МАТЕРИАЛЫ VI СЪЕЗДА ДЕТСКИХ ОНКОЛОГОВ С МЕЖДУНАРОДНЫМ УЧАСТИЕМ
рецидив заболевания в сроки 3-6 мес от окончания лечения. Все они погибли спустя 2-4 мес после выявления рецидива заболевания (3 — от прогрессирования болезни, 1 — от осложнений противорецидивной терапии). В настоящее время 5 из 9 пациентов с IV стадией находятся на динамическом контроле без признаков рецидива или прогрессирования заболевания. Срок наблюдения — от 5 до 8 мес.
Выводы. Комплексное лечение, включающее интенсивную химиотерапию, хирургическое лече-
ние, высокодозную химиотерапию с ауто-ТКМ, лучевую терапию и консолидацию лечения, может позволить добиться высоких результатов у пациентов, больных нейробластомой III стадии из группы высокого риска. Результаты лечения пациентов, больных нейробластомой IV стадии, остаются неудовлетворительными. Исследования, направленные на улучшение выживаемости пациентов с IV стадией нейробластомы, являются приоритетными.
Казанцев А.П., Керимов П.А., Рубанский М.А., Капкова О.А., Рубанская М.В.,
Рыбакова Д.В., Хижников А.В.
НИИ детской онкологии и гематологии ФГБУ «Российский онкологический научный центр им. Н.Н. Блохина»
Минздрава России, Москва, Российская Федерация
Лечение больных нейробластомой
4S стадии
272
Цель: улучшить выживаемость больных нейробластомой 4S стадии.
Материалы и методы. В исследование включено 9 пациентов, больных нейробластомой 4S стадии. Средний возраст детей составил 5,6 (2-9) мес. Согласно морфологической классификации Y. Shimada, у 7 пациентов выявлен благоприятный вариант опухоли (гистология), у 1 — неблагоприятный; в 1 случае исследование не проводилось. Индекс ДНК в 8 случаях был > 1, и только в 1 случае выявлена гипоплоидия в опухолевых клетках. Наиболее частым местом метастазирования являлись печень (n = 8; 89%) и костный мозг (n = 7; 78%). Трое больных были стратифицированы в группу низкого риска, 6 — в группу промежуточного риска. Радикально хирургическое лечение было выполнено 7 пациентам. Один больной из группы низкого риска и 6 больных из группы промежуточного получили ХТ. Ни один больной не получил лучевую терапию.
Результаты. Программная терапия обеспечила достижение полной ремиссии у 7 пациентов, хороший частичный ответ — у 2. В настоящее время все пациенты живы без признаков рецидива. Общая выживаемость составила 100% при среднем сроке наблюдения 93,4 ± 18,7 мес.
Выводы. При правильном стадировании опухоли и стратификации пациентов по группам риска можно добиться 100% длительной выживаемости без применения лучевой терапии, отдаленные последствия проведения которой у маленьких детей приводят к инвалидизации, развитию вторых опухолей и существенному ухудшению качества жизни. По тем же причинам следует избегать применения массивной и длительной химиотерапии. Однако такой щадящий подход возможен только при учете всех возможных биологических и генетических факторов прогноза.
Т.П. Казубская, В.М. Козлова, М.Г. Филиппова
Российский онкологический научный центр им. Н.Н. Блохина Минздрава России,
Москва, Российская Федерация
р Редкие наследственные синдромы, ассоциированные с развитием злокачественных опухолей, у детей
Актуальность. Редкие генетические синдромы, ассоциированные с неоплазиями, играют значительную роль в формировании всего спектра наследственной патологии в разных популяциях. Известно, что причиной их развития являются
герминальные мутации, которые формируют клинические проявления болезни. Наличие характерного фенотипа позволяет определить нозологическую форму наследственного синдрома, провести ДНК-анализ, организовать оптимальное
МАТЕРИАЛЫ VI СЪЕЗДА ДЕТСКИХ ОНКОЛОГОВ С МЕЖДУНАРОДНЫМ УЧАСТИЕМ
диспансерное наблюдение с целью ранней диагностики неоплазии, определить адекватные сроки и формы лечения.
Цель: раскрыть современные возможности диагностики неоплазии у детей с редкими наследственными синдромами, ассоциированными с высоким риском развития злокачественных опухолей, предоставить рекомендации по мониторингу таких пациентов, а также подходы к их лечению.
