Научная статья на тему 'Общение в сфере досуга (на примере деятельности общественных организаций этнических групп Тамбовской области)'

Общение в сфере досуга (на примере деятельности общественных организаций этнических групп Тамбовской области) Текст научной статьи по специальности «Культура. Культурология»

CC BY
61
4
Поделиться

Текст научной работы на тему «Общение в сфере досуга (на примере деятельности общественных организаций этнических групп Тамбовской области)»

ВОПРОСЫ психологии

О 2003 г. Т.Г. Бортникова

ОБЩЕНИЕ В СФЕРЕ ДОСУГА (НА ПРИМЕРЕ ДЕЯТЕЛЬНОСТИ ОБЩЕСТВЕННЫХ ОРГАНИЗАЦИЙ ЭТНИЧЕСКИХ ГРУПП ТАМБОВСКОЙ ОБЛАСТИ)

В последние годы проблемы, связанные с областью досугового общения, приобретают все большее значение, поскольку от его эффективности зависит успех всей осознаваемой и неосознаваемой глубины взаимной сопричастности людей, осуществляемой через обогащение субъектом своей деятельностью жизни других людей.

Философы понимают под общением специфический для субъектов способ взаимных отношений, существование человека во взаимодействии с другими людьми. А социологи рассматривают его как особую форму взаимодействия и межличностных отношений.

Отечественные психологи (Г.М. Андреева, А.А. Бодалев, Я.Л. Коломлинский, A.A. Леонтьев) определяют общение как взаимодействие двух и более людей, заключающееся в обмене познавательной и эмоцио-нально-оценочной информацией.

Важную роль в изучении общения играет теория ролей, которые исполняются путем выбора приемлемых ситуации и задаче норм поведения и общения. Эти роли, распадаясь на две больших категории - социальную и коммуникативную - поддерживаются всем устройством жизни общества и его культурой. Социальная роль как нормативно одобренный обществом образ поведения, ожидаемый от индивида определенной социальной позиции [1], предписывает ему ролевое поведение учителя или ученика, пассажира или продавца, банкира или сына, а каждый человек является носителем нескольких социальных ролей.

Р. Белл [2], разработавший теорию ролей применительно к коммуникативному поведению, отмечал:

- каждый человек является членом различных групп;

- в группе человек обладает местом в Иерархии -статусом;

- статусу присущ престиж, сообщающий весомость'высказываниям его обладателя;

- статус также имеет роли, регулируемые правилами способа участия в деятельности данной группы;

- к нормам поведения (для каждой роли), которым должен следовать индивид, относятся языковые нормы и нормы общения;

- роли исполняются в определенных сферах.

Социальные роли более статичны и их изменение

зависит в основном от социальных перемен в жизни общества. Обычно они классифицируются по нескольким основаниям: официальности (официальные, неофициальные, полуофициальные); продолжительности функционирования (долговременные и кратко-

временные); отношения к другим людям (распорядительные, исполнительные) [1] На наш взгляд, роли, предполагающие взаимодействие, должны быть выделены особо, так как практически вся досуговая сфера общения строится именно на ролях взаимодействия и, являясь неофициальным видом деятельности, редко включает в «перечень» своих ролей разностатусные роли (руководитель - участник фольклорного ансамбля). Однако полярность в данной сфере относительна. Социальная роль человека зависит от социальной ситуации в широком смысле слова, в которой он функционирует. И естественно, что один и тот же человек выступает в разных социальных ролях. Смена роли влечет за собой изменение норм поведения и общения.

