О СООТНОШЕНИИ ПРОТОКОЛА И ТЕХНИЧЕСКИХ СРЕДСТВ ФИКСАЦИИ ХОДА И РЕЗУЛЬТАТОВ СЛЕДСТВЕННОГО
ДЕЙСТВИЯ
ON THE RELATIONSHIP BETWEEN THE PROTOCOL AND THE TECHNICAL MEANS OF RECORDING THE PROGRESS AND RESULTS OF THE INVESTIGATIVE ACTION
Аннотация: в статье исследована проблема соотношения протокола и видеозаписи, а также фотографирования как средств фиксации хода и результатов следственного действия. Показано, что на технические средства может быть возложена функция фиксации основного объема доказательственной информации. Показаны типичные ситуации, когда такое возложение оправданно. Это, во-первых, случаи, когда значение объектов, обнаруженных на месте происшествия, на момент осмотра неясно. Во-вторых, на местах происшествий (в первую очередь техногенных и транспортных) нередко оказываются специфические объекты и детали, правильное наименование которых следователю неизвестно. В-третьих, технические средства фиксации оправдывают себя, когда осмотр места происшествия и его документирование приходится форсировать - вследствие пожара, ухудшающихся погодных условий, стихийного бедствия и т.п. Предложен алгоритм повышения эффективности фотосъемки на месте происшествия, предполагающий полную фиксацию обстановки. При этом в фототаблицу распечатываются несколько наиболее информативных и значимых снимков, а остальные (их может быть несколько десятков или сотен) - записываются на компакт-диск и приобщаются к протоколу в опечатанном виде. Опечатывание позволяет в последующем использовать эти фотографии в процессе доказывания по уголовному делу. Показано, что такой подход тактически абсолютно оправдан и не противоречит закону.
Ключевые слова: ход и результаты следственного действия, протоколирование, видеозапись, фотографирование, средство фиксации.
Для цитирования: Глушков М.Р. О соотношении протокола и технических средств фиксации хода и результатов следственного действия // Проблемы правоохранительной деятельности. 2020. № 4. С. 16-20.
Abstract: the article examines the problem of correlation between protocol and video recording, as well as photographing as a means of recording the course and results of an investigative action. It is shown that technical means can be assigned the function of fixing the main volume of evidentiary information. Typical situations where such assignment is justified are shown. These are, first, cases where the significance of objects found at the scene is unclear at the time of researching. Secondly, at the places of accidents (primarily man-made and transport), there are often specific objects and details, the correct name of which is unknown to the investigator. Third, the technical means of recording justify themselves when the inspection of the scene and its documentation have to be forced-due to fire, deteriorating weather conditions, natural disasters, etc. An algorithm for improving the efficiency of photographing at the scene of the incident, assuming complete fixation of the situation, is proposed. At the same time, several of the most informative and significant images are printed out in the photo table, and the rest (there may be several tens or hundreds of them) are recorded
УДК 343.132
М.Р. ГЛУШКОВ
(Санкт-Петербургская академия Следственного комитета Российской Федерации Россия, г. Санкт-Петербург) factasunt@mail.ru
MAKSIM R. GLUSHKOV
(Saint-Petersburg Academy of the Investigative Committee of the Russian Federation Saint-Petersburg, Russia)
on a CD and attached to the protocol in a sealed form. Sealing allows you to later use these photos in the process of proving a criminal case. It is shown that this approach is tactically absolutely justified and does not contradict the law.
Keywords: course and results of an investigative action, recording, video recording, photographing, means of fixation.
For citation: Glushkov M.R. On the relationship between the protocol and the technical means of recording the progress and results of the investigative action // Problems of Law Enforcement Activity. 2020. № 4. P. 16-20.
Видеозапись как средство фиксации хода и результатов следственного действия обладает целым рядом очевидных достоинств. При этом реализуется она через доступные по цене и несложные в применении устройства. Более того, все современные мобильные телефоны оснащены видеокамерой и уголовно-процессуальный закон не запрещает использовать их в качестве технических средств при производстве следственных действий1.
Тем не менее, должного распространения в уголовном судопроизводстве видеозапись не получила.
Причин такого положения дел несколько, и одна из них, как представляется, - в том, что следователи не всегда способны оценить потенциал видеозаписи и ее возможности в установлении обстоятельств преступления.
Будучи дополнительным средством фиксации, не обладая доказательственным значением, видеозапись нередко воспринимается практиками как формальное приложение к протоколу, дублирующее его содержание и в дополнение дающее лишь визуальное представление о следственном действии (деление способов фиксации на основной (протокол) и дополнительные справедливо признают фактором, сдерживающим использование технических средств) [1].
При таком подходе применение видеозаписи действительно сложно назвать оправданным.
