Научная статья УДК 343.13
ПРИМЕНЕНИЕ ТЕХНИЧЕСКИХ СРЕДСТВ СВЯЗИ В УГОЛОВНОМ СУДОПРОИЗВОДСТВЕ: ОТ ВЫЗОВОВ ВРЕМЕНИ К ВОЗМОЖНОСТЯМ
И ПЕРСПЕКТИВАМ
1 2
Муравьев Кирилл Владимирович , Широва Эльмира Халиковна
1Орловский юридический институт МВД России имени В.В. Лукьянова, Орел,
Россия
Барнаульский юридический институт МВД России, Барнаул, Россия
1murki@list.ru
2P_elmira@mail.ru
Аннотация. В статье пристальному вниманию подвергается процедура получения вербальных доказательств посредством использования видео-конференц-связи. Отмечается, что отдельные технологические новации, предусмотренные Уголовно-процессуальным кодексом Российской Федерации, не в полной мере вписываются в общую систему норм, регулирующих порядок уголовного судопроизводства. Авторы приходят к выводу, что познавательная деятельность с применением технических средств связи должна осуществляться в балансе с традиционными способами познания. Предлагается внести изменения в вышеупомянутый Кодекс в целях разрешения выявленных проблем правоприменения. Даются отдельные рекомендации по оптимизации потенциала следственных действий, перечисленных в ст. 189.1 настоящего Кодекса.
Ключевые слова: технические средства, видео-конференц-связь, уголовное судопроизводство, допрос, очная ставка, предъявление для опознания, следственное действие.
Для цитирования: Муравьев К.В., Широва Э.Х. Применение технических средств связи в уголовном судопроизводстве: от вызовов времени к возможностям и перспективам // Научный вестник Орловского юридического института МВД России имени В.В. Лукьянова. 2023. № 3(96). С. 161-170.
THE APPLICATION OF TECHNICAL MEANS OF COMMUNICATION IN CRIMINAL COURT PROCEEDINGS: FROM THE CHALLENGING TIME, TO OPPORTUNITIES AND PERSPECTIVES
Kirill V. Muravev, Elmira Kh. Shirova
1Lukyanov Orel Law Institute of the Ministry of Internal Affairs of Russia, Orel,
Russia
Barnaul Law Institute of the Ministry of Internal Affairs of Russia, Barnaul, Russia
1murki@list.ru
2P_elmira@mail.ru
Abstract. The article focuses on the procedure for obtaining verbal evidence through the use of videoconferencing. It is noted that some technological innovations provided for by the Criminal Procedure Code of the Russian Federation do not fully fit into the general system
of norms. Criminal Procedure Code of the Russian Federation, do not fully fit into the general system of norms governing the procedure of criminal proceedings. The authors conclude that cognitive activity with the use of technical means of communication should be carried out in balance with traditional methods of cognition. It is proposed to amend the above-mentioned Code in order to resolve the identified problems of law enforcement. Some recommendations are given on optimising the potential of investigative actions listed in Article 189.1 of this Code.
Keywords: technical means, video-conferencing, criminal proceedings, interrogation, confrontation, identification, investigative action.
For citation: Muraviov K.V., Shirova E.Kh. The use of technical means of communication in criminal proceedings: from the challenges of time, to opportunities and prospects // Scientific Bulletin of the Orel Law Institute of the Ministry of Internal Affairs of Russia named after V.V. Lukyanov. Lukyanov. 2023. № 3(96). Р. 161-170.
Цифровизация почти всех сфер жизнедеятельности является одной из реалий развития современного общества. Не стала исключением и сфера уголовной юстиции, которая вопреки традиционным формализованным процессуальным отношениям адаптируется к технологическим вызовам времени. Одной из тенденций развития законодательства является расширение возможности использования высокотехнологичных систем и средств коммуникативного общения в досудебном и судебном производстве по уголовным делам.Уже более десяти лет в Уголовно-процессуальном кодексе Российской Федерации1 (далее - УПК РФ) закреплены нормы о применении технологии видео-конференц-связи (далее - ВКС) в судебном производстве. Так, с декабря 2010 года для осужденного, содержащегося под стражей либо отбывающего наказание в виде лишения свободы, предусмотрена возможность участия при рассмотрении апелляционной, кассационной жалоб посредством применения ВКС (ч. 2 ст. 389.12, ч. 2 ст. 401.13 УПК РФ)2; с марта 2011 года закреплен допрос свидетеля и потерпевшего с использованием данных систем (ч. 4 ст. 240, ст. 278.1 УПК РФ)3; с июля 2014 года допускается дистанционное участие подсудимого в судебном заседании (ч. 6.1 ст. 241, ч. 1 ст. 293 УПК РФ)4; в декабре 2022 года расширено применение технологий ВКС для всех участников судопроизводства (ст. 241.1 УПК РФ)5.
