I. ТЕОРИЯ И ИСТОРИЯ ГОСУДАРСТВА И ПРАВА
УДК: 34:[004:002]
РЕАЛИЗАЦИЯ ЮРИДИЧЕСКОЙ НАУКОЙ
СТРАТЕГИИ РАЗВИТИЯ ИНФОРМАЦИОННОГО ОБЩЕСТВА
С.Б. Поляков,
доктор юридических наук, доцент, профессор кафедры
теории и истории государства и права
ФГБОУ ВО «Пермский государственный национальный
исследовательский университет»
614990, Россия, Пермь, ул. Букирева, 15
е-mail: psb59@rambler.ru.
Аннотация: показаны направления юридической науки в развитии информационного общества, вытекающие из программных документов государства, и взаимодействие в этих направлениях юридической науки с научными школами, создающими информационные технологии. Представлена работа юридического факультета ПГНИУ в направлении создания информационных технологий для правовой деятельности.
Ключевые слова: информационные технологии, информационная безопасность, правоприменение, правотворчество, программирование.
JURIDICAL SCIENCE IMPLEMENTS THE STRATEGY OF THE INFORMATION SOCIETY DEVELOPMENT
S.B. Polyakov,
Perm State University,
15, Bukireva st., Russia, Perm, 614990
е-mail: psb59@rambler.ru.
Annotation: the article describes the trends of the information society development by juridical science, resulting from the documentation of the national programs, as well associated cooperation between the scientific schools which
create information technologies and the judicial science. The work of the law department of the PSNRU on creating information technologies for legal activities is presented.
Keywords: information technologies, information security, law enforcement, law making, programming.
Указ Президента Российской Федерации от 9 мая 2017 г. № 203 «О Стратегии развития информационного общества в Российской Федерации на 2017-2030 годы» (далее Стратегия) и программа «Цифровая экономика Российской Федерации», утвержденная распоряжением Правительства Российской Федерации от 28 июля 2017 г. № 1632-р (далее Программа) определяют задачи и юридической науки. В этих программных документах можно заметить два направления для неё.
Первое - правовое обеспечение информационной безопасности (пп. «д» п.22, пп. «о», «п», «р» п.26, пп. «а», «в», «д», «е», «ж» п.29, п.31, 33, 34, пп. «з» п.38, пп. «е», «ж», «м», «л» п.42, пп. «г»-«л», «п»-«т», «ф», «х» п.43, п.44, 45 Стратегии). Суть их сводится к созданию юридических запретов в использовании информационных технологий и механизмов юридической ответственности за их нарушение. Дело, конечно, нужное, поскольку всякое явление имеет положительные и отрицательные стороны, и с негативным использованием информатики нужно бороться. Например, против сбора и распространения информации о частной жизни людей, мошенничества при дистанционной торговле, распространения ложной информации и т.п. Но для юридической науки этим отводится в действительности роль противодействия развитию информационного общества в России.
В разд. III Программы сказано, что значительное отставание в развитии цифровой экономики от мировых лидеров объясняется пробелами нормативной базы для цифровой экономики и недостаточно благоприятной средой для ведения бизнеса и инноваций и, как следствие, низким уровнем применения цифровых технологий бизнес-структурами. Но нормативной базой требуются запреты, которые не могут быть благоприятной средой для ведения бизнеса и инноваций. Для развития информационных технологий нормативная база юристов программистам не нужна, разве чтобы им не мешали, что соответствует указанному в разд. IV Программы: «снятие ключевых правовых ограничений и создание отдельных правовых институтов, направленных на решение первоочередных задач формирования цифровой экономики». Что означает устранение ошибок в создании запретов для информационных технологий.