В рассматриваемых нами общественных организациях как малых этно-социальных группах, функционирующих в системе досуга, социальные роли их членов попадают в разряд неофициальных, долговременных ролей взаимодействия. Для более глубокого понимания проблемы следует также учитывать, что рост этнической идентичности (как части социальной) является не только ответной реакцией на прогрессирующий глобализм и постоянные перемены нашего неустойчивого современного мира. Согласно нашему предположению, отправной момент популярности и активности таких групп следует искать в повышении социального статуса «этнической принадлежности» как концепта, формирующегося в ряду ценностных ориентаций личности. Нельзя не согласиться с мнением Г.Г. Почепцова, что «постсоветские республики пошли по пути активной эксплуатации этнического мифа» [3, с. 374]. Хочется только добавить, что вольно или невольно эти мифы и на территории России создают новый каркас мира, в котором мы сейчас живем. И, следовательно, все, что связано с этнонаправленной общественной организацией престижно и важно.

Социальная роль во многом определяет коммуникативную роль, ибо это образ, создаваемый человеком дня достижения определенной цели в общении, причем эту роль человек может исполнять как осознанно, так и бессознательно. Наиболее общие коммуникативные роли выделил еще Э. Берн, который проследил, как в различных ситуациях общения человек переключается с одной коммуникативной роли на другую [4].

Не случайно поэтому, что описание коммуникативного поведения - одна из центральных проблем современных научных исследований различного направления.

Рассмотрение коммуникации как культуры [5, 6] включает разные информационные средства, структуры, коммуникативные системы, формы культуры и идеологии определенного исторического периода, а также человеческий опыт и эмоции участников интеракции. Иными словами, личностное и социальное соединяются в едином поле «культурных смыслов», которые всегда присутствуют в коммуникативных системах различных уровней.

Языковая коммуникация в малой группе, ставшая -центральной проблемой научного рассмотрения К Кули, а позже Дж. Мида, привела их к выводу о том, что разные аспекты индивидуального опыта и поведения обусловлены принадлежностью к социальной группе. Малая группа и в наши дни выступает как центральное звено коммуникативных отношений (communicative nexus) [7, 8], поэтому процесс коммуникации логичнее рассматривать с позиции интеракционной модели коммуникации, где в качестве главного принципа выступает взаимодействие, учитывающее социально-культурную ситуацию. Кроме того, модель позволяет учитывать значительно большее число факторов коммуникативного общения, поскольку не только (а в нашем случае и не столько) языковые структуры, но и вся коммуникативно обусловленная социальная практика влияет на природу формирования смыслов в общении и позволяет рассмотреть аспекты коммуникации как поведения [9].

Общение в досуговой сфере в большей степени, чем в профессиональной, выявляет иерархии ценностей и мировоззренческие позиции взаимодействующих лиц.

Проводя исследование среди общественных организаций этнических групп Тамбовской области, мы изучали различные аспекты функционирования этих организаций как формы социально-культурной деятельности, так и то значение, которое они имеют для жизни их членов. Опрос проводился в азербайджанской, еврейской, курдской этнокультурных организациях (200 опрошенных), а также в лютеранской и католической общинах (80 опрошенных) г. Тамбова. Использовались данные, полученные у представителей российских немцев, которые хотя и не объединены в рамках общества, но посещают собрания лютеранской общины; у представителей разных конфессий, народов с различными историческими судьбами и другими этническими особенностями. Нас интересовали вопросы, связанные с ролью общины или этнической организации в возрождении и сохранении национальных и культурных традиций и место этнического объединения в жизни респондентов. Результаты анкетирования выявили еще один ракурс исследования.

Опрос показал, что этнокультурная организация является средоточием культурной жизни ее членов (40 % азербайджанцев, 69 % евреев, 49 % курдов), высок и статус общины (42 % католиков и 40 % лютеран).

Многие из опрошеннных воспринимают этническое или этно-конфессиональное сообщество как неординарную и занимательную форму проведения досуга (рис. 1).

80

Азербайджанцы Евреи Курды

■ Расширение знаний о родной культуре □ Способ интересно провести досуг

■ Снятие стресса и интересное общение □ Психологическая поддержка

Рис. 1. Оценка деятельности этнокультурных сообществ по сохранению этнических традиций

Если сравнить полученные данные, то очевидно, что взгляд на этническую организацию ее членов почти совпадает с позицией представителей конфессиональных групп, хотя обе конфессии региона практически моноэтичны (католики представлены боль-

шей частью поляками, а лютеране - российскими немцами). Итак, мы видим, что и члены этнических организаций, и члены этноконфессиональных общин неоднозначно оценивают работу этнонаправленных организаций по сохранению традиций (рис. 2).

