных и научно-практи-72 ческих целях», с разрешения главного врача лечебного заведения, до истечения
24 часов, но не ранее получаса после смерти, в присутствии не менее трех врачей, составивших протокол с указанием причин раннего вскрытия и доказательств действительной смерти [9, с. 217]. Вместе с тем в Циркуляре губернским, уездным и городским медико-санитарным отделам № 1 390/1467 от 2 апреля 1919 г. настоятельно рекомендовалось при ранних вскрытиях проводить «поверочные пробы», позволяющие достоверно установить факт смерти лица, подлежащего вскрытию [9, с. 218].
Необходимость правовой регламентации экспериментального и клинического опыта использования донорских, в том числе трупных тканей, способствовала принятию Наркомздравом 19 декабря 1928 г. Правил судебно-медицинского исследования трупов, закрепленных 3 января 1929 г. Наркомюстом РСФСР, в которых предусматривалось право клинических и больничных учреждений вскрывать трупы «в присутствии не менее трех врачей, не ранее получаса после смерти, но до истечения 12 часов» [10, с. 414-417].
Таким образом несмотря на то, что специальные нормативные правовые акты, регулировавшие вопросы донорства и трансплантации органов и тканей человека появляются в России только в 20-30-х гг. ХХ в., медицинское законодательство предшествующего периода частично восполняло существовавший пробел.
В ХХ в. Российские ученые находились в ряду тех, кто первыми в мире совершал операции по пересадке тех или иных тканей и органов человека. Так в 1928 г. В.Н. Шамов и М.Х. Костюкова первыми смогли научно доказать целесообразность переливания трупной крови, а в 1933 г. Ю.Ю. Вороной впервые провел операцию по трансплантации почки [5, с. 105]. Вместе с тем, можно согласиться с теми исследователями, которые отмечают отставание правовой базы ш трансплантологии по сравнению с уровнем научно-исследовательских работ и и экспериментальной хирургической практики [11, с. 42; 12, 147]. а
Благодаря успешной трансплантации роговицы, взятой от трупа, осущест- О вленной В.П. Филатовым в 1931 г., данные хирургические операции в СССР О стали осуществляться массово. Обсуждая этот вопрос на заседаниях ученого С медицинского совета при Наркомздраве РСФСР в марте 1935 г., было при- а нято решение о признании операций по трансплантации трупной роговицы в «целесообразными и нуждающимися в более широком развитии и поддержке О со стороны Наркомздрава и его органов на местах» [13, с. 11]. Не последнюю ю
"О
роль в процессе юридической регламентации операций по пересадке роговицы |
сыграли научно-исследовательские институты, осуществлявшие данные опера- к
ции в порядке экспериментальной и клинической практики. 28 декабря 1936 г. а
директор Центрального офтальмологического института им. Гельмгольца про- |
фессор М.И. Авербах направил письмо в Наркомздрав РСФСР, в котором отме- |
чал «... особую актуальность подобных операций в условиях военного времени» ¡§
[14, л. 1]. Как свидетельствует историк медицины М.Б. Мирский данное письмо 1
являлось одним из многих запросов научных работников и врачей на право изъ- )
ятия трупных тканей для экспериментальных и клинических целей [5, с. 125]. 2
Это способствовало принятию 15 сентября 1937 г. Постановления Совета Народных Комиссаров СССР «О порядке проведения медицинских операций», в котором Наркомздрав СССР наделялся правом издавать обязательные для всех учреждений, организаций и граждан распоряжения о порядке осуществления лечебных и хирургических операций, в том числе по пересадке роговиц глаз от
умерших, пересадке отдельных органов, переливанию крови и т.п. В данном 73
Постановлении впервые закреплялось право медицинских учебных заведений использовать для обучения студентов трупы не востребованных родственниками людей, умерших в лечебных учреждениях [15, с. 267].
