УДК 94(470)»192/193»:347.6 ББК Т3(2)61- 33+Х404.5-1 (2)6
И.Ю. СЕМЕНОВА
ОХРАНА МАТЕРИНСТВА И ДЕТСТВА В 20-40-е ГОДЫ XX ВЕКА (НА МАТЕРИАЛАХ ЗАКОНОДАТЕЛЬНЫХ АКТОВ И СОБЫТИЙ)
Ключевые слова: охрана детства властью Советов, охрана материнства в советском государстве, права роженицы, гражданский брак, подпольный и легальный аборт, охрана прав брошенных и обездоленных детей, строительство детских домов и приютов, детская социальная инспекция, борьба с беспризорностью и безнадзорностью, Всероссийский конгресс по защите детства, детские колонии, комиссии для несовершеннолетних.
Тема охраны материнства и детства в годы советской власти (20-40-е гг. XX в.) не является широко изученной, хотя имеет давнюю историю. В данной статье автором предприняты усилия оценить законоположения ключевых документов и событий в данной сфере жизни общества в указанных исторических рамках. Выбранный для изучения исторический период не случаен; хотя он сформировался под влиянием пролетарской идеологии, все же явно свидетельствует о поиске путей решения проблем материнства и детства в сложные послереволюционные годы. По результатам исторического обзора законодательных актов и событий можно утверждать, что советская власть нормативным путем пыталась улучшить положение женщин (введение декретного отпуска по беременности и родам, перерывов на кормление во время рабочего дня, помощь роженицам, запрет на аборты по социальным, а не по медицинским критериям и т.д.) и детей (узаконение детей от лиц, не состоящих в браке между собой, или от лиц, чей брак был признан недействительным; установление отцовства через суд; решение вопросов предоставления содержания своим детям; восстановление усыновления; строительство детских домов и приютов для брошенных детей и детей красноармейцев; борьба с детской беспризорностью и безнадзорностью и т.д.). Создание властью Советов таких государственных учреждений, как комиссий для несовершеннолетних, детских социальных инспекций и иных, свидетельствует о продуманной модели социальной защиты материнства и детства. Дальнейшие исследования в данном направлении необходимы для формирования более целостной исторической картины жизни советской семьи в послереволюционной России.
Издревле вопросам охраны материнства и детства уделяется пристальное внимание, что обусловлено их значимостью в воспроизводстве человеческого рода. Исследователи обычно затрагивают определенную сферу семейных взаимоотношений (Е.Н. Афанасова [1], Е.А. Бендер [2], М.И. Гедько [4], И.А. Егорькова [5], Е.В. Колганова [6], Г.И. Саксельцев [9], Н.В. Семина [10], М.Н.Трефилова [25] и др.); в данной работе предпринята попытка оценить законоположения по охране материнства и детства в годы советской власти (исторические уроки 20-40-х гг. XX в.).
После революционных преобразований 1917 года советская власть пыталась сферу брака и семьи максимально отделить от церкви, в связи с чем все принимаемые в дальнейшем законодательные акты были достаточно прогрессивными и демократическими. Действовавшие ранее канонические нормы утрачивают свое значение, хотя в повседневной жизни жителей послереволюционной России переход от религиозных канонов и догматов к узаконениям в сфере брака и семьи проходит сложно.
18 декабря 1917 г. был принят Декрет ВЦИК и СНК РСФСР «О гражданском браке, о детях и о ведении книг актов состояния», содержащий правила о регистрации брака только в органах записи актов гражданского состояния; указанное положение наложило запрет на церковные брачные союзы (которые, однако, «допускались наряду с гражданским и считались частным делом
брачующихся» [13]). Допускалась возможность прекращения брака как в административном порядке при обоюдном согласии супругов, так и в судебном, но, как правило, с обязательным разрешением вопросов о дальнейшей судьбе детей, включая их содержание и воспитание. Исследователями справедливо отмечено, что «советская власть с первых же дней своего существования начала проявлять заботу о детях» [7. С. 98]. Указанные положения, несомненно, свидетельствовали об охранительной политике советского государства в сфере детства и защиты материнства. Содержащееся в документе законоположения об уравнении в правах детей как рожденных в браке, так и внебрачных, а также закрепление правовой возможности установления отцовства через суд [13] отражали прогрессивную деятельность советской власти по защите прав матери, отражали заботу о будущем ребенка.
