УДК: 616-092.9+616-001.17 DOI : 10.37279/2224-6444-2020-10-1-11-17
ВЛИЯНИЕ ПОЛИВАЛЕНТНОГО ИНГИБИТОРА ПРОТЕИНАЗ НА ПОКАЗАТЕЛИ СИСТЕМЫ ГЕМОСТАЗА И АНТИПРОТЕИНАЗНЫЙ ПОТЕНЦИАЛ ПРИ ЭКСПЕРИМЕНТАЛЬНОМ РЕПЕРФУЗИОННОМ СИНДРОМЕ
Писарев А. А., Кубышкин А. В., Фомочкина И. И., Харченко В. З., Анисимова Л. В., Алиев Л. Л., Макалиш Т. П.
Кафедра общей и клинической патофизиологии, Медицинская академия имени С.И. Георгиевского ФГАОУ ВО «Крымский федеральный университет имени В.И. Вернадского», 295051, бульвар Ленина 5/7, Симферополь, Россия
Для корреспонденции: Писарев Анатолий Аркадьевич, кафедра общей и клинической патофизиологии,
Медицинской академии имени С. И. Георгиевского,
anatolijpisarev2009@yandex.ru
For correspondence: Pisarev A.A., Department of General and Clinical Pathophysiology of Medical Academy named after S.I. Georgievsky of Vernadsky CFU, e-mail: anatolijpisarev2009@yandex.ru
Information about authors:
Pisarev A. A., https://orcid.org/0000-0002-9204-5198 Kubishkin A. V., http://orcid.org/0000-0002-9400-1826 Fomochkina I. I, https://orcid.org/0000-0003-3065-5748 Kharchenko V. Z., https://orcid.org/0000-0001-5092-4672 Anisimova L. V., http//orcid.org/0000-0001-9412-5071 Aliev L. L., http://orcid.org/0000-0001-9401-4398 Makalish T. P., http://orcid.org/0000-0003-1884-2620
РЕЗЮМЕ
В данном исследовании изучено влияние поливалентного ингибитора протеаз апротинина на состояние показателей гемокоагуляционного каскада и антипротеиназный потенциал сыворотки крови крыс при развитии экспериментального реперфузионного синдрома, а также выраженность морфологических изменений в ткани печени. Установлено, что при 12-часовом реперфузионном синдроме на фоне развития дисбаланса в протеиназ-ингибиторной системе происходит формирование коагулопатии потребления и возникают начальные повреждения печени с развитием некрозов и полнокровия сосудов. На фоне применения апротинина при экспериментальном моделировании реперфузионного синдрома отмечается менее выраженное повреждение печени, уменьшается дисбаланс в состоянии неспецифических протеиназ и их ингибиторов, а также не наблюдается более глубоких нарушений в системе гемокоагуляции.
Ключевые слова: синдром ишемии-реперфузии, морфологические исследования, протеолиз, гемокоагуляция, крысы.
INFLUENCE OF A POLYVALENT INHIBITOR OF PROTEINASES ON THE INDICATORS OF THE HEMOSTASIS SYSTEM AND ANTIPROTEINASE POTENTIAL IN EXPERIMENTAL REPERFUSION SYNDROME
Pisarev A. A., Kubyshkin A. V., Fomochkina I. I., Harchenko V. Z., Anisimova L. V., Aliev L. L., Makalish T. P.
Medical Academy named after S.I. Georgievsky of Vernadsky CFU, Simferopol, Russia
SUMMARY
In this study examined the effects of a multivalent protease inhibitor aprotininum on the state indicators of blood coagulation and antiproteinase potential during the development of experimental reperfusion syndrome, as well as the severity of morphological changes in liver tissue. It was found that with a 12-hour reperfusion syndrome in the background the development of an imbalance in the proteinase-inhibitor system occurs coagulopathy consumption and there are initial liver damage with development necrosis and plethora of blood vessels. Against the background of the use of aprotininum with experimental reperfusion syndrome is less marked severe liver damage decreases imbalance in condition of non-specific proteinases and their inhibitors without deeper disorders in the blood coagulation system.
