ЭКОНОМИКА
УДК 339.9
БСИ 10.24866/1815-0683/2021-1/50-65
А. Л. АБРАМОВ*, Н. Н. МАТВИЕНКО*, П. Е. ОСИПОВ**
Стратегия социально-экономического развития Дальнего Востока: задачи кризисного периода и эколого-экономический подход (Часть I)1
АБРАМОВ Александр Львович -кандидат технических наук, профессор кафедры математических методов в экономике Школы естественных наук. alabramov2011@gmail.com.
ABRAMOV A. L. - Candidate of Engineering Sciences, Professor at the Department of Mathematical Methods in Economics of the School of Natural Sciences.
МАТВИЕНКО Николай Николаевич - сотрудник кафедры математических методов в экономике Школы естественных наук. matvienko.vlc@gmail.com.
MATVIENKO N. N. - Officer at the Department of Mathematical Methods in Economics of the School of Natural Sciences.
Исследуются предпосылки возникновения и возможности прогнозирования мирового экономического кризиса, его влияние на экономику Дальнего Востока и Приморского края. Показывается, что мировой комплексный резонансный экономический кризис приводит к необходимости изменения структуры региональной экономики. Рассматриваются первоочередные задачи преодоления экономического кризиса и возможности создания новой структуры экономики на основе эколого-экономического подхода с использованием стоимости человеческого капитала и макро-системной ренты.
Ключевые слова: Дальний Восток, Приморский край, социально-экономическое развитие, прогнозирование, резонансный циклический кризис, макросистем-ная рента, человеческий капитал, экономика, управление.
A. L. ABRAMOV, N. N. MATVIENKO, P. E. OSIPOV Strategy of Social and Economic Development of the Far East: Tasks of the Crisis Period and Ecological and Economic Approach (Part I) The article examines the prerequisites for the emergence and the possibility of forecasting the global economic crisis, its impact on the economy of the Far East and Primorsky Krai. It is shown that the global complex resonant economic crisis leads to the need to change the structure
* Дальневосточный федеральный университет, 690922, г. Владивосток, о. Русский, пос. Аякс, 10. Far Eastern Federal University, 10 Ajax Bay, Russky Island, Vladivostok, 690922.
** Амурский филиал Всемирного фонда природы (WWF) России, 690003, г. Владивосток, ул. Верхнепортовая, 18а.
Amur Branch of the World Wide Fund for Nature (WWF) of Russia, 18a Verkhneportovaya Str., Vladivostok 690003.
1 Статья написана при поддержке Всемирного Фонда дикой природы.
ОСИПОВ Петр Евгеньевич -кандидат химических наук, директор Амурского филиала Всемирного фонда природы (WWF) России, член Общественного совета при Министерстве РФ по развитию Дальнего Востока и Арктики. POsipov@wwf.ru.
OSIPOV P. E. - Candidate of Chemical Sciences, Director of the Amur Branch of the World Wide Fund for Nature (WWF) of Russia, member of the Public Council under the Ministry of the Russian Federation for the Development of the Far East and the Arctic.
of the regional economy. The article considers the priority tasks of overcoming the economic crisis and the possibility of creating a new economic structure based on the ecological and economic approach using the cost of human capital and macrosystem rent.
Keywords: Far East, Primorsky Krai, social and economic development, forecasting, resonant cyclical crisis, macrosystem rent, human capital, economy, management.
Предпосылки возникновения мирового экономического кризиса. В мире в 2020 г. наблюдался сдвоенный кризис (пандемия и рецессия), остановлены крупные отрасли экономики: розничная торговля (кроме продовольствия и аптек), авиатранспорт, значительная часть автомобильного и морского транспорта, большая часть промышленного производства и добычи полезных ископаемых, энергетика. Встала вся мировая система массовой рекреации, что не может ни привести к платежным и бюджетным кризисам [11].
МВФ отмечает, что распространение кризиса по цепочке отраслей в мире идет от конечного личного потребления и уже вызвало сокращение производства, потребления, экспорта, инвестиций. В результате происходит падение ВВП, финансовые и долговые проблемы бизнеса и государств переводят ситуацию в глубокую мировую рецессию.
В Обзоре мировой экономики МВФ дал оценку текущей ситуации и прогноз на 2021 г. [10]. Речь идет о падении мирового ВВП в 2020 г. на 5,4 % (для сравнения, в 2009 г. оно составило -0,5 %) и снижении мировой торговли на 11 %. Это произойдет, если цена на нефть останется в 2020 г. на уровне 35,61 долл. за баррель, а в 2021 г. вырастет до 37,87 долл. Рост ВВП Китая останется в 2020 г. положительным - 1,0 % (в 2021 г. рост 8,2 %), ВВП развитых стран сначала упадет (-8,0 %), затем будет расти (4,5 %). ВВП России снижается, по прогнозу, на 6,6, США -на 8,0 и ЕС - на 10,2 %. МВФ пока оптимистичен в отношении восстановлении роста в 2021 г.: экономика мира вырастет на 5,4, России - на 4,1, США - на 4,5, ЕС - на 6,0 %. С другой стороны, некоторые сектора экономики демонстрируют интенсивный рост, наблюдается 30 % рост на рынке информационных технологий и телекоммуникаций, растет цена на недвижимость, редкоземельные металлы, золото и др.
