Закон и право. 2024. № 8. С. 61-67. Law and legislation. 2024;(8):61-67.
Научная статья УДК 352.075
https://doi.org/10.24412/2073-3313-2024-8-61-67 EDN: https://elibrary.ru/MVBKHY
NIION: 1997-0063-8/24-407 MOSURED: 77/27-001-2024-8-607
Ответственность органов и должностных лиц местного самоуправления перед государством: опыт системного анализа
Леонид Леонидович Драган
Российский университет дружбы народов имени Патриса Лумумбы,
Москва, Россия, dragan_ll@pfur.ru
Аннотация. Статья представляет собой системный анализ норм об основаниях и мерах ответственности органов и должностных лиц местного самоуправления перед государством на примере представительного органа и главы муниципального образования. Исследуется роль высшего должностного лица субъекта Российской Федерации и судов Российской Федерации в деле текущего контроля за местным самоуправлением, прослеживаются некоторые изменения в исторической ретроспективе, выявляются правовые пробелы и противоречия. Делается вывод о соответствии действующего регулирования тенденции на сближение органов государственной власти и органов местного самоуправления в рамках единой системы публичной власти.
Ключевые слова: органы и должностные лица местного самоуправления, представительный орган муниципального образования, глава муниципального образования, глава местной администрации, ответственность перед государством, высшее должностное лицо субъекта Российской Федерации, суды Российской Федерации, роспуск, отрешение от должности.
Для цитирования: Драган Л.Л. Ответственность органов и должностных лиц местного самоуправления перед государством: опыт системного анализа // Закон и право. 2024. № 8. С. 61—67. https://doi.org/ 10.24412/2073-3313-2024-8-61-67 ББЫ: https://elibrary.ru/MVBKHY
Original article
Responsibility of local government bodies and officials to the state: experience of system analysis
Leonid L. Dragan
Peoples' Friendship University of Russia named after Patrice Lumumba,
Moscow, Russia, dragan_ll@pfur.ru
Abstract. This article is a systematic analysis of the rules on the grounds and measures of responsibility of local government bodies and officials to the state using the example of a representative body and the head of a municipality. The role of the highest official of a constituent entity of the Russian Federation and the courts of the Russian Federation in the matter of ongoing control over local self-government is explored, some changes in historical retrospect are traced, and legal gaps and contradictions are identified. A conclusion is drawn about the compliance of the current regulation with the trend towards convergence of state authorities and local governments within the framework of a single system of public authority.
Keywords: bodies and officials of local self-government, representative body of a municipality, head of a municipality, head of a local administration, responsibility to the state, highest official of a constituent entity of the Russian Federation, courts of the Russian Federation, dissolution, removal from office.
For citation: Dragan L.L. Responsibility of local government bodies and officials to the state: experience of system analysis // Law and legislation. 2024;(8):61—67. (In Russ.). https://doi.org/10.24412/2073-3313-2024-8-61-67 EDN: https://elibrary.ru/MVBKHY
© Драган Л.Л. М., 2024. LAW & LEGISLATION • 08-2024
Юридическая ответственность в муниципальном праве, как и вся отрасль, носит комплексный, сложносостав-ной характер. С отраслевой точки зрения, органы и должностные лица местного самоуправления подвержены административной, уголовной (только физические лица), гражданско-правовой и конституционно-правовой ответственности. В отношении названных видов ответственность наступает на общих для всех сфер жизни и права основаниях и не отражает специфику муниципальных правоотношений.
Однако особый вид ответственности представляет муниципально-правовая ответственность, под которой можно понимать применение мер принуждения, специально предусмотренных законодательством о местном самоуправлении, муниципальными правовыми актами, в отношении органов и должностных лиц местного самоуправления, со стороны государства, населения или других органов местного самоуправления за неисполнение своих обязанностей в муниципально-правовых отношениях, а также за нарушение прав и свобод человека и гражданина, создание препятствий для их реализации, издание правовых актов (в том числе нормативных) или совершение действий (бездействие), противоречащих вышестоящим нормативным правовым актам.
Приведенное выше определение, безусловно, отражает негативный аспект ответственности, который является наиболее общепринятым. Представляется оправданной и точка зрения о наличии в муниципальном праве позитивной ответственности, под которой понимается осознание долга и добросовестное отношение органов и должностных лиц местного самоуправления, а также самого населения к своим обязанностям, участию в решении вопросов местного значения.