Key words: ischemia-reperfusion syndrome, morphological studies, proteolysis, hemocoagulation, rats.
Вопрос выбора оптимальных фармакологи- связи с этим продолжается поиск и разработка
ческих препаратов и их дозировок для стаби- как новых препаратов с антифибринолитиче-
лизации гемостаза, уменьшения кровопотери и ским действием, так и изучение оптимальных
снижения объемов гемотрансфузий после тяже- режимов назначения известных препаратов [1].
лых операций сохраняет свою актуальность. В Основной задачей при использовании таких
лекарственных средств является снижение летальности и послеоперационных осложнений, связанных с повышенной кровоточивостью.
Одним из классических препаратов, который применяется с этой целью, является апро-тинин. Но его применение, как при оперативных вмешательствах, так и при критических состояниях, в течение длительного времени является предметом дискуссий [2]. В ряде исследований не отмечается отрицательных эффектов при применении апротинина при операциях замены тазобедренного сустава [3], но указывается на увеличение риска летальных исходов при применении апротинина при операциях аорто-коронарного шунтирования [4; 5].
Следует отметить, что основные дискуссии разворачиваются в рамках оси «риск-польза» при применении апротинина. Причем следует обратить особое внимание, что кроме анти-фибринолитических свойств, апротинин обладает выраженными антипротеиназными свойствами. Именно эти его эффекты лежат в основе установленных положительных эффектов при различных критических состояниях как в эксперименте [6; 7; 8], так и в клинике [9].
Одной из наиболее классических моделей критических состояний является синдром ишемии - реперфузии [10; 11; 12]. Причем на фоне формирования синдрома полиорганной недостаточности и синдрома системной воспалительной реакции, данная патология сопровождается классическими нарушениями в свертывающей системе крови [13; 14]. Нарушения гемокоагуляционного каскада с развитием признаков коагулопатии потребления [15] значительно утяжеляет течение заболевания, что требует адекватных подходов к коррекции. Учитывая развитие выраженного дисбаланса в про-теиназ-ингибитороной системе с превалированием неспецифических протеиназ [8; 9] назначение апротинина выглядит вполне логичным.
Цель исследования: изучить воздействие поливалентного ингибитора протеиназ апро-тинина на параметры системы гемокоагуля-ции, антипротеиназный потенциал сыворотки крови крыс при моделировании экспериментального реперфузионного синдрома.
МАТЕРИАЛ И МЕТОДЫ
Экспериментальное исследование выполнено на 38 белых крысах-самцах линии ММаг, массой 180 - 220 г. Лабораторных животных содержали в стандартных идентичных условиях («Руководство по содержанию и уходу за лабораторными животными», ГОСТ 33215-2014, статья N 5 Конвенции), что необходимо для создания структурной группы; на проведение работы было по-
лучено разрешение комитета по этике ФГАОУ ВО «КФУ имени В.И. Вернадского» (протокол № 2 от 11 сентября 2015 г.). Исследования и эвтаназия выполнены согласно государственными и международными нормами о гуманном отношении к животным и соблюдением основных положений нормативно-правовых актов [16; 17; 18].
Модель экспериментального реперфузион-ного синдрома выполнена методом наложения резиновых жгутов на обе задние конечности на уровне паховой складки, используя модификацию В. З. Харченко [10]. Ширина пережатия тканей составила 2-3 мм. Критерием адекватности наложения жгута являлось отсутствие отёка конечностей и их бледность. Реваскуля-ризацию производили одномоментно путём рассечения жгутов через 6 часов после их наложения [10]. Посредством простой рандомизации были сформированы следующие экспериментальные группы животных: группа контроля (п=15) - интактные животные; группа реперфузии 12 часов (п=11); группа реперфузии 12 часов на фоне введения апротинина (п=12).
Ингибитор протеиназ апротинин (Гордокс, Венгрия, Гедеон Рихтер ОАО) вводили в хвостовую вену в дозе 20000 КИЕД лекарственного средства в пересчете на 1 кг массы тела животного за 30 мин до реваскуляризации ишемизи-рованных конечностей. Апротинин разводили в изотоническом растворе натрия хлорида 0,9% (0,9%^С1). Животным экспериментальной группы без применения экспериментального метода коррекции осуществлялось введение эквивалентного объема 0,9% №С1 в хвостовую вену.
