Научная статья на тему 'Президент Академии художеств А. Н. Оленин и развитие русской «Художественной археологии»'

Президент Академии художеств А. Н. Оленин и развитие русской «Художественной археологии» Текст научной статьи по специальности «История. Исторические науки»

CC BY
114
10
Поделиться
Ключевые слова
АКАДЕМИЯ ХУДОЖЕСТВ / ACADEMY OF FINE ARTS / АРХЕОЛОГИЯ / ARCHEOLOGY / ПАЛЕОГРАФИЯ / PALEOGRAPHY / ЭПИГРАФИКА / EPIGRAPHY / АТЛАС ДРЕВНЕРУССКОЙ ИСТОРИИ / OLD RUSSIAN HISTORY ATLAS / ДРЕВНЕРУССКОЕ ИСКУССТВО / OLD RUSSIAN ART

Аннотация научной статьи по истории и историческим наукам, автор научной работы — Аксенова Г.В.

В статье рассматриваются жизнь и творчество А. Н. Оленина как видного политического и общественного деятеля, президента Императорской Академии художеств, а также историка, палеографа, знатока и собирателя русских древностей, одного из основателей русской археологии. Анализируется деятельность А. Н. Оленина по руководству научным кружком, занимавшимся подготовкой издания свода древнерусских летописей, по инициации им издания Атласа древнерусской истории, а также палеографические, эпиграфические и археологические труды ученого.The article is devoted to the life and works of A.N. Olenin not only as a significant politician and statesman, President of the Emperors Academy of Fine Arts, but also as a historian, paleographer, expert in and collector of Russian antiques, as well as one of the founders of Russian archeology. The author analyzes Olenins role in heading a research group which worked on pre-publishing preparation of a collection of Old Russian Chronicles, in his initiating the publishing of the Old Russian History Atlas, as well as his various works in paleography, epigraphy and archeology.

iНе можете найти то, что вам нужно? Попробуйте сервис подбора литературы.

Текст научной работы на тему «Президент Академии художеств А. Н. Оленин и развитие русской «Художественной археологии»»

оценке историка В. О. Ключевского, «это целые полвека в истории нашего просвещения и нашей историографии, особенно археологической ее ветви» [там же].

Будущий выдающийся государственный деятель, организатор наук и художеств Алексей Николаевич Оленин родился в Москве. В 1774 г. в возрасте девяти лет его отослали в Петербург в дом княгини Е. Р. Дашковой. Ее хлопотами и по велению императрицы Екатерины II его приняли в Пажеский корпус, а в 1780 г. отправили в Дрезденскую артиллерийскую школу, где в течение пяти лет он совершенствовал воинские знания, занимался историей, древностями и искусствами. В Россию А. Н. Оленин вернулся капитаном артиллерии. За несколько лет дослужился до полковника. Оставив военную службу в 1795 г., Алексей Николаевич перешел на службу в Государственный банк. Император Павел I назначил его управляющим Монетным двором. В годы царствования императора Александра I в 1810 г. он стал членом учрежденного Государственного Совета и получил должность государственного секретаря. В 1830 г. Оленину пожаловали действительного тайного советника - второй чин в Табеле о рангах, а, по сути, наивысший государственный чин.

Находясь на военной и государственной службе, А. Н. Оленин много времени продолжал уделять занятиям науками и искусством. Он приобрел известность как любитель театра, покровитель драматургов и артистов, рисовальщик и иллюстратор художественных произведений. Одной из самых известных работ А. Н. Олени-

на как иллюстратора стала поэма А. С. Пушкина «Руслан и Людмила».

Еще в годы учебы А. Н. Оленин с увлечением занимался историей и языкознанием. А в 1786 г. в возрасте 23 лет за составленное «Толкование многих военных русских старинных речений» его избрали в члены Российской Академии. Его научный труд «Письмо к графу А. И. Мусину-Пушкину о камне Тмутараканском, найденном на острове Тамани в 1792 г.», изданный в 1806 г., стал первым крупным печатным трудом, имевшем важное научное значение как для истории, так для археологии, палеографии и исторического языкознания. Он принес А. Н. Оленину известность ученого-археолога.

