Научная статья на тему 'Из истории трезвеннического движения в Томской епархии (конец XIX начало XX вв. )'

Из истории трезвеннического движения в Томской епархии (конец XIX начало XX вв. ) Текст научной статьи по специальности «Религии, церкви и общество»

473
52
Поделиться
Ключевые слова
Русская православная церковь / синод / Томская епархия / священнослужители / законодательная база по борьбе с пьянством / церковно-приходские общества трезвости / обет трезвости / организация внебогослужебных чтений / распространение противоалкогольной литературы / Tomsk"s diocese / church"s society of sobriety

Аннотация научной статьи по религии и атеизму, автор научной работы — Караваева Е. В.

Охарактеризована деятельность духовенства Томской епархии, направленная на борьбу с пьянством, в конце XIX начале XX вв. В синодальных и епархиальных указах и распоряжениях содержались подробные инструкции для осуществления этой деятельности. С 1890 г. приходское духовенство взяло на себя почин организации обществ трезвости. Наиболее активный период участия священнои церковнослужителей в трезвенническом движении начался с 1909 г. К 1914 г. оно охватило все приходы епархии. Основными формами работы в данном направлении были проповедь, проведение внебогослужебных чтений с показом световых картин, принятие обетов трезвости, распространение противоалкогольной литературы. В сельских приходах к борьбе с пьянством духовенство активно привлекало местную интеллигенцию. Значимый вклад в руководство деятельностью приходского духовенства по борьбе с пьянством внесли епископы Томской епархии Макарий (Невский), Мефодий (Герасимов), Анатолий (Каменский), председатель епархиального братства трезвости протоиерей П. Комаров и др. Они были не только умелыми организаторами и вдохновителями трезвого образа жизни, но и являли личный пример самоотверженной деятельности в этом направлении.

The activities of Clergy of Tomsk"s diocese directed at struggling with drunkenness at the end of XIX the beginning of XX centuries was described. Decrees and orders of the Synod and diocese contained detailed instructions for carrying out these actions. The Parish Clergy were obliged to organize society of sobriety since 1890. The most active period where minor orders took part in antialcoholic movement began in 1909. In 1914 it captured all parishes of diocese. The basic forms of work were sermons, organizing antialcoholic readings with showing slide pictures, acceptance vow of sobriety, distributing antialcoholic literature. Clergy actively involved local intelligence in struggling with drunkenness in parishes in villages. Bishops of the Tomsk"s diocese, such as Makary (Nevsky), Mefody (Gerasimov), Anatoly (Kamensky) and minor order, who was the leader of Brotherhood of sobriety, P. Komarov and others contributed to the activity of clergy in their struggle with drunkenness. They were not only clever organizers and inspirers of sober way of life, but also they showed the example of self-denying activity in that movement.

Текст научной работы на тему «Из истории трезвеннического движения в Томской епархии (конец XIX начало XX вв. )»

УДК 94:613.817(571.16)

ИЗ ИСТОРИИ ТРЕЗВЕННИЧЕСКОГО ДВИЖЕНИЯ В ТОМСКОЙ ЕПАРХИИ (КОНЕЦ XIX - НАЧАЛО XX вв.)

Е.В. Караваева

Куйбышевский филиал Новосибирского государственного технического университета

E-mail: kfnstu@ngs.ru

FROM THE HISTORY OF ANTIALCOHOLIC MOVEMENT IN THE TOMSK DIOCESE (THE END OF XIX - THE BEGINNING OF XX CENTURIES)

E.V. Karavaeva

Kuibyshev Branch of Novosibirsk State Technical University

Охарактеризована деятельность духовенства Томской епархии, направленная на борьбу с пьянством, в конце XIX

