Научная статья на тему 'Пересмотр трагедии Катерины и Фаньи в контексте китайской и русской культур'

Пересмотр трагедии Катерины и Фаньи в контексте китайской и русской культур Текст научной статьи по специальности «Языкознание и литературоведение»

CC BY
245
74
i Надоели баннеры? Вы всегда можете отключить рекламу.
Ключевые слова
Катерина / Фаньи / культурный контекст / образ грозы / трагическое сознание / трагический конфликт / Katerina / Fanyi / cultural context / the image of thunderstorm / consciousness of tragedy / tragic conflict

Аннотация научной статьи по языкознанию и литературоведению, автор научной работы — Сунь Дамань, Фань Сяосяо

Цель исследования – определить сущность и ценность трагедии Катерины и Фаньи. Трагическое сознание драматурга является предпосылкой существования трагедии, и основным принципом в трагедии является необходимость обозначить конфликт. В статье анализируется «Гроза» А.Н. Островского и одноименная драма Цао Юя с точки зрения драматургов и персонажей в контексте китайской и русской литератур, чтобы выявляется трагическое сознание драматурга и трагический конфликт в героинях. Научная новизна исследования заключается в сравнительном анализе трагической судьбы Катерины и Фаньи в контексте китайской и русской культур. В результате доказано, что с помощью сочетания трагического сознания и конфликта конечная цель и истинная трагическая ценность могут быть достигнуты.

i Надоели баннеры? Вы всегда можете отключить рекламу.
iНе можете найти то, что вам нужно? Попробуйте сервис подбора литературы.
i Надоели баннеры? Вы всегда можете отключить рекламу.

RE-EXAMINING OF TRAGIC FATE OF KATERINA AND FANYI IN THE CONTEXT OF CHINESE AND RUSSIAN CULTURES

The objective of the article is to determine the essence and value of the tragedy of Katerina and Fanyi. The dramatist’s consciousness of tragedy is the premise of drama, the basic principle in the tragedy is the need to point out conflict. Using the cultural material of China and Russia, the work analyzes the “Thunderstorm” of A.N. Ostrovsky and Cao Yu’s drama of the same name from dramatist and heroine in the drama, in order to reveal the tragic consciousness and the tragic conflict in the heroines. The novelty of the research is comparative analysis of the tragic fate of Katerina and Fanyi in the context of Chinese and Russian culture. As a result, it is proved that by combining consciousness of tragedy and tragic conflict, the ultimate goal and true tragic value can be achieved.

Текст научной работы на тему «Пересмотр трагедии Катерины и Фаньи в контексте китайской и русской культур»

Библиографический список

1. Рассел Б. Собственные имена. Человеческое познание, его сферы и границы. Москва, 2000: 76 - 86.

2. Шмелев А.Д. Русский язык и внеязыкоеая действительность. Москва, 2002.

3. Фонякова О.И. Имя собственное в художественном тексте. Ленинград, 1990.

4. Бахтин М.М. Вопросы литературы и эстетики. Москва, 1975.

5. Васильева Н.В. Собственное имя в мире текста. Москва, 2009.

6. Вежбицкая А. Дескрипция или цитация. Новое в зарубежной лингвистике. Выпуск 13. Логика и лингвистика (Проблемы референции). Москва, 1982: 237 - 262.

7. Суперанская А.В. Общая теория имени собственного. Москва, 2007.

8. Кронгауз М.А. «Воплощенное» и «невоплощенное» имя собственное: некоторые аспекты референции. Экспериментальные методы в психолингвистике. Москва, 1987: 118 - 135.

9. Морозова М.Н. Взаимодействие антропонимической и нарицательной лексики. Личные имена в прошлом, настоящем, будущем. Проблемы антропонимики. Москва, 1970: 62 - 69.

10. Белецкий А.А. Лексикология и теория языкознания (ономастика). Киев, 1972.

11. Апресян Ю.Д. Избранные труды. Москва, 1995; Т. 2.

