ся показали, что к концу учебного года школьники экспериментального класса выполняют задания быстро и точно на протяжении всего учебного дня, в контрольном классе к концу дня скорость выполнения работ существенно падает, а количество ошибок за это время возрастает, что свидетельствует о развитии утомления.
Выводы. 1. Увеличение воздухоподачи вдвое по сравнению с нормой улучшает состояние воздушной среды в учебных помещениях школы.
2. Длительное (в течение учебного года) действие воздушной среды, отвечающей санитарно-гигиеническим требованиям, оказывает благоприятное влияние на функциональное состояние ЦНС школьников и является мощным фактором профилактики их утомляемости.
3. С позиции психогигиены, улучшение воздушной среды в учебных помещениях школ обеспечит оптимальные условия для жизнедеятельности детей и будет способствовать укреплению их психического здоровья.
Литература
1. Губернский 10. Д. Гигиенические аспекты обеспечения оптимальных условий внутренней среды жилых и общественных зданий. Дис. докт. мед. наук. — М., 1976.
2. Сердюковская Г. Н. // Психогигиена детей и подростков. — М„ 1985, —С. 7—17.
Поступила 13.01.86
Summary. The dependence of schoolchildren^ menial health on aerial environment of schoolrooms has been studied. It is determined that if the air supply is twice as big as it was according to the previously established norm, the aerial condition of the environment in schoolrooms improves. Lasting exposure (during the school year) to the aerial environment, corresponding to hygienic requirements, favours schoolchildren's mental health, improves the functional state of CNS and prevents fatigue. From the point of view of psychohygiene, the improvement of the aerial environment in schoolrooms will provide the optimal vital activity of children in real conditions of their school life and will improve their mental health.
УДК 572.51-055.25(470.311-25)
10. А. Ямпольская
ТЕНДЕНЦИИ ФИЗИЧЕСКОГО РАЗВИТИЯ ДЕВОЧЕК МОСКВЫ В ПОСЛЕДНИЕ ДВА ДЕСЯТИЛЕТИЯ И ИХ ПРОГНОЗ НА БЛИЖАЙШИЕ ГОДЫ
НИИ гигиены детей и подростков Минздрава СССР, Москва
В общей проблеме роста и развития подрастающего поколения особый интерес представляет изучение тенденций этого процесса в последние годы, что в определенной степени связано с акселерацией развития детей и подростков. Так, несмотря на то что в научной литературе встречаются высказывания о намечающемся (или уже имеющем место) снижении темпов акселерации, в ряде стран, в том числе и в нашей стране, в середине 70-х годов они остаются достаточно высокими [1, 3, 6].
В 1970 г., используя архивные данные, мы показали сдвиги сроков созревания (по возрасту шепагсЬе) у девушек Москвы на протяжении примерно 30 лет, отметив, что вплоть до 1965 г. шло неуклонное (если не считать военные годы) снижение возраста гпепагсЬе, скорость которого достигает 1,2 мес в год [5]. Изучение темпов роста и развития в последующие годы — от 60-х к 70-м и от 70-х к 80-м годам — представляет несомненный теоретический интерес. Это изучение, особенно на контингенте московских детей, как известно, в наибольшей степени подверженных всевозможным акцелерационным воздействиям, поможет выявить тенденции дальнейшего течения процесса изменений физического развития подрастающего поколения нашей страны, прогнозировать его в будущем. Прогноз этот имеет и практическое значение: вопрос о том,
какой будет длина тела молодых людей через 15—20 лет небезразличен для общества, для многих областей народного хозяйства, в том числе для планирования продукции промышленности и торговли, профессиональной ориентации и др.
Изложенное выше определило круг задач настоящего исследования, целью которого явилось изучение сдвигов полового созревания и уровня физического развития девочек Москвы в последние 20 лет, прогнозирование тенденций их дальнейшего развития.
