Уголовный процесс
DOI 10.47643/1815-1337_2022_4_188
О НЕКОТОРЫХ АСПЕКТАХ ВЗАИМОДЕЙСТВИЯ ЭКСПЕРТОВ АВТОТЕХНИЧЕСКОГО И МЕДИЦИНСКОГО ПРОФИЛЯ С ТОЧКИ ЗРЕНИЯ ОПРЕДЕЛЕНИЯ ПРИЧИН НАНЕСЕНИЯ ВРЕДА ЗДОРОВЬЮ ПОСТРАДАВШИМ В ДТП ABOUT SOME ASPECTS OF INTERACTION OF EXPERTS OF THE AUTOMOTIVE AND MEDICAL PROFILE IN TERMS OF DETERMINING THE CAUSES OF HARM TO THE HEALTH OF VICTIMS OF ROAD ACCIDENTS ТАРАСОВ Евгений Александрович,
кандидат технических наук, доцент Воронежского государственного технического университета (ВГТУ),
магистрант Тольяттинского государственного университета.
394018, Россия, Воронежская обл., г. Воронеж, Университетская пл., 1.
E-mail: 382652@mail.ru;
TARASOV Evgeny Aleksandrovich,
master's student of Tolyatti State University, Candidate of Technical Sciences, Associate Professor of Voronezh State Technical University (VSTU) . 394018, Russia, Voronezh region, Voronezh, Universitetskaya pl., 1. E-mail: 382652@mail.ru
Краткая аннотация: актуальность статьи - рассмотрение взаимодействия медицинского и автотехнического эксперта при производстве экспертизы по факту ДТП для определения нанесенного здоровью пострадавшего вреда и установления причинно-следственных связей между обстоятельствами ДТП и нанесенным ущербом. В таких случаях компетенция медицинского судебного эксперта ограничивается констатацией травмы и предположением о механизме их происхождения. Роль автотехнического эксперта при производстве такого рода экспертизы не менее важна - специалист должен подтвердить или опровергнуть доводы в пользу нескольких версий, рассматриваемых дознанием и следствием. Настоящая статья представляет собой анализ результатов опроса следователей, дознавателей, сотрудников оперативных подразделений МВД и ГИБДД, проведенного с целью формирования представления об организации взаимодействия между медицинскими и автотехническими экспертами при расследовании дел, связанных с ДТП, и определении тяжести причиненного здоровью потерпевшего вреда. 85 % опрошенных специалистов отметили, что существует разница в организации первичных действий оперативных и следственных органов, зависящая от фактора летального исхода в результате происшествия. Представители дознания и следствия должны понимать, что сам факт участия в ДТП, в не зависимости от его исхода, не является детерминирующим обстоятельством по отношению к полученному вреду для здоровья.
Abstract: The relevance of the article is to consider the interaction of a medical and automotive expert in the production of an expert examination on the fact of an accident to determine the damage caused to the health of the victim and to establish causal links between the circumstances of the accident and the damage caused. In such cases, the competence of the medical forensic expert is limited to the statement of the injury and the assumption of the mechanism of their origin. The role of an auto technical expert in the production of this kind of expertise is no less important — the specialist must confirm or refute the arguments in favor of several versions considered by the inquiry and investigation. This article is an analysis of the results of a survey of investigators, interrogators, employees of operational units of the Ministry of Internal Affairs and the traffic Police, conducted in order to form an idea of the organization of interaction between medical and automotive experts in the investigation of cases related to road accidents, and determining the severity of the damage caused to the health of the victim. 85 % of the interviewed specialists noted that there is a difference in the organization of the primary actions of operational and investigative bodies, depending on the factor of death as a result of the incident. Representatives of the inquiry and investigation should understand that the fact of participation in an accident, regardless of its outcome, is not a determinative circumstance in relation to the resulting harm to health.
Ключевые слова: автотехническая экспертиза; ДТП; медицинский эксперт; эксперт-автотехник; дорожно-транспортное происшествие.
Keywords: auto technical expertise; road accident; medical expert; expert-auto technician; road traffic accident.