Играя роль создателей запретов, юристы обычно выглядят беспомощно, поскольку создаваемые ими запреты и обязанности по трафаретам обычных
отношений непригодны для действий в информационной сфере. Например, блокировки сайтов легко преодолеваются за счет создания программистами средств их обхода («зеркала» и т.п.). Создание блокировок сайтов (юридических запретов для информационной среды) и средств их преодоления - удел не юридической науки. И проблема информационной безопасности должна решаться, главным образом, неюридическими средствами.
Новые информационные технологии, в том числе обход запретов, создаются организациями, не жалеющими денег для привлечения лучших специалистов и студентов. Да и по природе своей лучшие умы, творческие по духу, а не по принуждению, стремятся искать и создавать новое, а не запрещать изведанное. На службу к юристам, требующим внедрить запрет, идут аутсайдеры образования, получившие диплом за счет выдуманного бюрократами образования показателя эффективности труда преподавателя в 95 % успеваемости. Показатель ради снижения оплаты труда преподавателя неминуемо обеспечивает прискорбный уровень кадров для обслуживания «экономов».
Даже в решении позитивных (незапретительных) задач, содержательно изложенных в п.1 разд. VI Программы, правоведы должны выполнять роль оруженосцев создателей информационных технологий. При попытках юристов бежать впереди, в напрасной спешке угнаться за информационными изобретениями рождаются реальные вместо виртуальных проблемы. Надо быть осторожными в признании объектами права чего-то из виртуальной реальности, блуждающего в информационном пространстве (сети Интернет). Например, создаваемое судебным правотворчеством регулирование криптовалют и связанных с ними отношений под признанием пробельности регулирования смутных отношений приводит к легализации виртуальных денег и к возложению обязанностей «обналичить» их реальными деньгами. Судебными решениями возлагались обязанности передать пароль для доступа к криптокошельку, что порождало проблему исполнимости таких решений1.
Второе направление - творческое для юридической науки внедрение информационных технологий в правовую деятельность, т.е. в правотворчество и правоприменение в соответствии с пп. «д» п.21, пп. «а», «в» п.30, п. 37, 38, пп. «д», «е» п.40, пп. «з» п.41 Стратегии, разд. V Программы (применение в органах государственной власти Российской Федерации новых технологий, обеспечивающих повышение качества и эффективности государственного управления, развитие экономики и социальной сферы; создать российское общесистемное и прикладное программное обеспечение, обеспечить использование и внедрение российских информационных и коммуникационных технологий в органах государственной власти
1 Аршинова В. Формирование цифрового права // Адвокатская газета. 2018. № 12 (269). С. 12-14.
Российской Федерации, компаниях с государственным участием, органах местного самоуправления; обеспечить актуальность научно-исследовательских приоритетов и последовательное развитие прикладных решений на основании передовых фундаментальных научных исследований; разработка и реализация планов цифровой трансформации органов власти, государственных учреждений).
В этом направлении, в отличие от первого, правоведы должны быть инициаторами совместной работы с программистами. Но они в основном выступают либо заведомыми скептиками, либо созерцателями чуда, которое снизойдет к ним само по себе.
В основном юристы пассивно ждут от информатики даров. Дождались справочно-информационных систем («КонсультантПлюс», «Гарант»), «электронного правосудия», которым в действительности является подача процессуальных документов в суд в электронной форме, извещение заинтересованных лиц о процессе с использованием сайтов судов, фиксация доказательств и хода судебного заседания и т.п. Но это не связано с процессом оценки доводов и доказательств участников судебного спора и вынесения решения по делу. В создании названных продуктов информатики, кардинально облегчивших работу юристов, роль правоведов малоизвестна. Разве что практиков-юристов. Например, Адвокатской палаты Пермского края (А.И. Григорьев, П.А. Яковлев) в создании действующей программы автоматического выбора адвокатов для оказания юридической помощи по назначению.
Много мечтаний об электронном судье. Но это создать и подарить юристам программисты, не знающие процессуального и материального права, самостоятельно уже не в состоянии. Есть успехи в создании программы, которая способна не только обрабатывать большой массив законодательства, но и системно толковать его и даже спорить с юристом, приводя контраргументы толкования права1. Но эту программу инициировали уже юристы.