12. Никонов В.А. Задачи и методы антропонимики. Личные имена в прошлом, настоящем, будущем. Проблемы антропонимики. Москва, 1970: 33 - 56.

13. Захаренко И.В., Красных В.В., Гудков Д.Б., Багаева Д.В. Прецедентное высказывание и прецедентное имя как символы прецедентных феноменов. Язык, сознание, коммуникация. Москва, 1997; Выпуск 1: 82 - 103.

14. Гудков Д.Б. Теория и практика межкультурной коммуникации. Москва, 2003.

15. Красных В.В. Этнопсихолингеистика илингвокультурология. Москва, 2002.

16. Высоцкая И.В. Спорные вопросы теории прецедентности. Критика и семиотика. 2013; № 1: 117 - 137.

References

1. Rassel B. Sobstvennye imena. Chelovecheskoe poznanie, ego sfery i granicy. Moskva, 2000: 76 - 86.

2. Shmelev A.D. Russkijyazyki vneyazykovaya dejstvitel'nost'. Moskva, 2002.

3. Fonyakova O.I. Imya sobstvennoe v hudozhestvennom tekste. Leningrad, 1990.

4. Bahtin M.M. Voprosy literatury i 'estetiki. Moskva, 1975.

5. Vasil'eva N.V. Sobstvennoe imya v mire teksta. Moskva, 2009.

6. Vezhbickaya A. Deskripciya ili citaciya. Novoe v zarubezhnoj lingvistike. Vypusk 13. Logika i lingvistika (Problemy referencii). Moskva, 1982: 237 - 262.

7. Superanskaya A.V. Obschaya teoriya imeni sobstvennogo. Moskva, 2007.

8. Krongauz M.A. «Voploschennoe» i «nevoploschennoe» imya sobstvennoe: nekotorye aspekty referencii. 'Eksperimental'nye metody v psiholingvistike. Moskva, 1987: 118 - 135.

9. Morozova M.N. Vzaimodejstvie antroponimicheskoj i naricatel'noj leksiki. Lichnye imena vproshlom, nastoyaschem, buduschem. Problemy antroponimiki. Moskva, 1970: 62 - 69.

10. Beleckij A.A. Leksikologiya i teoriya yazykoznaniya (onomastika). Kiev, 1972.

11. Apresyan Yu.D. Izbrannye trudy. Moskva, 1995; T. 2.

12. Nikonov V. A. Zadachi i metody antroponimiki. Lichnye imena v proshlom, nastoyaschem, buduschem. Problemy antroponimiki. Moskva, 1970: 33 - 56.

13. Zaharenko I.V., Krasnyh V.V., Gudkov D.B., Bagaeva D.V. Precedentnoe vyskazyvanie i precedentnoe imya kak simvoly precedentnyh fenomenov. Yazyk, soznanie, kommunikaciya. Moskva, 1997; Vypusk 1: 82 - 103.

14. Gudkov D.B. Teoriya ipraktika mezhkul'turnojkommunikacii. Moskva, 2003.

15. Krasnyh V.V. 'Etnopsiholingvistika i lingvokul'turologiya. Moskva, 2002.

16. Vysockaya I.V. Spornye voprosy teorii precedentnosti. Kritika isemiotika. 2013; № 1: 117 - 137.

Статья поступила в редакцию 26.05.20

УДК 8 (882)

Sun Daman, Professor, China University of Petroleum (China), E-mail: 1251297085@qq.com

Fan Xiaoxiao, postgraduate, China University of Petroleum (China), E-mail: 1277686750@qq.com

RE-EXAMINING OF TRAGIC FATE OF KATERINA AND FANYI IN THE CONTEXT OF CHINESE AND RUSSIAN CULTURES. The objective of the article is to determine the essence and value of the tragedy of Katerina and Fanyi. The dramatist's consciousness of tragedy is the premise of drama, the basic principle in the tragedy is the need to point out conflict. Using the cultural material of China and Russia, the work analyzes the "Thunderstorm" of A.N. Ostrovsky and Cao Yu's drama of the same name from dramatist and heroine in the drama, in order to reveal the tragic consciousness and the tragic conflict in the heroines. The novelty of the research is comparative analysis of the tragic fate of Katerina and Fanyi in the context of Chinese and Russian culture. As a result, it is proved that by combining consciousness of tragedy and tragic conflict, the ultimate goal and true tragic value can be achieved.

