Научная статья на тему 'Развитие сельских территорий России, социальные и гендерные проблемы'

Развитие сельских территорий России, социальные и гендерные проблемы Текст научной статьи по специальности «Социологические науки»

CC BY
495
47
Поделиться
Ключевые слова
ГЕНДЕРНАЯ СТРУКТУРА / ГЕНДЕРНОЕ РАВЕНСТВО / СЕЛЬСКАЯ ЗАНЯТОСТЬ / УСЛОВИЯ ТРУДА / СОЦИАЛЬНАЯ ЗАЩИЩЕННОСТЬ / ПРОФЕССИОНАЛЬНОЕ ОБРАЗОВАНИЕ / ОПЛАТА ТРУДА / СОЦИАЛЬНО-ЭКОНОМИЧЕСКОЕ РАЗВИТИЕ СЕЛЬСКИХ РАЙОНОВ / ДОСТУПНОСТЬ ПРОИЗВОДСТВЕННЫХ РЕСУРСОВ / GENDER STRUCTURE / GENDER EQUALITY / RURAL EMPLOYMENT / WORKING CONDITIONS / SOCIAL SECURITY / VOCATIONAL TRAINING / REMUNERATION OF LABOUR / SOCIO-ECONOMIC DEVELOPMENT OF RURAL AREAS / THE AVAILABILITY OF PRODUCTION RESOURCES

Аннотация научной статьи по социологическим наукам, автор научной работы — Зубаревич Наталья

Представляем Вашему вниманию семь статей из сборника Продовольственной и сельскохозяйственной организации Объединенных Наций (ФАО) «Гендерное равенство, социальная защита и развитие сельских регионов: взгляд из Восточной Европы и Центральной Азии», изданного по итогам прошедшей в Минске 25-26 февраля 2016 г. встрече экспертов экономистов, социологов и специалистов по гендерной проблематике из 12 постсоветских стран Восточной Европы, Южного Кавказа и Центральной Азии, на которой были подняты и рассмотрены вопросы, находящиеся на пересечении таких тем, как гендерное равенство, социальная защита и развитие сельских районов в регионе. На сегодняшний день существует недостаток документированных знаний, исследований и общественной полемики, которые, используя междисциплинарный подход, сосредотачивались бы именно на этих вопросах в контексте данного региона. Между тем, эти вопросы имеют критически важное значение для социально-экономического развития региона. Одной из причин того, что вопросы необходимости учета гендерного фактора в сельском хозяйстве и сельском развитии и содействия проведению большего количества исследований в этой области остаются на периферии исследований и общественной полемики, является широко распространенное в обществе мнение о том, что все вопросы, касающиеся гендера, были уже решены в прошлом и не являются проблемой для сельского развития и социальной защиты. Действительно, в постсоветских странах женщины, даже в сельских районах, по-прежнему имеют относительно высокий уровень грамотности и образования и высокий уровень экономической активности. Однако, если выйти за пределы средних показателей и по возможности дезагрегировать имеющиеся статистические данные по признаку пола и по месту проживания, то обнаружится, что в критических областях (например, в отношении формальной занятости, доступа к социальным услугам, таким как учреждения по уходу за детьми или пенсионное обеспечение, а также в отношении участия в местном самоуправлении и т.д.) сельские женщины часто находятся в наименее благоприятном положении. Некоторые сферы, такие как доступ к производственным ресурсам (земельным ресурсам, кредитам, сельскохозяйственной технике, услугам по распространению сельскохозяйственных знаний и т.д.), имеют первостепенное значение для уровня жизни сельских домохозяйств, но, как правило, не рассматриваются с учетом гендерной проблематики. Во всех странах региона женщины составляют большинство сельского населения и значительную часть рабочей силы, занятой в сельском хозяйстве. Тем не менее, всеобъемлющая тенденция преобладание сельских женщин на неформальных, низкоквалифицированных и низкооплачиваемых работах. Доступ сельских женщин к активам и производственным ресурсам значительно ниже по сравнению с сельскими мужчинами. За последние десятилетия резко сократилось участие сельских женщин в общественной жизни, а щедрое социальное обеспечение больше не является нормой. Сельские женщины представляют собой важный ресурс для экономического развития, хотя в значительной степени и неучтенный, поскольку их вклад в экономику носит зачастую невидимый характер и остается незамеченным. Этот вклад необходимо признать и подробнее изучить взаимосвязи между вопросами гендерного равенства и развитием сельских районов в контексте рассматриваемого региона. Специалисты, принимавшие участие в минской встрече, по существу образуют региональную сеть экспертов, обладающих богатым опытом и компетенцией, а также глубоким знанием ситуации в регионе. Несмотря на то, что их взгляды и мнения порой существенно различаются, они помогают создать более полное представление об основных проблемах в отношении социального развития и развития сельских районов в регионе. При этом все эксперты сходятся в одном: без пристального внимания к созданию достойных рабочих мест и социальной инфраструктуры в сельской местности, а также без проведения политики, учитывающей гендерные вопросы, дальнейшее улучшение положения сельских женщин, их семей и сельских общин останется несбыточной мечтой. На встрече в Минске эксперты указали на необходимость более эффективной передачи знаний и обмена опытом между странами региона, подчеркнув, что этот потенциал может служить в качестве движущей силы в процессе разработки научно обоснованной политики, отвечающей потребностям социально уязвимых групп.

