Научная статья на тему 'Экстремизм как уголовно-правовая категория'

Экстремизм как уголовно-правовая категория Текст научной статьи по специальности «Право»

CC BY
1704
206
i Надоели баннеры? Вы всегда можете отключить рекламу.
Ключевые слова
ЭКСТРЕМИЗМ / EXTREMISM / ЭКСТРЕМИСТСКАЯ ДЕЯТЕЛЬНОСТЬ / EXTREMISM ACTIVITY / ПРЕСТУПЛЕНИЯ ЭКСТРЕМИСТСКОЙ НАПРАВЛЕННОСТИ / EXTREMIST DIRECTED CRIMES / РОССИЙСКОЕ УГОЛОВНОЕ ЗАКОНОДАТЕЛЬСТВО / THE RUSSIAN CRIMINAL LEGISLATURE / КРАЙНИЕ ВЗГЛЯДЫ / EXTREMIST VIEWS / МОТИВ / MOTIVE

Аннотация научной статьи по праву, автор научной работы — Макеева И.С.

В статье рассматривается «экстремизм» в научном понимании; анализируется определение «экстремистская деятельность», регламентированное Федеральным законом от 25 июля 2002 г. № 114-ФЗ «О противодействии экстремистской деятельности»; теоретически обосновывается дефиниция «преступления экстремистской направленности», закрепленная в Уголовном кодексе Российской Федерации.

i Надоели баннеры? Вы всегда можете отключить рекламу.
iНе можете найти то, что вам нужно? Попробуйте сервис подбора литературы.
i Надоели баннеры? Вы всегда можете отключить рекламу.

Extremism as a criminal-law category

The article highlights the notion of «extremism» in its scientific interpretation and analyses the definition of «extremism activity» regulated by the Federal Law of July the 25th, 2002, number 114 «About opposition against extremism activity». The article theoretically grounds the definition of «extremist directed crimes» fixed in the Criminal Code of the Russian Federation.

Текст научной работы на тему «Экстремизм как уголовно-правовая категория»

ровали своеобразно — поблизости от мест проживания осужденных разместили знаки, предупреждающие, что «Здесь проживают монстры», с помощью СМИ инициировали процедуру их принудительного выселения и требовали от собственника жилья расторжения договора аренды жилого помещения31.

Под воздействием всеобщей истерии многие штаты стали разрабатывать, принимать и реализовывать другие нормативные акты, содержащие ограничения для лиц, совершивших половые преступления. Так, с 1996 г. многие штаты стали принимать законы, запрещающие или ограничивающие проживание осужденных за преступления на сексуальной почве, вблизи мест, посещаемых детьми; в других штатах попытались бороться с половыми преступлениями с помощью электронного мониторинга подконтрольных лиц с применением новейших технических средств. Законодатели отдельных штатов, в стремлении снизить показатели

половых преступлений и их рецидив, довели свои усилия до абсурда, нормативно закрепив запрет лицам, осужденным за преступления на сексуальной почве, носить костюмы на Хэллоуин, пользоваться сетью Интернет, либо обязав органы власти делать запись «сексуальный преступник» в водительских удостоверениях и на государственных номерных знаках транспортных средств32. Несомненно, что все эти меры нисколько не способствуют снятию общественного напряжения, успешной интеграции таких лиц в общество и их ресоциализации, а законы, запрещающие или ограничивающие проживание осужденных за преступления на сексуальной почве, заявленные цели борьбы с такими преступлениями и рецидивом не выполняют.

31 McGrath M. Neighbors irate over sex offenders. URL://http://-www.620wtmj.com/news/local/45346632.html

32 Kelly K. The specified composition.

ЭКСТРЕМИЗМ КАК УГОЛОВНО-ПРАВОВАЯ КАТЕГОРИЯ

И.С. МАКЕЕВА,

адъюнкт очной формы обучения кафедры уголовного права Уральского юридического института МВД России, старший лейтенант полиции Научная специальность: 12.00.08 — уголовное право и криминология; уголовно-исполнительное право

E-mail: i.suhanova@bk.ru Научный руководитель: Заслуженный юрист Российской Федерации, доктор юридических наук, профессор Сабанин С.Н.

