Научная статья на тему 'Стилистические функции иноязычных вкраплений в романе В. Аксенова «Ожог»'

Стилистические функции иноязычных вкраплений в романе В. Аксенова «Ожог» Текст научной статьи по специальности «Языкознание и литературоведение»

326
85
i Надоели баннеры? Вы всегда можете отключить рекламу.

Аннотация научной статьи по языкознанию и литературоведению, автор научной работы — Большакова Т. И.

В статье рассматриваются вкрапления с точки зрения их соотношения с системами контактирующих языков (языка-источника и принимающего языка). Уделяется внимание связи вкраплений с национально-культурной спецификой содержания сообщения. Выявлены основные стилистические функции иноязычных вкраплений в романе, выявлена связь в использовании вкраплений с традициями, заложенными великими писателями XIX века. Исследуемое языковое явление относится к сфере языковых и культурных контактов.

i Надоели баннеры? Вы всегда можете отключить рекламу.
iНе можете найти то, что вам нужно? Попробуйте сервис подбора литературы.
i Надоели баннеры? Вы всегда можете отключить рекламу.

Stylistical Functions of Foreign Language Insertions in the Novel "The Burn" by V. Aksyonov

The article presents the classification of foreign language insertions according to their relation to the contacting language systems (language-source and languagerecipient). Much attention is paid to the foreign language insertions relation to cultural aspect of a message. The article attempts to reveal the stylistical functions of foreign language insertions and to compare the 19th century practice of foreign language insertions usage with the one of 20th century. The main idea of the novel is analyzed according to modern scientifi c researches. This language phenomenon belongs to the study of language and cultural contacts.

Текст научной работы на тему «Стилистические функции иноязычных вкраплений в романе В. Аксенова «Ожог»»

УДК - 811.161.1’373.45

СТИЛИСТИЧЕСКИЕ ФУНКЦИИ ИНОЯЗЫЧНЫХ ВКРАПЛЕНИЙ В РОМАНЕ В. АКСЕНОВА «ОЖОГ»

Т. И. Большакова

Воронежское военное авиационно-инженерное училище

В статье рассматриваются вкрапления с точки зрения их соотношения с системами контактирующих языков (языка-источника и принимающего языка). Уделяется внимание связи вкраплений с национально-культурной спецификой содержания сообщения. Выявлены основные стилистические функции иноязычных вкраплений в романе, выявлена связь в использовании вкраплений с традициями, заложенными великими писателями XIX века. Исследуемое языковое явление относится к сфере языковых и культурных контактов.

Василий Аксенов — современный русский писатель, известный читателям по произведениям «Коллеги», «Звездный билет» и «Апельсины из Марокко», в которых автор проявляется как «один из идеологов молодежной субкультуры» [1, 25]. Он так же автор «Затоваренной бочкотары», «гротескный сюжет которой был шоковым приёмом против «совковой» цензуры» [1, 27].

В статье мы рассмотрим роман В. Аксенова «Ожог», написанный в 1969—1975 гг. В СССР роман отказывались издавать, так как произведения

В. Аксенова, написанные в конце семидесятых годов ХХ века, не были признаны официально. «В 1970-е годы литература была представлена тремя направлениями: «русская советская литература, по преимуществу социалистического реализма (М. Горький, В. Маяковский, М. Шолохов и др.), литература, не признанная официально (А. Ахматова, М. Булгаков, А. Платонов., И. Бунин и др.), и литература русского зарубежья (И. Шмелев, В. Набоков и др.)» [2, 5].

Основные события романа происходят во второй половине 1940-х и в конце 1960-х годов. Герой, представитель творческой интеллигенции, тяжело страдает от давления тоталитарного режима, а также от несбывшихся надежд, связанных с уходом «оттепели» шестидесятых, от воспоминаний об аресте матери, от любви и одиночества. «Ожог» — это плач по ушедшей молодости, по тем вольным прогулкам, которым больше не суждено повториться» [3, 244]. Рваный сюжет, расщепление героя на 5 персонажей дают понять, что роман создан в стиле постмодернизма. «Внешне повествование в «Ожоге» весьма хаотично: ни последовательно развивающихся линий рассказа, ни характеров, ни фабулы — разве что едва просматривающийся пунктир. Однако сквозь этот коллаж пробивается

© Большакова Т. И., 2007

несколько действительно важных тем. Август 68-го, окончательно развеявший грезы тех, кого именуют шестидесятниками. И Магадан сталинского времени, известный Аксенову с детства» [4, 11].