В настоящее время уголовно-процессуальное законодательство предоставляет возможность использования ВКС и органам, осуществляющим предварительное расследование: с декабря 2021 года производство допроса, очной ставки, предъявления для опознания возможно с применением указанных технологий (ст. 189.1 УПК РФ)6. Новации направлены на создание упрощенных условий и возможности в разумные сроки, с учетом быстроты и экономии материально-технических ресурсов, обеспечить полноту, всесторонность исследования всех обстоятельств по уголовным делам,
1 Уголовно-процессуальный кодекс Российской Федерации : Федер. закон Рос. Федерации от 18 декабря 2001 г. № 174-ФЗ // Собр. законодательства Рос. Федерации. 2001. № 52, ч. I. Ст. 4921.
2 О внесении изменений в Уголовно-процессуальный кодекс Российской Федерации и признании утратившими силу отдельных законодательных актов (положений законодательных актов) Российской Федерации: Федер. Закон Рос. Федерации от 29 декабря 2010 г. № 433-Ф3 // Собр. законодательства Рос. Федерации. 2011. № 1. Ст. 45.
3 О внесении изменений в Уголовно-процессуальный кодекс Российской Федерации: Федер. Закон Рос. Федерации от 20 марта 2011 г. № 39-Ф3 // Соб. законодательства Рос. Федерации. 2011. № 13. Ст. 1686.
4 О внесении изменений в статьи 241 и 293 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации: Федер. закон Рос. Федерации от 21 июля 2014 г. № 251-ФЗ // Собр. законодательства Рос. Федерации. 2014. № 30, ч. I. Ст. 4252.
5 О внесении изменений в Уголовно -процессуальный кодекс Российской Федерации: Федер. закон от 29 декабря 2022 г. № 610-ФЗ // Собр. законодательства Рос. Федерации. 2023. № 1, ч. I. Ст. 57.
6 О внесении изменений в Уголовно -процессуальный кодекс Российской Федерации: Федер. закон Рос. Федерации от 30 декабря 2021 г. № 501-ФЗ // Собр. законодательства Рос. Федерации. 2022. № 1, ч. I. ст. 70.
в целом способствуя повышению научно-технического и методического уровня следственной деятельности. Вместе с тем рассматриваемый «инновационно-правовой» инструментарий еще недостаточно совершенен. Так, в законе нет четкой регламентации порядка производства следственных действий посредством системы ВКС, не до конца ясны основания для их производства в данном режиме, четко не регламентированы способы фиксации доказательств и их дальнейшей оценки, нет единого понимания, что является системой и средством, позволяющим производить «онлайн-допросы». В связи с актуальностью вопроса появились интересные публикации по указанной проблеме [1, с. 46-53; 2, с. 254-265; 3, с. 101-117; 4, с. 11-15; 5, с. 109-115; и др.].
«Технические средства коммуникации» - категория, которая охватывает совокупность различных технологических инструментов и ресурсов, используемых для обеспечения процесса коммуникаций, создания, распространения, сохранения и «управления» информацией, что применяет лицо, производящее следственное действие, для защиты прав и законных интересов участников уголовного процесса, полного, быстрого и объективного расследования преступлений [6, с. 8].
В действующем УПК РФ словосочетание «система видео-конференц-связи» упоминается в 29 случаях. При этом на вопрос, что конкретно надлежит понимать под системой ВКС и посредством какого технического средства коммуникации из имеющих видов допускается производить процессуальные действия, законодатель однозначного ответа не дает. В других кодифицированных правовых источниках также не содержится официального понятия «видео-конференц-связь», оно употребляется в качестве общепризнанного, что свидетельствует о пробельности права. Определение «видео-конференц-связь» обнаруживается только в приказе Судебного департамента при Верховном Суде Российской Федерации1 (далее - ВС РФ). Под ВКС предложено понимать способ осуществления закрепленных в законе процессуальных действий, предполагающий использование каналов связи с абонентами посредством программно-технических инструментов передачи аудио- и видеоинформации (п. 1.5).
