Научная статья на тему 'На русско-еврейской этнической войне часть вторая'

На русско-еврейской этнической войне часть вторая Текст научной статьи по специальности «История и археология»

CC BY
110
33
i Надоели баннеры? Вы всегда можете отключить рекламу.
i Надоели баннеры? Вы всегда можете отключить рекламу.
iНе можете найти то, что вам нужно? Попробуйте сервис подбора литературы.
i Надоели баннеры? Вы всегда можете отключить рекламу.

Текст научной работы на тему «На русско-еврейской этнической войне часть вторая»

РАЗМЫШЛЕНИЯ НАД КНИГОЙ

Александр Севастьянов

на руССКО-ЕВрЕЙСКОЙ ЭТНИЧЕСКОЙ ВОЙНЕ

Часть вторая

вопросы НАЦИОНАЛИЗМА 2017 № 1 (29)

1) Будницкий О.В. Российские евреи между красными и белыми (1917-1920). М., РОССПЭН, 2006.

2) Юрий Слёзкин. Эра Меркурия. Евреи в современном мире. М.: Новое Литературное Обозрение, 2007.

Антагонистическое противоречие

В своем предисловии к книге «Россия и евреи» я писал для современного читателя о том, о чем не знали, не могли знать честные ее авторы:

«Особенное значение я лично склонен придавать национальному происхождению самых значительных и зловещих фигурантов дела: Ленина (Ульянова, Бланка по матери) и Дзержинского. Ни в одном из них не было ни капли русской крови. Зато еврейская кровь — была в обоих. При советской власти этот фактор не обсуждался, точнее: замалчивался. Он служил Большим Государственным Секретом. К примеру, Сталин, упрекаемый сегодня историками в антисемитизме, запретил, однако, публиковать исследования Шагинян в части, касающейся еврейских корней Ленина. На школьной скамье — и затем всю жизнь — нам преподносили Ленина (еврея по матери) как русского, а Дзержинского (еврея по отцу, выкресту) — как поляка. И попробовал бы кто-нибудь усомниться!

Советская власть, прекрасно осведомленная в деталях биографий вож-

Часть 1 см.: «ВН». №28.

дей, нагло лгала нам, глядя в глаза. Но авторы сборника "Россия и евреи" — не лгали, они просто не ведали всей истины, куда более выразительной и зловещей, чем им представлялось. Ленина в то время все вообще уверенно считали русским — и даже русским дворянином. А Пасманик, например, ничтоже сумняшеся писал, что "во главе большевистской инквизиции — Чека — стоит чистокровный поляк Дзержинский", хотя одного взгляда на портрет "чистокровного" достаточно, чтобы отреагировать усталой ухмылкой.

Между тем, как прекрасно понимает читатель, национальное происхождение, когда речь идет о высших руководителях государства, — это не шутки. В особенности шутить не приходится, когда мы рассматриваем главный карательный орган власти — Чрезвычайную Комиссию, во главе коей стоял польский еврей, трое из четверых главных помощников которого (!) также были евреями. Члены чекистской коллегии — Шкловский, Кнейфис, Цейстин, Розмирович, Кренберг, Хайкина, Леонтович, Дела-фабр, Блюмкин, Александрович, Цит-кин, Ривкин, Рейтенберг, Фенис, Закс, Гольдин, Гольперштейн, Книгис-сен, Дейбкин, Шиленкус, Свердлов, Карлсон, Шаумян, Сейзян, Фогель, Антонов-Овсеенко, Урицкий, Мейк-ман, Гиллер, Розмирович, Красиков, Анвельт, Иселевич, Козловский, Бу- 205 хьян, Дизсперсов, Мербис, Пайкис —

206

тоже в абсолютном большинстве происходили из евреев.

"Большевистская инквизиция" (меткое выражение!) на всем своем верхнем этаже в подавляющем количестве состояла из евреев...

Большевистские каратели неустанно отправляли представителей "нежелательных классов" и на смерть, и в трудовые концлагеря (в сущности, тоже на смерть, только более мучительную, долгую, зато "полезную"). Лагеря эти, которые "этническими демократами" прозваны почему-то "сталинскими", в действительности были изобретены еврейской головой Льва Давидовича Троцкого. Идея понравилась самому "чистокровному поляку" Дзержинскому, который на 8-м заседании ВЦИК (февраль 1919) заявил: "Я предлагаю оставить. концентрационные лагеря для использования труда арестованных, для господ, проживающих без занятий, для тех, кто не может работать без известного принуждения, или если мы возьмем советские учреждения, то здесь должна быть применена мера такого наказания за недобросовестное отношение к делу, за нерадение, за опоздание и т.д.". Таким образом, предлагалось создать школу принудительного, рабского труда, и по поводу этого прозвучало роковое: "ВЧК предоставляется право заключения в концентрационный лагерь.".