Получение достоверных данных о темпах роста и развития подрастающего поколения, особенно за такой сравнительно небольшой отрезок времени, как 20 лет, требует максимальной унификации методов сбора материала. Если для выявления соматических сдвигов достаточно тщательно соблюдать идентичность в антропометрических приемах работы, подборе аналогичных по составу и календарному возрасту групп детей, то при выявлении достоверных изменений в сроках тепагсЬе возникают дополнительные трудности. В частности, здесь неприемлем одноразовый опрос девочек разного возраста, из которых многие, особенно старшие по возрасту, часто не помнят не только месяц, но и год появления первых регул.
Для определения сдвигов в истинном значе-
Таблица 1
Статистические параметры возраста шепагсЬе у девочек Москвы в сравниваемые годы
к я
X СО
о. и
\ ö'.
I
п m
211 330 195
Год рождения
M ± ,71, годы
1951 — 1952 1958— 1959 1968- 1969
13,03 ± 0,08 12.60 ±0,05 13 , 0Э ± 0 , 09
а±т. годы
1 ,12 ± 0.05 0,92 ±0,01 1 ,25 ±0,05
У±т, %
8,58 ± 0,41 7,30 ± 0,28 9, 55 ±0.48
1 15
10 5
Ж
2 1*5 1
t ОМ
30-е 40-е 50-ç,6Q~e 7Q-e 8Р-е,годы 3 'S
Примечание. М — средняя арифметическая, а —среднее квад-ратнческое отклонение, V — коэффициент вариации.
нии возраста menarche необходим, на наш взгляд, систематический (лонгитудинальный) опрос достаточно большой группы девочек, начиная с 11 —12 и до 15—16 лет, с последующим сравнением между собой серий разных лет исследования. Этот Метод сбора данных требует наблюдения за одной и той же группой девочек в течение 4—5 лет, но при этом дата menarche каждой из них устанавливается почти с такой же точностью, как дата рождения.
В настоящей работе проведено сопоставление результатов 3 серий таких исследований, выполненных с полным соблюдением идентичности сбора данных: I серия —с 1964 по 1967 г. (211 человек, год рождения 1951—1952); II серия — с 1971 по 1974 г. (330 человек, год рождения 1958—1959); III серия —с 1981 по 1984 г. (195 человек, год рождения 1968—1969). Статистические параметры возраста menarche у девочек Москвы в сравниваемые годы представлены в табл. 1.
Как видно из табл. 1, за рассматриваемый отрезок времени средние популяционные значения menarche претерпели серьезные и не однонаправленные изменения. От середины 60-х годов возраст menarche имел тенденцию к снижению, противоположная картина наблюдается в период от 70-х к 80-м годам: и в том и в другом случае сдвиг составляет 5 мес (Р<0,01).
Снижение среднего возраста menarche от 60-х к 70-м годам дополняет данные архивных материалов- [5], однако темпы этого снижения замедляются: если в период 50—60-х годов они составляли 1,2 мес, то в период 60—70-х годов — 0,7 мес. Что касается последнего десятилетия нашего исследования, то на этом отрезке времени можно констатировать даже ретардацию возраста menarche. Аналогичные результаты были получены у девочек г. Герлица (ГДР) [7, 8].
Следует отметить, что наряду с омоложением возраста menarche несколько уменьшаются возрастные колебания этого показателя: распределение становится более компактным, его вариабельность уменьшается. Величина сигмального разброса для материала 60-х годов составила 1 год 1 мес (1,12 года), а для данных 70-х го-
Рис. 1. Динамика величин сигмального разброса и коэффициента вариации тепагсИе у девочек Москвы за последние десятилетия.
а —архивные данные; б — собственные данные. I—V (в %), II — а (в годах).