- начале XX вв. В синодальных и епархиальных указах и распоряжениях содержались подробные инструкции для осуществления этой деятельности. С 1890 г. приходское духовенство взяло на себя почин организации обществ трезвости. Наиболее активный период участия священно- и церковнослужителей в трезвенническом движении начался с 1909 г. К 1914 г. оно охватило все приходы епархии. Основными формами работы в данном направлении были проповедь, проведение внебогослужебных чтений с показом световых картин, принятие обетов трезвости, распространение противоалкогольной литературы. В сельских приходах к борьбе с пьянством духовенство активно привлекало местную интеллигенцию. Значимый вклад в руководство деятельностью приходского духовенства по борьбе с пьянством внесли епископы Томской епархии - Макарий (Невский), Мефодий (Герасимов), Анатолий (Каменский), председатель епархиального братства трезвости протоиерей П. Комаров и др. Они были не только умелыми организаторами и вдохновителями трезвого образа жизни, но и являли личный пример самоотверженной деятельности в этом направлении.

Ключевые слова: Русская православная церковь, Синод, Томская епархия, священнослужители, законодательная база по борьбе с пьянством, церковно-приходские общества трезвости, обет трезвости, организация внебогослу-жебных чтений, распространение противоалкогольной литературы.

The activities of Clergy of Tomsk’s diocese directed at struggling with drunkenness at the end of XIX - the beginning of XX centuries was described. Decrees and orders of the Synod and diocese contained detailed instructions for carrying out these actions. The Parish Clergy were obliged to organize society of sobriety since 1890. The most active period where minor orders took part in antialcoholic movement began in 1909. In 1914 it captured all parishes of diocese. The basic forms of work were sermons, organizing antialcoholic readings with showing slide pictures, acceptance vow of sobriety, distributing antialcoholic literature. Clergy actively involved local intelligence in struggling with drunkenness in parishes in villages. Bishops of the Tomsk’s diocese, such as Makary (Nevsky), Mefody (Gerasimov), Anatoly (Kamensky) and minor order, who was the leader of Brotherhood of sobriety, P. Komarov and others contributed to the activity of clergy in their struggle with drunkenness. They were not only clever organizers and inspirers of sober way of life, but also they showed the example of self-denying activity in that movement.

Key words: Russian Orthodox Church, Synod, Tomsk’s diocese, minor orders, legislative base of struggle with drunkenness, church’s society of sobriety, vow of sobriety, organizing antialcoholic readings, distributing of antialcoholic literature.

Ни одно народное бедствие, включая войну, не могло нанести такой вред народному здоровью и благополучию, какой неизбежно несет алкоголизм. Занимаясь изучением роли Русской православной церкви (РПЦ) в развитии санитарно-гигиенической культуры населения Западной Сибири и, в частности, Томской губернии конца XIX -начала XX вв., целесообразно охарактеризовать деятельность духовенства, направленную на борьбу с пьянством.

Проблеме борьбы с распространением алкоголизма в России посвящены многочисленные исследования. Первый значимый научный труд по “пьяному” вопросу был написан во второй половине XIX в. И.Г. Прыжовым [1]. Его работа “История кабаков в России”, по мнению современного томского историка А.Л. Афанасьева, несмотря на отдельные недостатки, - первое и до настоящего времени единственное обстоятельное исследование по

истории питейного дела и пьянства в России с конца X в. до середины 60-х годов XIX в. [2]. В материалах, собранных И.Г. Прыжовым, имеются сведения о том, что духовенство задолго до исследуемого нами периода принимало активное участие в борьбе с этим народным недугом.

В конце XIX - начале XX вв. были изданы монографии по истории развития трезвеннического движения в России. Их ценность заключается в том, что авторы изучали как антиалкогольную политику государства, так и деятельность попечительств о народной трезвости и обществ трезвости (светских и церковно-приходских) [39]. Этот период в историографии можно назвать периодом накопления эмпирического материала и первого опыта характеристики антиалкогольного движения.

На современном этапе, после более чем полувеково-

го перерыва, при возобновлении исследований, характеризующих историю трезвеннического движения в России, был издан ряд работ обобщающего характера - И.Р. Такалы [10], А.Л. Афанасьева [11], А.Г. Быковой [12] и др. Деятельности трезвеннического движения, организованного РПЦ на территории Сибири в конце XIX - начале XX вв., посвящены статьи А.Л. Афанасьева [13-15], В.В. Лебедева [16], О.В. Ушаковой [17] и пр. В их работах отмечается ведущая роль РПЦ в организации обществ трезвости и количественное преобладание церковно-приходских обществ над губернскими и уездными попечитель-ствами о народной трезвости.

