УДК 343.122
doi: 10.25724/VAMVD.SSSS
О ВОЗМОЖНОСТИ ПРИЗНАНИЯ ПОТЕРПЕВШИМ ПО УГОЛОВНОМУ ДЕЛУ ПУБЛИЧНО-ПРАВОВОГО ОБРАЗОВАНИЯ И ВОЗМЕЩЕНИИ УЩЕРБА, ПРИЧИНЕННОГО ПРЕСТУПЛЕНИЯМИ ЭКОНОМИЧЕСКОЙ НАПРАВЛЕННОСТИ (НА ПРИМЕРЕ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ И СОЦИАЛИСТИЧЕСКОЙ РЕСПУБЛИКИ ВЬЕТНАМ)
Лыонг Чунг Киен
Волгоградская академия МВД России, Волгоград, Россия luongtrungkien0107@gmail.com
Аннотация. В настоящей статье рассмотрен вопрос о возможности признания потерпевшим по уголовному делу публично-правового образования. Опираясь на судебную практику России и Вьетнама, автор обозначает существующие в настоящее время подходы к разрешению обозначенного вопроса, приводит мнения ученых и тонкости, которые следуют из правоприменительной практики. Особое внимание уделяется разрешению на практике споров, могут ли в постановлении следователя публично-правовое образование или его орган быть обозначены в качестве потерпевшего. Применяя сравнительно-правовые методы исследования, автор приходит к закономерному выводу о необходимости внесения в п. 1 ст. 42 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации изменений, включив в перечень потерпевших публично-правовые образования. В заключение указано, что для Вьетнама в настоящее время является актуальной разработка положений Уголовно-процессуального кодекса Социалистической Республики Вьетнам, касающихся закрепления строгой процессуальной формы признания лица потерпевшим, а также принятия решения органами предварительного расследования о признании потерпевшим с момента вынесения постановления о возбуждении уголовного дела.
Ключевые слова: потерпевший, публично-правовое образование, преступление экономической направленности, возмещение ущерба, Российская Федерация, Социалистическая Республика Вьетнам
Для цитирования: Лыонг Чунг Киен. О возможности признания потерпевшим по уголовному делу публично-правового образования и возмещении ущерба, причиненного преступлениями экономической направленности (на примере Российской Федерации и Социалистической Республики Вьетнам) // Вестник Волгоградской академии МВД России. 2022. № 2 (61). С. 150—155. doi: 10.25724/VAMVD.SSSS
ON THE POSSIBILITY TO A PUBLIC LAW ENTITY IS DECLARED AS A VICTIM, AND COMPENSATE DAMAGES WHICH ARE SUFFERED WITH ECONOMIC CRIMES (ON THE EXAMPLE OF THE RUSSIAN FEDERATION AND THE SOCIALIST REPUBLIC OF VIETNAM)
Lyong Chung Kien
Volgograd Academy of the Ministry of the Interior of Russia, Volgograd, Russia, luongtrungkien0107@gmail.com
Abstract. There is an issue of the possibility to a public law entity is declared as a victim, and compensate damages which are suffered with economic crimes in this article. The author shows the judicial practice of Russia and Vietnam, the opinions of researchers and peculiarities, that follow from the law enforcement practice, and outlines the currently approaches to resolving the designated issue. Namely, special attention is paid to resolving disputes in practice, whether a public legal entity or its body can be designated as a victim in the investigator's
© Лыонг Чунг Киен, 2022
decision. Applying comparative legal methods of the research, the author draws a logical conclusion to amend paragraph 1 of article 42 of the Criminal Procedure Code of the Russian Federation and include public legal entities in the list of victims. In the conclusion the author notes that for Vietnam it is currently relevant to develop the provisions of the Criminal Procedure Code of the Socialist Republic of Vietnam, concerning a strict procedural form of recognizing a victim, as well as the decision to recognize a victim are made by the investigation bodies from the moment of an initiation of criminal case.
