Научная статья на тему 'Оценочная семантика нового слова'

Оценочная семантика нового слова Текст научной статьи по специальности «Языкознание»

CC BY
815
38
Поделиться

Аннотация научной статьи по языкознанию, автор научной работы — Касьянова Людмила Юрьевна

В статье рассматривается оценочная семантика новых слов, появившихся в русском языке в конце ХХ начале ХХI века, исследуется лингвистическая природа оценочности. Возникновение оценочных неологизмов воспринимается как антропоцентрически ориентированный механизм, который имеет особое предназначение: обслуживать и выражать наряду с номинативными оценочные намерения носителей языка

Текст научной работы на тему «Оценочная семантика нового слова»

Л. Ю. Касьянова

ОЦЕНОЧНАЯ СЕМАНТИКА НОВОГО СЛОВА

В статье рассматривается оценочная семантика новых слов, появившихся в русском языке в конце ХХ - начале ХХ1 века, исследуется лингвистическая природа оценочности. Возникновение оценочных неологизмов воспринимается как антропоцентрически ориентированный механизм, который имеет особое предназначение: обслуживать и выражать наряду с номинативными оценочные намерения носителей языка.

Важнейшим источником лексического и семантического обновления языковой системы являются неологизмы. Их конструктивная роль в актуализации «стихийной жизни языка» сомнению не подлежит. Анализ используемых в современных масс-медиа неологизмов дает богатый материал для осмысления меняющейся картины мира, для постижения сущности и векторов концептуализации действительности на новейшем этапе развития и функционирования русского языка. Семантикокогнитивный анализ неологики служит надёжным средством понимания механизмов лексической репрезентации обновляемой картины мира в нашем языковом сознании.

Лексическое значение нового слова закрепляет в языковом сознании отображение познаваемого объекта действительности, его место и роль в перекраиваемой (или обновляемой) языковой картине мира. Поэтому в центре исследовательского внимания находятся: а) отношения между порождаемым в процессе неологизации звуковым комплексом и новым или обновлённым концептом; б) отнесенность означающего нового словесного знака к новому означаемому. В целом предлагаемый подход вытекает из речемыслительной концепции языка, опирающейся на его ото-бражательную (через означаемое знака), когнитивную и номинативнопрагматическую функции. Согласно этой теории, значение нового слова содержит, кроме денотативно-сигнификативного компонента, коннотативную составляющую, в которой традиционно выделяются оценочный, эмотивный, экспрессивный, стилистический микрокомпоненты.

Однако до настоящего времени, пожалуй, наиболее дискуссионной и не исследованной в полной мере остается природа языковой и речевой оценочности, ее разновидности, закономерности проявления в языке. Прежде всего, нет единства мнений относительно статуса оценочности, принадлежности ее к денотации или коннотации в структуре лексического значения; фиксируется отсутствие в науке более или менее удовлетворительного определения термина «оценочность», вследствие чего нередко происходит смешение понятий «оценка» и «оценочность», хотя их разграничение является принципиальным условием. Оценочность пронизывает язык как систему на всех его уровнях, но в большей степени проявляется на лексикосемантическом ярусе. Оценочность - это языковая категория, оценка же относится к разряду собственно логических категорий, поскольку изначально «задана физической и психической природой человека, его бытием и чувствованием, она задает его мышление и деятельность, отношение к другим людям и предметам действительности» [4. С. 5]. Оценка представляет собой мыслительный акт, осуществляемый в процессе познавательной деятельности, и детерминируется не первичным (онтологическим), а вторичным (субъективным) членением мира. В его основе «лежат не реальные свойства предметов и явлений, а лишь наши субъективные от них впечатления, наши эмоциональные реакции на них и умственные заключения об их роли в

нашей жизни» [5. C. 56]. В связи с этим следует разграничивать понятия «оценочность» как языковую категорию и экстралингвистическую «оценку».

В процессе «перекраивания» языковой картины мира оценочная семантика нового слова играет значительную роль. В создаваемых номинациях «врожденность» оценочного смысла фиксирует изначальность выделения в психической сфере личности положительных или отрицательных эмоций-ощущений. Они-то и формируют бессознательное и сознательное отношение к неологизируемым фрагментам обновляемой картины мира, мотивируют поступки, ориентируют на создание обусловливаемой социальной природой общественного устройства «шкалы оценок», оценочных стереотипов, существующих в общественном сознании социума и зафиксированных современным для данного периода неологизации языковым сознанием. В связи с этим представляется целесообразным рассмотреть различные точки зрения ученых на проблему оценочности с их последующей проекцией на семантику нового слова.