Дата направления статьи в редакцию: 24.03.2021
Принятая Генеральной Ассамблеей ООН резолюция, декларирующая необходимость сокращения случаев смертей и получения травм людей в ДТП, призывает не только к принятию законодательных мер, но и к переосмыслению ситуации с определением вреда здоровью, который может быть причинен в результате дорожно-транспортного происшествия. Период с 2011 до 2020 года объявлен «Десятилетием действий по обеспечению безопасности дорожного движения», а ситуация с травматизмом и утратой здоровья людей в происшествиях с транспортом приобрела масштабы реального мирового кризиса, с особой силой проявляющегося в развитых странах с высоким уровнем автомобилизации.
Российское законодательство предусматривает два вида ответственности за причинение вреда здоровью, разделяя правоприменительную практику на два механизма в зависимости от тяжести наступивших для пострадавшего последствий [1]. Нарушение ПДД, в результате которого пострадавший получил легкие и средние травмы, рассматривается в административном порядке. Более тяжелые последствия приводят к рассмотрению дела в соответствии с положениями статей 264 и 268 УК РФ, так как причиненный здоровью пострадавшего вред оценивается как тяжкий [2]. Роль государства в охране здоровья пострадавших в ДТП очевидна, однако, возникают ситуации, когда необходимо не только квалифицировать причиненный вред с точки зрения тяжести последствий, но и определить характер происхождения травм. В таких случаях компетенция медицинского судебного эксперта ограничивается констатацией травмы и предположением о механизме их происхождения [3]. Роль автотехнического эксперта при производстве такого рода экспертизы не менее важна — специалист должен подтвердить или опровергнуть доводы в пользу нескольких версий, рассматриваемых дознанием и следствием [4].
Административный регламент МВД указывает, что причинение вреда здоровью выражается в повреждении целостности и нарушении функциональности тканей и органов человека под воздействием технических, физических, химических факторов, среди которых указаны также биологические и химические. Причинение вреда может выразиться в нанесении повреждений, которые впоследствии приведут к заболеванию, частичной или полной утрате функциональности органами и тканями, их патологическому состоянию.
Актуальность настоящей статьи — рассмотрение взаимодействия медицинского и автотехнического эксперта при производстве эксперти-
Уголовный процесс
зы по факту ДТП для определения нанесенного здоровью пострадавшего вреда и установления причинно-следственных связей между обстоятельствами ДТП и нанесенным ущербом. Часть известных проблем экспертизы обусловлена тем, что при проведении дознания и следствия (в зависимости от тяжести последствий) понятия среднего и тяжкого вреда здоровью смешиваются, а уполномоченное вести дело лицо не учитывает аналитическую ситуационную составляющую автотехнической экспертизы, позволяющую установить ряд важных для расследования обстоятельств.
Настоящая статья представляет собой анализ результатов опроса следователей, дознавателей, сотрудников оперативных подразделений МВД и ГИБДД, проведенного с целью формирования представления об организации взаимодействия между медицинскими и автотехническими экспертами при расследовании дел, связанных с ДТП, и определении тяжести причиненного здоровью потерпевшего вреда [5]. В опросе приняло участие 150 следователей и дознавателей, 140 оперативных работников и экспертов, осуществляющих деятельность в Ивановской, Владимирской, Рязанской областях. Для достижения должного уровня транспарентности опроса к нему привлекались должностные лица из Краснодарского края и Республики Саха (Якутия).
Проведенные опросы, беседы и анализ полученных результатов показали, что процесс назначения и проведения медицинской и автотехнической экспертизы во многом зависит от процессуальных особенностей и первичной квалификации ДТП в части последствий [6]. 85 % опрошенных специалистов отметили, что существует разница в организации первичных действий оперативных и следственных органов, зависящая от фактора летального исхода в результате происшествия.
В подавляющем большинстве случаев, оперативно-следственная группа направляется дежурным на место ДТП только в случаях, когда зафиксирован смертельный исход для пострадавшего. Существующий регламент, установленный приказом МВД РФ от 2 марта 2009 года, не выполняется по объективным причинам в виде нехватки и занятости личного состава. При этом эксперт-автотехник, дознаватель и следователь лишаются возможности лично присутствовать на месте происшествия, воспринимать обстановку с учетом всех значимых деталей [7].
