Научная статья на тему 'Пакистан как очаг исламского терроризма'

Пакистан как очаг исламского терроризма Текст научной статьи по специальности «История и археология»

CC BY
150
25
i Надоели баннеры? Вы всегда можете отключить рекламу.
i Надоели баннеры? Вы всегда можете отключить рекламу.
iНе можете найти то, что вам нужно? Попробуйте сервис подбора литературы.
i Надоели баннеры? Вы всегда можете отключить рекламу.

Текст научной работы на тему «Пакистан как очаг исламского терроризма»

Екатерина Кудашкина,

политолог

ПАКИСТАН КАК ОЧАГ ИСЛАМСКОГО ТЕРРОРИЗМА

Контртеррористическая операция в Афганистане привела к укреплению позиций радикальных формирований, базирующихся на территории соседнего Пакистана - ключевого союзника США по антитеррористической коалиции. Однако влияние самих американцев в Пакистане оказалось сильно подорвано. Стремясь восстановить его, США теперь налаживают более тесное сотрудничество с гражданскими политиками. Подобное изменение позиции США сыграло не последнюю роль в судьбе теперь уже экс-президента Пакистана П. Мушаррафа. США по-прежнему называют Пакистан одним из своих ключевых союзников в борьбе с международным терроризмом. Но специалисты отмечают значительный рост активности радикальных и исламистских группировок, базирующихся на территории Пакистана и действующих как внутри страны, так и за ее пределами. По данным индийского Institute for Conflict Management (ICM), на территории Пакистана базируется более 40 радикальных организаций, пакистанских и международных. В 2007 г. в результате терактов по всей стране погибло почти 4 тыс. человек. Резкий всплеск насилия был связан с событиями вокруг мечети -Лал Масджид в Исламабаде. Летом прошлого года китайские власти заявили протест правительству Пакистана, утверждая, что студенты из двух медресе при Лал Масджид угрожают китаянкам, которые живут и работают в Исламабаде. В июле 2007 г. президент Мушарраф приказал поставить у мечети охрану, которая должна была ограничить выход студентов в город. Но студенты отобрали оружие и открыли огонь. Тогда Мушарраф приказал коммандос навести порядок. Коммандос оцепили мечеть и медресе, но находившиеся на территории (в том числе члены Исламского движения Узбекистана и антишиитской группировки «Лашкар-е-Джангви») оказали военным яростное сопротивление. Коммандос были вынуждены прибегнуть к штурму мечети, в результате чего погибло около 300 студентов медресе. Все студенты были из пуштунских племен, и большинство из них - девушки. Ответом на эту акцию стала волна терактов, совершенных смертниками в зоне племен, а также в таких городах, как Исламабад, Равалпинди, Лахор, Пешавар. С заявлениями в поддержку духовенства и студентов выступи-

ли Бен Ладен и Аль Завахири. «Аль-Каида» выпустила видеокассету в память о погибших в Лал Масджид. Спустя год в самом комплексе в память о случившемся была организована крупная религиозная конференция.

Самыми нестабильными провинциями Пакистана считаются Зона племен, Северо-Западная пограничная провинция (СЗПП) и Белуджистан. Впрочем, растет уровень насилия и в Синде, и в Пенджабе. По мнению экспертов, в половине случаев правительству удается сохранять контроль над ситуацией за счет использования военной силы. В Зоне племен размещается более 100 тыс. пакистанских военнослужащих, так как здесь находятся главные базы движения «Талибан» и «Аль Каиды». Значительная часть территории Северного Вазиристана находится под контролем талибов. После событий в мечети Лал Масджид обстановка здесь начала стремительно осложняться. Участились столкновения подразделений пакистанской армии с крупными отрядами боевиков, а военные конвои стали подвергаться регулярным нападениям с использованием взрывных устройств. Пакистанские военнослужащие все чаще оказываются заложниками исламистов. Широко распространены случаи дезертирства и отказа подразделений (в особенности укомплектованных пенджабцами) нести службу в Вазиристане и СЗПП, а также случаи добровольной сдачи в плен армейских, полицейских и военизированных подразделений небольшим отрядам талибов. Это свидетельствует о растущем нежелании воевать, а также идеологическом противостоянии и этнической поляризации внутри вооруженных сил, задействованных в операциях против исламистов. Такие случаи подрывают и боевой дух, и репутацию пакистанских военных в Вазиристане, вынужденных противостоять серьезному противнику в лице «Талибана» и «Аль-Каиды».