Такое положение дел не могло не сказаться на экономике Дальнего Востока России, где сигналы о кризисе наблюдались заблаговременно. Чистый совокупный ВРП с учетом инфляции остается практически неизменным. За 10 лет денежные доходы населения выросли в 3,7 раза, при этом чистый совокупный ВРП субъектов РФ увеличился только в 2,25 раза (рис. 1), аналогично для ДФО и Приморского края (рис. 2, 3).
14 714 650 6 885 464
37 099 500
12 212 868
54 949 730
15 354 389
2005 г
2011 г
2015 г
Рис. 1. Соотношение совокупного ВРП субъектов Российской Федерации (1) и денежных доходов населения (2), млн руб. Здесь и в рисунках 2, 3 рассчитано по: [6]
900 800 700 600 500 400 300 200 100 0
-100 —
2010 г. 2011 г. 2012 г. 2013 г. 2014 г. 2015 г. 2016 г. 2017 г. 2018 г. 2019 г
Рис. 2. Изменение чистого ВРП Приморского края за период 2010-2019 гг., млрд. руб.:
1 - ВРП, 2 - совокупные доходы населения, 3 - чистый ВРП
В 2015 г. в 42 субъектах России, в которых проживает более 80 % населения, ВРП был меньше совокупных денежных доходов, т. е. стагнация стала системной. В 2016 г. прирост среднедушевых доходов населения резко снизился, это уменьшило внутренний спрос.
Таким образом, начиная с 2012 г. экономика Приморского края вошла в рецессию: номинальные доходы населения стали опережать рост ВРП;
эффективность капитала снизилась; инвестиционная привлекательность была утрачена; внутренний спрос снизился; возникла угроза инфляции.
Рис. 3. Рост среднедушевых денежных доходов населения Приморского края за период 2010-2019 гг., %
Прогнозирование кризиса. В экономике различают несколько типов циклов [2], которые укладываются либо в годовые, либо в десятилетние периоды.
1. Годовые (краткосрочные) циклы, связанные с сезонными колебаниями под воздействием изменения природно-климатических условий и фактора времени.
2. Краткосрочные циклы, длительность которых по оценкам составляет 40 месяцев, т. е. немногим более 3 лет, обусловлены в основном колебаниями мировых запасов высоколиквидных (биржевых) товаров.
3. Среднесрочные, или промышленные, циклы могут иметь продолжительность в рамках 7-12 лет, хотя классический их тип охватывает примерно 10-летний период. Он сопряжен с многофакторной моделью нарушения и восстановления экономического равновесия, пропорциональности и сбалансированности народного хозяйства.
4. Строительные циклы охватывают 10-20-летний период и определяются продолжительностью обновления основного капитала. Данные циклы имеют тенденцию к сокращению под воздействием факторов научно-технического прогресса, вызывающих моральный износ оборудования и проведение политики ускоренной амортизации.
5. Большие циклы имеют продолжительность 50-60 лет, они вызываются главным образом динамикой научно-технического прогресса.
Кроме описанных выше 5 типов циклов существует и другой подход к прогнозированию циклических кризисов, основанный экстраполяции соотношения стоимости человеческого капитала и стоимости материальных активов. Рассмотрим этот подход на примере прогнозирования развития экономики АТР (рис. 4).
Одним из условий сохранения экономического равновесия в данном регионе является баланс между стоимостью человеческого капитала и стоимостью материальных активов национальных экономик. Иначе говоря, нормальный оборот человеческого капитала должен быть обеспечен материальными ресурсами.
Сопоставление динамики изменения соотношения стоимости человеческого капитала и материальных активов (основных фондов) показывает взаимосвязь периодов кризисных явлений с моментами переизбытка стоимости совокупного человеческого капитала в АТР, которые также укладываются в 10-летние циклы (рис. 4).
95 %
80 %
75 %
60 %
\ А /
\ \ , \\ t /
"" Л ' V, > V '
Кризис 1998 г. А/ Кризис 2008 г. Чу
- Возможен экономический кризис —
сР о> <0) <> <Ь а4 с? с^ с\> сЪ с\ь с\> сф с?> ч^ ч> О О ч^ ч4 ч* ч^ гР ЛДЛДА
Год
Рис. 4. Десятилетние циклы в обеспеченности человеческого капитала основными фондами стран АТР (ОБС/НС). Рассчитано по: [12]
В период с 1990 по 2002 г. наблюдалась понижающаяся тенденция отношения стоимости человеческого капитала и материальных активов (основных фондов) в АТР (ОБС/НС), его значение снизилось с 1,91 до 1,69 %. Кризисные явления 1998 г. начались на уровне 1,71 %.