Материалы и методы основаны на результатах собственных данных обследования и наблюдения за детьми с семейным аденоматозным полипозом, гамартозно-полипозными синдромами, включающими ювенильный полипоз, синдромы Пейтца-Егерса, Каудена, Банаян-Райли-Рувалькаба, Протеус, синдромы с хромосомной нестабильностью (Блюма, атаксии-телеангиэктазии, Неймегена), синдром Гиппель-Линдау и туберозный склероз. Кроме того, использовались современные данные из баз данных PubMed, Medline, включающих обзоры, оригинальные статьи случаи наблюдений.
Результаты. Представлены особенности клинического проявления указанных синдромов. При семейном варианте патологии аденомы кишечника могут появляться до 10 лет, имеют высокий риск малигнизации и требуют колоноскопии и наблюдения в динамике. Аденомы в антральном отделе желудка при этом синдроме малигнизируются наиболее часто. Также имеется высокий риск развития гепатобластомы, которая может проявляться до 6-летнего возраста. Десмоидные опухоли являются частью опухолевого спектра семейного аденоматозного полипоза, могут быть клинически агрессивными. Обнаруженная аллельная гетерогенность в гене АРС, которая обусловливает варианты клинического течения заболевания, вносит существенный вклад в прогноз заболевания и планирование лечения таких больных. Синдромы Пейтца-Егерса, ювенильного полипоза, Каудена, Банаян-Райли-Рувалькаба и Протеус условно разделяют на синдромы с преобладанием аденоматозных или гамартоматозных полипов, частота и локализация которых среди этих синдромов значительно варьирует. Распознавание синдромов множественных гамартоматозных полипозов необходимо из-за высокой предрасположенности к малигнизации в дигестивном тракте, к злокачественным и незлокачественным внекишечным проявлениям. Каждый из этих синдромов имеет разную генетическую основу. Их клиническая
диагностика комплексная, в основном нацелена на выявление рака желудочно-кишечного тракта. Несмотря на вариабельность фенотипического проявления синдромов у пораженных пациентов и членов их семей, наблюдение необходимо проводить с раннего возраста из-за высокого риска развития рака. Для синдромов с повышенной ломкостью хромосом и иммунодефицитом (синдром Блюма, атаксии-телеангиэктазии и Неймегена) повышен риск лимфопролиферативных заболеваний (неходжкинской лимфомы, обычно Т-клеточной, лимфомы Ходжкина, вариантов лимфолейкоза), рака желудка, медуллобластом. Высокий риск гематологических осложнений, отмеченных при ПХТ, свидетельствует о необходимости применения особых схем лечения. При синдроме Гиппель-Линдау ангиомы сетчатки глаза с прогрессией возникают к 4 годам; повышен риск развития гемангиобластомы сетчатки глаза, ЦНС (особенно мозжечка) и других областей нервной системы. Возраст манифестации симптомов наблюдается с 11 лет, неоплазии почек развиваются в разном возрасте. В зависимости от вовлеченности органов синдром разделен на 3 фенотипа: 1-й включает светлоклеточный рак почки без феохромоцитомы, 2-й — светлоклеточный рак почки с феохромоци-томой, 3-й — только феохромоцитому. Описаны миссенс-мутации в гене VHL, которые встречаются только у больных феохромоцитомой. Для синдрома туберозного склероза характерны различные гамартомы, локализующиеся в ЦНС, сетчатке глаза и других органах, которые имеют тенденцию к прогрессированию. У всех гамартом имеется риск перерождения (обычно саркоматозное). Показано, что при оценке риска рака у детей с наследственными синдромами важную роль играет семейный анамнез. Каждый ребенок с установленным синдромом требует включения в группу риска с разработкой индивидуального плана наблюдения.
Заключение. Своевременно установленный диагноз наследственного синдрома у пациентов с высоким риском неоплазии и динамическое наблюдение за больными позволяют распознать раннее развитие злокачественной опухоли, предоставляют возможность провести щадящее лечение на ранних этапах и/или повлиять на течение заболевания. Для установления или верификации диагноза, оценки риска возникновения рака, радикального лечения и лучшего прогноза для таких пациентов необходим объединенный подход педиатров, онкологов, генетиков и молекулярных биологов.
273