ВЕСТНИК ИСТОРИЧЕСКОГО ОБЩЕСТВА САНКТ-ПЕТЕРБУРГСКОЙ ДУХОВНОЙ АКАДЕМИИ
Научный журнал
№ 1 (4) 2020
Иеродиакон Филипп (Панфилов)
Студенческие волнения 1904-1905гг. в Калужской духовной семинарии
DOI: 10.24411/2587-8425-2020-10008
Аннотация: Статья посвящена рассмотрению истории протестных выступлений воспитанников Калужской духовной семинарии в 1904-1905гг. Вначале упоминается о первых беспорядках, которые были в семинарии задолго до событий 1904 г. Затем на основании архивных материалов подробно описываются студенческие волнения 9-12 ноября 1904 г. и последовавшее за ними разбирательство. По результатам расследования Св. Синод принял постановление, в котором указывался порядок приема в семинарию студентов, уволенных за участие в беспорядках. Также дается описание протестных акций осени 1905 г., которые под влиянием общих забастовок в стране приобрели политический характер. Вследствие некоторых уступок, сделанных для улучшения учебно-воспитательного процесса в семинарии, недовольство студентов утихло. В заключение указывается на различный характер волнений 1904 г. и 1905 г., и отмечается, что тенденция к про-тестным выступлениям в последующие годы продолжала сохраняться.
Ключевые слова: Калужская духовная семинария, семинаристы, протестные выступления, волнения, беспорядки, епископ Вениамин (Муратовский), епископ Никон (Софийский), архимандрит Александр (Трапицын).
Об авторе: Иеродиакон Филипп (Панфилов Александр Юрьевич)
Магистр богословия, аспирант кафедры церковной истории Санкт-Петербургской духовной академии.
E-mail: 8802707@mail.ru
ORCID: https://orcid.org/0000-0002-7447-1492
Ссылка на статью: Филипп (Панфилов), иерод. Студенческие волнения 1904-1905 гг. в Калужской духовной семинарии // Вестник Исторического общества Санкт-Петербургской Духовной Академии. 2020. №1 (4). С. 112-121.
* Фотографии предоставлены автором и взяты из открытых источников.
HERALD OF THE HISTORICAL SOCIETY OF SAINT PETERSBURG THEOLOGICAL ACADEMY
Scientific Journal
No. 1 (4) 2020
Hierodeacon Philip (Panfilov)
Student Unrest in 1904-1905 at the Kaluga Theological Seminary
DOI: 10.24411/2587-8425-2020-10008
Abstract: The article is devoted to the history of protest actions of students of the Kaluga Theological Seminary in 1904-1905. First, it is mentioned about the first riots that were in the Seminary long before the events of 1904. Then, on the basis of archival materials, in detail described are the student riots on November 9-12, 1904 and the proceedings that followed them. As a result of the investigation, the Holy Synod adopted a resolution that specified the procedure for admitting students to the Seminary who were dismissed for participating in riots. The article also describes the protest actions in autumn 1905, which became political ones under the influence of general strikes in the country. As a result of some concessions made to improve the educational process at the Seminary, the students' discontent subsided. In conclusion, the author points out the different nature of the unrest in 1904 and 1905, and notes that the trend towards protest actions continued in the following years.
Keywords: Kaluga Theological Seminary, seminarians, protests, unrest, riots, bishop Veniamin (Muratovsky), bishop Nikon (Sofiysky), archimandrite Alexander (Trapitsyn).
About the author: Hierodeacon Philip (Panfilov Alexander Yuryevich)
Master of Theology, Postgraduate student of the Department of Church History at the Saint Petersburg
Theological Academy.
E-mail: 8802707@mail.ru
ORCID: https://orcid.org/0000-0002-7447-1492
Article link: Philip (Panfilov), hierodeacon. Student Unrest in 1904-1905 at the Kaluga Theological Seminary. Herald of the Historical Society of Saint Petersburg Theological Academy, 2020, no. 1 (4), pp. 112-121.