Этот аспект выражается, в частности, в формулировке «самостоятельное и под свою ответственность решение населением... вопросов местного значения», приведенной в ч. 2 ст. 1 Федерального закона «Об общих принципах организации местного самоуправления в Российской Федерации» от 6 октября 2003 г. № 131 -ФЗ (ред. от 15.05.2024) (далее — ФЗ о местном самоуправлении 2003 г., ФЗ № 131). В некоторой степени он присутствует и во взаимоотношениях местного самоуправления с государством. Однако в первую очередь представляется необходимым сконцентрироваться на негативной ответственности как понятии более обширном и разработанном.
Как известно, в соответствии с действующим законодательством органы и должностные лица местного самоуправления могут нести несколько видов муниципально-правовой ответственности в зависимости от того, перед кем они отвечают: это может быть ответственность перед населением, перед государством и перед физическими и юридическими лицами (последний вид ответственности иногда выводят из состава муниципально-правовой ответственности и рассматривают как часть гражданско-правовой и административной ответственности, поскольку она осуществляется соответствующими механизмами и процедурами).
Вопросы ответственности перед государством приобретают особое значение в контексте обозначенного несколько лет назад в результате принятия Закона о поправке в Конституцию 2020 г. [4] сближения органов местного самоуправления и органов государственной власти в рамках единой системы публичной власти. Представляется, что происходящие изменения, связанные со становлением данной системы, неизбежно отразятся и уже отражаются на степени и мерах ответственности местного самоуправления перед государством, поскольку более высокая степень зависимости и взаимодействия неизбежно должна порождать больше механизмов контроля, реагирования и наказания со стороны государства в отношении муниципальной власти.
Между тем сближение органов государственной власти и органов местного самоуправления в рамках единой системы публичной власти началось уже давно, и это нашло отражение еще в первоначальной редакции ФЗ о местном самоуправлении 2003 г., в частности, в институте ответственности перед государством и в многочисленных изменениях, внесенных на протяжении последних 20 лет.
Для понимания степени участия органов государственной власти в контроле за местным самоуправлением и вектора изменений, которые продолжаются и сейчас, а также для выявления некоторых проблемных моментов представляется правильным провести комплексный анализ норм действующего законодательства, и где это возможно также в исторической ретроспективе.
В главе 10, посвященной ответственности органов и должностных лиц местного самоуправления (далее также — МСУ), специально посвящены ответственности перед государством статьи 72—74, частично ст. 75 (имеет отношение к данному вопросу и ст. 74.1). Кроме того, нормы
ЗАКОН И ПРАВО • 08-2024
об ответственности можно найти и в других главах закона. Например, к данному виду ответственности также можно отнести нормы ч. 6.1 ст. 36, п. 2 ч. 11 и ч. 11.1 ст. 37, ст. 48 и др.
Общая характеристика ответственности, содержащаяся в ст. 72, указывает, что данный вид ответственности наступает:
1) всегда на основании судебного решения;
2) в случае нарушения законодательства РФ или устава муниципального образования или
3) в случае ненадлежащего осуществления переданных отдельных государственных полномочий.
В этом определении особенно значим выделенный нами пункт 1, не допускающий произвольного вмешательства государственных органов исполнительной власти в дела местного самоуправления, а также пункт 3, наоборот, вводящий дополнительные основания ответственности и контроля со стороны государственной власти за местным самоуправлением.
Изучение положений закона позволяет выделить три основные группы норм, касающихся данного вида ответственности:
1) основания и меры ответственности представительного органа муниципального образования (предполагают роспуск представительного органа как меру ответственности — меры ответственности оформляются законом субъекта РФ либо судебным решением);
2) основания и меры ответственности главы муниципального образования и / или главы местной администрации (предполагают отрешение от должности — оформляется правовым актом высшего должностного лица субъекта РФ (далее — ВДЛ субъекта РФ), либо досрочное прекращение полномочий Президентом РФ (только для глав муниципальных районов, муниципальных округов, городских округов), либо расторжение контракта с главой местной администрации в судебном порядке по инициативе высшего должностного лица субъекта РФ (только для главы местной администрации);
3) ситуации временного осуществления отдельных полномочий органов и должностных лиц МСУ органами государственной власти, которое вводится как мера ответственности за ненадлежащее или неэффективное выполнение соответствующими субъектами ответственности своих полномочий.