Рецензент: кандидат юридических наук, доцент Щетинина Н.В.

Аннотация. В статье рассматривается «экстремизм» в научном понимании; анализируется определение «экстремистская деятельность», регламентированное Федеральным законом от 25 июля 2002 г. №№ 114-ФЗ «О противодействии экстремистской деятельности»; теоретически обосновывается дефиниция «преступления экстремистской направленности», закрепленная в Уголовном кодексе Российской Федерации.

Ключевые слова: экстремизм, экстремистская деятельность, преступления экстремистской направленности, российское уголовное законодательство, крайние взгляды, мотив.

EXTREMISM AS A CRIMINAL-LAW CATEGORY

I.S. MAKEEVA,

associate full-time Department of criminal law of the Ural Institute of law of the Russian Interior Ministry, senior lieutenant

Annotation.The article highlights the notion of «extremism» in its scientific interpretation and analyses the definition of «extremism activity» regulated by the Federal Law of July the 25th, 2002, number 114 «About opposition against extremism activity». The article theoretically grounds the definition of «extremist directed crimes» fixed in the Criminal Code of the Russian Federation. Keywords: extremism, extremism activity, extremist directed crimes, the Russian criminal legislature, extremist views, motive.

Разработка понятия экстремизма — одна из самых сложных проблем науки и практики борьбы с преступностью. Необходимость разработки общего понятия экстремизма обусловлена тем, что не только в международных документах, но и в национальных правовых и литературных источниках существуют различные подходы к его определению.

Так, автор энциклопедического словаря И.А. Ва-сюкова определяет экстремизм как приверженность к крайним мерам, взглядам (обычно в политике)1. В Большом энциклопедическом словаре экстремизм толкуется как «идеология, теория и практика крайне фанатичных и радикальных представителей разнообразных конфессий, политических организаций и экстравагантных социальных групп»2. По мнению С.И. Ожегова экстремизм — приверженность к крайним взглядам, к использованию крайних мер (включая теракты и взятие заложников) для достижения своих целей3. Но все эти определения не являются правовыми, порождающими юридическую ответственность или какие-либо правовые последствия.

Следует согласиться с мнением Е.Б. Кургузкиной, что для эффективной работы по профилактике экстремизма, а также для уголовно-правовой защиты общества от крайне-радикальных деяний необходимо теоретическое обоснование, важнейшим направлением которого является выработка научного понятия данного негативного социального явления с целью отграничения экстремистской деятельности от любой иной4. Представляется, что в этих целях необходимо иметь четкий критерий определения наличия признаков экстремизма в совершенном деянии.

По мнению А.А. Козлова собственно культура, т.е. вся сумма материальных и духовных ценностей, накопленная тем или иным обществом, является регулятором поступка каждого конкретного члена данной общности5. Но в Российской Федерации проживает большое количество разнообразных народностей и национальностей, и у каждой из них существует сформированная веками, самобытная и передаваемая из поколения в поколение культура. Следовательно, и понятие границ и рамок крайностей в каждой культуре специфическое.

В соответствии с Шанхайской Конвенцией от 15 июня 2001 г. «О борьбе с терроризмом, сепаратизмом и экстремизмом» экстремизм определяется как «какое-либо деяние, направленное на насильственный захват власти или насильственное удержание власти,

а также на насильственное изменение конституционного строя государства, а равно насильственное посягательство на общественную безопасность, в том числе организация в этих целях незаконных вооруженных формирований или участие в них»6. Из приведенной формулировки не вполне понятно, какой признак объединяет перечисленные формы экстремистской деятельности, что положено в основу данного определения, а потому данный перечень следует признать необоснованно широким и неоднозначным.

Попытка дать развернутое определение экстремизма предпринята в Федеральном законе от 25 июля 2002 г. № 114-ФЗ «О противодействии экстремистской деятельности» с последующими изменениями и дополнениями. Однако, в указанном нормативном правовом акте также не дано однозначного ответа по этому поводу, а лишь содержится перечень действий, которые относятся к экстремистской деятельности.

