Научная статья на тему 'Подготовка кадров учителей в условиях ликвидации неграмотности населения в Бурят-Монгольской АССР в 1923–1932 гг'

Подготовка кадров учителей в условиях ликвидации неграмотности населения в Бурят-Монгольской АССР в 1923–1932 гг Текст научной статьи по специальности «Науки об образовании»

CC BY
443
85
i Надоели баннеры? Вы всегда можете отключить рекламу.
Ключевые слова
ПРОФЕССИОНАЛЬНОЕ ОБРАЗОВАНИЕ / ЛИКВИДАЦИЯ НЕГРАМОТНОСТИ НАСЕЛЕНИЯ / ПОДГОТОВКА КАДРОВ УЧИТЕЛЕЙ / ЕДИНАЯ ТРУДОВАЯ ШКОЛА / ПЕДАГОГИЧЕСКОЕ ОБРАЗОВАНИЕ / ПЕДАГОГИЧЕСКИЕ УЧЕБНЫЕ ЗАВЕДЕНИЯ / TEACHERS'' TRAINING / TEACHERS'' EDUCATION / TEACHERS'' TRAINING INSTITUTES / PROFESSIONAL TRAINING / LITERACY CAMPAIGNE / UNIFIED WORK SCHOOL

Аннотация научной статьи по наукам об образовании, автор научной работы — Бальхаева И. Х.

В статье рассматривается процесс подготовки педагогических кадров и их роль в ликвидации неграмотности в начальный период становления республики.

i Надоели баннеры? Вы всегда можете отключить рекламу.
iНе можете найти то, что вам нужно? Попробуйте сервис подбора литературы.
i Надоели баннеры? Вы всегда можете отключить рекламу.

Teachers' staff training in the process of literacy campaigne in Buryat-Mongolian ASSR in 1923–1932

The article examines the process of teaching staff training and its role in the literacy campaigne in the initial stage of the republican formation.

Текст научной работы на тему «Подготовка кадров учителей в условиях ликвидации неграмотности населения в Бурят-Монгольской АССР в 1923–1932 гг»

ИЗВЕСТИЯ

ПЕНЗЕНСКОГО ГОСУДАРСТВЕННОГО ПЕДАГОГИЧЕСКОГО УНИВЕРСИТЕТА имени В. Г. БЕЛИНСКОГО ГУМАНИТАРНЫЕ НАУКИ № 27 2012

IZVESTIA

PENZENSKOGO GOSUDARSTVENNOGO PEDAGOGICHESKOGO UNIVERSITETA imeni V. G. BELINSKOGO HUMANITIES

№ 27 2012

УДК 947

ПОДГОТОВКА КАДРОВ УЧИТЕЛЕЙ В УСЛОВИЯХ ЛИКВИДАЦИИ НЕГРАМОТНОСТИ НАСЕЛЕНИЯ В БУРЯТ-МОНГОЛЬСКОЙ АССР В 1923 1932 ГГ.

© и. Х. БАЛЬХАЕВА Совет Федерации Федерального Собрания Российской Федерации e-mail: bin_mkrb@ma.i1.ru

Бальхаева И. Х. - Подготовка кадров учителей в условиях ликвидации неграмотности населения в Бурят-Монгольской АССР в 1923-1932 гг. // Известия ПГПУ им. В.Г. Белинского. 2012. № 27. С. 479-484. - В статье рассматривается процесс подготовки педагогических кадров и их роль в ликвидации неграмотности в начальный период становления республики.

Ключевые слова: профессиональное образование, ликвидация неграмотности населения, подготовка кадров учителей, единая трудовая школа, педагогическое образование, педагогические учебные заведения.

Balkhaeva I. H. - Teachers' staff training in the process of literacy campaigne in Buryat-Mongolian ASSR in 19231932 // Izv. Penz. gos. pedagog. univ. im. V.G. Belinskogo. 2012. № 27. P. 479-484. - The article examines the process of teaching staff training and its role in the literacy campaigne in the initial stage of the republican formation.

Keywords: Professional training, literacy campaigne, teachers' training, unified work school, teachers' education, teachers' training institutes.

