ДУБАЧЕВ Рамазан Арсланович,
студент 1 курса магистратуры Юридического института Северо-Кавказского Федерального университета, е-mail: mail@law-books.ru
НОСКО Полина Викторовна,
студентка 1 курса магистратуры Юридического института Северо-Кавказского Федерального университета,
е-mail: mail@law-books.ru
СЕЛЮКОВ Алексей Сергеевич,
студент 1 курса магистратуры магистр Юридического института Северо-Кавказского Федерального университета,
е-mail: mail@law-books.ru
Научный руководитель: ТЕРЕЩЕНКО Николай Викторович,
кандидат юридических наук, доцент Юридического института Северо-Кавказского Федерального университета,
е-mail: mail@law-books.ru
ПРАВОВЫЕ ПОЗИЦИИ КОНСТИТУЦИОННОГО СУДА РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ ПО ВОПРОСАМ ОГРАНИЧЕНИЯ ПРАВ И СВОБОД
ЧЕЛОВЕКА
Аннотация. В настоящей статье рассматриваются допустимые правовые ограничения необходимы не столько для защиты от нарушений основополагающих для всей правовой системы положений Конституции РФ, сколько для недопущения злоупотребления принадлежащими гражданам правами и свободами, и конституционный контроль, осуществляемый Конституционным Судом РФ, призван обеспечивать необходимый баланс публичных и частных интересов.
Ключевые слова: Конституция РФ, права и свободы, правовые ограничения, гражданин, Конституционный Суд РФ, Федеральный закон, законный порядок, государство.
DUBACHEV Ramazan Arslanovich,
1st year master's student of the Law Institute of the North Caucasus Federal University
NOSKO Polina Viktorovna,
1st year master's student of the Law Institute of the North Caucasus Federal University
SELYUKOV Alexey Sergeevich,
1st year master's degree student of the Law Institute of the North Caucasus Federal University
Supervisor:
TERESHCHENKO Nikolai Viktorovich,
Candidate of Law, Associate Professor of the Law Institute of the North Caucasus Federal University
ОБРАЗОВАНИЕ И ПРАВО № 12 • 2023
LEGAL POSITIONS OF THE CONSTITUTIONAL COURT OF THE RUSSIAN FEDERATION ON ISSUES OF RESTRICTION OF HUMAN
RIGHTS AND FREEDOMS
Annotation. This article considers permissible legal restrictions are necessary not so much to protect against violations of the provisions of the Constitution of the Russian Federation fundamental to the entire legal system, but to prevent abuse of rights and freedoms belonging to citizens, and the constitutional control exercised by the Constitutional Court of the Russian Federation is intended to ensure the necessary balance of public and private interests.
Key words: Constitution of the Russian Federation, rights and freedoms, legal restrictions, citizen, Constitutional Court of the Russian Federation, Federal law, legal order, state.
«Человек, его права и свободы являются высшей ценностью. Признание, соблюдение и защита прав и свобод человека и гражданина -обязанность государства» - такое содержание имеет ст. 2 Конституции РФ [1]. Закрепляя данное положение, отечественный Основной закон устанавливает превалирование законных интересов личности над интересами общества и государства и обеспечивает их государственным механизмом защиты. Рассматривая приведённую выше правовую норму и оценивая нерушимость и незыблемость положений Конституции РФ, мы можем предположить, что права человека априори не могут стать объектом для сужения их действия или же ограничения с позиции государственного регулирования. Однако Конституция РФ закрепляет норму, согласно которой права и свободы человека в установленном законом порядке и с соблюдением определённых целей могут быть ограничены (ч. 3 ст. 55). Анализируя гипотезу статьи 55, мы можем выделить несколько признаков легитимности устанавливаемого ограничения:
1) права и свободы человека могут быть ограничены только федеральным законом. Это правило ограничивает органы власти субъектов РФ в возможности регулирования указанной правовой сферы, тем не менее, полностью её не исключает. Например, ответственность за административные правонарушения предусматривается в Кодексе об административных правонарушениях, однако меры ответственности и основания для их применения могут быть установлены региональным законодательством, которое не должно вступать в противоречие с федеральными положениями. Как отмечают С.Э. Несмеянова и Н.Е. Колобаева, сегодня процедуры, связанные с реализацией многих прав, закрепляются в актах органов исполнительной власти - административных регламентах, которые принимаются на основании Федерального закона от 27.07.2010 № 210-ФЗ «Об организации предоставления государственных и муниципальных услуг» [2, с. 11];