В период с 2002 по 2013 г. имеет место повышающая тенденция ОБС/НС, его значение возросло с 1,69 до 1,94 %. Тем не менее кризисные явления в экономике АТР повторились и в 2008 г. при уровне соотношения стоимости человеческого капитала и материальных активов - 1,81 %.
С 2013 г. наблюдается понижательная тенденция, значение ОБС/НС с 1,94 % к 2015 г. достигло значения 1,83 %, если данная тенденция продолжится, то соотношение 1,81-1,71 % может быть достигнуто в период 2018-2020 гг.
За 2-3 года, предшествующих кризисам, обеспеченность совокупного человеческого капитала основными фондами начинает снижаться. Происходит «отрыв» избыточного человеческого капитала от материальной экономики, порождающий высокую волатильность рынков. В частности, именно такой «отрыв» имел место начиная с 2015 г. В результате наблюдается очередное масштабное замедление экономики АТР, которое происходит в 2019-2020 гг. (рис. 4).
2.00 %
90 %
85 %
70 %
65 %
1.55 %
Таким образом, циклический характер развития экономики АТР2 (значительной части мировой экономики) неизбежно проявляет себя каждые 10 лет. В результате в некоторые периоды происходит наложение циклов друг на друга, что приводит к увеличению глубины падения ВВП и глобальным экономическим кризисам (рис. 5), характеризующимся резонансом: кризис 1930 г. (Великая депрессия), 1975 г. (отмена золотого стандарта). Следующий резонансный кризис возник на рубеже 2019-2020 гг.
1909 г. Ы
Великая депрессия IIWW Отмена золотого стандарта Распад СССР
1920 r. 1931 г 1942 г. 1953 г. 1964 г 1975 г 1986 г
1997 г. 2008 г. 2019 г.
Рис. 5. Циклические кризисы и глобальный кризис падения эффективности капитала
Кроме резонансного циклического кризиса имеет место кризис падения эффективности капитала (ПЭК-кризис) - быстрое падение возможности воспроизводства капитала, естественного (т. е. не за счет перераспределения) получения прибыли от него. Принципиальна важная особенность ПЭК-кризиса - остановить его можно только за счет существенного снижения рисков производителей, что возможно путем расширения рынков сбыта. Главное отличие этого кризиса от циклических кризисов - структурные изменение экономики [8], которые ожидают экономику АТР и экономику Дальнего Востока России.
2 Под Азиатско-Тихоокеанским регионом (АТР) традиционно понимают следующую совокупность стран Северо-Восточной, Юго-Восточной, Южной Азии: Австралия, Афганистан, Народная Республика Бангладеш, Султанат Бруней-Даруссалам, Социалистическая Республика Вьетнам, Республика Индия, Республика Индонезия, Королевство Камбоджа, Китайская Народная Республика (как правило, включая Гонконг и Макао), Корейская Народная Демократическая Республика, Лаосская Народная Демократическая Республика, Малайзия, Монголия, Республика Союз Мьянма, Федеративная Демократическая Республика Непал, Новая Зеландия, Исламская Республика Пакистан, Независимое Государство Папуа - Новая Гвинея, Республика Корея, Республика Сингапур, Королевство Таиланд, Китайская Республика (Тайвань), Республика Филиппины, Демократическая Социалистическая Республика Шри-Ланка, Япония, Королевство Бутан, Демократическая Республика Восточный Тимор, Мальдивская Республика, Республика Вануату, Республика Кирибати, Острова Кука, Республика Маршалловы Острова, Республика Науру, Ниуэ, Республика Палау, Независимое Государство Самоа, Соломоновы Острова, Королевство Тонга, Тувалу, Федеративные Штаты Микронезии, Республика Островов Фиджи, а также Австралию, Новую Зеландию и Океанию. Эти государства в международных справочниках обычно обозначаются как Asia Pacific Region (APR). Традиционно Россия в АТР не входит.
В данной работе под АТР понимается более крупное образование, включающее, кроме перечисленных государств АТР, также Россию и Тихоокеанские страны Северной и Южной Америки (Канаду, Мексиканские Соединенные Штаты, Соединенные Штаты Америки, Республику Гватемала, Республику Гондурас, Республику Колумбия, Республику Коста-Рика, Республику Никарагуа, Республику Панама, Республику Перу, Республику Сальвадор, Республику Чили, Республику Эквадор), т.е. страны Тихоокеанского кольца.
В целом кризисный период, начавшийся в 2019 г., характеризуется: значительным падением ВВП страны, а на региональном уровне падением ВРП Дальнего Востока и Приморского края; спадом инвестиционной активности; высокой волатильностью национальных валют и неустойчивостью финансовой системы; структурными изменениями в экономике; частичной потерей управляемости территориально-экономических комплексов; ростом социальной напряженности.
