5. Гамзатов Р. Молитва. Махачкала: Издательский дом «Эпоха», 2006.
6. Гамзатов Р Завещание. Стихотворения. Махачкала: Издательство «Дагестанский писатель», 2009.
7. Гамидова Г.Р, Акавов З.Н. Религиозные мотивы в лирике Р Гамзатова последних лет Известия Дагестанского государственного педагогического университета. Общественные и гуманитарные науки. 2008; № 3 (4): 80-86.
8. Кассиев Э.Ю. О передаче национального своеобразия и стиля стихотворения РГамзатова «Журавли» при переводе на русский язык. Мастерство Расула Гамзатова: сборник статей. Махачкала, 1986: 150-156.
9. Султанов К.К. Органика оригинала. Дружба народов. 1983; № 6: 254-255.
10. Юсупова Ч.С. Ислам в поэзии Расула Гамзатова. Академические тетради. Тетрадь пятая. Искусство. Религия. Москва, 2012; Выпуск 14.
11. Черкесова П.С. Проблемы художественного перевода поэзии и прозы Р Гамзатова. Известия ДГПУ. Филологические науки. 2014; № 2.
References
1. Alieva H.M. Hudozhestvennoesvoeobraziepo'eziiRasula Gamzatova: aspektnacional'no-russkogo vzaimodejstviya. Dissertaciya ... kandidata filologicheskih nauk. Mahachkala, 2012.
2. Aminov M.-Z. Chto i kak perevodit' na russkij. Don. 1984; № 1.
3. Gadzhiahmedova M., Saidova Z. Religioznye motivy v po'ezii R. Gamzatova i M. Patahova. Filologicheskie 'etyudy: sbornik nauchnyh rabot molodyh uchenyh, aspirantov i studentov. Mahachkala, 2019: 26-29.
4. Gamzatov R. Sobranie sochinenij: v 8 t. Mahachkala: Dagestanskoe knizhnoe izdatel'stvo, 1997.
5. Gamzatov R. Molitva. Mahachkala: Izdatel'skij dom «'Epoha», 2006.
6. Gamzatov R. Zaveschanie. Stihotvoreniya. Mahachkala: Izdatel'stvo «Dagestanskij pisatel'», 2009.
7. Gamidova G.R., Akavov Z.N. Religioznye motivy v lirike R. Gamzatova poslednih let. IzvestiyaDagestanskogogosudarstvennogopedagogicheskogouniversiteta. Obschestvennye i gumanitarnye nauki. 2008; № 3 (4): 80-86.
8. Kassiev 'E.Yu. O peredache nacional'nogo svoeobraziya i stilya stihotvoreniya R.Gamzatova «Zhuravli» pri perevode na russkij yazyk. Masterstvo Rasula Gamzatova: sbornik statej. Mahachkala, 1986: 150-156.
9. Sultanov K.K. Organika originala. Druzhba narodov. 1983; № 6: 254-255.
10. Yusupova Ch.S. Islam v po'ezii Rasula Gamzatova. Akademicheskie tetradi. Tetrad' pyataya. Iskusstvo. Religiya. Moskva, 2012; Vypusk 14.
11. Cherkesova P.S. Problemy hudozhestvennogo perevoda po'ezii i prozy R. Gamzatova. Izvestiya DGPU. Filologicheskie nauki. 2014; № 2.
Статья поступила в редакцию 09.03.23
УДК 82-34: 811.1
Anikina A.A., Cand. of Sciences (Philology), senior lecturer, Novosibirsk State University of Architecture and Civil Engineering (Novosibirsk, Russia),
E-mail: anna.sosn@yandex.ru
Komkova A.S., Cand. of Sciences (Philology), senior lecturer, Siberian Transport University (Novosibirsk, Russia), E-mail: raykova88@mail.ru
PECULIARITIES OF THE RECEPTION OF SCANDINAVIAN PROPER NAMES IN THE WORKS OF J.R.R. TOLKIEN "THE HOBBIT, OR THERE AND BACK AGAIN" AND "THE LORD OF THE RINGS". The article is dedicated to peculiarities of the reception of Scandinavian proper names in the works of the English writer J.R.R. Tolkien. The article examines the Scandinavian sources that influenced his works, as well as the techniques that the author uses in order to organically incorporate the borrowed names and plots into the fabric of his own personal mythology. The relevance of the study is related to the need to study the mythological basis of literature of 20 century, as well as the lack of study of views of scientific and mythological views of J.R.R. Tolkien in Russia. Descriptive method, methods of context and motive analysis, comparative method and etymological method are used in the work. The results show that, despite the numerous intersections in the names and plots, Tolkien's works are not a compilation of borrowings, but an integral and original structure.