2) указанное ограничение должно иметь не произвольный характер, а соответствовать опре-
делённым легитимным целям, перечень которых приводится в рассматриваемой статье: защита основ конституционного строя; защита нравственности; защита здоровья; защита прав и законных интересов других лиц; обеспечение обороны страны; обеспечение безопасности государства [1];
3) ограничение прав и свобод должно соответствовать международным стандартам. Нормы международного права, являясь неотъемлемой частью правовой системы Российской Федерации, во многом подкрепляют положения национального законодательства и являются наднациональным ориентиром для законодателя. Так, Всеобщая декларация прав и свобод человека 1948 года разрешает ограничивать права и свободы исключительно с целью обеспечения должного признания и уважения прав и свобод других и удовлетворения справедливых требований морали, общественного порядка и общего благосостояния в демократическом обществе [3]. Европейская конвенция о защите прав человека и основных свобод 1950 года закрепляет следующие цели допустимых ограничений: интересы государственной безопасности и общественного спокойствия, экономическое благосостояние страны, предотвращение беспорядков или преступлений, охрана здоровья и нравственности, защита прав и свобод других лиц, охрана общественного порядка, территориальная целостность, защита репутации [4];
4) не допускается ограничение прав и свобод человека по признакам социальной, расовой, национальной, языковой, религиозной принадлежности [1].
Начав рассмотрение критериев легитимности ограничения прав и свобод человека, мы должны обратить внимание на само понятие «ограничение». А.А. Подмарёв, проанализировав существенный блок научных публикаций, раскрыл понятие «ограничения права» через его признаки: 1) ограничение - это всегда установленный предел свободы человека, рамки, границы его поведения, его прав и свобод; 2) ограничение устанав-
ОБРАЗОВАНИЕ И ПРАВО № 12 • 2023
ливается в определённых целях [5, с. 11]. Н.И. Матузов отметил, что «за отведённые пределы субъект не может выходить, так как он рискует задеть чужие интересы, также обеспеченные законом» [6, с. 28]. А.В. Малько указал, что ограничение прав «сообщают об уменьшении объёма возможностей, свободы, а значит, и прав личности» [7, с. 91]. Наиболее полным и, на наш взгляд, удачным определением легитимных ограничений прав и свобод человека является определение, данное Л.Д. Воеводиным: это «... совокупность сложившихся на основе существующих в обществе социальных ценностей критериев и ориентиров, очерчивающих границы пользования гражданами своими конституционными правами и свободами...» [8, с. 241].
Обобщая приведённые научные позиции, мы можем заключить, что ограничение прав и свобод человека - это устанавливаемая и обеспечиваемая силой государственного принуждения совокупность запретов, утверждаемых в определённом законом порядке для достижения легитимных целей, отвечающих требованиям справедливости, равенства, адекватности и соразмерности ограничений и допущений, направленных на нормальное функционирование и развитие государства, общества, личности.
Разобравшись с понятием и выделив его основные признаки, мы обращаем внимание на весьма спорный критерий, приведённый в сформулированном определении - соразмерность конституционных целей и ценностей, ограничиваемых в установленном законом порядке. Справедливо отметим, что термин «соразмерность» присутствует в некоторых правовых позициях отечественного органа конституционного контроля - Конституционного Суда РФ. Например, «ограничение прав и свобод должны быть соразмерны конституционным целям; ограничение является соразмерным, если оно вызвано исключительно необходимостью защиты социальных ценностей, перечисленных в ч. 3 ст. 55 Конституции РФ, и иными средствами защитить указанные ценности невозможно» [9]; «для того чтобы исключить возможность несоразмерного ограничения прав и свобод человека и гражданина в конкретной правоприменительной ситуации, норма должна быть формально определённой, точной, чёткой и ясной, не допускающей расширительного толкования установленных ограничений и, следовательно, произвольного их применения» [10].
