УДК 378
КРИМИНОЛОГИЧЕСКИЙ АНАЛИЗ НЕГУМАННЫХ ЭКОНОМИЧЕСКИХ ОТНОШЕНИЙ
Касторский Геннадий Львович
Санкт-Петербургский имени В.Б. Бобкова филиал Российской таможенной академии, профессор кафедры уголовно-правовых дисциплин, д.ю.н., профессор, e-mail: mihail.kastorskii@mail.ru
В статье представлена социально-правовая характеристика некоторых способов и средств обогащения, противоречащих общечеловеческим ценностям и направленных на незаконное присвоение результатов чужого труда
Ключевые слова: гуманизм; девиации; императивные нормы; криминализация; научно-технический прогресс; олигархическая власть; права человека; транснациональные корпорации; эксплуатация
FORENSIC ANALYSIS OF INHUMANE ECONOMIC RELATIONS
Kastorsky Gennady L.
Russian Customs Academy St. Petersburg branch named after Vladimir Bobkov, Professor of Department of Criminal Law Disciplines, Doctor of Law, Professor, e-mail: mihail.kastorskii@mail.ru
The article presents the social and legal characteristics of some ways and means of enrichment that are contrary to human values and aimed at misappropriation of the results of someone else's work
Keywords: humanism; deviation; peremptory norms; criminalization; scientific and technological progress; oligarchic power; human rights; transnational corporations; exploitation
Для цитирования: Касторский Г.Л. Криминологический анализ негуманных экономических отношений // Ученые записки Санкт-Петербургского имени В.Б. Бобкова филиала Российской таможенной академии. 2019. № 1 (69). С. 88-92.
В животном мире установлены такие правила сосуществования, что сильный отнимает у слабого, рискующего первым погибнуть от хищников. Так происходит естественный отбор по законам природы (или высших сил) для улучшения породы будущих поколений. Гуманизм (человечность) более высокоорганизованного социального существа принципиально отличается от остальной фауны заботой о слабых и нуждающихся.
Жестокость - качество, чуждое роду человеческому или присущее ему? Вот вопрос, который не может не волновать развитого культурного человека. Череда военных конфликтов и статистика преступности свидетельствуют о динамике роста числа пострадавших от актов насилия. Ещё больше жертв деяний, не относимых к числу уголовно наказуемых: множество схем «законного» отъёма чужих средств. Изобретатели таких схем, давно заслуживающих уголовно-правовой оценки, прежде всего являются объектом данного криминологического анализа.
Животные инстинкты потребления, вероятно, на протяжении всей истории человечества нарушали динамику прогресса. Эгоизм потребительства приводил человечество к гонке вооружений для увеличения числа жертв военных конфликтов, к повышению производительности труда для сокращения занятости населения, к технологизации использования природных ресурсов для создания экологически опасных производств. В представлениях алчных предпринимателей прогресс заключается в увеличении собственной прибыли любыми средствами, в том числе путём загрязнения окружающей среды, снижения качества питания,
компьютеризации образования, автомобилизации населения, в малоподвижном образе жизни, концентрации населения в тесных мегаполисах.
Подавляющее большинство людей делится на эксплуатируемых и эксплуататоров, причём те и другие при определённых обстоятельствах выступают в противоположной функции. Так, государственный служащий пользуется результатами низкооплачиваемого труда дворника, уборщицы, рабочего, но при этом опосредованно отдаёт начальнику, работодателю, государству значительно большую часть материального вознаграждения за свой труд, чем вышестоящий на социальной лестнице работник. Иначе не было бы материального стимула в карьерном росте.
Термин «эксплуатация» в данном контексте используется в смысле присвоения результатов чужого труда. Положения ст. 37 Конституции Российской Федерации, ст. 2-4, 130 и других Трудового кодекса Российской Федерации призваны защищать работающих от дискриминации и принуждения в трудовых отношениях. Из смысла этих норм вытекает и правовая защита людей от эксплуатации, однако и в буквальном смысле эти нормы широко нарушаются, не говоря уже об их смысловой нагрузке, не воспринимаемой теми, для кого они предназначены.
Работодатели государственной и негосударственной сфер постоянно озабочены изобретением противоречащих императивным нормам средств увеличения нагрузки на работающих. В область трудовых отношений внедряются так называемые эффективные и прочие мошеннические системы оплаты труда, в ответ на которые работники
саботируют снижением качества работы и производительности труда.