Похожие темы научных работ по социологическим наукам , автор научной работы — Зубаревич Наталья

iНе можете найти то, что вам нужно? Попробуйте сервис подбора литературы.

We present to Your attention four articles from the collection of the Food and agriculture organization of the United Nations (FAO), «Gender equality, social protection and rural development: a view from Eastern Europe and Central Asia», published the results held in Minsk on 25-26 February 2016 the meeting of experts economists, sociologists and specialists in gender issues from 12 post-Soviet countries of Eastern Europe, South Caucasus and Central Asia, which was raised and discussed issues at the intersection of topics such as gender equality, social protection and rural development in the region. To date, there is a lack of documented knowledge, research and public debate, which, using an interdisciplinary approach, focused on these issues in the context of this region. Meanwhile, these issues are of critical importance for socio-economic development of the region. One of the reasons that the need of gender mainstreaming in agriculture and rural development and facilitating more research in this area remain on the periphery of research and public debate, is the widespread public perception that all gender issues were already solved in the past and are no problem for the rural development and social protection. Indeed, in post-Soviet countries women, even in rural areas still have a relatively high level of literacy and education and high level of economic activity. However, if we go beyond averages and to disaggregate statistics by sex and place of residence, it is found that in critical areas (for example in relation to formal employment, access to social services such as care for children or retirement security, as well as to participate in local government, etc.), rural women are often in a less favourable situation. Some areas, such as access to productive resources (land, credit, agricultural machinery services, agricultural extension, etc.) are of paramount importance for the livelihoods of rural households, but generally are not considered from a gender perspective. In all countries women make up the majority of the rural population and a significant part of the labour force engaged in agriculture. However, a comprehensive trend is the predominance of rural women in informal, low-skilled and low-paying jobs. Rural women's access to assets and productive resources is much lower compared to rural men. Over the past decade sharply reduced the participation of rural women in public life, and a generous social security is no longer the norm. Rural women constitute an important resource for economic development, although largely unreported, because their contribution to the economy is often invisible in nature and goes unnoticed. This contribution must be recognized and further explore the relationship between gender equality and rural development in the context of the region. Experts who took part in the Minsk meeting, essentially form a regional network of experts with a wealth of experience and competence as well as deep knowledge of the situation in the region. Despite the fact that their views and opinions sometimes differ significantly, they help to create a more complete idea of the main issues in relation to social development and rural development in the region. All the experts agree on one thing: without careful attention to the creation of decent jobs and social infrastructure in rural areas, and without policies based on gender issues, to further improve the situation of rural women, their families and rural communities will remain a pipe dream. At the meeting in Minsk, the experts pointed out the need for more effective transfer of knowledge and exchange of experience among countries in the region, stressing that this potential can serve as a driving force in the process of developing evidence-based policy that meets the needs of disadvantaged groups.