Key words: Katerina, Fanyi, cultural context, the image of thunderstorm, consciousness of tragedy, tragic conflict.

Сунь Дамань, проф., Китайский нефтяной университет (Хуа Дун), г. Циндао, E-mail: 1251297085@qq.com

Фань Сяосяо, аспирант, Китайский нефтяной университет (Хуа Дун), г. Циндао, Государственный институт русского языка

имени А.С. Пушкина, г. Москва, E-mail: 1277686750@qq.com

ПЕРЕСМОТР ТРАГЕДИИ КАТЕРИНЫ И ФАНЬИ В КОНТЕКСТЕ КИТАИСКОЙ И РУССКОЙ КУЛЬТУР

Цель исследования - определить сущность и ценность трагедии Катерины и Фаньи. Трагическое сознание драматурга является предпосылкой существования трагедии, и основным принципом в трагедии является необходимость обозначить конфликт В статье анализируется «Гроза» А.Н. Островского и одноименная драма Цао Юя с точки зрения драматургов и персонажей в контексте китайской и русской литератур, чтобы выявляется трагическое сознание драматурга и трагический конфликт в героинях. Научная новизна исследования заключается в сравнительном анализе трагической судьбы Катерины и Фаньи в контексте китайской и русской культур. В результате доказано, что с помощью сочетания трагического сознания и конфликта конечная цель и истинная трагическая ценность могут быть достигнуты.

Ключевые слова: Катерина, Фаньи, культурный контекст, образ грозы, трагическое сознание, трагический конфликт.

Актуальность темы обусловлена значительным влиянием ценности трагедии Катерины и Фаньи в русской и китайской литературах, а также в мировой литературе. Как подчеркивал Энгельс, «ценность любого человека в литературе определяется не им самим, а сравнением с целым» [1, с. 523]. Все литературные произведения могут быть точно оценены только в том случае, если они помещены в определенную социальную среду и литературное время и пространство, в которых живет писатель, в контексте всестороннего обзора истории развития литературы. «Гроза» создана А. Н. Островским в 1860-х годах, а одноименная драма Цао Юя была завершена в 1930-х годах. Оба произведения получили

название по образу явления природы - грозы, авторами созданы классические женские образы в китайской и русской литературах - Катерина и Фаньи. Всевозможные совпадения и сходства заставляют нас серьезно подойти к изучению этих двух произведений, а также проанализировать трагические судьбы главных героинь.

Для достижения указанной цели необходимо решить следующие задачи: во-первых, прояснить конкретное понятие контекста культуры; во-вторых, выявить трагическое сознание драматургов, которое воплощено в пьесах; во-тре-тьих, обосновать трагический конфликт героинь.

Для пересмотра трагедии Катерины и Фаньи в контексте русской и китайской культур в статье применяются следующие методы исследования: метод сравнительного анализа и метод контент-анализа.

Теоретической базой исследования, главным образом, послужили труды А.Н. Островского и Цао Юя, наряду с этим публикации Гегеля, Клэра Крамша, А.Н Ужанкова, Пэна Сюиня.

Практическая значимость исследования заключается в том, что раскрываемая сущность трагедии Катерины и Фаньи в контексте русской и китайской культур поможет понять ценность героинь в мировой литературе. Это также может способствовать развитию гуманитарной духовной культуры.

Гегель в «Эстетике» писал: «...трагический конфликт, по сути, - это социальный конфликт» [2, с. 277]. При рассмотрении судеб Катерины и Фаньи мы должны обратить внимание на социальную природу, содержащуюся в них. Связующее звено между ними - это культурный контекст, в котором творят драматурги.