В данной работе для предотвращения чрезмерного расширения предмета исследования предлагается сконцентрироваться на нормах, содержащих основания и меры ответственности
в отношении представительного органа и главы муниципального образования (далее также — главы МО), главы местной администрации (далее также — главы МА).
К первой из названных выше групп, в свою очередь, также относятся три ситуации:
■ В соответствии с ч. 1 ст. 73 представительный орган муниципального образования может быть распущен в случае, если он издал нормативный правовой акт, противоречащий законодательству РФ или уставу муниципального образования, что было установлено решением суда, и не отменил данный акт в трехмесячный или иной установленный судом срок.
■ В соответствии с частями 2.1—2.2 ст. 73, добавленными в текст закона в 2007 г., представительный орган муниципального образования может быть распущен в случае, если он не собирался в правомочном составе более трех месяцев подряд, и это установлено судебным решением (это норма применяется как к вновь сформированному в определенном составе представительному органу МО, так и к уже функционировавшему).
■ В соответствии с п. 2 ч. 16 ст. 35 представительный орган досрочно прекращает свои полномочия после вступления в силу решения суда субъекта РФ о неправомочности состава представительного органа, в том числе в связи с досрочным сложением своих полномочий депутатами.
В первых двух случаях такой роспуск оформляется путем внесения высшим должностным лицом субъекта РФ проекта закона субъекта РФ о роспуске представительного органа МО в законодательный орган соответствующего субъекта. При этом есть ограничения по времени такого реагирования. В первом случае у представительного органа МСУ есть трехмесячный (или иной установленный решением суда) срок с момента вынесения первого судебного решения для исправления сложившейся ситуации, в частности, отмены или изменения незаконного нормативного правового акта. Далее из смысла нормы вытекает, что в случае отсутствия действий представительного органа по истечению трех месяцев суд выносит еще одно решение, удостоверяющее факт неисполнения первого решения суда. После этого ВДЛ субъекта РФ вносит законопроект о роспуске в течение одного месяца.
Во втором случае, т.е. если представительный орган не собирался три месяца в правомочном
ЬДМ & ЬЕ^БЬДТЮМ • 08-2024
составе, суд также выносит решение, подтверждающее этот факт. После этого ВДЛ субъекта РФ в течение еще трех месяцев после вступления в силу данного решения вносит законопроект о роспуске представительного органа МСУ в законодательный орган субъекта РФ. Таким образом, в этой ситуации достаточно лишь одного судебного решения.
При этом у депутатов представительного органа МСУ есть возможность, в соответствии с ч. 4 ст. 73, введенной в 2015 г., обратиться в десятидневный срок в суд с целью установления отсутствия их вины за то, что представительный орган не собирался, а они, в свою очередь, посещали (или были готовы посещать) его заседания. Установление данного факта не восстанавливает их в статусе депутата, однако высказывается мнение [9, с. 504], что такое судебное решение может способствовать сохранению их авторитета в глазах избирателей.
Какая судьба ждет представительный орган МО в случае, если уже после последнего необходимого судебного решения, но еще до внесения ВДЛ субъекта РФ законопроекта о роспуске, он отменит противоречащий законодательству акт или соберется на заседание в правомочном составе, ФЗ № 131 не указывает. Равно, как и не указывает, вправе ли ВДЛ субъекта РФ не вносить законопроект о роспуске в случае такого развития событий.
Исходя из смысла, который в целом преследует данная норма (обеспечить законность и эффективность работы представительного органа), можно предполагать, что у ВДЛ субъекта РФ в этой ситуации должна быть свобода действий, однако при буквальном прочтении норм закона вывод получается противоположным. Тем не менее следует иметь в виду, что поступление законопроекта в законодательный орган субъекта РФ еще не предполагает его автоматическое принятие, а ФЗ № 131 не обязывает депутатов законодательных собраний субъектов обаятельно принимать соответствующий закон. Тем более такой вариант развития событий кажется сомнительным в случае, если основания для роспуска уже были устранены представительным органом МО.
В обоих перечисленных случаях закон субъекта РФ о роспуске представительного органа МСУ может быть обжалован в десятидневный срок, а суд обязан рассмотреть и вынести решение по жалобе еще в течение не более чем 10 дней. Данная норма о сроке обжалования применяется также и в отношении описанной выше ситуации с обращением депутатов в суд с целью
установления отсутствия их вины за то, что представительный орган не собирался, и в отношении обжалования отрешения от должности главы муниципального образования или главы местной администрации (ст. 74), и в отношении удаления главы муниципального образования в отставку (ст. 74.1).