В 1811 г. члена Государственного Совета А. Н. Оленина назначили директором Императорской публичной библиотеки в Петербурге. Его стараниями библиотека была преобразована, и «по приведении хозяйственной и ученой части библиотеки в надлежащее устройство и порядок» это учреждение открылось «на общую пользу».

В 1817 г., не оставляя прежней должности, А. Н. Оленин возглавил Академию художеств, став ее президентом. Чрезвычайно обширными были и преобразования, проведенные в Академии художеств, находившейся к 1817 г. в «великом запустении» [4, с. 312].

Первые академические реформы коснулись ученического обмундирования и ремонта здания. Далее -были сокращены число воспитанников и время учебы. Реформе подверглась сама система профессионального и общеобразовательного обучения. Воспитанники с этого времени

267

268

стали получать добротное разностороннее художественное образование и возможность широкой специализации. Из восьми часов в сутки, отводимых обязательным занятиям, два вечерних часа студенты обязательно работали в натурном классе. Открылся манекенный класс. Усилилось преподавание теоретических курсов: стали преподавать пластическую анатомию, курсы теории изящных искусств и теорию зодчества, был введен класс строительного искусства. Президент также усовершенствовал практические занятия. В курс художественного образования ввели археологию и этнографию.

Помимо специальных предметов в качестве общеобразовательных преподавались грамматика, поэзия, риторика, русская и всеобщая история, география, математика, французский и немецкий языки, мифология и анатомия. Для развития образного исторического мышления у учеников Академии расширили курс древней и русской истории. Воспитанники старших возрастов получали серьезные художественные заказы, дававшие возможность зарабатывать средства на будущее время, когда, окончив Академию, они начнут самостоятельно трудиться.

Руководство Императорской библиотекой, постоянная забота о художественном образовании в соответствии с требованиями времени еще более убедили А. Н. Оленина в необходимости занятий историей и археологией, детального изучения прошлого российского государства. Важное место в исследованиях заняла работа с историческими источниками - письменными и материальными.

Алексей Николаевич Оленин стремился не только отыскивать но-

вые памятники древности, но, изучая их, вводить в научный и художественный оборот. Каждый вновь обретенный памятник, более или менее значимый для процесса исторического познания, не только брал на заметку, но всегда предлагал для дальнейшей научной работы и художественного осмысления. Так было с «Илиадой» Гомера. Так произошло с текстами Льва Дьякона, содержащими подробное описание событий, связанных с походами князя Святослава Игоревича на Византию. Так было и с обретенными доспехами русских князей и государей, с найденными «Рязанскими древностями».

Разыскивая, приобретая, изучая памятники истории, А. Н. Оленин занимался подготовкой их к публикации. Будучи убежденным в том, что правдивую «историю русскую» нельзя написать без издания полного свода всех летописей и иностранных книг, содержащих сведения о России, А. Н. Оленин уже в 1810 г. вместе со своим подвижниками, в числе которых были ученые А. И. Ермолаев и А. Х. Востоков, начали готовить публикацию комментируемого текста Лаврентьевской летописи. Помимо этого А. Н. Оленин всегда говорил о необходимости «собирания тех предметов, которые могут служить в пользу отечественной истории, древностей, языка и словесности нашей» [5, с. 133-134]. В начале XIX в. Алексей Николаевич написал ряд работ, связанных с русской палеографией и русской историей: «О Липицком сражении и шлеме Александра Невского» (1808), «О персидском старинном перстне, найденном в Торжке» (1808), «Заметку о месте погребения князя Дмитрия

iНе можете найти то, что вам нужно? Попробуйте сервис подбора литературы.

ф

Пожарского» (1808) и др. [там же, с. 135] Причем все работы А. Н. Оленина сопровождались рисунками или археологическими зарисовками.

Став президентом Академии художеств, А. Н. Оленин все больше стал задумываться над вопросом о роли истории, археологии и этнографии в формировании взглядов и вкусов художников и о роли художеств в сохранении и изучении исторического наследия. В связи с чем появились его серьезные работы, посвященные, к примеру, созданию портрета Ермака, жизни, быту и костюму славян и др. [6-11].

Для зарисовки и фиксирования древних русских памятников и копирования древних рукописей в 18091811 гг. Алексей Николаевич добился у императора Александра I субсидий на археологическую экспедицию по городам России. В этой экспедиции, которую возглавил историк и археолог К. М. Бороздин, участвовали художник-археолог и палеограф А. И. Ермолаев и художник И. А. Иванов.