При постоянном уменьшении реальных доходов населения экономический кризис будет всё более углубляться, вынуждая работодателей изыскивать дополнительные негуманные способы разрешения нарастающих материальных проблем за счёт самой многочисленной части населения - наименее защищённой в социальном плане.
В ст. 1272 Уголовного кодекса Российской Федерации предусмотрена ответственность за использование рабского труда, но при условии, если потерпевший по независящим от него обстоятельствам не может отказаться от выполнения работ или услуг. Судебная практика по таким делам незначительна, что может свидетельствовать только о высокой латентности подобных фактов. Масштабы работорговли, в том числе квалифицируемой по ст. 1272 Уголовного кодекса Российской Федерации, с конца ХХ века в мире нарастают, и Россия в этом явлении занимает одну из первых позиций.
Эксплуатация появилась вместе с провозглашением превосходства одних людей над другими. История человечества - это бесконечная эпоха несправедливости, унижений, жестокости, принуждения. Несмотря на периодические бунты эксплуатируемых масс людей, социальные изменения в сторону улучшения условий и оплаты труда осуществлялись сверху, а не снизу. Организованное сопротивление существовавшим порядкам чаще всего оказывалось эффективным тогда, когда осуществлялось по инициативе и под руководством представителей элиты общества: образованных и обеспеченных людей, которым в плане материального благополучия жаловаться было не на что.
Эксплуатируемые массы рабов, крепостных крестьян и промышленных рабочих по ряду причин не осознавали необходимости радикального изменения сложившегося положения вещей, которое в чём-то их не устраивало. Они даже зачастую в революционном конфликте принимали сторону поработителей, а не освободителей. Подобный консерватизм всегда являлся основным препятствием к переменам.
Революционные потрясения пугают не только элиту общества, не готовую отказаться от отдельных преимуществ, но и тех людей, для блага которых производятся изменения. Больной тоже боится хирургической операции, в результате которой только и возможно поправить его здоровье. Кровавый болезненный период перемен, безусловно, сулит и большие потери. Причём достижение вожделенных изменений не гарантировано и отдалено во времени, а издержки переходного периода крайне неприятны.
Может быть, если эксплуатируемые массы не очень активно стремятся к прогрессивным переменам, то и не следует осуществлять реформы, совершать революции, критиковать власть, тем более что история экономики свидетельствует
о постепенном вытеснении рабочих рук из сферы производства и постоянном обострении проблем занятости населения? Но «...человек ищет, где лучше», поэтому конфликт интересов неизбежен. Миграционные процессы также свидетельствуют о стремлении людей перемещаться в более благоприятные для существования районы, области, страны, наниматься на более высокооплачиваемую работу с более приемлемыми условиями труда и быта. Подобные процессы могут оказаться не менее болезненными, чем революции.
Кроме того, низы не хотят сражаться, поскольку «когда паны дерутся, у холопов чубы трещат». В современных политических баталиях борьбы за власть представителей обеспеченных слоёв населения трудно разобраться, кто добрее, гуманнее и альтруистичнее, да и зачем им вообще это всё нужно. Возможно, что кто-то к богатству желает добавить славы или «обскакать» ближнего в соревновании кошельков: избирательные кампании, как и зрелищные мероприятия, всё чаще напоминают аукцион - побеждает не самый достойный представитель народа, а размеры финансовых вложений в определенного кандидата.
Все-таки, являясь частью фауны, человек является пленником законов природы, но при этом имеет возможность либо избежать даже этой эксплуатации, либо добровольно согласиться с нею: вступая в брак и создавая собственную семью, он принимает связанные с этим издержки заботы о детях, как это запрограммировано у животных. Дети эксплуатируют труд родителей без применения средств принуждения, которое и без того добавляет в семейные отношения государство.
Можно представить оптимальный вариант, когда отдельно взятый человек никого не содержит и не пользуется результатами чужого труда, возделывая участок земли и питаясь результатами собственных сельскохозяйственных работ. Но появляется представитель власти и требует платить налоги за землю и за получаемые доходы, «сажая на шею» крестьянина, фермера или ремесленника толпу бездельников, «слуг» народа и государства. Человек может жить только для себя, питаясь плодами своего огорода и леса, но вот бывший губернатор Владимирской области С.Ю. Орлова предлагает лицензировать и эту деятельность, определяя предварительную стоимость специального разрешения на сбор грибов в шесть тысяч рублей, ягод - в четыре тысячи пятьсот рублей.