Keywords: victim, public law entity, economic crime, compensation for damages, the Russian Federation, the Socialist Republic of Vietnam
For citation: Lyong Chung Kien. On the possibility to a public law entity is declared as a victim, and compensate damages which are suffered with economic crimes (on the example of the Russian Federation and the Socialist Republic of Vietnam). Journal of the Volgograd Academy of the Ministry of the Interior of Russia, 150— 155, 2022. (In Russ.). doi: 10.25724/VAMVD.SSSS
Перечень лиц, которые могут быть признаны потерпевшими, ограничивается указанием в п. 1 ст. 42 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации (УПК РФ) физических и юридических лиц. Буквально п. 1 ст. 42 УПК РФ гласит: «потерпевшим является физическое лицо, которому преступлением причинен физический, имущественный, моральный вред, а также юридическое лицо в случае причинения преступлением вреда его имуществу и деловой репутации»1. В то же время по некоторым составам преступлений в Российской Федерации, как и в Социалистической Республике Вьетнам, имущественный вред (ущерб) причиняется публично-правовым образованиям в лице как самого государства, так и субъектов федерации (в России) и муниципальных образований. В большинстве своем имущественный ущерб этим субъектам причиняется в результате совершения экономических преступлений.
В научной литературе не исключается, что государство может выступать в роли потерпевшего [1; 2, с. 20]. Более того, многие исследователи высказывают точку зрения, что отсутствие в ст. 42 УПК РФ публично-правовых образований является существенным пробелом [3, с. 8; 4, с. 12; 5]. К. В. Камчатов обозначил интересный подход, согласно которому публично-правовые образования могут выступать как фактические, юридические и формальные потерпевшие. Как фактический потерпевший публично-правовое образование выступает в качестве субъекта, непосредственно понесшего вред от преступления (в частности, вред имущественным интересам государства), как юридический потерпевший публично-правовое образование представлено его органами и юридическими лицами и, наконец, в качестве формального потерпевшего выступают представители государ-
ства, которые участвуют в процессуальной деятельности непосредственно (в том числе поддерживают гражданский иск в силу закона) [2].
В другом исследовании также высказывается мнение, что «потерпевшим могут быть как Российская Федерация, субъекты Российской Федерации, так и их органы, если они являются самостоятельными субъектами» [6].
Безусловно, нельзя не сказать о том, что сторонами, представляющими интересы государства, выступают его органы, а именно территориальные управления Федеральной налоговой службы, Пенсионного фонда и прочие ведомственные учреждения, тем не менее ущерб в понимании потери, убытка наносится в целом государству, обществу. К. В. Камчатов в своем исследовании отмечает, что обычно интересы государства по искам о причинении ему ущерба представляют юридические лица, которые являются юридическими (фактическими) потерпевшими и гражданскими истцами: «Это структурные подразделения Пенсионного фонда Российской Федерации, ФНС России, Казначейства России, МВД России и иных министерств и ведомств, различные государственные и муниципальные унитарные предприятия и учреждения» [2].
Правоприменительная практика часто демонстрирует разнообразные подходы к возможности признания публично-правового образования в Российской Федерации потерпевшим. Так, заслуживает внимания действующее в настоящее время письмо Министерства финансов Российской Федерации «О привлечении Минфина РФ в качестве потерпевшего по уголовным делам в связи с причинением ущерба государству» от 9 августа 2006 г. № 08-0414/40482. В указанном письме подчеркивается, что
1 Уголовно-процессуальный кодекс Российской Феде-
рации от 18 декабря 2001 г. № 174-ФЗ (ред. от 01.07.2021, с изм. от 23.09.2021; // СЗ РФ. 2001. № 52, ч. I. Ст. 4921.
О привлечении Минфина Российской Федерации в качестве потерпевшего по уголовным делам в связи с причинением ущерба государству: письмо Минфина Российской Федерации от 9 августа 2006 г. № 08-04-14/4048. Доступ из справ.-правовой системы «КонсультантПлюс».