Ко времени образования Бурят-Монгольской АССР (БМАССР) в 1923 г. на её территории практически отсутствовали учебные заведения профессионального образования. Функционировали лесное училище, педагогические курсы, музыкальная школа, в них обучалось всего 156 учащихся и работало 20 преподавателей [35, 272]. Перспективы молодой республики зависели от быстроты и эффективности создания системы профессионального образования, поскольку от решения этой проблемы зависела реализация других насущных задач - и экономических, и политических, и социальных. В Бурят-Монголии постепенно росло понимание того, что «рассматриваемое в этом контексте образование является первичным, предпосылочным и, если угодно, пред- или доэкономическим ресурсом, способным пробудить экономику, привнести в нее динамизм, обеспечить рывок в развитии производства» [31, 5]. Задачу кадрового обеспечения народного хозяйства невозможно было решить без массовой ликвидации неграмотности населения, развития общего образования.

Положение осложнялось тем, что «у нас политический и социальный переворот оказался предшественником тому культурному перевороту, той культурной революции, перед лицом которой мы стоим. Но для нас эта культурная революция представляет неимоверные трудности и чисто культурного свойства, ибо мы безграмотны» [22, 377]. Уровень образования населения БМАССР в 1923 г. являлся удручающе низ-

ким. Грамотность взрослого сельского населения (в это время 90,8 % всего населения республики проживало в сельской местности) [30, 72] составляла: среди бурят - 15,2 %; русских - 29,7 %; женщин - 4,2 % [18, 20]. На 1000 чел. населения в возрасте от 8 лет и старше приходилось 22 грамотных (без северных районов), в том числе бурятского населения - 14 чел. [30, 12]. Только 20,9 % детей в возрасте от 8 до 16 лет обучались в школах [33, 80].

Решение данной важнейшей проблемы предполагало: создание единой системы школьного образования, массовый охват детей начальным образованием, ликвидацию неграмотности взрослого населения, подготовку педагогических кадров, обеспечение преподавания на родном языке в бурятских школах и т.д. Достижение столь масштабных целей усугублялось инерционностью исторически сложившихся традиций, культурным и этническим своеобразием региона, необходимостью изменения менталитета местного населения, обусловленного кочевым и полукочевым образом жизни. Требовались координация усилий центральных и местных органов управления, мобилизация всех интеллектуальных ресурсов для формирования новых ценностных установок и качественно новых познавательных потребностей населения.

Состоявшийся в декабре 1923 г. 1-й съезд Советов Бурят-Монгольской АССР принял программу развития школьного образования. Еще в 1918 г. все начальные и средние школы страны были преобра-

зованы в единую трудовую школу первой и второй ступени. Единая трудовая школа являлась политехнической. В целом она отвечала тогдашним педагогическим представлениям о профессиональной школе. Первая ступень предназначалась для детей 8-13 лет, вторая - для подростков 13-17 лет [21, 185]. В Бурят-Монголии в 1923/24 учебном году насчитывалось 485 массовых разнотипных школ первой ступени с контингентом учащихся 20 тыс. чел. Школы первой ступени в большинстве своём работали по программе трёхлетнего курса обучения: в 1923/24 учебном году школы-трёхлетки составляли 67,5 % от общего количества школ первой ступени [27, 23], в них обучалось 27 % детей школьного возраста (8-11 лет). Повышенное образование было представлено 12 школами - 3 школы семилетки, 9 школ второй ступени [30,12]. Из общего количества школ 213 школ первой ступени и 7 школ второй ступени являлись национальными [1, 355, 357].