Характеризовала деятельность сибирских обществ трезвости и Е.А. Дегальцева в монографии об общественных неполитических организациях Западной Сибири (1861-1917 гг.). Она сделала вывод, что эти общества действовали преимущественно в деревнях, и “крестьяне -основное сословие и носители национальных традиций

- сами спасались от зависимости” [18] при незначительном участии духовенства. А.Г. Быкова в монографии “Алкоголизм и пьянство в России в XIX - начале XX вв.” проанализировала правовую базу и формы деятельности общественных организаций - обществ трезвости, в том числе и церковных. В противовес утверждениям Е.А. Дегаль-цевой она указывает на то, что “церковно-приходские общества трезвости были самыми многочисленными” [19], и “характерной особенностью каждого общества трезвости являлась его нацеленность на массовость” [20]. Однако трудно согласиться с выводом А.Г. Быковой, что Всероссийский съезд практических деятелей по борьбе с пьянством (1912 г.) “сколько-нибудь заметного резонанса не имел” [21]. Изучение литературы показывает, что остаются спорными некоторые вопросы, ответы на которые помогут дать более полную характеристику трезвенническому движению. Кроме того, несмотря на повышенный интерес представителей разных гуманитарных дисциплин к деятельности РПЦ, отсутствуют специальные исследования об участии сибирского сельского приходского духовенства, в частности Томской епархии, в решении данной социальной проблемы в конце XIX -начале XX вв. Между тем формирование санитарно-гигиенической культуры крестьян было возможно лишь при трезвом образе жизни последних.

Цель работы: охарактеризовать деятельность духовенства Томской епархии, направленную на борьбу с пьянством, в конце XIX - начале XX вв. В качестве исторических источников используются неопубликованные материалы Государственного архива Томской области: указы, распоряжения, предписания правительства, Синода и томских епископов; отчеты епархиального духовенства о наличии и деятельности обществ трезвости. Кроме того, востребованы Труды Всероссийского съезда практических деятелей по борьбе с алкоголизмом (состоявшегося в Москве 6-12 августа 1912 г.), отчет Алтайской духовной миссии (АДМ) за 1910 г., а также отчеты епархиального и приходских обществ трезвости, опубликованные в официальном журнале РПЦ “Томские епархиальные ведомости” (ТЕВ). Вообще на страницах ТЕВ теме борьбы с пьянством отводилось особое место: за все годы выпуска (с 1880 до 1918 гг.) было опубликовано 78 статей (от сати-

рических рассказов, пьес в одном действии, авторских песен, напечатанных с нотами, стихов, поговорок до отчетов обществ трезвости Томской епархии и исследований российских и зарубежных ученых). Наибольшее количество публикаций ТЕВ приходилось на 1908-1915 гг. после актуализации этого вопроса в Государственной Думе по инициативе самарского депутата М.Д. Челышева. Большинство публикаций представляли епархиальные священники: председатель епархиального общества трезвости П. Комаров, Н. Завадовский, И. Соколов, А. Димитриев из с. Легостаевского Барнаульского уезда, А. Шевел-ков из с. Хлопуновского Змеиногорского уезда, Г. Непомнящих из с. Лебедянского Томского уезда и др.