Первоочередные задачи преодоления экономического кризиса. Органы власти и местного самоуправления оказываются не готовы к такому типу кризиса, т. к. никогда не сталкивались с подобным комплексным кризисом и навыков его преодоления не имеют. Основная проблема - несбалансированность управляющих воздействий разных уровней, наблюдаемая структурная разобщенность органов власти, имеющая место неразвитость институтов на территории и подмена их деятельности, особенно в сфере социального развития.
В связи с этим управление на территории в период кризиса должно решать несколько первоочередных задач:
- стабилизация социальной напряженности и удержание ее на возможно низких уровнях;
- расширение и достижение качественно более высоких уровней электоральной активности населения.
Задача стабилизации социальной напряженности решается путем установления приоритета поддержки трудовых коллективов над поддержкой собственников бизнес-структур. Поддержка последним доступна в рамках бизнес-объединений, из ресурсов отраслевых федеральных министерств. А вот точки риска роста социальной напряженности привязаны к производственным предприятиям. Именно там сбои в регулировании трудовых отношений большого скопления людей могут скачкообразно трансформироваться в протестные настроения.
Решение первой задачи укрепляет доверие к власти со стороны населения и бизнеса, способствует снижению политических рисков, обеспечивает инвестиционную привлекательность территории. Укрепление доверия к органам власти -высший приоритет не только кризисного периода, но и посткризисного развития. Однако в кризисное время оно требует четких сигналов, посылаемых обществу, купирующих возможные всплески социальных конфликтов.
Укрепление доверия основывается на организации личного контакта и общение представителей органов власти с хозяйствующими субъектами. В кризисный период эти методы приобретают первостепенное значение по сравнению с традиционным статистическим наблюдения финансово-экономических показателей. Власть должна быть видна и реализовываться, в частности, через принцип «спрашивая - отвечай». Запросы об отчетности, направляемые хозяйствующим субъектам, должны быть понятны в рамках разъяснений тех шагов федеральных органов власти, которые объявлены на территории.
Решение второй задачи - повышения электоральной активности населения -позволяет оптимизировать управленческие усилия власти в кризисный период, закладывает фундамент последующего устойчивого социально-экономического развития. Параллельно с укреплением муниципалитетов необходимо развивать межмуниципальное сотрудничество, делегируя муниципальным объединениями,
создаваемым по территориально-экономическому принципу, часть хозяйственных полномочий субъекта Федерации. Такое делегирование должно быть подкреплено соответствующим расширением прав межмуниципальных объединений в вопросах совместного землепользования и эксплуатации природных ресурсов -лесного фонда, сельхоз угодий, рекреационных территорий и т. д.
Кроме того, устойчивому развитию экономики Приморского края в долгосрочной перспективе противопоставлены два стратегических вызова (кризис подчеркнул их наличие): энергетическая безопасность и истощение демографических ресурсов.
Для ответа на вызов в области энергетической безопасности необходимо безотлагательное начало строительства новых генерирующих мощностей - электростанции, установленной мощностью 1,5-2,0 ГВт, с тем чтобы не позднее 2035 г. в Приморском крае был достигнут устойчивый баланс собственного производства и потребления электроэнергии. Энергетическая дефицитность Приморского края, покрывающего сегодня нехватку электроэнергии за счет перетоков из других регионов, останется в среднесрочной перспективе главным сдерживающим фактором индустриального развития и препятствием росту уровня жизни населения, энергопотребления которого увеличивается быстрее промышленных нагрузок.
Для восстановления демографических ресурсов необходимо сосредоточиться на качественном изменении демографического потенциала, допуская временно его количественное уменьшение. Для решение этой проблемы необходимо добиться к 2030 г. такого же соотношения стоимости человеческого капитала и основных фондов, каким будет это соотношение в тех регионах, куда направлен вектор иммиграции с Дальнего Востока, а также разработать программу поддержки оседлости.
Один патриот малой родины ценнее пяти временщиков, приехавших «за деньги». Негативный демографический тренд количественного, а главное - качественного истощения человеческого капитала Приморского края в долгосрочной перспективе также сохранится. Реагирование на этот вызов требует более энергичных мер, чем те, которые обозначены в федеральных программах докризисного периода. Введение понятия оседлости для жителей региона может стать важной социально-экономической категорией, позволяющей начать решение демографической проблемы. Необходима программа прямой финансовой поддержки граждан, которые родились или добровольно длительное время проживают в Приморском крае, создали здесь семьи и домохозяйства, имеют продолжительный трудовой стаж на предприятиях Дальневосточного региона.
Программа поддержки оседлости могла быть включать создание специальных пенсионных фондов (в том числе муниципальных); региональные образовательные кредиты для детей из коренных семей; региональные фонды страхования здоровья и занятости населения имеющего ценз оседлости; региональные фонды страхования недвижимости, приобретаемой по ипотеке с целью улучшения жилищных условий; налоговые вычеты по НДФЛ для работников, имеющих ценз оседлости; прямые гранты оседлости семьям, проживающим в Приморском крае длительное время.