Текст научной работы на тему «Развитие сельских территорий России, социальные и гендерные проблемы»

^^ JOINT INTERNATIONAL PROJECT

Наталья Зубаревич —

профессор географического факультета Московского государственного университета им. М.В. Ломоносова, эксперт Программы развития ООН в России (1997-2012), занимается исследованиями развития регионов, городов и сельских территорий России и стран СНГ. Автор более 240 публикаций, в том числе 4 монографий.

РАЗВИТИЕ СЕЛЬСКИХ ТЕРРИТОРИИ РОССИИ, СОЦИАЛЬНЫЕ И ТЕНДЕРНЫЕ ПРОБЛЕМЫ

Доля сельского населения в среднем по России составляет 26%, но значительно различается по регионам — от 71 до 5%1. Наиболее велика доля сельского населения в республиках юга Сибири и Северного Кавказа, где процессы урбанизации начались позднее. Самая высокая концентрация сельского населения — на юге страны: в Южном и Северо-Кавказском федеральных округах проживает 27% сельского населения страны. Регионы с более развитым сельским хозяйством расположены в основном в южной части страны с благоприятными агроклиматическими условиями. Повышенная плотность сельского населения на юге дополняется более крупным размером сел, в которых население достигает 5-10 тысяч жителей. Низкая плотность сельского населения в большинстве других регионов страны, относящихся к сельскохозяйственной зоне — следствие длительного процесса депопуляции и миграций из села. В то время как во многих регионах России давно идет процесс депопуляции малых и средних деревень, на юге и в пригородных зонах растет концентрация сельского населения в крупных селах.

Сельское население России сокращается с 1960-х годов вследствие двух тенденций — миграционного оттока из села и естественной убыли сельского населения в большинстве регионов. Самая сильная естественная убыль (превышение смертности над рождаемостью) отмечалась в 1990-х годах. В 2010-х годах демографическая ситуация стала улучшаться благодаря росту рождаемости. Кроме того, более чем в три раза снизилась материнская смертность сельского населения (с 52 до 16 на 100 тысяч рождений за 2000-2013 годы), на 3,4 года выросла ожидаемая продолжительность жизни сельских женщин (с 71,7 до 75,1 лет). Основная гендерная проблема — очень высокий разрыв (более 11 лет) в ожидаемой продолжительности сельских женщин и мужчин из-за высокой смертности мужчин в трудоспособном возрасте (нездоровый образ жизни и распространение алкоголизма).

Российское село постарело, особенно в Центре и Северо-Западе, из-за низкой рождаемости и длительной миграции в города. В селе в основном остались пожилые женщины, в некоторых регионах доля женщин старше трудоспособного возраста достигает 39-42% от всех сельских женщин. Самая молодая возрастная структура мужчин и женщин в сельской местности — в южных республиках с высокой рождаемостью. Женщин в трудоспособном возрасте в сельской местности меньше, чем мужчин (на 1000 мужчин — 868 женщин). Это результат более активного миграционного оттока молодых женщин из села. Иные пропорции имеют только республики Северного Кавказа и Тыва (950 — 1180), где сохраняются традиционные гендерные роли, женщины имеют пониженную экономическую активность, многие заняты в домашнем хозяйстве, из села уезжает больше мужчин.

По уровню образования сельское население в возрасте старше 15 лет сильно отстает от городского; 13,4% сельских женщин имеют образование ниже основного (начальное общее или меньше), в основном это пожилые женщины. Уровень образования занятых сельских женщин выше, чем мужчин: высшее образование имеют 22,5 и 14,6% соответственно, среднее профессиональное — 30,5 и 18,4%. Однако 32% сельских женщин не имеют профессионального образования, они наименее конкурентопо-собны на рынке труда.