Так, в ст. 1 упомянутого закона определяется, что экстремистская деятельность (экстремизм) — это:

♦ насильственное изменение основ конституционного строя и нарушение целостности Российской Федерации;

♦ публичное оправдание терроризма и иная террористическая деятельность;

♦ возбуждение социальной, расовой, национальной или религиозной розни;

♦ пропаганда исключительности, превосходства либо неполноценности человека по признаку его социальной, расовой, национальной, религиозной или языковой принадлежности или отношения к религии;

♦ нарушение прав, свобод и законных интересов человека и гражданина в зависимости от его социальной, расовой, национальной, религиозной или языковой принадлежности или отношения к религии;

1 Словарь иностранных слов. М., 2001. С. 622.

2 Большой энциклопедический словарь: философия, социология, религия, эзотеризм, политэкономия / Главн. науч. ред. и сост. С.Ю. Солодовников. Мн., 2002. С. 967.

3 Ожегов С.И. Толковый словарь русского языка: ок. 100 000 слов, терминов и фразеологических выражений / Под ред. проф. Л.И. Скворцова. М., 2009. С. 1340.

4 Кургузкина Е.Б. Понятие экстремизма // Научный портал МВД России. 2010. № 1(9). С. 101.

5 Козлов А.А. Феномен экстремизма. СПб., 2000. С. 14.

6 Шанхайская конвенция о борьбе с терроризмом, сепаратизмом и экстремизмом от 15 июня 2001 г. // СЗ РФ. 2003. № 41. Ст. 3947. Ратифицирована ФЗ от 10 января 2003 г. № 3-ФЗ «О ратификации Шанхайской конвенции о борьбе с терроризмом, сепаратизмом и экстремизмом» // СЗ РФ. 2003. № 2. Ст. 155.

♦ воспрепятствование осуществлению гражданами их избирательных прав и права на участие в референдуме или нарушение тайны голосования, соединенные с насилием либо угрозой его применения;

♦ воспрепятствование законной деятельности государственных органов, органов местного самоуправления, избирательных комиссий, общественных и религиозных объединений или иных организаций, соединенное с насилием либо угрозой его применения;

♦ совершение преступлений по мотивам, указанным в п. «е» ч. 1 ст. 63 УК РФ;

♦ пропаганда и публичное демонстрирование нацистской атрибутики или символики либо атрибутики или символики, сходных с нацистской атрибутикой или символикой до степени смешения;

♦ публичные призывы к осуществлению указанных деяний либо массовое распространение заведомо экстремистских материалов, а равно их изготовление или хранение в целях массового распространения;

♦ публичное заведомо ложное обвинение лица, замещающего государственную должность Российской Федерации или государственную должность субъекта Российской Федерации, в совершении им в период исполнения своих должностных обязанностей деяний, указанных в настоящей статье и являющихся преступлением;

♦ организация и подготовка указанных деяний, а также подстрекательство к их осуществлению;

♦ финансирование указанных деяний либо иное содействие в их организации, подготовке и осуществлении, в том числе путем предоставления учебной, полиграфической и материально-технической базы, телефонной и иных видов связи или оказания информационных услуг7.

Изучение теоретических источников позволяет сделать вывод об отсутствии единого подхода к толкованию термина «экстремизм».

Е.П. Сергун считает, что определение понятия «экстремистская деятельность (экстремизм)» в рассматриваемом Федеральном законе является настолько широким, что даже образно представить круг перечисленных деяний весьма затруднительно. Ученый определяет экстремизм как приверженность к определенной системе взглядов и идей, основанной на нетерпимости к основополагающим принципам конституционного строя Российской Федерации и охраняемым государством демократическим правам и свободам человека и гражданина, характеризующаяся внутренней

готовностью к активной деятельности, направленной на претворение в действительность таких воззрений уголовно наказуемыми способами8.