Key words: Norse mythology, proper names, fictional prose, microtext, context analysis, language play
А.А. Аникина, канд. филол. наук, доц., Новосибирский государственный архитектурно-строительный университет, г. Новосибирск,
E-mail: anaa.sosn@yandex.ru
А.С. Комкоеа, канд. филол. наук, доц., г. Новосибирск, E-mail: raykova88@mail.ru
ОСОБЕННОСТИ РЕЦЕПЦИИ СКАНДИНАВСКИХ ИМЕН СОБСТВЕННЫХ В ПРОИЗВЕДЕНИЯХ ДЖ.Р.Р. ТОЛКИНА «ХОББИТ, ИЛИ ТУДА И ОБРАТНО» И «ВЛАСТЕЛИН КОЛЕЦ»
Статья посвящена особенностям рецепции скандинавских имен собственных в произведениях английского писателя Дж.РР Толкина. В статье рассматриваются скандинавские источники, оказавшие влияние на его произведения, а также приемы, которые использует автор, для того чтобы органично включить заимствованные имена и сюжеты в ткань его собственной авторской мифологии. Актуальность исследования связана с необходимостью изучения мифологической основы литературы XX в., а также недостаточной изученностью взглядов научных и мифологических воззрений Дж.Р.Р. Толкина в России. В работе использованы описательный метод, методы контекстного и мотивного анализа, сравнительно-сопоставительный и этимологический метод. Полученные результаты демонстрируют, что, несмотря на многочисленные пересечения в именах и сюжетах, произведения Толкина не являются компиляцией заимствований, а представляют собой цельную и оригинальную структуру.
Ключевые слова: скандинавская мифология, имена собственные, художественная проза, микротекст, контекстный анализ, языковая игра
В конце XX - начале XXI в. можно было наблюдать рост интереса у различных народов к своим традициям и историческим корням, следовательно, и к своей мифологии. В качестве иллюстрации этого утверждения можно упомянуть появление множества неоязыческих культов, фольк-групп и произведений в жанре фэнтези. Фильм по роману Дж.Р.Р. Толкина «Властелин Колец», вышедший в начале 2000-х, только подогрел этот интерес. Однако, несмотря на то, что Толкин является одним из крупных авторитетов по древнеанглийскому языку и сопоставительной мифологии (ср. его труды «Beowulf: The Monsters and Critics», «A Middle English Vocabulary» и др.), в русскоязычной среде он по-прежнему воспринимается как автор произведений для детей и подростков, и другая сторона его творчества достаточно фрагментарно освещается в отечественной научной литературе. Следовательно, актуальность нашей работы обусловлена прежде всего необходимостью изучения мифологических оснований литературы XX в., а также недостаточной изученностью взглядов научных и мифологических воззрений Дж.РР. Толкина в России. Цель работы - исследование особенностей рецепции скандинавских имен собственных в произведениях Дж.Р.Р. Толкина
«Хоббит, или туда и обратно» и «Властелин Колец». Соответственно, настоящая работа призвана решить следующие конкретные задачи: 1) описать концепцию Дж.РР Толкина о создании самостоятельной мифологии Британии; 2) исследовать роль имен, заимствованных из скандинавских источников, при создании оригинального авторского легендариума и их функцию в разворачивании сюжета; 3) описать приемы, которые использует автор в процессе адаптации скандинавских имен собственных.
Материалом исследования послужили прежде всего произведения Толки-на «Хоббит, или Туда и обратно» и «Властелин Колец», а также другие работы автора. Научная новизна работы заключается в том, что на русском языке сравнительно мало работ, посвященных творчеству Толкина не как писателя, а как реконструктора и знатока мифологии. Теоретическая значимость исследования обусловлена тем, что оно может служить основой для дальнейшего типологического изучения мифологии и ее интерпретации в авторской литературе XX в., а также состоит в углублении теоретических знаний об использовании ономастической лексики в художественном тексте. Практическая значимость заключается
в том, что полученные данные могут использоваться при создании специальных курсов по сравнительной мифологии, а также по литературе XX в. и ее истокам, английской словесности и фольклористике, литературной ономастике, лингвоэт-нической специфике текста. В перспективе было бы интересно подробно изучить роль других мифологических систем в создании оригинальной авторской мифологии Толкина.
Проблемами авторской рецепции мифологии занимались Аникина А.А. [1], Карыпкина Ю.Н. [2], Комкова А.С. [3], Проскурин С.П [4], Рубанец О.Б. [5], Сос-нин Е.В [6] и др.
В одном из писем Толкин пишет, что в своей художественной прозе поставил перед собою задачу <...> - возродить для англичан эпическую традицию и даровать им собственную мифологию» [7, с. 383]. Возможно, автор сначала планировал опираться только на английский материал, однако он постепенно разрастался и требовал все новых и новых источников. Соответственно, в мифологии Толкина оказалось много аллюзий и к скандинавскому эпосу. Прежде всего, следует отметить, что большинство онимов Толкина является, так или иначе, реминисцентными, оказываясь отзвуком других литературных произведений или событий реальной истории. И хотя в его книгах встречается в общей сложности до нескольких тысяч имен, их отбор обычно неслучаен, а критерии выбора различны для разных народов и эпох внутри произведения. «Параллели устанавливаются в большинстве случаев не с отдельно взятым героем, а с целым народом или расой. Данный прием, с одной стороны, направлен на то, чтобы читатель не посчитал сходство имен случайным, не несущим никакого смысла, и уловил определенную корреляцию между онимами» [8, с. 12]. Сам Толкин в черновиках письма к мистеру Рангу отмечает, что между именами и вещами обыкновенно существует связь: «там, где получившиеся названия имеют поддающийся расшифровке смысл (как в большинстве случаев), этот смысл имеет отношению исключительно к сюжету, в который названия включены» [7, с. 480].