Употребление спиртных напитков было традиционным явлением в России, уходящим своими корнями во времена язычества. К сожалению, эта традиция напиваться всем миром во время праздников не искоренилась и после принятия христианства. Хотя, по утверждению И.Г. Прыжова, “было время, когда народ по возможности мог еще обходиться и без водки” [22], основным питейным напитком до появления кабаков в середине XVI в. было пиво, употребление которого не приводило к появлению в России массового алкоголизма. К середине XIX в. под давлением откупщиков, заинтересованных в продаже крепких спиртных напитков, производство пива резко сократилось. По данным, приведенным И.Г. Прыжовым, “заводов пивоваренных в 1859 году в Великороссии было 248, в западных губерниях, в Малороссии и Новороссии - 1092; но в Сибири уж не было ни одного завода” [23]. Путешественник А. Кастрен 5 марта 1846 г. писал из Томска: “Масленицу я провел в деревне Молча-ново (Томского округа), где меня поселили в верхнем этаже обыкновенного кабака. Здесь, в продолжение всей разгульной недели, я ни днем, ни ночью не имел покоя от шумливых пьяниц. Молчаново - небольшая деревня, окрестная страна бедна и редко заселена самоедами, но, несмотря на то, продажа вина производится в таких огромных размерах, что кабак в один день выручал по 1800 руб. Потому можно составить себе понятие о пьянстве в Сибири” [24].

В исследуемый нами период от этого порока народ не мог удержаться не только на праздниках, свадьбах и поминках [25], но и мирские сходы обычно заканчивались попойкой. Так, благочинный 19-го округа Барнаульского уезда Феодор Ершов в 1890 г. сообщал в Дк, что “обычай штрафовать вином, брать вино при приеме новоселов, при даче приговоров на открытие питейных заведений существует повсеместно, причем на дом вино со схода уносится только тогда, когда тут же на сходе, за большим количеством, выпить его не представляется возможным” [26]. В рапорте благочинного 17-го округа Барнаульского уезда А. Завадовского от 4 мая 1890 г. записано, что “общественные сходы созываются сельскими старостами преимущественно в воскресные и праздничные дни, причем место и время схода бывает совершенно различно: созывается сход и рано утром до литургии, и во время литургии, и в послеобеденное время, собираются общественники на эти сходы и у сельских старост, и у питейных заведений, где и решаются общественные дела, где творится суд и расправа, оканчивающиеся нередко тут

же, на месте, общей попойкой на счет виноватого” [27].

Необходимо отметить, что пьянство более всего было распространено в переселенческих деревнях и селах, массовый разгул происходил на так называемых “съезд-ных” праздниках. Причем страдали от пьянства в праздники наиболее бедные крестьяне, которые, не имея своих средств, брали деньги у богатых односельчан под летние работы в два или три раза дешевле самой летней работы [28]. Этого нельзя сказать о селах староверов, где “винопитие находилось в умеренных размерах, и народ, зараженный духом раскола, избегал пить кабацкое вино” [29]. Например, в отчете благочинного Бийского и Кузнецкого округов за 1890 г. сообщалось, что в приходах Кытманском, Лосихинском и Озеро-Титовском торговли вином вообще не производилось - это были как раз те самые “зараженные духом раскола” деревни [30].

В селах, где не проживали старообрядцы, даже при отсутствии официальной торговли алкогольными напитками пьянство и разгул были также распространены. Помимо повсеместной нелегальной торговли, местные купцы изыскивали способы одурманивать народ и другими средствами. Так, в отчете АДМ за 1910 г. описывается, что в Улале продавалась медицинская специя, так называемый “Киндер-бальзам”. Основу этой специи составлял спирт. Жители Улалы с удовольствием брали эту отраву, разводили горячей водой и напивались до безумия. По заявлению улалинского врача, получаемый таким образом напиток был особенно вреден для организма человека, а между тем никто из властей не хотел обратить внимание на эту торговлю [31]. Важно сказать, что для нелегальной торговли повсеместно вырабатывали самодельные некачественные винно-водочные изделия, производимые в антисанитарных условиях. Факт повсеместной антисанитарии подтверждается исследованиями бытовых условий проживания сельского населения, признаваемых авторами крайне неудовлетворительными, особенно у переселенцев [32, 33].

В изучаемых материалах имеются многочисленные свидетельства о распространении детского алкоголизма. Например, священник из с. Лебедянского и д. Кайлы Томского уезда Георгий Непомнящих писал в отчете о состоянии прихода следующее: “У нас нередкое явление встретить пьяными не только взрослых, но и шести-, и семилетних детей. Сам я был очевидцем, как шестилетний мальчик, подходя к кресту во время моего обхождения по домам 6 декабря (в престольный праздник), от опьянения шатался и падал; или несколько малолетних девочек (от 8 до 12 лет) сделали складчину и, купив пива, пошли в лес встречать Св. Троицу. Между тем, родители на это смотрят как на вещь обыкновенную” [34].