Материалом для исследования служила кровь крыс, которую получали путем выполнения кардиопункции, однократно, объёмом 4 мл в одноразовые пробиркивакутейнеры с 0,05 М ЭДТА в течение 10 - 15 сек. Кровь центрифугировали в течение 15 минут при 1200 g. Эвтаназию животных осуществляли после предварительной наркотизации тиопента-лом натрия (40 мг/кг) путем декапитации [18].
Для оценки состояния свертывающей системы определяли следующие показатели: международное нормализованое отношение отн.ед. (МНО), активированное частичное тромбо-пластиновое время сек. (АЧТВ), растворимые фибринмономерные комплексы мг/л (РФМК), плазминоген % (ПГ), антиплазмин % (АПЛ). Показатели гемостаза измеряли на автоматическом коагулометре «СА 1500» фирмы 8узшех, Япония, с использованием стандартных коммерческих наборов реактивов 81шеш, Германия. МНО и АЧТВ измеряли клоттинговыми методами.
Для оценки показателей активности неспецифических протеиназ и их ингибиторов опре-
деляли трипсиноподобную (ТПА), эластазо-подобную (ЭПА) и антитриптическую (АТА) активности, а также уровень кислотостабиль-ных ингибиторов (КСИ). Изучение активности компонентов протеиназ-ингибиторной системы проводили с использованием энзиматиче-ских методов на спектрофотометре «Biomat 5» (Великобритания) [19]. Трипсиноподобную активность определяли по скорости отщепления N-бензоил-Ь-аргинина от синтетического субстрата этилового эфира N-a-Benzoil-L-arginineethylesterhydrochloride (BAEE) (Sigma). Исследование эластазоподобной активности проводили на основании изучения скорости гидролиза синтетического субстрата Boc-L-alanine-4-nitrophenilester (Boc-Ala-ONp) (Sigma). Определение антитриптической активности проводили на основании торможения расщепления трипсином BAEE. Аналогично изучали активность кислотостабильных ингибиторов после предварительной подготовки сыворотки путём прогревания в кислой среде.
Было проведено гистологическое исследование ткани печени с окраской гематоксилин-эозином. Просмотр и цифровые фотографии микропрепаратов осуществляли цифровой камерой OLYMPUSC 5050Z, установленной на микроскопе «OlympusCX-41». Полученные
Развитие реперфузионного синдрома на фоне применения апротинина приводило к снижению МНО, который, однако, оставался достоверно более высоким, чем в контроле. Аналогичная динамика отмечена при исследовании АЧТВ, который снизился на 25%, оставаясь при этом достоверно выше показателя у контрольных крыс. На 23% снижалось содержание растворимых
в процессе исследования данные обрабатывались методом математической статистики с использованием сертифицированного компьютерного пакета обработки данных MedStat для работы в среде Windows. Количественные данные представлены в виде среднего значения и ошибки среднего для переменных величин (M+m). Предварительный анализ показал, что данные коагулометрических исследований и состояния протеиназ-ингибиторного потенциала в крови имели нормальное распределение Гаусса, что позволило применить сравнение экспериментальных групп с использованием параметрического критерия Стьюдента.
РЕЗУЛЬТАТЫ И ОБСУЖДЕНИЕ
При моделировании реперфузионного синдрома в сроки 12 часов после восстановления кровотока в крови происходит увеличение МНО, который почти в 2,7 раза превосходил контрольное значение, и удлинение АЧТВ, которое достигало 6-кратного превышения контроля (табл. 1). Более чем в 2 раза увеличивалось количество РФМК. На этом фоне не отмечалось существенных изменений плазминогена и анти-плазмина. Данные изменения свидетельствуют о развитии коагулопатии потребления к 12 часам развития реперфузионного синдрома.