В рамках долгосрочной демографической политики в регионе необходимо начать масштабное жилищное строительство прежде всего в форме комплексной застройки селитебных территорий и создания новых населенных пунктов. Жилищное строительство должно быть ориентировано на привлечение в регион высококвалифицированных специалистов, энергичных руководителей производств, способных создавать новые рабочие места.
В верхней ценовой группе жилых объектов необходимо приступить к созданию «поселения-лидера» города-спутника Владивостока как пилотного проекта «города будущего».
В средней и нижней ценовых группах необходимо приступить к программе строительства межмуниципального обменного жилого фонда в Приморском крае, емкостью не менее 80 тыс. квартир (4 млн м2), с условием 100 % финансирования этой программы из бюджетной системы.
Посткризисная экономика, эколого-экономический подход. Фундаментом экономического развития Дальнего Востока в посткризисный период и на перспективу до 2035 г. станет результат поиска нового макро-экономического равновесия и его отражение в новой структуре экономики, рассмотрим его на примере Приморского края.
Основное противоречие, которое проявится в результате экономического кризиса, состоит в том, что экономическая деятельность на территории Приморского края является частью экологической, а не наоборот. Стоимость общественного блага не учитывалась в старой структуре экономики региона. Для создания новой структуры экономики необходимо научиться его оценивать и включать в экономический оборот. Это означает, что устойчивая и единообразная шкала монетарного измерения человеческой активности, общепринятая для описания экономических феноменов, не годится для работы «за пределами экономики», со всем спектром антропогенного воздействия людей на окружающую среду. Она неприменима в тех его частях, где монетарных измерений не существует.
Вместе с тем нарушения экологического равновесия неизбежно отражаются на базовых условиях ведения экономической деятельности. Однако подобные изменения базовых условий воспринимаются экономикой, как «внешние» (форс-мажорные) риски и вызовы, в целом искажающие показатели «монетарной шкалы».
Разрешение подобного противоречия возможно при расчете баланса эко-лого-экономической эффективности территории, основанной на синтетических единицах измерения результатов антропогенной активности, в которых наряду с монетарными мерами введены натуральные показатели, единообразно наблюдаемые во всех экологических системах.
Для использования эколого-экономического подхода для оценки изменения структуры экономики Приморского края необходимо научиться измерять эко-лого-экономическую эффективность территории. В настоящее время в отношении измерения такой эффективности существует два подхода:
- дисконтирование - представляющее собой процедуру уменьшения стоимости блага, произведенного в экономике, на величину вреда, нанесенного при этом экосистеме;
- мультиплицирование - искусственная «монетизация» отдельно взятых процессов и природных явлений, протекающих вне экономики, приписывание им качеств «публичного продукта», «общественного блага» с целью вовлечения их в экономический оборот и как следствие - оценки [4].
Наиболее широко реализация подхода дисконтирование наблюдается в многочисленных системах нормирования вредного воздействия и санкций за нанесенный ущерб: промысловые квоты, лесорубочные билеты, нормы выбросов вредных веществ; загрязнения территорий угольной пылью и т. д. Дисконтирование применяется как в отношении отдельных хозяйствующих субъектов, так в региональном и глобальном масштабе. Реализация этого подхода накопила обширную практику, осуществляемую многими странами на протяжении последнего столетия. Сильными его сторонами являются простота и транспарентность процедур, а также наличие многоуровневой системы государственного регулирования. На основе дисконтирования построено большинство существующих методик оценки эколого-экономической эффективности территорий.
Мультипликативный подход в оценке эколого-экономической эффективности начал применяться относительно недавно, по мере формирования традиции монетарной оценки общественных благ. Одним из первых общественные блага определил П. Самуэльсон, который под ними понимает благо, потребляемое коллективно, причем потребление блага одним индивидом не приводит к сокращению потребления блага другими участниками.
Такое благо может быть создано в результате экономической деятельности людей (например, строительство дорог), а может существовать по объективным причинам, вне зависимости от какой-либо антропогенной активности вообще (например, реки, по которым также возможно осуществлять транспортное сообщение). Но в соответствии с теоремой Столпера - Самуэльсона монетизация естественных общественных благ затруднена структурой торговли [7].
Стоимость естественных общественных благ удается определить в редких случаях и со значительными изъятиями. Однако в местах, где монетизация общественного блага в какой-либо форме присутствует, хорошо видно, что его ценность весьма высока, соизмерима, а порой превышает ценность утилитарных экономических объектов.
Мультипликативный эффект в оценке естественных общественных благ тем сильнее, чем выше уровень социального, политического и культурного развития сообщества потребителей, поскольку именно в высоко организованном обществе формируется осознанная потребность в подобных благах и ранжируются приоритеты их потребления. Таким образом, «мультипликативный» подход все-таки оценивает не столько благо, сколько само потребляющее его общество, уровень развития этого общества и его организацию: разные социумы назначают различную цену одному и тому же объекту.