Об усугублении проблемы распространения алкоголизма в конце XIX - начале XX вв. свидетельствуют попытки решать ее на уровне государственной власти. На этот вопрос обратила внимание III Государственная Дума, откуда его обсуждение было перенесено в Государственный Совет, и в скором времени он стал предметом публицистической полемики в печати [35]. Законопроект III Государственной Думы о мерах борьбы с пьянством был принят во втором чтении 16 ноября 1911 г. В отправке к членам Думы прошений об утверждении проекта приня-

ли участие и сельские церковно-приходские общества трезвости Томской епархии [36]. Участники противоалкогольного движения высказывали мнение, что вопрос о пьянстве - “самый современный вопрос, вызываемый самой жизнью” [37]. Рост потребления алкоголя, отчасти навязываемого насильно казенной винной монополией, подтверждает и статистика того времени. Например, в России быстро увеличивалась торговля спиртными напитками, не оставляя спроса неудовлетворенным. Если в 1902 г. частных винных заведений было 36 921, то в 1907 г. их уже насчитывалось 70 372 [38].

В отличие от епархий Европейской России, где борьба с пьянством активизировалась с середины XIX в., в Томской епархии эта деятельность не являлась приоритетной. Духовенство в благочиниях “свои поучения с церковной кафедры произносило большею частью катехизаторского содержания и в редких случаях говорило о вреде пьянства” [39].

Активизация деятельности священно- и церковнослужителей Томской епархии в борьбе с алкоголизмом началась после принятия указа Синода от 10 августа 1889 г. о содействии правительству в борьбе с пьянством и, как следствие, распоряжений ТДК от 21 февраля, 18 мая 1890 г., 19 октября 1892 г. ТДК предписала епархиальному духовенству: “1) воздерживаться от спиртных напитков и личной жизнью подавать добрый пример своим прихожанам; 2) усилить проповедование слова Божия и неопустительно вести внебогослужебные собеседования в храмах, школах, а в зимние вечера - по домам прихожан, и на этих собеседованиях возможно чаще проводить мысль о вреде пьянства; 3) склонять прихожан к открытию обществ трезвости по возможности во всех деревнях и селах; 4) учреждать при церквях и школах библиотеки, которые снабжать книгами и брошюрами о вреде пьянства, причем дешевые из них приобретать на кошельковые суммы или пожертвования и раздавать народу; рекомендовать духовенству из таковых брошюр, имеющихся в Томском книжном магазине Михайлова и Макушина, следующие: “Грех и безумие пьянства”, “Речь против пьянства” и др.; 5) заботиться о возможно большем открытии церковных попечительств, причем членами их избирать людей трезвых, нравственных, пользующихся уважением в среде своих обществ, которые силою своего слова и собственным примером могли бы влиять на людей, предающихся пьянству; 6) объявить церковно-приходским попечительствам и обществам трезвости, что им предоставлено право (ст. 45 закона от 11 мая 1885 г.) заявлять акцизному надзору о неправильной торговле спиртными напитками; 7) всеми мерами стараться об искоренении попоек в престольные праздники, при семейных торжествах и на общественных сходах; в случае необходимости обращаться к местным властям с просьбой обратить строгое внимание на то, чтобы волостные и сельские начальства имели должное наблюдение за недопущением попоек на мирских сходах, и чтобы сходы во время богослужений в праздники не созывались, с привлечением виновных к ответственности по закону” [40].