Начать хотелось бы с имен гномов в сказочной повести Толкина «Хоббит, или туда и обратно», так как эти имена немногочисленны и вместе представляют компактную, замкнутую систему. Всего в повести упоминается шестнадцать гномов: тринадцать спутников главного героя, отец и дед короля гномов и легендарный прародитель гномов: Двалин, Балин, Фили, Кили, Дори, Нори, Ори, Бомбур, Бифур, Бофур, Оин, Плоин, Торин; Траин, Трор и Дурин. Большая часть этих имен взята из списка имен гномов в «Старшей Эдде» (так называемый «Dvergatal»). Сейчас даже специалисты по древнеисландскому языку и мифологии не могут точно сказать, что значило каждое из этих имен, кто были эти гномы, хотя древние исландцы, конечно, знали об этом. В этом списке имен Мотсогнир был первым правителем гномов, следующим - Дурин, а последним - Двалин. Из другой части «Эдды» - «Havamal», или «Речи Высокого», мы узнаем, что Два-лин даровал гномам руны, а это предполагает у него наличие как знаний, так и магической силы [9, с. 142-143]. Толкин отнесся к «Перечню гномов» всерьез. Он допустил, что это было неким списком, к которому прилагалось сказание -некая гномическая «Одиссея», и что этот список подвергся искажениям, отчего прозвища перемешались с именами, а волшебника (или таинственное существо с посохом волшебника) занесли в список гномов ошибочно, но объяснимо, если он действительно водился с гномами [10].
В переводе А. Корсуна [9, с. 16] этот список звучит так (имена, использованные в книге «Хоббит», выделены нами курсивом - А.А., А.С.), мы приводим его полностью:
Монтсогнир старший Из племени гномов Назван тот был, А Дурин вторым; Нии и Ниди, Нордри и Сурдри, Аустри и Вестри, Альтиов, Двалин,
Биеер и Бембур, Нори, Ан и Анар, Ли, Мьедвитнир, Гандальв и Вейг, Виндальв и Траин, Тек и Торин, Трор, Вит и Лит,
Нар и Ньюрад... ... Фили и Кили, Фундин, Наин, Фрар и Хорнбори, Фрег и Лони, Эйкинскьялд
Некоторые из этих имен звучат в книге Толкина иначе, на английский манер, например, имени Бивер соответствует Бифур, Бавер - Бофуру, Аи - Оину и т. д. Именем Гэндальф (Гандальв) назван волшебник, а Торину присвоено прозвище Эйкинскьялди (Оукеншильд, Дубощит) - в «Старшей Эдде» это имя другого гнома. О большинстве гномов, названных в этом списке, неизвестно ничего, кроме имени. Нас, однако, эти имена интересуют прежде всего в контексте мифологии Толкина, а не «Старшей Эдды».
Великолепно зная древнеисландский язык, Толкин так или иначе обыгрывает значение каждого имени, используя при этом самые разнообразные приемы. Впрочем, трудно утверждать, было ли каждое из имен присвоено персонажу, когда его судьба и характер уже сложились в замысле автора, или, напротив, персонаж был «приспособлен» к уже выбранному для него имени. Иногда из имени разворачивается целая мифологема. Так происходит с именем Дурин (исл. Durinn), которое является причастием от слова dur - 'короткий сон, дремота' [11, с. 126-127]. В мифологии Толкина Дурин - один из семи прародителей гномов, наиболее почитаемый из всех. По легенде, он проснулся первым из гномов и не умрет, а будет спать до конца мира [12, с. 448].
Имя Даин (исл. Dainn, причастие м. р. прош. времени от deyja 'умереть') [11, с. 114] действительно погибает. Можно возразить на это, что, учитывая сюжет книги Толкина, немногие герои умирают своей смертью. Однако любопытно, что имена, иногда скрыто, указывают на то, какой именно конец принял герой. Так, по мнению А. Джима (цит. по: [13, с. 320]) имя другого гнома - Трор (исл. Pror) можно перевести на русский язык как 'дикий кабан' от корня, означающего 'разделать как свинью'< 'расшиненерять(ся)'. Как явствует из приложений к «Властелину колец», Трор «был убит врагами, а тело его было разорвано на куски и скормлено воронам», подобно свинье. Хотя в тексте имя Траин (в английском тексте Thrain, исл. Prainn) восходит к корню Pra- 'упрямый, выносливый' а также 'тоска, страстное желание' [11, с. 895], Толкин текстологически объединяет оба значения. Рассказывая о жизни Траина, Толкин дважды на одной странице говорит о мучившей гномов жажде золота: «Кольца смогли сделать с ними только одно - зажгли их сердца жадностью к золоту и драгоценностям, да так, что, раз утратив свои сокровища, гномы ... горели яростной жаждой отомстить тому, кто лишил их прежнего богатства») [12, с. 504]. Хотя в этом отрывке речь идет не о самом Траине, а вообще о племени гномов, он важен для нас. Несколько далее говорится: «Страсть к золоту снедала его ежечасно» [там же]. Здесь речь идет именно о Траине. И хотя ни одно из слов, которые использовал Толкин, говоря о гномьей жажде золота (англ. wrath 'гнев', с/е5/'ге'(сильное) желание' greed 'жажда' lust 'вожделение, сильное желание, страсть'), не является этимологически родственным исландскому корню pra-, употребление такого количества слов со схожей семантикой представляется неслучайным. Однако, как уже было сказано, реэтимологизируя слово, оживляя его, Толкин сводит вместе обе группы значений. Дело в том, что Траин был захвачен врагами в плен и подвергнут страшным пыткам, которые лишили его разума, но тем не менее он не предал своих. Проявляя упрямство в поисках утраченных сокровищ и стойкость перед лицом врагов и одновременно страдая от жажды золота, персонаж, таким образом, полностью оправдал данное ему имя.