А.В. Ростокинский считает, что «экстремизм — это совокупность уголовно-наказуемых деяний, совершенных в целях эскалации социально-политических, субкультурных, этнических, конфессиональных и иных конфликтов. И, прежде всего, по мнению автора, он связан с совершением преступлений против общественной безопасности (хулиганство, терроризм), а также с преступлениями против личности, совершаемыми на почве вражды и ненависти, но не совпадает с ними»9.

Международные организации также выражают недовольство по поводу неоднозначного определения «экстремизм», закрепленного в российском законодательстве. В частности Комитет по правам человека в 2009 г. выразил обеспокоенность по поводу отсутствия в судебной практике Российской Федерации единого понимания определения «социальная группа». С таким замечанием согласны и российские ученые. По мнению С.В. Борисова, буквальное толкование данного словосочетания позволяет подвести под соответствующее понятие любую из неисчислимого множества социальную группу (спортивные фанаты, сотрудники правоохранительных органов, ветераны ВОВ), что может привести к неоправданно широкому применению уголовно-правовых норм о преступлениях экстремистской направленности.

Другое замечание, сформулированное Комитетом по правам человека, связано с включением в качестве формы проявления экстремистской деятельности публичное заведомо ложное обвинение лица, замещающего государственную должность Российской Федерации или государственную должность субъекта Российской Федерации, в совершении им в период исполнения своих должностных обязанностей деяний, указанных в ст. 1 Федерального закона «О противодействии экстремистской деятельности» и являющихся преступлением. Комитет указал на неточность, расплывчатость определения экстремистской деятельности в вы-

7 ФЗ от 25 июня 2002 г. № 112-ФЗ «О противодействии экстремистской деятельности» // Рос. газета. 2002. 30 июля.

8 Сергун Е.П. Экстремизм в российском уголовном праве: Автореф. дисс. ... канд. юрид. наук. Тамбов, 2009. С. 8

9 Ростокинский А.В. Преступления экстремистской направленности как проявления субкультурных конфликтов молодежных объединений: уголовно-правовые и криминологические проблемы: Автореф. дисс. ... канд. юрид. наук. М., 2008. С. 14.

шеназванном законе, допускающем произвольный подход к его применению.

Понятие экстремизма, поясняет Е.Б. Кургузкина, данное в законе, содержит явно завышенное количество перечислений, во многом частного характера, ряд из которых нельзя отнести к существенным признакам дефиниции.

Следует отметить, что некоторые авторы высказывают точки зрения по поводу целесообразности закрепления в законодательстве термина «экстремизм» («экстремистская деятельность»). Согласно мнению С.А. Боголюбова, «.. .все или почти все поступки, подпадающие под формулировку экстремизм, предусмотрены в Кодексе об административных правонарушениях, а опасные деяния — в Уголовном кодексе РФ. Какие еще деяния должны быть в нем? Экстремистские? Но такого преступления нет ни в отечественном, ни зарубежном законодательстве, по мнению указанного автора это публицистический термин, обобщающий все нежелательные и опасные для государства действия»10. Аналогичной позиции придерживается В.В. Лунеев, который считает, что «понятие «экстремизм» в праве встречается для подчеркивания термина особого значения. Но для характеристики того или иного преступного деяния, или для описания его особенностей ни в одном из европейских кодексов оно не используется. Однако Россия, склонная к западным и международным юридическим терминам, порой пытается идти своим путем»11.

Несмотря на то, что формулировки форм проявлений экстремистской деятельности, перечисленные в ст. 1 Федерального закона «О противодействии экстремистской деятельности», продолжают подвергаться активной критике, представляется, что позиция законодателя не является столь уж нелогичной. Надо полагать, что для всех форм исследуемого феномена характерным является наличие внутреннего побуждения, вызывающего у лица решимость совершить то или иное действие, а именно мотив политической, идеологической, расовой, национальной или религиозной ненависти или вражды, либо мотив ненависти или вражды в отношении какой-либо социальной группы.