В конце XIX — начале XX вв. довольно значительная часть населения Российской империи под влиянием прогрессивных политических идей выступала, с разной степенью радикальности, за преобразование общественной жизни в целом и отдельных структур государственного строя в частности. Протестные настроения в обществе легко находили поддержку среди студентов учебных заведений империи. В системе духовного образования очагами протестной активности становились семинарии1. Семинаристы, выражая свое несогласие с установленными порядками, настойчиво требовали реформирования духовных семинарий. Такие требования имели свои основания, поскольку система богословского образования в России, осуществляя и образовательные, и воспитательные задачи, была далеко не безупречной, несмотря на многочисленные попытки ее реформирования. Недостатки духовных школ часто становились причиной коллективных студенческих выступлений, проявлявшихся в виде бунтов, волнений, забастовок, демонстраций, бойкотов и т. д. Исследователи протестных движений в семинариях на рубеже XIX-XX вв. отмечали три основных фактора, которые способствовали их развитию: 1) проходившие в стране ученические, студенческие и рабочие движения; 2) революционное движение и политические события, и 3) революционная пропаганда2.
Упоминания о происходивших в 1904-1905 гг. беспорядках среди калужских семинаристов встречаются в нескольких работах3 о протестном движении учащихся духовных учебных заведений, но все они содержат довольно краткие сведения, дающие лишь общее представление о тех событиях. В настоящей статье предлагается более подробное исследование всех обстоятельств, причин и результатов протестных выступлений учащихся Калужской семинарии в указанный период для создания целостной и четкой исторической картины рассматриваемых событий.
Студенческие волнения 1904-1905 гг. не были для Калужской духовной семинарии новым явлением. Известно, что первые беспорядки в семинарии начались в декабре 1900 г., а в марте 1901 г. произошел серьезный бунт, в результате которого были исключены 13 учеников и временно прекращены занятия в 2-4 классах. Это происшествие, которому предшествовал трагический случай (самоубийство семинариста Н. Лазаревского), тщательно расследовалось назначенной Св. Синодом комиссией во главе с епископом Никоном (Софийским). Для выяснения причин бунтарских выступлений, комиссией проводилась ревизия семинарии и духовной консистории. После получения результатов проведенной проверки, в июле 1901 г. последовали указы Св. Синода, согласно которым правящий архиерей епископ Макарий (Троицкий) увольнялся на покой, а представители семинарского начальства: ректор, инспектор, помощник инспектора, духовник семинарии и эконом — освобождались от своих должностей4.
1 См.: Прахт Д.В. Протестное движение в Тобольской духовной семинарии в начале XX века // Вестник Тюменского государственного университета. Гуманитарные исследования. Humanitates. 2012. №2. С. 133-138; ХохловА.А. Идейные и организационные принципы первых нелегальных семинарских организаций в г. Казани в конце XIX в. (на материалах Национального архива Республики Татарстан) // Христианское чтение. 2013. № 1. С. 136-142; Вытнов В.К. Бунтарское движение в духовной семинарии начала XX века (На примере Донской духовной семинарии) // Материалы IX международной студенческой научно-богословской конференции к 100-летию подвига новомучеников и исповедников Церкви Русской. СПб.: СПбДА, 2017. С. 61-67.
2 Павленко Т. А. Протестное движение учащихся православных семинарий в период Первой российской революции: 1905-1907 гг.: дисс. ... канд. ист. наук. СПб., 2009. С. 23.
3 См.: Титлинов Б.В. Молодежь и революция: из истории революционного движения среди учащейся молодежи духовных и средних учебных заведений. 1860-1905 гг. С предисл. и под ред. Э. Э. Эссена. Л.: Госиздат, 1925. С. 89, 98; УшаковА.В, Образцова О.А. Учащиеся средних учебных заведений России в общественно-политическом движении на рубеже XIX-XX вв. М.: ИД «С днем рождения», 1999. С. 134; Ермоленко И.В. Усиление политического радикализма в учебных заведениях Русской Православной Церкви в революционные годы начала ХХ века // Калуга в шести веках. Материалы 5-й городской краеведческой конференции. Калуга, 2005. С. 122-123; Павленко Т.А. Протестное движение учащихся. С. 127-128, 150.