В научной литературе высказывается мнение [7. См. комментарий к ст. 73], что столь короткий срок на обжалование вступает в противоречие с общими положениями о сроках обжалования, установленными процессуальным законодательством (на настоящий момент это ст. 208 КАС РФ для обжалования нормативных правовых актов и ст. 219 КАС РФ для обжалования решений и действий органов власти и должностных лиц)1, в соответствии с которым гражданам предоставляется право на обращение в суд на протяжении всего срока действия нормативного правового акта или в течение трех месяцев со дня, как им стало известно о нарушении их прав решениями или действиями органов и должностных лиц.
Существует предположение, что в данном случае законодатель намеренно пошел на ограничение прав граждан на судебную защиту [8, с. 34—35]. Следует, однако, в любом случае согласиться, что 10 дней — это слишком короткий период для анализа ситуации и подготовки документов для обжалования, особенно с учетом того, что ФЗ № 131 не предусматривает обязательного информирования со стороны ВДЛ субъекта РФ органов и должностных лиц МСУ о своем намерении внести законопроект о роспуске или издать акт об отрешении.
В третьей ситуации (неправомочность состава представительного органа), исходя из нормы закона, достаточно лишь судебного решения, установившего факт неправомочности состава представительного органа. Обязательного участия органов публичной власти субъекта или иных органов исполнительной власти государства здесь не требуется. Однако исходя из того, что суд — это также орган государственной власти, данный случай ответственности также может
1 Однако такая ситуация возникла еще в период действия Федерального закона «Об общих принципах организации местного самоуправления в Российской Федерации» от 28.08.1995 № 154-ФЗ, устанавливавшего 10-дневный срок обжалования правовых актов о роспуске органов и отрешения должностных лиц МСУ и, соответственно, противоречащего нормам об обжаловании актов ст. 256 ГПК РФ. См. ст. 256 Гражданского процессуального кодекса РФ в ред. до 15.09.2015.
ЗАКОН И ПРАВО • 08-2024
быть отнесен к ситуации ответственности перед государством.
Ко второй группе (ответственность главы муниципального образования и / или главы местной администрации) можно отнести три ситуации:
■ Отрешение главы муниципального образования, главы местной администрации от должности (оформляется правовым актом высшего должностного лица субъекта РФ (далее — ВДЛ субъекта РФ).
■ Досрочное прекращение полномочий Президентом РФ в связи с утратой доверия (только для глав муниципальных районов, муниципальных округов, городских округов).
■ Расторжение контракта с главой местной администрации в судебном порядке по инициативе ВДЛ субъекта РФ (только для главы местной администрации).
Отрешение главы МО или главы местной администрации регулируется ст. 74 закона, и основания, которые могут к этому привести, содержатся в двух подпунктах (подпункты 1—2 ч. 1 ст. 74), однако подробный их анализ позволяет утверждать, что оснований для отрешения три:
■ Глава МО, МА издал нормативный правовой акт, противоречащий законодательству или уставу МО. Данный нормативный правовой акт признан таковым судебным решением (п. 1 ч. 1 ст. 74).
■ Глава МО, МА осуществил действие, в том числе издание правового акта ненормативного характера, влекущее нарушение прав и свобод человека и гражданина, угрозу единству и территориальной целостности Российской Федерации, национальной безопасности Российской Федерации и ее обороноспособности, единству правового и экономического пространства Российской Федерации. Данное действие признано таковым судебным решением (п. 2 ч. 1 ст. 74).
■ Глава МО, МА осуществил действие, в том числе издание правового акта ненормативного характера, влекущее нецелевое использование межбюджетных трансфертов, имеющих целевое назначение, бюджетных кредитов, нарушение условий предоставления межбюджетных трансфертов, бюджетных кредитов, полученных из других бюджетов бюджетной системы Российской Федерации. Данное действие также признано таковым судебным решением (п. 2 ч. 1 ст. 74).
Первые два основания представляют собой похожую на ситуацию с представительным органом установку на сохранение законности, запрет нарушение законодательства РФ, стремление к обеспечению правопорядка и единообразия в правовой системе. Причем поскольку набор инструментов работы главы МО и главы МА, в силу их близости к исполнительно-распорядительной деятельности, шире, чем у представительного органа, то для них, кроме издания незаконного нормативного правового акта, законом предусмотрены и ситуации, когда они своими действиями создают угрозу значимым для государства и общества ценностям.