Принятый 19 декабря 1917 г. Декрет ВЦИК и СНК РСФСР «О расторжении брака» [14] полностью упразднял процедуру церковного бракоразводного процесса, предоставив возможность прекращения супружеских отношений путем подачи заявления в орган ЗАГС (при сохранении судебного порядка). Власть Советов принимала меры по защите материнства и детства, что видно из закрепления узаконений о предоставлении алиментов как в отношении детей, так и нетрудоспособной супруги, но не мужа; также в личной неимущественной сфере появилась возможность выбора добрачной фамилии и установления фамилии детей (в случае «спора вопрос решался судьей местного гражданского суда») [14]. Указанные вопросы не были привязаны «к вероисповедному культу» жены, что свидетельствовало о прогрессивной политике нашей страны в вопросах вероисповедания и веротерпимости. Бракоразводная практика советской России стала реформаторской; в дальнейшем она -предмет обсуждений представителей различных политических, общественных и профессиональных кругов во всем мире.
С принятием 31 октября 1918 г. Декрета СНК РСФСР «Положение о социальном обеспечении трудящихся» [23] резко меняется положение беременной женщины, а также роженицы, кормящей грудью. Советское государство впервые в истории страны вводит декретный отпуск на 112 дней и выплату пособия в связи с рождением ребенка; особые защитные гарантии трудящейся матери («пособия до 8 недель при занятии физическим трудом, остальным - до 6 недель в размере пособий по временной потере трудоспособности; сокращенный рабочий день кормящим матерям» [23]). Эти узаконения серьезным образом изменили жизнь советской женщины-матери, что отражает внимательное и бережное отношение власти Советов к институтам материнства и детства в указанный исторический период.
Действие рассматриваемого документа распространялось и на случаи оказания «всех видов врачебной, лекарственной и т.п. помощи, в также родовспоможения нуждающимся в них лицам» [23]. Отдел социального обеспечения и охраны труда Народного комиссариата труда являлся центральным руководящим органом проводимой советской властью государственной социальной политики. Меры и мероприятия, реализуемые повсеместно на территории Советов, касались не только выплат пособий в случаях временной утраты трудоспособности, но и пенсий при постоянной утрате трудоспособности (особая защита «при установлении необходимости ухода вследствие полной беспомощности»); отдельное внимание уделено выплате пособий по факту безработицы, который должен быть задокументирован в местном подотделе распределения рабочей силы - отделе труда - и распространялся на «безработных, не имеющих средств
к существованию и лишившихся заработка по случаю закрытия предприятия или за сокращением штата» [23]. Однако Кодекс законов о труде РСФСР (1918) [15] устанавливал «запрет на государственную поддержку в виде пособия по безработице для трудящихся, уволенных за недобросовестное или небрежное отношение к своим обязанностям», а также «безработным, отказавшимся занять предлагаемое место за плату, установленную тарифами соответствующих профессиональных союзов и утвержденную Народным комиссариатом труда, или оставившим без уважительных причин работы» [23]. Отдельно закреплялась помощь натурой в виде «натурального довольствия», выдаваемая «при временной утрате трудоспособности, материнстве и безработице» [23]. Местным подотделам социального обеспечения и охраны труда было рекомендовано «взамен выдачи денежных пенсий, помещать пенсионеров в инвалидные дома» [23], что, несомненно, можно оценивать как государственную работу по заботе о здоровье и жизнеобеспечении утративших постоянную трудоспособность жителей страны. Гарантии по социальному обеспечению трудящихся были закреплены и выдачей пособия на погребение «хоронившим лицам в размере 30-кратного минимального пособия», а в случае отсутствия таковых определялись функции местных подотделов социального обеспечения и охраны труда «по погребению умерших и сжиганию трупов» [23]. Законоположения Декрета 1918 г. детально определяли источники образования финансовой системы социального обеспечения, порядок уплаты ежемесячных страховых взносов, ответственность лиц, подлежащих обеспечению (с оговоркой «о допущении беременных лиц и рожениц к работам предприятия с установлением штрафов от 1000 до 3000 руб. или лишению свободы от 1 до 3 месяцев, при повторных случаях - штрафу от 3000 до 10 000 руб. или лишению свободы от 6 месяцев до 1 года») [23]. Эти правила, просуществовавшие вплоть до 1923 г., снова свидетельствуют о повышенной охране материнства и детства в годы советской власти.