За всю историю своего существования, а именно с 1991 года Конституционный Суд РФ сформировал богатую судебную практику и сформулировал множество правовых позиций, особое место среди которых занимают вопросы ограничения прав и свобод граждан. Так, опираясь на
ОБРАЗОВАНИЕ И ПРАВО № 12 • 2023
результаты деятельности отечественного органа конституционного контроля, можно выделить две группы прав и свобод человека: 1) права и свободы, недопустимые для ограничения, то есть абсолютные; 2) ограничиваемые в установленном законом порядке права и свободы. Причём вторую группу справедливо разделить на две подгруппы: те, ограничение которых является чрезмерным, что устанавливается Конституционным Судом РФ и провозглашается как нарушение конституционных прав и свобод, и те, которые соответствуют установленным Конституцией РФ целям, то есть признаются допустимыми. К первой группе относятся не только общеизвестное право на жизнь, но и те, которые были выработаны посредством реализации конституционного судопроизводства и нашли отражение в правовых позициях Конституционного Суда РФ, например, право на судебную защиту [11], презумпция невиновности [12], право на получение квалифицированной юридической помощи [13], право на законный суд [14] и другие.
Кроме того некоторые из прав и свобод человека, провозглашаемых Конституцией РФ и определяемых как основные или абсолютные, например, право на свободу и личную неприкосновенность, право на невмешательство в частную жизнь, свобода передвижения и даже право собственности, могут быть ограничены в целях, устанавливаемых ч. 3 ст. 55 Конституции РФ.
Так, Конституционный Суд РФ указал, что «государство вправе устанавливать в федеральном законе ограничения прав и свобод в целях обеспечения обороны страны и безопасности государства, в том числе предусматривать уголовную ответственность за деяния, умышленно совершённые в ущерб основным ценностям конституционного строя» [15].
В 1999 году Конституционный Суд РФ постановил, что «установленные Федеральным законом «Об оперативно-розыскной деятельности» цели ОРД (защита жизни, здоровья, прав и свобод человека и гражданина, собственности, обеспечение безопасности общества и государства от преступных посягательств) относятся именно к таким целям, которые перечислены в ч. 3 ст. 55 Конституции РФ» [16], что, поясняем мы, не является нарушением такого права человека, как неприкосновенность частной жизни, деятельность соответствующих правоохранительных органов по сбору оперативно значимой информации, относящейся к частной жизни лица, в отношении которого проводится ОРД.
В своём постановлении 2015 года Конституционный Суд РФ провозгласил следующее: «... в целях защиты здоровья населения федеральный законодатель вправе использовать средства
миграционного законодательства, в частности вводить запреты и ограничения на въезд в РФ и пребывание на её территории иностранных граждан и лиц без гражданства, состояние здоровья которых представляет угрозу для здоровья населения РФ и, следовательно, угрозу национальной безопасности» [17]. К этой же категории ограничений относятся и установленные в законе запреты на пребывание и свободное передвижение граждан РФ на определённых территориях.
Возвращаясь к вопросу о соразмерности ограничения конституционных прав человека, мы отмечаем некоторую сложность в определении допустимых пределов подобных ограничений. Ярким примером является ограничение права на неприкосновенность частной жизни, личную и семейную тайну при сборе, обработке, хранении и распространении персональных данных лица в некоторых случаях, установленных законом. Так, не требуется согласие лица на обработку специальных категорий персональных данных и биометрических данных в связи с осуществлением правосудия [18]. Суды при формировании судебной практики, как правило, свободно публикуют выносимые ими решения в общедоступной сети Интернет, тем самым реализуя право граждан на получение информации, однако обезличивая (не распространяя) часть персональных данных лица (лиц), которые являлись участниками судебного процесса. Однако насколько эта часть не позволяет идентифицировать человека, сохраняя его право на неприкосновенность частной жизни? Ведь перечень запрещённых к распространению данных невелик, что не препятствует судам распространять иные данные. Кроме того, не все суды связаны рассматриваемым правилом -решения арбитражных судов публикуются без какого-либо изменения данных личности, в связи с чем суды беспрепятственно распространяют принадлежащую последней информацию для ознакомления широкому кругу лиц. В этом случае права человека априори находятся в приниженном положении, так как такая категория судов не связана правилом о получении согласия лица на использование его персональных данных в случае, если они стали общедоступными, но только если таковыми их сделал сам носитель персональных данных [2, с. 12]. Допустимо ли в подобных ситуациях говорить о соразмерности ограничения прав и свобод? Этот вопрос давно является объектом дискуссий в научных кругах, и ясных и чётких ответов на него пока найдено не было.