Согласно широкому пониманию коннотации в трудах Э. С. Азнауровой, И. В. Арнольд, В. А. Булдакова, И. А. Стернина и других ученых, оценочный компонент, под которым понимается «одобрительная или неодобрительная оценка, заключенная в значении слова» [9. C. 99], входит в структуру коннотации. Разделяющие эту точку зрения лингвисты основываются на том, что коннотация отражает не признаки денотата, а определенное отношение говорящего к нему, поэтому оценочность и является коннотативной семой. К неологизму, как нам представляется, такой подход неприемлем уже потому, что неологизация основана, главным образом, не на отношении «говорящий - знак», а на отношении «говорящий - познаваемый объект действительности».

Вторая точка зрения связана с пониманием оценочности как одного из видов модальности. Экспрессивы имеют двухмодальное значение: первое - собственно оценочное - характеризующее предмет номинации (денотат), второе - эмотивно-оценочное, мотивированное «переживанием» (человеком) того образа, который представлен внутренней формой слова, или эмоциональной реакцией говорящего на необычное означающее [10. C. 25]. В связи с этим первый тип значения неологизма опирается на денотативно-оценочную модальность, а второй - на эмотивно-оценочную. К области же коннотации относят именно второй тип значения.

Согласно «узкому» пониманию коннотации, оценочные семы значения следует квалифицировать понятийными, т. к. отражаемые ими признаки присущи обозначаемому предмету. А. В. Филиппов, например, утверждает, что «оценочность - определенная сторона денотации, а не коннотации», поскольку «оценка - это, прежде всего, мнение, т. е. суждение, нечто интеллектуальное» [11. C. 60]. Подобного мнения придерживается и В. И. Шаховский, полагающий, что «оценочный и экспрессивный компоненты не являются коннотативными, они - компоненты логикопредметного значения» [12. C. 68]. Логика таких рассуждений основывается на том, что субъект речемыслительной деятельности в своих оценках исходит из собственного отношения к предмету номинации, из понимания его значимости для себя и других. Данную точку зрения разделяет и Н. Ф. Алефиренко. Отметим, что ученый обосновывает положение, согласно которому в семантической структуре некоторых слов возможно выделение оценочных сем [1. C. 168].

В связи с вышеизложенным считаем несколько категоричным утверждение Ю. Д. Апресяна, согласно которому на долю термина «коннотация» остается ровно одно значение - «узаконенная в данном языке оценка объекта действительности, именем которой является данное слово» [3. C. 159]. В таком случае коннотация и оценка оказываются синонимичными. Как убеждает наш материал, коннотациями

нового слова являются не оценки называемого предмета или факта действительности, а релевантные признаки выраженного в неологизме нового смыслового содержания, воплощающего новое видение определенным языковым коллективом номинируемого объекта познания. Анализ неологического материала показывает, что оценочные семы неологизма являются смысловыми элементами его лексического значения. Например: митинговщина - ‘требования, призывы, выдвигаемые на митингах (обычно неконструктивные, излишне эмоциональные)’. «Митинговщина продолжалась, серьезно мешая работе нового» (Волга, 2005, 26 июля).

Таким образом, вопреки традиционному включению оценочности в состав коннотативного компонента лексического значения наряду с эмоциональным, образным, стилистическим компонентами, мы, разделяя взгляды А. В. Филиппова и В. И. Шаховского, полагаем, что оценочность относится к денотативной сфере семантики неологизма, поскольку формируется в процессе социального отношения к познаваемому и номинируемому объекту.

Обратимся к примерам. В постсоветский период чрезвычайно частотной стала номинация совок, которая дефинируется следующим образом: ‘1. О Советском Союзе, советском строе. 2. О чем-либо, свойственном Советскому Союзу, советскому строю. 3. О советском человеке’. Негативная оценочность ярко проявляется в контекстах типа: «Во времена “совка” правоохранительные органы тоже формально числились независимыми, подчинявшимися только закону, но при этом никто не освобождал их от обязанности быть “карающим мечом пролетарского государства”. Современной науке не известно, как перешли нашей новой, взращенной олигархическим капитализмом номенклатуре гены “совкового ” мышления и поведения. В условиях, когда должности проплачиваются, а не распределяются дедами из Политбюро, и уже в грош не ставится безукоризненная линия жизни, продолжается победоносное шествие “совка ” в умах и поступках облеченных властью людей. Для них человек - лагерная пыль, а диктатура закона - тема для анекдотов. Правда, нынешний “совок” обходится без ЦК КПСС» (Новые известия, 2003, 27 окт.). Негативный имидж номинации (совок) обусловливается его репрезентацией «социальнонизкого» предмета [6. C. 177]. И это, по всей вероятности, не является случайным, поскольку вызывает ассоциации, которые могут усилить заведомо пренебрежительный оттенок слова совок. Вследствие этого в отличие от прилагательного «советский», номинации «совок», «совковый» способны создавать соответствующий стилистический ореол даже вне историко-политического дискурса. Такие номинации сами окрашивают контекст изначально присущими им коннотативными смыслами, предопределяя его ценностно-смысловое восприятие и давая негативную оценочную характеристику всему дискурсу.