фибринмономерных комплексов, но и этот показатель оставался достоверно выше контроля. Уровень плазминогена фактически соответствовал уровню контроля, а уровень антиплазмина практически не менялся. Указанные изменения при применении апротинина показывают, что при его применении несколько уменьшаются проявления коагулопатии потребления, хотя
Таблица 1
Показатели гемостаза при моделировании реперфузионного синдромана фоне превентивного применения ингибитора протеиназ
Группа Контроль, n=15 Реперфузионный синдром 12 часов, n=11 Реперфузионный синдром 12 часов +апроти-нин, n=12
МНО, отн.ед 1,05 ± 0,07 2,88 ± 0,301 2,12 ± 0,241,2
АЧТВ, с 40,3 ± 1,3 240,0 ± 3,61 181,6 ± 3,41,2
РФМК, мг/л 78,3 ± 4,3 173,3 ± 5,61 134,0 ± 3,81,2
ПГ, % 7,22 ± 0,34 7,82 ± 0,34 7,34 ± 0,31
АПЛ, % 85,86 ± 3,83 82,76 ± 3,15 83,24 ± 2,84
Примечание: 1 - достоверность различий показателей (р) по отношению к контрольной группе животных (р<0,05), 2 - достоверность различий показателей (р) между группами реперфузионный синдром и реперфузионный синдром + апротинин (р<0,05)
2020, т. 10, № 1
изменения основных показателей свидетельствуют о сохранении признаков диссемини-рованного внутрисосудистого свертывания.
Параллельно с оценкой гемокоагуляци-онных параметров проведено исследование активности неспецифических протеаз и их ингибиторов в сыворотке крови экспериментальных животных на модели экспериментального реперфузионного синдрома в сроки развития 12 часов с применением медикаментозной коррекции (табл.2). Установлено, что трипсиноподобная активность в группе с применением ингибитора протеиназ снизилась на 60%, но все равно оставалась выше контроля в 1,7 раза. На этом фоне эластазоподобная активность в группе с использованием антипро-
Улучшение показателей гемостаза и проте-иназ-ингибиторной системы при применении апротинина сопровождалось улучшением структурно-функциональных изменений печени. При развитии экспериментального синдрома ише-мии-реперфузии через 12 часов в ткани печени наблюдаются выраженные расстройства геморе-ологии, что является развитием центролобуляр-ного и синусоидного полнокровия капилляров, наличием очаговых петехиальных кровоизлияний в центре печеночных долек, расширением просвета центральных вен, а также плазморра-гией, обширными очагами кровоизлияний паренхимы, стаз и сладж капилляров (Рисунок 1).
При моделировании синдрома ишемии-ре-перфузии 12 ч с применением экспериментального метода коррекции в ткани печени наблюдаются менее выраженные гемоперфузионные расстройства. Сохраняется центролобулярное синусоидное полнокровие капилляров, очаговые петехиальные кровоизлияния в центре печеночных долек, стаз капилляров. Расширение
теиназного препарата превышала значение в экспериментальной группе без применения апротинина в 2,8 раза, хотя в 1,9 раза оставалась ниже значения в контрольной группе. Исследование ингибиторов протеиназ показало, что антитриптическая активность в группе при использовании апротинина стала на 10% выше значения в нелеченной группе, но оставалась на 21% ниже данного значения в контрольной группе. Существенно вырос уровень кислото-стабильных ингибиторов в группе с применением апротинина, в которой КСИ превышал значения в группе без применения ингибитора протеиназ в 1,6 раза, но все равно полностью не достигал контрольных значений, оставаясь на 28% ниже показателя контрольной группы.
просвета центральных вен и плазморрагия незначительная, очаговая. Очаги кровоизлияний паренхимы и явления сладжа капилляров отсутствуют. Сохраняется очаговая микровезикулярная жировая дистрофия и межуточный отек. Моноцеллюлярные и центролобулярные некрозы отсутствуют по сравнению с группой животных с синдромом ишемии-реперфузии 12 часов.
