Научная статья на тему 'Они творили в блокаду'

Они творили в блокаду Текст научной статьи по специальности «История. Исторические науки»

CC BY
109
27
Поделиться

Текст научной работы на тему «Они творили в блокаду»

К 65-летию полного освобождения Ленинграда от блокады

Петербургский писатель И. А. Богданов закончил работу над книгой, посвящённой ленинградской блокаде. В общей сложности работа продолжалась около 20 лет, в результате получилась авторская энциклопедия, в которой впервые освещены все стороны жизни осаждённого города — военная, политическая, научная, медицинская, повседневная, спортивная и пр. Общий объём рукописи под рабочим названием «Ленинградская блокада от А до Я» — более 700 страниц. К сожалению, пока издать эту книгу не удалось. Мы публикуем отрывки из этого капитального труда в надежде, что найдутся люди, которые смогут подсказать, каким образом можно было бы опубликовать столь нужный труд.

ОНИ ТВОРИЛИ В БЛОКАДУ

В годы блокады было опровергнуто известное латинское изречение: «Когда говорят пушки, музы молчат». В Ленинграде, в период одной из самых жестоких и страшных войн в истории человечества, музы не молчали. Тотчас после начала войны кисть, перо и слово стали грозным оружием в борьбе с врагом. Творчество помогало выжить. Архитектор Н. В. Баранов вспоминал: «... когда из-за острой нехватки электроэнергии на месяц закрылся Театр музыкальной комедии, среди его актёров резко возросла смертность. Но когда спектакли возобновились и внимание людей до известной степени отвлеклось от потребностей желудка, когда на первое место встали заботы о театре, актёры стали умирать реже. Так творчество воскрешало людей, умножало их силы, и, хотя актёры были почти прозрачны от истощения, ощущение важности и полезности своей работы заставляло забывать о голоде, лишениях и стуже нетопленых залов, где зрители сидели в пальто и шапках...»

Многие творцы отечественной культуры и науки погибли от голода и обстрелов. Как знать, чего мы лишились с их гибелью.

Композиторы. Творческая деятельность ленинградских композиторов, оставшихся в осаждённом городе, продолжалась и в годы войны. За время блокады композиторы написали специально для радио около 200 музыкальных произведений разного жанра. В октябре 1941 г. в Союзе композиторов Ленинграда состоялось прослушивание фрагментов новой оперы композитора Гавриила Николаевич Попова (1904-1972) «Александр Невский», авторами либретто которой являлись Пётр Андреевич Павленко (1899-1951) и Александр Германович Прейс (19051942). Борис Владимирович Асафьев (1884-1949), музыковед и композитор, в первые месяцы войны вместе с другими деятелями искусства поселился в здании Пушкинского театра. Проводя первые блокадные

месяцы в холодной комнате (бывшей артистической), продолжал работать: закончил вторую часть книги «Музыкальная форма как процесс», мемуары «О себе», исследования об операх П. И. Чайковского и М. И. Глинки, книгу «Русская живопись». С июня 1941 г. по апрель 1942 г. сочинил 17 произведений, в том числе «Песня о Ленинграде», сюита «Суворов». Дважды возглавлял жюри композиторских конкурсов, которые продолжали проводиться в осаждённом городе. Весной 1942 г. поселился в помещении Института театра и музыки. Вчерне закончил работу над четырёхактным балетом «Милица» (1942 г.). Всего в блокадном Ленинграде написал свыше 30 новых и закончил ряд начатых ранее научных работ. На доме, где жил Асафьев (пл. Труда, 6), — мемориальная доска. Валериан Михайлович Богданов-Березовский (1903-1971), в годы блокады — председатель правления Ленинградского отделения Союза композиторов СССР. Автор опер «Граница» (1941 г.), «Ленинградцы» (1943 г.). Николай Павлович Будашкин (1910-1988), композитор, жил и работал в блокадном Ленинграде. Среди его сочинений военных лет — «Русская фантазия» для оркестра русских народных инструментов, песни «Бескозырочка», «Как на зорьке» (обе — на слова Н. Л. Брауна), «Песня-душа» (слова Ильи Финка и Михаила Червинского), «Сестра» (слова Л. И. Ошанина), «За дальней околицей» (слова Г. Акулова). Виктор Львович Витлин (1907-1974), в дни ленинградской блокады писал музыку для детей, выступал перед ними с новыми песнями. В этот период создал цикл песен для самых маленьких «Игрушки», написал новогоднюю песню «Ёлочка». Сочинял и для взрослых, его песни звучали по радио в блокадном городе. Василий Павлович Соловьёв-Седой (1907-1979), композитор. В начале Великой Отечественной войны организатор и художественный руководитель фронтового эстрадного театра «Ястребок» (1941-1943 гг.). Возглавлял труппу артис-