То же самое можно сказать еще о двух гномах - Фили и Кили. Оба их имени семантически параллельны друг другу, и обозначают одно и то же. По мнению А. Джима, Fili в исландском языке обозначает 'цепь, линия' и Kili - 'забор, ограда' (цит. по [13, с. 321]). Из текста «Хоббита» нам известно, что оба они погибли, закрывая от врагов своими щитами и телами труп своего родича, образуя вокруг него живую ограду. Отметим также, что оба имени созвучны друг другу фонетически - прием, который Толкин часто использует, выбирая имена для родичей, чаще всего братьев либо отца и сына. Один из примеров - братья Оин и Глоин. Имя Оин, исл. Ai, по-видимому, нельзя этимологизировать однозначно. Возможно, оно родственно совр. исл. А 'река, вода', по крайней мере, Толкин, видимо, возводил его именно к этому корню. Имя Оин антонимично имени его брата Глоина - восходит к совр. исл. gloa 'сиять, гореть', а также glod 'угли, жар' и gull 'золото' [11, с. 231, 247]. Семантическая мотивировка этого имени отличается от других имен, рассмотренных выше, хотя оно, как и другие имена, является значимым, и его значение обыгрывается в контексте. В книге «Хоббит, или туда и обратно» автор упоминает, как братья Оин и Глоин под дождем пытаются развести костер: «.ветер то и дело стряхивал с листьев дождевые капли, и это беспрестанное «кап-кап» просто выводило из себя. Да и с костром что-то не заладилось. Уж на что гномы мастера разжигать костры где угодно и чем угодно, на ветру и в безветрие, но этой ночью у них ничего не получалось, даже у Оина с Глоином, которые по части костров были особо крупными специалистами» [14, с. 38]. Противопоставление имен обоих братьев усиливается указанием на их драку, которая последовала почти сразу за цитированным эпизодом.
Интересное развитие эти имена получают далее, в романе «Властелин колец». Мы узнаем, что Оин утонул; таким образом, мы снова имеем дело с именем-предсказанием (как мы помним, его имя связано со словом 'река'). Глоин описывается как богато одетый (richly dressed) гном с серебряной цепью на шее, серебряным поясом, а его одежда украшена бриллиантами. Это лишь косвенно указывает на связь с его именем (ср. золото - богатая одежда). Однако у него есть сын Гимли. Толкин сам объясняет выбор этого имени: «Англосаксонский насчет Гимли ничего не скажет. Собственно говоря, слово из поэтической лексики: gim в архаическом древнеисландском стихе, скорее всего, не является родственным gimm (ранее заимствованное < лат. gemma) 'драгоценный камень', хотя, возможно, позже с ним и ассоциировалось; означало оно, по всей видимости, «огонь» [7, с. 432]. Как явствует из «Властелина колец», Гимли так же, как и его отец, тесно связан не только с огнем, но и с золотом. Ср. предсказание, сделанное ему: «Если надежда не угаснет, я скажу тебе, Гимли, сын Глоина, золото рекой потечет в твои руки, но не будет иметь над тобой власти» [12, с. 530]. Связь имени Гимли с огнем (и с сиянием) реализуется автором, когда Гимли после окончания войны и победы над злом становится королем Агларонда (на языке Толкина «Сияющие пещеры»). Имени Гимли созвучно слово Gimla из «Старшей Эдды». Gimla - название нового мира, который поднимется из морских глубин на смену нашему, прежнему миру. Весьма возможно, что Толкин сознательно или неосознанно учитывал этот контекст, и история Гимли является косвенной текстологической параллелью к эддическому мифу.
Имя еще одного гнома - Торин (англ. Thorin) - также взято из «Двергатал», и оно могло обозначать 'bold' - 'смелый, дерзкий, храбрый, самоуверенный'
[15, с. 939-967]. Все эти качества безусловны, но вряд ли текст «Хоббита» позволяет говорить о его отваге как об особом, ему одному присущем качестве. Зато обращает на себя внимание сходство этого имени с именем скандинавского бога Тора - бога грома и грозы. Разумеется, Толкин не отождествляет эти два персонажа, но все же любопытно, что в облике Торина присутствуют черты, традиционно связанные с Тором [16, с. 214].
Можно привести еще множество фактов, подтверждающих связь древнескандинавского бога солнца и грозы Тора и персонажа Толкина. Остановимся на двух, как нам кажется, наиболее показательных. Когда Торин в самом начале книги «Хоббит» объясняет своим товарищам цель будущего похода, главный герой внезапно падает на пол с криком: «Молнией убило, молнией убило!» [14, с. 26]. Этот эпизод не вполне ясен, возможно, здесь перед нами литературная «шалость», языковая игра автора, который как раз и намекает нам на связь Тора с Торином. Далее, во время финальной битвы, главный герой получает сильный удар камнем в голову. По мнению Ж. Дюмезиля, ритуальный удар в голову является признаком инициации, посвящения Тору [17, с. 520]. Можно допустить, что весь поход главного героя, Бильбо, является инициацией, и удар по голове - ее часть. Однако эта тема заслуживает отдельного, более подробного рассмотрения. Т. Шиппи комментирует появление имени Гэндальф. В ранних черновиках «Хоббита» Гэндальф (Gandalf) было именем главного гнома, но вскоре Толкин отказался от этого: тот, кого называют alfr, 'эльф', не может быть гномом. Gandже должно означать 'магический посох', и в современном исландском языке дополняется значениями 'волк' и 'конь' [11, с. 212]. Люди, для которых эльфы ассоциировались с волшебством, могли называть мага Эльфом с посохом.