Кодекс законов об актах гражданского состояния, брачном, семейном и опекунском праве РСФСР 1918 г. [15] продолжает и закрепляет проводимую советской властью политику по охране материнства и детства, развивая положения декретов СНК РСФСР от 1917 г. Правила Кодекса о брачном праве устанавливают только гражданскую (светскую) форму брака, запрещая его «совершение по религиозным обрядам и при содействии духовных лиц» [15], за исключением зарегистрированных до 20 декабря 1917 г. Забота о будущем здоровом потомстве брачующихся прослеживается в запрете на вступление в брак родственников по прямой восходящей и нисходящей линии, полнородных и неполнородных братьев и сестер. Прогрессивно узаконение о возможном «разноверии лиц, желающих вступить в брак»; закреплении возможности создания брачного союза «лицам, давшим обет безбрачия», «монахам и состоящим в иерейском или диа-конском сане» [15]; положения документа еще раз подтверждают политику советской власти отделения государства от церкви. Вопросы о недействительности браков рассматриваются местными судами, что позволяет предполагать разрешение всех вопросов о защите детей, рожденных в таких браках.
Узаконение о детях основано на положении о том, что «никакого различия между родством внебрачным и брачным не устанавливается» [15], не имеет значения порядок установления отцовства. Кодекс прямо устанавливал приоритет интересов детей: «при отсутствии записи о родителях, неправильности или неполноте ее, заинтересованным лицам предоставляется право доказывать отцовство и материнство судебным порядком»; «занесение записи об отцовстве зачатых детей в соответствующую книгу должно проис-
ходить немедленно по поступлении заявления» [15]. Достаточно важным достижением Кодекса 1918 г. в области защиты детства являются узаконения об обязывании «родительские права осуществлять совместно» и «исключительно в интересах детей и при неправомерном осуществлении родительских прав суду предоставляется право лишить родителей этих прав» [20].
Забота о материнстве явно прослеживается из узаконения о равенстве личных (право выбора общей фамилии при заключении брака, включая возможность соединенной фамилии; возврата к добрачной при расторжении брака; отсутствие обязанности следовать за супругом при перемене места жительства) и имущественных прав мужа и жены (при раздельности имущества супругов наличие права вступать в имущественно-договорные отношения); из обязанности супругов материально поддерживать друг друга, несмотря на длительность брачного союза («нуждающийся (т.е. не имеющий прожиточного минимума и нетрудоспособный) супруг имеет право на получение содержания от другого супруга, если последний в состоянии оказывать ему поддержку»); причем законодатель оговаривает, что «в случае нежелания одного из супругов выдавать содержание другому нуждающемуся и нетрудоспособному супругу, последнему предоставляется право обращаться в отдел социального обеспечения при губернском совете депутатов по месту жительства супруга - ответчика с заявлением о принуждении супруга к выдаче содержания» [15]. Это положение особо актуально, так как в послевоенные годы многие женщины в крестьянских семьях занимались бытом и ведением домашнего хозяйства.
Из-за сложнейшей социально-экономической обстановки в стране в постреволюционное время, голода и нищеты, разгула беспризорности и безнадзорности, повышенной детской смертности «с целью облегчения материального положения трудящихся, в первую очередь, фабрично-заводских рабочих неземледельческих местностей» и улучшения детского питания Декретом СНК РСФСР «О бесплатном детском питании» от 17 мая 1919 г. была предусмотрена «выдача местными продовольственными органами предметов питания детям до 14 лет как из продовольственных лавок, так и из общественных столовых по карточкам» [16]. Такой серьезный шаг по защите детства еще раз доказывает повышенную заботу власти Советов о будущем поколении страны.