Речь персонажей и автора содержит немало иноязычных вкраплений. Языковая ситуация в стране в 1960-е годы складывалась благоприятно для проникновения иноязычной лексики: «Процесс заимствования иноязычной лексики русским языком второй половины 50-х — начала 60-х годов характеризуется расширением тематического и семантического круга заимствованной лексики, язык пополняется иноязычной лексикой, связанной с различными сторонами жизни: научными и техническими терминами, словами, относящимися к политической, экономико-социальной, культурнобытовым и т.п. сферам» [5, 153].

В этом романе нас интересуют иноязычные вкрапления. В связи с тем, что среди персонажей романа — иностранцы, молодежь, в том числе хиппи, а действие происходит не только на территории СССР, но и за его пределами, в текст романа введены иноязычные вкрапления. «Иноязычные вкрапления представляют собой незамкнутый, открытый ряд явлений в принявшей их речи, он может быть пополнен в любой момент (билингвом или полилингвом) из любого иностранного языка, известного ему» [6, 23]. Иноязычные вкрапления структурно многообразны. «Как элементы принявшей их речи иноязычные вкрапления испытывают сильное воздействие чужой языковой системы, которая проявляет по отношению к ним большую активность. Это воздействие сказывается на иноязычных вкраплениях по-разному, обусловливая многообразие их типов» [6, 22]. В исследуемом тексте находится около 200 вкраплений на английском, немецком, французском, латинском, итальянском, польском и украинском языках. С точки зрения соотношения вкраплений с системами кон-

тактирующих языков (языка-источника и принимающего языка) в романе «Ожог» выделяются следующие разряды иноязычных вкраплений. Здесь и далее используются классификации иноязычных вкраплений, представленные в указанной выше работе Ю. Т. Листровой-Правды [6, 24—29].

I. Полные иноязычные вкрапления, представляющие собой вставленный в русский текст отрезок текста на иностранном языке без изменений. Вкраплений такого типа в романе 11. Они вводятся автором прежде всего в речь персонажей-иностранцев, как говорящих на родном и русском языках, так и не знающие русского языка. Например: «Adveniat regnum Tuum! Fiat voluntas Tuum sicud celli et in terra: Pater nostrum quoti diano donobis bodies et demita nobis debit nostra sicud et nos debitimus deditorius nostra! Et ne nos indicus in tentantione sedlibero nos a malo! Amen!» [10, 245]. Немец по национальности, лагерный католический священник Мартин, произносит молитву «Отче наш» во время богослужения. Вкрапление выполняет национально-культурную функцию, так как указывает на национальность персонажа, и т.д.

Эпиграф к книге второй: «Down to Gehenna or up to the Throne He travels the fasters who travels alone. Rydyard Kipling» [10, 223] (англ. Быстрей всех спускается в ад или поднимается в рай тот, кто идет один). Книга вторая называется «Пятеро в одиночке», где каждый из пяти главных героев описывается отдельно. Как это было принято ещё в XIX веке, эпиграф ассоциативно связан с национально-культурной спецификой содержания сообщения: стихотворение написал англичанин, и автор сохранил язык его создателя.

II. Частичные иноязычные вкрапления, представляющие собой слово, словосочетание, предложение или более крупный отрезок иностранного текста, в той или иной мере ассимилированные в принявшем их языке или включенные в синтаксические отношения в составе русского предложения.

Частичные вкрапления, в свою очередь, подразделяются на несколько подтипов, в том числе: 1. Иностранное слово или словосочетание, сохранившее в принявшем его тексте свою семантику, особенности звучания и исконную графику. Таких вкраплений насчитывается 24. Среди них: а) вкрапления, сохранившие без изменения и свой морфологический облик и не имеющие морфологических показателей синтаксической связи с русскими членами предложения.

Такие вкрапления отмечены в речи Мартина, лагерного католического священника: «...порядок есть порядок, der Ordnung!» [10, 251], а также в речи автора, где выступают в основном в «престижной» функции (то есть вне связи с национально-культурным содержанием сообщения): «.приводил к нему иностранцев и демонстрировал свободное искусство «theunderground»... [10, 275]. Ещё примеры: «Неизвестный друг, второй триумфатор, оказался Патриком Тандерджетом, gonoris causa Оксфорда и Праги» [7, 147] (лат. Нonoris causa — выражение, принадлежащее международному фразеологическому фонду, имеет 3 значения: 1) ради почета; 2) по долгу чести; 3) во внимание к заслугам [7];