В целом можно отметить два уникальных приема, используемых автором. Один из них отмечается его официальным биографом Х. Карпентером - «Он (Толкин - А.А, А.С.) не удовлетворялся простым изучением языка, но начал изобретать «дополнительные» готские слова, чтобы заполнить пробелы в ограниченном сохранившемся запасе, а затем перешел к созданию незасвидетель-ствованного, но правильного с исторической точки зрения германского языка» [18, с. 41]. Карпентер говорит не только о недостающих словах, но и о мифологических сюжетах: встречаясь с лакуной, Толкин заполняет ее, соблюдая логику и стилистику материала. Таким образом, речь идет не столько о рецепции, сколько о реконструкции. Другой прием: использование имени как микротекста - имя в Легендариуме Толкина представляет свернутый миф (мы уже приводили выше некоторые примеры, ср. также Беорн - медведь-оборотень). Древнеанглийское слово beorn и означает «медведь», но в англосаксонской поэзии часто использовалось как синоним слов «человек», «воин» или «вождь». Его эквивалентом является древнескандинавское слово bjorn («медведь»). При этом он напоминает других существ, связанных с медведями, например, Бёдвара Бьярки из «Саги о Хрольфе Жердинке», который, впадая в транс, мог призывать огромного медведя или Бьёрна (др. сканд. Bjorn), который из-за проклятия в дневное время становился медведем, а ночью возвращал себе человеческий облик, а также Беовуль-фа, чье имя часто переводят как 'пчелиный волк' [18, с. 66].
Разумеется, параллели между мифологией Дж.РР Толкина не ограничиваются только десятком имен гномов. Приведем несколько примеров. Одна из целей, которые преследовал писатель - придать своему миру максимальную связь с реальностью. Для Толкина это было очень важно - он неоднократно сам говорит об этом. Показательны данные им комментарии к названию его мира -Middle-Earth: "Средиземье - это не воображаемый мир. Само название - это современная форма (возникшая в XIII в. и сохранившаяся до сих пор) слова midden-erd > middel-erd, древнее название oikumene, обиталища людей, объективно существующего реального мира, употребляющееся именно в противопоставление мирам воображаемым» [6, с. 220]. Middle-Earth - это Мидгард «Старшей Эдды» и других германских эпосов [3; 4].
Другой пример: в германской мифологии Эарендил - это название планеты Венеры. Непосредственно в этом виде Толкин взял это имя из поэмы Кюневуль-фа «Христос»: Eala Earendel engla beorhtast Ofer middangeard monnum sended-«Слава Эарендилу, ярчайшему из ангелов, посланных людям Средиземья. Однако поэма «Христос» - не единственное произведение, где упоминается Эа-рендел. В другом прочтении - Аурвандил - тот же персонаж встречается, например, в «Младшей Эдде»: это юноша, спутник бога Тора. В книгах Толкина Эарендил является одним из главных персонажей, через которого связаны начальные и последующие произведения. «Его функция как представителя обоих народов, Людей и Эльфов, заключается в том, чтобы отыскать путь через море назад в Землю Богов и в качестве посланника убедить их вновь вспомнить об Изгнанниках, сжалиться над ними и спасти их от Врага». Имя его как таковое заимствовано из древнеанглийского языка: слово earendel «луч света», иногда употребляется по отношению к утренней звезде, а на эльфийском означает «великий мореход» или «любящий море» [7, с. 173]. Толкин изящно объединяет в своей легенде оба значения: в конце книги «Сильмариллион» Эарендель, исполнив свою миссию, был вознесен вместе со своим кораблем на небо и, действительно, стал звездой, символом зари и надежды.
Некоторые имена, с помощью которых писатель строил интертекстуальные связи, при переводе с английского языка утратили соотнесенность с первоисточником, так как перевод иногда затуманивает или вовсе уничтожает некоторые
возможные параллели, возникающие с германской мифологической традицией. Так, в оригинале романа «Властелин Колец» древний лес, называемый Mirkwood и переводимый по-разному - Черный лес, Чернолесье, Черная пуща, Сумеречье, Лихолесье и т. п., соотносится с Мюрквидом из «Старшей Эдды». Толкин пишет: «Чернолесье - Мирквуд - не мое изобретение. Это очень древнее название, овеянное множеством легенд. ... В одном немецком источнике Х! столетия это слово присутствует в форме мирквиду, хотя корень мерк («темный») в других сочетаниях там не встречается (только в древнеанглийском, древнескандинавском и т. д.). Корень виду в германском сводился к значению «древесина». Что до древнеанглийского, то в нем слово «мирке» встречалось только как поэтическое, причем в смысле «темный, мрачный», только в «Беовульфе»... в остальных же источниках оно имело зловещий оттенок («порочный, адский»). По-видимому, это слово никогда не обозначало просто цвет - скорее всего, оттенок мрачности в нем присутствовал с самого начала» [там же, с. 369].