тов, обслуживавших воинов 1-го Прибалтийского фронта и корабли Балтийского флота (1944-1945 гг.). Дмитрий Дмитриевич Шостакович (1906-1975), композитор. Находясь в Ленинграде в первые месяцы блокады, работал над 7-й симфонией.

Артисты. Клавдия Ивановна Шульженко (19061984), певица. Выступала на эстраде в Ленинграде в 1929-1943 гг. (с июля 1942 г. до лета 1943 г. находилась в Москве; в 1943 г. возвратилась в Ленинград с новой программой, вместе с Шульженко в Ленинград тогда приехал Михаил Михайлович Яншин, 19021976, режиссёр этой программы). В годы войны солистка и художественный руководитель (совместно с В. Ф. Коралли) Ленинградского фронтового джаз-ансамбля при Доме Красной Армии. 12 июля 1942 г. в Доме Красной Армии дала 500-й концерт в осаждённом Ленинграде (выезжала также в Кронштадт и на передовую). На концерты выезжала ежедневно, иногда ансамбль давал 2-3 концерта в день. Выступала в госпиталях (например, в ЭГ № 1448 в помещении Суворовского училища; иногда, обходя госпиталь, исполняла по 2-3 песни для лежачих больных), в пионерском лагере, на открытой платформе бронепоезда. Одна из наиболее популярных актрис блокадного Ленинграда. Всенародно любимы были песни в её исполнении «Синий платочек», «Давай закурим» (слова Модеста Ефимовича Табачникова, 1913-1977) и многие другие. Интересна история знаменитой песни «Синий платочек». Первый вариант был написан в 1940 г. в Москве во время гастролей польского «Голубого джаза» под управлением Г. Гольда и Е. Петербурского. Поэт Я. Галицкий показал Петербургскому текст песни, и тот экспромтом сочинил музыку в ритме вальса. Песня быстро завоевала популярность. 21 сентября 1940 г. её записала на пластинку И. Д. Юрьева, 27 апреля 1942 г. — Л. А. Русланова (пластинка Руслановой в тираж не вышла, но запись сохранилась). «Военный» вариант появился весной 1942 г. на Волховском фронте. К. И. Шульженко гастролировала с джазом А. В. Семёнова, известного в военную пору как Ленинградский фронтовой джаз-ансамбль. После одного из концертов, беседуя с бойцами, Клавдия Ивановна познакомилась с сотрудником газеты 54-й армии Волховского фронта «В решающий бой!» лейтенантом Михаилом Александровичем Максимовым. Когда в разговоре зашла речь о «Синем платочке», Шульженко сказала, что песня ей нравится, но нужны другие слова, которые отражали бы сегодняшний день. Максимов не был поэтом, но решил написать новый текст песни. 9 апреля он встречался