б) иноязычные вкрапления, приобретшие хотя бы частично морфологический облик, свойственный русским словам, т.е. входящие в словоизменительную парадигму или в систему русского согласования, отмечены в речи иностранцев, немало таких вкраплений и в речи автора: «.. .такой, знаете ли, handsome man» [10, 475] (англ. Симпатичный мужчина). Очень часто в своих произведениях В. Аксенов упоминает названия джазовых композиций или строчки из них, используя частичные вкрапления 1 а) и 1 б) подтипов. Роман «Ожог» — не исключение, здесь мы находим 5 таких вкраплений, которые включены в речь автора и обычно русских персонажей: «Пружинкин, как всегда, начал со своего любимого «Take five» [10, 27]; «.что это было «Strangers in the Night» или «Summertime»»? [10, 487]. Эти вкрапления употребляются в прямой связи с национальнокультурным своеобразием содержанием сообщения, так как являются названиями или отрывками из английских и американских песен. Марки импортных товаров даются автором также без перевода: «Горные лыжи марки «White Stars» [10, 530] (англ. Белые звезды), и т.д. Они прямо связаны с национально-культурной спецификой содержания сообщения и используются в графике языка-источника в соответствии со сложившейся ещё в XIX веке традицией. Немало и других примеров использования данного подтипа вкраплений.

2) Вторая подгруппа частичных иноязычных вкраплений включает в себя иноязычные слова или словосочетания (или отрезок иноязычного текста), включенные в русский текст в русской графике. Эта группа вкраплений самая многочисленная. В нее вошло 96 примеров, среди них вкрапления в речи русских персонажей, представляющие собой во многих случаях макароническую речь:

«ю ар не райт, Пантелята, совсем не райт». [10, 450] (англ. Ты не прав, совсем не прав). Здесь отрицание образуется с помощью частицы не русского языка, в то время как слово после отрицания произнесено по-английски и записано в русской графике (right — правый).

«Недавно прочел в «Таймс литерари сапль-мент» ваш рассказ.» [10, 478] (англ. Литературное приложение). Главный герой разговаривает с писателем Эрнестом Хемингуэйем в Париже. Вкрапление выполняет национально-культурную функцию, как и следующее, в речи бывшего хоккеиста, пижона, Алика Неяркого: «...Нью фэшн, изнт’ит?» [10,136]. (англ. New fashion, isnt’it? — Новая мода, не правда ли?) Алик Неяркий блистает своими знаниями английского языка в присутствии Патрика Тандерджета. В речи других персонажей, в частности Саши Гурченко, заключенного, также много иноязычных вкраплений. Этот герой долго жил за границей, много путешествовал по Европе перед тем как очутиться в заключении. После побега из лагерей он снова попадает за границу и становится католическим священником; он время от времени произносит английские, итальянские, французские, немецкие слова для более яркого и точного выражения чувств и мыслей, например: «Рама у вас, товарищи, теперь в полном порядке, се манифик!» [10, 251] (фр. прекрасно). Ещё примеры: « — Парле франсе? — Не. — Толя шмыгнул носом. — Спик инглиш? — Соу-соу. — Шпрехен зи дойч?—Верштеен вених. А вы, Саня, неужели вы три языка знаете?» [10, 241] (фр. Говорите по-французски? англ. Говорите по-английски? — Так себе. — нем. Вы говорите по-немецки? — Понимаю немного) (говорят С. Гурченко и Толя фон Штейбок). Немало подобных вкраплений в речи других персонажей: скульптора Радия Хвас-тищева, учительницы французского языка, джазовых музыкантов, членов социал-демократической партии, секретаря КГБ.

Немало иноязычных вкраплений в речи молодежи, примкнувшей к движению хиппи. Источник, породивший этот «уникальный язык, прежде всего, английский язык, слова из которого обильно заимствовались хиппи, нередко с изменением значения (так, прайс лишь сперва значило «цена», впоследствии сохранив только отсутствующее в английском значение «деньги») или произношения (хайр, бразер), приобретая при этом вполне русские аффиксы (стритовый и т.п.)» [8, 6—7].

Автор описывает джаз-банд «Гиганты», руководителем которого является один из главных ге-

роев саксофонист Самсон Саблер. Жаргонные слова, характеризующие язык хиппи, встречаются в речи музыкантов. Например: «Просто Дёготь позвонил — айда, говорит, к эмбасси, (англ. — посольство) погужуемся» [10, 425]; «Вот они, фиф-тис» [10, 426], англ. — пятидесятые); «Есть ещё — форины, штатники, бундес, фарцовка» [10, 424], (англ. иностранцы, американцы, немцы из Западной Германии, спекулянты) [9] и т.д.