Прозвище еще одного героя, Гримы Вормтонга (Грима Змениный Язык), соотносится с прозвищем персонажа исландской саги о некоем Гуннлауге Змеином языке (исл. Gunnlaugr Ormstunga). В саге говорится, что он был хорошим скальдом, любил сочинять язвительные стихи, и был поэтому прозван Гуннла-угом Змеиным Языком. Грима Вормтонг - один из советников короля Теодена в романе «Властелин Колец». При помощи волшебника Сарумана он запутывает и околдовывает короля. Таким образом, в обоих текстах слово Wormtongue, или Ormstunga - 'Змеиный язык' означает что-то вроде 'Искусный в речах'. В русских переводах имени - Червослов, Гнилоуст и др. - нет этого оттенка значения, и исчезает всякая связь с исландской сагой.
Имя Илуватар (в оригинале Iluvatar) с эльфийского переводится как «Отец Всего или всех». Слово с тем же значением, только на древнеисландском языке, в скандинавской мифологии является одним из имен Бога Одина - исл. Alfadir 'Всеотец, Отец Всех' [9]. Есть и кельтский вариант того же имени - Eohaid Allatair - Эохайд Отец Всех (одно из прозвищ ирландского бога Дагды). Кроме имени, у Илуватара есть черты, пусть и периферийные, совершенно чуждые христианскому богу, но зато объединяющие его с упомянутыми языческими богами. В случае с Одином это связь с вдохновением (этимология имени Один указывает на вдохновение, поэтический или шаманский экстаз [10, с. 241], а Илуватар, как мы помним, дал толчок к сотворению мира, предложив Айнур музыкальную тему. Из черт, общих для Дагды (Эохайда Аллатайра) и Илуватара, можно назвать общее для обоих персонажей священное место - холмы и горы, и то, что оба были покровителями урожая [17, с. 78].
Имя дракона Смауг (в ряде переводов Смог) также является свернутой характеристикой персонажа. Имя происходит от др.-англ. smugan - 'ползти, медленно продвигаться' (ср. др.-англ. smugendlic adj 'creeping, reptile') и smug, adv., тайно, в частном порядке'. Ср. также датск. smiige, узкий (тайный) проход, швед. smuga, скрытая нора, исландск. smuga - 'дыра, через которую можно пролезть' и т. д. В процессе развития слова оно также приобретает значение 'подтянутый, элегантный, аккуратный' [20, с. 566]. Однако, как предполагает Т. Шиппи, слово smugan приобретает дополнительное значение - 'вникать', а как прилагательное - 'искусный, хитрый, искушенный' [19, с. 85]. Таким образом, имя отражает разные стороны личности дракона - то, что он дракон, обитает в тайной узкой норе и в то же время его хитрость, коварство и искушенность в беседах. Последнее отчетливо проявляется в эпизоде его разговора с Бильбо: умело расспрашивая хоббита, Смауг догадывается даже о том, о чем тот не собирался говорить, при этом подспудно сея недоверие между Бильбо и гномами. Сам же эпизод содержит множество отсылок на эддическую песнь «Речи Фафнира»: в обоих текстах герой беседует с драконом, опасается назвать себя, собеседники говорят загадками и иносказаниями. Также в обоих текстах герои узнают об уязвимом месте на теле дракона, в результате чего последний погибает. С другой стороны, в книге Дж.РР Толкина «Сильмарил-лион» и в других легендах Толкина о Турине эпизод смерти дракона текстуально еще более близок «Речам Фафнира»: оба героя прячутся на пути у дракона и убивают его, вонзая меч ему в брюхо, а дракон перед смертью запутывает героев и проклинает их.
Можно привести множество примеров более или менее очевидного сходства между текстами Толкина и скандинавской мифологией, но едва ли это целесообразно. Как нам кажется, в использовании Толкином сюжетов, названий и идей из скандинавской мифологии важно отметить следующие моменты: во-первых, он почти никогда не копирует материал слепо, заимствуя фрагменты, не теряет логики оригинала, но при этом подчиняется логике и контексту собственных произведений. Во-вторых, в более ранних текстах заимствований и пересечений значимо больше, однако по мере развития собственной мифологии Толкина их количество заметно сокращается, а само сходство становится менее выраженным. Возможно, автор отталкивается от оригинальных мифологических текстов, но постепенно необходимость в этом уменьшается, его собственная мифология получает необходимое развитие и становится все более и более оригинальной. Например, рассказывая в «Книге Утраченных Сказаний» о чертоге Макара и Меассе, богов войны, Толкин фактически приводит описание скандинавской Вальгаллы - жилища воинов, погибших в сражении и ждущих конца мира, чтобы сразиться против темных сил. Но в более поздних текстах автор опять-таки