дов она сократилась до 11 мес (0,92 года) (рис. 1). В то же зремя с ретардацией возраста тепагсЬе связано увеличение вариабельности этого показателя — величина сигмального разброса возрастает до 1 года 3 мес (1,25 года). Об этом же свидетельствует динамика коэффициента вариации значений возраста тепагсЬе у девочек Москвы в сравниваемые годы: от 60-х к 70-м годам он снижается более чем на 1 %, а от 70-х к 80-м годам увеличивается более чем на 2 % ■
Детальный анализ показывает, что в период от I до II серии обследования среди девочек Москвы увеличилось количество относительно рано созревающих индивидуумов. Так, если в 60-е года первые регулы в возрасте до 12 лет 6 мес отмечались у 29,8 % девочек, то в 70-е годы доля таких обследованных составила 42,9% (табл.2). Из табл. 2 видно, что за период между II и III серией доля таких девочек вновь снизилась— до 28,2%, причем доля обследованных с очень ранним тепагсЬе (10—11 лет) в последней серии уменьшилась более чем в 3 раза по сравнению с предшествующим десятилетием и более чем в 1,5 раза по сравнению с 60-ми годами.
Таблица 2
Возрастная динамика наступления первых регул у девочек Москвы в сравниваемые годы (в %)
Средний возраст. годы Возрастной диапазон, мес Серии исследования
( 1964- -1967) II (1971 - 1974) III (1981 -1984)
+ — + - + —
10 114—125 100,0 0,9 99,1 0,5 99,5
11 126—137 5,7 94,3 11,3 88,7 3,0 97,0
12 138-149 29,8 70,2 42,9 57,1 28,2 71,8
13 150-161 71,1 28,9 83,4 16,6 69,3 30,7
14 162—173 92,0 8,0 96,0 4,0 92,4 7,6
15 174—185 98,6 1,4 100,0 — 97,5 2,5
16 186—197 100,0 100,0 — 99,5 0,5
17 198—209 100,0 100,0 100,0
Примечание. + наличие регул, — отсутствие.
а б в г тепагсЬе
рис. 2. Внутригрупповое распределение гпепагсЬе у девочек Москвы в разные десятилетия (выравненные ряды). а — 10 лет 6 мое — 10 лет II мес; 6—12 лет — 12 лет 5 мес; о — 13 лет 6 мес — 13 лет 11 мес; г — 15 лет — 15 лет 5 мес. 1— 1964— 1967 гг.; 2 — 1971—1974 гг.; 3 — 1981—1984 гг. / — 12 лет 6 мес — 12 лет 11 мес; Ч — 13 лет — 13 лет 5 мес.
Обратная тенденция наблюдается в группе относительно поздно созревающих девочек: первые регулы в возрасте 13 лет б мес и старше у девочек в 60-е годы наступали в 28,9% случаев, к 70-м годам этот показатель снизился до 16,6%, а в 80-е повысился до 30,7%- Выявленные тенденции в возрастной динамике наступления первых регул у девочек Москвы в сравниваемые десятилетия в высокой степени достоверны (Р<0,01).
Обращает на себя внимание тот факт, что во всех сериях исследования основная масса девочек (соответственно 41,3, 40,5 и 41,1 %) начинают менструировать в возрастном диапазоне от 12 лет 6 мес до 13 лет 6 мес, т. е. в среднем в 13-летнем возрасте. В то же время рассмотрение выравненных рядов распределения исследуемого показателя у девочек Москвы в сравниваемые годы показывает, что и в этом диапазоне в последнее десятилетие произошли изменения (рис. 2): пик распределения тепагсЬе в 60-е и 70-е годы находился в возрастном интервале от 12 лет 6 мес до 12 лет 11 мес (150— 155 мес), а в 80-е годы он переместился на интервал 13 лет—13 лет 5 мес (156—161 мес).
Таким образом, существенное перераспределение возраста гпепагсЬе в популяции москсвских девочек происходит не только за счет рано- и поздносозревающих индивидуумов, как это имело место в предшествующее десятилетие, по и за счет сдвига центральной части популяции (вершины кривой распределения) в сторону более
Таблица 3
Средний возраст девочек Москвы сравниваемых серий исследования в момент антропометрии
Серия иссле-допання Год рождения Год наблюдения Возраст в год наблюдения, годы
I 1951 — 1952 1967 15,06
11 1958—1959 1974 15,1
III 1968-1969 1984 15,4
старших возрастов примерно на 6 мес. Можно предположить, что в ближайшие годы в популяции следует, наряду с увеличением вариабельности возраста тепагсЬе, ожидать дальнейшего его повышения.