Ситуация в Северо-Западной пограничной провинции представляется еще более мрачной. В отличие от Зоны племен, где влияние центральной власти всегда было слабым, в СЗПП позиции федерального правительства оставались до последнего времени достаточно прочными. Теперь ситуация ухудшается катастрофическими темпами. Сегодня высокая активность экстремистов отмечается в 22 из 24 областей провинции. Еще два года назад эксперты считали СЗПП зоной конфликта низкой интенсивности, которая могла активизироваться под воздействием террористических элементов, проникающих сюда из соседней Зоны племен. Сегодня же, несмотря на то, что исламские радикальные организации стреми-

тельно расширяют свое присутствие и в других пакистанских провинциях, именно СЗПП быстро превращается в центр мобилизации исламистских вооруженных группировок, действующих на территории Пакистана и Афганистана. Процесс радикализации провинции, судя по всему, был «запущен» в ходе всеобщих выборов в октябре 2002 г., на которых неожиданно сильно выступил альянс Islamic of Muttahida Majlis-e-Amal, в состав которого вошло шесть религиозных партий. Тогда же этот альянс получил абсолютное большинство в законодательном собрании СЗПП.

По мнению Б. Рамана, бывшего руководителя антитеррористического подразделения индийской разведки, а ныне директора Institute for Topical Studies в Ченнаи (Мадрас), в действиях вооруженных группировок, действующих в Зоне племен и СЗПП, произошли значительные перемены. И Tehrik-e-Taliban Pakistan (ТТР), и другие, не связанные с нею радикальные организации, начинают активно перенимать тактику, которую использует движение «Талибан» в Афганистане, а именно - сочетание терактов, осуществляемых террористами-самоубийцами, и традиционных методов партизанской войны. В силу этого обстоятельства, в Зоне племен и СЗПП складывается картина, напоминающая ситуацию в Южном и Восточном Афганистане: многочисленные очаги нестабильности сливаются в одну зону, охватывающую всю территорию провинции. И это должно вызывать особую озабоченность не только Исламабада, но и всего международного сообщества, уверен Раман. Дело в том, что именно в тех краях находятся хранилища ядерных отходов, принадлежащие пакистанской Комиссии по атомной энергетике. Если хранилища окажутся в руках террористов, это решит их проблему поисков материала для создания «грязной» бомбы.

В Белуджистане, где отмечается довольно высокая террористическая активность во всех 30 областях провинции, тем не менее, немного спокойнее. В отличие от Зоны племен и СЗПЛ, местные экстремисты вдохновляются не столько исламистскими, сколько националистическими идеями. Самой крупной из действующих здесь националистических организаций остается Армия освобождения Белуджистана (АОБ), целью которой является создание самостоятельного правительства белуджей. Пакистанским военным удалось добиться определенных результатов: 26 августа 2006 г. пакистанские спецслужбы ликвидировали одного из наиболее влиятельных политических деятелей пакистанских белуджей Н.А. Шахбаза Хана Бугти, выступавшего за предоставление авто-

номии Белуджистану. Вслед за ним был убит Н.Б. Марри, по некоторым данным, руководивший деятельностью АОБ. Сейчас число жертв терактов идет на убыль, что, по мнению специалистов, отчасти это объясняется тем, что белуджи-националисты практически не взаимодействуют с исламистскими радикалами с Севера, большинство которых составляют пуштуны. Тем не менее в провинции продолжаются обстрелы и подрывы железных дорог, газопроводов, линий электропередач, мостов и прочих военных и правительственных объектов, а на севере Белуджистана базируются экстремисты, действующие как на пакистанской территории, так и на территории Афганистана. В 2007 г. было зафиксировано несколько случаев присутствия в Белуджистане боевиков «Аль-Каиды» и «Талибана». Более того, по некоторым данным, А.Х. Хакик, арестованный представитель движения «Талибан», в январе 2007 г. сообщил афганским разведслужбам, что лидер талибов мулла М. Омар живет в столице провинции Кветте под опекой ISI (Управления межведомственной разведки Пакистана).