Иноязычные вкрапления в речи иностранцев в романе «Ожог» включаются в тех случаях, когда иностранцы находятся не в своей стране, а на территории СССР. Контакт чаще всего осуществляется между иностранцем и билингвом, например: «Ты, майн либер...» [10, 330]; «...Джойн Ю Эс Армии! Увидишь весь мир!...» ([10, 52] (американский профессор. Join US Army — Вступайте в американскую армию!); Приведенные вкрапления выполняют национально-культурную функцию.

Немало иноязычных вкраплений в романе в авторской речи,„обозначающих в основном, реалии других культур, например: «Затем появились жирафьи ноги в стоптанных туфлях «хаш-па-пис». » [10, 47] (англ. марка обуви); «. пахло Турцией и Крымской Татарией, Яйлой и Марселем, Сплитом, всем бассейном Мидеотарранео, пахло, ей-ей, колыбелью человечества» [10, 169] (англ. Средиземное море). Думается, что последнее вкрапление ассоциативно связано с национальнокультурной спецификой содержания сообщения, так как автор называет иностранные города и государства, располагающиеся на берегу Средиземного моря или ранее находившиеся в его бассейне. Немало в романе и других примеров использования вкраплений этого подтипа в речи автора. Отмечены случаи изменения английских глаголов с помощью русской приставки и суффикса: «Совсем зафорге-тил» [10, 427] (англ. forget — забывать); в следующем случае глагол образовался из английской аббревиатуры с помощью суффикса: «Пантелята, бибисуй!» [10, 451], (англ. ВВС — Би-Би-Си); В следующем примере английское прилагательное преобразовалось с помощью русского суффикса: «на глубине в пять сотен скотских инчей» [10, 219] (англ. scotch inches — шотландские дюймы);

3) Иноязычные слова или словосочетания со свойственной им семантикой, употребленные в русской графике и в русском грамматическом оформлении. К этому типу принадлежат имена существительные. Таких вкраплений, которые встретились в основном в речи автора и русских персонажей, отмечено 15. Наблюдаются случаи

преобразования английских существительных с помощью русских суффиксов и окончаний: «Человек сильнее хунда, — сказал он. — Даже самый большой хунд всё-таки меньше человека» [10, 239] (нем. Hund — собака), и т.д.

4) Четвертый подтип частичных вкраплений — иноязычное слово или его составная часть, некогда вошедшее в русский язык, употребленное в исконном звуковом облике в русской графике, представлен одним примером: «.опять, мол, чиф с новой птичкой» [10, 16], (англ. chief — шеф).

III. Контаминированные, или русско-иноя-зычные, вкрапления (явление «ломаной» речи), представляющие собой русские слова, словосочетания или предложения, употребленные по законам другого языка или с нарушением законов русского языка, в романе используются в нескольких случаях в речи иностранцев. Их подтипы: 1) русское слово, выступающее в нерусском звуковом оформлении (так называемый иностранный акцент). Таких вкраплений отмечено 4. Например: «К тшорту, холера ясна!» [10, 212]. 2) русское слово, словосочетание (или текст) с русской семантикой, употребленное с иноязычным морфологическим, синтаксическим и звуковым оформлением (явления межъязыковой и внутриязыковой интерференции): «Мадама, русска мадама, — захихикали японцы» [10, С. 234]; «...Ты просто будешь меня убить, Анатолий! Ты будешь помогателем убивания твоя мать! — волнуясь, он очень плохо говорил по-русски» [10, 387].

IV) Нулевое вкрапление, представляющее собой обычный русский переводной текст или отрывок такого текста, включенный в оригинальную русскую речь. Нулевые вкрапления введены в речь персонажей-иностранцев. О том, что их речь является нулевым иноязычным вкраплением, мы узнаем по пояснениям автора. Например: «Задыхающаяся, клокочущая английская речь с задних кресел стала привлекать пассажиров, на нас оборачивались» [10, 154]; и т.д.

Выводы: Роман «Ожог» намного более насыщен иноязычными вкраплениями, чем произведения В. Аксенова 1960-х гг. В нем отмечено около 200 вкраплений, в то время как во всех произведениях писателя 60-х чуть более 50. Молодежный жаргон, использующий иноязычные вкрапления, представлен в романе ярче и полнее. Больше вкраплений использовано в национально-культурной функции. В романе присутствует большое количес-

тво частичных вкраплений 2-го и 4-го подтипов. Большая их часть отмечена в речи русскоязычных персонажей. В рассмотренном романе стало больше нулевых вкраплений, заменяющих иностранную речь, способы их введения стали более разнообразны.