в случаях причинения ущерба государству ущерб причиняется именно публично-правовому образованию — Российской Федерации, а не Министерству финансов Российской Федерации или его территориальному органу как юридическому лицу. Между тем ст. 42 УПК РФ не предусматривает, что публично-правовые образования могут выступать потерпевшими. В письме Минфин подчеркивает, что привлечение его в роли потерпевшего не основано на законе, так как функции по предъявлению гражданского иска в защиту интересов публично-правовых образований уже предоставлены прокурору в соответствии с п. 3 ст. 44 УПК РФ.
Между тем Конституционный суд Российской Федерации в свое время иначе определил возможность признания публично-правового образования в качестве потерпевшего. Так, в Определении Конституционный суд Российской Федерации дал разъяснение по запросу мирового судьи, указав, что содержащаяся в п. 1 ст. 42 УПК РФ норма не регламентирует вопросы, связанные с защитой пострадавших от преступления публично-правовых интересов государства и местного самоуправления. Это, однако, не означает, что «органы государственной власти и органы местного самоуправления как юридические лица лишены права требовать признания их потерпевшими (курсив наш. — Лыонг Чунг Киен)»1.
Изучая судебную практику по теме настоящего исследования, также можно столкнуться с разными толкованиями, даваемыми судебными инстанциями. Например, в определении судебной коллегии по уголовным делам Восьмого кассационного суда общей юрисдикции от 14 апреля 2021 г. по делу № 7У-2900/2021 [77-1460/2021] в ответ на указание в апелляционной жалобе Д. Н. Климова, осужденного по ч. 4 ст. 159 УК РФ по эпизоду хищения бюджетных средств в сумме 3 375 000 рублей, что в деле отсутствует потерпевший, судебная коллегия отметила, что «по смыслу положений ст. 42 УПК РФ в случае причинения имущественного ущерба субъекту РФ, субъект РФ как публично-правовое образование, не являющееся юридическим лицом, не может быть признан потерпевшим по уголовному делу (курсив наш. — Лыонг Чунг Киен). Инте-
1 Об отказе в принятии к рассмотрению запроса мирового судьи судебного участка № 11 Московского района города Рязани о проверке конституционности части первой статьи 42 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации: определение Конституционного Суда Российской Федерации от 4 декабря 2007 г. № 812-О-О. Доступ из информ.-правового портала «Гарант».
ресы публично-правового образования представляет прокурор»2.
Московский городской суд в Постановлении от 13 апреля 2016 г. № 10-5511/16 обозначил схожий подход. Так, подозреваемый в совершении преступления, предусмотренного ч. 3 ст. 33, пп. «а», «б» ч. 2 ст. 199 УК РФ, К. И. Григоришин оспаривал наложение судом ареста на имущество, а именно на квартиру, расположенную в г. Москве. Одним из доводов его апелляционной жалобы являлось то, что арест на его имущество не мог быть наложен в связи с отсутствием заявления потерпевшего. Соответственно, не было оснований для удовлетворения ходатайства следователя об избрании иной меры процессуального принуждения в виде ареста имущества подозреваемого. В ответ на это Московский городской суд указал, что данный довод апелляционной жалобы является необоснованным, «поскольку в результате уклонения от уплаты налогов вред причиняется государственной казне РФ, которая является публично-правовым образованием и не может быть признана потерпевшим и гражданским истцом по уголовному делу (курсив наш. — Лыонг Чунг Киен)»3.
Иной подход можно проследить в Постановлении Омского областного суда Омской области от 2 декабря 2013 г. по делу № 22-3560/13. Так, гражданин Д. оспаривал признание в качестве потерпевшего представителя ИФНС. В обосновании апелляционной жалобы Д. указал, что «УПК РФ не предусмотрено участие публично-правовых образований в уголовно-процессуальных отношениях в качестве потерпевших, а потому РФ не может быть признана потерпевшей по данному уголовному делу». Вопреки доводам Д. суд указал в Постановлении, что «Федеральная налоговая служба и ее структурные подразделения... выполняют функции представителя государства в рамках предоставленных им полномочий, и в силу уголовно-процессуального законодательства государственным органам предоставлено право в пределах компетенции выступать в качестве представителя потерпевшего (курсив наш. — Лыонг Чунг Киен) по делам, вред по которым причинен государству»4.