35

30

25

20

15

10

5

0

Ё

Католики

• Лютеране

| Расширение знаний о родной культуре □ Способ интересно провести досуг О Снятие стресса и интересное общение □ Психологическая поддержка

Рис. 2. Оценка деятельности этноконфессиональных общин по сохранению этноконфессиональных традиций

Более того, все респонденты высказали пожелание, чтобы их организации проводили политику возрождения и сохранения народных традиций и другие мероприятия, причем опять акцентировались аспекты общения и проведение досуга.

Таким образом, общение в рамках этнического или конфессионального объединения рассматривается респондентами как неотъемлемая и необходимая часть их жизни, помогающее реализовать свои потребности в социальном взаимодействии, чувстве группового единства, коммуникативной самореализации, эмоциональном равновесии и др.

В проблематике общения членов этнических организаций нас заинтересовало, как проявляются в этих группах нормы этнического коммуникативного поведения и культуры общения. Однако в связи с тем, что только представители азербайджанцев и курдов (около 97 %) указали на знание и ежедневное употребление этнического языка, то при рассмотрении модели культуры с этой точки зрения исследовались только невербальные проявления коммуникативного поведения.

Согласно позиции американских авторов С. Таббса и С. Мосс [10], в операционном плане культуру можно определить как образ жизни, передаваемый от поколения к поколению. Такое понимание культуры, конечно, неполное, но в данном контексте вполне приемлемое для конкретного описания и рассмотрения культуры этнических сообществ.

Этническая культура является отражением, воплощением национального менталитета. С этой позиции в структуре этнической культуры вычленяется ядро - ценности, которые реализуются в принципах, нормах и правилах. Ценности как социальные, социально-психологические идеи и взгляды, разделяемые и наследуемые каждым новым поколением, являются образцом для подражания и воспитания. Так, этнические принципы, обусловливая понимание действительности определенным образом, побуждают людей, принадлежащих к данному этническому коллективу,

воспринимать мир определенным образом и следовать нормам и правилам, выступающим конкретными поведенческими рекомендациями по реализации определенных принципов. Все они относятся к идеальной стороне культуры и представляют этническую культуру в сознании ее носителей. К. Касьянова, в частности, отмечает: «В развитой культуре очень много норм-правил. Ими охвачены все сферы жизни: и трудовые процессы, и семейные отношения, и досуг, и воспитание детей, ухаживание, рождение ребенка, похороны — все приведено в систему, соотнесено друг с другом,... представляет настоящий культурный космос» [9, с. 19].

Однако культура имеет и материальную форму существования. Именно она и приемлема для исследования. Речь, конечно, идет о ритуалах, которые, являясь материальным воплощением норм и правил реальной действительности, представляют собой определенные последовательности символических действий и актов общения при заданности порядка действий и четком распределении ролей участников. Они подразделяются на три группы: поведенческие, коммуникативно-поведенческие и коммуникативные. Общение выступает как важнейший компонент большинства современных ритуалов, его внешняя сторона. Следовательно, участие в ритуалах есть «материальное» усвоение тех или иных ценностей, принципов, норм и правил, которые стоят за конкретными ритуалами.

Этот момент явился доминирующим для определения меры приверженности членов данных организаций придерживаться этнических и религиозных обрядов, обычаев и праздников. Как показал опрос, только 30 % азербайджанцев, 26 % евреев и 39 % курдов соблюдают их регулярно. Однако участвуют в их проведении от случая к случаю большее количество респондентов (38,5 % азербайджанцев, 52 - евреев, 10

- курдов и 18 % российских немцев). Хорошее знание (но не соблюдение) национальных и религиозных обрядов, обычаев и праздников отметили 31 % азер-

байджанцев. Остальные респонденты указали, что они мало знакомы с ними и не соблюдают их.