Назначение А. Н. Оленина в 1817 г. президентом Академии художеств укрепило его в мысли о необходимости создания «художественной археологии», под которой он понимал не только точные с соблюдением масштаба, зарисовки археологических древностей и памятников древнерусского зодчества, но их подробное источниковедческое исследование и описание, а также решение вопросов датировки и атрибуции, то есть проведение так называемой внешней критики источника.

В этот исторический период подъема национального самосознания и расцвета романтизма без «художественной археологии» становилось

немыслимым развитие таких сфер культуры как архитектура, историческая живопись, декоративно-прикладное искусство. Понимая значение археологии для правильного отображения исторического прошлого, он начал составлять «Полный живописный курс археологии и этнографии для художников» [5, с. 93; 12]. Отправляя выпускников Академии художеств в дальние поездки (Палестина, Китай, Константинополь), он просил обращать внимание на исторические места, на древнюю архитектуру, нравы, обычаи и одежду жителей и все это срисовывать.

Постепенно у А. Н. Оленина стала складываться концепция «Атласа русской истории», в котором органично должны были соединиться публикации письменных исторических источников с историко-этнографическими комментариями и иллюстрациями. Для реализации этого проекта ему нужен хороший, знающий помощник, сподвижник, каковым первоначально был А. И. Ермолаев. Затем, после смерти первого, А. Н. Оленин нашел нового единомышленника в лице одного из своих учеников - Федора Солнцева. Алексей Николаевич увидел, что именно Ф. Г. Солнцев «более чем кто бы то ни было в целой тогдашней Академии, более чем кто бы то ни было из тогдашних русских художников, способен быть ему помощником в осуществлении тех планов, которые были у него в голове» [13, с. 161]. Наступали, по словам В. В. Стасова «времена национальных стремлений к самобытному искусству, к самостоятельным формам быта и жизни» [там же]. И, ускоряя приближение этих времен торжества национального, русского искусства, «в одну

269

270

ногу и могучими общими силами» двинулись эти два человека, «одушевленные одной и той же национальной мыслью и желанием пользы своему народу» [там же, с. 165].

Художнику Федору Солнцеву благодаря наставлениям А. Н. Оленина удалось в работе над срисовыванием и научной фиксацией памятников русской древности довести в своих рисунках воспроизведение бытовых форм до высокой степени совершенства. Вместе они подготовили несколько художественно-архе о ло ги че-ских изданий, среди которых «Рязанские русские древности» [14], «Опыт об одежде, оружии, нравах, обычаях и степени просвещения славян...» [9], «Облик, или портрет великого князя Святослава Игоревича», «Древности Босфора Киммерийского» [15].

Первым и важнейшим этапом в становлении «художественной археологии» стали события, связанные с находкой и публикацией «рязанских древностей». «Рязанскими древностями» традиционно в источниковедении и археологии называют клад, случайно найденный крестьянами при ремонте дороги в 1822 г. близ села Старая Рязань [14, с. 9]. Этот клад состоял из 45 золотых и серебряных предметов, в основном, из украшений женского парадного платья. Они были созданы рязанскими мастерами в XII в. для княжеской семьи и их зарыли перед нашествием монголо-татарских орд, разоривших Старую Рязань в 1237 г.

Осознание уникальности и степени важности этой находки для истории русской культуры сделало актуальной проблему публикации как можно более полной информации о ней. По распоряжению императора Алексан-

дра I, к исследованию приступил А. Н. Оленин, стараясь решить серьезные источниковедческие вопросы, связанные, прежде всего, с внешней критикой источника, вопросы, которые поставил перед ним в 1824 г. государь: «К чему именно сии убранства могли служить, и кому оные принадлежали?» [14], то есть когда, для кого и кем были созданы.

iНе можете найти то, что вам нужно? Попробуйте сервис подбора литературы.

Книга, посвященная уникальной находке, по замыслу Алексея Николаевича Оленина, состояла из двух частей: научного исследования клада, включающего историю его создания, историю находки, состав клада и подробное описание пяти литографированных таблиц-рисунков, представленных в виде отдельного альбома. Т.е. подробное словесное описание клада дополнялось детальным воспроизведением всех предметов.