2 Определение СК по уголовным делам Восьмого кассационного суда общей юрисдикции от 14 апреля 2021 г. по делу № 7У-2900/2021[77-1460/2021]. Доступ из информ.-правового портала «Гарант».
3 Постановление Московского городского суда от 13 апреля 2016 г. № 10-5511/16. Доступ из информ.-правового портала «Гарант».
4 Постановление Омского областного суда Омской области от 2 декабря 2013 г. по делу № 22-3560/13. Доступ из информ.-правового портала «Гарант».
В кассационном определении судебной коллегии по уголовным делам Третьего кассационного суда общей юрисдикции от 26 января 2021 г. по делу № 7У-8613/2020[77-156/2021 -(77-1655/2020)] обозначено схожее толкование. В частности, кассационная инстанция отметила, что «Российская Федерация, являясь публично-правовым образованием, принимает участие в уголовном судопроизводстве посредством государственных органов, наделенных соответствующими полномочиями (курсив наш. — Лыонг Чунг Киен)». В данном деле таковым органом является ИФНС РФ по г. Мурманску1.
Схожая проблема признания публично-правового образования или его органов потерпевшими по уголовному делу свойственна и уголовно-процессуальной практике во Вьетнаме. Например, Постановлением № 88/2021Л-^^Т от 26.05.2021 г. Народного суда города Фанранг — Тхап Чам провинции Нинь Тхуан Налоговый департамент был признан потерпевшим при рассмотрении уголовного дела, связанного с уклонением от уплаты налогов2.
В другом деле, также по уклонению от уплаты налогов, суд признал в качестве потерпевшего представителя управления провинции Куангбинь3.
В рассматриваемых случаях уголовно-правовой статус потерпевшего по схожим делам определен по-разному.
Уголовный процесс — это строго регламентированный комплекс процедур, и для признания того или иного субъекта потерпевшим требуется соблюдение особой процессуальной формы. Речь идет о том, что в России отнесение лица к категории потерпевшего оформляется постановлением о признании лица потерпевшим, в отличие от Вьетнама, где до настоящего времени не урегулирован вопрос о закреплении в законе строгой процессуальной формы признания лица потерпевшим. Этот вопрос на данный момент в различных категориях уголовного преследования (частного, публичного)
1 Кассационное определение СК по уголовным делам Третьего кассационного суда общей юрисдикции от 26 января 2021 г. по делу № 7У-8613/2020[77-156/2021-(77-1655/2020)]. Доступ из информ.-правового портала «Гарант».
2 Решение № 88/2021/HS-ST от 26 мая 2021 г. Народного суда города Фанранг — Тхап Чам провинции Нинь Тхуан. URL: https://congbobanan.toaan.gov.vn/ 2ta792012t1cvn/chi-tiet-ban-an (дата обращения: 15.01.2022).
3 Решение № 16/2021/HS-ST от 22 июля 2021 г. Народ-
ного суда округа Куаннинь Провинции Куангбинь. URL: https://congbobanan.toaan.gov.vn/2ta753161t1cvn/chi-tiet-ban-an (дата обращения: 15.01.2022).
разрешается по-разному. Например, при уголовных делах частного обвинения достаточно заявления потерпевшего о возбуждении уголовного дела для признания его потерпевшим. В уголовных делах публичного обвинения формой признания статуса потерпевшего может являться официальный вызов (повестка) органами предварительного расследования лица в качестве потерпевшего.