Ответы на вопрос о том, какие из фольклорных традиций, свойственных этносу, сохраняются в быту семей, распределились следующим образом (табл. 1,2).

Таблица 1

Народное художественное творчество в быту семей католической и лютеранской общин, %

Вид народного творчества * Католики Лютеране

Вокальное исполнительство 15 7

Инструментальное исполнительство 8 4

Художественная национальная вышивка 4 3

Семейные традиции не сохранились 50 46

Таблица 2

Народное художественное творчество в быту семей современных этносов, %

Вид народного творчества Азербай- джанцы Евреи Курды

Вокальное исполнительство 7 8 18

Инструментальное исполнительство 23 23 28

Хореографическое искусство 31 2 18

Народная художественная вышивка 15 2 16

Обработка кожи или кости 8 - 7

Семейные традиции не сохранились 63 67 12

, В ответах членов этнокультурных организаций также прослеживается тенденция снижения бытования семейных фольклорных традиций.

, Угасание семейных традиций художественного творчества присуще, к сожалению, многим современным этносам, несмотря на появившуюся в последнее время тенденцию к возрождению семейных фольклорных традиций. Тем не менее опрошенные отметили, что фольклорные традиции все еще живы и передаются от поколения к поколению даже в условиях иноэтнического окружения.

Однако интерес к частично утерянным, но все еще функционирующим аспектам национальной культуры, к сохранению и передаче ее молодому поколению сохранился. Об этом свидетельствовали эмоциональные добавления к вариантам ответов. Респонденты сожалели о потерях многих видов народного художественного творчества и отмечали деятельность этнокультурных организаций по возрождению народной культуры как полезную и интересную. Особенно это касалось возрождения национальных традиций, праздников и обрядов. Мы попытались путем анализа данных опроса определить степень включенности членов этнокультурных организаций в проведение народных праздников и праздников этнического окружения. Практически все опрошенные высказали' высокую приверженность этническим праздникам, но

одновременно сетовали на недостаточное знание всех атрибутов праздника и угасание народных традиций, особенно среди молодежи (азербайджанское и курдское сообщества), на отсутствие достаточных сведений о большинстве народных праздников (знание лишь только их названий) и формах их проведения (еврейская организация).

Кроме того, ценностная значимость этих праздников не всегда ранжируется в зависимости от принадлежности интервьюируемого к определенной организации или конфессии. И хотя этнические и конфессиональные праздники, проводящиеся в этих организациях и общинах, стали прочно входить в жизнь респондентов, праздники этнокультурного окружения для них также значимы и популярны. К ним помимо государственных относятся: старый Новый год, Масленица, День, города, профессиональные праздники и др. Большинство этих праздников - светские, однако каждый из них приобрел свои характеристики, «оброс» присущими только ему чертами. Так, например, День здоровья (праздник неэтнического происхождения) стал для членов еврейского благотворительного центра одним из любимых праздников (наряду с проводящимися при еврейском центре этническими). В этот день (обычно в начале лета) все желающие выезжают с семьями на целый день за город.

Общие праздники христиан внесли еще больше единения в национальные особенности традиций и* обрядов. И все же нельзя рассматривать этот процесс только как фактор «стирания» этнических особенностей. Здесь уместнее говорить о появлении новых образцов, интегрировавших культурные артефакты (например, появилась традиция вывешивания рождественского венка у православных или участие в масленичном гулянье у представителей других конфессий). Следовательно, члены этнических организаций, являясь носителями как минимум двух культур, создают особые поля взаимодействия, соблюдают не только культурные этнические ритуалы, но и ритуалы этнического окружения, что свидетельствует об их включенности в различные культурные области жизни, или, правомернее было бы сказать, в межкультур-ное пространство, где есть место новому стилю культурного общения, базирующемуся на коммуникативной толерантности. Это указывает на прямую связь досугового общения или общения внутри общественного объединения с рекреативной составляющей работы организации. Отдых, развлечения выступают связующим звеном между просвещением, познанием и личностью участника общественного объединения.