Анализ отдельных проявлений экстремистской деятельности, перечисленных в ст. 1 указанного закона, и действий, предусмотренных в соответствующих статьях Особенной части УК РФ (например, ст. 136 УК РФ «Нарушение равенства прав и свобод

человека и гражданина», ст. 141 УК РФ «Воспрепятствование осуществлению избирательных прав или работе избирательных комиссий» и др.), показывает, что по содержанию они фактически совпадают. Однако, помимо уголовно наказуемых форм анализируемая статья Федерального закона «О противодействии экстремистской деятельности» включает и действия, содержащие признаки административного правонарушения (ст. 20.3 КоАП РФ «Пропаганда и публичное демонстрирование нацистской атрибутики или символики либо атрибутики или символики, сходных с нацистской атрибутикой или символикой до степени смешения», ст. 20.29 КоАП «Публичные призывы к осуществлению указанных деяний либо массовое распространение заведомо экстремистских материалов, а равно их изготовление или хранение в целях массового распространения»).

Проведенный анализ позволяет сделать вывод о нецелесообразности отождествления экстремизма только с совершением уголовных деяний, ввиду того, что как уже отмечалось, для всех форм (в том числе административно наказуемых) характерным является наличие определенного мотива (несмотря на то, что отдельные формулировки не содержат прямого указания на него), который на наш взгляд, является главным критерием, объединяющим все перечисленные в ст. 1 Федерального закона формы проявления экстремизма. Однако, необходимо отметить, что содержание и признаки названного мотива на законодательном уровне не определены, поэтому попытаемся проанализировать научные предложения их разъяснения.

Так, политическая ненависть или вражда, по мнению А.А. Кунашева, заключается в стойкой неприязни к потерпевшему, вызванной его участием в деятельности органов государственной власти, политических партий и общественных объединений, в их выборах и формировании12.

В качестве побуждений лица, совершившего преступление экстремистской направленности, мотивированного политической ненавистью или враждой, могут выступать: устранение политического противника

10 Боголюбов С.А. Нужен ли закон о противодействии политическому экстремизму? // Адвокат. 2001. № 11. С. 97.

11 Лунеев В.В. Теория и история криминологии и права. Новеллы законодательного экстремизма // Российский криминологический взгляд. 2010. № 1. С. 231.

12 Кунашев А.А. Мотивы ненависти или вражды в уголовном праве России: Автореф. дисс. ... канд. юрид. наук. М., 2012. С. 10.

или носителя чуждых политических взглядов; самоутверждение; причинение вреда, в том числе и репута-ционного, политическому противнику; лишение политического противника ресурсов для ведения политической борьбы в интересах принятия необходимого решения на референдуме, выдвижения и включения определенной кандидатуры в избирательные списки политической партии, победа на выборах определенной кандидатуры или политической партии и пр.13.

Немало проблем существует и в разъяснении идеологической ненависти и вражды как мотива преступлений экстремистской направленности. В большинстве энциклопедических словарей идеология представляется как «система политических, правовых, нравственных, религиозных, эстетических и философских взглядов и идей, в которых осознаются и оцениваются отношения людей к действительности»14. Идеология представляет собой духовную власть над человеческим обществом. Она регулирует, мотивирует и направляет деятельность индивида во всех сферах общества15. Это определяется и преданностью человека определенным идеям, которые имеют особую ценность в его глазах и в представлениях его группы. Идеологический мотив основан на совпадении собственных ценностей человека, его идейных позиций с идеологическими ценностями этнической, религиозной или политической группы, организации или иной идейно-политической силы. Он возникает как результат вступления человека в некоторую близкую по духу общность. В таких случаях экстремизм становится не просто средством реализации некоторой идеи, а еще и своего рода «миссией» от имени данной общности16. Например, по заключению специалистов-филологов, видеоролик «Present-byNjOY andSever, Маньяк, Satana, КшткЫ состоит из вербального (словесно представленного) и невербального (символов и кадров, не сопровождаемых вербальным комментарием) материала. Использованы призывы и лозунги нацистского характера, носящие характер публичного призыва к осуществлению экстремистской деятельности, что указывает на наличие признаков преступления, предусмотренного ч. 1 ст. 280 УК РФ. В видеоролике также имеются призывы к истреблению еврейской нации, наличие нацисткой символики и лозунгов, отражающих идеологию нацизма, что указывает на наличие признаков преступления, предусмотренного ч. 1 ст. 282 УК РФ17.