Клэр Крамш в своем труде «Язык и культура» пишет, что культурный контекст относится ко всем знаниям, накопленным в обществе, то есть «давним и идеологическим фоновым знаниям, разделяемым нацией; другими словами, это структура знаний, которую люди могут понять с помощью предвкушения, спекуляции и понимания в процессе языкового общения» [3, с. 23]. Тем не менее ученый по социальной антропологии Б.К. Малиновский делит культурный контекст на лингвистический и социальный. Нам нетрудно представить два значения культурного контекста: лингвистический - это культурные обычаи и социально-культурный фон, наследуемые из поколения в поколение в общественной жизни, а также коллективные привычки в языке, поведении и психологии. Социальный -это социальные нормы, в основном относящиеся к различным нормативным актам, принятым обществом в отношении речевой коммуникационной деятельности. Культурный контекст, отраженный в творчестве писателя, главным образом относится к конкретной культурной среде, которая оказывает глубокое влияние на писателя и его литературную деятельность, включая все аспекты материальной и духовной культуры и режимной мотивации, а также способ производства и образ жизни и образ мысли. Поэтому с учетом культурного контекста, среды творчества Островского и Цао Юя проанализируем жизненные пути Катерины и Фаньи с точки зрения трагического сознания и конфликта трагедий.

Трагическое сознание является предпосылкой трагедии. Литература лучше всего выражает трагические эмоции человека и создает трагические сентиментальные скрытые смыслы, осуществление которых зависит от трагического сознания писателя: от уникальной «скорби к разрушенным родным краям» в китайской литературе до «трагической красоты», которой посвящена западная литература. Трагическое сознание является результатом размышления автора о душе, судьбе и более глубокого понимания жизни. Как А.Н. Островский, так и Цао Юй извлекли трагические чувства из собственного опыта и успешно превратили свое личное горе и гнетущую тоску в глубокое трагическое сознание и привнесли их в пьесу.

Цао Юй родился в феодальной бюрократической семье, он чувствительный, утонченный и грустный по своей природе, «кажется, что он похож на подавленное семя от рождения» [4, с. 1]. В детстве он потерял мать, а когда Цао Юй возмужал, умер и отец. Его родная сестра умерла тоже рано, вместе с тем она была прекрасна и добра, но, к сожалению, пережила мучительный брак и была замучена до смерти. Близкие родственники умирали один за другим, в результате Цао Юй своими глазами видел боль и горе, человеческое непостоянство и многообразие человеческой жизни, что сформировало трагическое сознание драматурга. Для него жизнь торжественна и блестяща и одновременно беспомощна и грустна, человечество живет в трагической ситуации, которую трудно избежать. Драматург упомянул в «Предисловии»: «.вселенная похожа на глубокий колодец, падая в него, как бы вы ни кричали, вы не избежите этой тьмы» [5, с. 6]. Трагическое сознание драматурга создало трагический фон «Грозы», пронизывающий диалоги, атмосферу, персонажей пьесы. Так Цао Юй описывает Фаньи: «В ее спокойных глазах, затененных длинными ресницами, светится глубокая печаль. Временами, когда на сердце у нее бывает особенно тяжело, в ее взоре, взоре разочарованной молодой женщины, появляются боль и обида. Опущенные книзу углы губ говорят о том, что эта подчиняющаяся силе женщина все время сдерживает себя» [6, с. 28]. Описание внешности главной героини оставляет у читателя удушающее чувство депрессии. Ее муж считал Фаньи больной, и пригласил доктора к ней, не считаясь с ее желаниями, даже позволил Чжоу Пину (пасынку, которого Фаньи полюбила) встать на колени, чтобы заставить ее выпить лекарство. Обреченность и боль звучит в словах Фаньи: «Твой отец опозорил меня. Таким же обманным способом он завлек меня в вашу семью. Я не смогла убежать. постепенно сломили меня и превратили в каменного истукана» [6, с. 60].