4 ЛионА.В., ФетисоваЮ.Н. МалининД.И. и семинарский бунт 1901 года // Материалы научной конференции, посвященной 90-летию ГАКО. Калуга, 2010. С. 494, 502-505.
Калужская духовная семинария.
Конец XIX — нач. XX вв.
Однако, несмотря на изменения административного состава семинарии, через 10 месяцев протестные акции снова возобновились, и на протяжении последующих шести лет продолжали периодически повторяться.
Происшедшие 9-12 ноября 1904 г. в Калужской семинарии беспорядки проходили в виде сходок учащихся 1-5 классов, которые шумели, свистели, отказывались выполнять распоряжения начальства, выражая этим свое недовольство инспектором семинарии. Все началось с того, что 9 ноября во время вечерних занятий воспитанник 1 класса С. Никольский передал своему товарищу-однокласснику записку, в которой сообщалось о предложении ему инспектором А. А. Преображенским выполнять обязанности доносчика. Эта информация быстро разошлась среди студентов и вызвала сильное возмущение. В тот же день, в 10 часов вечера, собралась группа учащихся, которая настойчиво требовала от инспектора объяснения с ними в семинарском зале, при этом причина такого резкого заявления не указывалась. Благодаря вмешательству ректора семинарии архимандрита Александра (Трапицына), шумевшим студентам пришлось подчиниться приказаниям руководства и разойтись. Для прояснения причин неспокойного поведения учащихся, инспектор предложил встретиться с дежурными от каждого класса. В беседе с ними инспектор узнал о записке Никольского, ставшей причиной недовольства студентов5.
На следующий день автор записки в присутствии студентов то отрекался от своих слов, говоря, что эту «ложь он допустил в оправдание себя пред товарищами», то начинал утверждать их действительность6. Неопределенные показания Никольского вызывали у присутствующих лишь недоумение. Вечером того же дня на педагогическом собрании семинарии после обсуждения поступка Никольского и студенческого волнения было принято решение: ученика 1-го класса Сергея Никольского уволить из семинарии, а остальным нарушителям снизить балл по поведению7.
11 ноября учащиеся снова просили инспектора объясниться с ними по поводу записки Никольского, заявив, что в случае невыполнения их просьбы они не пойдут на занятия. В результате последовавшего в ответ отказа, большая часть воспитанников 1-4 классов в начале второго урока организовали сходку в нижнем коридоре. На требование ректора прекратить затеянное дело, последовал сопровождаемый свистом и криками ответ: «инспектора, инспектора». Епископ Калужский Вениамин
5 РГИА. Ф. 796. Оп. 185. Д. 553. Л. 6-6 об., 12 об.-13.
6 Там же. Л. 6 об.-7.
7 Там же. Л. 22 об.-23.
(Муратовский), узнав от ректора о назревающем беспорядке, поспешил прибыть в семинарию. В беседе со студентами архипастырь каждого призывал к благоразумию и сохранению порядка. Увещания оказались действенными и постепенно возмущение среди учащихся утихло. Однако на следующее утро, до начала занятий, в классах появилось воззвание8 ко всем семинаристам, с приглашением собраться после утренней молитвы в «трусливый», как указывалось в воззвании, 6-й класс или в нижнем коридоре, при этом «не ходить на уроки и требовать немедленного удаления инспектора». Снова в коридоре собралась шумная толпа учащихся, к которым присоединились, после 2-го урока, студенты 5-го класса. В этом протест-ном мероприятии приняли участие подавляющее число семинаристов, за исключением учеников 6-го класса и нескольких благоразумных воспитанников из младших классов. Студенты продолжали шуметь до окончания занятий9. О происшедшем беспорядке ректор сразу сообщил правящему архиерею, который распорядился воспитанников пяти низших классов, принимавших участие в беспорядках, уволить, а занятия в этих классах временно прекратить10. В тот же день о происшедших в Калужской семинарии волнениях епископ Вениамин известил обер-прокурора и товарища обер-прокурора Св. Синода. Ректор семинарии о случившемся сообщил в Учебный Комитет11.