Школьное образование Бурят-Монголии встретилось с большими трудностями и, в первую очередь, с низкой обеспеченностью населения школами. Не хватало помещений для школ и общежитий, учебников и наглядных пособий, инвентаря, средств на строительство и содержание школ. Территориальная разбросанность населенных пунктов и низкая материальная обеспеченность приводили к значительному отсеву учащихся из школ. Так, в 1923/24 учебном году выбыло 22,8% учащихся школ первой ступени и 15,8 % учащихся школ второй ступени [1, 360]. Разнотипность школ, отсутствие единства в учебных планах и программах, преемственности уровней и ступеней образования снижали результаты учебной деятельности. Но наиболее острой проблемой являлась постоянная потребность в учителях, их низкий общеобразовательный и профессиональный уровень, недостаточный опыт практической работы. учителем зачастую принимали любого, кто изъявлял желание обучать детей. к моменту создания республики в школах работал 601 учитель [30, 12], из них 569 чел. - в школах первой ступени. Более одной трети учителей не имели среднего общего образования, удельный вес учителей со средним педагогическим образованием составлял 16,7 %. В школах не было ни одного учителя с высшим педагогическим образованием [34, 317]. Ещё более низким выглядел образовательный ценз учителей-бурят, из них 69,7 % не имели среднего образования. В бурятских школах первой ступени работало всего 281 учителей, из них 129 русских, которые не знали или плохо знали бурятский язык. Поэтому бурятский язык преподавался только в каждой третьей национальной школе первой ступени [19, 52].

В августе 1923 г. Совнарком РСФСР издал декрет «О сети учреждений Наркомпроса РСФСР» о введении в стране всеобщего начального обучения [20, 9-10]. В БМАССР расширилась сеть начальных школ, увеличилось число учащихся, увеличилось финансирование образования. Часть расходов по содержанию школ несло местное население. В ряде мест жители «путем самообложения и добровольных пожертвований» строили новые школьные здания. В

1924/25 учебном году по сравнению с 1923/24 учебным годом по данным С. Г. Дугарова [18, 22] количество школ увеличилось на 78 единиц, охват детей 8-11 лет возрос с 20,0 до 30,5 %. В. И. Андреев отмечал: «... в воззрениях и настроениях бурят-монгольского народа произошел удивительный перелом в сторону поголовного, стихийного стремления к просвещению. В деле народного образования оказались заинтересованными решительно все от мала до велика. Школы переполнялись до отказа, несмотря на то, что число их увеличилось. Прежде пустующие школы с 5-10 учениками, теперь насчитывали 60-70 человек, оставив за бортом еще несколько десятков желающих попасть в число учащихся. Все учреждения заваливались прошениями и ходатайствами улусов об открытии у них школ» [1, 399].

Растущая сеть школ, в том числе национальных, нуждалась в первую очередь, в педагогических кадрах. В январе 1924 г. Прибайкальские педагогические трехгодичные курсы, функционировавшие в г. Верхнеудинск с 1920 г. и осуществлявшие подготовку учителей для русских школ первой ступени, реорганизованы в Русский педагогический техникум. Постановлением Совета Народных комиссаров БМАССР 30 апреля 1924 г. утверждено положение о Бурятском педагогическом техникуме, призванном готовить кадры учителей для бурятских единых трудовых школ 1 ступени. учебные занятия в Бурятском педагогическом техникуме начались с 1 октября 1924 г. [7, 3]. учебные планы базировались на семилетней общеобразовательной школе, что вызвало большие затруднения при наборе абитуриентов. комплектование техникумов проводилось путем разверстки мест по аймакам. Но не каждый аймак мог обеспечить выполнение плана набора из-за отсутствия подготовленных учащихся. В 1923/24 учебном году в школах повышенного типа обучалось всего 1107 учащихся [5, 25], из них 369 чел. - в 2 средних бурятских школах [19, 69]. На одногодичных подготовительных курсах, открытых при техникумах, слушатели с разным уровнем начальной подготовки получали образование в объеме семилетней школы. Тем самым обеспечивался доступ всем желающим к педагогическому образованию, хотя и удлинялись сроки обучения. Первый набор в Русский педагогический техникум составил 70 чел., в Бурятский - 82 чел. [34, 318]. Сформировано три курса: подготовительный, первый и второй. В 1924/25 учебном году в обоих педтехникумах обучалось 150 чел., из них в Бурятском - 81 чел., Русском - 69 чел. [34, 319]; в 1926/27 учебном году - 210 чел. [6, 141].

