Humanity space International almanac VOL. 2, No 1, 2013: 17-22
О взаимосвязи пространства и времени в искусстве Л.Л. Алексеева
Федеральное государственное бюджетное научное учреждение
«Институт художественного образования» Российской Академии Образования
119121, Москва, ул. Погодинская, д. 8, корп.1
Federal State Research Institution of the Russian Academy of Education «Institute of Art Education»
Pogodinskaya str. 8, building 1, Moscow 119121 Russia e-mail: ihoraodirect@mail.ru
Ключевые слова: искусство, пространство, время, архитектура, музыка, стили, законы красоты.
Key words: art, space, time, architecture, music, style, harmony principles. Резюме: Основой статьи является мысль Ф. Шеллинга о том, что «архитектура - это музыка в пространстве, как бы застывшая музыка». Автор рассматривает исторически сложившиеся пересечения и параллели двух разных видов искусства - пространственного и временного, архитектуры и музыки. На примере отдельных архитектурных памятников и музыкальных произведений показано, как знание и понимание одного вида искусства обогащает, усиливает художественное восприятие другого, и способствует в итоге формированию у современных молодых людей эстетического отношения к миру.
Abstract: The basis of the article is F. Schelling's idea that «architecture is music in space, like frozen music». The author examines the historical parallels and intersections of two different kinds of art in space and time, architecture and music. The example of some landmarks and music shows how knowledge and understanding of one type of art enriches and strengthens the artistic perception of another, and ultimately contributes to the formation of modern young people of the aesthetic attitude to the world.
[Alekseeva L.L. On the Relationship of Time with space in Art]
Стремительная трансформация современного социума, глобальные процессы общественного развития накладывают отпечаток на ценности, идеалы и мировоззрение современных молодых людей. И в таком смысле взгляд в прошлое, обращение к культурному наследию предшествующих поколений - это возможность для более глубокого понимания юношами и девушками художественного отражения действительности, искусства как такового. Законы красоты, сформировавшиеся на протяжении тысячелетий и очевидные для искусства в целом,
отчётливо проявляют себя и в таких его видах, как пространственное и временное - архитектура и музыка.
Широко известная мысль Ф.Шеллинга о том, что «архитектура - это музыка в пространстве, как бы застывшая музыка», побуждает обратиться к рассмотрению отдельных пересечений и параллелей этих видов искусства в разные исторические периоды. Принцип образности, раскрывающий явления действительности «одно через другое» в их целостности и взаимосвязи, является в данном случае отправным (Научный отчет по результатам выполнения тематического плана фундаментальных исследований по направлению «Социокультурные проблемы современного образования, 2008: 24). Подчеркнём также, что данная статья не имеет целью раскрыть общность и специфику этих видов искусства на уровне теоретических понятий, функций, стилей или выразительных особенностей. Главное для автора, показать ещё одну возможность воздействия на эмоциональную сферу молодых людей и обогащения у них художественного восприятия произведений разных видов искусства.
В настоящее время о готическом стиле в архитектуре можно прочитать немало интересного во всех отношениях - с исключительно научной точки зрения, в плане отражения средневековых представлений о мире и создания конструктивных основ, рассмотрения композиционных и декоративных приемов, символики интерьеров, витражей и многое другое. Тем не менее, самым необычным, на наш взгляд, и удивительно цельным художественным описанием готики является музыкальное произведение немецкого композитора Роберта Шумана, созданное более полутора столетий назад. Имеется ввиду одна из частей Третьей симфонии композитора под названием «Рейнская». Именно четвертая часть этой симфонии написана, по свидетельству современников, под впечатлением от Кельнского собора.
По некоторым сведениям Роберт Шуман был очевидцем интересного события - возведения Кельнского архиепископа в сан кардинала. Именно поэтому на партитуре данного сочинения сначала появилась надпись - «в характере сопровождения торжественной церемонии», - но затем по
каким-то причинам сам композитор убрал ее. На наш взгляд, в этой симфонической музыке настолько ярко раскрыто и передано впечатление от готического стиля в целом, что нет необходимости в словах. История сохранила до нашего времени и высказывания Петра Чайковского о музыке этой части симфонии. По его словам «ничего более мощного, более глубокого не исходило из художественного творчества человека. Хотя на созидание Кельнского собора проходят целые века и множество поколений положили частичку своего труда для осуществления этой грандиозной архитектурной концепции, но одна страничка великого музыканта, вдохновленная величавыми красотами собора, оставит для грядущих поколений такой же немеркнущий памятник глубины человеческого духа, как и самый собор» (Стойко, 1972: 176).
Понятно, что год сочинения немецкого композитора и сам момент возникновения готики как художественного стиля в архитектуре разделяют столетия. Но такое пересечение времени и пространства дает современному молодому поколению еще один урок понимания этих видов искусства во всем их своеобразии - целостности и масштабности, пропорциональности и композиции, величии творческого духа их создателей. Возможно, музыкальное произведение Роберта Шумана особым образом повлияет и на художественное восприятие другого известного памятника готики -Вроцлавского католического кафедрального собора Иоанна Крестителя, первого готического храма на территории Польши, который «звучит» сегодня и в камне, и в памяти поколений.
В контексте данной статьи современные представления о времени и пространстве не были бы полными без упоминания о музыке Клода Дебюсси. Две прелюдии французского композитора - «Затонувший собор» и «Ворота Альгамбры», -еще одна грань пересечения музыки и архитектуры. С той лишь разницей, что в одном из этих сочинениях свое воплощение находит одна из давних бретонских легенд, в другом - образец позднемавританской архитектуры, расположенный на восточной окраине Гранады в Испании.