Между темпами полового созреваиия и антропометрическими характеристиками, как известно, существует тесная связь. Поэтому характер- • ной чертой физического развития детей и подростков еще недавно считалось не только ускорение их роста, но и укрупнение их размеров тела от поколения к поколению. Отмеченная нами «децелерация» полового созревания у московских девочек должна была бы, по нашему мнению, вмести определенные коррективы в характеристику их физического статуса, в величины их размерных признаков и физиометрических показателей.
Для антропометрического исследования был выбран возраст 15 лет, когда размеры тела современных школьниц по длиннотным параметрам приближаются к дефинитивным. Средний хронологический возраст девочек сравниваемых серий исследования представлен в табл. 3, из которой видно, что серии являются в основном гомогенными. ^
Статистические параметры размерных признаков 15-летних москвичек сравниваемых периодов исследования представлены в табл. 4.
Как видно из табл. 4, в последние 20 лет скорость роста тела в длину у 15-летних москвичек практически не изменилась и составляет примерно 1 см за 10 лет. Однако если от 60-х к 70-м годам длина тела возрастала в основном за счет удлинения туловища (Р<0,01), то от 70-х к 80-м годам — исключительно за счет удлинения ног при полной остановке нарастания верхнего отрезка туловища (суммарный показатель высоты головы и шеи) и при достоверном уменьшении размеров туловища (Р<0,01).
Масса тела в последние 20 лет имеет разнонаправленные изменения: от 60-х к 70-м годам она достоверно возрастала (Р<0,01), а от 70-х ^ к 80-м годам —оставалась без изменения. Эта же тенденция очень четко прослеживается и для окружности грудной клетки и ширины таза. Обращает на себя внимание, что для всех этих параметров, как и для массы тела, характерно усиление внутригруппового разнообразия, о чем свидетельствует возрастание величин их сиг-мального разбрсса и коэффициента вариабельности.
Представляют интерес различия в тенденциях развития за 20 лет широтных размерных признаков— плечевого и тазового диаметров: как уже отмечалось; изменение во времени тазового диаметра сходно с изменением массы тела, плечевой же диаметр не «прореагировал» ни на ускорение темпов роста и развития (от 60-х к 70-м ^ годам), ни на обратную тенденцию (от 70-х к 80-м годам).
Параметры размерных признаков 15-летних девочек Москвы в разные десятилетия
Признак Число обследованных Год исследования М±т о±т У±т, %
Длина тела, см 205 1967 159,73+0,40 5,74±0,29 3,59±0,18
204 1974 160,58+0,34 5,29±0,26 3,29±0,16
195 1934 161,78±0,39 5,40+0,27 3,34±0,17
Масса тела, кг 205 1957 54,09±0,51 7,22 ±0,36 13,35±0,67
204 1974 56,68±0,60 8,60±0,42 15,17±0,75
195 1984 56,25±0,66 9,15±0,46 16,27±0,82
Окружность грудной клетки 205 1967 78,38±0,29 4,11 ±0,20 5,24±0,26
204 1974 78,52±0,35 4,97±0,25 6,33±0,31
195 1984 78,01 ±0,36 5,06±0,26 6,49±0,33
Длина верхнего отрезка ту- 205 1967 30.20zfc0.08 1,11 ±0,05 3,68±0,20
ловища спереди 204 1974 29,60±0,08 1,18±0,06 3,99±0,20
195 1984 29.91rfc0.09 1,21 ±0,06 4,04±0,20
Длина туловища 205 1967 47,18±0,15 2,12±0,11 4,49±0,22
. см 204 1974 48,08+0,15 2,21±0,11 4,59±0,23
195 1984 47,04±0,16 2,22±0,11 4,72±0,24
Длина ноги 205 1967 86,55+0,31 4,43±0,22 5,12±0,26
204 1974 87,26+0,30 4,25±0,21 4,87±0,24
195 1984 88,64±0,28 3,87±0,20 4,37±0,22
Ширина плеч 205 1967 34,98+0,10 1,45±0,07 4,18±0,21
204 1974 34,89+0,11 1,60±0,08 4,59±0,23
195 1984 34,92 ±0,11 1,59±0,08 4,55±С,23
Ширина таза 205 1567 27,75±0,10 . 1,48±0,07 5,35±0,27
204 1974 27,96+0,11 1 1,64±0,08 5,75±С,28
195 1984 27,45±0,13 1,84±0,09 6,70+0,34
В плане нашего исследования определенный интерес представляет также вопрос об изменении соотношений ведущих параметров физического развития — массы и длины тела у 15-лет-них девочек Москвы. С этой целью проведена оценка физического развития каждой девочки из контингентов, обследованных в 1974 и 1984 гг., по шкалам регрессии с использованием нормативов конца 60-х годов [4] и схемы оценки разработанной в НИИ гигиены детей и подростков Минздрава СССР и в настоящее время рекомендуемой Минздравом СССР для массовых исследований в качестве одного из скрининг-тестов [2]. Результаты проведенной оценки представлены в табл. 5.