Третье условие указывает на особую значимость надлежащего использования не муниципальных по своему происхождению финансовых средств (в первую очередь речь идет о государственных целевых трансфертах), причем формулировка данной статьи была заменена в 2016 г. с «нецелевого расходования субвенций из федерального бюджета или бюджета субъекта РФ» на более всеобъемлющую, предполагающую не только субвенции, но все виды денежных трансфертов, а также в качестве противоправных действий не только их нецелевое расходование, но также и нарушение условий их предоставления2. Данная норма указывает на пристальное внимание государства к эффективному использованию своих средств муниципалитетами.
Во всех названных ситуациях ВДЛ субъекта РФ отрешает от должности главу муниципального образования собственным правовым актам. Как указано выше, все они требуют судебного решения. Однако во всех случаях также имеется ограничение во времени:
В соответствии с ч. 2 ст. 74 должно пройти не менее одного месяца и не более шести месяцев со дня вступления в силу решения суда, установившего незаконность акта или решения, действия главы муниципального образования. При этом в течение данного срока глава муниципального образования не предпринял мер в рамках своих полномочий по исполнению судебного решения / исправлению своих действий. В описанных ситуациях, таким образом, также достаточно лишь одного судебного решения.
2 См. пункт 2 ч. 1 ст. 74 Федерального закона «Об общих принципах организации местного самоуправления в Российской Федерации» от 06.10.2003 № 131-Ф3 в редакции до 26.02.2016 // URL: https://internet.garant.ru/ #/document/71329842/paragraph/1:9
LAW & LEGISLATION • 08-2024
Проанализировав данные нормы, можно отразить следующие ключевые моменты и проблемные вопросы:
■ В обеих группах норм (касающихся представительного органа и главы МО, главы МА) активное участие должны принимать два субъекта, фактически осуществляющих государственный контроль: суд и высшее должностное лицо субъекта; ответственность названных органов и должностных лиц муниципального образования должна быть как бы верифицирована двумя инстанциями и актами — судебным решением и актом ВДЛ субъекта (либо законопроектом, который также вносится ВДЛ субъекта РФ).
■ В ситуации с представительным органом МСУ верифицировать контроль должна еще одна инстанция — законодательный орган субъекта. Таким образом, можно констатировать, что для представительного органа МСУ установлены правовые гарантии более высокого уровня, чем для главы муниципального образования.
■ Активная роль в осуществлении регулярного надзора принадлежит высшему должностному лицу субъекта РФ; именно он должен мониторить ситуацию с наличием соответствующих судебных решений, прошествием необходимого срока, по истечении которого он может реагировать, а также наблюдать, предприняли ли поднадзорные органы или должностные лица МСУ необходимые меры для исполнения судебного решения.
■ Законодатель уделяет большое внимание надлежащему использованию муниципальными образованиями полученных от государства денежных трансфертов, соблюдению условий для их получения, предусматривая ненадлежащее их использование, нарушение условий получения в качестве основания для ответственности главы МО, главы МА.
■ Существует неопределенность норм закона, касающаяся императивности или дис-позитивности действий ВДЛ субъекта РФ в ситуациях, когда допущенные нарушения были устранены; исходя из текущих формулировок закона сделать однозначный вывод о том, может ли ВДЛ субъекта не вносить законопроект о роспуске, не издавать правовой акт об отрешении в ситуации, когда нарушения были подтверж-
дены последним необходимым судебным решением, но были после этого исправлены, не представляется возможным.
■ Имеются явные расхождения норм о сроках обжалования закона о роспуске представительного органа, правового акта ВДЛ субъекта РФ об отрешении главы МО, главы МА с общими нормами процессуального законодательства о сроках обжалования соответственно нормативных правовых актов, решений и действий органов власти и должностных лиц, значительно сокращающие возможности по обжалованию.
Подводя итог, следует отметить, что, несмотря на относительно подробное регулирование различных оснований и ситуаций ответственности органов и должностных лиц местного самоуправления перед государством, свидетельствующее о довольно высокой степени текущего контроля органов государственной власти (в первую очередь ВДЛ субъекта РФ, а также судов) над местным самоуправлением, некоторые действующие нормы в отдельных случаях характеризуются неопределенностью или прямым противоречием нормам процессуального законодательства и требуют дальнейшего совершенствования.