Техникумы работали по программе 4-годичных педтехникумов РСФСР. На основе этой программы преподаватели Бурятского педтехникума разработали свою программу национальной педагогической школы. В первые два года программой предусматривалось изучение общеобразовательных предметов, разделенных на физико-математический, обществоведческо-литературный, национальный циклы и цикл предметов трудового воспитания, в последующие два года -специально-педагогические предметы [3, 138]. Техни-

кумы столкнулись с большими трудностями: нехватка учебников и учебных пособий, недостаточный уровень финансирования, слабая материальная обеспеченность учащихся (стипендия - 13,5 руб.). Из-за ежегодного недокомплекта снижались требования для поступающих. Так, в 1930 г. 30 % учащихся Бурпедтехнику-ма не имели семилетнего образования [4, 3]. Первыми преподавателями, стоявшими у истоков создания педагогического образования в республике, были такие известные деятели просвещения, как А. И. Алексеев,

A. Н. Хазагаев, И. Г. Дадуев, А. Г. Бажин, М. П. Хабаев, Г. Д. Саввин, А. П. Чайванова, профессор Г. Ц. Цыби-ков и др. (в Бурпедтехникуме); В. Б. кульвановский,

B. В. Сердитых, Е. Н. Шамшурина (Вишниовская), К. Н. Литвинцев (в Русском педтехникуме).

Русский и Бурятский педагогические техникумы - первые средние специальные учебные заведения, их открытие явилось первым шагом на пути становления системы профессионального образования республики. Первый выпуск Бурпедтехникума в 1927 г. насчитывал 15 чел. Численность выпускников в последующие годы составила: в 1928 г. - 21 чел., 1929 г.

- 17 чел., 1930 г. - 18 чел. [1, 395]. Молодые специалисты получили хорошую теоретическую подготовку, которая позволяла преподавать им как на родном, так и русском языке. В 1929 г. в начальных бурятских школах обучение на родном языке велось в 30,0% школ, на смешанном - в 50,0 %, на русском языке - в 20,0 % [26, 57]. Численность учащихся Бурпедтехникума до 1930 г. не превышала 140 чел. [34, 321]. Выпуски пед-техникумов не удовлетворяли растущих потребностей в кадрах учителей. В 1929 г. из 654 работающих учителей только 127 чел. или 19,4% имели специальное педагогическое образование, а 24,0 % учителей - начальное образование [19, 22]. Тем не менее, деятельность педагогических техникумов открыла широкие возможности для развития массового школьного образования. Выпускники педучилищ составляли наиболее подготовленную часть учителей.

В этот период довольно быстро развивается сеть школ повышенного типа. В 1924/25 учебном году открылись школы крестьянской молодежи (ШКМ), которые относились ко второй ступени единой трудовой школы. Эти школы сочетал общее, трудовое и политехническое образование, осуществляя подготовку специалистов и организаторов производства по разным отраслям сельского хозяйства. В школах молодёжь 12-16 лет по трёхлетней программе обучения получала общеобразовательные знания в объёме семи

классов. Первая ШКМ в республике открыта в 1924 г. в с. Мухоршибирь. В 1925/26 учебном году насчитывалось 5 ШКМ, 1926/27 учебном году - 7 (435 учащихся), в 1927/28 учебном году - 8 (925 учащихся), в 1928/29 учебном году - 13 (1251 учащихся). Школы крестьянской молодежи пользовались большой популярностью, число желающих учиться достигало 8-9 чел. на одно место [33, 84]. Во многих ШКМ создана по тем временам довольно крепкая учебноматериальная база. летом 1925 г. по линии Нарком-проса БМАССР в г. Верхнеудинске начали функционировать курсы организаторов ШКМ.