Отметим, что сегодня ВКС является не единственной доступной системой (программным обеспечением), обеспечивающей онлайн-коммуникацию между участниками уголовного судопроизводства. Так, к примеру, в практике ВС РФ применяется веб-видео-конференц-связь для организации онлайн-сессий и совместной работы в режиме реального времени посредством глобальной системы Интернет с применением соответствующих специальных каналов связи. Причем участие в таком формате заседания возможно лишь при наличии учетной записи, подтвержденной в единой системе идентификации и аутентификации (ЕСИА) [3, с. 110]. На страницах юридической печати, помимо применения ВКС и веб-ВКС в уголовном судопроизводстве, обсуждается и востребованность введения в практическую деятельность видеомоделирования с использованием восполнений и (или) виртуальной реальности, прокторинга и идентификации лиц на основе индивидуальных биометрических признаков человека [3, с. 111]. При таком многообразии новейшего программного обеспечения, внедряющегося в судебную практику для повышения ее эффективности, назрела целесообразность закрепить на законодательном уровне четкое определение «система ВКС». Оно должно позволить скорректировать представление правоприменителя о том, что в юридическом смысловом значении надлежит понимать под данной категорией. Главным образом следует определиться с тем, является ли это понятие в правовом гносеологическом значении родовым по отношению к другим сходным по своему целевому
1 Об утверждении Регламента организации применения видео-конференц-связи при подготовке и проведении судебных заседаний: Приказ Судебного департамента при Верховном Суде Рос. Федерации от 28 дек. 2015 г. № 401 // Бюллетень актов по судебной системе. 2016. № 3.
предназначению видам коммуникационных систем связи. Такая необходимость важна, чтобы при определенных условиях и технических возможностях в вопросе осуществления процессуальных действий с удаленного расстояния правоприменитель не ограничивался лишь одним потенциалом ВКС.
Если же логика законодателя такова, что «система ВКС» предполагает исключительно самостоятельное и единственное системное средство коммуникации, то утрачивается общая парадигма цифровизации уголовно-процессуальной деятельности, направленная на экономию времени и материально-технических ресурсов, отвечающих технологическому процессу. В условиях развития научно-технологического процесса отсутствие в УПК РФ единого родового понятия и его процессуального значения, определяющего номинально возможные виды систем связи (программного обеспечения), приведет к необходимости каждый раз подстраиваться под вызовы времени, дополняя действующий УПК РФ новыми названиями программного обеспечения, используемого для организации процесса коммуникации на удаленном расстоянии, что существенным образом затруднит правоприменительную деятельность.
Следует обратиться и к вопросу о понимании того, что в процессуальном отношении допустимо использовать в качестве технического средства, обеспечивающего онлайн-передачу связи. При упоминании о системе ВКС законодатель в качестве условия ее реализации использует достаточно широкую по своему смысловому характеру формулировку - «наличие технических возможностей у суда и других органов, участвующих в информационном взаимодействии» (ч. 1 ст. 189.1 УПК РФ, чч. 1, 2, 7 ст. 241.1 УПК РФ). Очевидно, что таким выражением законодатель намеренно наделяет правоприменителя альтернативной возможностью самостоятельного выбора того технического средства связи, которое необходимо для организации и производства следственных (процессуальных) действий.
В литературе к средствам связи относят компьютерную и телекоммуникационную разновидность техники с соответствующими программными продуктами их функционирования с целью оптимизации деятельности всех правовых институтов, охватываемых процедурами судопроизводства (деятельность органов предварительного расследования, прокуратуры, судебно-экспертных учреждений, судов, учреждений исполнения наказаний, адвокатуры) [6, с. 193]. Из большого количества различных видов телекоммуникационных технологий на сегодняшний день в современном обществе наиболее популярным и широко востребованным является мобильное устройство. Оно работает на определенной операционной системе с программным обеспечением, позволяющим достаточно быстро связаться с абонентом не только посредством аудиозвонка, но и путем видеовоспроизведения. По подсчетам экспертов, за три месяца после официального закрепления законодателем возможности участия в судебных заседаниях (в арбитражном, гражданском и административном судопроизводстве) с личных гаджетов (то есть с января по март 2022 года) этим средством коммуникации воспользовались почти сто тысяч раз1.