Список источников
1. Конституция РФ (принята всенародным голосованием 12.12.1993, с изм., одобренными в ходе общероссийского голосования 01.07.2020) // URL: http://duma.gov.ru/news/48953/
2. Гражданский процессуальный кодекс РФ от 14.11.2002 № 138-Ф3 // URL: https://www. consultant.ru/document/cons_doc_LAW_39570/
3. Кодекс административного судопроизводства Российской Федерации от 08.03.2015 № 21-Ф3 URL: https://www.consultant.ru/document/ cons_doc_LAW_176147/
4. 3акон РФ о поправке к Конституции РФ от 14.03.2020 № 1-ФК3 «О совершенствовании регулирования отдельных вопросов организации и функционирования публичной власти» // URL: https://www.consultant.ru/document/ cons_doc_LAW_346019/
5. Федеральный закон «Об общих принципах организации местного самоуправления в Российской Федерации» от 06.10.2003 № 131-Ф3 // URL: https://www.consultant.ru/document/ cons_doc_LAW_44571/
6. Федеральный закон «Об общих принципах организации местного самоуправления в Российской Федерации» от 28.08.1995 № 154-Ф3
ЗАКОН И ПРАВО • 08-2024
(утратил силу) // URL: https://www.consultant.ru/ document/cons_doc_LAW_7642/
7. Беликов П.П., Гребенникова А.А., Зюзин С.Ю., Мокеев М.М., Наумов С.Ю., Свищева В.А., Ши-шелова С.А. Комментарий к Федеральному закону от 6 октября 2003 г. № 131-Ф3 «Об общих принципах организации местного самоуправления в Российской Федерации» / Под ред. Л.П. Жуковской. Специально для системы ГАРАНТ, 2015 // URL: https://internet.garant.ru/ #/document/57486810/paragraph/4068:0
8. Козлова Т.А. Укрепление вертикали власти и местное самоуправление // Журнал рос. права. 2001. № 7. С. 34-35.
9. Муниципальное право России: Учебник / Отв. ред. С.А. Авакьян. М.: Проспект, 2023. 656 с.
References
1. The Constitution of the Russian Federation (adopted by popular vote on 12.12.1993, with amendments approved during the All-Russian vote on 01.07.2020) // URL: http://duma.gov.ru/news/ 48953/
2. Civil Procedure Code of the Russian Federation dated November 14, 2002 № 138-FZ // URL: https://www.consultant.ru/document/ cons_doc_LAW_39570/
3. Code of Administrative Procedure of the Russian Federation dated March 8, 2015 № 21-FZ // URL: https://www.consultant.ru/document/cons_ doc_LAW_176147/
4. Law of the Russian Federation on the amendment to the Constitution of the Russian Federation dated March 14, 2020 № 1-FKZ «On improving the regulation of certain issues of the organization and functioning of public power» / / URL: https://www.consultant.ru/document/ cons_doc_LAW_346019/
5. Federal Law of October 6, 2003 № 131-FZ «On the general principles of the organization of local self-government in the Russian Federation» / / URL: https://www.consultant.ru/document/cons_ doc_LAW_44571/
6. Federal Law of August 28, 1995 № 154-FZ «On the General Principles of the Organization of Local Self-Government in the Russian Federation» (lost force) // URL: https://www.consultant.ru/ document/cons_doc_LAW_7642/
7. Belikov P.P., Grebennikova A.A., Zyuzin S.Yu., Mokeev M.M., Naumov S.Yu., Svishcheva V.A., Shishelova S.A. Commentary on the Federal Law of October 6, 2003 N 131-FZ «On the General Principles of the Organization of Local Self-Government in the Russian Federation» / Edited by L.P. Zhukovskaya). Especially for the GARANT system, 2015 // URL: https://internet.garant.ru/#/ document/57486810/paragraph/4068:0
8. Kozlova T.A. Strengthening the vertical of power and local self-government // Journal of Russian Law. 2001. № 7. Pp. 34—35.
9. Municipal law of Russia: Textbook / Ed. S.A. Avakyan. Moscow: Prospekt, 2023. 656 p.
Информация об авторе
Драган Л.Л. — ассистент кафедры муниципального права
Статья поступила в редакцию 09.06.2024; одобрена после рецензирования 08.07.2024; принята к публикации 14.07.2024.
Information about the author
Dragan L.L. — assistant of the department of municipal law
The article was submitted 09.06.2024; approved after reviewing 08.07.2024; accepted for publication 14.07.2024.
LAW & LEGISLATION • 08-2024