Численность занятых в сельском и лесном хозяйстве сокращается, как и доля занятых (за последние десять лет — с 11 до 9% от общей численности занятых в экономике). Максимальная доля — на аграрном юге (Южный и Северо-Кавказский федеральные округа, а также южные регионы Центрального, Приволжского и Сибирского федеральных округов) и в слаборазвитых республиках с высокой долей сельского населения.Сельское и лесное хозяйство России — преимущественно мужская отрасль, доля женщин составляет только 38%. Гендерный сдвиг обусловлен структурными трансформациями в агросекто-

ре. После перехода к рынку более успешно развивалось земледелие (производство зерновых и подсолнечника). Эти отрасли отличаются высоким уровнем механизации и преимущественно мужской занятостью. Трудоемкое молочное животноводство с преобладанием женского труда не вышло из кризиса, что привело к сокращению занятости женщин в агросекторе. Кроме того, с середины 2000-х годов в сельской местности сокращаются учреждения социальной сферы, в которых работают преимущественно женщины. В результате сокращаются рабочие места для женщин и в секторе социальных услуг, и в агросекторе.

Как и другие страны, Россия отличается более высоким уровнем безработицы сельского населения по сравнению с городским. Это следствие дефицита рабочих мест на сельских рынках труда. При этом уровень безработицы сельских женщин ниже, чем мужчин, но гендерные различия невелики (7,9% для женщин и 8,7% для мужчин в 2013 году). Основные причины: женщины чаще соглашаются на работу с более низким статусом и заработной платой, чаще переходят в статус экономически неактивного населения в случае потери работы, кроме того, женщины раньше выходят на пенсию, чем мужчины (55 и 60 лет соответственно). В большинстве регионов уровень безработицы женщин также ниже, чем мужчин.

Сельское и лесное хозяйство — самая низкооплачиваемая отрасль экономики, средняя заработная плата в 2014 году составляла 55% от средней по экономике. Гендерные различия в уровне оплаты труда невелики, заработная плата женщин составляет 84% от заработной платы мужчин. В отраслях социальной сферы, где заработная плата также ниже средней по экономике, гендерных различий почти нет.

На региональном уровне можно оценить гендерное неравенство по заработной плате только в целом по экономике. Как правило, чем беднее и менее развит регион, тем слабее в нем выражено гендерное неравенство по заработной плате. Сильное гендерное неравенство по заработной пла-

1 Источники всех статистических данных — статистические сборники Федеральной службы государственной статистики (Росстата) «Женщины и мужчины в России», «Регионы России».

INTERNATIONAL AGRICULTURAL JOURNAL № 2 / 2017

www.mshj.ru

СОВМЕСТНЫЙ МЕЖДУНАРОДНЫЙ ПРОЕКТ ^^

те характерно для регионов со специализацией на добывающей промышленности, особенно нефтегазодобывающей.

Риски бедности для сельского населения выше вследствие более низкого уровня оплаты труда и повышенной безработицы. В 2014 году заработная плата 20% занятых в сельском и лесном хозяйстве была ниже прожиточного минимума трудоспособного населения, в целом по экономике России такую низкую заработную плату имели только 11% работников. Из всех домохозяйств, отнесенных к числу бедных (малоимущих) по результатам обследований бюджетов домашних хозяйств, 40-41% проживают в сельской местности.