Обратимся к образу Катерины Островского. Хотя она живет в другой социальной среде, она похожа на Фаньи, и ее трагическая судьба не может быть отделена от трагического сознания драматурга. А.Н. Островский родился в богатой семье адвоката и с детства жил в Замоскворечье. В 1834 году А.Н. Островский работал канцеляристом в суде, имел дело с разными людьми и видел своими глазами взаимный обман и подозрение между мещанином, купцом и дворянином, он также был знаком с человеческим непостоянством. В 1856 году драматург принял участие в литературной экспедиции по реке Волге, организованной российским Министерством океанографии. Резкий контраст между красивыми пейзажами на

этом пути и трудными условиями жизни добрых и простых людей вызвал у него сильный шок. Драматург писал в своем дневнике, что погрузился в чувство отчаяния после экспедиции. Именно чувство отчаяния побудило А.Н. Островского написать «Грозу» после возвращения из экспедиции, и это сознание заложило основную трагическую тональность драмы. Сначала драматург описывал красивые пейзажи древнего города Калинова на берегах Волги, а затем в оценках Бориса и Кулигина раскрывает консервативную отсталость и безжизненность, скрывающуюся за этой красотой. Борис, вернувшись из Москвы, произносит такие слова: «Я понимаю, что все это наше, русское, а все-таки не привыкну никак» [7, с. 4], местный житель Кулигин полностью согласен: «Жестокие нравы, сударь, в нашем городе, жестокие!» [7, с. 4].

Кроме того, трагическое сознание драматургов воплотилось и в названии пьес - явление природы, гроза. Образ грозы сложен и многозначен. С одной стороны, гроза описывалась много раз в обеих пьесах как явление природы. С другой, образ грозы символичен, он связан с переживаниями, душевным состоянием героинь. Как Фаньи, так и Катерина - представители «Грозы». Для Цао Юя Фаньи - это человек с ярким грозовым характером. А русский литературный критик Н.А. Добролюбов назвал Катерину «лучом света в темном царстве» [8, с. 179]. Стремясь к свободе и счастью, Катерина не может избавиться от влияния домостроевских порядков, обычаев, религии. На тайном свидании с Борисом страх в душе вызван раскатом грома, она попала в ловушку сознания, в которой ее любовь к Борису является грехом, оттого Катерина сказала: «Меня убьет» [7, с. 31]. Хотя Катерина не преодолела оков феодально-патриархального строя, она и не подчинялась ему, бросившись в реку Волгу при наступающей грозе. Перекатный гром и надвигающийся ливень усилили трагическую тональность ее судьбы. Как писал Цзэн Сыи, «.был создан резонанс между грозой на небесах и грозой в морали. Свекровь - это гроза, борьба в душе - это гроза, а также осознание своего преступления - тоже гроза» [9, с. 213]. Для Цао Юя также важна роль грозы, в его драме гроза - это «девятый персонаж», который манипулировал оставшимися восемью марионетками [10, с. 5]. В словах Фаньи содержится описание надвигающейся грозы: «Удивительно, отчего это внизу тоже так душно и жарко? ... прямо нечем дышать» [6, с. 30]. Тоска и беспокойство в душе героини выливаются в жалобу. По мере того, как гроза надвигалась, погода становилась все более мрачной и жаркой, конфликты между персонажами продолжали обостряться, пока небо не разверзнулось громом и ливнем, и раскрылась правда. Фаньи сошла с ума, и трагедия достигла кульминационного момента. Если страх Катерины перед громом осознанный, поскольку она понимала свою ошибку, то для Фаньи - неосознанный, он ввергает ее в пропасть.

По существу и Катерина, и Фаньи брошены на произвол судьбы. Драматурги вводят в произведения трагическое сознание, собственный опыт, создают сильную атмосферу трагедии, а затем творят образ грозы в потустороннем мире, чтобы обрисовать судьбы двух героинь, подобные древнегреческой мифологии.