Этот вид искусства (точное воспроизведение предметов материальной культуры), получивший в последствии название «художественной археологии» был очень и очень непростым. По словам А. Н. Оленина, художник, занимающийся подобным искусством, «должен приучить свой глаз отыскивать в вещах сего рода настоящую их характеристику, без которой самой превосходной работы рисунок не может выполнить той главной цели, которая в сем роде искусства требуется, а именно, чтобы точным изображением предмета, не прибавляя к нему ни поправок, ни прикрас, и не выпуская никаких его недостатков или неправильностей, представить верный способ наблюдателю нравов и обычаев времен прошедших соображать или узнавать век или употребление изображенной вещи, какому народу, а иногда и лицу, могла оная принад-

ф

лежать». Такой художник «должен быть не что иное, как самый строгий портретист, несмотря на случайную безобразность предметов» [14, с.1-5].

Поставленная императором серьезная художественно-исследовательская задача была не просто блистательно решена А. Н. Олениным, но и позволила сформулировать основные принципы «художественной археологии», ставшей с этого времени неотъемлемой частью научных и художественных изысканий.

Вслед за «Рязанскими русскими древностями» в начале 1830-х гг. последовали работы над рисунками Керченских и Фанагорийских древностей [15].

Следующей этапной работой в становлении «художественной археологии» стали «Древности Российского государства», которые увидели свет в 1849-1853 гг., уже после смерти А. Н. Оленина. При подготовке этого «важнейшего и великолепнейшего» [16, с. 42] издания, названного современниками «живописной энциклопедией», «богатым пособием по археологии» [там же, с. 44], «эпохой в русском историческом самосознании» [13, с. 167], объединились силы лучших представителей российской культуры, ратовавших о ее славе и понимающих назначение исторического познания.

Подготовка к изданию началась еще с работы над Рязанскими древностями, в издание которых среди титульных листов помимо собственно предметов Рязанского клада А. Н. Оленин счел возможным и необходимым поместить рисунки предметов, относящихся к XVII и XIV вв. Во введении к «Рязанским древностям» этот факт пояснен следующим образом: «Пред-

меты, помещенные в сих первых двух рисунках, должны служить для соображения и доказательств при рассуждении о вещах, найденных в Рязанской губернии» [14, с. 7].

Начало работе по исполнению рисунков русских древностей было положено командировкой Ф. Г. Солнцева в 1826 г. в Кострому и Ярославль [17, с. 718]. В мае 1830 г. по заданию А. Н. Оленина и под его руководством начинаются исследовательские архе о ло го-этнографические поездки Ф. Г. Солнцева, в которых он должен проявить себя и как ученый-исследователь, и как художник, умеющий точно передать формальную сторону предмета. С того времени художник стал систематически «срисовывать старинные наши обычаи, одеяния, оружие, церковную и царскую утварь, скарб, конскую сбрую и прочие предметы, принадлежащие к историческим, археологическим и этнографическим сведениям» [там же, с. 722]. География творческих поездок была обширной: Москва и ее окрестности, Владимир, Суздаль, Юрьев-Польской, Троице-Сергиева лавра, Александров, Звенигород, Тверь, Торжок, Новгород, Псков, Ладога, Белозерск, Смоленск, Рязань, Ярославль, Кострома, Киев, Чернигов.

Президент Академии художеств старался научить своего помощника и товарища в деле изыскания и фиксации памятников русской старины методике изучения и фиксации древностей, указать правильный метод их художественного анализа и научной критики при решении главной научной задачи - установить время создания, принадлежность и назначение каждого из отрисованных па-

271

272

мятников, зафиксировать их состояние на момент обследования и художественной фиксации. Например, А. Н. Оленин, давая инструкцию, писал следующее:

«Поручаю Вам весьма подробно карандашом означать на самых разных рисунках: а) как, по преданиям местным, оружие или какой-либо предмет, или особая часть оного называлась? б) все сии имена записывать Вам в особую тетрадь, с ссылками или указаниями карандашом на нарисованные Вами предметы под сими именами <...> г) для надлежащего эффекта, при окончательной отделке, нужно Вам будет особые иметь рисуночки, красками сделанные, хотя в малом виде, общего вида и цвета рисуемого вами предмета, или какой-либо важной части оного» [4, с. 637].

iНе можете найти то, что вам нужно? Попробуйте сервис подбора литературы.