Участились столкновения на межрелигиозной почве, главным образом между суннитами (77% населения) и шиитами (20%). Если в 2006 г. было зафиксировано 38 инцидентов такого рода, то в 2007 г. количество межрелигиозных столкновений выросло до 341. Основное число стычек и большинство жертв межрелигиозной вражды зафиксировано в Зоне племен в области Куррам. В апреле 2007 г. произошло крупное столкновение между суннитами и шиитами в Парачинаре. На следующий день конфликт выплеснулся за границы города, и стороны задействовали тяжелые виды вооружения. Знаменитый И. Хан, лидер основанной им в 1996 г. партии «Пакистанское движение за справедливость» (Pakistan Tehreek-e-Insaf), назвал апрельские события в области Куррам этапом подготовки нападения США на Иран. В области Куррам имеет крупные базы вооруженная суннитская группировка «Лашкер-е-Джангви», по данным индийских экспертов, ставшая в последнее время ключевым партнером подразделений «Аль Каиды» и «Талибана» на территории Пакистана. С 2007 г. теракты стали происходить в крупных городах, в том числе в Исламабаде и Равалпинди. Резко выросло количество терактов, осуществляемых террористами-смертниками. За период с 22 марта 2002 г., когда в Пакистане был совершен первый теракт с участием террориста-смертника, и вплоть до конца 2006 г. были зафиксированы 22 подобные акции. При этом основными целями смертников все чаще становятся во-

енные объекты, блок-посты, полицейские участки, а также мечети, правительственные учреждения. В 2008 г. было отмечено первое за последние пять лет нападение террористов на объект ВМФ Пакистана. 4 марта 2008 г. в Лахоре двое неизвестных на мотоциклах въехали на территорию престижного Военно-морского колледжа, расположенного в особо охраняемом районе, и там себя подорвали. Очевидно, что целью террористов было продемонстрировать, что они способны проникать и производить разрушения даже на таких охраняемых объектах.

И спецслужбы, и исламистские организации с тревогой отмечают распространение такого явления, как «неорганизованные» террористы-одиночки. Речь идет о молодых мусульманах, настроенных весьма радикально, но не связанных с какой бы то ни было организацией. Они совершают теракты в знак протеста против действий США в Афганистане и Ираке, начитавшись инструкций в Интернете. После штурма Лал Масджид было зарегистрировано 13 терактов, осуществленных неподготовленными самоучками. «Теперь у нас появились сотни ячеек, ведущих джихад, и сотни амиров - по большей части обычных компьютерных пользователей, которые стали "воинами джихада", насмотревшись компакт-дисков, - заявил недавно М.М. Аджар, амир пакистанской организации Jaish-e-Mohammad (JEM). - Эти люди прошли подготовку на сайтах в Интернете. Они полагают, что таким образом стали ами-рами. Если такому человеку попадется какой-нибудь простодушный юноша, он наденет на него пояс со взрывчаткой и отправит на поля джихада. Среди этих "воинов" попадаются и такие, кто связан с торговлей наркотиками, похищением людей для получения выкупа. Джихад стал всеобщим увлечением. Контролировать таких деятелей трудно». Прежнее пакистанское правительство, очевидно, склонялось к такому же мнению в отношении всех радикальных группировок и потому, несмотря на требования Вашингтона перейти к более решительным мерам, предпочитало по возможности договариваться с ними, не прибегая к силе.

По оценкам специалистов, стратегические возможности и боевой потенциал движения «Талибан» в Афганистане сопоставимы с возможностями и потенциалом моджахедов в 1988 г., накануне вывода советских войск из Афганистана. По этой причине командование НАТО в Афганистане настаивает на проведении операции совместно с пакистанскими военными. Поскольку крупные базы поддержки движения «Талибан» находятся в Северном и

Южном Вазиристане, подразделения НАТО могли бы контролировать приграничную территорию со стороны Афганистана, в то время как пакистанские военные контролировали бы границу со своей стороны. Таким образом, талибы, находящиеся в Афганистане, оказались бы отсечены от баз в Вазиристане. Чтобы ускорить проведение такой операции, на Мушаррафа постоянно оказывали давление из Вашингтона. В результате 14 июня 2008 г. Р. Малик, один из советников пакистанского премьера (о котором говорят, что он является премьером де-факто), объявил недействительными мирные договоренности, заключенные с экстремистскими вооруженными группировками, базирующимися в СЗПП в долине Сват. Ответ талибов не заставил себя ждать. Боевики группировки Tehrik-e-Taliban Pakistan захватили город Джандолла, который находится в 70 км от Ваны - столицы Южного Вазиристана. Там они взяли в плен 30 членов правительственного мирного комитета и большинство из них убили. В другой раз талибы продемонстрировали свою мощь, дважды войдя в Пешавар - столицу СЗПП. Во второй раз они взяли в плен 16 человек. Все они были членами местной христианской общины, и талибы, в конце концов, их отпустили.