Речь идет о трагическом конфликте, в котором воплощено трагическое содержание. С тех пор, как Гегель написал, что «драма должна освещать конфликты разных целей и борьбу за дальнейшее развитие» [11, с. 266], основным принципом в трагической теории и практике является необходимость обозначить конфликт. По мнению Гегеля, суть трагического конфликта сводится к столкновению двух противоположных универсальных этических сил. Отталкиваясь от трагических судеб Катерины и Фаньи, мы заключаем, что причина конфликта заключается в социальной среде. Вместе с тем именно в борьбе с судьбой, которая изменяется неожиданно, показаны свободная воля и благородство двух героинь. Таким образом, конфликт проявляется в столкновении определенной социальной среды, в которой находятся героини, и их свободной воли.

Цао Юй создал «Грозу» в 1925 году, тогда Китай находился в тяжелой политической ситуации, можно сказать, в полуколониальной и полуфеодальной социальной среде, вместе с этим западные культурные идеи были внедрены в Китай благодаря политике открытых дверей. Именно в такой социальной среде жила капиталистическая семья с феодальным укладом Фаньи и носила клеймо того времени. В браке по договоренности Фаньи вообще не испытала сладости любви. Ее муж Чжоу Пуюань был правителем, который имел высший авторитет в семье. Он не только следовал феодальному укладу, но и верил тому, что муж руководит женой. Для него Фаньи более похожа на экспонат, чем на жену. Муж установил самодержавный семейный режим, с нарушением которого он никак не мог мириться. Фаньи уже была на грани развода, но ее сопротивление было воспринято мужем как проявление болезни жены, нуждающейся в лечении. Такая ситуация заставляет Фаньи чувствовать себя глубоко напуганной. Под неусыпным контролем мужа жизнь Фаньи превратилась в бесконечное одиночество и мучения, этот замкнутый круг она жаждет разорвать. Точно так же Катерина столкнулась с неудачным браком. В первой половине XIX-го века крепостные восстания в России следуют одно за другим, и призыв к реформам и отмене крепостного права был оглушительным, именно в такой социальной среде религиозная Катерина стала невесткой в феодальной семье. Свекровь была самодержавна, деспотична и нагла. Она держит в страхе сына, дворовых, даже Дикой с ней не позволяет себе вольностей. Она при людях старается соблюдать все правила домостроя, чтобы не могли о ней плохо сказать. Авторитарное семейное правило Кабанихи заставляло Катерину чувствовать себя несчастной: «Кабы не свекровь!... Сокрушила она меня. от нее мне и дом опостылел» [7, с. 17]. Муж слаб и корыстен. Чтобы избежать угнетенности, которую приносит ему настоящая семейная жизнь,

он увлекся алкоголем. При любой возможности он сбегает от наставлений и внушений своей матери, заботится только о собственном счастье и решительно и бесповоротно отказывается взять с собой жену. Такая мягкая любовь также разочаровала нашу героиню, Катерина стремится найти свою настоящую любовь.

На критике феодально-патриархального строя драматурги раскрыли трагические судьбы героинь с точки зрения подавления и преследования женщин.

Как Фаньи, которая видела в материнстве и женственности высший смысл, но, в конце концов, не смогла реализовать свое желание, так и Катерина, которая была подавлена замкнутой жизнью строгой феодальной патриархальной системы, принесены в жертву общества. Но исключительно ценным является то, что они не подавляют свои внутренние желания, постоянно сопротивляются, борются с судьбой.