Постановление о временном прекращении занятий в семинарии, вероятно, тяжелее всего было воспринято родителями воспитанников. Так, в письме от 5 декабря 1904 г., направленном в Учебный Комитет отцом одного из уволенных семинаристов, сообщалось о трудностях в семьях духовенства вследствие прибывших из семинарии сыновей. Автор письма, ругая правящего архиерея за отсутствие должного внимания к делу воспитания учащихся духовных школ, дает совет для улучшения ситуации: «Пусть владыки не словом, а и делом следят за ходом учебно-воспитательного дела в наших училище и семинарии и для сего, по меньшей мере, посещают их еженедельно, входя во все стороны их жизни». Замечание имелось и в адрес семинарского начальства, которое, по мнению родителя, не может наладить отношения с учениками и выбрало легкое решение отправить всех по домам12.
11 ноября группа семинаристов самостоятельно отправила обер-прокурору К. П. Победоносцеву телеграмму с просьбой прислать ревизора в связи с начавшимися в семинарии волнениями13. Вероятно, студенты рассчитывали, что при разбирательстве по данному делу представитель из Синода выявит со стороны администрации семинарии нарушения, которые могут стать основанием для ее увольнения, как это случилось в 1901 г. Синод учел просьбу учащихся и постановил направить
8 Воззвание написано на «профессиональном» уровне в духе протестного призыва к учащимся. В тексте содержаться грубые и крайне оскорбительные выражения, относящиеся к личности инспектора семинарии.
9 РГИА. Ф. 796. Оп. 185. Д. 553. Л. 7-9.
10 РГИА. Ф. 802. Оп. 10. 1904 г. Д. 79. Л. 2.
11 РГИА. Ф. 796. Оп. 185. Д. 553. Л. 2, 3; Ф. 802. Оп. 10. 1904 г. Д. 79. Л. 2.
12 РГИА. Ф. 802. Оп. 10. 1904 г. Д. 79. Л. 10-12.
13 РГИА. Ф. 796. Оп. 185. Д. 553. Л. 1, 10.
Епископ Калужский и Боровский Вениамин (Муратовский) (1856-1930)
в Калужскую семинарию для проведения ревизии члена Учебного Комитета П. Нечаева. 23 ноября ревизор прибыл в Калугу. К этому времени, для расследования прошедших беспорядков, из состава педагогического собрания семинарии была сформирована комиссия под председательством преподавателя И. Ф. Цветкова. В состав комиссии также вошли несколько представителей от городского духовенства, ради исключения малейшего повода для разговоров о предвзятом отношении семинарского начальства к воспитанникам при проведении допроса14. Уволенных студентов вызывали в семинарию, где с каждым отдельно велся разговор с выяснением обстоятельств, причин прошедших волнений, имен активных участников и т. п. В целях получения дополнительных сведений, ректор и преподаватель Цветков опросили всех воспитанников 6 класса, не участвовавших в протестных акциях.
Подробную информацию об обстоятельствах и возможных причинах ноябрьских происшествий ревизор смог получить после общения с правящим архиереем, семинарским начальством, преподавателем Цветковым, несколькими студентами, и через ознакомление с документами учебно-воспитательной части. Проанализировав объем полученных сведений, Нечаев пришел к заключению, что помимо оказываемого негативного влияния на учащихся от «неблагонамеренных» лиц со стороны, среди самих семинаристов имеется «несколько коноводов, умело скрывающих свои преступные цели и тайно оказывающих вредное влияние на своих собратий по воспитанию»15.
По сообщению ревизора, в результате ноябрьских волнений 30 воспитанников семинарии оказались под особым наблюдением полиции и жандармского управления. Как и в других семинариях, здесь студенты выпускали подпольный журнал «Рассвет», известный своей провокационной направленностью. Записка же семинариста С. Никольского являлась, как утверждал Нечаев, «ближайшим внешним поводом» к студенческим беспорядкам, а приведенный в ней факт остался недоказанным, поскольку не имел никакого обоснования. В событиях 9-12 ноября ревизор разглядел «дух чисто артельной стачки», который, впрочем, был присущ подобным акциям, проходившим в Калужской семинарии в прошлые годы. По его мнению, старшие студенты привлекали к беспорядкам младших и, таким образом, выставляли их зачинщиками волнений, с тем расчетом, что к проступкам малолетних администрация семинарии отнесется снисходительней, чем к нарушениям со стороны старших16.