Идея, как известно, получила колоссальное развитие. Кто развивал? В сборнике "Действующие распоряжения по местам заключения" (Москва, 1920) приводятся распоряжения и циркуляры, подписанные начальником Главного управления местами заключения Наркомюста РСФСР Ширвиндтом, затем Апетером; зам. начальника — Корнблиттом, начальниками отделов — Бродовским, Голенкеви-чем, Гольцом, Кесслером, Якубсоном; инспекторами — Блаубергом, Вой-цицким, Миллером; председателем Центральной распределительной комиссии заключенных — Сольцем (поз-

же стал помощником А. Вышинского); консультантом — Утевским. Знамениты фамилии ГУЛАГовских начальников евреев Фирина, Бермана, Кацене-ленбоген, Фельцмана и мн. др.

Подобных деталей наши авторы, сидя в 1923-1924 годах в Берлине, конечно, не знали и знать вряд ли могли. Как не знали они и того, к примеру, как и насколько комплектовались за счет евреев иные правительственные органы.

Иногда в писаниях наших авторов просверкивают, как сполохи, и иные озарения насчет истинных масштабов как русской трагедии, так и еврейской ответственности. Сами пораженные, уязвленные всем происходящим, они заклинали: "Мы обязаны взять на себя всю борьбу специально с большевиками-евреями, с разными евсекциями и вообще с еврейскими комиссарами. И еще одно мы должны взять на себя: мы должны убедить все мировое еврейство в гибельности большевизма для всего Мира, для России и для всего еврейства. Мы должны содействовать полной изоляции большевизма, как изолируют чумное гнездо. Тогда, т.е. если мы выполним весь наш долг, мы спасем Россию и русское еврейство" (Пасманик). Но, взывая к своим "жестоковыйным" (пораженным моральной глухотой и слепотой, безответственностью) соплеменникам, призывая их к борьбе "против большевистского владычества всеми силами", чтобы "не погрешить против последних, основных ценностей человека и человечества, не погрешить против родной страны и родного народа", они одновременно глубочайшим образом вскрывают мотивы еврейства, неизбежно, объективно и невозвратно приведшие его — целиком и полностью — в стан революции. И получается, что они противоречат сами себе, что их призыв — заведомо есть глас вопиющего в пустыне.

Особенно отличился тут И.М. Би-керман, которого хочется цитировать

и цитировать, настолько созвучны нашему времени его откровения. Вот, например, он разъясняет такое явление, как массовая репатриация (на деле — мощный, хорошо экипированный и подкрепленный деньгами десант) революционизированных евреев из Америки в Россию:

"Попав в среду действительно свободной и мощной американской жизни, люди эти очень скоро проникались высокомерным презрением не к России — компетентные наблюдатели утверждают, что русские евреи в Америке еще после десятилетий испытывают тоску по родине — но к ее строю, к ее политическому укладу... Для людей с такими воспоминаниями и такими представлениями большевицкая Россия легко превратилась в обетованную землю: тут и равенство, и социализм, и еврейская власть".

Бикерман не один раз пишет, оправдывая революционизированное еврейство, о приманке равенства ("эмансипации евреев", как говорили тогда). Но порой из-под этого прикрытия вновь и вновь просверкивает истинный мотив — приманка власти: "При большевиках же равенство получило наиболее осязательное выражение: евреи участвуют, и даже очень заметно участвуют во власти".

Иногда Бикерман останавливается на иррациональной составляющей еврейской революционности: "Небольшой словесной манипуляции достаточно для еврейского народа. Еврей и сейчас охотно идет за всяким блуждающим огоньком, поднимающимся над революционным болотом; тлетворная, разлагающая словесность о всеобщем братстве и всеобщем благополучии, та самая словесность, которая породила смуту и, следовательно, погромы, еврею и теперь мила; слова отечество, порядок, власть коробят ухо еврея, как реакционные, черносотенные; слова демократия, республика, самоопределение нежат его слух; вопреки всем жестоким урокам еврей продолжает

думать, что в начале бе слово, не творческое Слово Божье, а праздное слово краснобая".