В заключение необходимо отметить, что Конституционный Суд РФ, как отмечает А.А. Под-марёв, «не только защищает права и свободы индивида от неконституционных ограничений, но и подтверждает конституционность действующих
ограничений с точки зрения их согласованности с конституционными целями» [19, с. 42]. Конституция РФ ни при каких условиях не умаляет основные права и законные интересы человека и гражданина, которые сама же и провозглашает, устанавливая определённые ограничения. Наоборот, допустимые правовые ограничения необходимы не столько для защиты от нарушений основополагающих для всей правовой системы положений Конституции РФ, сколько для недопущения злоупотребления принадлежащими гражданам правами и свободами, и конституционный контроль, осуществляемый Конституционным Судом РФ, призван обеспечивать необходимый баланс публичных и частных интересов. Таким образом, действующие правовые ограничения являются сами собой разумеющимися, то есть необходимыми для нормального функционирования государства в целом, так как вседозволенность (отсутствие легитимных запретов) порождает анархию, что ведёт к гибели государственного механизма.
Список литературы:
[1] Конституция Российской Федерации» (принята всенародным голосованием 12.12.1993 с изменениями, одобренными в ходе общероссийского голосования 01.07.2020). URL: https://www. consultant.ru/document/cons_doc_LAW_28399/ (дата обращения: 23.12.2023).
[2] Колобаева Н.Е., Несмеянова С.Э. Конституционное ограничение основных прав и свобод человека // Российское право: образование, практика, наука. - 2018. - № 3. - С. 9-16.
[3] Всеобщая декларация прав человека (принята Генеральной Ассамблеей ООН 10.12.1948). URL: https://www.consultant.ru/ document/cons_doc_LAW_120805/ (дата обращения: 23.12.2023).
[4] О защите прав человека и основных свобод: конвенция от 04.11.1950 (ред. от 24.06.2013). URL: https://www.consultant.ru/document/cons_ doc_LAW_29160/ (дата обращения: 23.12.2023).
[5] Подмарёв А.А. Ограничение прав и свобод человека и гражданина: определение конституционного понятия // Вестник РУДН. Серия: Юридические науки. - 2014. - № 2. - С. 9-15.
[6] Малько А.В. Стимулы и ограничения в праве. - 2-е изд., перераб. и доп. - М.: Юристъ. -2003. - 248 с.
[7] Воеводин Л.Д. Юридический статус личности в России: учеб. Пособие. - М.: Изд-во МГУ, Издательская группа ИНФА-М - НОРМА. - 1997. - 298 с.
[8] По делу о проверке конституционности отдельных положений Федерального закона «Об основных гарантиях избирательного права и права на участие в референдуме граждан РФ» в
ОБРАЗОВАНИЕ И ПРАВО № 12 • 2023
связи с запросом группы депутатов Государственной Думы и жалобами граждан С.А. Бунтмана, К.А. Катаняна и К.С. Рожкова: постановление Конституционного Суда РФ от 30.10.2003 № 15-П. URL: https://www.consultant.ru/document/cons_ doc_LAW_44858/ (дата обращения: 23.12.2023).
[9] По делу о проверке конституционности статей 220.1 и 220.2 УПК РСФСР в связи с жалобой гражданина В.А. Аветяна: постановление Конституционного Суда РФ от 03.05.1995 № 4-П. URL: https://www.consultant.ru/document/cons_doc_ LAW_6549/ (дата обращения: 23.12.2023).
[10] По делу о проверке конституционности ст. 6 УПК РСФСР в связи с жалобой гражданина О.В. Сушкова: постановление Конституционного Суда РФ от 28.10.1996 № 18-П. URL: https://www. consultant.ru/document/cons_doc_LAW_12214/ (дата обращения: 23.12.2023).
[11] По делу о проверке конституционности отдельных положений частей первой и второй статьи 118 Уголовно-исполнительного кодекса РФ в связи с жалобой Шенгелая З.Р.: постановление Конституционного Суда РФ от 26.12.2003 № 20-П. URL: https://www.consultant.ru/document/cons_ doc_LAW_45896/ (дата обращения: 23.12.2023).
[12] По делу о проверке конституционности части первой статьи 320, части второй статьи 327 и статьи 328 ГПК РФ в связи с жалобами гражданки Е.В. Алейниковой и общества с ограниченной ответственностью «Три К» и запросами Норильского городского суда Красноярского края и Центрального районного суда города Читы: постановление Конституционного Суда РФ от 21.04.2010 № 10-П. URL: https://www.consultant.ru/ document/cons_doc_LAW_99983/ (дата обращения: 23.12.2023).