В отличие, например, от шахмат, где «машина» превзошла человека, судья не борется с человеком, а решает спор двух людей. В правосудии нужна оценка доводов всех спорящих и аргументация решения спора. Поэтому нужно создавать не судью-машину, а, образно говоря, программу -автоматическую коробку передач для облегчения работы судьи.
Кафедрой теории и истории государства и права ПГНИУ начата работа по созданию программы вынесения судебного решения с условиями:
- не устранение личности судьи из процесса принятия решения, а создание ему строгих условий движения по стадиям правоприменения и юридической аргументации в соответствии с требованиями закона и юридической науки, чтобы исключить неправовые основания вынесения решений;
1 См. поединок программы и юриста: https://www.youtube.com/watch?v=2IUZnvjN9Z8.
- программа для своей практической востребованности должна не увеличивать, а сокращать дефицит времени судьи. Заполнение форм программы в процессе судебного разбирательства должно быть одновременно написанием мотивированного судебного акта.
Деканом юридического факультета ПГНИУ С.Г. Михайловым на кафедру введена должность программиста. Существенную помощь оказывает заведующий кафедрой информационных технологий профессор Е.К. Хеннер. В настоящее время программа составлена на уровне фильтра юридических фактов, подлежащих доказыванию по мнению участников дела. Для составления форм толкования права, преодоления пробелов и коллизий в праве написаны научные работы, в том числе выполнены исследования студентами (Бушуевой Н.В., Колосовой Ю.Д., Казаковой А.Н., Порохниной А.А.).
Отдельной темой названного направления, к которой еще мы не приступали, должно быть создание программы правотворчества - для создания «защиты от дурака» в правотворчестве, соблюдения в этом процессе правил юридической техники и социальной адекватности нормативных правовых актов. Это возможно в русле подготовки в магистратуре специальности «Юридические технологии в правотворчестве и применении права» специалистов особой юридической профессии - «норморайтеров», идею о которой изложил на Восьмом пермском конгрессе ученых-юристов в октябре 2017 года профессор В.М. Баранов1.
Превращение правовой материи в программное обеспечение - скрупулезная работа, требующая творчески одержимых людей. Острейший дефицит их в студенческой массе - главная проблема. К сожалению, основная масса студентов - носители, как сказано в п.16 Стратегии, клипового мышления, характерной особенностью которого является массовое поверхностное восприятие информации. Они пригодны для подготовки пользователей информационными технологиями, но трудно найти тех, кто хочет создавать информационные технологии для правотворчества и правоприменения. Набор в магистратуру по специальности «Юридические технологии в правотворчестве и применении права», в русле которой создаются такие технологии, неудовлетворительный. Необходимо искать пути поиска молодежи не с клиповым мышлением и заинтересованности их в творческой работе. Тестовые и дистанционные формы обучения, исключающие общение студентов с преподавателями, и споры в постановке и решении проблем, стремительно расширяющиеся в угоду экономии средств на образование, в геометрической прогрессии стремительно распространяют эпидемию клипового мышления. Рост расходов, необходимых для обучения в магистратуре и аспирантуре, заставляет способных выпускников
1 Баранов В.М. Норморайтер как профессия // Вестник Саратовской государственной юридической академии. 2017. № 6. С. 16-29.
нижних ступеней высшего образования делать выбор в пользу заработков на пропитание, а не высоких технологий. Так экономия государства на образовании и науке обеспечивает нарастающее признанное государством отставание России в гонке информационных технологий. И далее во всем.
Библиографический список:
1. Аршинова В. Формирование цифрового права // Адвокатская газета. 2018. № 12 (269). С. 12-14.
2. Баранов В.М. Норморайтер как профессия // Вестник Саратовской государственной юридической академии. 2017. № 6. С. 16-29.