Таким образом, проведенные исследования показали, что применение апротинина при моделировании экспериментального реперфузи-онного синдрома в сроки 12 часов его развития приводит к уменьшению активности типсино-подобныхпротеиназ и повышению уровня ингибиторов протеиназ. При этом отмечается тенденция к снижению проявлений коагулопатии потребления. Указанные изменения сопровождаются нормализаций структуры ткани печени с уменьшением полнокровия сосудов и очагов некрозов. Учитывая имеющиеся данные об увеличении выживаемости животных на фоне применения апротинина [10] можно сделать
Таблица 2
Динамика изменений показателей активности неспецифических протеиназ и их ингибиторов в сыворотке крови крыс при развитии синдрома ишемии-реперфузии на фоне медикаментозной коррекции
(М±m)
Группа Контроль, п=15 Реперфузионный синдром 12 часов, п=11 Реперфузионный синдром 12 часов +апроти-нин, п=12
ЭПА, нМоль/млхмин 2,19 ± 0,14 0,41 ± 0,02 1 1,17 ± 0,08 1,2
ТПА нМоль/млхмин 0,26 ± 0,02 0,73 ± 0,06 1 0,44 ± 0,02 1,2
АТА, ИЕ/мл 34,67 ± 1,57 25,76 ± 1,76 28,48 ± 2,23 1
КСИ, ИЕ/мл 6,83 ± 0,30 3,39 ± 0,30 1 5,35 ± 0,37 1,2
Примечание: 1 - достоверность различий показателей (р) по отношению к контрольной группе животных (р<0,05), 2 - достоверность различий показателей (р) между группами реперфузионный синдром и реперфузионный синдром + апротинин (р<0,05)
Рис. 1. Ткань печени крыс в группе с синдромом ишемии-реперфузии 12 ч (А) и на фоне применения апротинина (В). Менее выраженное полнокровие сосудов и нормализация структуры. Окраска гемо-
токсилин-эозин. Увеличение х100.
вывод, что риски при применении апротинина перекрываются значительным количеством положительных эффектов. Дальнейшее проведение исследований по изучению взаимосвязей в развитии органопатологии и тяжелых коагу-лопатий и критических состояниях и возможностей их предотвращения с использованием медикаментозной коррекции позволит определиться с оптимальной тактикой использования апротинина при критических состояниях и тяжелых оперативных вмешательствах.
ВЫВОДЫ
1. Развитие экспериментального реперфу-зионного синдрома в сроки 12 часов проявляется развитием дисбаланса в протеиназ-инги-биторной системе с преобладанием протеиназ, формированием коагулопатии потребления и развитием некрозов и полнокровия сосудов в ткани печени.
2. Применение апротинина для коррекции реперфузионного синдрома повышает антипро-теиназный потенциал и снижает проявления ко-агулопатии потребления на фоне нормализации структуры ткани печени, что свидетельствует об эффективности его использования при ре-перфузионном синдроме.
Конфликт интересов. Авторы заявляют об отсутствии конфликта интересов.
Conflict of interest. The authors have no conflict of interests to declare.
ЛИТЕРАТУРА
1. Steinmetzer T., Pilgram O., Wenzel B. M., Wiedemeyer SJA. Fibrinolysis Inhibitors: Potential Drugs for the Treatment and Prevention of Bleeding. J
Med Chem. 2020;63(4):1445-1472. doi: 10.1021/acs. jmedchem.9b01060.
2. Чарная М. А., Дементьева И. И., Морозов Ю. А. Ренессанс апротинина? Кардиология и сердечно-сосудистая хирургия. 2014;7(4):96-99.
3. Xu J., Ma X. L.DoesAprotinin Reduce the Blood Loss after Total Hip Arthroplasty? A Metaanalysis of Randomized Controlled Trials. Orthop Surg. 2019;11(2):187-194. doi: 10.1111/os.12459.
4. Benedetto U., Altman D. G., Gerry S. Safety of Perioperative Aprotinin Administration During Isolated Coronary Artery Bypass Graft Surgery: Insights From the ART (Arterial Revascularization Trial), Journal of the American heart association. 2018;7: 2047-9980. doi: 10.1161/JAHA.117.007570.
5. Landoni G., Lomivorotov V., Silvetti S., Nigro Neto C. Nonsurgical Strategies to Reduce Mortality in Patients Undergoing Cardiac Surgery: An Updated Consensus Process. J Cardiothorac.Vasc.Anesth. 2018;32(1):225-235. doi: 10.1053/j.jvca.2017.06.017.