1 Что подтверждается и материалами судебной практики - в приговоре Октябрьского районного суда города Санкт-Петербурга от 23.03.2016 по делу № 1-24/2016 имеется ссылка
на результаты проверки показаний обвиняемого на месте,
которую на мобильный телефон фиксировал оперуполномоченный уголовного розыска (протокол следственного действия, саму видеозапись и показания оперативника) - «Росправосудие» [Электронный ресурс] URL: https:// rospravosudie.com/court-oktyabrskij-rajonnyj-sud-gorod-sankt-peterburg-s/act-502404117/ (дата обращения 11.06.2018); по другому делу на мобильный телефон фиксировались результаты осмотра предметов - см. приговор Василеостров-ского районного суда от 22.05.2015 в отношении Маклако-вой Н.С. по ч.3 ст.30, ч.1 ст.2281 УК РФ «Росправосудие» [Электронный ресурс] URL: https://rospravosudie.com/court-vasileostrovskij-rajonnyj-sud-g-sankt-peterburga-gorod-sankt-peterburg-s/act-495006508/ (дата обращения 11.06.2018).
Однако нередки ситуации, когда видеофиксация может существенно сэкономить усилия следователя и повысить эффективность следственного действия.
Так происходит, например, при осмотре места происшествия, когда значение многих предметов на данный момент неясно. Здесь приходится фиксировать в протоколе все подряд (а это немалый объем сведений), исходя из того, что любая информация может оказаться ключевой. Но и подробный протокол зачастую остается невостребованным.
Следователям, расследовавшим дела, например, об убийствах, хорошо известно, как тщательно приходится фиксировать обстановку места происшествия на первоначальном этапе и как редко эти сведения фигурируют затем в обвинительном заключении. Действительно, виновный устанавливается сотрудниками уголовного розыска часто в ближайшие сутки и, как правило, признает факт своего присутствия на месте и даже конфликт с жертвой, выдвигая разве что версии о неосторожном причинении смерти («натыкание» на нож), о самообороне и др. При этом данных осмотра, позволяющих опровергнуть версию, почти всегда оказывается недостаточно даже при самом внимательном протоколировании - невозможно предугадать, какие детали окажутся потом главными в свете выдвинутой версии.
Гораздо разумнее было бы записывать такого рода информацию (значение которой пока под вопросом) на видео, не тратя время на ее протоколирование.
Причем то же справедливо и для других средств фиксации, и в первую очередь - фотографирования. В качестве примера можно привести такой текст: «Кузов автомобиля с левой стороны имеет множественные сквозные повреждения различной формы и размеров: переднее крыло - 43 повреждения, дверь водителя - 32, пассажирская - 8, заднее крыло - 1. Расположение повреждений и их вид зафиксированы с помощью фотографирования». Такая запись в общем дает необходимое представление о повреждениях, при этом
на порядок короче описания всех 84 отверстий, которое если и будет иметь значение, то разве что для эксперта, а тот сможет обратиться за более детальной информацией к фототаблице2.
Или: «На двери холодильника в нижней трети имеются множественные следы засохшей крови различной формы и размеров, которые зафиксированы с помощью фотографирования». Или: «В книжном шкафу - восемь полок, все плотно заставлены книгами, корешки которых, обращенные наружу, засняты на видеокамеру».
Мы здесь не ведем речь о последующем составлении в кабинете подробного протокола «по видеозаписи» - это практикуется и так. Полагаем, что в кабинете можно составить краткий протокол, сославшись в нем на факт видеофиксации и отразив обстоятельства, ключевые уже на данный момент.
Еще одна группа ситуаций, в которых пользу от применения видеозаписи трудно переоценить - когда описываемые объекты следователю незнакомы. Например, по делу о крушении на территории Новгородской области поезда «Невский экспресс» в ноябре 2009 года3 следователи испытывали острую нехватку сведущих лиц при осмотре места происшествия. Были сложности с корректным именованием в протоколах элементов железнодорожного полотна, ходовой части и интерьера вагонов, объектов инфраструктуры и т.д. (целесообразность фиксации профессиональной лексики с помощью технических средств отмечают и применительно к судебным стадиям уголовного процесса) [2].
В подобной ситуации сложные элементы обстановки можно было бы фиксировать на видео или фотоаппарат, предварительно оговорив это в протоколе. Например, «Прямо от входа в кабине локомотива находится приборная панель, на которой размещены приборы, индикаторы и переключатели. Их положение
2 Та, разумеется, должна быть подготовлена по правилам криминалистической съемки - вид автомобиля слева, затем узловая съемка должна зафиксировать каждый элемент кузова, потом детальная с масштабной линейкой - небольшие группы повреждений.