Цао Юй сравнил Фаньи с упрямой лошадью, у нее упертый характер и дикий нрав. «Это старомодная китаянка, изящная и слабая, любящая поэзию, сдержанная и умная, но в глубине души ее таится какой-то протест, который появляется в ее чувствах, в смелости, необузданной фантазии, в ее неожиданно проявляющейся непонятной силе» [6, с. 28]. Она отказывалась подчиняться и сдаваться, но если кто-то говорил что-то, то ей нужно было слушаться, и это противоречило ее свободной натуре. В авторитарной семейной среде она боролась с мужем; перед лицом и любви, и ненависти Фаньи никогда не поворачивает назад. На одной чаше весов отношения между матерью и сыном, а на другой - единственная надежда вырваться из оков. Фаньи бесстрашно выбрала пасынка Чжоу Пин и отдала ему всю свою жизнь и честь. Когда Чжоу Пин захотел ее бросить, она хотела ухватиться за спасительную соломинку (Чжоу Пин), в ней переплетались самая жестокая любовь и жалкая ненависть. Не думая о последствиях, она измотала все свои силы, чтобы раскрыть тайну. Взят реванш, и вслед за ним героиня сама вступила на трагический путь. «Я провела в этом проклятом месте, в этом похожем на тюрьму особняке Чжоу восемнадцать лет, восемнадцать лет с этим кровопийцей Янь-ваном! Но моя душа, моя душа не умерла. Твой отец вынудил меня родить тебя, но моя душа, мое сердце, они по-прежнему были моими» [6, с. 153]. Эти слова Фаньи, произнесенные со слезами на глазах, - это самодекларация, ее храбрая борьба, сопротивление.

Как и Фаньи, Катерина представляет собой противоречивую натуру, в ней живут искренняя доброта и любовь к свободе. В России, которая имеет глубокие патриархальные традиции, поклонение Святой Марии, стремление к вечным женским образам постепенно превратилось в устойчивую социальную направ-

Библиографический список

ленность, которая сильно повлияла на образ Катерины, созданный А.Н. Островским. Катерина родилась в зажиточной семье, преданной Богу. Под влиянием патриархальной традиции и религиозного семейного воспитания ее душа была чиста и добра, характер наивен. Детство Катерины было беззаботным и радостным. Сама героиня сравнила себя с вольной птичкой и призналась Варваре, что занималась, чем хотела, пока не вышла замуж. Поэтому она так несчастна в удушающей обстановке, сложившейся после брака. Наряду с этим она бескомпромиссна и обладает врожденным мятежным духом. Когда ей было 6 лет, она убежала на расстояние 10 верст из-за небольшой обиды. После замужества она столкнулась с жизнью без свободы, автономии, было попрано ее достоинство. Она роптала: «Отчего люди не летают?» [7, с. 8]. Фактически это считается предзнаменованием ее борьбы. Когда Варвара дала ей ключ, Катерину охватило глубокое чувство внутреннего противоречия: любовь и свобода, несомненно, ее привлекли, но сильное религиозное и моральное сознание терзало ее душу и привело героиню к глубокому самоосуждению. Хотя она испытывала чувство вины, она все же не желала идти наперекор собственной природе. После того, как увиделась с Борисом в последний раз, Катерина бросается в перекатную Волгу. Согласно мнению Цао Юя, человек, обладающий высоким идеалом и предпочитающий смерть позору, может стать трагическим героем [12, с. 169]. Вне всякого сомнения, Островский мастерски показал трагедию женской судьбы на примере Екатерины.

Будь то Фаньи или Катерина, они обе ищут любви, в их поведении отражена свободная воля. Хотя их жизни невыносимы, но души свободны и светлы. Они, как свечки, которые сгорели, чтобы осветить других.

Таким образом, мы приходим к следующим выводам. Драматургами показан конфликт между трагической судьбой героинь в тогдашней социальной среде и их свободной волей. Трагедия Катерины и Фаньи заключается именно в единстве трагического сознания и конфликта. Признавая трагическую суть, мы углубляемся в размышления о трагическом духе. Как писал В.Г Белинский, только трагедия может выразить возвышенность, другими словами, трагедия представляет собой инкарнацию возвышенности, именно трагедия вызывает нашу гордость и вселяет в сознание веру в то, что люди сильны [13, с. 96]. Анализируя трагические женские судьбы Катерины и Фаньи, мы еще более понимаем ценность человечности и добродетели, которые характерны для героинь. Именно поэтому они становятся классическими женскими образами как в русской литературе, так и в китайской.

1. Маркс, Энгельс. Полное собрание сочинений Маркса и Энгельса том первый. Пекин: Издательство Жэньминь, 195б.

2. Гегель. Эстетика том первый. Пекин: Издательство коммерческое, 199б.