Следует отметить, что некоторые формы работы, предписанные духовенству в этих распоряжениях, на территории Томской епархии не практиковались. Обществ

трезвости не существовало. Этот факт подтверждается информацией, содержащейся в рапортах благочинных, предоставленных в ТДК к марту 1890 г. [41]. Попечительств при церквях Томской епархии к 1890 г. было всего семь (в благочиниях №15, 17, 21 Барнаульского уезда - 4 и в благочинии №24 Бийского уезда - 3). Но и это незначительное количество попечительств никогда не пользовалось правом “заявлять, кому следует, о неправильной торговле спиртными напитками” [42]. Они занимались решением вопросов, связанных с благоустройством церквей, приходских домов и кладбищ.

В конце XIX - начале XX вв. создание обществ трезвости в Томской епархии стало одним из приоритетных видов деятельности по борьбе с пьянством, так как они становились организационным ядром противоалкогольной пропаганды, объединяя для этой цели приходское население.

Основной целью обществ трезвости являлась “профилактическая” работа - предупреждение населения о вреде пьянства, противодействие его развитию. По определению Синода, церковно-приходские общества трезвости в борьбе с алкоголизмом должны были решать следующие задачи: 1) распространять в приходе знания путем устройства библиотек, читален, воскресных школ, чтений; 2) популяризировать искусство при помощи создания церковных хоров, кружков музыки и живописи; 3) содействовать возникновению в приходах дешевых приходских чайных и столовых, потребительных лавок, ссудосберегательных товариществ [43].

С марта 1890 г. в Томской епархии начинают создаваться общества трезвости. Первое общество было учреждено священником Покровской церкви с. Мало-Песчанс-кого Мариинского уезда, в которое записались 150 крестьян, и все они приняли обет трезвости. Возглавляли общество приходской священник М. Коронатов и псаломщик Еленский [44]. В то же время в приходе Николаевской церкви с. Дубровинского Ояшинской волости Томского уезда по настоянию местного священника И. Лаврова также учредили общество трезвости. При его открытии 17 человек приняли обет “совершенного воздержания от употребления хмельных напитков, даже пива, обязуясь располагать к этому и других своих собратьев” [45], а к июню их число удвоилось. В с. Сростенском Бийско-го уезда весной 1891 г. общество трезвости было открыто по инициативе приходского священника Пророко-Ильинской церкви В. Покровского [46]. Впоследствии этот почин был поддержан духовенством епархии.

С момента создания первых обществ их организаторы использовали обет трезвости как один из самых действенных методов борьбы с пьянством, и он давал положительные результаты. Например, в ТЕВ за 1905 г. была опубликована восторженная статья о деятельности братства трезвости в с. Завьялово Барнаульского уезда, в которой описывались случаи изменения социального статуса крестьян, дававших обет трезвости: “Батюшка! Мое-му-то срок выходит. Усовести ты его опять зарок дать”, -кланяется баба. “Гляди-ка, прежде голодные, голые сидели, а теперь ребятенки одеты, все сытехоньки, каждый день - чай с сахаром, коровушку купили, лошадку. На самого любо посмотреть: тихий стал, справный, ласковый,

*4-—

<,<«и/> //Г/7ЫО,

щьишыги ъ/Ды/смп 1'*. п/ги,сн*-/глс

и- /г*ии,по*г-с*гг.т<}, петлит**-*

^ по *""" «"" «

а

( V»

<«, гЛ $4 0[гтгь* «/"""**£ и Л» ''

а,,<1»и.

Г

Рис. 1. Часть приговора общества трезвости Пророко-Ильинс-кой церкви с. Сростенского

ровно сызнова родился...”. Земно кланяется баба, со слезами: “Спасибо тебе” [47].

Для того чтобы сдержать обет трезвости, принявшие его иногда назначали себе, как сдерживающий фактор, “кару” - различные штрафные санкции за его нарушение. Например, в приговоре общества трезвости Проро-ко-Ильинской церкви с. Сростенского Змеиногорского уезда (рис. 1.) от 19 апреля 1892 г., подписанного 92 членами, были записаны следующие меры: “Во-первых, взыскание трех рублей в пользу приходской церкви, во-вторых, виновные должны понести публичную епитимию, наложенную духовником”. Кроме того, “чтобы крепче было братство”, его члены обратились к епископу Макарию (Невскому) с просьбой быть их покровителем и по донесению причта о нарушении обета налагать епити-мию [48].