Следует отметить, что этот нормативный акт стал основой для различных инструкций и распоряжений, регламентировавших разнообразные хирургические вмешательства. Уже 1 декабря 1937 г. была издана Инструкция Наркомздрава СССР «Об использовании глаз умерших людей для операции пересадки роговицы слепым», а 16 февраля 1954 г. издаются Приказ министра здравоохранения СССР № 88 «О широком внедрении в практику окулистов операции пересадки роговицы» и Инструкция Министерства здравоохранения СССР «Об использовании глаз умерших людей для операции пересадки роговицы слепым», которая отменяла прежнюю инструкцию от 27 января 1938 г. и была издана на основании Постановления СНК СССР от 15 сентября 1937 г. № 1607 [16, с. 213-214]. Этот Приказ обязал офтальмологические учреждения и прежде всего глазные клиники медицинских институтов и институты глазных болезней для проведения операций по пересадке роговиц обучать окулистов методике и тактике данных операций, обеспечить эти учреждения необходимым инструментом, а также «организовать получение этими учреждениями необходимых для пересадки роговицы глаз умерших людей» (п. 1.).
В соответствии с Инструкцией, являвшейся Приложением 4 к данному приказу, врачам-окулистам разрешалось изымать глазное яблоко от трупов людей, умерших в лечебных учреждениях, а также доставленных в морг (ст. 1), причем на такое изъятие не требовалось предварительного разрешения родственников умершего «при обязательном условии не обезображивании лица умершего» (ст. 2). Изъятие глаз у умерших могло происходить и до вскрытия [16, с. 214]. Во многом благодаря принятию данных нормативно-правовых актов, была решена важнейшая проблема доноров биологического материала для осуществления офтальмологических операций.
Трудно согласиться с мнением Э.М. Алсынбаевой и М.А. Бакировой о том, что законодательство 50-х гг. ХХ в. «...впервые в России регламентировало презумпцию согласия на трансплантацию тканей роговицы на нормативном уровне» [17, с. 122; 3, с. 239]. Действительно, первые советские нормативные акты, регулировавшие операции по пересадке роговицы, руководствуясь интересами науки и медицинской практики, не предусматривали право родственников умершего давать согласие или отказывать в использовании органов своего близкого человека. Таким образом, юридически не регламентировалась и возможность прижизненного согласия или не согласия потенциального донора на изъятие тканей или органов. Законодательство определяло лишь время такого изъятия (не ранее, чем через два часа после смерти, факт которой констатировался двумя врачами в письменной форме (ст. 3)), а также порядок его оформления (ст. 4). Согласие на изъятие органов и тканей, как и отказ от подобного изъятия в письменном виде давал заведующий моргом или судебно-медицинский эксперт, если труп подлежал экспертизе [16, с. 214]. В этой связи можно говорить лишь о концепции презумпции согласия, которая еще не была закреплена законодательно.
Первым нормативным актом в России, закрепившим презумпцию согласия на изъятие органов и (или) тканей, стал Закон РФ от 22 декабря 1992 г. № 4180-1
«О трансплантации органов и (или) тканей человека» (ст. 8 «Презумпция согласия на изъятие органов и (или) тканей»)1.
В середине ХХ в. становится очевидно, что развитие трансплантационных техник и экспериментальная практика отдельных хирургов, успешно проводивших операции по пересадке различных органов и тканей, нуждается в законодательной поддержке. Хирурги-экспериментаторы, опасаясь судебного преследования, подчас были вынуждены обращаться за разрешением на изъятие определенных органов у трупа к надзорным органам. Так, например, в 1931 г. Д.А. Арапов получил разрешение прокуратуры на изъятие трупных эндокринных желез для последующей их пересадки больным [5, с. 102].