Мотив расовой ненависти и вражды выражается в стремлении виновного показать свое превосходство

и неполноценность потерпевшего по причине его принадлежности к конкретной (иной) расе и вследствие этого выразить свое ненавистное к нему отношение. Раса — исторически сложившаяся группа людей, объединенных общностью происхождения и некоторых наследственных физических особенностей: строения черепа, тела, формы волос, пигментации кожи и т.п.18. Мнения об изначальном неравенстве рас появились достаточно давно. В настоящее время они сформировались в совокупность воззрений, в основе которых лежат положения о физической и умственной неравноценности человеческих рас и о решающем влиянии расовых различий на историю и культуру, именуемую расизмом. В свою очередь, расовая ненависть и вражда выражается во враждебной установке, которая разобщает какие-либо этнические группы и обосновывает политику дискриминации.

Изучение мотива национальной ненависти или вражды следует начать с раскрытия понятия «национальность» и «нация». Словарь иностранных слов поясняет, что вышеуказанные определения являются синонимами. Нация — историческая общность людей, складывающаяся в процессе формирования их территории, экономических связей, языка, этнических особенностей культуры и характера19. Лица, выражающие ненависть или вражду по отношению к представителям другой национальности именуются нацистами. Нацисты руководствуются преступной идеологией, основывающейся на репрессивных мерах одной нации по отношению к другой и на том, что нет возможности выйти из группы угнетаемых людей, принадлежность к которой определяется по рождению. Примером проявления мотива национальной ненависти и вражды может служить дело, рассмотренное Московским городским судом. В соответствии с обстоятельствами, изложенными в приговоре, 8 мая 2010 г. около 21 ч.

13 Кабанов П.А. Политическая ненависть или вражда как один из мотивов преступлений экстремистской направленности // Следователь. 2008. № 2. С. 57.

14 Толковый словарь юридических терминов / сост.: А.Н. Го-ловистикова, Л.Ю. Грудцына. М., 2007. С. 128.

15 Большая юридическая энциклопедия. М., 2005. С. 221.

16 Касперович Ю.Г. Мотивация экстремизма и факторы его формирования // Психопедагогика в правоохранительных органах. 2012. № 2(49). С. 81.

17 Архив Октябрьского районного суда г. Уфы. Дело № 1-641/2010. URL://http://www.rospravosudie.com/court-oktyabrskij-rajonnyj-sud-g-ufy-respuЫikabashkortostan/act-100446883

18 Большой толковый словарь русского языка / Сост. и гл. ред. С.А. Кузнецов. СПб., 1998. С. 1086.

19 Толковый словарь юридических терминов. С. 204.

30 мин. М. и Г., имея намерения совершить нападение на лицо неславянской национальности, увидев ранее не знакомого им М, киргиза по национальности, полагая, что последний является человеком неславянского происхождения, испытывая в связи с этим ненависть и враждебные чувства к нему, действуя совместно, клинками имевшихся при себе ножей, в быстрой последовательности друг за другом с достаточной силой нанесли М удары, после чего с места происшествия скрылись. В соответствии с заключениями судебно-медицинских экспертиз потерпевшему М были причинены телесные повреждения, повлекшие тяжкий вред здоровью20.

Мотив религиозной ненависти и вражды проявляется в выражении неприязненного, враждебного отношения к исповедующему иную религию или принадлежащему к иной конфессии. Более того, анализируемый мотив может проявляться и в отношении неверующего.

По мнению А.А. Кунашева, мотив религиозной ненависти или вражды—это разновидность религиозного мотива, поэтому необходимо отграничивать преступления, совершенные по мотиву религиозной ненависти или вражды, от посягательств, обусловленных иной религиозной мотивацией. Например, совершенные на религиозной почве ритуальные убийства не являются проявлением религиозной ненависти или вражды, в связи с тем, что данные действия связаны с желанием виновного исполнить религиозный обряд, ритуал и подлежат квалификации по ч. 1 ст. 105 УК РФ21.