Несмотря на разгар гражданской войны, советская власть Декретом СНК РСФСР «Об увеличении денежного пособия семьям красноармейцев» от 27 мая 1919 г. закрепляет материальное обеспечение «семей красноармейцев, призванных и добровольно вступивших в ряды Красной Армии, в размере 60 руб. с тем, что при наличии одного нетрудоспособного члена семьи пособие выдается в существующем размере 100 руб., при наличии двух нетрудоспособных членов семьи в размере - 120 руб., трех - 180 руб., четырех -240 руб. и пяти - 300 руб.» [21]. Выдача пособий ближайшим подотделом пайка комиссариата социального обеспечения была предназначена «состоящим действительно на иждивении призванного и с его призывом оказавшимся материально необеспеченными» (по замыслу документа речь шла об отце, достигшем 55 лет, матери 50-летнего возраста, жене при ребенке до 10 лет, детях до 16-летнего возраста) [21].
Постановление СТО РСФСР от 21 августа 1919 г. «Об обеспечении продовольствием семейств красноармейцев» «в целях обеспечения семейств красноармейцев, находящихся как в действующей армии, так и в тыловых частях, и облегчения их продовольственной нужды» предоставило право на дополнительный продовольственный паек по продовольственным карточкам
«Красной Звезды» [22]. Эти меры частично позволили облегчить выживание семей в тяжелейший период истории нашей страны.
Решение продовольственных проблем дополнялось иными нерешенными проблемами. Власть Советов в условиях гражданской войны искала пути выхода из сложившейся обстановки. Так, в Москве на Всероссийском Конгрессе по защите детства (1919) были обсуждены острейшие проблемы общества, в частности младенческая и детская смертность, разгул детской беспризорности и безнадзорности, реалии детской преступности, проблемы воспитания и образованности и иные. Результатом работы с учетом тяжелых условий жизни в стране и лежащей на революционной власти обязанности «оберечь в опасное переходное время подрастающее поколение» стало создание Совета охраны и защиты детей при Наркомпросе (Декрет СНК РСФСР от 4 февраля 1919 г. «Об учреждении Совета Защиты Детей» [11], в функции которого входили борьба с детской беспризорностью, образование детских домов и колоний. Позднее в 1921 г. созданная Детская комиссия при ВЧК объединила работу всех существующих ведомств в борьбе с детской беспризорностью и преступностью.
Решение проблем защиты детства было закреплено и в узаконениях Декрета СНК РСФСР от 14 января 1918 г. «О комиссиях для несовершеннолетних», который установил, что «все дела о несовершеннолетних обоего пола до 17 лет, замеченных в общественно опасных деяниях, подлежат ведению комиссий о несовершеннолетних» [12]. Таким образом, правонарушения и преступления малолетних не рассматривались судами, что позволяло не назначать строгие меры наказаний. Указанные государственные учреждения оказывали помощь трудным подросткам в рамках социальной реабилитации (налаживалась работа детских домов, колоний, приемников-распределителей, трудовых коммун).
Достижением власти Советов явилось и создание детской социальной инспекции как государственного органа «борьбы с детской беспризорностью, нищенством, проституцией, спекуляцией, правонарушениями», а также «с эксплуатацией детей и дурным с ними обращением в ремесленных, кустарных, фабричных и иных предприятиях и учреждениях, в семье» (Декрет СНК РСФСР от 23 сентября 1921 г. «О детской социальной инспекции») [24]. Узаконения документа определили требования к детским социальным инспекторам, закрепив их повышенный социально-правовой статус («не моложе 21 года, не находящиеся под судом или следствием, не ограниченные в правах по суду, с достаточным общим развитием и образованием, по возможности прошедшие курсы по подготовке вспомогательного педагогического персонала с особой программой, выработанной Народным комиссариатом просвещения при участии Народного комиссариата здравоохранения (курсы братьев и сестер социальной помощи), или имеющие соответственный педагогический стаж») [24]. Братья и сестры социальной помощи должны были дежурить в публичных местах, посещать трудовые мастерские, различные детские учреждения, а также семьи, где существует угроза злоупотребления родительской или опекунской властью; могли задерживать, доставлять и препровождать несовершеннолетних в детские распределительные пункты, а также производить их допрос в данных пунктах при помощи общей милиции. Исследователи отмечают, что «одной из важнейших задач, решавшихся Советским государством с первых лет его существования, была борьба с детской беспризорностью и безнадзорностью как сложнейшим социальным явлением [7. С. 98]. Органы советской власти пытались справляться с поставленной задачей «урегулированием борьбы с детской беспризорностью и обеспечением правильного бесперебойного выпуска из детских домов подростков, достигших рабочего воз-
раста, на производство и облегчения выпуска части детей путем передачи их на воспитание в крестьянские семьи» [8. С. 11].