В отчетах о деятельности епархиальных обществ трезвости сообщались основные причины, способствовавшие принятию населением обета трезвости. Прихожане добровольно отказывались от употребления алкоголя как вследствие проблем со здоровьем (хронические заболевания, травмы в состоянии алкогольного опьянения, появление признаков белой горячки и пр.), так и по причине абсолютного обеднения [49].

Как при участии священнослужителей в проведении противоэпидемических мероприятий в губернии, организации благотворительных заведений, так и при борьбе с пьянством, успешные результаты этой деятельности зависели от личной инициативы самого духовенства. Наиболее активное участие священников Томской епархии в трезвенническом движении началось с 1909 г. после издания Синодом указа от 12 июня, призывавшего епархиальное и приходское духовенство к усиленной борьбе с народным пьянством. До этого, по свидетельству одного из организаторов движения за трезвый образ жизни в Томской епархии священника П. Комарова, духовенство “в борьбе с алкоголизмом играло роль больше отрицательную, чем положительную, ибо, не духовенство ли в деревнях (и протодиаконство) в городах так пьет, что стало притчей в языцех” [50]. В ответ на указ Синода 1909 г. в ТЕВ был напечатан циркулярный указ архиепископа Томского и Алтайского Макария (Невско-

го), в котором говорилось, что “каждый приходской священник, каждый школьный учитель и все духовно-учебные заведения, братства и попечительства . исполняют возложенный на них долг борьбы с общим народным злом” [51].

В ТЕВ в 1912 г. была опубликована сводная таблица церковных обществ трезвости с указанием уезда и благочиния, времени открытия, числа членов на момент открытия и на момент издания статьи, видов деятельности. До указа Синода 1909 г. на территории Томской епархии было открыто всего 17 обществ трезвости, а к 1912 г. их уже насчитывалось 53, но в них состояло лишь 3088 человек, т.е. 1,6% от общего числа жителей в приходах [52, 53]. Мизерный процент членов обществ объясняется тем, что в Сибири борьба с алкоголизмом путем учреждения организаций трезвости встречала повсюду враждебное отношение. “Нужно сказать, - писал в 1913 г. священник Г. Непомнящих из с. Лебедянского Томского уезда, - какие издевательства и насмешки переносит наше молодое “Общество трезвости” - не приведи, Боже!” [54]. Наибольшее число обществ трезвости в епархии было учреждено с 1911 г. по 1914 г. К 1912 г., как указано выше, их насчитывалось 53, к 1913 г. - 102, к концу 1914 г. - 127 [55].

Наиболее распространенным видом оформления юридических прав обществ трезвости в конце XIX - начале XX вв. были уставы (впервые официально устав общества трезвости в России был утвержден в 1874 г.). Помимо уставных церковно-приходских обществ трезвости действовали общества, учрежденные на основе устного или письменного договора. Так, в Томской епархии в 1912 г. 12 из 53 церковно-приходских обществ трезвости не имели устава и действовали на основе устного соглашения [56].

Все существовавшие в епархии общества трезвости с момента их образования проводили чтения, беседы, устраивали читальни и библиотеки с подбором журналов и книг по вопросам народной трезвости. Для проведения чтений и устройства противоалкогольных библиотечек использовались помещения церковно-приходских и министерских школ, а в некоторых приходах - и дома прихожан [57]. По установившейся традиции в день открытия обществ трезвости обязательно проводились чтения с “туманными картинками” [прозрачная картинка, рисованная или воспроизведенная фотографическим путем на стеклянной пластинке, для показа которой использовался фонарь проекционный (волшебный) - оптический прибор, служащий для отбрасывания (проектирования) на белую, хорошо отражающую или пропускающую свет плоскость (экран) увеличенного изображения / Энциклопедический словарь Брокгауза и Эфрона. СПб., 1902. Т.XXXVI. С.221], а впоследствии этот день справлялся ежегодно как местный приходской праздник.