со знаменитой певицей, а уже на следующий день принёс ей новый вариант текста. Шульженко спела песню на новые слова в тот же день на концерте для лётчиков, после единственной репетиции. Затем с этой песней вместе с джазом Семёнова она снялась в фильме «Концерт фронту» (1942 г.). Первая пластинка с записью «Синего платочка» была выпущена в блокадном Ленинграде в очень ограниченном количестве экземпляров. На пластинке была фонограмма звукового сопровождения кинофильма «Концерт фронту», в котором К.И. Шульженко исполняла «Синий платочек» с новым текстом в сопровождении двух аккордеонистов Фронтового джаз-ансамбля (Л. Беженцев и Л. Фишман). Владимир Заикин, директор Экспериментальной фабрики грампластинок в блокадном Ленинграде, перевёл песню с кинопленки на пластинку, которая пошла на фронт и зазвучала на Ленинградском радио. Блокадный Ленинград был единственным городом в СССР, который в годы войны не прекратил выпуск пластинок. Апрелевский завод вышел из строя в октябре 1941 г. в результате бомбежек, но вновь заработал в октябре 1942 г. 13 января 1943 г. Шульженко с джазом Семёнова записала песню в московском Доме звукозаписи, и в этой записи песня вышла уже на пластинках Апрелевского завода. Что же до лейтенанта Максимова, то после войны, в 1950-е годы, он был директором популярного ленинградского ресторана «Метрополь». В 1943 г. всем участникам ансамбля К. И. Шульженко, а также её одиннадцатилетнему сыну Гоше (Игорь Владимирович Кемпер-Шульженко, род. в 1932 г.) были вручены медали «За оборону Ленинграда».

Архитекторы. Подготовка к обороне города началась с лета 1941 г. Участие в ней приняли и архитекторы. Их профессиональные знания и опыт оказались незаменимы при проектировании и строительстве бомбоубежищ, блиндажей, оборонных рубежей; при укрытии и маскировке жизненно важных объектов. В систематических работах по укрытию, обмеру, консервации уникальных архитектурных и скульптурных памятников принимали участие около трёхсот архитекторов-ленинградцев.

В июне 1942 г. в Ленинграде прошла 2-я общегородская конференция архитекторов, где обсуждались вопросы охраны и реставрации памятников, а в июле-августе 1942 г. была учреждена Комиссия по фиксации разрушений и установлению методов реставрации. В годы войны в городе постоянно работали аварийно-восстановительные батальоны, занимавшиеся оперативной ликвидацией разрушений памят-

ников архитектуры и фиксацией нанесенных им повреждений. Деятельность специалистов по сохранению историко-архитектурного наследия Ленинграда координировал Отдел охраны памятников. Уже в 1942 г. были приняты первые решения о создании мемориальных ансамблей, посвященных памяти защитников Ленинграда и мирных жителей города, погибших во время блокады, но далеко не все замыслы были осуществлены.

В блокаду проходила и защита диссертаций. Так, 14 января 1942 г. академик архитектуры Герман Давидович Гримм (1865-1942) вместе с Л. А. Ильиным выступил в качестве официального оппонента в Ленинградском инженерно-строительном институте на защите кандидатской диссертации Константином Ивановичем Кашиным-Линде. Вскоре оба оппонента погибли в блокадном Ленинграде — первый от голода, второй — от артобстрела.

В феврале 1942 г. началось воссоздание архитектурных мастерских института Ленпроект, а с марта началась работа над генеральным планом восстановления Ленинграда. На АПУ возлагалось проектирование восстановительных работ по отдельным объектам. Валентин Александрович Каменский (19071975) в 1943 г. выиграл первую премию на конкурсе проектов восстановления дома № 11 по ул. Пестеля с установлением монумента героическим защитникам полуострова Ханко (проект осуществлён в 1946 г.). Он же вместе с Леонидом Юльевичем Гальпериным и Модестом Анатольевичем Шепилевским составлял проекты оборонных рубежей и военных сооружений на Дороге жизни.

В 1943 г. было организовано реставрационное училище; сто учеников начали занятия 14 ноября в помещении Петершуле (немецкой школы при Лютеранской церкви св. Петра) на ул. Желябова, 10. Директором училища был назначен архитектор Иосиф Александрович Вакс (1899-1986).