Приоритетное для республики значение имела ликвидация неграмотности взрослого населения. Первые выпуски педагогических техникумов позволили активизировать этот процесс. открывались воскресные школы, ликпункты, кабинеты, уголки ликвидаторов безграмотности и т.д. Планировалось охватить обучением всё неграмотное взрослое население от 16 до 50 лет в городах и поселках городского типа, от 16 до 40 лет - в сельских местностях [12, 6] . Проводилась громадная работа. Сотни учителей и активистов направлялись на борьбу с неграмотностью населения. В ликпунктах продолжительность обучения составляла 3 месяца. За это время учащиеся получали навыки чтения, письма и счёта. С 1929 г. начала широко внедряться индивидуально-групповая система обучения «как наиболее рентабельная форма в условиях слабой плотности населения и малых размеров населенных пунктов в республике» [16, 77] . За год по этой системе обучено 6,7 тыс. чел., тогда как за предыдущие 5 лет -18,0 тыс. чел. [25,4]. Также открывались школы грамоты с десятимесячным сроком обучения и программой двух классов начальной школы. Следующая ступень обучения - школы для малограмотных. В них учащиеся получали знания за курс начальной школы. За период с 1927/28 по 1930/31 учебный год число школ для малограмотных увеличилось с 9 до 42 [18, 21] . Открывались школы взрослых повышенного типа с пятилетним сроком обучения, работавшие за курс семилетней или средней школы. О действенности проводимых мер говорят следующие факты. За период с 1923 по 1930 г. различными формами обучения взрослых охвачено более 93 тыс. чел., из них в 1923-1928 гг. - 35 тыс. чел., за последующие два года - 58 тыс. чел. [28, 29]. Если в 1928 г. в республике обучалось грамоте 8 тыс. чел., то в 1930 г. - 24 тыс. чел. Курсы ликвидации неграмотности окончили 16979 чел., из них 7831 мужчин и 9148 женщин, 7207 бурят и 9772 русских [16, 77] (табл. 1).

Таблица 1

Численность взрослого неграмотного населения Бурят-Монголии, охваченного курсами ликвидации неграмотности в 1929/30 учебном году (человек) [16, 77]

Всего из них

по полу по национальности

мужчин женщин бурят русских

охвачено 23950 10793 13357 10467 13483

выпущено 16979 7831 9148 7207 9772

В 1929/30 учебном году учащиеся курсов ликвидации неграмотности по социальному положению подразделялись следующим образом: рабочие - 1019 чел., батраки - 1915 чел., бедняки - 8931 чел., середняки

- 7705 чел., кулаки - 25 чел., служащие - 116 чел., колхозники - 3739 чел., домохозяйки - 417 чел., кустари - 66 чел., прочие - 134 чел. Особое внимание уделялось ликвидации неграмотности и малограмотности среди женщин. В 1929/30 учебном году 55,8 % учащихся, охваченных курсами ликвидации неграмотности, составляли женщины [16, 77]. За 1926-1930 гг. грамотность женщин-буряток поднялась на 20,0 % [5, 102]. уровень образования населения неуклонно повышался. В 1929 г. общая грамотность жителей республики составила 31,0 %, среди бурятского населения -25,4 % [18, 20]. Однако согласно отчету правительства БМАССР за 1929/1930 учебный год «начальное образование, несмотря на систематический, ежегодный рост на 8%, должного размаха не получило. Отсев из школ доходит до 50 %. Повышенная школа имеет радиус в 450 кв. км, больше 50 % учителей без всякого образования. Учебных пособий почти нет» [11, 39]. Сеть школ повышенного типа размещалась на территории республики крайне неравномерно. «В ряде аймаков отсутствовали школы повышенного типа, в некоторых аймаках функционировала 1 национально-смешанная школа, тогда как национальный состав населения диктовал необходимость организации двух школ повышенного типа» [13,7] .