Индексы риска бедности, которые рассчитывает Федеральная служба государственной статистики (Росстат), показывают, что максимальный риск бедности в России имеют семьи с детьми, минимальный — население в возрастах старше трудоспособного. В сельской местности рождаемость выше, поэтому выше и риски бедности семей с детьми. Пособия на детей, выплачиваемые семьям, имеющим доход ниже прожиточного минимума, составляют в большинстве регионов 10-20% от прожиточного минимума ребенка. Для пожилого сельского населения, в котором преобладают женщины, проблема бедности имеет не монетарный, а социальный характер. В соответствии с российским законодательством, тем пенсионерам, у которых назначенная пенсия ниже прожиточного минимума, государство доплачивает из бюджета. Основная проблема сельских пенсионеров — низкая доступность услуг, особенно здравоохранения, что приводит к социальной депривации пожилых женщин, которые преобладают в сельской местности постаревших регионов России. Кроме того, пожилое население значительные средства вынуждено тратить на лекарства, но эти расходы недостаточно учитываются в прожиточном минимуме пенсионера.

Региональные различия в уровне бедности можно оценить только для всего населения, они зависит от многих факторов: экономического развития региона, возрастной структуры населения и доли сельского населения, региональной черты бедности (прожиточного минимума). Самый высокий уровень бедности (15-34%) имеют слаборазвитые республики с большой долей сельского населения и максимальной долей детей, повышенный уровень (1517%) — многие регионы Сибири и Дальнего Востока с более высокой стоимостью жизни. В остальных регионах различия в уровне бедности невелики.

Проведенный анализ показывает, что типичные гендерные проблемы слабо выражены в сельской России: уровень оплаты труда женщин, занятых в сельском хозяйстве, незначительно ниже, чем муж-

чин, уровень безработицы женщин ниже, ожидаемая продолжительность жизни сельских женщин на 11 лет больше, чем мужчин, уровень образования занятых сельских женщин также выше. Кроме того, в России немало женщин среди руководителей администраций сельских поселений, особенно в периферийных территориях с острыми проблемами развития.

Россия имеет огромную территорию и многонациональное население, поэтому гендерные проблемы в сельской местности территориально дифференцированы. Можно выделить несколько типов регионов:

• Центр, Северо-Запад, часть Поволжья — старая возрастная структура сельского населения, проблемы социальной эксклюзии сельских жителей, в основном пожилых женщин, из-за неразвитой транспортной инфраструктуры и снижения доступности социальных услуг (здравоохранение, социальная защита). Острая проблема — деградация человеческого капитала, сильная маргинализация и алкоголизм мужчин.

• Аграрные регионы Юга (с преобладанием русского населения) — сокращение женских рабочих мест в агро-секторе, массовая миграция молодежи в города, трудовые миграции сельских мужчин и женщин в поисках работы, в том числе за пределы своего региона.

• Слаборазвитые республики (Северный Кавказ, юг Сибири) — минимум рабочих мест в сельской местности при молодой возрастной структуре населения и растущей численности трудоспособного населения. Это приводит к массовой миграции молодежи в города, в основном мужчин, к преобладанию самозанятости в сельской местности и получению доходов от личного товарного хозяйства, в котором в основном заняты женщины. В сельской местности этих республик пока сохраняются патриархальные гендерные роли, социальная и трудовая мобильность женщин низка.

• Север, Сибирь и Дальний Восток — человеческие ресурсы села снижаются из-за значительного миграционного оттока и маргинализации населения. Агросектор развит слабее, высока доля теневой экономики в регионах с худшими климатическими условиями для земледелия (собирательство грибов, ягод, орехов, лов рыбы на продажу). Возможности трудовой мобильности ограничены из-за больших расстояний между населенными пунктами. Территориальная доступность социальных услуг низка из-за сокращения сети учреждений социальной сферы в сельской местности и удаленности городов. Гендерные проблемы выражены слабее, чем социальные (деградация человеческого капитала).

Таким образом, социально-экономические проблемы российского села более значимы, чем гендерные. Явная тендерная дискриминация сохраняется только в слаборазвитых республиках. В остальных регионах неравенство сельских женщин и мужчин выражено значительно слабее, поскольку развитие сельской местности в России обусловлено факторами, которые влияют на все население, без гендерных различий.