Изобретатели и исследователи. Остававшиеся в блокадном Ленинграде учёные стали умирать уже осенью. Так, выдающийся тюрколог мирового значения, Надежда Петровна Дыренкова (1899-1941), умерла 28 октября за рабочим столом. В 1941 г. вышел в свет её труд — «Грамматика шорского языка». Многие учёные продолжали свои изыскания. Павел Александрович Анисимов (род. в 1903), в блокаду — инженер-майор, разработал проект прокладки подводного телефонно-телеграфного кабеля через Ладожское озеро для связи осаждённого Ленинграда с Большой землёй, руководил работами по осущест-

влению этого проекта. Александр Александрович Байков (1870-1946), металлург, химик. В годы войны — член Комиссии по руководству строительством оборонительных сооружений. Под его руководством в Ленинградском государственном университете выполнены работы оборонного значения: созданы зажигательные смеси для борьбы с танками, разработаны оптимальные способы зажигания этих смесей, найдены эффективные противопожарные средства и способы тушения зажигательных бомб и пр. Установлена мемориальная доска на доме, где он жил (Литейный пр., 10), его именем названа улица в Калининском районе (ул. Академика Байкова, 6 июня 1975 г.). Павел Павлович Кобеко (1897-1954), физик. Директор филиала Ленинградского физико-технического института в блокадном Ленинграде. В первые дни войны вошёл в состав Комиссии, образованной для оказания помощи предприятиям в освоении производства боеприпасов и вооружения. Руководил оборонными работами, в том числе исследованиями ледового покрытия Ладожского озера. Разработал морозостойкую резину для покрышек колёс шасси самолётов. Совместно с Н. М. Рейновым (известен тем, что сконструировал автоматическую установку, которая регистрировала механические колебания ледяного покрова) в качестве изоляционного материала для высокочастотных кабелей предложил новый теплостойкий материал с высокими электрическими качествами — «эска-пон», выпуск которого был налажен в лаборатории Физико-технического института. Георгий Феофанович Дорофеев (1899-1976), инженер, изобретатель. Автор ряда предложений по совершенствованию радиоаппаратуры, одно из них имело историческое значение для блокадного города: именно он предложил использовать метроном. Передачи по городской трансляционной сети учащённых сигналов метронома после объявления воздушной тревоги или артобстрела давали ленинградцам понять, где бы они ни находились, что начинается нападение на город, даже если объявление и не было услышано. Когда метроном в репродукторах звучал в замедленном темпе (при отсутствии других радиопередач), ленинградцы могли судить как об исправности проводной линии, так и об отсутствии вражеского налёта. Леонид Александрович Жуковский (род. в 1861 г.), инженер. В 1941 г. был привлечён для инженерного обеспечения работ по маскировке шпилей некоторых исторических зданий. Несмотря на возраст, совершил подъём по винтовой лестнице внутри Петропавловского собора до верхней площадки у слухового окна для