Случаи недоразумений между учащимися и инспектором, а также недовольство некоторыми преподавателями были лишь «фактическим поводом к беспорядкам, или ширмой для прикрытия главарями преступных их целей», — пояснял представитель Учебного Комитета. Хотя, как он сам отмечал, причины для такого недовольства имелись. Во-первых, со стороны инспектора были случаи разговора на повышенных тонах с провинившимися студентами, а также примеры предупреждений, носивших характер угрозы о лишении казенного содержания или увольнении из семинарии. Конечно, это были единичные случаи, и предпринимались они лишь с целью побудить конкретного нарушителя к исправлению своего поведения. Однако эти действия инспектора обобщались в студенческой среде и выставлялись как пример обычного отношения его к семинаристам. Во-вторых, отсутствие единства в вопросах воспитательного принципа между инспектором и некоторых из его помощников являлось причиной увеличения среди учащихся недовольства инспектором. В-третьих, чрезмерные требования к своим предметам некоторых преподавателей и регулярные опоздания на занятия большинства из них формировали в студентах негативное отношение к обучению. Согласно заключению ревизора, «учебно-воспитательная часть в Калужской семинарии находится в состоянии не вполне удовлетворительном»17.
14 РГИА. Ф. 802. Оп. 10. 1904 г. Д. 79. Л. 24-24 об.
15 Там же. Л. 25 об.
16 Там же. Л. 26-27 об.
17 Там же. Л. 25 об., 27 об.-30 об.
Следует отметить, что в ночь с 9 на 10 ноября 1904 г. последовал арест ученика 5-го класса семинарии Семена Муравьева, у которого при обыске квартиры, в которой он проживал, были обнаружены «рукописи противоправительственного содержания, такого же содержания брошюра и газета "Искра"». 10 ноября по решению педагогического собрания семинарии С. Муравьев был отчислен18.
Уже 11 февраля 1905 г. из Св. Синода поступило сообщение о разрешении возобновить занятия в Калужской семинарии с учениками, «заслуживающими обратного принятия», хотя Нечаев рекомендовал отложить занятия до начала следующего учебного года. Учебные занятия в семинарии начались во второй половине февраля 1905 г.19
В соответствии с синодальным постановлением от 17-24 марта 1905 г., из числа уволенных в ноябре 1904 г. обратно в семинарию было разрешено принять 140 человек, не участвовавших в беспорядках, и всех студентов 5-го класса. Решение о восстановлении участников ноябрьских событий предоставлялось на усмотрение руководства семинарии, с распределением их на три категории: первых — в начале нового 1905-1906 учебного года допустить к сдаче итоговых экзаменов для перевода в следующие классы; вторых — также со следующего учебного года без экзамена принять на повторный год обучения в те же классы; третьих — вообще не принимать, если за время обучения они не проявляли усердия в учебе и «не отличались вполне одобрительным поведением». В 1904-1905 учебном году в семинарию из 321 уволенного воспитанника было принято лишь 164 человека20.
По причине продолжительного перерыва занятий (два с половиной месяца) и незначительности остающегося времени в текущем учебном году, Св. Синод постановил продолжить занятия до летних каникул, а итоговые переводные экзамены провести в начале нового учебного года. Только воспитанникам 6 класса разрешалось сдавать экзамены до наступления летних каникул21. С февраля 1905 г. обстановка в Калужской семинарии приобрела более спокойный характер, однако, как оказалось в дальнейшем, ненадолго.