Ранее в интересах уголовного судопроизводства разработчиками закона уже предпринималась попытка наделить правоприменителя возможностью производства «онлайн-допросов» с мобильного устройства. Так, в 2021 году в первоначальной редакции проекта Федерального закона № 501-ФЗ2 было предложено дополнить ст. 5 УПК РФ п. 8.1, предусматривавшим понятие «допрос посредством видео-конференц-
Судебные допросы хотят разрешить по видеозвонку [Электронный ресурс]. URL: https://www.pnp.ru/social/sudebnye-doprosy-khotyat-razreshit-po-videozvonku.html (дата обращения: 07.08.2023).
2 О внесении изменений в Уголовно-процессуальный кодекс Российской Федерации (о проведении допроса и очной ставки следователем, дознавателем в отношении участников уголовного судопроизводства с использованием систем видео-конференц-связи): Законопроект № 1184595-7 [Электронный ресурс]. URL: https://sozd.duma.gov.ru/bill/1184595-7# (дата обращения: 07.08.2023).
связи». Примечательно, что в содержательной части определения в числе технических средств, обеспечивающих возможность производства допроса на удаленном расстоянии, упоминалось и о мобильном устройстве. Однако данное определение так и не вошло в систему основных понятий, используемых в УПК РФ.
Между тем апробация передового опыта по использованию мобильных устройств в арбитражном, гражданском и административном судопроизводстве явилась дополнительным стимулом, вновь подтолкнувшим разработчиков закона совместно с членами судейского сообщества к инициативе расширения пределов использования личных гаджетов в интересах уголовного судопроизводства1. В настоящее время производится работа над очередными изменениями в УПК РФ, которые позволят проводить «онлайн-допросы» посредством видеозвонка на телефонный номер, идентифицированный сервисом Госуслуг. Планируется интегрировать возможности системы ВКС посредством звонка из суда на внешние устройства свидетелей и потерпевших. Необходимость в этом обосновывается возросшим количеством уголовных дел, возбуждаемых по преступлениям в сфере информационных технологий (мошенничества, кражи посредством звонков с подменных номеров, с использованием фишинговых сайтов). Специфика таких уголовных дел выражается в большом количестве потерпевших и свидетелей (их нередко насчитывается более тысячи человек), что оказывает существенное влияние на производство по уголовным делам в установленные законодательством сроки.
О том, что разработчики закона заняли курс на внедрение в уголовное судопроизводство мобильных устройств, свидетельствует опубликованный отзыв на законопроект, содержащий инициативу позволить фигурантам уголовных дел и следователям обмениваться целым рядом процессуальных документов в электронном виде (ходатайств, заявлений, жалоб, представлений и требований, не содержащих тайну). Помимо этого, предложено через интернет направлять обвинительные заключения и другие акты при наличии технической возможности у всех сторон2.
Законодательная инициатива, в целом, вписывается в современные реалии, отвечая при определенных обстоятельствах потребностям должностных лиц органов предварительного расследования и суда, упрощая их взаимодействие между собой и с другими участниками процесса. В то же время анализ закрепленных в УПК РФ инновационных изменений в части дистанционного порядка коммуницирования участников уголовного судопроизводства вскрывает множество спорных вопросов, нуждающихся в разрешении. Такое положение дел, очевидно, может негативным образом сказаться на качестве расследованных и рассмотренных судами уголовных дел. По этой же причине, как показали результаты проведенного интервьюирования представителей органов предварительного расследования, многие из них в своей деятельности практически не используют возможность производства следственных действий в дистанционном режиме, в частности, если речь идет об очной ставке или предъявлении для опознания3.
В этой связи полагаем, что уместно вновь обратиться к ст. 189.1 УПК РФ, которая впервые закрепила порядок производства отдельных следственных действий новым способом. Следователь и дознаватель наделены такими технологическими возможностями, которые позволяют в режиме реального времени на удаленном расстоянии получать доказательства вербального происхождения от достаточно широкого
1 Судебные допросы хотят разрешить по видеозвонку.
2 Там же.