Не так давно, после многочисленных указаний как исследователей, так и руководителя Следственного комитета Российской Федерации4 на необходимость признания потерпевшим с момента возбуждения уголовного дела был принят Федеральный закон «О внесении изменений в отдельные законодательные акты Российской Федерации в целях совершенствования прав потерпевших в уголовном судопроизводстве» от 28 декабря 2013 г. № 432-Ф3, который закрепил в п. 1 ст. 42 УПК РФ незамедлительный порядок наделения статусом потерпевшего с момента возбуждения уголовного дела и оформления данного решения постановлением судьи, дознавателя и следователя, а также определением суда.
Между тем во Вьетнаме остается неурегулированным вопрос о моменте наделения статусом потерпевшего по уголовному делу. Зачастую лицо, которое фактически является потерпевшим, не может реализовать права потерпевшего тогда, когда в этом существует реальная необходимость. В связи с этим актуальным для правоприменительной практики Вьетнама остается закрепление в УПК СРВ положений о признании потерпевшими лиц незамедлительно с момента возбуждения уголовного дела.
Момент признания потерпевшим особенно важен, когда ущерб по уголовным делам наносится интересам публично-правового образования. Важно, чтобы на ранних этапах органы предварительного расследования могли применять меры для скорого возмещения ущерба, а публично-правовое образование — пользоваться всеми правами потерпевшего для защиты своих интересов. Публично-правовое образование выполняет в обществе ряд важнейших социально значимых функций: от этого значимость возмещения ущерба, причиненного ему преступлением, особенно велика.
Изучив многообразие существующих подходов в правоприменительной практике, представляется возможным предложить внесение в п. 1 ст. 42
4 Опасная жертва // Российская газета — Федеральный выпуск. 2010. 9 апр. № 75 (5154). URL: https://rg.ru/2010/ 04/09/bastrykin.html (дата обращения: 06.02.2022).
УПК РФ изменений, включив в перечень потерпевших публично-правовые образования и преобразовав норму следующим образом: потерпевшим является физическое лицо, которому преступлением причинен физический, имущественный, моральный вред, юридическое лицо в случае причинения преступлением вреда его имуществу и деловой репутации, а также публично-правовые образования, которым причинен имущественный вред.
Предложенное изменение способно повлиять на существующую правоприменительную практику и избежать расхождений в толковании п. 1 ст. 42 УПК РФ, а именно будет решен вопрос:
1) о легитимности вынесения решения о признании публично-правового образования потерпевшим;
2) возможности реализации правомочий потерпевшего представителем публично-правового образования, включая право требовать возмещения причиненного публично-правовому образованию ущерба и участвовать в рассмотрении гражданского иска наряду с прокурором.
Между тем вьетнамское уголовно-процессуальное законодательство также имеет ряд проблем,
связанных с признанием публично-правового образования потерпевшим и возмещением ему ущерба, причиненного преступлениями экономической направленности. Представляется возможным обозначить следующие предложения для восполнения существующих процессуальных пробелов:
1) закрепить в УПК СРВ четкую процессуальную форму присвоения процессуального статуса «потерпевший», в том числе для публично-правовых образований. Так, решение о признании лица потерпевшим оформляется постановлением органов предварительного расследования или суда;
2) обозначить в УПК СРВ, что решение о признании лица потерпевшим, в том числе публично-правового образования, принимается незамедлительно после принятия решения о возбуждении уголовного дела.
Представляется, что указанные предложения могут быть детально рассмотрены законодательными представительными органами России и Вьетнама и в дальнейшем изменить уголовно-процессуальную практику этих государств в лучшую сторону.
1. Зорин А. И. Процессуальные проблемы признания государства потерпевшим в уголовном процессе // Образование и право. 2018. № 3. С. 185—191.
2. Камчатов К. В. Прокурорский надзор за исполнением требований закона о признании публично-правовых образований потерпевшими // Вестник Университета прокуратуры Российской Федерации. 2020. № 6 (80). С. 17—24.