«Затонувший собор» Дебюсси - это музыкальное повествование о древнем городе Ис, который был поглощен
морем. По легенде, иногда на рассвете собор поднимается из воды и слышится звон колоколов и многоголосное пение хора. Также неожиданно собор вновь исчезает в глубине вод и ничто не тревожит вековой тишины. Сам «соборный» характер этой музыки, ее картинность и стройность одним слушателям может напомнить архитектуру Византии, другим - архитектурные памятники эпохи Возрождения. И те, и другие, на наш взгляд, будут правы, поскольку от этой музыки появляется обобщенное представление о пространстве, ансамбле и эстетическом начале архитектуры как виде искусства.
Музыка прелюдии «Ворота Альгамбры» и сам архитектурный шедевр, воспетый в веках, - воплощение красоты и тонкости выразительных средств разных видов искусства. Прихотливость орнамента, декоративность и грация, изящество и красочность сливаются воедино, стирают временные рамки и образуют редкое сочетание, которое можно назвать как «подвижное пространство» и «застывшее время». Есть все же еще одна особенность у этой музыки, и заключается она в самом названии сочинения. Композитор, видимо не случайно назвал так свое произведение, не «Альгамбра», а именно «Ворота Альгамбры». Слушателю предоставляется возможность самому вообразить, домыслить, как будто увидеть нечто необычайное внутри, за воротами дворца. Эта некоторая недосказанность придает всему сочинению особую музыкальную поэтичность и трепетность, созвучную мыслям самого композитора - «музыка существует для невыразимого». Сам дворец как произведение архитектуры будто показывает все, о чем умолчала музыка, и пространство на миг останавливает время.
И еще один интересный пример взаимосвязи музыки и архитектуры, касается он дружеских отношений известных деятелей русского искусства - композитора Модеста Мусоргского и архитектора Виктора Гартмана. Их объединяло не только взаимное уважение, но и общая искренняя устремленность к «новым берегам безбрежного искусства». Скоропостижный уход из жизни Виктора Гартмана стал потрясением для композитора. Посмертная выставка художественных работ архитектора, где присутствовал
Мусоргский, вдохновила композитора на создание цикла «Картинки с выставки». В предисловии ко второму изданию этого музыкального произведения упоминалось и о работах Виктора Гартмана, сделанных во время путешествия по Европе. По словам В. Стасова, это были «... бойкие, изящные наброски..., множество сцен, типов, фигур из вседневной жизни, схваченных из сферы того, что неслось и кружилось вокруг него - на улицах и в церквах, в парижских катакомбах и польских монастырях, в римских переулках и лиможских деревнях.» (Творческие портреты композиторов, 1990 247).
Пьеса «Старый замок» из цикла Мусоргского показательна в отношении своеобразного синтеза пространства и времени. Она является откликом на акварель Гартмана, которая была сделана под впечатлением от архитектуры Италии. Неспешность и величавость с оттенком лёгкой печали, единое образное содержание рисунка архитектурного сооружения и музыки создают представление о симметричности, соразмерности, и даже о цвете. Эмоционально-эстетическое воздействие усиливается и потому, что здесь присутствуют три своеобразных ступени восприятия - архитектура (один из замков Италии), рисунок (акварель художника), музыка (пьеса композитора). И это необычное отражение памятника архитектуры в других видах искусства придает ему особую значимость и обогащает зрителей-слушателей.
«Богатырские ворота» - эскиз Виктора Гартмана, выполненный им к архитектурному проекту киевских городских ворот. В этом проекте предполагалось воссоздать образ города Киева как столицы Древней Руси, и потому в нем сама композиция, пропорции, линии и сопоставление элементов представлены в соответствии с замыслом. И Модест Мусоргский воплотил все с присущим ему талантом. В музыке есть колокольные звоны и народная песня, торжество и праздник, «русский дух» и «настоящая русская жизнь», искренняя музыкальная речь и любовь композитора к своему Отечеству. Масштабность и целостность, красочность и фактура, эмоциональный и художественный строй этих произведений разных видов искусства настолько близки, что возникает ощущение совместной и одновременной творческой
работы художников - архитектора и композитора. Интересно, что отдельные исследователи усматривают в цикле «Картинки с выставки» архитектурно-симметричное построение сюжетной линии пьес.
Можно провести параллели временного и пространственного видов искусства не только на образцах программных музыкальных сочинений, а, к примеру, рассмотрев стиль барокко в архитектуре и музыке, или классицизм. У кого-то представленные здесь озвученные архитектурные шедевры вызовут какие-то другие смыслы, иные впечатления и образы. И если так будет, то значит, автор не напрасно потратил время. Любознательный читатель, будущий архитектор, скорее всего не откажет себе в возможности услышать четвертую часть «Рейнской» симфонии Роберта Шумана, Прелюдии Клода Дебюсси «Ворота Альгамбры» и «Затонувший собор», пьесы «Старый замок» и «Богатырские ворота» Модеста Мусоргского. И, вероятно, найдет в мировой истории музыки и архитектуры еще немало примеров соприкосновения времени и пространства, стилей, эпох и впечатлений.
ЛИТЕРАТУРА
Научный отчет по результатам выполнения тематического плана фундаментальных исследований по направлению «Социокультурные проблемы современного образования» // Научный архив Учреждения Российской академии образования «Институт художественного образования». М.: Институт художественного образования РАО, 2008. 125 с.
Стойко А.Г. 1972. Великий композитор. Л.: Музыка. 334 с. Творческие портреты композиторов. М.: Музыка, 1990. 444 с.
Получена /Received: 05.02.2013 Принята/Accepted: 10.02.2013