[13] По делу о проверке конституционности ряда положений пункта «а» статьи 64 Уголовного кодекса РСФСР в связи с жалобой гражданина В.А. Смирнова: постановление Конституционного Суда РФ от 20.12.1995 № 17-П. URL: https://www. consultant.ru/document/cons_doc_LAW_8911/ca182 0d99f2c758e82d835816b28c0a34417dc33/ (дата обращения: 23.12.2023).
[14] По жалобе граждан М.Б. Никольской и М.И. Сапронова на нарушение их конституционных прав отдельными положениями Федерального закона «Об оперативно-розыскной деятельности»: определение Конституционного Суда РФ от 4.02.1999 № 18-О. URL: https://www.consultant. ru/cons/cgi/online.cgi?req=doc&base=ARB&n=8328 #nyfTHzTuk33BljVK2 (дата обращения: 23.12.2023).
[15] По делу о проверке конституционности положений части четвертой статьи 25.10 Федерального закона «О порядке выезда из РФ и въезда в РФ», подпункта 13 пункта 1 статьи 7
ОБРАЗОВАНИЕ И ПРАВО № 12 • 2023
Федерального закона «О правовом положении иностранных граждан в РФ» и пункта 2 статьи 11 Федерального закона «О предупреждении распространения в РФ заболевания, вызываемого вирусом иммунодефицита человека (ВИЧ-инфекции)» в связи с жалобами ряда граждан: постановление Конституционного Суда РФ от 12.03.2015 № 4-П. URL: https://www.consultant.ru/document/ cons_doc_LAW_176615/ (дата обращения: 23.12.2023).
[16] О персональных данных: федер. закон от 27.07.2006 № 152-ФЗ (ред. от 06.02.2023). URL: https://www.consultant.ru/document/cons_doc_ LAW_61801/ (дата обращения: 23.12.2023).
[17] Подмарёв А.А. Цели ограничения прав и свобод человека и гражданина в Конституции РФ 1993 г., международных актах, решениях Конституционного Суда России // Вестник Санкт-Петербургского университета МВД России. - 2018. - № 4 (80). - С. 39-44.
Spisok literatury:
[1] Konstituciya Rossijskoj Federacii» (prinyata vsenarodnym golosovaniem 12.12.1993 s izmeneni-yami, odobrennymi v hode obshcherossijskogo golosovaniya 01.07.2020). URL: https://www.consult-ant.ru/document/cons_doc_LAW_28399/ (data obrashcheniya: 23.12.2023).
[2] Kolobaeva N.E., Nesmeyanova S.E. Kon-stitucionnoe ogranichenie osnovnyh prav i svobod cheloveka // Rossijskoe pravo: obrazovanie, praktika, nauka. - 2018. - № 3. - S. 9-16.
[3] Vseobshchaya deklaraciya prav cheloveka (prinyata General'noj Assambleej OON 10.12.1948). URL: https://www.consultant.ru/document/cons_ doc_LAW_120805/ (data obrashcheniya: 23.12.2023).
[4] O zashchite prav cheloveka i osnovnyh svobod: konvenciya ot 04.11.1950 (red. ot 24.06.2013). URL: https://www.consultant.ru/document/cons_ doc_LAW_29160/ (data obrashcheniya: 23.12.2023).
[5] Podmaryov A.A. Ogranichenie prav i svobod cheloveka i grazhdanina: opredelenie konstitucion-nogo ponyatiya // Vestnik RUDN. Seriya: YUridich-eskie nauki. - 2014. - № 2. - S. 9-15.
[6] Mal'ko A.V. Stimuly i ogranicheniya v prave. - 2-e izd., pererab. i dop. - M.: YUrist». - 2003. -248 s.
[7] Voevodin L.D. YUridicheskij status lichnosti v Rossii: ucheb. Posobie. - M.: Izd-vo MGU, Izdatel'skaya gruppa INFA-M - NORMA. - 1997. -298 s.
[8] Po delu o proverke konstitucionnosti otdel'nyh polozhenij Federal'nogo zakona «Ob osnovnyh garantiyah izbiratel'nogo prava i prava na uchastie v referendume grazhdan RF» v svyazi s zaprosom gruppy deputatov Gosudarstvennoj Dumy i
zhalobami grazhdan S.A. Buntmana, K.A. Katanyana i K.S. Rozhkova: postanovlenie Konstitucionnogo Suda RF ot 30.10.2003 № 15-P. URL: https://www. consultant.ru/document/cons_doc_LAW_44858/ (data obrashcheniya: 23.12.2023).