Осенью 1905 г. начавшиеся протестные выступления семинаристов за реформу духовной школы пришлись на время Всеобщей октябрьской стачки. За четыре месяца (сентябрь-декабрь) студенческие забастовки последовали в более чем 20-ти духовных семинариях, в числе которых оказалась и Калужская22. По свидетельству руководства Калужской семинарии, в связи с начавшимися в октябре забастовками в учебных заведениях города среди семинаристов велась агитация, направленная на привлечение студентов к участию в общей протестной акции. С целью предотвращения их участия в общей забастовке и в т. н. черносотенном движении, семинарское начальство приняло решение временно прекратить занятия, распустив учащихся по домам23. Перерыв между занятиями длился с 11 октября по 15 ноября 1905 г.24 Вернувшиеся в ноябре на учебу студенты вели себя тревожно. Протестное настроение учащихся проявлялось, в том числе, в распевании революционных песен. Даже по пути в храм воспитанники позволяли себе пение «Марсельезы». Наглядным знаком протеста стал случай появления красного флага на здании семинарии. Также было известно, что некоторые семинаристы приобретали огнестрельное и холодное оружие. Недовольство учащихся организацией семинарской жизни письменно излагалось в представленной ими петиции. Напряженная обстановка в студенческой среде, неспокойная ситуация в общественной жизни и отказ местной гражданской власти обеспечивать
18 Там же. Л. 4 об.-6.
19 РГИА. Ф. 802. Оп. 10. 1904 г. Д. 79. Л. 15, 31; Оп. 10. Отчеты 1904-1905 гг. Д. 19. Л. 4, 16.
20 РГИА. Ф. 802. Оп. 10. 1904 г. Д. 79. Л. 33-33 об.; Оп. 10. Отчеты 1904-1905 гг. Д. 19. Л. 20.
21 РГИА. Ф. 802. Оп. 10. 1904 г. Д. 79. Л. 34.
22 Павленко Т.А. Протестное движение учащихся. С. 149-150, 158.
23 Журнал действий депутатов епархиального духовенства и избранных представителей от родителей учащихся. 24 и 25 января 1906 года // Калужские епархиальные ведомости. 1906. № 5. Часть официальная. С. 64-65.
24 РГИА. Ф. 802. Оп. 10. Отчеты 1905-1906 гг. Д. 18. Л. 4 об.
безопасность семинарии25 привели к тому, что с 23 ноября учебные занятия были временно прекращены26.
По мнению руководства и преподавателей семинарии, причиной волнений являлось, во-первых, политическое освободительное движение, охватившее страну и, во-вторых, недовольство организацией учебно-воспитательного процесса в духовной школе. Как стало потом известно со слов самих студентов, одной из главных причин возмущений стал запрет на поступление в университеты27. Последняя проблема была отчасти решена после выхода 10 декабря 1905 г. циркуляра министерства просвещения о разрешении выпускникам семинарий поступать в университеты28.
После Рождественских праздников учащиеся вновь приступили к занятиям. Однако продолжительное отсутствие отрицательно сказалось на их поведении и во втором полугодии. Отмечались случаи следующих нарушений: пропуск занятий, отсутствие на богослужении, самовольный выход из корпуса во время вечерних занятий, нетрезвость двух учащихся старших классов29.
С целью обсуждения вопросов о необходимых преобразованиях в духовных школах Калужской епархии, был проведен съезд духовенства с участием начальствующих, преподавателей, учащихся и их родителей. 24 января 1906 г. в начале заседания были озвучены постановления благочиннических собраний и съездов, в которых говорилось о желательности реформирования духовной семинарии. Участники собрания признали, что существующая система духовного образования является непригодной ввиду «современных потребностей жизни» и нуждается в реорганизации. Реформы предлагались радикальные, вплоть до совмещения училища и семинарии в единое учебное заведение с 10-летним курсом обучения: 1-7 классы — общее образование; в 8-м классе предполагалось вводить философию и часть богословских предметов (по окончании возможно поступление в университет); 9 и 10 классы — богословские, выпускникам предоставлялось право поступать в духовную академию. Помимо этого, был предложен вариант создания, вместо многоступенчатой системы духовного образования, средней всесословной гимназии, которая бы предоставляла общее образование, а для подготовки священнослужителей — пастырской школы при епископе, с 4-летним обучением, доступной лицам, окончившим средние учебные заведения30. Вполне понятно, что реализация подобных проектов была возможна только на общецерковном уровне.