3. Багмет А. М. Возмещение ущерба потерпевшим при производстве по уголовным делам: проблемные вопросы и перспективы их решения // Уголовно-процессуальная защита потерпевшего и возмещение причиненного ему вреда: проблемы и пути их решения, защита прав участников уголовного процесса: материалы Междунар. науч.-практ. конф. (Москва, 16 марта 2018 г.) / под общ. ред. исполняющего обязанности ректора Московской академии Следственного комитета Российской Федерации, Почетного сотрудника Следственного комитета Российской Федерации, канд. юрид. наук, доц., генерал-майора юстиции Анатолия Михайловича Багмета. Москва, 2018. С. 6—9.
4. Галкин Д. В. Публично-правовые образования как участники уголовного судопроизводства // Теоретические и практические аспекты правового положения участников уголовного судопроизводства: сб. материалов Регион. науч.-практ. круглого
1. Zorin A. I. Procedural problems of recognizing the state as victims in criminal proceedings. Obrazovaniye i pravo, 185—191, 2018. (In Russ.).
2. Kamchatov K. V. Prosecutorial supervision over the implementation of the requirements on the recognition of public law entities as victims. Vestnik of the University of the Prosecutor's Office of the Russian Federation, 17—24, 2020. (In Russ.).
3. Bagmet A. M. Compensation for damages to victims in criminal proceedings: problematic issues and prospects for their solution. In: Criminal procedural protection of the victim and compensation for harm: problems and ways to solve them, a protection of the rights of participants in criminal proceedings. Materials of the International scientific and practical conference, 16 March 2018, Moscow. General ed. of the acting rector of the Moscow Academy of the Investigative Committee of the Russian Federation, Honorary Officer of the Investigative Committee of the Russian Federation, candidate of juridical sciences, docent, major general of justice Anatoly Mikhailovich Bagmet. Moscow; 2018: 6—9. (In Russ.).
4. Galkin D. V. Public law entities as participants of criminal proceedings. In: Theoretical and practical aspects of the legal status of participants in criminal proceedings. A collection of materials from the Regional scientific and practical conference, 23 May
стола (Хабаровск, 23 мая 2019 г.). Хабаровск: Хабаровский филиал ФГКОУ ВО «Московская академия Следственного комитета Российской Федерации», 2019. С. 10—12.
5. Ширяева Т. И. Возможность участия публично-правовых образований в уголовном судопроизводстве в качестве потерпевших: постановка проблемы // Вестник СГЮА. 2014. № 5 (100). С. 80—83.
6. Примирительные процедуры в гражданском, уголовном и административном судопроизводстве Российской Федерации: научно-практическое пособие / Ю. Ф. Беспалов, А. Ю. Беспалов, Д. В. Гордеюк, А. Ю. Касаткина; отв. ред. Ю. Ф. Беспалов. Москва: Проспект, 2018. 128 с.
2019, Khabarovsk. Khabarovsk: Khabarovsk branch of the Moscow Academy of the Investigative Committee of the Russian Federation; 2019: 10—12. (In Russ.).
5. Shiryaeva T. I. Possibility of the participation of public legal entities in criminal proceedings as victims: statement of the problem. Vest-nik of Saratov State Law Academy, 80—83, 2014. (In Russ.).
6. Bespalov Yu. F., Bespalov A. Yu., Gorde-yuk D. V., Kasatkina A. Yu. Conciliation procedures in civil, criminal and administrative proceedings of the Russian Federation. A scientific and practical guide. Ed. Yu. F. Bespalov. Moscow: Prospect; 2018: 128. (In Russ.).
Лыонг Чунг Киен,
адъюнкт адъюнктуры Волгоградской академии МВД России; luongtrungkien0107@gmail.com
Lyong Chung Kien
associate adjunct of the Volgograd Academy of the Ministry of the Interior of Russia; luongtrungkien0107@gmail.com
Статья поступила в редакцию 09.02.2022; одобрена после рецензирования 21.03.2022; принята к публикации 18.05.2022.
The article was submitted 09.02.2022; approved after reviewing 21.03.2022; accepted for publication 18.05.2022.
* * *