Как уже отмечалось, не лучшим образом обстоит дело и в разъяснении сущности ненависти и вражды в отношении какой-либо социальной группы. Необходимо отметить, что, к сожалению, анализ действующего российского законодательства не позволяет сформулировать однозначное определение «социальной группы». В социологических словарях под социальной группой понимается относительно устойчивая совокупность людей, имеющих общие интересы, ценности и нормы поведения, складывающаяся в рамках исторически определенного общества. В каждой социальной группе воплощаются некоторые специфические взаимосвязи индивидов между собой и обществом в целом. Различному характеру этих связей соответствует многообразие социальных групп22. А.М. Сысоев предлагает под социальной ненавистью понимать «чувство сильной вражды, неприятие личности в силу каких-либо ее общественных признаков,

как то: социальный статус, класс, профессия, уровень образования, происхождение, уровень доходов и т.д., этот список можно продолжать достаточно долго»23. А.А. Кунашев считает, что представители социальной группы имеют общие существенные социально значимые признаки, к которым относит имущественное положение («богатые» и «бедные»), место жительства (городские и сельские жители, мигранты, провинциалы), принадлежность к определенной профессии (врачи, учителя, сотрудники правоохранительных органов), социальный слой (интеллигенция, служащие), возрастная группа (пенсионеры) и т.д.24. По мнению С.В. Борисова, в законодательном определении необходимо привести исчерпывающий перечень отличительных признаков социальных групп и их представителей, вызывающих ненависть либо вражду ви-новных25. На наш взгляд, это невыполнимо в связи с тем, что невозможно предусмотреть все частные случаи проявления ненависти либо вражды в отношении определенных групп лиц.

Отдельного внимания заслуживают используемые в диспозиции ст. 282 УК РФ понятия «ненависть» и «вражда». В литературе встречаются различные точки зрения по поводу их содержания. Так, по мнению И.Я. Козаченко, «ненависть представляет собой чувство вражды одного человека или группы людей к другому человеку или к другой группе людей, вызванное односторонней или взаимной неприязнью. Вражда — это неприязненное, ненавистническое и недоброжелательное отношение одного человека или группы людей к другому человеку или к другой группе людей, порожденное одной стороной либо обеими сторонами относительно неопределенного круга фактов, событий, явлений»26. З.М. Бешукова считает, что понятия ненависть и вражда — это два разных понятия с самостоя-

20 Приговор Московского городского суда. Дело № 2-0051/2012. URL://http://www.mos-gorsud.ru

21 Кунашев А.А. Указ. соч. С. 13.

22 Словарь социолингвистических терминов / Отв. ред. В.Ю. Ми-хальченко. М., 2006. С. 209.

23 Сысоев А.М. О сущности «экстремистских» мотивов в отечественном уголовном законодательстве // История государства и права. 2009. № 1. С. 15.

24 Кунашев А.А. Указ. соч. С. 12.

25 Борисов С.В. Проблемы уголовно-правового понятия преступлений экстремистской направленности // Закон и право. 2009. № 3. С. 73.

26 Козаченко И.Я. Тоталитарная религия или религия тоталитаризма// Концептуальные проблемы современного российского судоустройства и судопроизводства: Мат-лы науч.-практ. конф. / Отв.ред. М.С. Саликов. Екатеринбург, 2006. С. 180.

тельным содержанием. В свою очередь, ненависть — сильное негативное чувство, испытываемое к объекту, внушающему данное чувство, а вражда — определенное состояние отношений между людьми, проявляющееся в действиях, направленных на причинение вреда объекту, в отношении которого виновный выражает (испытывает) ненависть27. Представляется, что законодатель обозначил анализируемые дефиниции как общеизвестно употребляемые выражения. Более того, в толковом словаре русского языка В.И. Даля под враждой понимается «неприязнь, несогласие, зложе-лательство»28, а ненависть определяется как «отвращенье, омерзенье, зложелательство, сильная нелюбовь, вражда, злонамеренность»29.