Вторая сторона вопроса — это порядок осуществления следственных действий, зависящий от тяжести последствий для пострадавшего. В частности, при повреждениях легкой и средней тяжести дело рассматривается как административное, и только при определении тяжкого вреда для здоровья или смерти пострадавшего возникает необходимость расследовать его как уголовное, то есть, с этапами дознания и следствия [8].
Третий аспект, осложняющий дальнейшие следственные и судебные действия, приводящий к возврату дел на доследование — недостаточное обоснование причинно-следственных связей между обстоятельствами ДТП и зафиксированными экспертами-медиками последствиями во всей их тяжести. В качестве примера можно привести случай, когда водитель легкового автомобиля К совершил наезд на пешехода Л, который в результате удара передней правой частью кузова был отброшен на край проезжей части и получил повреждения основания черепа в результате удара о бордюр. В связи с тем, что на месте происшествия не присутствовал автотехнический эксперт, дознаватель, а позже и следователь не смогли предоставить достаточно доказательств того, что повреждение получено в результате наезда [9]. Причиной послужило то, что до составления схемы ДТП пострадавшего забрала бригада "Скорой помощи", положение его после падения не было зафиксировано документально, свидетели и вероятный виновник ДТП на нерегулируемом пешеходном переходе давали противоречивые показания [10].
Первоначально дело рассматривалось как административное, и только после постановки диагноза, указывающего на тяжкий вред здоровью потерпевшего, было переквалифицировано в уголовное. Экспертиза ЛКП и исследование тормозного следа по предоставленным эксперту измерениям и материалам не дала полного подтверждения достаточности силы (энергии) полученного пешеходом удара, так как сбор материалов на месте ДТП проводился без участия автотехнического эксперта [11]. Суд при рассмотрении дела поставил вопрос о доказательстве прямой связи полученного удара и последующего падения на бордюр, однако, следователь не ставил перед экспертом-автотехником вопросов, ответы на которые могли бы подтвердить эту версию. Дело было возвращено на доследование, что значительно затянуло судебное следствие. После переформулирования вопросов к автотехническому эксперту были проведены дополнительные исследования, поскольку моделирование в ходе следственного эксперимента не дает полной картины взаимодействия автомобиля и пострадавшего [12].
Независимо от того, чем закончился описанный прецедент, дознаватель и следователь должны моделировать развитие ситуации таким образом, чтобы факт столкновения автомобиля с человеком не служил для них очевидным и не нуждающемся в доказательстве источником и причиной нанесения вреда здоровью пострадавшего. Причинно-следственная связь между событиями (наездом ТС и падением пешехода на бордюр в данном случае) должна быть объективно доказана, а не интуитивно детерминирована самими фактом ДТП [13].
Еще одной причиной возникновения разночтений и недостаточности данных для рассмотрения дела в суде служит постановка вопросов к экспертам, обоюдно выводящая их за пределы компетентности. Лица, уполномоченные назначать экспертизу, не всегда формулируют вопрос таким образом, чтобы эксперт дал обоснованный ответ в рамках своих знаний и навыков. В частности, медицинский эксперт не может ответить на вопрос о том, получены ли травмы от удара определенным предметом или частью кузова автомобиля. Он может констатировать факт получения телесного повреждения предметом определенной формы и размеров, а автотехнический эксперт при проведении исследования с учетом данных следственного эксперимента может сделать заключение о вероятности физического контакта человека с частью кузова или оборудования салона автомобиля [14]. Однако, вывод о достаточности силы воздействия на части тела и органы человека для получения выявленных повреждений (вреда здоровью) должен быть сделан медицинским экспертом. Это говорит о том, что назначающее экспертизу лицо должно понимать особенности взаимодействия специалистов — отличать экспертизу медицинскую и автотехническую от комплексной медико-автотехнической [15]. Дознаватель и следователь в зависимости от квалификации дела по административной или уголовной статьям могут уточнять вопросы и переформулировать их таким образом, чтобы эксперт получил базу для определения тактики выбора исследования. Передавать эксперту полномочия самостоятельного переформулирования вопросов, что происходит в 60 - 65 % случаев, недопустимо.