Поневоле задумаешься: ведь это как вчера написано! Неужели и в самом деле все названные качества имманентно и неистребимо присущи еврею как черта национального характера? Видимо, так. Но тогда как тут быть, и что с этим вечным характером делать нам, русским? Как к нему относиться?!

А Бикерман поднимается до обобщения: "Не нами вызванная, не нами и осуществленная (он считал так. — А.С.), революция воспринимается тем не менее евреем как великое благо — для всех вообще, для нас в особенности. Не требуется даже указать, какие именно блага она принесла. Не принесла, так принесет еще".

И получается, стало быть, что еврейство оказалось практически все целиком по одну сторону баррикад не из-за недоразумения, не по недомыслию, а глубоко закономерным образом, непоправимо. Можно сказать, революция стала для евреев чем-то вроде веры и призвания. О чем же тогда хлопотали бикерманы и пасманики? Не были ли их хлопоты пустыми, не строили ли они на песке?

Понимали, все понимали эти умные и порядочные в своей основе люди...

Понимали главное: "Каждый лишний день пребывания большевиков у власти обходится России бесконечно дорого, увеличивает ее разорение, углубляет ее развал и приближает к ней загребущие руки иноземцев. Мы, мирясь с большевиками ради их специфической, для нас важной добродетели, тем самым противопоставляем, прямо и открыто, свой интерес жизненным интересам России. Ибо если для евреев единственное спасение в революции, а для России и русского народа революция есть гибель, как естественно думает контрреволюционер, то контрреволюция и евреи два враждебных лагеря, и — на войне, как на войне".

207

Исчерпывающее признание. Хотели изменить это роковое положение дел — и не смогли. Натура и вера всегда берут свое.

Самое страшное в своей обнаженной откровенности и неотразимости наблюдение Бикермана состоит в том, что "русское еврейство просто живет — поскольку живет — своей жизнью: хлопочет о Сионе, об автономии, боится лишиться равноправия, боится подвергнуться насилиям. И эта ежедневная жизнь наша, наш быт оказывается на деле вредным для России и большой подмогой для злейших ее врагов и врагов всего человечества. Как далеко это от того, что говорят про нас глупые и бездарные враги наши. Как далеко и насколько хуже!"

Не знаю более пронзительного и жуткого откровения во всей литературе, посвященной русско-еврейским отношениям.

.В свете сказанного не удивляет вывод, сделанный Д.О. Линским: "То, что идет под знаком борьбы с революцией, одновременно есть сила, априори обрекающая еврейство, если не прямо на физическое уничтожение, то на наказание за революционность".

Жаль, что он не был услышан своевременно»1.

Смена правящего слоя (у истоков советской юдократии)

В дни, когда создавалась та искренняя, но страшно запоздалая книга, в России все уже было решено, Гражданская (социальная) война окончилась, но этническая русско-еврейская война продолжалась в виде красного террора, стоившего русскому народу около 2 млн. жертв2. И историческое возмездие еще ждало каждого из побе-

дителей впереди: русских крестьян — коллективизация и раскулачивание, евреев — Холокост и сталинские ре-прессии3. Так что опасения авторов книги сбудутся, но лишь опосредованно и не скоро.

Конечно, не только просвещенные и порядочные, честные евреи видели и понимали суть происходящего. Русские интеллектуалы (не все, увы, но многие) видели и понимали то же, к примеру В.В. Шульгин в популярной книге «Что нам в них не нравится» (1927) писал, обращаясь к евреям, довольно общеизвестные и даже банальные в то время вещи:

«Не нравится нам в вас то, что вы приняли слишком выдающееся участие в революции, которая оказалась величайшим обманом и подлогом. Не нравится нам то, что вы явились спинным хребтом и костяком коммунистической партии. Не нравится нам то, что своей организованностью и сцепкой, своей настойчивостью и волей, вы консолидировали и укрепили на долгие годы самое безумное и самое кровавое предприятие, которое человечество знало от сотворения мира. Не нравится нам то, что этот опыт был сделан во исполнение учения еврея — Карла Маркса. Не нравится нам то, что эта ужасная история разыгралась на русской спине и что она стоила нам, русским, всем сообща и каждому в отдельности, потерь неизрекаемых. Не нравится нам то, что вы, евреи, будучи сравнительно малочисленной группой в составе российского населения, приняли в вышеописанном гнусном деянии участие совершенно несоответственное».

Неудивительно, что такой просвещенный и проницательный ум, как профессор Ковалевский, ухватил и сформулировал самую суть «русской

208

1 Александр Севастьянов. «Каяться и платить!..». Предисловие к кн. «Россия и евреи». М., 2007. С. 5-34.