Из всего сказанного следует вывод, что на самом деле ни один из приведенных выше подходов не способен обеспечить исчерпывающее качество оценки эколого-экономической эффективности: простое, «механическое» присоединение к монетарным показателям оценки дополнительных натуральных характеристик, не расширяет, а наоборот - сужает возможность применения этих методов.
Сама идея о том, что для измерения устойчивости развития и благосостояния людей необходимо использовать более широкую систему показателей, чем ВВП, приобретает все больше сторонников. Способы достижения этого варьируются от использования наряду с обычными макроэкономическими индикаторами новых адаптированных показателей до предложений провести более глубокую реформу отчетности, отражающей экономический и социальный прогресс, с учетом принципов устойчивого долгосрочного развития. Ключевым элементом такой реформы мог бы стать учет вклада экосистем в благосостояние людей через систему национальных счетов [3].
Однако представляется возможным реализовать преимущества балансовой модели, не прибегая к смешиванию натуральных и стоимостных показателей эффективности, а лишь ограничиваясь их учетом в разных частях баланса. Вполне логичным при этом было бы осуществлять учет всех ценностей экосистемы в разделе «Активы» в том же порядке, в котором принято инвентаризировать национальное богатство (НБ) (или часть национального богатства, размещенного на территории Приморского края, - «богатство территории»). Эти активы уравновешиваются пассивами -ожиданиями от экономического использования богатства, выраженными в стоимости человеческой активности, направленной на вовлечение этого богатства в оборот (см. таблицу).
Баланс эколого-экономической эффективности территории
Активы Пассивы
Национальное богатство Человеческая активность
Итого: БАЛАНС Итого: БАЛАНС
Конечно, и активы, и пассивы баланса сравниваются, будучи оцененными в денежных единицах. Но при этом они «балансируют», а не смешиваются между собой. И вывод об эффективности делается не по сравнению «индексов роста» какого-то отдельного показателя, а по степени «разбалансированности» активов с пассивами.
Богатства территории - это совокупность всех материальных и нематериальных благ, доступных для потребления. К таковым принято относить [9]: (а) землю и недра, (б) природные запасы, учтенные в хозяйственных балансах - «балансовые запасы», (в) имущественные и финансовые активы хозяйствующих субъектов, (г) неимущественные активы и компетенции.
Земельные ресурсы Приморского края могут принадлежать различным собственникам, и это влияет на их стоимость и ликвидность.
Природные запасы содержат возобновляемую и невозобновляемую компоненту. Ценность их зачастую может быть определена лишь в совокупности. Так, например, уровень солнечной радиации зависит от широты местности. Однако климатические, геофизические факторы, такие как ветер, морские течения, омывающие границы края, могут существенно уменьшать возможности использования энергии солнца в связи с возникающими атмосферными явлениями. Энергия ветра и приливных течений также может быть использована для
производственных и бытовых целей. Таким образом, общий энергетический баланс территории складывается из потенциала источников различного вида и в итоге от их взаимодействия.
В пассивной части баланса присутствует стоимостная оценка потенциала антропогенной активности на территории. Такой потенциал существует в двух формах: (а) человеческий капитал территории, (б) макросистемная рента территории.
Экономическая сущность человеческого капитала раскрыта в работе [5]: задача человеческого капитала - создать условия для вовлечения природных ресурсов в экономику.
Этот вид капитала инвестирован в территорию живущими на ней людьми: их намерения превратить в экономику некую часть естественного окружения, измеряются той суммой, что они рассчитывают на ней заработать на протяжении жизни. Иначе говоря, численно человеческий капитал равен совокупным дисконтированным доходам населения за период его амортизации (продолжительности жизни).
Макросистемная рента территории, это капитал, инвестированный ее экономическим окружением через межрегиональное разделение труда, технологические и логистические цепочки, а также решаемые на территории задачи государственного управления.
В общем случае понятие «макросистемная рента» складывается как совокупность опосредованных внешних ресурсов, «импортируемых» на территорию: земель сопрягаемых территорий, включенных в межрегиональный хозяйственный оборот; проточных водных ресурсов; проточных атмосферных ресурсов; мигрирующей биоты; миграции людей; транзитных балансовых активов.
При этом в эколого-экономическом балансе учитывается лишь величина списания/добавления этой стоимости, возникающая в ходе утилизации ресурсов на территории. Списание/добавление стоимости транзитных ресурсов происходит в цепочках их утилизации на территории. В конце этих цепочек находится население - конечный потребитель.
Глубина интеграции территории в макросистему количественно измеряется тем объемом денежных средств, которые остаются на территории как плата за участие во всех этих процессах (рента). Причем факт «оплаты» может быть завершенным только если эти деньги вышли из «цепочек» и, следовательно, уже через потребление населения региона завершили обмен труда этих людей на потребительские блага (материальные и нематериальные). Иначе говоря, точный размер макросистемной ренты территории равен сумме дисконтированных потребительских расходов населения за период амортизации человеческого капитала (продолжительности жизни). В силу того обстоятельства, что у региона нет эмиссионных полномочий на выпуск денежной наличности (деньги для платежа также поступают на территорию извне), «макросистемная рента» учитывается в балансе со знаком «минус» (как «дебиторская задолженность»).