Сложная ситуация в школьном образовании активизировала процесс поиска путей преодоления трудностей не только в республике, но и в стране. Выход виделся в поэтапном решении проблемы. 14 августа 1930 г. ВЦИК и СНК СССР издали Закон о введении в стране всеобщего обязательного начального обучения с 1930/31 учебного года. Через 13 дней после выхода Закона Бурят-Монгольский областной комитет ВКП(б) принял постановление «О всеобщем обязательном начальном обучении». Учитывая особенности республики, обязательное начальное обучение вводилось не сразу, а постепенно. 29 октября 1930 г. ЦИК БМАССР определяет: «Ввести, начиная с 1930/31 учебного года на территории республики, за исключением СевероБайкальского и Баунтовского районов, обязательное начальное обучение детей восьмилетнего возраста, а в городах Верхнеудинске, Троицкосавске и Мысовске распространить обязательность начального обучения на детей девяти и десяти лет включительно». В следующем 1931/32 учебном году предусматривалось введение в сельской местности обязательного обучения детей 9 и 10 лет [14, 73]. По плану всеобуча намечалось в 1930/31 учебном году открыть 285 классов первой ступени, 50 классов для переростков. Численность учащихся в начальной школе доводилась до 48,8 тыс. чел. Специальными группами охватывалось 3,5 тыс. неграмотных переростков. Норма на один комплект повышалась до 42 чел., что позволяло на 85,2% обеспечить местами детей школьного возраста. Наркомпрос республики планировал в 1930/31 учебном году довести до 79 число интернатов при начальных школах [2, 348].

В республике началась активная работа по осуществлению всеобщего начального обучения детей. Правительство БМАССР в своем отчете отмечало: «Вокруг этих плановых предположений была развернута широкая массовая работа, действительно всколыхнувшая массы города и деревни на проведение всеобуча» [15, 74]. Создаются центральный комитет всеобуча, при исполкомах аймачных, городских, сельских и сомонных Советов - комитеты содействия всеобучу. Увеличилось финансирование школьного образования. Если в республике в 1928/29 учебном году расходы на просвещение составляли 3,1 млн. руб., то в 1932 г. они возросли до 10,1 млн. руб., т.е. почти в 3,3 раза [32, 42]. На проведение всеобуча мобилизуются средства профсоюзов, колхозов, предприятий и кооперативных организаций. Проводится большая организационная работа: полный учет детей и подростков школьного возраста, ремонт старых и строительство новых школьных зданий и общежитий, укрепляется материально-техническая база школ, закупаются учебники, письменные принадлежности, учебное оборудование и наглядные пособия и т.д. За 1929-1932 гг. построено 80 школьных зданий [32, 113].

В 1930/31 учебном году по сравнению с предшествующим численность учащихся начальных школ увеличилась с 33,9 тыс. чел. до 51,8 тыс. чел. или на 52,8 % [23, 59] . Охват детей 8-летнего возраста в сельской местности составил 91,2 %, в городской - 90,0 %. Выполнен план охвата неграмотных переростков. Фактически по данным на 20 декабря 1930 г. вместо намечаемых 285 комплектов открыто 320 комплектов [15, 74]. Введение всеобщего начального обучения в основном завершилось к концу 1932 г. Д. Мункин, заведующий культпропотделом Бурят-Монгольского обкома ВКП(б), в статье «Национально-культурное строительство БМАССР к 15 годовщине Октября», опубликованной в газете «Бурят-Монгольская правда» 7 ноября 1932 г., отмечал: «В области первоначального образования мы одержали победу всемирноисторического значения. Всеобуч за начальную школу завершен. Царское правительство, в лице чиновников министерства народного просвещения, проектировало осуществить введение всеобщего первоначального образования среди бурят не менее, как в течение 100 лет. Эта задача разрешена при советской власти в 10 лет» [24, 2]. Тем не менее, в документах по материалам массового смотра школ, проведенного в 1932 г. Нар-компросом республики, отмечалось: «по отдельным аймакам наблюдаются явные срывы всеобуча: в Зака-менском аймаке охват составил 58 %, Баунтовском -75 %, Тункинском - 81 %. В целом по республике процент охвата составил 92,6 %» [8, 129]. В 1932-1934 гг. обязательное начальное обучение детей в республике введено полностью. На конец 1933/34 учебного года в школах всеобуча численность учащихся превышала 54 тыс. чел. [18, 23].