3 Около 21 час. 30мин. 27 ноября 2009 г. на 285 км Октябрьской железной дороги скорый поезд № 166 «Невский Экспресс», следовавший по маршруту «Москва-Санкт-Петербург», был взорван террористами. В результате три пассажирских вагона были опрокинуты и 27 человек погибли - см. Генеральная прокуратура направила в суд уголовное дело о подрыве «Невского экспресса» // Официальный сайт Генеральной прокуратуры [Электронный ресурс] URL: http://genproc.gov.ru/smi/news/news-72730/ (дата обращения 04.04.2018).
и состояние зафиксированы с помощью фотографирования»4.
Или такой пример: «В помещении котельной вдоль левой от входа стены находятся умывальник, затем - скамья, над которой на вешалке висят предметы рабочей одежды. Далее в стене - проем неправильной формы размерами 4х6 м по вертикали и горизонтали соответственно, на полу в проекции проема -битый кирпич слоем до 60 см. Поверх кирпича, частично снаружи котельной, видны куски деформированного металла, фрагменты труб, снабженных вентилями и стрелочными приборами. Сходные трубы, а также газовое оборудование размещены вдоль стены далее за проемом до самого угла. Проем в стене, расположение и состояние металлических фрагментов, труб и оборудования зафиксированы на видеокамеру».
И, наконец, третья группа ситуаций, когда технические средства могут и должны фиксировать существенно больший объем информации, нежели протокол. Они складываются, когда погодные условия или техногенная угроза заставляют проводить осмотр по возможности оперативно. Протокол при этом по понятным причинам пишется сжато.
Возможность возложения на технические средства основной нагрузки по фиксации обсуждается в научном сообществе не впервые. Семенцов В.А. предлагал записывать в протокол лишь краткое содержание сведений, закрепленных техническим средством [3] (представляется, однако, что такая рекомендация должна носить исключительно методический характер и не претендовать на роль законодательной новеллы5).
Холопов А.В., отмечая несовершенство и неэффективность средств письменной речи, предлагает метод тотальной (сплошной) фотофиксации места происшествия [4]. Препятствий для его внедрения в практику расследования, на наш взгляд, не имеется, напротив - неясно, почему протоколы осмотров до сих пор снабжаются фототаблицей с 5-10 снимками и компакт-диском с файлами тех же снимков? В то время как емкость компакт-диска позволяет разместить на нем сотни файлов фотографий.
4 Строго говоря, такое уточнение - что данный элемент обстановки фотографировался, можно не приводить каждый раз, а в конце протокола указать, какие объекты были запечатлены.
5 А именно так и предлагал поступить этот автор - ч. 3 ст. 102 УПК РСФСР дополнить нормой следующего содержания «В случае применения кинофотосъемки, видео- и звукозаписи в протоколе может излагаться краткое содержание следственного действия».
Сказанное не означает, что все сделанные на осмотре фотографии должны быть распечатаны в фототаблицу. В нее помещают наиболее информативные, значимые снимки, и их по-прежнему может быть немного (абсурдной видится ситуация, когда в уголовном деле из двух томов один состоит из фотографий, фиксирующих объекты, которые не имеют значения для дела).
Оставшиеся на диске файлы наглядности протоколу, очевидно, не прибавят, но к ним в любой момент можно будет обратиться -если потребуется задействовать фотографии в доказывании (когда, например, окажется, что какому-то из запечатленных объектов изначально не придали значения и не отразили в протоколе, а впоследствии выяснилось его ключевое значение).
Способ при этом применяется тот же, что и в случае с видеозаписью (тоже приложением к протоколу) - через осмотр, протокол которого в силу п. 5 ч. 2 ст. 74 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации (далее - УПК РФ) будет иметь доказательственное значение [5; 6]. В этом протоколе в обязательном порядке должно быть указано, что носитель записи поступил на осмотр в упакованном виде с неповрежденными печатями и таким же образом был упакован по окончании осмотра. Таким способом реализуется правило «неразрывной цепи хранения», позволяющее использовать запись в доказывании.
На случай, если у самого следователя возникнет необходимость уточнить что-либо из обстановки места происшествия, целесообразно при копировании файлов с фотоаппарата (или его карты памяти) на диск (который потом будет опечатан и станет источником доказательственной информации - см. предыдущий абзац) сделать еще одну, «рабочую» копию файлов фототаблицы. На роль носителя доказательственной информации эта копия не претендует, опечатывать ее поэтому не требуется и можно в любой момент производства по делу просмотреть - не только следователю, но и его руководителю, прокурору или судье.
Обозначенная нами перспектива возможного «делегирования» фиксации от протокола видеозаписи или фотосъемке не будет противоречить закону - ч. 4 ст. 166 УПК РФ предписывается указывать в протоколе «... процессуальные действия в том порядке, в каком они производились, выявленные при их производстве существенные для данного уголовного дела обстоятельства.».