3 При подготовке статьи проводилось интервьюирование более 50 респондентов (следователей органов внутренних дел Алтайского края, Омской и и Орловской областей).
круга лиц (подозреваемого, обвиняемого, свидетеля, потерпевшего, специалиста, эксперта, лица, в отношении которого уголовное дело выделено в отдельное производство в связи с заключением с ним досудебного соглашения о сотрудничестве). В то же время не совсем ясен подход законодателя относительно фактических оснований для производства перечисленных в ст. 189.1 УПК РФ следственных действий. Часть вторая этой статьи начинается с синтаксической конструкции «в случае необходимости...», после чего описывается алгоритм действий, определяющий процессуальный порядок подготовительного этапа производства следственных действий. Никаких других установок по фактическим основаниям не закреплено.
При этом в первоначальной редакции проекта Федерального закона № 501 -ФЗ фактические основания были представлены иначе. Они образовывали следующую систему: 1) невозможность личного участия допрашиваемого лица в производстве по уголовному делу; 2) нахождение допрашиваемого лица за пределами места производства предварительного расследования; 3) наличие оснований, при которых допрос должен быть произведен именно следователем или дознавателем, осуществляющим расследование уголовного дела, а не должностным лицом органа дознания или следователем по месту нахождения допрашиваемого лица. Представляется, что обозначенной системой разработчики законопроекта стремились задать определенный ориентир для следователя (дознавателя) в выборе следственного действия с использованием ВКС, причем лишь в тех случаях, когда его объективно невозможно произвести в обычном порядке.
Отказавшись от системы оснований, законодатель заменил ее на более широкую по своему смысловому значению конструкцию «в случае необходимости». Таким образом, предоставил возможность правоприменителю практически по каждому уголовному делу, при любых обстоятельствах, по собственному убеждению применять новейшие технологии связи, чтобы ускорить процесс получения доказательств вербального происхождения. Такое положение дел вызвало критику со стороны отдельных ученых, выразивших обоснованное опасение в том, что использование телекоммуникационных средств связи может со временем привести к подмене традиционного способа производства следственных действий, чего нельзя допустить [2, с. 265]. Не остались в стороне и представители адвокатского сообщества. По их мнению, порядок производства содержащихся в ст. 189.1 УПК РФ следственных действий должен включать в том числе и согласие стороны защиты, в противном случае имеет место ущемление прав подозреваемого или обвиняемого. Позиция основана на том, что при производстве очной ставки и предъявления для опознания с учетом условий и особенностей, предусмотренных ст. 189.1 УПК РФ, не исключено наличие неразрешимых сомнений в достоверности показаний и законности процесса их получения, которые могут трактоваться только в пользу обвиняемого1.
Очная ставка весьма специфична не только в процессуально-тактическом, но и в психологическом отношении. Характерной её особенностью является необходимость постоянного, неотрывного наблюдения за допрашиваемыми [8, с. 28-29; 9, с. 273-275]. Такие действия, прежде всего, направлены на установление эмоционального фона, что становится возможным посредством визуального контакта, куда входит мимика лица, взгляд, жесты, речь. Чаще всего это достигается путем внутреннего восприятия допрашиваемым должностным лицом участников очной ставки. Контроль над эмоциональным фоном при производстве данного следственного действия служит важ-
1 Введенные в УПК нормы серьезно нарушают право на защиту // Адвокатская газета. 2022. 18 янв. [Электронный ресурс]. URL: https://www.advgazeta.ru/novosti/vvedennye-v-upk-normy-serezno-narushayut-pravo-na-zashchitu/ (дата обращения: 07.08.2023).
ным условием, обеспечивающим следователю возможность применения эффективных тактических приемов, позволяющих изобличить лицо, дающее ложные показания. В случае же применения в ходе очной ставки телекоммуникационных технологий связи велика вероятность, что она будет лишена особенностей и станет дистанционным допросом, а не специальным следственным действием, позволяющим устранить существенные противоречия в показаниях ранее допрошенных лиц.
В условиях дистанционного производства очной ставки, равно как и предъявления для опознания, непрерывное наблюдение может осложняться различными факторами. В частности, не исключены ситуации, когда технические неполадки приводят к непредвиденным сбоям передачи видеосигнала либо звука. Подобные случаи составляют основу апелляционных или кассационных жалоб.