Свои обязанности перед налогоплательщиками государство стремится переадресовать другим налогоплательщикам:
- на родителей детей из неполных семей, материальное положение которых будет зависеть не от установленной стоимости потребительской корзины в регионе, а от доходов плательщика алиментов;
- на работодателя, обязанного платить налоги с фонда заработной платы;
- на страховые компании, призванные возмещать ущерб, возникающий в результате ненадлежащего выполнения государством контролирующих функций (последствия пожаров, преступлений, долевого строительства, банкротства кредитных учреждений и тому подобное);
- на покупателей (налог на добавленную стоимость и риски потребления контрафактной продукции);
- на пациентов медицинских учреждений, в которых сокращается перечень бесплатных услуг.
Работодатель, государство, естественные монополии, жилищно-комму-нальное хозяйство, торговля, преступность, реклама, банки и прочие институты общества, используя цивилизованные методы присвоения результатов чужого труда, порабощают население, желая получать всё больше и больше прибыли и не стремясь к улучшению положения своих кормильцев - трудящегося населения. Физический, психологический и нравственный потенциал производителей истощается, снижая платёжеспособность населения и создавая проблемы сбыта произведённой продукции в кризисах перепроизводства, влекущих сокращение рабочих мест. Стихийный рынок эксплуатации и имущественной дифференциации сулит человечеству неблагоприятные перспективы существования и выживания.
Современные учёные отмечают, что власть ограниченной группы наиболее богатых олигархов (глобальная олигархическая власть) обладает свойством воспроизводить опаснейшие для человечества преступления для недопущения к равноправному участию в экономике развивающихся стран. «Это власть самодовлеющая, абсолютно бездуховная, заземлённая, имеющая главной целью рост своего собственного, ничем не оправданного, неимоверного превосходства в обладании материальными благами над прочим населением планеты» [1, с. 23-24].
Налицо ещё один яркий пример проявления жадности, материализуемой за счёт ограбления миллионов людей, что следует рассматривать в качестве опасного криминогенного фактора. Современному человеку трудно устоять перед соблазнами интернет-паутины. Виртуальное рабство приводит к деградации не только интеллектуальной, но и физической. Не только в культуре опасны удобства: малоподвижный образ жизни у компьютера, за рулём автомобиля ведёт к «букету» заболеваний, снижающих иммунитет, приводящих к стремлению человека избегать трудностей, а не разрешать проблемы. «Дьявольская» интернет-паутина манипулирует сознанием, превращая человека в ненасытного потребителя предлагаемых товаров и кредитов.
Сторонники сложившихся принци-
пов технического прогресса могут говорить об успехах медицины и борьбы с голодом, росте продолжительности жизни, но при этом игнорируют наличие таких глобальных и постоянно нарастающих проблем человечества, как голод и болезни,
ежегодно лишающих жизни десятки миллионов людей, в несколько раз больше, чем ежегодные жертвы Второй мировой войны. В современном мире продолжает увеличиваться пропасть между богатыми и бедными, обостряя проблему имущественной дифференциации людей, народов, стран.
Некоторые учёные приводят непроверенные данные об ускорении демографических процессов человечества. Периоды удвоений численности населения каждый последующий раз заметно сокращались. Отмечая девять таких удвоений, исследователи одновременно недоумевают: «А удвоение продолжительности жизни за этот период произошло только дважды. Почему? Загадка для науки». «Вообще, если посмотреть, что дала цивилизация и что она отобрала у человечества, ещё неизвестно, в чью пользу будет баланс» [2, с. 490-491].
Стабильное увеличение средней продолжительности жизни на Земле в целом, а не в отдельно взятой стране - один из несомненных признаков прогресса. Наличие же числа долгожителей в какой-то стране - слишком слабый показатель. Один из трёхсот россиян доживает до 90 лет, один из двадцати тысяч - до ста. «По долгожителям мы не уступаем европейским странам...» [2, с. 502, 503]. Но всё же наука пока бессильна в планировании рождаемости и продолжительности жизни.
«В этом мире пользу приносит каждый, кто облегчает бремя другого человека» - эти слова английского писателя-романиста, публициста и социального критика Ч. Диккенса (1812-1870 гг.) [3, с. 584] наиболее точно характеризуют сущность и назначение научно-технического прогресса в истории человечества. «Теперь же, когда всё снова отдано на откуп магнатам, научно-технический прогресс обрекается на остановку» [4, с. 304] - такова современная специфика и будущая перспектива человеческого развития, в котором все разговоры о наличии какого-то прогресса могут аргументироваться только иллюзорными миражами виртуального свойства.