Охрана материнства и детства проявляется и в последующей законодательной работе Советов. Рабоче-крестьянское правительство, проявляя озабоченность здоровьем женщин, решившихся на искусственное прерывание беременности (действовавшие ранее религиозные каноны запрещали прерывать деторождение), принимает узаконение в виде постановления Народного комиссариата здравоохранения и Народного комиссариата юстиции РСФСР от 16 ноября 1920 г. «Об охране здоровья женщин» [19], позволившее женщинам в бесплатном порядке в специальных лечебных учреждениях делать легальные медицинские аборты. Указанные меры были продиктованы огромным количеством подпольных абортов, в результате которых у женщин возникали заражения; летальные исходы также не были редкостью. Советское государство осознало насущную потребность урегулирования данной проблемы законодательным путем, так как налицо были растущая смертность матерей, угроза воспроизводству населения. Аборты стали разрешены «бесплатно в обстановке советских больниц, где обеспечивалась под контролем врачей их максимальная безвредность» [19]. Производство данной операции стало разрешено только врачу, а «виновные в производстве этой операции акушерка или бабка лишались права практики и предавались народному суду»; также «врач, произведший операцию плодоизгнания в порядке частной практики с корыстной целью, передавался суду» [19]. Указанные законоположения, несомненно, были прогрессивными и свидетельствовали о повышенной заботе советской власти о матерях и их потомстве.
Дальнейшая политика власти Советов по охране материнства и детства в условиях нового революционного быта продолжается принятием Кодекса законов о браке, семье и опеке РСФСР (КЗоБСО РСФСР) от 19 ноября 1926 г. [18]. Новшеством документа явилось законодательное уравнение фактических брачных отношений с зарегистрированными в органах записи актов гражданского состояния «для обеспечения интересов матери и особенно детей, уравнения супругов в имущественном отношении и в отношении воспитания детей» [18]. Для понимания таких фактических сожительств были закреплены основания «фактической обстановки жизни»; одним из требований было «совместное воспитание детей» [18]. Отличительной особенностью документа стал переход от раздельности имущества супругов к общности, что по сути отражает содержание супружеской жизни и в случае развода гарантирует имущественное содержание детей («дети, родители которых не состоят в браке, пользуются одинаковыми правами с детьми, родившимися от лиц, состоящих в браке») [18].
Узаконения КЗоБСО РСФСР, свидетельствующие о повышенной охране детства и младенчества, проявились в возможности подачи заявления о добровольном установлении отцовства в период беременности женщины или после рождения ребенка в местный орган записей актов гражданского состояния; также в положениях, согласно которым установленное судом лицо в качестве отца ребенка обязано будет «участвовать в расходах, связанных с беременностью, родами, рождением и содержанием ребенка, а равно и матери ребенка в течение ее беременности и шестимесячного срока после родов») [18]. Также Кодекс предусматривал узаконения об алиментах не только родителям и детям, но и братьям и сестрам, нуждающимся в помощи.
Положения документа, явно отражающие заботу законодателя по защите детства, закреплены в статьях, устанавливающих, что «родительские права осуществляются исключительно в интересах детей, и при неправомерном их
осуществлении суду предоставляется лишать родителей их прав») [18]. КЗоБСО РСФСР закреплял узаконения об усыновлении и опеке, что было важным направлением в борьбе с возросшей детской беспризорностью и безнадзорностью, бездомностью, нищетой и количеством брошенных детей.