Так, представитель сервиса судебного финансирования «РШ/огша» С. Жалялова подала жалобу в Высшую квалификационную коллегию судей в отношении судьи, которая провела предварительное слушание без ее участия, зная о том, что представитель истца ждет подключения по ВКС1.
Аналогичная ситуация произошла и в деле И. Попова, который обратился в ВС РФ с жалобой на действия девятого кассационного суда общей юрисдикции, удовлетворившего ходатайство о рассмотрении дела с использованием средств ВКС на базе Якутского городского суда. Предметом стали требования признать решение суда незаконным, так как оно было принято в условиях его отсутствия по причине технических неполадок. Связь с судом первой инстанции была прервана в самом начале судебного заседания в ходе доклада судьи кассационного суда и так и не была восстановлена. ВС РФ признал доводы кассатора обоснованными, посчитав, что неполадки с ВКС -не повод рассматривать дело без участия одной из сторон2.
Подобные ситуации могут возникать и в досудебном производстве по уголовным делам. Однако отсутствие технической возможности восстановить прерванную ВКС не может быть достаточным основанием для дальнейшего проведения следственного действия в порядке ст. 189.1 УПК РФ. При таком положении дел неизбежно возникновение сомнений в достоверности полученных показаний. В этой связи следователю (дознавателю), осуществляющему на основании письменного поручения производство следственного действия в порядке ст. 189.1 УПК РФ, при возникновении технических неполадок надлежит действовать схожим образом, как изложено в ч. 1 ст. 253 УПК РФ. Разница будет заключаться лишь в том, что если неполадки устранить невозможно, то следователю (дознавателю) целесообразно прервать ход следственного действия, отложить его на определенный срок, сделав об этом соответствующую отметку в протоколе, принять меры по организации возобновления прерванного следственного действия.
В целях минимизации рисков возможного прерывания хода дистанционного следственного действия необходимо привлекать к его участию специалиста. При этом в ч. 3 ст. 189.1 УПК РФ в числе требований, предъявляемых к составлению протокола следственных действий, производимых с применением технических средств коммуникации, законодатель умалчивает о его участии. Полагаем, что разрешение данного вопроса позволит обеспечить надлежащее качество передачи изображения, непрерывного звука, четкого и стабильного сеанса.
1 Юрист направила жалобу в ВККС из-за проведения предварительного слушания без нее // Адвокатская газета. 2020. 9 июня [Электронный ресурс]. URL: https://www.advgazeta.ru/novosti/yurist-napravila-zhalobu-v-vks-iz-za-provedeniya-predvaritelnogo-slushaniya-bez-nee/ (дата обращения: 07.08.2023).
2 Неполадки с ВКС - не повод рассматривать дело без участия одной из сторон // Адвокатская газета. 2022. 17 марта. [Электронный ресурс]. URL: https://www.advgazeta.ru/novosti/nepoladki-s-vks-ne-povod-rassmatrivat-delo-bez-uchastiya-odnoy-iz-storon/ (дата обращения: 07.08.2023).
Еще одним фактором может стать наличие у участников дистанционных следственных действий нарушений здоровья (речи, зрения, слуха, различные умственные недостатки). Участие такой категории лиц в уголовном судопроизводстве посредством использования системы ВКС возможно только в том случае, если эти лица способны в полной мере воспринимать и передавать информацию, пользоваться правами, которыми они обладают, а также защищать эти права. В ситуациях, когда существует вероятность того, что лица не смогут выполнять рассматриваемые действия, следует признать невозможным их участие в судебном заседании с использованием систем ВКС [10, а 101]. Полагаем, что обозначенная позиция должна стать неким «сквозным» правилом, распространяющимся не только на судебное производство, но и на досудебное производство по уголовным делам, когда решается вопрос о применении потенциала технических средств коммуникации при производстве следственных действий.
Вышеизложенные факторы следует в равной степени учитывать и при предъявлении для опознания в дистанционном формате. Отдельные представители адвокатского сообщества вовсе призывают законодателя отказаться от закрепленной в ст. 189.1 УПК РФ возможности производства указанного следственного действия с применением технических средств связи. Их позиция основана на том убеждении, что защитник не может присутствовать одновременно в местах нахождения и опознаваемого, и опознающего, в связи с чем возникает вероятность того, что отдельные недобросовестные представители правоохранительных органов могут оказать воздействие на участников опознания, чему защитники не смогут препятствовать1.