Между тем, проблема обеспеченности школ педагогическими кадрами оставалась нерешенной. В связи с введением всеобщего начального обучения Наркомпрос республики разработал перспективный

план подготовки учителей. В 1930 г. педагогические техникумы сделали по два выпуска, проведя досрочный выпуск учащихся третьих курсов и направив в школы 105 чел. Увеличение выпуска педагогических техникумов «не покрывало потребности школ» [34, 321]. При педагогических техникумах открываются одномесячные курсы на 90 чел., которые окончили 65 чел. Наряду с расширением краткосрочной курсовой подготовки, педагогические кадры начальных школ пополнялись выпускниками школ повышенного типа с педагогическим уклоном. Предусматривалось обеспечить 50 % потребности в учителях за счёт их краткосрочной курсовой подготовки на базе семилетних школ. Таким образом, педагогические кадры в первый год введения всеобщего начального обучения «пополнились за счет окончивших педтехникумы -105 чел., педуклоны - 154 чел., краткосрочные курсы

- 65 чел. Всего - 324 чел.» [15, 74]. Кроме того, для обеспечения школ кадрами учителей к 15 сентября 1931 г. мобилизованы 100 комсомольцев и возвращены на педагогическую работу коммунисты - бывшие учителя, работающие в других учреждениях [23, 55]. Одновременно в школы республики направлялись выпускники педагогических училищ центральных областей РСФСР. Во время зимних и летних каникул работали курсы переподготовки учителей.

Согласно директиве Наркомпроса РСФСР педагогические техникумы республики с 1930/31 учебного года перешли с четырехгодичного на трёхгодичный срок обучения [17,79]. Эта мера была вызвана необходимостью увеличения численности выпускников, хотя сокращение срока обучения не могло не отразиться на качестве подготовки учителей. Неблагоприятное влияние на рост выпуска учителей оказал и перевод в г. Троицкосавск (Кяхта) обоих педагогических техникумов. Осенью 1931 г. переведен Русский педтех-никум, в ноябре 1932 г. - Бурятский педтехникум. Педагогические техникумы до перевода подготовили 392 учителей начальных классов, а педагогические курсы при них - 358 чел. [35, 272]. Расположенность техникумов вдали от большинства аймаков и столицы республики не способствовала выполнению плана набора и сохранению контингента учащихся. В 1932 г. техникумы были объединены и переименованы в Областной педагогический техникум им. В. И. ленина. В техникумах накануне объединения насчитывалось 19 курсов и 681 учащихся [19, 65].

Задача обеспечения начальных школ учителями постоянно находилась в центре внимания местных органов управления. Подготовка кадров на 1932/33 учебный год Наркомпросом республики планировалась следующим образом: «Всего понадобится 547 чел., из них для новых комплектов - 273 чел., т.к. 140 учителей начальных школ перешли в повышенные школы и т.д. Мероприятия по подготовке учителей: а) выпустить краткосрочными курсами - 53 чел., б) открыть 6 шестимесячных курсов - 400 чел., в) выпуск педтехни-кумов - 53 чел., г) привлечь работающих не по специальности - 38 чел.» Но эти планы не всегда выполнялись. Так, например, на шестимесячных курсах вместо

400 чел. обучалось 210 чел., а «для покрытия 190 чел. снимались учащиеся выпускных классов школ повышенного типа» [10, 163]. Краткосрочные педагогические курсы на 27 мая 1932 г. были укомплектованы только на 63,5 % [10, 163].

В этот период наблюдалась большая текучесть учительских кадров. В течение 1931/32 учебного года уволился 131 чел. [10, 163]. Увольнения объясняются тяжелыми условиями труда, недостаточным вниманием властей к жилищно-бытовым проблемам учителей. Тем не менее, рост выпуска учителей педагогическими техникумами и краткосрочными педагогическими курсами способствовал увеличению численности учителей. Если в 1929/30 учебном году в школах работало 1251 учителей, то в 1932/33 учебном году - 2120. За два года численность учителей увеличилась на 69,5 % [29, 111]. Таким образом, рассматриваемый период был временем созидательной работы. Изменения в образовательном уровне населения Бурят-Монголии позволяют оценить значимость предпринятых первоочередных мер. Совершенствованию средств и форм образования способствовали процессы экономической и политической трансформации, изменение социальных условий и требований в новой модели жизни и труда.

СПИСОК ЛИТЕРАТУРЫ

1. Андреев В. И. История бурятской школы (1804— 1962 гг.). Улан-Удэ, 1964. 567 с.