Отсутствие четких правовых регламентов, определяющих перечень органов, разрешенных для трансплантации и списка учреждений и специалистов, способных осуществлять подобные операции вынуждало врачей выступать с инициативой принятия необходимых нормативных правовых актов. 12 мая 1951 г. заведующий хирургическим отделением института им. Н.В. Склифосовского П.И. Андросов и врач В.Ф. Гудов написали заявление министру здравоохранения СССР Е.И. Смирнову с просьбой о разрешении применения в клинической практике пересадки отдельных органов от трупов (конечностей, почек, щитовидных желез, яичек) [4, с. 60]. Но только в конце 60-х гг. ХХ века были изданы приказы министра здравоохранения СССР, в соответствии с которыми операции по пересадке почек было разрешено осуществлять в целом ряде медицинских учреждений и клиник. Так, например, в соответствии с Приказом министра здравоохранения СССР № 464 от 25 июня 1969 г. «Об организации в стране центров по пересадке почек», предусматривалось создать новые центры по трансплантации в Киеве, Кемерово, Вильнюсе и Баку [5, с. 197]. с
Развитие трансплантологии предполагало правовую регламентацию пре- |
доставления донорского биологического материала в специализированные а
р
лечебные учреждения. 12 апреля 1957 г. было направлено Письмо главного о судебно-медицинского эксперта Министерства здравоохранения СССР № 392 О «О предоставлении институтам травматологии и гематологии и институтам пере-
о
ливания крови некоторых тканей от трупов умерших людей» [16, с. 215-216]. а
-г-* о р
В письме подчеркивалось важное значение для науки и медицинской практики в консервирования полученных от трупов тканей, которые в дальнейшем могли
использоваться для спасения жизни и сохранения здоровья советских граждан. Ю
Кроме того, письмо содержало обязанность судебно-медицинской экспертизы |
оказывать всемерную помощь соответствующим институтам в получении необ- о
ходимого биологического материала. Причем биологическим материалом при- I
знавались трупы умерших в лечебных учреждениях или доставленные в морг. д
Осознавая возможный протест родственников умерших, чье согласие на изъятие |
тканей по-прежнему не требовалось, в письме отмечается необходимость разъ- |
яснения им важности проводимых мероприятий для оказания лечебной помощи (
пострадавшим [16, с. 216]. )
Следует отметить, что вопрос о необходимости правовой регламентации 0
согласия родственников умершего на изъятие органов и тканей вызывал поле- 2 мику среди специалистов. Если такие исследователи, как М.Д. Шаргородский, И.И. Горелик и др. выступали за законодательное закрепление необходимости получения согласия родственников умершего на получение трансплантата, то
1 См.: Закон РФ от 22 декабря 1992 г. № 4180-1 «О трансплантации органов и (или) тканей человека» (с изм. и доп. от 8 декабря 2020 г.). // Российская газета. 1993. 9 янв.; 2020. 11 дек.
М.И. Авдеев и др., заявляли, что право наследования не может распространяться на труп [18, с. 12; 19, с. 52; 20, с. 86].
К середине 60-х гг. ХХ в. операции по пересадке органов и тканей получают в СССР широкое распространение, что приводит к возникновению проблем, связанных с отсутствием в ряде лечебных учреждений надлежащих условий и возможностей. Это способствовало принятию 2 августа 1966 г. Приказа министра здравоохранения СССР № 600, закрепившего требование получения разрешения Министерства здравоохранения СССР на все операции по пересадке органов от человека, трупов, или животных к человеку [5, с. 167].
Однако правовые отношения между донором и реципиентом, между хирургом, осуществлявшим операцию по трансплантации и пациентом, так и не были урегулированы. Среди причин подобной ситуации исследователи называли отсутствие достаточного опыта, который мог бы быть использован при конструировании правовых норм. Как справедливо отмечает профессор И.И. Горелик, нераспространенность тех или иных отношений не исключает необходимости их правовой регламентации. Определяя принципы правового регулирования трансплантологии в СССР, ученый выделял принцип оптимальной заботы об интересах донора и коллегиальности в принятии решений о пересадке [19, с. 9, 18-22].
Выступая за необходимость создания единого комплексного нормативного акта, регулировавшего вопросы трансплантологии, советские юристы выступали против пересадки мозга. И если М. Авдеев предполагал, что пересаживая голову, мы «пересаживаем» человека и в результате такой операции «исчезает я личность реципиента и остается личность донора» [20, с. 85], то И.И. Горелик
0
? считал, что результатом таких экспериментов станет создание «сфинксов и химер а в возможно наихудших изданиях» [19, с. 26]. Полемика возникла и по вопросу » о допустимости в социалистическом государстве установления платы за транс-
1 плантат. Если М.И. Авдеев, проводя аналогию с вознаграждением доноров крови, || считал, что донор в праве получать вознаграждение за предоставление своего I органа или ткани [20, с. 85], то И.И. Горелик был убежден, что «плата за ткань § противоречила бы моральному кодексу строителей коммунизма» и поощрять | такого донора целесообразней благодарностями и наградами общественных и § государственных органов [19, с. 33-34].