[9] Po delu o proverke konstitucionnosti statej 220.1 i 220.2 UPK RSFSR v svyazi s zhaloboj grazh-danina V.A. Avetyana: postanovlenie Konstitucionnogo Suda RF ot 03.05.1995 № 4-P. URL: https:// www.consultant.ru/document/cons_doc_LAW_6549/ (data obrashcheniya: 23.12.2023).
[10] Po delu o proverke konstitucionnosti st. 6 UPK RSFSR v svyazi s zhaloboj grazhdanina O.V. Sushkova: postanovlenie Konstitucionnogo Suda RF ot 28.10.1996 № 18-P. URL: https://www.consultant. ru/document/cons_doc_LAW_12214/ (data obrashcheniya: 23.12.2023).
[11] Po delu o proverke konstitucionnosti otdel'nyh polozhenij chastej pervoj i vtoroj stat'i 118 Ugolovno-ispolnitel'nogo kodeksa RF v svyazi s zhaloboj SHengelaya Z.R.: postanovlenie Konstitucionnogo Suda RF ot 26.12.2003 № 20-P. URL: https://www.consultant.ru/document/cons_doc_ LAW_45896/ (data obrashcheniya: 23.12.2023).
[12] Po delu o proverke konstitucionnosti chasti pervoj stat'i 320, chasti vtoroj stat'i 327 i stat'i 328 GPK RF v svyazi s zhalobami grazhdanki E.V. Ale-jnikovoj i obshchestva s ogranichennoj otvetstven-nost'yu «Tri K» i zaprosami Noril'skogo gorodskogo suda Krasnoyarskogo kraya i Central'nogo rajonnogo suda goroda CHity: postanovlenie Konstitucionnogo Suda RF ot 21.04.2010 № 10-P. URL: https://www. consultant.ru/document/cons_doc_LAW_99983/ (data obrashcheniya: 23.12.2023).
[13] Po delu o proverke konstitucionnosti ryada polozhenij punkta «a» stat'i 64 Ugolovnogo kodeksa RSFSR v svyazi s zhaloboj grazhdanina V.A.
Smirnova: postanovlenie Konstitucionnogo Suda RF ot 20.12.1995 № 17-P. URL: https://www.consultant. ru/document/cons_doc_LAW_8911/ca1820d99f-2c758e82d835816b28c0a34417dc33/ (data obrashcheniya: 23.12.2023).
[14] Po zhalobe grazhdan M.B. Nikol'skoj i M.I. Sapronova na narushenie ih konstitucionnyh prav otdel'nymi polozheniyami Federal'nogo zakona «Ob operativno-rozysknoj deyatel'nosti»: opredelenie Konstitucionnogo Suda RF ot 4.02.1999 № 18-O. URL: https://www.consultant.ru/cons/cgi/online. cgi?req=doc&base=ARB&n=8328#nyfTHzTuk-33BljVK2 (data obrashcheniya: 23.12.2023).
[15] Po delu o proverke konstitucionnosti polozhenij chasti chetvertoj stat'i 25.10 Federal'nogo zakona «O poryadke vyezda iz RF i v»ezda v RF», podpunkta 13 punkta 1 stat'i 7 Federal'nogo zakona «O pravovom polozhenii inostrannyh grazhdan v RF» i punkta 2 stat'i 11 Federal'nogo zakona «O pre-duprezhdenii rasprostraneniya v RF zabolevaniya, vyzyvaemogo virusom immunodeficita cheloveka (VICH-infekcii)» v svyazi s zhalobami ryada grazh-dan: postanovlenie Konstitucionnogo Suda RF ot 12.03.2015 № 4-P. URL: https://www.consultant.ru/ document/cons_doc_LAW_176615/ (data obrashcheniya: 23.12.2023).
[16] O personal'nyh dannyh: feder. zakon ot 27.07.2006 № 152-FZ (red. ot 06.02.2023). URL: https://www.consultant.ru/document/cons_doc_ LAW_61801/ (data obrashcheniya: 23.12.2023).
[17] Podmaryov A.A. Celi ogranicheniya prav i svobod cheloveka i grazhdanina v Konstitucii RF 1993 g., mezhdunarodnyh aktah, resheniyah Konstitucionnogo Suda Rossii // Vestnik Sankt-Peter-burgskogo universiteta MVD Rossii. - 2018. - № 4 (80). - S. 39-44.
ОБРАЗОВАНИЕ И ПРАВО № 12 • 2023