ПРАВО И ГОСУДАРСТВО: теория и практика. 2022. № 4(208)
В результате анализа полученных при опросе ответов должностных лиц следствия и дознания, судей и экспертов автор настоящей статьи делает несколько выводов о необходимости совершенствования системы взаимодействия судебно-медицинских экспертов, специалистов учреждений здравоохранения и экспертов-автотехников.
Прежде всего это касается технической и процессуальной стороны дела — необходимости осуществлять выезды следственно-оперативных групп на ДТП с пострадавшими вне зависимости от смертельного исхода или массовости, в любом случае, когда одним из участников получены телесные повреждения. Сам факт таковых до проведения медицинской экспертизы и получения данных диагностики, выводов специалистов лечебного учреждения о дальнейших перспективах состояния пострадавшего, должен быть основанием для детального исследования места происшествия с участием эксперта-автотехника.
Следует дать формулировки, позволяющие дознавателям, следователям и другим лицам, уполномоченным назначать экспертизу, четко разграничить область компетенции экспертов-медиков и автотехников, чтобы перед ними не ставились вопросы из посторонней для них области. Необходимо постоянно доводить до следственного и оперативного состава, судей и сотрудников ГИБДД важность корректной формулировки вопросов к автотехническому эксперту, который должен строить тактику исследований с ориентиром на получение ясного и объективного результата. При необходимости ситуационного моделирования, наиболее эффективного способа анализа обстоятельств ДТП и развития аварийной ситуации, приводящей к травмированию людей, важно собирать базу информации таким образом, чтобы экспертиза медиков и автотехников была проведена комплексно, с дополнением выводов специалистов из двух областей.
Представители дознания и следствия должны понимать, что сам факт участия в ДТП, в не зависимости от его исхода, не является детерминирующим обстоятельством по отношению к полученному вреду для здоровья. Все события должны быть связаны очевидными и доказанными причинно-следственными связями, подтвержденными объективными данными, полученными в результате экспертных исследований. Построение выводов на интуитивной основе, без подкрепления данными экспертиз, недопустимо, а заключения экспертов разных профилей не могут противоречить друг другу, создавая нелогичную картину развития механизма ДТП и определения степени виновности участников в причинении вреда здоровью.
Библиогра фия:
1. Альшевский В. В. Судебно-медицинская экспертиза вреда здоровью в современном уголовном судопроизводстве (процессуальные аспекты, методические принципы и формально-логические алгоритмы) / В. В. Альшевский. - М.: Юрлитинформ, 2004. - 176 c.
2. Фетисов В.А., Смиренин С.А., Нестеров А.В., Хабова З.С. Актуальные вопросы автомобильной травмы в материалах статей журнала «Судебно-медицинская экспертиза» за период с 1958 по 2012 г. Судебно-медицинская экспертиза. 2014;57(3):56-62.
3. Майлис Н.П., Орлова В.Ф. Еще раз о комплексной экспертизе и путях ее развития. Теория и практика судебной экспертизы. 2014 ;1 (33): 138-147.
4. Владимиров В.Ю., Грекова Е.В. Комплексное исследование или выход за пределы компетенции. Энциклопедия судебной экспертизы: Научно-практический журнал. 2018;2(17):5-12.
5. Суровая О.А. К вопросу о профессиональной этике руководителя судебноэкспертного учреждения // Теория и практика судебной экспертизы. 2019;14(3):72-77.
6. Россинская Е.Р. Актуальные проблемы подготовки судебных экспертов и дополнительного образования по отдельным экспертным специальностям // Теория и практика судебной экспертизы. 2018;13(3):78-85.
7. Тарасов Е.А. Особенности и тактика назначения судебной автотехнической экспертизы с учетом необходимости ситуационного моделирования обстоятельств возникновения ДТП // Транспортное право. - 2020. - № 2. - С. 25-28.
8. Россинская Е. Р. О правовом статусе судебного эксперта // Вестник Университета имени О. Е. Кутафина. 2018. № 7. С. 15-24.
9. Тарасов Е.А. Важность применения криминалистических методов при сборе материалов для автотехнической экспертизы обстоятельств ДТП // Адвокатская практика. - 2020. - № 4. - С. 37-43.