Демонстрация силы возымела действие. На экстренном совещании, которое созвал премьер-министр Пакистана Ю.Р. Гил-лани, при участии руководителей разведслужб и начальника штаба армии генерала А. Парвеза Кияни, было решено, что оптимальным способом воздействия на боевиков остается диалог. Такой подход вполне соответствует настроениям в пакистанском обществе. Несмотря на то, что в Пакистане от действий экстремистов гибнет больше мирных жителей, чем самих боевиков, а сочувствие народа - на стороне «Аль-Каиды» и талибов. По результатам опроса общественного мнения, проводившегося в Пакистане в мае-июне этого года американской организацией Terror Free Tomorrow совместно с Пакистанским институтом изучения общественного мнения (Pakistan Institute for Public Opinion), 58% из 1306 опрошенных пакистанцев заявили о необходимости вести переговоры с талибами. Около трети респондентов высказываются в поддержку «Аль-Каиды» и Бен Ладена. Результаты опроса свидетельствуют и о росте недоверия к американцам. На вопрос, кто несет ответственность за дестабилизацию в стране, 52% назвали США и только 8% - боевиков «Аль-Каиды». Планы нанесения военных ударов по базам «Аль-Каиды» и «Талибана» поддержало только 19% опрошенных. В качестве главного источника угрозы 44% респондентов

назвали США, 14 - Индию, 8 - пакистанских талибов, 6 - «Аль-Каиду» и 4% - талибов из Афганистана.

Судя по всему, в Вашингтоне посчитали, что вернуть утраченное влияние в Пакистане, с которым США связывает полвека тесного взаимодействия, следует, действуя по нескольким направлениям: прежде всего, добиться смены элит и ослабления могущественных спецслужб, в которых растут антиамериканские настроения; а также путем предоставления дополнительной финансовой помощи не только на проведение контртеррористических акций, но и на строительство инфраструктуры и развитие наиболее нестабильных районов Пакистана. В прошлом году США стали оказывать сильное давление на Исламабад с требованием активизировать усилия в совместной контртеррористической операции. В очередном докладе National Intelligence Estimate, посвященном проблемам борьбы с терроризмом, Пакистан неоднократно упоминался в качестве страны - прибежища террористов «Аль-Каиды», а Мушар-раф - в качестве ее руководителя, неспособного справиться с проблемой. В прессе обсуждалось предложение президента Буша провести совместную пакистано-американскую операцию по уничтожению лидеров «Аль-Каиды» на территории Пакистана, и ответ Мушаррафа, что подобные акции на территории Пакистана будут проводиться только силами пакистанских спецслужб. Для пакистанских военных такая полемика была крайне унизительной. Пакистанские спецслужбы на самом деле имеют богатый опыт работы с экстремистскими группировками. На территории страны проходят подготовку боевики, которые затем направляются в Кашмир; в 1980-1990 гг. Управление межведомственной разведки (ISI) совместно с ЦРУ активно работало с лидерами исламистских группировок, используя их для борьбы сначала против советского присутствия в Афганистане, а затем против Северного альянса. На территории Пакистана они проходили подготовку и получали необходимое материальное обеспечение. В 1994 г. при непосредственном участии ISI и с одобрения ЦРУ возникло движение «Талибан», с лидерами которого вплоть до 1997 г. поддерживались тесные связи и велись переговоры, в том числе и о строительстве газопровода на территории Афганистана. Бороться с исламистами пакистанским военным приказали только в конце 1990-х годов, после того как в США решили, что исламский экстремизм угрожает их национальной безопасности. Сегодня пакистанским спецслужбам приходится платить по счетам. Накануне своего отъезда в Ва-

шингтон в конце июля 2008 г. премьер-министр Пакистана Ю.Р. Гиллани подписал распоряжение, в соответствии с которым 26 июля 2008 г. две спецслужбы ISI и IB (Intelligence Bureau) переходят под непосредственное управление МВД. Формально ISI и IB должны подчиняться премьер-министру, в то время как Федеральное разведывательное агентство находится в ведении министра внутренних дел. Однако фактически все эти службы подчинялись непосредственно президенту страны вплоть до марта 2008 г., когда к власти пришло правительство Гиллани.