'I Таким образом, в России в рассматриваемый период отсутствовал специ-
Ц альный закон, регулировавший вопросы пересадки органов и тканей человека, | отсутствовали правовые понятия донорства и трансплантации, гарантии прав & граждан при проведении медицинского эксперимента. Правовое регулирование | операций по пересадке органов и тканей осуществлялось с помощью ведом-¡5 ственных нормативных актов, большей частью которых являлись приказы § и инструкции, в которых закреплялись права и обязанности родственников | умершего, заведующих моргом и работников судебно-медицинской экспертизы. | За пределами правового поля оставались вопросы статуса живого донора, его согласия и информированности, возможности вознаграждения за осуществление операции и компенсации за возможный вред здоровью. Значительную роль в развитии законодательства, регулировавшего вопросы трансплантации органов и тканей, играли обращения научных работников и врачей, занимавшихся хирургической практикой в различные государственные органы, осуществлявшие 76 руководство медицинской деятельностью.
Библиографический список
1. Резник О.Н., Михель Д.В. Глобальный дефицит донорских органов: анализ национальных стратегий самообеспечения // Вестник трансплантологии и искусственных органов. 2020. Т. XXII. № 1. С. 174-183.
2. Коротких Е.В. Ретроспективный анализ отечественного законодательства о трансплантации органов и тканей человека // Вестник Вятского государственного гуманитарного ун-та. 2010. № 2-1. С. 68-71.
3. Бакирова М.А. История нормативного регулирования трансплантации органов и (или) тканей в России // Вестник науки. 2019. № 6(15). Т. 1. С. 237-242.
4. Хубутия М.Ш., Кабанова С.А. История отечественной трансплантологии, приоритеты и особенности развития // Трансплантология. 2011. № 1. С. 55-65.
5. Мирский М.Б. История отечественной трансплантологии. М.: Медицина, 1985. 240 с.
6. Устав судебной медицины. Ст. 1742. СЗРИ. Кн. III. Т. XIII. СПб., 1857.
7. Вересаев В.В. Записки врача. СПб.: Азбука, 2020. 442 с.
8. Устав врачебный, изд. 1905 г. и по прод. 1912 и 1913 гг., и узаконения по врачебно-санитарной части, дополненные постатейными разъяснениями Сената и правительственных установлений, правилами и инструкциями / сост. Л.А. Колычев. Пг.: изд-е юридического книжного магазина В.П. Анисимова, 1915. 660 с.
9. Положения, циркуляры и инструкции Народного Комиссариата Здравоохранения. Б.м.: Гос. изд-во, 1921. 387 с.
10. Лейбович Я.Л. Практическое руководство по судебной медицине. М.: изд-во НКЮ РСФСР, 1927. 237 с.
11. Крылова Н.Е. Уголовное право и биоэтика: проблемы, дискуссии, поиск решений. М.: ИНФРА-М., 2006. 320 с.
12. Соколов В.А., Стеценко С.Г., Исаков В.Д. Основные этапы создания правовой базы, регламентирующей трансплантацию органов и тканей человека в России // Актуальные проблемы правового регулирования медицинской деятельности. М.: Юрист, 2003. 342 с.
13. Сборник постановлений № 1. Наркомздрав РСФСР. Ученый медицинский совет. М.: Уч. мед. Сов. НКЗдрава РСФСР, 1939.
14. ГАРФ. Ф. Р-8009. Министерство здравоохранения СССР 1936-1991 гг. Оп. 2. Ученый медицинский совет. Ед.хр. 40.
15. Здравоохранение в годы восстановления и социалистической реконструкции народного хозяйства СССР 1925-1940. Сборник документов и материалов. М.: Медицина, 1973. 328 с.
16. Прозоровский В.И., Кантер Э.И. Сборник организационно-методических материалов по судебно-медицинской экспертизе. М.: Медгиз, 1960. 480 с.
17. Алсынбаева Э.М. Развитие правового регулирования трансплантации органов и тканей человека в России: исторический аспект // Вестник Северо-Осетинского государственного университета им. К.Л. Хетагурова. 2011. № 4. С. 120-123.