За последнее десятилетие среди 15-летних девочек Москвы несколько понизилась доля лиц с нормальным физическим развитием, т. е. уменьшился диапазон вариантов массы тела от М— — 1ап до М + 2ои относительно длимы тела. Такое же понижение можно констатировать и для группы девочек с избыточной массой тела — сократилось число лиц с массой тела более М + + 2а« относительно длины тела. В то же время в московской популяции почти в 2 раза (Р< <0,05) увеличился процент лиц с дефицитом массы тела — менее М—1ад относительно роста.
Выявленные у современных школьниц сдвиги в физическом развитии позволяют предполагать наличие определенных изменений и в характеристике их физиометрических показателей. Изучение динамики силы сжатия кисти показало, что если в период от 60-х к 70-м годам у девочек Москвы в возрасте 15 лет констатируется не-
который прирост мышечной силы (соответственно 32,33±0,43 и 33,16+0,43 кг), то в период между 70-ми и 80-ми годами наблюдается резкое ее падение (27±0,33 кг, Р<0,01).
Обращает на себя внимание и тот факт, что этот параметр в отличие от морфологических характеристик организма, вариабельность которых в большинстве случаев (за исключением длины тела и длины ног) повысилась, показывает явное сужение дисперсионного разброса. Отмеченная тенденция может, очевидно, быть расценена как неблагоприятная, она требует целенаправленного изучения и должна быть принята во внимание при научном обосновании учебной и трудовой нагрузки школьников, при определении объема их двигательной активности и спортивных тренировок.
Таким образом, пик акцелерации роста и развития в популяции московских девочек на-
Таблица 5
Распределение вариантов оценки физического развития у 15-летних девочек Москвы в разные десятилетия
Оценка физическо- 1974 г. 1984 г.
го развития абс. % абс. %
Нормальное 166 81,4 152 77,9
Избыток массы те-
ла 21 10,3 14 7,2
Дефицит массы те-
ла 13 6,4 24 12,3
Низкий рост 4 1,9 5 2,6
Всего . . . 204 100,0 195 100,0
блюдался в 70-е годы. Наряду с последующим повышением среднего возраста тепагсЬе в их телосложении отмечаются определенные сдвиги: абсолютные величины ряда параметров физического развития у девочек 15 лет от 70-х к 80-м годам имеют тенденцию к снижению, хотя рост тела в длину еще продолжается (в основном за счет ног), наблюдаются несоответствие между ростом тела в длину и развитием грудной клетки, а также тенденция к понижению массы тела. Констатируется снижение мышечной силы (по данным динамометрии). Большинство антропометрических параметров характеризуется повышением внутригруппового разнообразия, а показатели мышечной силы, напротив, становятся менее вариабельными.
Литература
1 .Зубов В. А. // Вопр. антропол. — 1974. — Вып. 46,— С. 75—82.
2. Использование скрининг-тестов при массовых медицинских обследованиях детей дошкольного и школьного возрастов: (Метод, указания). — М., 1984.