Под оценочностью понимается заложенная в новом слове положительная или отрицательная характеристика человека, предмета или явления. Наличие «плюса» или «минуса» в значении слова - важнейший ее показатель. Оценочность неологизма может быть как имплицитной, то есть заложенной в одну из его сем, так и эксплицитной, присущей не конкретному неологизму, а его дискурсивному употреблению.

Имплицитная оценочность, содержащаяся в семантике нового слова, выражается, прежде всего, оценочными неологическими метафорами, которые призваны организовать общественное мнение, создать у адресата нужный адресанту яркий, зримый образ, также суггестивно (внушая, вызывая собою какие-либо представления) влияющий на восприятие информации под заданным углом зрения. Например: политический сериал в Украине - о затянувшемся периоде формирования правительства и назначения премьера. Неологическое значение реализуется в контекстах

типа: «Украинский политический сериал открывает новый сезон парламентской коалиции» (Время, 2006, 26 июля). Имплицитная оценочность свойственна также слову семья в новом социально-политическом значении. В качестве ядерной здесь выделяется сема ‘укрепление и приумножение экономического благополучия’. Наряду с этим формируются негативно-оценочные семы ‘клановость’, ‘коррупция’, ‘нажива’. Новое значение характеризуется функциональной ограниченностью, так как реализуется в основном в пределах политической сферы. Ср.: «Приход Дерипаски дал старт мощному наращиванию экономических “мускулов” Семьи, последовательно прибравшей к своим рукам алюминий, автомобили, затем уголь» (Совершенно секретно, 2003, № 12).

Мощным механизмом формирования оценочности у неономинации является дискурс. Эксплицитная оценка закладывается не в семантическую структуру неологизма, а эксплицируется в ее когнитивно-словесном окружении. Например: «Разноцветные против серых» (название статьи); «Сегодня водораздел проходит не между демократами и коммунистами, правыми и левыми, либералами и консерваторами. Он проходит между “серыми ”, олицетворяющими правящую номенклатуру, и всеми остальными цветами политической радуги» (Новая газета, 2005, 17 фев.). Происходит дополнительная дискурсивная интерпретация при помощи контекстуальных средств.

В рамках политического дискурса происходит семантическая неологизация многих лексических единиц на основе метафоризации (отстирать флаг, отмыть олигарха). Оценочность в неосемантической структуре этих слов выражается эксплицитно и не связана с признаками самих обозначаемых данными лексемами понятий. Ср.: отмыть - ‘мытьем или промыванием очистить (от грязи, примесей)’. Метафорическое значение слова отмыть - ‘легализовать (незаконно полученные финансовые средства) путем инвестирования в промышленность, отчисления на благотворительные цели и т.п.’ - реализуется в сочетании с частотной лексической единицей олигарх в политическом дискурсе. Например: «Здесь отмывают олигархов» (Правда России, 2003, 25 июня). В политическом дискурсе многие неологические метафоры содержат оценочный компонент и имеют пейоративный характер. Они появляются с целью дать оценку тому или иному явлению, определенным образом выделить один из отличительных признаков именуемого объекта. Возникновение таких неометафор обусловлено стремлением к экспрессивнообразному выражению мысли.

В структуре лексического значения многих неологизмов содержатся субъективные оценки человека, которые он дает референтам как изначальным объектам неономинации. Исходя из этого, можно предположить, что появление нового слова обусловливается (наряду с другими стимулами) также и необходимостью объективировать релевантные для определенного периода доречевые когнитивнопрагматические смыслы. На наш взгляд, именно такая необходимость приводит в действие механизм неологической номинации. Согласно разрабатываемой

Н.Ф. Алефиренко когнитивно-семиологической теории слова [2. С. 102-110], в дискурсивной деятельности зачастую появляются такие смыслы, которые системой языка не эксплицируются. Они порождаются когнитивными пропозициями (особой оперативной структурой сознания, порождаемой восприятием событий и явлений в их взаимодействии) в конкретном высказывании. Например: «Новый кремлевский порядок включает также и “прополку ” коррумпированных должностных лиц, которые легко поддаются подкупу со стороны бизнесменов» (Ленинградская правда, 2004, 6 янв.). Существительное прополка, утратив первичную денотацию ‘очистка от

сорных растений, а также их удаление’, развивает в данном высказывании функционально-экспрессивную смысловую окраску ‘избавление от скомпрометировавших себя должностных лиц’, отражая этим негативную оценку их работы.