Каждый раз, возвращаясь из поездок, Ф. Г. Солнцев привозил от 50 до 100 рисунков археологических памятников и этнографических типов. Все они обрабатывались и систематизировались.

Предметы Ф. Г. Солнцев изображал с необычайной тщательностью, со скрупулезной точностью и, конечно же, археологической достоверностью, как писал А. Н. Оленин, «не прибавляя к ним ни прибавок, ни прикрас и не выпуская никаких их достатков и неисправностей». Объемные предметы художник часто давал в нескольких проекциях, воспроизводил отдельные фрагменты и детали, а также делал по несколько эскизных и итоговых рисунков. К примеру, Ф. Г. Солнцев несколько раз по просьбе А. Н. Оленина воспроизвел одну из уникальных археологических находок начала XIX в. -шлем Ярослава Всеволодовича, укра-

шенный серебряными золочеными пластинами с рельефными изображениями Архангела Михаила, Христа Спасителя, св. Георгия, св. Федора Стратилата и св. Василия. Шлем был показан в трех проекциях: вид спереди, сбоку и сверху, показан с реконструкцией металлической личины и кольчужной сетки - бармицы. Внизу справа, около шлема, изображение остатков кольчуги или бармицы. На нижнем поле показан фрагмент декора венца шлема - развертка пластины с орнаментом и фигурками фантастических животных. Вверху слева и справа показаны аналогии шлему (по западноевропейским изобразительным источникам). Изображения были выполнены в различном масштабе [18, илл. 258].

«Шапку ерихонскую» князя боярина Ф. И. Мстиславского художник показал в пяти проекциях: вид спереди, сзади, сверху, сбоку и изнутри, а также изображены отдельные украшения и детали, в том числе, детали крепления [19, III, илл. 15]. В четырех проекциях с изображением деталей в разных проекциях и рисунках орнаментов представлена чернильница царя Алексея Михайловича [там же, V]. В трех проекциях с изображением двух деталей представлена серебряная золоченая кружка [там же]. Крыша с ковчега для гвоздя Господня показана в трех проекциях, в двух - Гвоздь Господень [там же, I]. В четырех проекциях дана митра патриарха Иова [там же].

Часто отдельные детали многих предметов художник показывал в натуральную величину, прилагая к рисунку масштабную линейку.

Постепенно собирался материал, отражавший в старинных предметах

и костюмах историю жизни и быта Русского государства. Получая все новые и новые рисунки Ф. Г. Солнцева, А. Н. Оленин отмечал: «Сей важнейший труд, ныне предпринятый <...>, если продолжаем будет <...>, то, конечно с пользой послужит к составлению со временем полного курса Русской археологии для объяснения старинных обычаев, обрядов, деяний или костюма художникам нашим и даже иностранным» [20, с. 149].

К началу 1840-х гг. Ф. Г. Солнцев создал около трех тысяч рисунков, представлявших древности Российского государства [21, с. 330-432]: это виды различных городов, монастырей, храмов, старинных зданий, их интерьеров, зарисовки, обмеры и планы древних архитектурных сооружений, одежды, облачения, церковная утварь, старинные книги, предметы быта, этнографические зарисовки и т.д.

Направляя работу художника и видя итоги исследовательских художественно-археологических поездок, А. Н. Оленин, в декабре 1841 г. написал доклад «О проекте издания под названием "Древности российские"», в котором он говорил о необходимости составления «верной и любопытной и привлекательной российской истории» [5, с. 139]. «Главная цель сочинения Древностей Российского Государства будет состоять в точнейшем исследовании нравов, обычаев и одежды или костюма русского народа от VI до XVIII в. по Р. Х., особенно для художников... В этом собрании самых отчетливых рисунков показаны будут настоящие виды одеяний, оружия, первобытных жилищ, храмов, зданий, скарба, одним словом, всех предметов, которые могут входить в состав этнографических описаний племен славян-

ских и особенно русского народа. К сему своду исторических доказательств в лицах присовокуплено будет все, что у нас в России имеется из числа произведений других народов, и все, что может служить ясным доводом к подтверждению сказанного о многолюдных племенах славян в письменных преданиях древних и новейших авторов» [19, I, II-III].