Обозначенная позиция представляется излишне категоричной. При предъявлении для опознания в условиях исключающих визуальное наблюдение (ч. 8 ст. 193 УПК РФ) защитник также находится в отдельном от своего подзащитного месте (оно совпадает с нахождением опознающего, что одновременно позволяет исключить в отношении него степень потенциального воздействия, чего опасается сторона защиты). Считаем, что аналогичным образом следует подходить к вопросу участия защитника при производстве дистанционного опознания, тем более что с учетом особенностей, предусмотренных ст. 189.1 УПК РФ, находясь на удаленном расстоянии от места, где располагается подзащитный, применение телекоммуникационных средств связи позволит защитнику в полной мере реализовать свою процессуальную функцию и полноценно участвовать в ходе опознания с обеих сторон.
Возможен и другой способ, позволяющий снять подозрения на чье-либо воздействие во время производства дистанционного следственного действия: обвиняемый (подозреваемый) вправе обратиться к следователю (дознавателю) с ходатайством о приглашении к участию в производстве следственного действия нескольких защитников (п. 1 ст. 50 УПК РФ) по обе стороны дистанционного следственного действия.
Таким образом, подводя итог, отметим, что цифровизация уголовного судопроизводства, несомненно, отвечает вызовам современного времени. Процесс уголовно-процессуального познания с учетом особенностей осуществления судебных и следственных действий с использованием технических средств связи отличается от общего, традиционного процесса. Реализация закрепленного в УПК РФ технологического инструментария пока еще далека от совершенства и не в полной мере востребована в правоприменительной деятельности, нуждается в дальнейшем преобразовании. Цифровая модернизация должна сопровождаться способностью органичного сочетания новых технологических познавательных возможностей
1 Введенные в УПК нормы серьезно нарушают право на защиту // Федеральная палата адвокатов Российской Федерации. 2022. 14 янв. [Электронный ресурс]. URL: https://fparf.ru/news/fpa/vvedennye-v-upk-normy-serezno-narushayut-pravo-na-zashchitu-/ (дата обращения: 07.08.2023).
с традиционными способами получения и фиксации доказательств по уголовным делам. Назрела необходимость дополнить ч. 2 ст. 189.1 УПК РФ основаниями, которые бы определяли возможность производства специальных следственных действий лишь в исключительных случаях, когда объективно невозможно обеспечить явку кого-либо из участников уголовного судопроизводства. При любых других обстоятельствах целесообразно производить следственные действия в обычном порядке, что создаст баланс между применением технологических и традиционных способов познания.
1. Авдонин К.В., Черкасов В.С. Видео-конференц-связь в следственных действиях: как правильно использовать и что поменять в УПК // Уголовный процесс. 2018. № 7. С. 46-53.
2. Арсенова Н.В., Топчиева Т.В. Использование видео-конференц-связи в досудебном производстве: проблемы и перспективы развития // Евразийский юридический журнал. 2022. № 8(171). С. 264-265.
3. Афанасьева С.И., Добровлянина О.В. Правовое регулирование производства следственных действий с использованием видео-конференц-связи по действующему УПК РФ// Exjure. 2022. № 4. С. 101-117.
4. Гаас Н.Н. Использование видео-конференц-связи при производстве следственных действий в стадии предварительного расследования: изменения, в которых нуждается практика // Российский следователь. 2021. № 12. С. 11-15.
5. Мерлаков Д.С. Компетенция органов предварительного расследования по проведению следственных действий с использованием систем видео-конференц-связи // Научный вестник Орловского юридического института МВД России имени В.В. Лукьянова. 2022. № 1(90). С. 109-115.
6. Михальчук Т.В. Использование информации, полученной телекоммуникационным путем, в расследовании преступлений: автореф. дис. ... канд. юрид. наук. М., 2009. 29 с.
7. Сегай М.Я. Концептуальные основы информатизации судопроизводства // Аллея наук. 2010. № 4(23). С. 193-200.
8. Караванов А.А., Устинов И.Ю. Психологические особенности проведения очной ставки // Территория науки, № 2. 2015. С. 28-33.