осмотра конструкций. Разработал систему блоков для подъёма грузов на Петропавловский шпиль. Иван Маркович Завгороднев (род. в 1913), инженер-элект-роник. В условиях блокады Ленинграда разрабатывал первую в мировой практике комплексную телевизи-онно-радиолокационную систему с автоматической, мгновенной передачей информации радиолокаторов о местонахождении самолётов на главные командные пункты штаба Ленинградской армии ПВО (19421944 гг.) Руководитель работ по усовершенствованию и внедрению телевизионной установки типа РД-1 для наведения истребителей на самолёты противника. (Полёты проводил лётчик, Герой Советского Союза, гвардии подполковник В.А. Мациевич.) Евгения Самсоновна Истрина (1883-1957), филолог, член-корреспондент АН СССР. В годы блокады — сотрудник Института языка и мышления АН СССР. Занималась составлением и редактированием русского текста военного разговорника и русского словника военного словаря. Виктор Андроникович Мануйлов (19031987), филолог. В годы блокады — уполномоченный Института русской литературы, заведующий кафедрой литературы Ленинградского городского института усовершенствования учителей. В блокаду написал и опубликовал работы «А. С. Пушкин. Критико-биографический очерк» (1943 г.), «М. Ю. Лермонтов. Критико-биографический очерк» (1944 г.). Борис Андреевич Остроумов (1887-1979), кандидат физико-математических наук. В годы Великой Отечественной войны под его руководством на кафедре физики Ленинградского педиатрического медицинского института был создан пьезоэлектрический зонд для нахождения осколков в теле раненых; редактировал труды других учёных, переводил книги на русский язык. Заведовал кафедрой физики 1-го Ленинградского медицинского института. Михаил Иванович Стеблин-Каменский (1903-1981), филолог, всю блокаду провёл в Ленинграде. Его кандидатская диссертация была посвящена древнеанглийскому поэтическому стилю и называлась «К вопросу о развитии древнеанглийского поэтического стиля (субстантивный эпитет в древнеанглийской поэзии)». Филологический факультет Ленинградского университета был эвакуирован частично в Саратов, частично в Ташкент, где и состоялась защита (1943 г.). Сам Стеблин-Каменский на защите не присутствовал, что допускалось для лиц, находившихся на фронтах войны (блокадный Ленинград приравнивался к фронту). Алексей Иванович Судаев (1912-1946), конструктор-оружейник, майор. В 1942 г. представил на полигонные испы-

тания пистолет-пулемёт собственной конструкции. Не уступая по боевым качествам пистолету-пулемету Дегтярёва и пистолету-пулемету Шпагина, он был легче их на 2,5 килограмма, требовал при изготовлении в 2 раза меньше металла и в 3 — трудозатрат. 28 июля 1942 г. пистолет-пулемет принят на вооружение под названием ППС-42, а после некоторых доработок — под названием «Пистолет-пулемёт Судаева образца 1943 г.» (ППС-43) Производство новых автоматов ППС, принятых на вооружение, решено было наладить в блокадном Ленинграде, поскольку фронт требовал пополнения оружия. С конца 1942-го до июня 1943-го Алексей Иванович работал в блокадном Ленинграде, лично наблюдая за процессом изготовления автоматов и по ходу производства упрощая конструкцию. В 1943 г. по чертежам опытного образца было изготовлено 46 572 автомата. Судаев неоднократно выезжал в действующие части на Карельский перешеек, Ораниенбаумский плацдарм, чтобы посмотреть своё оружие в деле. Общался с бойцами, выслушивал их замечания и пожелания, после чего вносил в конструкцию усовершенствования. Конструктор был удостоен Сталинской премии первой степени. Уже в 1942 г. было освоено производство нового оружия и выпущено 620 автоматов, в 1943 г. произведено 120 000 штук из материалов, имевшихся в блокадном Ленинграде. На фотографии, сделанной в мае 1945 г. на куполе рейхстага, водруженному флагу Победы салютуют из автомата конструкции Судаева. Историк, археолог Мария Александровна Тиханова (18981981) совместно с будущим академиком Дмитрием Сергеевичем Лихачёвым (1906-1999; в июне 1942 г. вместе с семьёй эвакуировался в Казань) опубликовала в 1942 г. книгу «Оборона древнерусских городов». Василий Иванович Шарков (1907-1974), профессор, один из основателей гидролизной промышленности в СССР. На совещании в Смольном в октябре 1941 г. предложил использовать гидроцеллюлозу в качестве добавки к ржаному хлебу и наладить выпуск витаминных дрожжей из непищевого сахара. Сумел в кратчайшие сроки создать технологию, сконструировать установки и наладить в условиях осаждённого города выпуск пищевых дрожжей и целлюлозы на пивоваренном заводе им. Степана Разина, на 2-й мармеладной фабрике, на гидролизном заводе, на бумажной фабрике Гознак (всего на 6 предприятиях).