Размышляя о предназначении издания, А. Н. Оленин также отметил, что «цель сего сочинения состоит в том, чтоб старинные наши русские нравы, обычаи, обряды, одежды духовные, военные, светские и простонародные, а также жилища и здания, степень познаний и просвещения, промышленности, искусства, ремесла и разные предметы в общежитии сделались известными - посредством ваяния или рисования - во всей их точности и с сохранением их характера или вида, как бы он ни был странен и неисправно изображен» [20, с. 144]. Издание по окончании подготовительной работы над ним должно было выглядеть как свод гравированных или литографированных рисунков старинных памятников культуры, быта, архитектуры, произведений искусства, точно передающих натуру. Также в издание должны были быть включены исторические и литературные сведения, извлеченные из летописей.

Будущую книгу А. Н. Оленин предполагал озаглавить следующим образом: «Древности Российского Государства. Рисованы с подлинников академиком Императорской Академии художеств Солнцевым, с краткими пояснениями президента сей Академии. Для художников. Приведено к исполнению 11 декабря 1841 г.» [5, с. 140].

273

ф

274

iНе можете найти то, что вам нужно? Попробуйте сервис подбора литературы.

Алексею Николаевичу Оленину не удалось воплотить в жизнь свою мечту об уникальном историко-художествен-ном пособии в жизнь. Он скончался в 1843 г.

Еще при жизни президента Академии художеств его инициатива была горячо поддержана императором Николаем I. После его смерти государь решил завершить столь важное предприятие, которое способствовало бы образованию и воспитанию русских художников в любви к истории Отечества. Именно это издание через художественные образы исторически важных предметов материального ряда как нельзя лучше отражало главную национальную идею периода царствования Николая I - «Православие. Самодержавие. Народность».

Выдвинувший на первый план требование - следовать национальным традициям в русском искусстве император Николай I всячески содействовал начатому Олениным предприятию. По инициативе Николая I был создан Комитет для подготовки издания в составе: государственный деятель, коллекционер, меценат С. Г. Строганов, писатель и драматург М. Н. Загоскин, историк, этнограф, археолог и искусствовед И. М. Снегирев, писатель, историк, археолог, этнограф, директор Московской Оружейной палаты А. Ф. Вельтман.

Концепция издания «Древностей», разработанная А. Н. Олениным, представленная в рисунках «замечательнейших памятников древности Русской» и в строгих описаниях, имела «великое значение для науки, как плод долговременного труда изыскателя» [19, с. I, III].

«Художественная археология» воплощенная в предпринятых изда-

ниях первой половины XIX в., принципы которой были сформулированы А. Н. Олениным, дала возможность сохранить и реставрировать памятники, стала средством воспитания и образования общества, методом познания и освоения отечественной истории. Дело, начатое А. Н. Олениным, было продолжено в трудах И. М. Снегирева [22-30], А. Ф. Вельтмана [31-32], Ф. Ф. Рихтера [33], В. В. Суслова [34-37]. Труды его последователей стали данью уважения «удивительному человеку, отдававшему все силы и все свои средства делу образования и просвещения русских художников, делу сохранения памятников русской старины» [4, с. 316] и показали значимость и перспективность идеи «художественной археологии».

СПИСОК ИСТОЧНИКОВ И ЛИТЕРАТУРЫ

1. Государственная канцелярия, 18101919. - СПб., 1910.

2. Вигель Ф. Ф. Записки. - М., 2000.

3. Ключевский В. О. А. Н. Оленин // Ключевский В. О. Неопубликованные произведения. - М., 1983.

4. Солнцев Ф. Г. Моя жизнь и художественно-археологические труды // Русская старина, 1876. - Т. XV. - С. 109128, 311-323, 617-633; Т. XVI. - С. 147160, 263-302.

5. Голубева О. Д. А. Н. Оленин. - СПб., 1997.

6. Оленин А. Н. Археологические труды в 4-х тт. / Под ред. Н. И. Стояновского со 100 снимками Ф. Г. Солнцева. -СПб., 1877, 1881, 1882.

7. Оленин А. Н. Изложение средств к изменению главных предначертаний нового образования Академии художеств. - СПб., 1831;

8. Оленин А. Н. Краткое историческое сведение о состоянии императорской Академии художеств. - СПб., 1829.

iНе можете найти то, что вам нужно? Попробуйте сервис подбора литературы.