После завершения Гражданской войны и голода в Поволжье 1921-1922 гг. советское государство было озабочено проблемами рождаемости, что повлекло за собой принятие Постановления ЦИК СССР № 65 и СНК СССР № 1134 от 27 июня 1936 г «О запрещении абортов, увеличении материальной помощи роженицам, установлении государственной помощи многосемейным, расширении сети родильных домов, детских яслей и детских садов, усилении уголовного наказания за неплатеж алиментов и о некоторых изменениях в законодательстве о разводах» [17], вводившего на законодательном уровне запрет на производство абортов в медицинских организациях. В введении к документу разъяснено, что «уничтожение капиталистической эксплуатации в СССР, рост материального благосостояния и гигантский рост политического и культурного уровня трудящихся позволяют поставить вопрос о пересмотре постановления НКЗ и НКЮ от 18 ноября 1920 г.» [19]. Далее в документе детально раскрывается позиция власти Советов по охране и защите материнства и детства, заботе о здоровье женщины-гражданки, указывается на вредность абортов как социального зла; устанавливается уголовное наказание для медицинского работника за незаконный аборт, а также общественное порицание (при повторном деянии - штраф 300 руб.) для решившейся на операцию женщине. Данная ситуация просуществовала вплоть до 1955 г., когда женщине вновь было предоставлено право решать быть ли ей матерью (указом Президиума Верховного Совета ССР от 23 ноября 1955 г. «Об отмене запрещения абортов» было установлено, «что проводимые Советским государством мероприятия по поощрению материнства и охране детства и непрерывный рост сознательности и культурности женщин, позволяют отказаться от запрещения абортов в законодательном порядке») [3].
Таким образом, проведенное исследование доказало эффективность законодательных актов, ряда мер и мероприятий, принимаемых советской властью в 20-40-е гг. XX в., позволивших в сложнейший исторический период жизни нашей страны, обусловленный разгаром гражданской войны, голодом в Поволжье, нищетой, разгулом детской и подростковой преступности, беспризорности и безнадзорности, проводить государственную политику по охране материнства и детства.
Литература
1. Афанасова Е.Н. История детской беспризорности в Иркутской области и Красноярском крае в 1920 - 1930-х гг.: дис. ... канд. ист. наук. Иркутск, 2007. 228 с.
2. Бендер Е. А. Борьба с беспризорностью и безнадзорностью несовершеннолетних в РСФСР в 1920-1930-е гг. (на материалах Ленинграда и Ленинградской области): дис. ... канд. ист. наук. СПб., 2015. 187 с.
3. Ведомости Верховного Совета СССР. 1955. № 22. Ст. 425.
4. Гедько М. И. Государственная социальная политика в отношении детей: Опыт и уроки 1920-х гг. На материалах Москвы и Московской губернии: дис. ... канд. ист. наук. М., 1999. 201 с.
5. Егорькова И. А. Борьба с детской беспризорностью и безнадзорностью в 1918-1935-х гг.: по материалам Нижегородского края: дис. ... канд. ист. наук. Владимир, 2011. 272 с.
6. Колганова Е.В. Зарождение системы охраны материнства и младенчества в России в конце XIX - начале XX: дис. ... канд. ист. наук. М., 2012. 284 с.
7. Минеева Е.К., Морозов В.А., Янцева А.С. Пути преодоления детской беспризорности в советской России в 1920-1930-е гг. // Вестник Чувашского государственного педагогического университета. 2012. № 2(74). С. 97-101.
8. Минеева Е.К., Дмитриев А.Е. Цивильский детский городок имени В.И. Ленина как неформальный центр системы детских учреждений опеки в Чувашской АССР // Вестник Чувашского университета. 2014. № 1. С. 9-13.
9. Саксельцев Г.И. Эволюция крестьянской семьи в российской истории конца ХУИ-ХХ веков: дис. ... канд. ист. наук. Томск, 2013. 310 с.
10. Семина Н.В. Борьба с детской беспризорностью в 1920-1940-е гг. в России (на примере Пензенского района): дис. ... канд. ист. наук. Пенза, 2007. 283 с.
11. Собрание узаконений РСФСР. 1919. № 3. Ст. 32.
12. Собрание узаконений РСФСР. 1918. № 16. Ст. 227.
13. Собрание узаконений РСФСР. 1917. № 11. Ст. 160.
14. Собрание узаконений РСФСР. 1917. № 10. Ст. 152.
15. Собрание узаконений РСФСР. 1918. № 76-77. Ст. 818.
16. Собрание узаконений РСФСР. 1919. № 20. Ст. 238.
17. Собрание законодательства СССР. 1936. № 34. Ст. 309.
18. Собрание узаконений РСФСР. 1926. № 82. Ст. 612.
19. Собрание узаконений РСФСР. 1920. № 90. Ст.471.
20. Собрание узаконений РСФСР. 1918. № 89. Ст. 906.
21. Собрание узаконений РСФСР. 1919. № 21. Ст.262.