Учащиеся представили ряд пожеланий для внесения изменений в организацию учебно-воспитательного процесса семинарской жизни. Родители семинаристов, заявив о полной поддержке их предложений и готовности выступить с ходатайством об их утверждении перед священноначалием, призывали воспитанников соблюдать дисциплину и проявлять послушание семинарскому начальству. Предложенные студентами пожелания, по мнению администрации и преподавателей семинарии, признавались, с внесением небольших корректив, приемлемыми в настоящее время. Участники съезда на основании студенческих пожеланий составили документ с 17-ю пунктами и направили его правящему епископу на утверждение. При рассмотрении его владыка по каждому пункту делал краткие замечания в форме резолюции. Например, на просьбу облегчить ученикам пользование библиотекой и прислушиваться к их пожеланиям при пополнении ее необходимыми книгами владыка ответил одобрением. Кроме того, соглашался он с необходимостью закупить недостающее количество учебников, открыть читальный зал с наличием периодики «разного направления», разрешить литературные и самообразовательные кружки31.
25 Журнал действий депутатов епархиального духовенства... С. 65.
26 РГИА. Ф. 802. Оп. 10. Отчеты 1905-1906 гг. Д. 18. Л. 4 об.
27 Журнал действий депутатов епархиального духовенства. С. 65-66, 67.
28 ЗыряновП.Н. Православная церковь в борьбе с революцией 1905-1907гг. М.: Наука, 1984. С. 194; Павленко Т.А. Протестное движение учащихся. С. 157-158.
29 РГИА. Ф. 802. Оп. 10. Отчеты 1905-1906 гг. Д. 18. Л. 25.
30 Журнал действий депутатов епархиального духовенства. С. 66.
31 Там же. С. 68-70.
Весьма интересны некоторые пункты, с которыми владыка Вениамин не согласился, выразив собственное мнение, проливающее свет на его отношение к вопросу о предназначении духовных школ. На ходатайство об освобождении ввиду «естественного утомления» студентов от обязательного посещения после занятий литургии Преждеосвященных Даров в Великий пост, владыка отметил: «С желаниями родителей и воспитанников согласиться не могу до тех пор, пока семинарии — суть учебно-воспитательные заведения для приготовления юношества к служению Православной Церкви. Когда сказанные учебные заведения будут носить тип общеобразовательный, тогда желание удобоисполнимо и религиозное воспитание не необходимо в обширном смысле». Отрицательный ответ последовал и на просьбу сделать вечерние молитвы частными. Весьма показательна личная позиция владыки по вопросу об урегулировании проблемы с одеждой. «Мне известно, — отмечал архипастырь, — что одежда и белье для воспитанников в потребном количестве делаются и выдаются своевременно. Если же в последние два года и случались факты неудовлетворения учеников одеждою и бельем своевременно, то в этом случае виноваты сами же они: зачем они бастовали и производили беспорядки?» По поводу возврата студентов, отчисленных в результате волнений 1904 г., владыка также ответил отказом. На просьбу смягчить режим содержания и надзора за семинаристами епископ указал на то, что «и без того уж семинарский режим ослабел, можно сказать, до последних пределов, далее которых и идти нельзя. Разве вы, отцы депутаты, под таким слабым режимом учились? Уверен, что нет!»32 В итоге даже часть исполненных пожеланий положительно отразились на поведении учащихся, что способствовало спокойному завершению учебного года.