Активная и пассивная части баланса сводятся с прибылью, если итоговая стоимость национального богатства, располагаемого на территории, оказалась больше ее человеческого капитала и макросистемной ренты.
Убыток - нехватка активов для покрытия обязательств - возникает при избытке человеческого капитал и/или слабой вовлеченности территории в межрегиональную технологическую кооперацию (или при техническом дефиците денежных средств и иных эмиссионных инструментов).
Как уже отмечалось, под общественным благом понимается благо, потребляемое коллективно, причем потребление блага одним индивидом не приводит к сокращению потребления блага другими участниками. Такое благо может быть создано в результате экономической деятельности людей (например, строительство дорог), а может существовать по объективным причинам, вне зависимости от какой-либо антропогенной активности.
Экологическое равновесие является одним из таких фундаментальных благ. Любое изъятие ресурсов из равновесной системы приводит к нарушениям, которые могут быть восстановлены либо природоохранными мероприятиями, либо замещением изъятого блага его общественным эквивалентом, путем утилизации (освоения).
Например, строительство автодороги приводит к изъятию части ландшафтного ресурса, который может быть возмещен как природоохранными мероприятиями - строительством шумозащитных сооружений, эстакад для пропуска животных и т. д., так и замещением изъятого блага его общественным эквивалентом - улучшением сообщения между населенными пунктами, введением в хозяйственный оборот новых территорий.
Критерии эколого-экономического баланса дают представление об эффективности антропогенного вмешательства в экосистему с точки зрения поддержания равновесия в ней. Эти критерии могут быть статическими и динамическими. Для оценки эколого-экономического баланса на территории Приморского края будем использовать оба критерия.
Экономический цикл считается экологически эффективным, когда богатства, созданные в ходе освоения природных ресурсов, превышают обязательства, возникшие в связи с их изъятием, т. е. выполняется условие:
А - Ь > 0,
где А - богатства, созданные в итоге освоения природных ресурсов; Ь - обязательства, возникшие в связи с изъятием природных ресурсов.
Здесь под экономическим циклом понимается оборот естественных благ, извлекаемых из экосистемы данной территории различными экономическим агентами (рис. 6).
Несмотря на кажущуюся простоту и очевидность этого критерия в нем содержится большой потенциал экономических стимулов сбережения окружающей среды (природосбережения): расширенное экономическое воспроизводство приводит к росту массы материальных благ, количество предложения которых в перспективе уравновешивает спрос. А это означает, что цены на такие блага будут стабилизироваться. Но извлекаемые из экосистемы природные ресурсы в большинстве своем невозобновляемые, следовательно, предложение их будет уменьшаться, а цена, соответственно, расти (учитывая достаточно большой период времени).
Таким образом, рост цен на услуги природосберегающей деятельности приводит к росту ее инвестиционной привлекательности (что в настоящее время наблюдается на практике стран, достигших рекордных показателей по привлечению иностранных инвестиций) [1].
О
Богатства, созданные в итоге освоения
^./Освоение
Природоохранные мероприятия
Восстановительный потенциал
Экономика
Потребление
Безвозвратные потери / загрязнения
Обязательства, возникшие при изъятии ресурсов
Рис. 6. Экономический цикл оборота естественных благ для поиска нового посткризисного равновесия экономики Приморского края
Периодическое обращение к экосистеме за очередной порцией ресурсов порождает необходимость оценки результатов каждого такого обращения по сравнению с предшествующими периодами. В случае расширенного воспроизводства такие результаты очевидно должны удовлетворять критерию «сохранения баланса», когда темпы роста богатства территории опережают увеличение стоимости ее обязательств:
<1А <И — -— >0. Iи са
При этом богатство территории - растет:
ал
а >0'
а обязательства территории как минимум не снижаются:
си
— > о.
&
Богатство территории может расти только вследствие роста платежеспособного спроса на активы, источником которого, как известно, является дорожающий человеческий капитал. Однако не стоит забывать, что богатства территории
могут расти и по внешним причинам, вообще без какой-либо экономической активности в ее границах (например, из-за роста цен).
Достигнуть превышения стоимости активов над стоимостью пассивов можно, например, путем обезлюживания территории и/или уменьшения доходов населения. Ведь на первый взгляд кажется, что экономическая деятельность людей является главным источником вреда для окружающей среды, поскольку антропогенное воздействие нарушает экологическое равновесие. В этом случае простейшее решение проблемы видится в обезлюживании природы или как минимум ограничении доступа людей к каким-то ее частям и/или территориям.
Но такой рецепт не учитывает три существенных обстоятельства.