22. Собрание узаконений РСФСР. 1919. № 42. Ст. 403.
23. Собрание узаконений РСФСР. 1918. № 76-77. Ст. 905. П. 51-53.
24. Собрание узаконений РСФСР. 1921. № 66. Ст. 506.
25. Трефилова М.Н. Трансформация брачно-семейных отношений жителей городов Верхней Волги в конце 1890-х - 1927 гг.: дис. ... канд. ист. наук. Иваново, 2013. 215 с.
СЕМЕНОВА ИННА ЮРЬЕВНА - аспирантка кафедры отечественной истории; старший преподаватель кафедры гражданско-правовых дисциплин, Чувашский государственный университет, Россия, Чебоксары (iysemenova@mail.ru).
I. SEMENOVA
MATERNITY AND CHILD WELFARE IN THE 20-40s OF THE 20th CENTURY (ON THE MATERIAL OF LEGISLATIVE ACTS AND EVENTS)
Key words: protection of childhood by the Soviet rule, maternity welfare in the Soviet state, the rights of a maternity patient, civil marriage, backstreet and legal abortion, protection of abandoned and destitute children's rights, building orphanages and shelters, children's social Inspectorate, the fight against homelessness and neglect, All-Russian Congress on childhood protection, juvenile prisons, Commissions for minors.
The theme of maternal and child welfare in the Soviet era (20-40-ies of the 20th century) is not widely studied, although it has a long history. In this article, the author makes efforts to assess the legal provisions of key documents and events in this area of public life in the specified historical framework. The historical period chosen for the study is not accidental; although it was formed under the influence of proletarian ideology, it clearly testifies to the search for the ways to solve the problems of motherhood and childhood in the difficult post-revolutionary years. According to the results of the historical review which covered legislation and events it can be stated that the Soviet government by prescriptive legislation tried to improve the status of women (introduction of maternity leave, breaks for feeding during the working day, assistance to maternity patients, prohibition of abortions for social rather than medical criteria, etc.) and children (legalization of children born from non-married persons, and in invalid marriages; establishing paternity proof through the courts; solving the issues of providing maintenance for their children; recovery of adoption; construction of orphanages and shelters for abandoned children and children of Red Army soldiers; the struggle against child homelessness and neglect, etc.). Establishment of such state institutions as Commissions for minors, children's social inspections and others by the Soviet rule testifies to a well-thought-out model of motherhood and childhood social protection. Further research in this direction is necessary to form a more integral historical picture of the life of a Soviet family in post-revolutionary Russia.
References
1. Afanasova E.N. Istoriya detskoi besprizornosti v Irkutskoi oblasti i Krasnoyarskom krae v 1920-1930-kh g.g.: dis. ... kand. ist. nauk [The history of child homelessness in the Irkutsk region and Krasnoyarsk region in the 1920s-1930s.: Cand. Diss.]. Irkutsk, 2007, 228 р.
2. Bender E. A. Bor'ba s besprizornost'yu i beznadzornost'yu nesovershennoletnikh v RSFSR v 1920-1930-e gg. (na materialakh Leningrada i Leningradskoi oblasti): dis. ... kand. ist. nauk [Fight against homelessness and neglect of minors in the RSFSR in the 1920s-1930s based on the materials of Leningrad and Leningrad region: Cand. Diss.]. St. Petersburg, 2015, 187 p.
3. Vedomosti Verkhovnogo Soveta SSSR [Bulletin of the Supreme Soviet of the USSR], 1955, no. 22, Article 425.
4. Ged'ko M.I. Gosudarstvennaya sotsial'naya politika v otnoshenii detei: Opyti uroki 1920-h godov. Na materialakh Moskvy i Moskovsko igubernii: dis. ... kand. ist. nauk [State social policy for children: experiences and lessons from the 1920s. On materials of Moscow and Moscow province: Cand. Diss.]. Moscow, 1999, 201 p.
5. Egor'kova I.A. Bor'ba s detskoi besprizornost'yu i beznadzornost'yu v 1918-1935 gg.: po mate-rialam Nizhegorodskog okraya: dis. ... kand. ist. nauk [Fight against child homelessness and neglect in 1918-1935: based on the materials of the Nizhny Novgorod region: Cand. Diss.]. Vladimir, 2011, 272 p.