Анализируя изложенное, следует поддержать мнение о сложности и неоднозначности понимания мотива политической, идеологической, расовой, национальной или религиозной ненависти или вражды либо ненависти или вражды в отношении какой-либо социальной группы в том содержании, в котором он закреплен в Уголовном кодексе РФ, в связи с тем, что альтернативно перечисленные прилагательные имеют однородное смысловое значение и соотносятся между собой как часть и целое30.

Тем не менее, анализ указанной статьи позволил выявить не вполне корректную редакцию п. 8, в соответствии с которым к экстремистской деятельности относится «совершение преступлений по мотивам, указанным в п. «е» ч. 1 ст. 63 Уголовного кодекса РФ», поскольку все выше перечисленные в законе действия также являются преступлениями. В целях систематизации основных проявлений экстремистской деятельности приведенную формулировку следует представить в редакции: «совершение иных преступлений по мотивам, указанным в п. «е» ч. 1 ст. 63 Уголовного кодекса РФ».

Необходимо отметить, что, к сожалению, анализ действующего российского уголовного законодательства не позволяет сформулировать однозначное определение преступлений экстремистской направленности. Здесь представлено два различных понятия одного и того же социального явления. Так, в примечании к ст. 282.1 УК РФ (введенной в УК РФ во исполнение Закона «О противодействии экстремистской деятельности») под преступлениями экстремистской направленности понимаются преступления, совершенные по мотивам политической, идеологической, расовой, национальной или религиозной ненависти или вражды

либо по мотивам ненависти или вражды в отношении какой-либо социальной группы. А в соответствии с диспозицией ч. 1 ст. 282 УК РФ, к экстремизму, кроме указанных в примечании к ст. 282.1 УК РФ признаков, законодатель относит признаки пола, языка, происхождения.

Исходя из изложенного, попытаемся сформулировать единое определение преступлений экстремистской направленности.

По нашему мнению, экстремизм в научном смысле — это системное социальное явление, в рамках которого объединены политические, религиозные, расовые, национальные, идеологические и иные убеждения. Согласно доктрине уголовного права, мысли, идеи, взгляды, в том числе основанные на превосходстве одной социальной группы над другой не наказываются и являются личным делом каждого. Однако действия на основании этих мыслей являются общественно опасными и требуют юридической оценки. Учитывая, что в общепризнанном понимании, экстремизм — это приверженность к крайним взглядам, которые, в свою очередь, могут касаться не только расовой, национальной, религиозной, идеологической принадлежности и политических убеждений, но и пола, языка, происхождения, представляется целесообразным под преступлениями экстремистской направленности понимать не только преступления, совершенные по мотивам политической, идеологической, расовой, национальной или религиозной ненависти или вражды, либо по мотивам ненависти или вражды в отношении какой-либо социальной группы, но и преступления, совершенные по признакам пола, языка31 и происхождения. Соответствующие дополнения следует включить в прим. 2 ст. 282.1 УК РФ, п. «е» ч. 1 ст. 63 УК РФ и в статьи Особенной части, в которых указанный мотив выступает конститутивным или квалифицирующим признаком составов преступлений.

27 Бешукова З.М. К вопросу о понятии преступлений экстремистской направленности // Общество и право. 2011. № 1. С. 37.

28 Даль В.И. Толковый словарь русского языка. Современная версия. М., 1999. С. 149.

29 Даль В.И. Указ. соч. С. 415.

30 Соловьева С.В. Проблемы определения мотива политической, идеологической, расовой, национальной или религиозной ненависти или вражды либо ненависти или вражды в отношении какой-либо социальной группы в статьях Особенной части УК РФ // Научный журнал КубГАУ. 2012. № 82(8). С. 4.

31 Следует отметить, что в п. 4, 5 ст.1 ФЗ «О противодействии экстремистской деятельности» предусматривают возможность совершения соответствующих деяний по мотиву языковой принадлежности.

iНе можете найти то, что вам нужно? Попробуйте сервис подбора литературы.
i Надоели баннеры? Вы всегда можете отключить рекламу.