Одним из значимых средств воздействия на “темную массу” сельских жителей в противоалкогольной деятельности было “живое” слово убеждения. Самой действенной формой была домашняя беседа. Слово проповеди, произнесенное священником с участием к собеседнику, давало более ясные представления о губительных последствиях пьянства для здоровья. Но частные беседы по домам требуют много времени и физических сил. Учиты-

вая расстояния в приходах Томской епархии, можно предположить, что возможности частной проповеди у приходского духовенства практически не было. Наиболее распространены были проповеди о вреде пьянства в храмах во время литургии и на внебогослужебных чтениях. Руководством при подготовке к проповедям и чтениям служили выписываемые для церковных библиотек, почти все существовавшие на то время издания по алкогольному вопросу из редакции Троицких листков и Александ-ро-Невского общества трезвости в Санкт-Петербурге: “Отдых христианина”, “Трезвая жизнь”, “Трезвые всходы”, “Вестник трезвости” и самые популярные - “Поучения к трезвости”, четыре выпуска, составленные священником М. Смирновым.

На чтениях священники, причты и учителя прочитывали доступные для восприятия “необразованного” населения доклады и рассказы, учителя с учениками ставили сценки, читали стихи, церковные хоры с учащимися обязательно пели канты из Лепты, некоторые с фисгармонией: “Что ты пьешь, мужик”, “Суетен будешь ты, человек” и др. К проведению чтений активно привлекались не только церковный клир, учителя школ, учащиеся, но, по возможности, и медицинский персонал. Например, в отчете АДМ за 1910 г. сообщалось, что по благословле-нию настоятеля Улалинской церкви каждое воскресенье во внебогослужебных беседах принимали участие учителя и учительницы обеих улалинских школ, а в “последнее время и жена местного участкового врача Доскали-ца, сама имеющая медицинское образование” [58].

Наибольшей популярностью как среди городского населения, так и сельских жителей, пользовались чтения, проводимые с показом “туманных картинок”. Из отчета приходского общества трезвости с. Лебедянского Томского уезда за 1913 г.: “После того, как чтения стали проводиться с волшебным фонарем, слушателей было великое множество, не помещались даже в школу” [59]. Несмотря на активное посещение прихожанами воскресных чтений (главным образом, для просмотра световых картинок), они неохотно записывались в общества трезвости. Священник Барнаульского уезда И. Соколов, распространяя опыт организации обществ трезвости среди епархиального духовенства, писал в ТЕВ: “Подолгу приходится убеждать каждого. Обычно их отговорки следующие: “Да я и так мало пью”, “Я и так воздержусь, как захочу”, “А почему в других приходах этого нет?”” [60]. Отказываясь вступить в общество трезвости, ссылались на то, что “надо девку пропивать” (т.е. дочь выдавать замуж), “солдат скоро вернется” со службы, приходит срок “сына в рекруты сдавать” [61].

Тем не менее, церковная проповедь и внебогослужеб-ные чтения, особенно проводимые продолжительное время, имели неоспоримое влияние на выбор прихожанами здорового (трезвого) образа жизни. Например, в с. Хлопуновском Змеиногорского уезда причт при участии учителей местной церковно-приходской школы, после принятия Синодом указа от 1909 г. о борьбе с алкоголизмом, в течение трехлетнего периода беседовал с прихожанами о вреде алкоголя, устраивая при школе дневные и вечерние чтения с “туманными картинками”. Во время постов на каждом богослужении им прочитывалось по-

учение о вреде пьянства. И если в 1909 г. желающих вступить в общество трезвости не было, то просветительская работа способствовала принятию решения 50 прихожанами о вступлении в общество трезвости, которое и было образовано 1 января 1913 г. [62]. А в с. Каргалинском Богородской волости Томского уезда благодаря постоянной проповеди с амвона и частным собеседованиям в 1910 г.

сельское общество подписало приговор, чтобы “тайной продажи вина в селе не было, а если объявится такая продажа, то с виновных брать штраф 15 р. на нужды церкви и для оказания помощи беднейшим семьям” [63].

(Продолжение следует) Поступила 02.03-2010