Решение гендерных проблем в сельской местности не является приоритетом российских властей, социальные проблемы считаются более значимыми. В период экономического роста основным способом их решения стала социальная поддержка населения с помощью перераспределения растущей нефтегазовой (сырьевой) ренты: выросли пособия и другие социальные трансферты. Гораздо меньше внимания уделялось другому приоритету — улучшению институциональных условий для бизнеса, создания новых рабочих мест, стимулирования экономической активности и мобильности женщин.

Перераспределительная политика государства способствовала смягчению социальных проблем в сельской местности. В России использовались разные формы поддержки, которые обеспечили также гендерный эффект. Выделим важнейшие из них:

iНе можете найти то, что вам нужно? Попробуйте сервис подбора литературы.

• Повышение пенсий и доплата из бюджета тем, кто имеет низкие пенсии, до уровня прожиточного минимума пенсионера (среди населения в пенсионных возрастах преобладают женщины, особенно в сельской местности).

• Выплаты материнского капитала, который можно использовать на улучшение жилищных условий семьи и на финансирование образования ребенка, а также увеличение размера пособий на рождение ребенка (эти меры способствуют снижению уровня бедности семей с детьми и особенно важны для сельских жителей, у которых уровень рождаемости выше).

• Повышение заработной платы занятым в бюджетном секторе (среди занятых в образовании, здравоохранении, культуре, социальной защите преобладают женщины, особенно в сельской местности).

• Субсидии сельским учителям и врачам на жилье и другие пособия, что также имело гендерный эффект. Проведение такой политики возможно

только при больших рентных доходах государства. Падение цен на нефть с 2014 года привело к сокращению нефтегазовой ренты и снижению возможностей социальной поддержки населения, в том числе женщин.

Для решения проблем необходимы институциональные реформы, направленные

МСХЖ — 60 лет!

- 13

МЕЖДУНАРОДНЫЙ СЕЛЬСКОХОЗЯЙСТВЕННЫЙ ЖУРНАЛ № 2 / 2017

^^ JOINT INTERNATIONAL PROJECT

на развитие сельской экономики, создание новых рабочих мест и рост занятости населения, в том числе женщин. Также необходима более эффективная политика в сфере социальных услуг, обеспечивающая их доступность для сельского населения. Можно выделить важнейшие меры, которые пока реализуются слабо:

• Стимулирование территориальной мобильности сельского населения, его концентрации в пригородных зонах с более диверсифицированным рынком труда и более широким выбором рабочих мест, что снижает риски безработицы.

• Снижение институциональных барьеров для развития фермерских хозяйств и личных хозяйств населения, что способствует росту занятости и доходов сельского населения.

• Создание условий для сельской индустриализации (переработка аграрной

и лесной продукции и др.), особенно в регионах аграрного юга и в пригородах крупных городов с более высокой плотностью и концентрацией трудоспособного сельского населения. • Развитие мобильных форм социальных услуг, прежде всего здравоохранения и социальной защиты, в периферийных территориях с низкой плотностью населения, преобладанием малых деревень или редкой сетью сельских поселений. Эти меры позволят сохранить территориальную доступность социальных услуг для сельского населения. Помимо институциональных мер, необходимых для развития сельской экономики, не решена задача адресной социальной поддержки семей с детьми, которые являются самой уязвимой группой населения в сельской местности. Пособия на детей, выплачиваемые семьям с доходами ниже

прожиточного минимума, крайне малы, необходимо повышение их размера. Это мера будет способствовать снижению уровня бедности сельского населения.

^исок литературы

1. Федеральная служба государственной статистики (Росстат). 2015а. Регионы России: социально-экономические показатели. Статистический сборник. Москва. (размещено по адресу: http://www.gks.ru/wps/wcm/connect/ rosstat_main/rosstat/ ru/statistics/publications/ catalog/doc_1138623506156).