6. Кубышкин А. В., Фомочкина И. И. Патогенетическая взаимосвязь синдрома системной воспалительной реакции шока. Вестник Санкт-Петербургского университета. Медицина. 2011;3:69-75.
7. Анисимова Л. В., Харченко В. З., Федосов М. И. Кубышкин А. В. Система протеолиза сыворотки крови в формировании синдрома полиорганной недостаточности. КЖЭКМ. 2016;6(1):4-7.
8. Жукова А. А., Харченко В. З., Бекетов А. А., Кубышкин А .В. Неспецифические протеиназы и их ингибиторы в патогенезе развития реперфузионного синдрома, осложнённого кровопотерей. Таврический медико-биологический вестник. 2017;20(3):28-32.
9. Александрова Е.Д., Кичерова К.И. Эффективность апротинина при различных формах панкреоне-кроза. Бюллетень медицинских интернет-конференций. 2016;6(6):1268-1271.
2020, т. 10, № 1
10. Харченко В. З., Кубышкин А. В., Фомочкина И. И., Алиев Л. Л., Харченко С. В. Молекулярные механизмы развития экстремальных состояний и их коррекция. КЖЭКМ. 2011;4:155-157.
11. Kalogeris T., Baines C.P., Krenz M., Korthuis R.J. Ischemia-Reperfusion. Comprehensive Physiology. 2016;7(1):113-170. doi: 10.1002/cphy.c160006.
12. Francis A., Baynosa R. Ischaemia-reperfusion injury and hyperbaric oxygen pathways: a review of cellular mechanisms. Diving and Hyperbaric Medicine. 2017;47(2):110-117.doi:10.28920/dhm47.2.110-117
13. Gando S., Levi M., Toh C.H. Disseminated intravascular coagulation. Nature Reviews Disease Primers. 2016;(2):1603-1607.doi: 10.1038/nrdp.2016.37.
14. Кубышкин А. В., Пылаева Н. Ю., Фомочкина И. И., Писарев А.А. Травма, гемостаз и синдром диссе-минированного внутрисосудистого свертывания: патогенетические механизмы нарушений гемокоагуляции. Клиническая патофизиология. 2016;22(4):104-117.
15. Pisarev A.A., Anisimova L.V., Fomochkina I.I., Kubyshkin A.V., Kuzichkin D.S., Shramko Y.I., Golubinskaya E.P. Morphofunctional changes in the liver and the state of the rat blood coagulation system in development of reperfusion syndrome. Medical news of north Caucasus. 2019;14(3):527-531.
16. Руководство по содержанию и использованию лабораторных животных. Восьмое издание. Пер. с англ. под ред. И. В. Белозерцевой, Д. В. Блинова, М. С.Красильщиковой. М.: ИРБИС. 2017:336.
17. Конвенция Совета Европы о защите позвоночных животных, используемых для экспериментов или в иных научных целях, 1986:37.
18. Рекомендации по эвтаназии экспериментальных животных. Документ экспертной группы Европейской комиссии. Часть 1, Часть 2. 1996;30:293-316. 1997;31:1-32.
19. Кубышкин А. В., Фомочкина И. И. Эластолити-ческая активность бронхоальвеолярного лаважа при моделировании воспалительного процесса в легких. Укр. биохим. журн. 2008;80(1): 89-95.
REFERENCES
1. Steinmetzer T., Pilgram O., Wenzel B. M., Wiedemeyer SJA. Fibrinolysis Inhibitors: Potential Drugs for the Treatment and Prevention of Bleeding. J Med Chem. 2020;63(4):1445-1472. doi: 10.1021/acs. jmedchem.9b01060.
2. Charnaya MA, Dement'eva I.I., Morozov YUA Aprotininum renesance? Cardiology and cardiovascular surgery. 2014;7(4):96-99. (in Russ.)
3. Xu J., Ma X. L. Does Aprotinin Reduce the Blood Loss after Total Hip Arthroplasty? A Meta-analysis of Randomized Controlled Trials. Orthop Surg. 2019;11(2):187-194. doi: 10.1111/os.12459.