Таким образом, на основании исследования протестных выступлений в Калужской духовной семинарии рассмотренного периода можно утверждать, что студенческие волнения 1904 г. и 1905 г. имели разный характер. Первые, выражавшие недовольство администрацией семинарии, бытовыми условиями проживания, завышенными требованиями некоторых преподавателей к своим предметам и т. д., не имели очевидных признаков политического выступления. Вторые, наряду с желанием добиться права поступать в университеты и исправить недостатки в организации учебно-воспитательного процесса духовной школы, оказавшись под влиянием массовых протестных выступлений в стране, допускали действия политического характера: пение революционных песен, вывешивание на здании семинарии красного флага и т. д. Бастовавшим семинаристам удалось добиться некоторых уступок в отношении учебного процесса. В дальнейшем бунтарский дух продолжал лишь прибывать в студенческой среде и в «благоприятные моменты» проявлял свою разрушительную силу. Так, в следующем 1906-1907 учебном году в результате очередных протестных выступлений из Калужской семинарии было отчислено 73 студента33. Как мы видим, студенческие волнения в Калужской семинарии вписываются в общий контекст про-тестного движения семинаристов.
Источники и литература
источники
1. Журнал действий депутатов епархиального духовенства и избранных представителей от родителей учащихся. 24 и 25 января 1906 года // Калужские епархиальные ведомости. 1906. № 5. Часть официальная. С. 64-71.
2. РГИА. Ф. 796. Оп. 185. Д. 553 // О беспорядках в Калужской духовной семинарии. 19 нояб. 1904 г. — 2 мая 1905 г. 209 л.
32 Там же. С. 70-71.
33 РГИА. Ф. 802. Оп. 10. Отчеты 1906-1907 гг. Д. 19. Л. 26 об.
3. РГИА. Ф. 802. Оп. 10. 1904. Д. 79 // О происшедших в Калужской духовной семинарии беспорядках. 12 нояб. 1904 г. — 22 мая 1907 г. 109 л.
4. РГИА. Ф. 802. Оп. 10. Отчеты 1904-1905 гг. Д. 19 // Калужская духовная семинария и духовные училища (отчеты) 1904-1905 уч. год. 44 л.
5. РГИА.Ф.802. Оп.10. Отчеты 1905-1906гг. Д.18 // Калужская духовная семинария и духовные училища (отчеты) 1905-1906 уч. год.
6. РГИА.Ф.802. Оп.10. Отчеты 1906-1907гг. Д.19 // Калужская духовная семинария и духовные училища (отчеты) 1906-1907 уч. год. 82 л.
Литература
7. Вытнов В. К. Бунтарское движение в духовной семинарии начала XX века (На примере Донской духовной семинарии) // В сборнике: Материалы IX международной студенческой научно-богословской конференции к 100-летию подвига новомучеников и исповедников Церкви Русской. СПб.: СПбДА, 2017. С. 61-67.
8. Ермоленко И. В. Усиление политического радикализма в учебных заведениях Русской Православной Церкви в революционные годы начала ХХ века // Калуга в шести веках. Материалы 5-й городской краеведческой конференции. Калуга, 2005. С. 121-130.
9. ЗыряновП.Н. Православная церковь в борьбе с революцией 1905-1907гг. М.: Наука, 1984. 224 с.
10. Лион A.B., Фетисова Ю.Н Малинин Д. И. и семинарский бунт 1901 года // Материалы научной конференции, посвященной 90-летию ГАКО. Калуга, 2010. С. 484-512.
11. Павленко Т. А. Протестное движение учащихся православных семинарий в период Первой российской революции: 1905-1907гг.: дисс. ... канд. ист. наук. СПб., 2009. 414 с.
12. ПрахтД. В. Протестное движение в Тобольской духовной семинарии в начале XX века // Вестник Тюменского государственного университета. Гуманитарные исследования. Humanitates. 2012. № 2. С. 133-138.
13. ТитлиновБ. В. Молодежь и революция: из истории революционного движения среди учащейся молодежи духовных и средних учебных заведений. 1860-1905 гг. С преди-сл. и под ред. Э. Э. Эссена. Л.: Госиздат, 1925. 166 с.
14. УшаковА.В, Образцова О.А. Учащиеся средних учебных заведений России в общественно-политическом движении на рубеже XIX-XX вв. М.: ИД «С днем рождения», 1999. 144 с.
15. ХохловА.А. Идейные и организационные принципы первых нелегальных семинарских организаций в г. Казани в конце XIX в. (на материалах Национального архива Республики Татарстан) // Христианское чтение. 2013. № 1. С. 136-142.