Среди неологизмов, содержащих в своей семантической структуре оценочную сему, можно выделить два типа.

- Эмотивно-оценочные неологизмы, в которых оценочный компонент отражает эмоциональные и родственные им характеристики, внутренне присущие человеку как биологическому и социальному индивидууму и зафиксированные в его сознании на основе деятельностного опыта. Например: чайник - ‘неопытный пользователь’, ‘непрофессионал’. «Видимо, продвинутых Интернет-пользователей стало раздражать обилие “чайников”, ринувшихся в Сеть» (Финансовые известия, 2003, 21 авг.). Заметим, что сфера употребления этого оценочного неосемантизма заметно расширилась, и слово в значении ‘ непрофессионал’ стало использоваться не только в компьютерной сфере, как это было изначально. Ср.: «Водитель-чайник загнал бронетранспортер в овраг» (Новые известия, 2006, 8 нояб.).

- Идеологически-оценочные неологизмы, оценочный компонент которых отражает идеологические, мировоззренческие, морально-нравственные, социальные, культурные и другие отношения между людьми. Например: «Может быть, в духе российской традиции преемственности руководства последует глубокая “деельци-низация ” постсоветской системы» (Родная газета, 2003, № 28).

Среди выделенных двух типов новых слов с оценочной семантикой преобладают идеологически-оценочные неологизмы, что вполне объяснимо в период кардинальных социально-политических изменений, произошедших в социуме. Этой же причиной обусловлена интенсификация образования лексических единиц с пейоративной оценкой и их активное функционирование в современном русском языке. Преобладание в неологическом пласте пейоративной лексики не случайно. По мнению большинства ученых, таких как А. Вежбицкая, Е. М. Вольф, О. П. Ермакова, Г. Н. Скляревская, в лексическом составе любого языка преобладают единицы с пейоративной коннотацией. Так, А. Вежбицкая отмечает, что имеется асимметрия в оценках, направленная в сторону «пессимизма» [13. С. 357]. По наблюдениям Г. Н. Скляревской, почти 80 % языковой метафоры носит пейоративный характер [8. С. 111] Исследованный нами материал, зафиксированный в современных масс-медиа, подтверждает выявленную тенденцию.

Пейоративная лексика формируется в основном в рамках политического дискурса, где для создания оценочных номинаций нередко используется прием «скор-нения» (термин Н. А. Николиной), предполагающий контаминацию разных слов. В результате употребления такого приема стирается прежняя внутренняя форма слов-доноров и наряду с этим создается новая прозрачная внутренняя форма, которая ярко выражает определенную оценку. К примеру, некоторые производные от нейтральных номинаций демократ и коммунист в современном политическом дискурсе характеризуются явной оценочностью. Названные лексические единицы стали основой формирования целых парадигм негативных номинаций идеологических противников. При этом ассоциативно-образный компонент в структуре коннотации новообразования является основанием оценочной квалификации, а также стилистической маркированности, связывая денотативное и коннотативное содержание лексической единицы. Ср.: демокрады, демонократы, демозавры и коммуняки, коммуно-фашисты, КПСС-овцы. Оценка в данном случае представляет собой результат проявления особого отношения субъекта к объекту, специфику которого составляет сознательная целенаправленность, заключающаяся в наличии определенной позиции

субъекта, детерминирующей характер данного отношения, т. е. определенных «точек зрения», с которых производится оценка [7. С. 85].

Для выражения оценки современной российской общественно-политической действительности все чаще стали использоваться метафорически употребленные фамилии политических деятелей. При этом отмечается тенденция приобретения такими неологизмами экспрессивных оттенков иронии, пейоративных оценок. Используемые в масс-медиа в нарицательном значении антропонимы часто употребляются в форме множественного числа, пишутся со строчной буквы, иногда без кавычек, что можно интерпретировать как явное выражение негативной оценки: чубайсы, черномырдины и т. п. В таких употреблениях в процессе коммуникации утрачивается их индивидуализирующая функция. Нестандартное использование фамилий современных политиков свидетельствует о том, что общая реритуализация затронула высокие сферы - семиотическое пространство собственных имен российских политических кругов. Каламбурное обыгрывание фамилий знаковых фигур привело к появлению оценочно насыщенных образований типа ЧУБаксы, расПУТица, МЕДВЕДЕВка и других. Оценочность подобных лексических единиц отражает идео-лого-политические реалии, поэтому с изменением данных реалий, социальных отношений такая оценочность может с подобных слов сниматься или менять свое содержание на прямо противоположное. В связи с этим такой лексике свойственна оценочная временность, поэтому ее можно охарактеризовать как хронооценочную. Важным при этом оказывается то вербальное окружение, в пределах которого она употребляется, важна дополнительная дискурсивная интерпретация.