Мнение других учёных о том, что «именно доверие определяет прогресс» [5, с. 193], может стать приговором для России, где крайне высок процент мошенников среди представителей всех уровней и ветвей власти, среди всех категорий населения, в том числе, возрастных. Несмотря на то, что техническое развитие направлено на облегчение физического труда, работники в современных условиях ощущают всё большее переутомление. Академик РАН М. Горшков говорит, что «в условиях рынка люди работают на износ, и защитить их некому. Профсоюзам веры нет» [6].
Американский политик, 26-й президент США Т. Рузвельт (1858-1919 гг.), автор многих сочинений политического и исторического содержания, обозначил социальную составляющую прогресса: «Наш прогресс проверяется не увеличением изобилия у тех, кто уже имеет много, а тем, способны ли мы достаточно обеспечить тех, кто имеет слишком мало» [3, с. 682].
А вот и современные оценки российской публицистики капитализма США: «Он умудрился загнать белый мир в демографический и долговой тупики, превратить белых в стадо постиндустриальных порочных кретинов, придушить научно-технический прогресс, а капиталистическую «элиту» - криминализовать» [4, с. 297].
Представители крупного капитала сильно заблуждаются, полагая, что они имеют законное право на более комфортабельные жизненные условия за счёт результатов труда эксплуатируемых ими масс. Их ущербное правосознание внушает им искажённые представления о собственной исключительности, своей особой роли в истории человечества и праве вершить его судьбы, распоряжаться жизнями больших масс «гораздо менее достойных» людей, внушая последним абсурдную гипотезу: их главная задача - забота не о собственном счастье, а о счастье миллиардеров, никогда не ощущающих сытости и достаточности материальных средств. Любое богатство - результат не индивидуальных, а коллективных усилий.
Сложившийся порядок вещей укрепляет в сознании масс людей справедливость такого положения, в котором средства массовой информации воздают славу безумству жадных и жестоких эксплуататоров. А по существу личности представителей так называемых высших слоёв человеческого общества характеризуются эгоизмом, алчностью, неприязнью к ближним и другими антихристианскими качествами, подавляющими от Бога присущие человеку качества доброты, альтруизма, сострадательности, заботы о ближнем и о будущем всего человечества.
Стремление к безудержному обогащению как доминирующий мотив человеконенавистнического мировоззрения подавляет не только упомянутые положительные человеческие качества, но и чувство меры, самосохранения, заботы о собственном потомстве и благоприятной окружающей среде. В басне И.А. Крылова «Бедный богач» хорошо описано состояние духовно бедного человека, не способного остановиться на пути получения прибыли, и... погибающего в процессе обогащения [7, с. 172-173].
Некоторые публицисты в русле описанных ситуаций делают выводы, заслуживающие внимания криминологов: «мир все больше становится неуправляемым для тех, кто привык дирижировать историей в ХХ1 веке. Нужно искать новые рычаги управления, но они уже создают угрозу для житья-бытья прежней капиталистической верхушки. Значит, отупление старых магнатов налицо. Нового придумать не могут - остается перебирать старые технологии управления историей. Все те же революции, бунты на чужой территории, экспорт кризисов, развязывание войн» [4, с. 181].
Криминологи согласны с тем, что по-прежнему популярна «стратегия хаоса» с использованием испытанных методик: а) подстрекательской работой по возмущению молодёжи против властей;
б) провоцированием полицейских активистами в масках; в) возбуждением толпы заранее подготовленными «пострадавшими» от силовиков [1, с. 128].
Реформы Ф.Д. Рузвельта, направленные на снижение социальной напряжённости, были враждебно встречены представителями крупного капитала и официальной церкви, несмотря на то, что имели целью предотвращение социалистической революции, губительной для капиталистов. Нежелание последних пожертвовать меньшим может привести к потере всего, в том числе и самой жизни. Однако жадность настолько подавляет интеллект, что лишает способности понимать даже такие простые истины.
Современное российское олигархическое государство в период обострения имущественной дифференциации и социальной напряжённости позволяет богатым становиться ещё богаче, благодаря дальнейшему повышению цен, стоимости услуг транспорта и жилищно-коммунальных услуг, снижению реальных доходов населения, в том числе и сотрудников правоохранительных органов, обеспечивающих безопасность, прежде всего, крупного капитала.
В подобном состоянии представителей олигархической власти усматриваются уже не безобидные девиации, а психические аномалии. Действительно, казалось бы, зачем человеку продолжать наращивание своих капиталов, если он уже имеет состояние, превышающее все возможные пределы потребительских фантазий и физические возможности трат на оставшиеся годы жизни. Аргумент в пользу заботы о собственных потомках по указанным выше причинам неуместен. Да и наследственная практика показывает, что оставшееся крупное состояние родителей чаще всего использовалось детьми во вред себе: приводило к паразитическому образу жизни и пагубным привычкам, подавляло инициативу и творческое развитие, вызывало депрессии и самоубийства.