6. Kolganova E.V. Zarozhdenie sistemy okhrany materinstva i mladenchestva v Rossii v kontse XIX - nachale XX: dis. ... kand. ist. nauk [The origin of the system of protection of motherhood and infancy in Russia in the late XlX-early XX: Cand. Diss.].Moscow, 2012. 284 p.
7. Mineeva E.K., Morozov V.A., Yantseva A.S. Puti preodoleniya detskoi besprizornosti v sovet-skoiRossii v 1920-1930-e gody [Ways to overcome child neglect in Soviet Russia in the 1920s - 1930s]. Vestnik Chuvashskogo gosudarstvennogo pedagogicheskogo universiteta, 2012, no. 2(74), pp. 97-101.
8. Mineeva E.K., Dmitriev A.E. Tsivil'skii detskii gorodok imeni V.I. Lenina kak neformal'nyit sentr sistemy detskikh uchrezhdenii opeki v Chuvashskoi ASSR [Tsivilsky children's town named after Lenin as an informal center of the system of child care institutions in the Chuvash ASSR]. Vestnik Chuvashskogo universiteta, 2014, no. 1, pp. 9-13.
9. Saksel'tsev G.I. Evolyutsiya krest'yanskoi sem'i v rossiiskoi istorii kontsa XVII-XX vekov: dis. ... kand. ist. nauk [Evolution of peasant family in the Russian history of the late 17th-20th centuries: Cand. Diss.]. Tomsk, 2013, 310 p.
10. Semina N.V. Bor'ba s detskoi besprizornost'yu v 1920-1940-e gg. v Rossii (na primere Pen-zenskogo raiona): diss. ... kand. ist. nauk [Fight against child homelessness in the 1920s-1940s in Russia on the example of the Penza region: Cand. Diss.]. Penza, 2007, 283 p.
11.Sobranie uzakonenii RSFSR [Collection of laws of the RSFSR], 1919, no. 3, Article 32.
12. Sobranie uzakonenii RSFSR [Collection of laws of the RSFSR], 1918, no. 16, Article 227.
13. Sobranie uzakonenii RSFSR [Collection of laws of the RSFSR], 1917, no. 11, Article 160.
14. Sobranie uzakonenii RSFSR [Collection of laws of the RSFSR], 1917, no. 10, Article 152.
15. Sobranie uzakonenii RSFSR [Collection of laws of the RSFSR], 1918, no 76-77, Article 818.
16. Sobranie uzakonenii RSFSR [Collection of laws of the RSFSR], 1919, no. 20, Article 238.
17. Sobranie zakonodatel'stva SSSR [Collection of USSR legislation], 1936, no. 34, Article 309.
18. Sobranie uzakonenii RSFSR [Collection of laws of the RSFSR], 1926, no. 82, Article 612.
19. Sobranie uzakonenii RSFSR [Collection of laws of the RSFSR], 1920, no. 90, Article 471.
20. Sobranie uzakonenii RSFSR [Collection of laws of the RSFSR], 1918, no. 89, Article 906.
21.Sobranie uzakonenii RSFSR [Collection of laws of the RSFSR], 1919, no. 21, Article 262.
22. Sobranie uzakonenii RSFSR [Collection of laws of the RSFSR], 1919, no. 42, Article 403.
23. Sobranie uzakonenii RSFSR [Collection of laws of the RSFSR], 1918, no. 76-77, Article 905.
24. Sobranie uzakonenii RSFSR [Collection of laws of the RSFSR], 1921, no. 66, Article 506.
25.Trefilova M.N. Transformatsiya brachno-semeinykh otnoshenii zhitelei gorodov Verkhnei Volgi v kontse 1890-kh - 1927 g.: dis. ... kand. ist. nauk [Transformation of marriage and family relations of residents of the Upper Volga in the late 1890s - 1927: Cand. Diss.]. Ivanovo, 2013, 215 p.
SEMENOVA INNA - Post-Graduate Student of the Russian History Department; Senior Teacher of Civil Legal Disciplines Department, Chuvash State University, Russia, Cheboksary (iysemenova@mail.ru).
Формат цитирования: Семенова И.Ю. Охрана материнства и детства в 20-40-е годы XX века (на материалах законодательных актов и событий) // Вестник Чувашского университета. - 2019. - № 4. - С. 183-191.