Негативную оценку в исследуемый период приобретают многие окказиональные образования. Например: «А если мы еще и хотим, чтобы русскими оставались наши дети, нам нужно, наконец, потребовать от власти, от Министерства культуры, от Государственной думы, чтобы в стране прекратилось публичное телеизмывательство над русской культурой, русским языком, над душой русского народа» (Аргументы и факты, 2005, № 51); «Собачье сердце», затем «Идиот». Сегодня -«Мастер и Маргарита». Это - в условиях процесса всеобщей «быдлодизации», который становится все более агрессивным, при отсутствии финансовой поддержки со стороны государства» (Аргументы и факты, 2005, № 52). Выделенные окказионализмы призваны вызывать образные ассоциации, резко негативную реакцию у принимающих такую информацию. В слове измываться уже заложена негативность, элемент теле- придает этой оценке публичный характер. Во втором примере пейоративная оценка полностью содержится в производящем слове быдло (прост. презр.) - ‘о людях, бессловесно выполняющих для кого-нибудь тяжелую работу’, а словообразовательный формант -изаци(я) вносит значение ‘широко распространяемое явление’.

Негативная оценка нередко выражается словообразовательной игрой. Например: «Все эти мэрзавцы решили в очередной раз обмануть астраханцев» (Житель, 2004, 24 октября). В данном примере потенциальный дериват мэровцы ассоциативно порождает в языковом сознании дериват мэрзавцы по аналогии со словом мерзавцы.

Итак, представленное понимание природы и сущности оценочности новых слов позволяет заключить, что основным признаком оценки является наличие деятельностной работы языкового сознания, в результате чего возникают многочисленные неономинации с оценочной семантикой, формирующие субъективное отношение к неологизируемым фрагментам обновляемой картины мира. В неологизмах с оценочной семантикой выражается новое смысловое содержание, воплощающее новое видение данным языковым коллективом номинируемого объекта познания. Это происходит благодаря аксиологической функции репрезентирующих ее неологизмов.

Список литературы

1. Алефиренко, Н. Ф. Спорные проблемы семантики / Н. Ф. Алефиренко. - М., 2005.

2. Алефиренко, Н. Ф. Когнитивно-семиологическая теория слова / Н. Ф. Алефиренко // Вестн. Самарского гос. ун-та. Гуманитарная серия. - Самара, 200б. - № 5 /1 (45).

- С. 102-110.

3. Апресян, Ю. Д. Избранные труды : в 2 т. Т. 2 / Ю. Д. Апресян. -М., 1995.

4. Арутюнова, Н. Д. Типы языковых значений : Оценка. Событие. Факт / Н. Д. Арутюнова. М., 1988.

5. Васильев, Л. М. Семантическая категория оценки и оценочные предикаты / Л. М. Васильев // Исследования по семантике. - Уфа, 199б. - С. 55-б2.

6. Костомаров, В. Г. Языковой вкус эпохи : из наблюдений над речевой практикой масс-медиа / В. Г. Костомаров. - М., 1994.

7. Маркелова, Т. В. Взаимодействие оценочных и модальных значений в русском языке / Т. В. Маркелова // Филол. науки. - 199б. - № 3. - С. 80-89.

8. Скляревская, Г. Н. Метафора в системе языка / Г. Н. Скляревская. - СПб, 2004.

9. Стернин, И. А. Проблемы анализа структуры значения слова / И. А. Стернин. -Воронеж, 1979.

10. Телия, В. Н. Коннотативный аспект семантики номинативных единиц / В. Н. Телия. - М., 198б.

11. Филиппов, А. В. К проблеме лексической коннотации / А. В. Филиппов // Вопр. языкознания. - 1978. - № 1. - С. 57-бЗ.

12. Шаховский, В. И. Категоризация эмоций в лексико-семантической системе языка / В. И. Шаховский. - Воронеж, 1987.

13. Wierzbicka, A. Ethno-syntax and the philosophy of grammer / А. Wierzbicka. - Stud. Lang. - 1979. - Vol. 3. - № 3.