4. Benedetto U., Altman D. G., Gerry S. et al. Safety of Perioperative Aprotinin Administration During Isolated Coronary Artery Bypass Graft Surgery: Insights From
the ART (Arterial Revascularization Trial), Journal of the American heart association. 2018;7: 2047-9980. doi: 10.1161/JAHA.117.007570.
5. Landoni G., Lomivorotov V., Silvetti S., Nigro Neto C. Nonsurgical Strategies to Reduce Mortality in Patients Undergoing Cardiac Surgery: An Updated Consensus Process. JCardiothorac.Vasc.Anesth. 2018;32(1):225-235. doi: 10.1053/j.jvca.2017.06.017.
6.Kubyshkin А.V., Fomochkina I. I. The pathogenetic relationship of the systemic inflammatory response syndrome and shock. Vestnik Sankt-Peterburgskogo universiteta. Meditsina. 2011;3:69-75. (in Russ.)
7. Аnisimova L.V., Kharchenko V. Z., Fedosov M. I., Kubyshkin А. V. The serum proteolysis system in the formation of multiple organ failure syndrome.CJECM. 2016;6(1):4-7.(in Russ.)
8. Zhukova А. А., Kharchenko V. Z., Beketov А. А., KubyshkinA. V. Nonspecific proteinases and their inhibitors in the pathogenesis of the development of reperfusion syndrome complicated by blood loss. Tavricheskij mediko-biologicheskij vestnik. 2017;20(3):28-32. (in Russ.)
9. Aleksandrova E. D., Kicherova K. I. The effectiveness of aprotinin in various forms of pancreatic necrosis. Byulleten' meditsinski khinternet-konferentsij. 2016;6(6):1268-1271. (in Russ.)
10. Kharchenko V.Z., KubyshkinA.V., Fomochkina I.I., Aliev L.L., Kharchenko S.V. Molecular mechanisms of development of extreme conditions and their correction. CJECM.2011;4:155-157. (in Russ.)
11. Kalogeris T., Baines C. P., Krenz M., Korthuis R. J. Ischemia-Reperfusion. Comprehensive Physiology. 2016;7(1):113-170. doi: 10.1002/cphy.c160006.
12. Francis A., Baynosa R. Ischaemia-reperfusion injury and hyperbaric oxygen pathways: a review of cellular mechanisms. Diving and Hyperbaric Medicine. 2017;47(2):110-117.
13. Gando S., Levi M., Toh C.H. Disseminated intravascular coagulation. Nature Reviews Disease Primers. 2016;(2):1603-1607.doi: 10.1038/nrdp.2016.37.
14. KubyshkinA.V., Pylaeva N.YU., Fomochkina I.I., PisarevA.A. Trauma, hemostasis and disseminated intravascular coagulation syndrome: pathogenetic mechanisms of hemocoagulation disorders. Klinicheskaya patofiziologiya, 2016;22(4):104-117. (in Russ.)
15.Pisarev A. A., Anisimova L. V., Fomochkina I. I., Kubyshkin A. V., Kuzichkin D. S., Shramko Y. I., Golubinskaya E. P. Morphofunctional changes in the liver and the state of the rat blood coagulation system in development of reperfusion syndrome. Medical news of north Caucasus. 2019;14(3):527-531.
16.Guidelines for the maintenance and use oflaboratory animals. Eighth Edition. Trans. from English under the editorship of I.V.Belozertseva, D. V. Blinova, M .S. Krasilshchikova. M: IRBIS. 2017:336 (in Russ.)
17. The Council of Europe Conventionon the Protection of Vertebrate Animals Used for Experiments or for Other Scientific Purposes, 1986:37 (in Russ.)
18. Recommendations for euthanasia of experimental animals: Part 1, Part 2 Laboratory Animals.1996;30:293-316. 1997;31:1-32 (in Russ.)
19. Kubyshkin A. V., Fomochkina I. I. Elastolytic activity of bronchoalveolar lavage when modeling the inflammatory process in the lungs. Ukr. biohim. zhurn. 2008;80(1):89-95.(in Russ.)