2. Бальчинов Б. Х. Укрепление материальнотехнической базы учреждений просвещения // Бурятия от ликбеза до филиала Академии наук. Улан-Удэ, 1969. С. 347-362.

3. Беч А. И. К 75-летию Бурятского педагогического техникума им. Ленина // Архивы Бурятии и историческая наука. Улан-Удэ, 1998. С. 136-141.

4. Бурпедтехникум празднует пятилетие своей деятельности // Бурят-Монгольская правда. 1930. 19 июня. С 3.

5. Бурят-Монгольская АССР за 10 лет. Москва-Иркутск, 1933. 136 с.

6. Бурятская областная организация КПСС (хроника: 1895 - июнь 1941). Улан-Удэ, 1987. Кн. 1. 262 с.

7. Бурятский республиканский педагогический колледж: анализируем, прогнозируем, проектируем.

Улан-Удэ, 2007. 38 с.

8. ГАРФ. Ф. 2306, оп. 70, д. 1793, л. 129.

9. ГАРФ. Ф. 2306, оп. 70, д. 1793, л. 133.

10. ГАРФ. Ф. 2306, оп. 70, д. 1793, л. 163.

11. ГАРФ. Ф. 296, оп. 1, д. 401, л. 39.

12. ГАРФ. Ф. 296, оп. 1, д. 450, л. 6.

13. ГАРФ. Ф. 296, оп. 1, д. 450, л. 7.

14. ГАРФ. Ф. 296, оп. 1, д. 450, л. 73.

15. ГАРФ. Ф. 296, оп. 1, д. 450, л. 74.

16. ГАРФ. Ф. 296, оп. 1, д. 450, л. 77.

17. ГАРФ. Ф. 296, оп. 1, д. 450, л. 79.

18. Дугаров С. Г. Великая Октябрьская социалистическая революция и успехи народного образования // Бурятия от ликбеза до филиала Академии наук. Улан-Удэ, 1969. С. 8-35.

19. Дуринов А. А. Развитие бурятской национальной школы // Бурятия от ликбеза до филиала Академии наук. Улан-Удэ, 1969. С. 36-76.

20. Дуринов А. А. Школы Бурятской АССР на новом этапе развития. Улан-Удэ, 1960. 127 с.

21. История среднего профессионального образования в России. М., 2000. 702 с.

22. Ленин В. И. Полн. собр. соч. М., 1982. Т. 45. 756 с.

23. Митупов Б. М. Руководство Бурятской партийной организации культурной революцией в республике. Улан-Удэ, 1962. 574 с.

24. Мункин Д. Национально-культурное строительство БМАССР к 15 годовщине Октября // Бурят-Монгольская правда. 1932. 7 нояб. С. 2.

25. НАРБ. Ф.1, оп. 1, д. 319, л. 4.

26. НАРБ. Ф.1, оп. 1, д. 332, л. 57.

27. НАРБ. Ф.1, оп. 1, д. 336, л. 23.

28. НАРБ. Ф.1, оп. 1, д. 340, л. 29.

29. НАРБ. Ф.1, оп. 1, д. 359, л. 111.

30. Республика Бурятия. 75 лет. Стат. сб. Улан-Удэ, 1998. 320 с.

31. Садовничий В. В поисках нового подхода к развитию образования и производительных сил в России // Альма-матер. 2000. № 10. С. 3-7.

32. Социалистическое строительство Бурятии за 10 лет. Верхнеудинск, 1933. 184 с.

33. Тармаев Г. А. Общее, трудовое и политехническое образование // Бурятия от ликбеза до филиала Академии наук. Улан-Удэ, 1969. С. 77-123.

34. Филиппов М. А. Среднее педагогическое образование в Бурятии // Бурятия от ликбеза до филиала Академии наук. Улан-Удэ, 1969. С. 316-331.

35. Халзанов К. Х. Высшие и средние специальные учебные заведения Бурятии за 50 лет Советской власти // Бурятия от ликбеза до филиала Академии наук. Улан-Удэ, 1969. С. 270-298.

i Надоели баннеры? Вы всегда можете отключить рекламу.