Окказиональных вкраплений в романе значительно больше, чем узуальных. Это вызвано прежде всего билингвизмом автора произведения. Роман автобиографичен; в судьбах героев и их внутреннем мире автор отразил многие моменты своей жизни, билингвизм автора находит выражение и в речи персонажей. С помощью иноязычных вкраплений автор дает их речевую характеристику. Советские люди 70-х годов испытывали большой интерес ко всему заграничному. Названия марок сигарет, обуви, и т.д., многочисленных джазовых произведений, иностранные выражения как бы приближали советских людей к западной культуре. К тому же знание иностранных языков всегда считалось качеством образованного человека, поэтому в речи интеллигенции встречаются иноязычные вкрапления, с помощью которых герои не только щеголяют своим знанием английского языка, но используют его в общении с иностранцами как в Европе, так и в СССР. Вкрапления в речи билингвов выполняют чаще всего национально-культурную и эмоционально-экспрессивную функцию, а в ситуациях общения русских персонажей — «престижную» функцию. Вкрапления представляют собой как тексты возвышенного стиля, например, христианские молитвы, стихи, так и обычные разговорные этикетные формулы.

Вкрапления вводятся не только в графике языка-источника, но и в русской графике в случаях хорошего владения русскими персонажами иностранным языком и даже в речь иностранцев, что является отступлением от традиции употребления иноязычных вкраплений XIX века. Согласно традиции, «частичные иноязычные вкрапления 2-го и 4-го подтипов обычно включали в речь тех русских персонажей, которых противопоставляли в каком-либо отношении представителям высших слоёв общества...», а также «.для имитации «дурного» французского языка русских персонажей.» [6, 113]. Основной язык вкраплений в романе не французский, немецкий и латинский, как было принято в русской литературе XIX века, а английский. Иноязычные вкрапления использованные в романе наряду с жаргонной и инвективной лексикой, высокой поэзией, высокой книжной лексикой, в связи с размышлениями о Боге, нарушают тра-

диции XIX века, создают эклектику, смешение стилей, характерную для творчества В. Аксенова.

Однако некоторые штампы в использовании иноязычных вкраплений сохранились. Например, эпиграф к главе романа — отрывок из стихотворения Р. Киплинга — сохранен в графике языка-источника, а также сохранены почти все названия иностранных песен, марок вин, сигарет, обуви и т.д. в графике языка-источника, как было принято в XIX веке. Обилие иноязычных вкраплений, использование их в разных функциях — характерная особенность индивидуально-художественного стиля романа «Ожог».

СПИСОК ЛИТЕРАТУРЫ

1. Немцев В.М. О нарушении канона в прозе Василия Аксенова (К проблеме гротеска) / В. М. Немцев // Василий Аксенов: литературная судьба. Статьи, библиографический указатель. / Изд-во «Самарский университет». — Самара, 1994. — С. 23—28.

2. Русская литература ХХ века: учебное пособие для студентов высш. пед. учеб. заведений: в 2-х томах: — Т. 1: 1920—1930-е годы / Л. П. Кременцов, Л. Ф. Алексеева, Т. М. Колядич и др.; под ред. Л. П. Кременцова. — М.: Издательский центр «Академия», 2003. — 496 с.

3. Немзер А. Странная вещь, непонятная вещь / А. Не-мзер // Новый мир. — 1991. — № 11. — С. 241—250.

4. Зверев А. Блюзы четвертого поколения / А. Зверев // Литературное обозрение. — 1992. — № 11, 12. —

С. 5—15.

5. Крысин Л.П. Иноязычные слова в современном русском языке / Л. П. Крысин. — Москва: Изд-во «Наука», 1968. — 208 с.

6. Листрова-Правда Ю.Т. Отбор и употребление иноязычных вкраплений в русской литературной речи XIX века / Ю. Т. Листрова-Правда. — Воронеж: Изд-во Воронеж. ун-та, 1986. — 144 с.

7. Бабкин А.М., Шендецов В.В. Словарь иноязычных выражений и слов / А. М. Бабкин, В. В. Шендецов. — Ленинград: — Изд-во «Наука» Ленинградское отделение, 1987. — 1З50 с.

8. Рожанский Ф.И. Слэнг хиппи. Материалы к словарю / Ф. И. Рожанский. — Санкт-Петербург — Париж: Издательство Европейского Дома, — 1992. — 64 с.

9. ЕлистратовВ.С. Словарь русского арго: материалы 1980—1990 гг. / В. С. Елистратов. — Москва: Изд-во Русские словари, 2000 — 694 с.

10. Аксенов В.П. Ожог / В. П. Аксенов. — Москва: Изд-во Изографус, ЭКСМО, 200З. — 544 с.

i Надоели баннеры? Вы всегда можете отключить рекламу.