Назвать существенными объекты, значение которых на данный момент под вопросом, едва
ли возможно. Что же касается незнакомых следователю терминов или объектов в ситуации, когда протоколирование должно быть максимально быстрым, то, даже признавая их существенными, следователь вправе употребить в протоколе общие категории - «оборудование», «металлические объекты», «следы разрушения» и т.д.
Однако только ст. 166 УПК РФ нормативные требования к содержанию протокола осмотра не исчерпываются.
Ему (и протоколу освидетельствования) посвящена ст. 180 УПК РФ, предписания которой, казалось бы, жестче - необходимо описывать все действия следователя, все обнаруженное и все изъятое (ч. 2 ст. 180 УПК РФ).
Однако описывать все можно по-разному (в том числе кратко и через те же общие категории), коль скоро нет указаний о том, насколько подробно нужно это делать.
Таким образом, предлагаемый нами подход к протоколированию (связанный с повышением значимости видеозаписи) не противоречит ч. 4 ст. 166 и ч. 2 ст. 180 УПК РФ. Однако где гарантия, что тексты протоколов не будут сведены, например, к таким - «Обстановка на месте происшествия зафиксирована с помощью видеокамеры»?
Хоть единого и четкого критерия полноты/ неполноты протокола не существует, препятствия на пути подобной практики есть - это, как минимум, признаваемый до сих пор приоритет протокола перед остальными средствами фиксации. Кроме того, надо учитывать, что если что-то не отражено в протоколе, то это придется искать на видео. Что неудобно, да и не всегда возможно (требуются специальные воспроизводящие устройства), а кроме того, требует самостоятельного процессуального оформления. Эти обстоятельства естественным образом регулируют деятельность следователя по протоколированию.
В самом деле, ч. 4 ст. 166 УПК РФ требует описывать в протоколе процессуальные действия, выявленные при этом существенные обстоятельства и также заявления участвующих лиц. Формально в эти требования будут укладываться записи наподобие «Обстановка в квартире не нарушена, в одной из комнат на полу лежит труп неизвестного мужчины со множественными ножевыми ранениями. Заявлений от участвующих лиц не поступило».
Тем не менее, вряд ли можно встретить на практике настолько лаконичные тексты, хотя УПК РФ от них не гарантирует и прямо не запрещает.
Литература
1. Просвирин Е.В., Степанов В.В. Описание как метод познания и фиксации доказательств при расследовании преступлений: монография. - Москва: Юрлитинформ, 2011. - 168 с.
2. Куприянов А.А. Аудиопротокол заседания необходим // Уголовный процесс. 2014. № 6. С. 8.
3. Семенцов В.А. Видео- и звукозапись в доказательственной деятельности следователя: автореф. дис. ... кандидата юридических наук. - Екатеринбург, 1994.
4. Холопов А.В. Криминалистическая теория фиксации информации // Вестник криминалистики. 2014. № 2 (50). С. 56-66.
5. Глушков М.Р. Доказательственное значение видеозаписи в уголовном процессе России и США: сравнительный анализ // Расследование преступлений: проблемы и пути их решения. 2016. № 1 (11). С.103-108.
6. Глушков М.Р. О доказательственном значении видеозаписи следственных действий // Российский журнал правовых исследований. 2016. № 4. С.157-160.
References =
1. Prosvirin E.V., Stepanov V.V. Opisanie kak metod poznaniya i fiksacii dokazatel'stv pri rassledovanii prestuplenij: monografiya. - Moskva: YUrlitinform, 2011. - 168 s.
2. Kupriyanov A.A. Audioprotokol zasedaniya neobhodim // Ugolovnyj process. 2014. № 6. S. 8.
3. Semencov V.A. Video- i zvukozapis' v dokazatel'stvennoj deyatel'nosti sledovatelya: avtoref. dis. ... kandidata yuridicheskih nauk. - Ekaterinburg, 1994.
4. HolopovA.V. Kriminalisticheskaya teoriya fiksacii informacii // Vestnik kriminalistiki. 2014. № 2 (50). S. 56-66.
5. Glushkov M.R. Dokazatel'stvennoe znachenie videozapisi v ugolovnom processe Rossii i SSHA: sravnitel'nyj analiz // Rassledovanie prestuplenij: problemy i puti ih resheniya. 2016. № 1 (11). S.103-108.
6. Glushkov M.R. O dokazatel'stvennom znachenii videozapisi sledstvennyh dejstvij // Rossijskij zhurnal pravovyh issledovanij. 2016. № 4. S.157-160.
(статья сдана в редакцию 01.12.2020)