3. Kramsh C. Language and Culture. Shanghai: Shanghai Foreign Language Education Press, 2000.

4. Тянь Бэньсян. Биография Цао Юя. Пекин: Издательство Восток, 2009.

5. Цао Юй. Гроза. Пекин: Издательство Жэньминьвэньсюэ, 1999.

6. Цао Юй. Пьесы. Москва: Искусство, 19б0; Т. 1.

7. Островский A.K Собрание сочнений: в 10 т. Москва, 1959; Т. 2.

8. Ужанков A.K Еще раз о «ЛУЧЕ СBЕТA В ТЕМНОМ ЦAPСТBЕ». Новый филологический вестник. 2017; № 4:179 - 190.

9. Цзэн Сыи. В конфликте трагедия человека неизвестного как быть. Наука Центрального Китая. 2012; № 5: 205 - 214.

10. Цао Юй. Пьесы. Пекин: Издательство Жэньминьвэньсюэ, 1997.

11. Гегель. Эстетика том третий. Пекин: Издательство коммерческое, 1981.

12. Цао Юй. Трагический дух. Запад. 201б; № З.

13. Пэн Сюинь. Сравнительное изучение эстетики по китайской драме. Ухань, 1994. References

1. Marks, Engel's. Polnoe sobranie sochinenij Marksa i 'Engel'sa tom pervyj. Pekin: Izdatel'stvo Zh'en'min', 195б.

2. Gegel'. 'Estetika tom pervyj. Pekin: Izdatel'stvo kommercheskoe, 199б.

3. Kramsh C. Language and Culture. Shanghai: Shanghai Foreign Language Education Press, 2000.

4. Tyan' B'en'syan. Biografiya Cao Yuya. Pekin: Izdatel'stvo Vostok, 2009.

5. Cao Yuj. Groza. Pekin: Izdatel'stvo Zh'en'min'v'en'syu'e, 1999.

6. Cao Yuj. P'esy. Moskva: Iskusstvo, 19б0; T. 1.

7. Ostrovskij A.N. Sobranie sochnenij: v 101. Moskva, 1959; T. 2.

8. Uzhankov A.N. Esche raz o «LUChE SVETA V TEMNOM CARSTVE». Novyj filologicheskij vestnik. 2017; № 4:179 - 190.

9. Cz'en Syi. V konflikte tragediya cheloveka neizvestnogo kak byt'. Nauka Central'nogo Kitaya. 2012; № 5: 205 - 214.

10. Cao Yuj. P'esy. Pekin: Izdatel'stvo Zh'en'min'v'en'syu'e, 1997.

11. Gegel'. 'Estetika tom tretij. Pekin: Izdatel'stvo kommercheskoe, 1981.

12. Cao Yuj. Tragicheskij duh. Zapad. 201б; № З.

13. P'en Syuin'. Sravnitel'noe izuchenie 'estetikipo kitajskojdrame. Uhan', 1994.

Статья поступила в редакцию 26.05.20

УДК 070.1

Lin Chuanzhao, postgraduate, Department of Periodical Press, Faculty of Journalism, Lomonosov Moscow State University (Moscow, Russia),

E-mail: linchuanzhao@mail.ru

iНе можете найти то, что вам нужно? Попробуйте сервис подбора литературы.

THE ROLE OF JOURNALISM IN REPRESENTING THE POLITICAL LIFE. The article discusses the role of journalism in representing the political sphere of life. Establishing a dialogue between the government and society is the most important condition for the successful development of the state. The leading role in its implementation belongs to the media, which act as intermediaries between the government and society. The political life of society is always reflected in the media. The main carrier of political information in the media space is political media text. This is an effective means of persuading and mobilizing the audience, influencing society. Using the obtained data, the article proposes the representation in the media of the activities of political leaders helps to strengthen the efficiency of public process management.

Key words: journalism, media text, political leader, activity, mediapresentation.

44З

i Надоели баннеры? Вы всегда можете отключить рекламу.