18. Шаргородский М.Д. Новые вопросы права в связи с развитием техники и естествознания // Вопросы современного развития советской юридической науки. Л.: Изд-во Ленинградского ун-та, 1968. 128 с.
19. Горелик И.И. Правовые аспекты пересадки органов и тканей. Минск: Высшая школа, 1971. 91 с.
20. Авдеев М.И. Правовое регулирование пересадки органов и тканей // Советское государство и право. 1968. № 9. С. 83-88.
References
1. Reznik O.N., Mikhel D.V. Global Shortage of Donor Organs: Analysis of National Self-Sufficiency Strategies // Bulletin of Transplantology and Artificial Organs. 2020. Vol. XXII. No. 1. P. 174-183.
2. Korotkov E.V. Retrospective Analysis of Domestic Legislation on Human Organ and Tissue Transplantation // Bulletin of Vyatka State University for the Humanities. 2010. No. 2-1. P. 68-71.
3. Bakirova M.A. History of Regulatory Regulation of Organ and (or) Tissue Transplantation in Russia // Bulletin of Science. 2019. No. 6(15). Vol. 1. P. 237-242.
4. Khubutia M.Sh., Kabanova S.A. History of Russian Transplantology, Priorities and Features of development // Transplantology. 2011. No. 1. P. 55-65.
5. Mirsky M.B. History of domestic Transplantology. M.: "Medicine", 1985. 240 p.
6. The Statute of Forensic Medicine. St. 1742. / SZRI. Book III. Vol. XIII. St. Petersburg, 1857.
7. Veresaev VV. Doctor's Notes. St. Petersburg: "Abc", 2020. 442 p.
8. The Medical Charter, ed. 1905 and 1912 and 1913, and Legalizations on the medical and Sanitary Part, Supplemented by Article-by-Article Explanations of the Senate and Government Regulations, Rules and Instructions / comp. L.A. Kolychev. Pg.: ed. legal. Bookstore of V.P. Anisimov, 1915. 660 p.
9. Regulations, Circulars and Instructions of the People's Commissariat of Health. B.M.: State Publishing House, 1921. 387 p.
10. Leibovich Ya.L. Practical Guide to Forensic Medicine. M.: Publishing house of the NKYU RSFSR, 1927. 237 p.
11. Krylova N.E. Criminal Law and Bioethics: Problems, Discussions, Search for Solutions. Moscow: INFRA-M. Publishing House, 2006. 320 p.
S 12. Sokolov V.A., Stetsenko S.G., Isakov V.D. The Main Stages of Creating a Legal
? Framework Regulating the Transplantation of Human Organs and Tissues in Russia // 3 Actual problems of legal regulation of medical activity. M.: "Lawyer", 2003. 342 p. ™ 13. Collection of Resolutions No. 1 / People's Commissariat of Health of the RSFSR.
* Scientific Medical Council. M.: Uch. med. Sov. NKZdrava RSFSR, 1939.
s 7
! 14. GARF. F. R-8009. Ministry of Health of the USSR 1936-1991 Op. 2. Scientific
! Medical Council. Ed.hr. 40.
>§ 15. Healthcare in the Years of Restoration and Socialist Reconstruction of the National
I Economy of the USSR 1925-1940. Collection of documents and materials. M.: Medicine,
I 1973. 328 p.
s 16. Prozorovsky V.I., Kanter E.I. Collection of Organizational and Methodological Ma-
1 terials on Forensic Medical Examination. Moscow: Medgiz, 1960. 480 p.
ï 17. Alsynbaeva E.M. Development of Legal Regulation of Human Organ and Tissue
! Transplantation in Russia: Historical Aspect // Bulletin of the K.L. Khetagurov North
I Ossetian State University. 2011. No. 4. P. 120-123.
18. Shargorodsky M.D. New Questions of Law in Connection with the Development of
« Technology and Natural Science // Issues of Modern Development of Soviet Legal Science.
S. L.: Publishing House of Leningr. univ., 1968. 128 p.
* 19. Gorelik I.I. Legal Aspects of Organ and Tissue Transplantation. - Minsk: Publishing I house "Higher School", 1971. 91 p.
m 20. Avdeev MI. Legal Regulation of Organ and Tissue Transplantation // The Soviet state and law. 1968. No. 9. P. 83-88.