отказывается от слишком явных аллюзий. Как уже было сказано, подобных примеров множество, но приводить их все не кажется нам целесообразным. Поэтому хотелось бы остановиться на последнем моменте, связанном с так называемым Нордическим духом. Этому интересному феномену трудно подобрать текстологические подтверждения или как-то конкретно его проиллюстрировать, потому что он рассеян по всему тексту и связан, скорее, не с определёнными словами, а с общим духом произведения. В скандинавской мифологии этот феномен связан идеей Рока, которому невозможно противостоять и Рагнарёка - последней битвы, в которой погибнет большая часть богов и весь мир. Но при этом доблесть заключается именно в том, чтобы сражаться, даже если шансов на победу почти нет, а лично тебя точно ждет гибель либо забвение. В финале романа «Властелин Колец» эльфы покидают Средиземье, а из дополнительных материалов и приложений известно, что постепенно уйдут все волшебные существа и вся магия, а оббиты станут гонимым народом. Вся последняя глава пронизана глубокой печалью: что-то ушло из мира и уже не вернётся. В самой книге постоянно подчеркивается, что надежда призрачна, что силы Врага бесчисленны, шансов на победу почти нет. И тем не менее герои все равно раз за разом вступают в битву, рискуют и стоят до последнего. И в итоге гигантской ценой, вопреки всему добро все же побеждает. Эти идеи находят отражение и в экранизации «Властелина Колец», выполненной П. Джексоном в 2001-2003 гг В последнем фильме трилогии «Властелин Колец: Возвращение Короля» воины короля Рохана Тео-дену говорят: «У нас мало воинов, нам не победить армии Мордора». На что Теоден им отвечает: «Нет Не победить. Но мы вступим с ними в битву все равно». Несколько позднее гном Гимли комментирует планы военачальников идти на Мордор - главный оплот сил зла: «Верная смерть. Никаких шансов на успех. Так чего же мы ждём?!» - забавный, но, по сути, трагический эпизод. Позволим
Библиографический список
себе привезти достаточно длинную, но, на наш взгляд, важную и объясняющую многие вещи цитату Т. Шиппи: «И я верю, что Толкин стал необычайно популярен именно благодаря этому. <...> Фантастические или посвящённые древности труды Толкина лицом к лицу противостоят главным проблемам двадцатого столетия, среди которых война, отчаяние, горечь неудач, разочарование. Кроме того, в этих сказаниях предлагаются ответы, выглядящие более чем старомодными, но вновь оказывающиеся живыми и действенными. Это серьёзные ответы на серьёзные вопросы, которые, по моему мнению, как раз и игнорируются эскапистами. Но своим обаянием труды Толкина во многом обязаны также и присутствующему в них смешению серьезного и развлекательного, как и предельному смешению стилей, которое первоначально мир усваивал на примерах исландской литературы [10].
В заключение необходимо отметить следующее. Пытаясь воссоздать Британскую мифологию, Толкин в действительности опирался на самые разнообразные источники, среди которых скандинавская мифология занимала далеко не последнее место. С большим вниманием он относился к включению в свои тексты заимствованных имен собственных, никогда не используя их слепо. Один из его излюбленных приемов - имя как свернутый сюжет, то есть в подобном имени заключена и характеристика, и часто - судьба персонажа. При этом автор реэтимологизирует и оживляет исторические значения слова. С другой стороны, имена позволяют создать ощущение реальности, связи с мифологией и историей Европы [20]. Выбирая имена для родственников, например, для нескольких братьев или отца и сына, автор часто предпочитает рифмующиеся. В целом из нескольких сотен имен в произведениях автора не так много придуманных. Также автор достаточно часто прибегает к шутке или языковой игре, которые, впрочем, рядовой читатель не всегда может заметить.
1. Аникина А.А. Дж.РР Толкин и индоиранская мифология: некоторые сюжетные пересечения. Филологические науки. Вопросы теории и практики. 2021; Т. 14, Выпуск 2: 350-354.
2. Карыпкина Ю.Н. Тема волшебства в повести Дж.РР Толкина «Хоббит: Туда и Обратно» (лингвоэтническая интерпретация). Филологические науки. Вопросы теории и практики: в 4-х ч. 2016; Ч. 1, № 12: 100-103.
3. Комкова А.С. Феномен семиотического ослабления в англосаксонской лингвокультуре VII-XI вв. Новосибирск: Новосибирский национальный исследовательский государственный университет, 2017.
4. Проскурин С.Г, Проскурина А.В. Культурные трансферы и тексты. Новосибирск: Новосибирский государственный технический университет, 2017.
5. Рубанец О.Б. Скандинавская мифология в современной английской и американской литературе жанра фэнтези. Царскосельские чтения. 2016; № XX. Available at: https://cyberleninka.rU/article/n/skandinavskaya-mifologiya-v-sovremennoy-angliyskoy-i-amerikanskoy-literature-zhanra-fentezi
6. Соснин Е.В. Дж. Р Р Толкин как филолог и философ языка. Германистика в России. Традиции и перспективы. Новосибирск, 2004: 217-224.
7. Толкин Дж.РР Письма. Перевод с английского. Москва: ЭКСМО, 2004.
8. Лебедева Е. Ономастикон произведения Дж.Р.Р. Толкина «Властелин Колец». Автореферат диссертации ... кандидата филологических наук. Ростов-на-Дону, 2006.
9. Беовульф. Старшая Эдда. Песнь о Нибелунгах. Перевод В. Тихомирова, А. Корсуна, Ю. Корнеева. Москва: Художественная литература, 1975.
10. Шиппи Т. Толкин и Исландия: Филология зависти. Перевод Ю. Канчукова. Палантир. Журнал Толкиновского общества Санкт-Петербурга. 2005; № 46: 32-47.
11. Русско-исландский словарь = Russnesk islensk ordabok. Х. Харальдссон. Рейкьявик Несутгауфан, 1996.
12. Властелин колец. Трилогия. Перевод с английскийского М. Каменкович, В. Каррика. Санкт-Петербург: Азбука, 1999; Т. 1.