2 Подробности, в т.ч. статистические, см. в

кн.: Волков С.В. Почему Российская Федера-

ция — еще не Россия. М., 2010.

3 Подробности, в т.ч. статистические, см. в кн.: Костырченко Г.В. Антисемитизм и власть. Тайная политика Сталина. М., 2003. Книга издана при содействии Российского еврейского конгресса.

революции», определив ее как антирусский бунт инородцев под руководством евреев.

Но эту суть понимали даже и далекие от профессиональной умственной деятельности люди. Юрий Слёзкин рассказывает, например, об анкете, посвященной еврейскому вопросу, которую опубликовал известный юдофил писатель Максим Горький в 1915 году и в которой предлагались весьма радикальные решения. Так, солдаты-резервисты Д. и С. предложили решение: «Для евреев нужно дать отдельную колонию, иначе они приведут Россию до ничего». А «г-н Н» предложил другое: «Мое русское мнение: просто-напросто всех евреев нужно стереть с лица земли Российской империи, и больше ничего не остается делать.».

Спустя всего несколько лет, когда непоправимое уже совершилось, подобные настроения повсеместно стали овладевать русскими массами4. Они с неизбежностью должны были проявиться — и проявились в Гражданскую войну. Поскольку Советская власть последовательно и открыто сделала свою главную ставку на евреев. Об этом однозначно свидетельствуют источники, которые нельзя заподозрить в предвзятости.

Так, сам Ленин в беседе с наркомом еврейского сектора Наркомнаца С.М. Диманштейном заявил: «Большое значение для революции имело то обстоятельство, что в русских городах было много еврейских интеллигентов. Они ликвидировали тот всеобщий саботаж, на который мы натолкнулись после Октябрьской революции. Еврейские элементы были мобилизованы после саботажа и тем самым спасли революцию в тяжелую минуту. Нам уда-

4 Будницкий недаром отмечает: «Рост антисемитских настроений и погромную агитацию по меньшей мере с начала лета 1917 г. единодушно отмечали современники, принадлежавшие к самым различным политическим лагерям» (с. 82).

лось овладеть государственным аппаратом исключительно благодаря этому запасу разумной и грамотной рабочей силы»5.

А вот признание Бухарина: «Во время "военного коммунизма" мы русскую среднюю и мелкую буржуазию наряду с крупной обчистили. затем была допущена свободная торговля. Еврейская мелкая и средняя буржуазия заняла позиции мелкой и средней русской буржуазии. Приблизительно то же произошло с нашей российской интеллигенцией, которая фордыбачила и саботажничала: ее места заняла кое-где еврейская интеллигенция, более подвижная, менее консервативная и черносотенная»6.

Еще одно свидетельство — М.И. Калинина: «В первые дни революции. когда значительная часть русской интеллигенции отхлынула. как раз в этот момент еврейская интеллигенция хлынула в канал революции, заполнила его большим процентом, по сравнению со своей численностью, и начала работать в революционных органах управления»7.

О том же свидетельствует и противоположная сторона, например генерал А.И. Деникин: «В царское время оставались большие кадры свежей, работоспособной, деловой еврейской интеллигенции, силы и способности которых нигде не применялись. С приходом революции евреи влились в советские учреждения, заняли там места. Еврейская интеллигенция после революции увидела перед собой возможность приложить свои знания и способности и хлынула в советские учреждения»8.

В своей обстоятельной книге в главе «Большевики и евреи» О.В. Буд-ницкий приводит многочисленные и

5 Российская газета, 27.02.93.

6 Бухарин Н.И. Путь к социализму. Новосибирск, 1995.

7 Известия, 25.11.1926.

8 Деникин А.И. Очерки русской смуты. М.: Айрис-Пресс, 2015. Кн. 3. С. 537.

209

замечательно живописные иллюстрации к этому массовому «хождению во власть» российского еврейства, подкрепленные данными статистики9.

Вначале следует разъяснить читателю, каким образом евреи в массовом количестве оказались во внутренних губерниях России, вдали от пограничных областей, распространились по всему лицу страны. «Об этом позаботилось военное командование в годы Первой мировой войны. Число беженцев и выселенцев составило, по разным оценкам, от 500 тыс. до одного миллиона человек. Массовые депортации, невозможность разместить выселяемых в губерниях Черты оседлости вынудили правительство пойти на ее временную отмену в августе 1915 года. Случившаяся через год революция вовсе сняла какие-либо ограничения на передвижение евреев. В 1920 г., по оценкам демографов, в Петрограде насчитывалось около 30 тыс. евреев». Вот так большевицкая власть и получила повсеместно опорные еврейские кадры в условиях саботажа русской интеллигенции, чиновничества. Вот почему «евреи спасли революцию», как свидетельствовал Ленин.