9. Криминалистика (общие положения, техника, тактика) / Под ред. А.А. Кузнецова, ЯМ. Мазунина. М.: Издательство Юрайт, 2022. 400 с.
10. Гайворонская Л.В. Использование видеоконференцсвязи в судопроизводстве и ее возможности в апелляции // Библиотека криминалиста. 2014. № 6(17). C. 97-103.
1. Avdonin K.V., Cherkasov V.S. Video-konferencz-svyaz' v sledstvenny'x dejstviyax: kak pravil'no ispol'zovat' i chto pomenyat' v UPK // Ugolovny'j process. 2018. № 7. S. 46-53.
2. Arsenova N.V., Topchieva T.V. Ispol'zovanie video-konferencz-svyazi v dosudeb-nom proizvodstve: problemy' i perspektivy' razvitiya // Evrazijskij yuridicheskij zhurnal. 2022. № 8(171). S. 264-265.
3. Afanas'eva S.I., Dobrovlyanina O.V. Pravovoe regulirovanie proizvodstva sledstvenny'x dejstvij s ispol'zovaniem video-konferencz-svyazi po dejstvuyushhemu UPK RF// Exjure. 2022. № 4. S. 101-117.
4. Gaas N.N. Ispol'zovanie video-konferencz-svyazi pri proizvodstve sledstven-ny'x dejstvij v stadii predvaritel'nogo rassledovaniya: izmeneniya, v kotory'x nuzh-daetsya praktika // Rossijskij sledovatel'. 2021. № 12. S. 11-15.
5. Merlakov D.S. Kompetenciya organov predvaritel'nogo rassledovaniya po pro-vedeniyu sledstvenny'x dejstvij s ispol'zovaniem sistem video-konferencz-svyazi // Nauchny'j vestnik Orlovskogo yuridicheskogo instituta MVD Rossii imeni V.V. Luk'yanova. 2022. № 1(90). S. 109-115.
6. Mixal'chuk T.V. Ispol'zovanie informacii, poluchennoj telekommunikacion-ny'm putem, v rassledovanii prestuplenij: avtoref. dis. ... kand. yurid. nauk. M., 2009. 29 s.
7. Segaj M.Ya. KonceptuaFny'e osnovy' informatizacii sudoproizvodstva // Alleya nauk. 2010. № 4(23). S. 193-200.
8. Karavanov A.A., Ustinov I.Yu. Psixologicheskie osobennosti provedeniya ochnoj stavki // Territoriya nauki, № 2. 2015. S. 28-33.
9. Kriminalistika (obshhie polozheniya, texnika, taktika) / Pod red. A.A. Kuzneczo-va, Ya.M. Mazunina. M.: Izdatelstvo Yurajt, 2022. 400 s.
10. Gajvoronskaya L.V. Ispolzovanie videokonferenczsvyazi v sudoproizvodstve i ee vozmozhnosti v apellyacii // Biblioteka kriminalista. 2014. № 6(17). C. 97-103.
Информация об авторах
Кирилл Владимирович Муравьев. Заместитель начальника (по научной работе). Доктор юридических наук, доцент.
Орловский юридический институт МВД России имени В.В. Лукьянова. 302027, Россия, г. Орел, ул. Игнатова, д. 2.
Эльмира Халиковна Широва. Доцент кафедры уголовного процесса. Кандидат юридических наук.
Барнаульский юридический институт МВД России. 656038, Россия, Барнаул, ул. Чкалова, 49.
Information about the authors
Kirill V. Muraviov. Deputy Head (for scientific work). Doctor of legal sciences, associate professor.
Lukyanov Orel Law Institute of the Ministry of the Interior of Russia. 302027, Russia, Orel, st. Ignatova 2.
Elmira Kh. Shirova. PhD in Law, Associate Professor, Department of Criminal Procedure.
Barnaul Law Institute of the Ministry of Internal Affairs of Russia. 656038, Russia, Barnaul, st. Chkalova 49
Авторы заявляют об отсутствии конфликта интересов. The authors declare no conflicts of interests.
Авторами внесён равный вклад в написание статьи. The authors have made an equal contribution.
Статья поступила в редакцию 17.07.2023; одобрена после рецензирования 11.08.2023; принята к публикации 30.08.2023.
The article was submitted July 17, 2023; approved after reviewing August 11, 2023; accepted to the writing of the article for publication August 30, 2023.