3. Мезенина Л. Б., Овчинников И. И. // Гиг. и сан. — 1973, —№ 5. —С. 42—45.
4. Методические указания по нормативам физического раз-
вития детей г. Москвы от рождения до 17 лет. — М., 1972.
5. Ямпольская Ю. А. //Вопр. антропол. — 1970. — Вып. 34, —С. 65—70.
6. Charzewska J. // Roczn. Zak. Hig. (Warsz.). — 1973. — Vol. 24, —P. 617—625.
7. Richter J. //Z. ges. Hyg. — 1981. — Bd 27, —S. 485—487.
8. Richter J. // European Union for School and University Health and Medicine: Symposium: Abstracts. — Budapest, 1985, —P. 12—13.
Поступила 03.12.85
S u m m a r y. The study of the age-related occurrence of menarche was conducted in Moscow girls in 1960-ies, 70-ies and 80-ies. The 15-years old girls were also examined anthropometrically. The results of the investigation showed that the acceleration "peak" of growth and development of the girls was observed in 1970-ies. Certain shifts in the constitution of young Moscow girls correspond to the change of menarche age (from 12 years 7 months in 1970-ies to 13 years in 1980-ies). During the last ten years the absolute values of some indices of physical development of 15-years-old Moscow girls tended to decrease, though the height continue to grow (due to the growth of the legs). Certain disproportion between the growth of the height and the development of chest is observed. The same is true to the increase of body weight. Muscular force decreases (according to dynomometric data). Most of the anthropometric parameters (excluding length of body and length of legs) are characterized by the increase of inter-group variability while muscular force indices bocome more uniform.
УДК 371.73 + 371.738
Л. И. Крупицкая, Н. А. Фомин
ВЛИЯНИЕ НЕКОТОРЫХ СОЦИАЛЬНО-ГИГИЕНИЧЕСКИХ ФАКТОРОВ НА ФИЗИЧЕСКУЮ РАБОТОСПОСОБНОСТЬ И СОСТОЯНИЕ ЗДОРОВЬЯ ШКОЛЬНИКОВ, ЗАНИМАЮЩИХСЯ И НЕ ЗАНИМАЮЩИХСЯ СПОРТОМ
Челябинский педагогический институт
Физическая работоспособность и состояние здоровья школьников в значительной мере предопределяются влиянием социально-гигиенических факторов. Показано, что режим дня учащихся часто нарушается [1—3]. При высоких эмоциональных и умственных нагрузках дети школьного возраста испытывают острый дефицит в активной двигательной деятельности [4, 5].
Мы изучали влияние социально-гигиенических факторов на физическое развитие, физическую работоспособность и состояние здоровья школьников 10—17 лет в процессе лонгитудинальных наблюдений.
По социальному положению отца 71,5 % школьников относились к социальной группе рабочих, 27,5%—служащих, по социальному положению матери 56,9 % — к группе рабочих, 40,6 % — служащих. У подавляющего большинства семей уровень материально-бытового положения был высоким: 90,5 % имели отдельную благоустроенную квартиру. Режим питания у всех обследованных школьников был вполне
удовлетворителен; более 90 % получали в школе горячие обеды.
В режиме дня учащихся выявлены нарушения. Только у половины школьников продолжительность сна отвечала гигиеническим нормам. У остальных школьников она была на 2—3 ч меньше. Время пребывания на свежем воздухе колебалось от 1 до 4—5 ч, причем у '/< школьников всех возрастных групп было меньше установленного гигиеническими нормами. Так, 21,95% детей младшей школьной группы находились на свежем воздухе 1 ч вместо 4—5 ч. У школьников средней и старшей групп ежедневный дефицит пребывания на свежем воздухе колебался от 1 до 3 ч. Школьники, занимаю-ся спортом, проводили на свежем воздухе времени больше, чем школьники контрольных групп (табл. 1).
Недостаточность пребывания на свежем воздухе объясняется главным образом высокой загруженностью школьников учебой, а также просмотром телевизионных программ: более половины обследованнных затрачивают на это 2—