Н.Н. Обозов среди факторов, определяющих социальное взаимодействие, называет регулирующие (сознание и эмоционально-волевая сфера), мотивационные (сфера потребностей) и индивидуальные (характер, темперамент). Он выделяет все виды социального взаимодействия, когда проявляется • индивидуальная активность личности. Происходит это на пяти уровнях совместимости: социально-психологическом, социально-идеологическом, психологическом, физиологическом и биологическом. В зависимости от кон-

кретного типа взаимоотношении в регулирование деятельности включаются различные уровни совместимости [И]. Приняв это мнение за основу, необходимо добавить, что для регулирующей группы важно присутствие и этнических образцов общения как ритуального компонента культуры, так как деятельность этнокультурной организации напрямую связана с формированием и проявлением коммуникативноповеденческого стиля общения.

Проанализировав полученные данные, мы пришли к следующим выводам:

- общественные этнонаправленные организации имеют высокий социальный статус;

- респонденты видят в их функционировании форму досуговой деятельности, позволяющую им почувствовать себя частью своего этноса, тем самым (даже при утрате многих этнических черт) вынести этнический миф в сферу сознания;

- этнонаправленные организации выступают как культурное пространство, предназначенное для проведения досуга и межличностной коммуникации «внутри» этнической группы;

- соблюдение этнических ритуалов как материальной формы существования культуры позволяет респондентам сохранить культуру диаспоры от распада;

- члены общин и этнических организаций осознан ют себя не просто представителями определенного этпоса, а чувствуют свою принадлежность к специфичной социальной группе, сохраняющей этническую культуру;

- сообщества являются для опрошенных местом общения, в ходе которого возможно не только сохранение ритуалов этнической культуры, но и снятие стресса;

- этнонаправленные организации выступают как культурное пространство, предназначенное для проведения досуга и межличностной коммуникации «внутри» этнической группы, что позволяет их членам ощущать себя представителями особой социаль-

но-культурной общности и получать здесь психологическую поддержку [13].

Анализ коммуникативного общения членов этно-направленных организаций было бы перспективно, на наш взгляд, провести также в форме дискурсивной интерпретации досугового общения как феномена. Это связано с тем, что дискурс помимо изучения собственно языковых средств, конструктивно репрезентирующих диалог (номинативных, синтаксических, морфологических, системно-интонационных), позволяет провести анализ социо-, психо-, этнолингвистических факторов и всех невербальных средств, участвующих в процессе коммуникации как части многогранного и сложного процесса общения.

Литература

1. Цит. по: Стерши И А. Общение с мужчинами, с женщинами, в семье. Воронеж; Пермь, 1999.

2. Белл Р. Социолингвистика. М., 1980.

3. Почепцов Г.Г. Теория коммуникации. М.; Киев. 2001.

4. Берн Э. Игры, в которые играют люди. Люди, которые играют в игры. Л., 1992.

5. Carey J. W. Communication as Culture. Boston, 1989.

6. Denzin N. Symbolic Interactionism and Cultural Studies. L., 1992.

7. Watson R. Symbolic Interactionism // Handbook of Pragmatics: Manual. Amsterdam; Philadelphia, 1995. P. 520-527.

8. Макаров М.Л. Интерпретативный анализ дискурса в малой группе. Тверь, 1998.

9. Касьянова К Еще раз к вопросу о Магомете и горе // Знание-сила. 1992. № 1. С. 15-33.

10. Tubbs S., Moss S. Human communication. N.Y., 1987.

11. Обозов H.H. Психологическая культура взаимных отношений. М., 1986.

12. Бортникова Т.Г., Долженкова М.И. Об этно-конфессиональных аспектах региональной социокультурной ситуации // Вестн. Тамбовского ун-та. Сер. Гуманитарные науки. 2001. Вып. 2 (22). С. 39-45.

Тамбовский государственный университет

30 января 2003 г.