По мнению Б. Рамана, с того самого времени правительство Гиллани испытывает на себе сильное давление со стороны Вашингтона, где от него требуют решить проблему, известную как «ISI внутри ISI». Впервые о проблеме заговорили после того, как ISI не сумела раскрыть два неудачных покушения на Мушаррафа в декабре 2003 г. Разговоры об «ISI внутри ISI» зазвучали с новой силой после убийства Б. Бхутто в конце декабря 2007 г. Затем полиция Пакистана сообщила, что у нее есть серьезные основания подозревать, что «ISI внутри ISI» организовала покушение на Х. Карзая в Кабуле в конце апреля 2008 г., а также взрыв у индийского посольства в Кабуле в июле 2008 г. Тем не менее никому до сих пор не удалось выявить ни одного из членов этой гипотетической тайной организации. Перевод спецслужб в подчинение МВД вызвал негодование у военных. Высшие офицеры пакистанской армии расценили этот шаг как попытку нового президента страны вывести ISI из-под контроля военных, как стремление США получить доступ к хранящимся в архивах ISI документам о ядерных разработках. Кроме того, предложение о переводе ISI - службы, организовывавшей секретные операции против Афганистана и Индии, расценивается ими как попытка США получить подробную информацию об этих операциях. В результате этих протестов правительство Пакистана в течение 24 часов отменило сделанное распоряжение и опубликовало новое, в котором говорится, что предыдущее было истолковано неверно и что ISI будет по-прежнему подчиняться премьер-министру. Однако во время визита Гиллани в американской прессе появились материалы о тайном визите в Исламабад заместителя директора ЦРУ С. Каппса, который якобы представил пакистанскому руководству неопровержимые доказательства связей между высокопоставленными сотрудниками спецслужб Пакистана и лидерами «Аль-Каиды», укрывающимися в Зоне племен. Из Исламабада немедленно последовало опровержение.

Все происходящее несколько настораживает китайских наблюдателей, внимательно отслеживающих ситуацию в Пакистане. Китайский международный институт стратегических исследований International Institute of Strategic Studies (IISS) представил правительству и военному командованию Китая доклад, датированный 6 июля 2008 г. Сообщения американской прессы китайцы расценили как предупреждение со стороны США об их готовности в одностороннем порядке провести военную операцию против террористов на территории Пакистана. При этом американцы опасались, что на территории Пакистана готовится нападение на США, сопоставимое по масштабам с терактом 11 сентября 2001 г. По мнению китайских аналитиков, непосредственное вмешательство США приведет к ухудшению общей ситуации в непосредственной близости от китайской провинции Синьцзян, в которой отмечается повышенная активность уйгурских сепаратистов. Авторы доклада опасаются и варианта, при котором этнические противоречия внутри Пакистана приведут к раздроблению страны на отдельные государственные образования пенджабцев, синдхов, пуштунов и белуджей. Если же в процесс будет втянут Кашмир, то это, по мнению аналитиков, приведет к вовлечению в конфликт и Индии. Авторы доклада приходят к неутешительному выводу: «США ведут в Пакистане опасную игру, используя терроризм в качестве предлога для создания угрозы территориальной целостности Пакистана и Индии и угрожая безопасности самого Китая». Диагноз -мрачный, и лучше бы он оказался неверным.

«Вестник аналитики», М., 2008 г., № 3, с. 129-138.

В. Наумкин,

доктор исторических наук

ДВА КРИЗИСНЫХ ГОДА НА БЛИЖНЕМ ВОСТОКЕ

Почему есть основания думать, что 2008 г. войдет в историю региона как кризисный? Ведь к моменту написания этой статьи в нем не произошло столь ярко рубежных и породивших напряженность событий, подобных тем, что случились полвека назад. Тому есть несколько причин, которые будут рассмотрены ниже. Для ситуации и 1958, и 2008 г. характерны в первую очередь обострение старых и возникновение новых «узлов напряженности», конфликт

i Надоели баннеры? Вы всегда можете отключить рекламу.