10. Сыромля Л. Б. Современные возможности предварительного исследования следов лакокрасочных покрытий на месте совершения дорожнотранспортного происшествия // Пробелы в российском законодательстве. 2015.№ 1. С. 249-256.
11. Тарасов Е.А. Важность определения судебной автотехнической экспертизы с точки зрения процессуальных противоречий и практической эффективности применения результатов // Российский следователь. - 2020. - № 10. - С. 17-20.
12. Вопросы организации производства судебных экспертиз в экспертно-криминалистических подразделениях органов внутренних дел Российской Федерации: приказ МВД России от 29 июня 2005 г. № 511. Доступ из справ.-правовой системы «КонсультантПлюс».
13. Сыромля Л. Б. О применении комплексной методики предварительного исследования совокупности материальных следов на месте дорожно-транспортного происшествия // Судебная экспертиза. 2015. № 2 (42). С. 150-159
14. Faure M.G. The View from Law and Economics. In: Wagner G. (ed.) Tort Law and Liability Insurance. Vol. 16. N.Y.: Springer, 2005. P. 239-273.
15. Илларионов В.А. Экспертиза дорожно-транспортных происшествий. Учебник для вузов. М.: Транспорт, 1989. 255 с.
References:
1. Alshevsky V. V. Forensic medical examination of harm to health in modern criminal proceedings (procedural aspects, methodological principles and formal-logical algorithms) / V. V. Alshevsky. - M.: Yurlitinform, 2004. - 176 p.
2. Fetisov V. A., Smirenin S. A., Nesterov A.V., Khabova Z. S. Actual issues of automobile injury in the materials of articles of the journal "Forensic Medical Examination" for the period from 1958 to 2012. 2014;57(3):56-62.
3. Mailis N. P., Orlova V. F. Once again about complex expertise and ways of its development. Theory and practice of forensic examination. 2014;1(33):138-147.
4. Vladimirov V. Yu., Grekova E. V. Complex research or going beyond the limits of competence. Encyclopedia of Forensic Science: A scientific and practical journal. 2018;2(17):5-12.
5. Surovaya O. A. On the question of professional ethics of the head of a forensic institution // Theory and practice of forensic examination. 2019;14(3):72-77.
6. Rossinskaya E. R. Actual problems of training of forensic experts and additional education in certain expert specialties // Theory and practice of forensic examination. 2018;13(3):78-85.
7. Tarasov E. A. Features and tactics of appointment of the forensic auto-technical expertise taking into account the need for situational modeling of the circumstances of the occurrence of an accident / / Transport Law. - 2020. - No. 2. - p. 25-28.
8. Rossinskaya E. R. On the legal status of a judicial expert // Bulletin of the O. E. Kutafin University. 2018. No. 7. pp. 15-24.
9. Tarasov E. A. The importance of the use of forensic methods in collecting materials for the auto-technical examination of the circumstances of an accident. - 2020. -No. 4. - p. 37-43.
10. Syromlya L. B. Modern possibilities of preliminary investigation of traces of paint and varnish coatings at the scene of a road accident // Gaps in Russian legislation. 2015. No. 1. pp. 249-256.
11. Tarasov E. A. The importance of determining the forensic auto-technical expertise from the point of view of procedural contradictions and the practical effectiveness of applying the results. - 2020. - No. 10. - p. 17-20.
12. Questions of the organization of production of forensic examinations in expert-criminalistic divisions of internal affairs bodies of the Russian Federation: order of the Ministry of Internal Affairs of the Russian Federation of June 29, 2005 No. 511. Access from the reference. - the legal system "ConsultantPlus".
13. Syromlya L. B. On the application of a comprehensive method of preliminary investigation of the totality of material traces at the site of a road accident // Forensic examination. 2015. No. 2 (42). pp. 150-159
14. Faure M. G. The View from Law and Economics. In: Wagner G. (ed.) Tort Law and Liability Insurance. Vol. 16. N.Y.: Springer, 2005. P. 239-273.
15. Illarionov V. A. Examination of road accidents. Textbook for universities. Moscow: Transport, 1989. 255 p.