1. Не представляется возможным оценивать экономические ценности в экологических единицах, поскольку понятие «экологической стоимости» лишено свойства ликвидности - универсального обмена одних ценностей на другие по некоему «курсовому эквиваленту».
2. Существуют затруднения в оценке экологических ценностей в экономических единицах, поскольку большинство природных активов не включены в экономический оборот и не оценены.
3. Существуют затруднения в оценке пассивов, поскольку человеческий капитал различных территорий разобщен (оценка стоимости «локального общественного блага» зависит от того, какую часть человеческого сообщества представляет в данный момент сам оценщик).
Таким образом, простой рост активов или снижение обязательств не могут быть критериями эффективности, если эти показатели не связаны между собой.
В итоге можно констатировать, что время простых решений для обеспечения планов социально-экономического развития Приморского края прошло. Для формирования стратегии и комплексной программы развития региона должны быть созданы и реализованы: новые модели управления регионом, новая экономическая модель, новые модели развития человеческого капитала и пространственного развития. Для создания новой модели управления существующая экономическая модель развития края, основанная на использовании экстенсивных факторов роста сложившейся за десятилетия структуры экономики региона, должна быть адаптирована к изменяющимся условиям на внутренних и внешних рынках, дополнена системами непрерывного планирования. Такая новая экономическая модель развития региона может включать эколого-экономическую парадигму, которая будет рассмотрена во второй части статьи.
Список литературы
1. Абрамов А. Л. Разработка и моделирование элементов методики комплексной оценки эколого-экономической эффективности инвестиционных проектов, реализуемых на территории региона Российской Федерации: отчет по гранту ШШБ001308/КШ09604-БУ18-20^М. Владивосток, 2019. 151 с.
2. Абрамов А. Л., Курилов В. И., Матвиенко Н. Н. Прогноз развития экономики АТР // Большая Евразия: Развитие, безопасность, сотрудничество. Ежегодник ИНИОН РАН. 2018. С. 377-386.
3. Исследование «Экономика экосистем и биологического разнообразия» (ЭЭБР) по Программе ООН по окружающей среде // TEEB - The Economics of Ecosystems and Biodiversity for National and International Policy Makers: Responding to the Value of Nature 2009. Patrick ten Brink, Augustin Berghofer, Christoph Schroter Schlaack, Pavan Sukhdev, Alexandra Vakrou, Stephen White, and Heidi Wittmer. URL: http://www.biodiversity.ru/programs/international/teeb/materials_teeb/TEEB_Report_ policymakers_rus.pdf (дата обращения: 30.11.2020).
4. Кац И. С., Севастьянова Е. А., Веретенникова А. Ю. Теоретико-методологический анализ современных подходов к исследованию сектора общественных благ // Вестник УрФУ Сер. Экономика и управление. 2015. Т. 14, № 5. С. 670-686. DOI 10.15826/vestnik.2015.14.5.038.
5. Меламед И. И. и др. Социально-экономическое положение и перспективы развития Приморского края на период до 2024 г. (Часть II) // Таможенная политика России на Дальнем Востоке. 2018. № 4(85). С. 44-64. DOI 10.17238/ISSN1815-0683.2018.4.44.
6. Регионы России. Основные характеристики субъектов Российской Федерации. 2019 г.: стат. сб. URL: http://www.gks.ru/free_doc/doc_2019/region/subject.rar (дата обращения: 30.11.2020).
7. Самуэльсон П., Столпер В. Протекционизм и реальная заработная плата // Вехи экономической мысли. Т. 6. Международная экономика / под ред. А. П. Ки-реева. М.: ТЕИС, 2006. С. 188-204.
8. Хазин М. Воспоминания о будущем. Идеи современной экономики. М.: РИПОЛ классик; Пальмира, 2019. 464 с.
9. Экономическая теория. Трансформирующая экономика / под ред. И. П. Николаевой. М.: Юнити, 2004. 447 с.
10. A Crisis Like No Other, An Uncertain Recovery // IMF. World Economic Outlook Update. June 2020. URL: https://www.imf.org/en/Publications/WEO/Issues/ 2020/04/14/weo-april-2020 (accessed: 30.11.2020).
11. Grigoryev L. M. Global social drama of pandemic and recession // Population and Economics. 2020. № 4(2). P. 18-25. DOI 10.3897/popecon.4.e53325.
12. Maddison Project Database. URL: http://www.ggdc.net/maddison/maddison-project/abstract.htm?id=4 (accessed: 30.11.2020).
© Абрамов А.Л., Матвиенко Н.Н., Осипов П.Е., 2021 © Abramov A. L., Matvienko N. N., Osipov P. E., 2021
Для цитирования:
Абрамов А.Л., Матвиенко Н.Н., Осипов П.Е. Стратегия социально-экономического развития Дальнего Востока: задачи кризисного периода и эколого-экономи-ческий подход (Часть I) // Таможенная политика России на Дальнем Востоке. 2021. № 1(94). С. 50-65.