13. Каррик М.В., Каменкович В.М. Примечания к книге «Хоббит, или туда и обратно». Санкт-Петербург: Азбука, 1999.
14. Толкин Дж.РР Хоббит, или туда и обратно. Санкт-Петербург: Азбука, 1999.
15. Gould Ch.N. Dwarf-Names: A Study in Old Icelandic Religion. Publications of the Modern Language Association of America. 1929; Vol. 44: 939-967.
16. Соснина А.А. Имя как микротекст: семантика имён гномов в сказочной повести Дж.РР Толкина «Хоббит, или туда и обратно». Ономастическое пространство национальной культуры. Улан-Удэ, 2006; № 63: 212-215.
17. Мифы народов мира: энциклопедия: в 2 т. Москва: Большая российская энциклопедия: 2003; Т. 2: К - Я.
18. Карпентер Х. Джон Р.Р. Толкин: биография. Перевод с английского А. Хромовой. Москва: Эксмо-Пресс, 2002.
19. Дорога в Средьземелье. Перевод с английского. Москва; Санкт-Петербург: Лимбус Пресс, 2003.
20. Skeat R., Walter W. An etymological dictionary of English Language. Oxford: Clarendon, 1888.
References
1. Anikina A.A. Dzh.R.R. Tolkin i indoiranskaya mifologiya: nekotorye syuzhetnye peresecheniya. Filologicheskie nauki. Voprosy teoriiiprakiiki. 2021; T. 14, Vypusk 2: 350-354.
2. Karypkina Yu.N. Tema volshebstva v povesti Dzh.R.R. Tolkina «Hobbit: Tuda i Obratno» (lingvo'etnicheskaya interpretaciya). Filologicheskie nauki. Voprosy teorii i praktiki: v 4-h ch. 2016; Ch. 1, № 12: 100-103.
3. Komkova A.S. Fenomen semioticheskogo oslableniya v anglosaksonskoj lingvokul'ture VII-XI vv. Novosibirsk: Novosibirskij nacional'nyj issledovatel'skij gosudarstvennyj universitet, 2017.
4. Proskurin S.G., Proskurina A.V. Kul'turnye transfery i teksty. Novosibirsk: Novosibirskij gosudarstvennyj tehnicheskij universitet, 2017.
5. Rubanec O.B. Skandinavskaya mifologiya v sovremennoj anglijskoj i amerikanskoj literature zhanra f'entezi. Carskosel'skie chteniya. 2016; № XX. Available at: https:// cyberleninka.ru/article/n/skandinavskaya-mifologiya-v-sovremennoy-angliyskoy-i-amerikanskoy-literature-zhanra-fentezi
6. Sosnin E.V. Dzh. R. R. Tolkin kak filolog i filosof yazyka. Germanistika v Rossii. Tradicii i perspektivy. Novosibirsk, 2004: 217-224.
7. Tolkin Dzh.R.R. Pis'ma. Perevod s anglijskogo. Moskva: 'EKSMO, 2004.
8. Lebedeva E. Onomastikon proizvedeniya Dzh.R.R. Tolkina «Vlastelin Kolec». Avtoreferat dissertacii ... kandidata filologicheskih nauk. Rostov-na-Donu, 2006.
9. Beovul'f. Starshaya 'Edda. Pesn' o Nibelungah. Perevod V. Tihomirova, A. Korsuna, Yu. Korneeva. Moskva: Hudozhestvennaya literatura, 1975.
10. Shippi T. Tolkin i Islandiya: Filologiya zavisti. Perevod Yu. Kanchukova. Palantir. Zhurnal Tolkinovskogo obschestva Sankt-Peterburga. 2005; № 46: 32-47.
11. Russko-islandskij slovar' = Russnesk islensk ordabok. H. Haral'dsson. Rejk'yavik Nesutgaufan, 1996.
12. Vlastelin kolec. Trilogiya. Perevod s anglijskijskogo M. Kamenkovich, V. Karrika. Sankt-Peterburg: Azbuka, 1999; T. 1.
13. Karrik M.V., Kamenkovich V.M. Primechaniya k knige «Hobbit, ili tuda i obratno». Sankt-Peterburg: Azbuka, 1999.
14. Tolkin Dzh.R.R. Hobbit, ili tuda i obratno. Sankt-Peterburg: Azbuka, 1999.
15. Gould Ch.N. Dwarf-Names: A Study in Old Icelandic Religion. Publications of the Modern Language Association of America. 1929; Vol. 44: 939-967.
16. Sosnina A.A. Imya kak mikrotekst: semantika imen gnomov v skazochnoj povesti Dzh.R.R. Tolkina «Hobbit, ili tuda i obratno». Onomasticheskoe prostranstvo nacional'noj kul'tury. Ulan-Ud'e, 2006; № 63: 212-215.
17. Mify narodov mira: 'enciklopediya: v 2 t. Moskva: Bol'shaya rossijskaya 'enciklopediya: 2003; T. 2: K - Ya.
18. Karpenter H. Dzhon R.R. Tolkin: biografiya. Perevod s anglijskogo A. Hromovoj. Moskva: 'Eksmo-Press, 2002.
19. Doroga v Sred'zemel'e. Perevod s anglijskogo. Moskva; Sankt-Peterburg: Limbus Press, 2003.
20. Skeat R., Walter W. An etymological dictionary of English Language. Oxford: Clarendon, 1888.
Статья поступила в редакцию 30.04.23