2. Федеральная служба государственной статистики (Росстат). 2015b. Женщины и мужчины России. Статистический сборник. Москва. (размещено по адресу: http:// www.gks.ru/wps/wcm/connect/rosstat_main/ rosstat/ru/statistics/publications/catalog/doc_ 1138887978906).

Меруерт Махмутова —

кандидат экономических наук, директор и соучредитель аналитического центра Public Policy Research Center (PPRC) в г. Алматы, Казахстан. С 2002 года PPRC реализовал ряд проектов в области экономического анализа для таких организаций, как Азиатский банк развития, Экономическая и социальная комиссия ООН для Азии и Тихого океана (ЭСКАТО), Программа развития ООН (ПРООН), Всемирный банк, Организация европейского экономического сотрудничества (ОЕЭС), а также для делегации Европейской Комиссии в Республике Казахстан и правительства Республики Казахстан. В мировом рейтинге «Global Go-To-Think-Tank Index Report 2015» PPRC занимает 27 место среди ведущих аналитических центров в регионе. В 2008-2012 годах Меруерт являлась членом Совета экономических консультантов при Правительстве Республики Казахстан1. C 2011 года является членом Экспертного совета при Совете Безопасности Республики Казахстан.

РАЗВИТИЕ СЕЛЬСКИХ ТЕРРИТОРИЙ, СОЦИАЛЬНАЯ ЗАЩИТА И ТЕНДЕРНОЕ РАВНОПРАВИЕ В КАЗАХСТАНЕ

Казахстан является девятой крупнейшей страной мира по территории. Общая посевная площадь сельскохозяйственных культур в 2015 году составила 21022,9 тысяч га, причем две трети этой площади расположены в Акмолинской, Костанайской и Северо-Казахстанской областях.

Население страны составляет 17,67 миллиона человек (на 1 января 2016 года), доля сельекого населения — 43%. В 2014 году из 9 миллионов женщин на селе проживало 3,771 миллиона. Структура женского населения на селе на 1 января 2015 года: 29,7% моложе трудоспособного возраста — до

15 лет, 56,7% — трудоспособного возраста от 16 до 57 лет, 13,5% — старше трудоспособного возраста.2

За годы независимости значительные изменения претерпела структура ВВП (рис. 1). Либерализация цен, разгосударствление и приватизация 90-х годов нанесли удар по сельскому хозяйству, привели к деградации сел. Ликвидация колхозов и совхозов не сопровождалась созданием на их месте новых хозяйствующих субъектов. Приватизация государственной собственности на селе и «фермеризация» без учета конкретных условий стали основными причинами сокращения объемов производ-

ства продуктов и посевов сельскохозяйственных культур, поголовья скота и птицы. Приватизация земель сельскохозяйственного назначения после принятия нового Земельного кодекса в 2004 году закрепила сложившуюся в 1990-х годах концентрацию земель в руках узкого круга лиц. Это сказалось на кардинальном изменении структуры экономики. Доля сельского хозяйства, в 1990 году обеспечивавшая 34% ВВП,3 упала в 2014 году до 4,2% ВВП.

Высокие темпы экономического роста Казахстана в 2000-е годы были обеспечены высокими ценами на нефть и другие минеральные ресурсы на мировых рын-

1 Размещено по адресу: http://www.akorda.kz/ru/executive_office/presidential_councils/sovet-bezopasnosti

2 Комитет по статистике Министерства национальной экономики Республики Казахстан (МНЭ РК). 2015а.С.14.

iНе можете найти то, что вам нужно? Попробуйте сервис подбора литературы.

3 Рассчитано автором на основании данных Комитета по статистике МНЭ РК. (Размещено по адресу: http://stat.gov.kz/faces/wcnav_extemahd/homeNa-tionalAccountIntegrated?_afrLoop=31231887б29477175#%40%3F_afrLoop%3D31231887б29477175%2б_adf.ctrl-state%3D4fpб7vol7_127).

14 -

INTERNATIONAL AGRICULTURAL JOURNAL № 2 / 2017

www.mshj.ru