Другой популярный в последние годы аргумент: обогащение - это спорт. При этом не возникает стремления заниматься благотворительностью. Избавляться от излишков материальных ценностей мешает страх бедности, поэтому подобная практика не популярна в среде таких «спортсменов», отвергающих общечеловеческие ценности.
Транснациональные корпорации, набирая силу, постепенно стирают демократические завоевания человечества, усиливая монополизацию, эксплуатацию и имущественную дифференциацию: «В 2008 году объём продаж 200 ведущих ТНК превысил совокупный ВВП 187 стран мира, что составляет более 30 % мирового валового продукта. Проанализировав итоги 2010 года, журнал «Forbes» сообщил: из 100 крупнейших экономик в мире 52 - транснациональные корпорации, остальные -государства» [8, с. 79].
Сверхбогатство всё чаще называется безумным [9, с. 6]. И это - точный диагноз. Мир уже не просто лежит во власти зла, а управляется психически нездоровыми людьми. Обнародованные
в средствах массовой информации многочисленные обвинения глав государств и членов правительств в неадекватных решениях (например, в злоупотреблении экономическими санкциями) являются частичным подтверждением такого диагноза. Но истинные управители марионеточных государственных деятелей чаще всего «остаются в тени», избегая заслуженных оценок или не допуская оппонентов к деятельности финансируемых ими средств массовой информации.
Разделение и противопоставление людей - необходимое для современного существования капитализма условие повышения спроса при углубляющемся кризисе перепроизводства. Напомним: в Х1Х веке среднестатистический человек стремился иметь 72 вещи, считая 16 жизненно необходимыми, а рынок предлагал 200 товаров, но в середине ХХ века эти показатели выросли, соответственно, до 474, 94 и 32 000 [10, с. 187]. А какова эволюция аппетитов будет наблюдаться в ХХ1 веке?
Указанные глобальные криминогенные (поскольку отрицательно сказываются на показателях и тенденциях преступности) факторы актуализируют вопросы выживания человечества, в особенности будущих поколений, включая потомков нынешних виновников сверхбогатого меньшинства. Данное обстоятельство выдвигает на первый план важнейшую задачу криминологии: определение размера имущественного состояния физического, а также и юридического лица, свидетельствующего о его общественно опасном происхождении, вызывающем необходимость криминализации (то есть требует введения в уголовное законодательство соответствующих норм). Чем скорее будет поставлена перед законодателем такая задача, тем раньше общественное мнение получит обоснование антигуманной
паразитирующей сущности мировой финансово-экономической системы, ведущей человечество в тупик.
Библиографический список:
1. Шестаков Д.А. Преступность политики. Размышления криминолога. СПб.: Алеф-Пресс, 2013. 224 с.
2. Кузина С.В. Все врут! Учимся вычислять людей по их внешнему виду. М.: АСТ: Астрель, 2012. 544 с.
3. Энциклопедия мудрости / Под ред. Костраба И., Мельниковой И., Пахомова Е. и др. М.: РООССА. 2005. 815 с.
4. Калашников М. ХХ1 кровавый век. Катастрофа неизбежна! М.: Яуза-пресс, 2011. 320 с.
5. Ильин Е.П. Психология доверия. СПб.: Питер, 2013. 288 с.
6. Добрынина Е. Без паники // Российская газета, 2015. 14 января. С. 12.
7. Крылов И.А. Басни /Сост., вступ. ст. и примеч.
B.И. Коровина. М.: Детская литература, 2003. 219 с.
8. Кузминых Ю.В. К проблеме «неуправляемости» мировой экономики: краткий ретроспективный обзор // Евразийский экономический союз в условиях глобализации: вызовы, риски, тенденции. Сборник материалов Всероссийской научно-практической конференции 23-27 ноября 2015 г. В 2 ч. / Под общ. ред.
C.Н. Гамидуллаева. СПб.: филиал РТА, 2015. Ч.2. С. 76-86.
9. Гилинский Я.И. Глобализация, девиантность, социальный контроль. СПб.: ДЕАН, 2009. 336 с.
10. Касторская Е.В., Касторский Г.Л. Экстремизм в религии и праве: криминологический анализ. Монография. СПб.: МИЭП при МПА ЕврАзЭС, Алеф-Пресс, 2015. 252 с.