В центре евреи взяли под себя Наркоматы юстиции и иностранных дел, бюро печати при Совнаркоме. Но самое главное — партийный и советский аппарат, а также ЧК-ГПУ. Уже в сентябре 1918 г. среди ответственных партийных работников Петрограда евреи составляли 54%. Евреями были пять человек из одиннадцати в горкоме РКП(б), трое из пяти в Петросов-профе. «Понятно, что это была партийная элита во главе с "проконсулом" Петрограда Г.Е. Зиновьевым» (он же Радомысльский, он же Апфельбаум). От начала 1917 г. к началу 1921 г. «число евреев среди большевиков выросло почти в семнадцать с половиной раз».

Будницкий цитирует писате-

210 9 Будницкий О.В. Российские евреи между

_ красными и белыми. С. 93-106.

ля И.Ф. Наживина, явившегося к В.Д. Бонч-Бруевичу (управляющему делами Совета народных комиссаров) после переезда советского правительства в Москву: «В условленный час я приехал в Кремль и прошел в управление делами совета народных комиссаров, помещавшееся в здании суда. Всюду латыши и евреи, евреи, евреи. Антисемитом никогда я не был, но тут количество их буквально резало глаза, и все самого зеленого возраста».

Ученый историк комментирует этот мемуар: «В данном случае можно "поверить алгеброй гармонию", а именно: сравнить впечатления Наживина с ведомостью на получение жалованья. В составе Управления делами Совнаркома числилось 30 чел., в том числе второй секретарь Совнаркома Я.Ш. Агранов (будущий знаменитый чекист), помощники секретарей управления делами Я.И. Либерман и Л.И. Мор-генштерн, экспедитор Б.Я. Беленькая, регистратор М.Р. Гросман и машинистка С.М. Лившиц. Т.е. евреи составляли примерно пятую часть аппарата Управления делами. Приблизительно такую же долю составляли евреи и среди других служащих Совнаркома. Среди 105 лиц, имевших право обедать в столовой Совнаркома, насчитывалось около 20 евреев. Этого было достаточно, чтобы их количество начинало "резать глаза". Дело было не только (и не столько) в количестве. Ведь прошло лишь несколько месяцев с тех пор, когда евреев невозможно было представить на службе в высшем правительственном учреждении. Даже на технических должностях. Столь стремительная перемена не могла не поражать. Евреи стали играть совершенно не свойственные им ранее роли».

А вот еще выразительные картинки из того же собрания О.В. Будницкого:

«Вскоре после большевистского переворота публицисту "кадетской" "Еврейской недели" довелось наблюдать в Министерстве труда запись желающих занять места забастовавших чинов-

ников. Запись велась для всех правительственных учреждений. Собралось около 300 человек. Левина удивило, что среди добровольцев, "желавших стать штрейкбрехерами", оказалось довольно много евреев. Он вступил с некоторыми из них в разговор и выяснил, что "они не состоят членами партии большевиков, что они вовсе не интересуются политикой, что они просто ищут занятий и готовы воспользоваться случаем". Автор негодовал, что "все эти молодые люди и молодые девицы не чувствовали даже никакого стыда. Одна еврейка даже хвасталась перед своей подругой, что «комиссар» просил ее явиться на следующий день, ибо она умеет быстро переписывать бумаги".

На ту же тему иронизировал автор сионистского "Рассвета":

"Статистических данных у меня нет, но из круга моих знакомых добрая половина пошла на государственную службу: бывший еврейский учитель моих детей поступил в военное ведомство; «унтер-шамеса» нашей молельни я встретил с ружьем через плечо, — милиционерствует; знакомый репортер состоит комиссаром по очистке снега; продавец из кошерной лавки работает в какой-то комиссии, — кажется, по выработке конституции; мой жилец, психоневролог первого курса, работает по снабжению, чем — точно не знаю; моя переписчица заведует какой-то крепостью или тюрьмою"».

Своеобразное резюме мы видим в словах еврея Я.А. Бромберга, сочувственно процитированных Будницким: «Одним из самых поразительных для обывательского воображения фактов, тоже перенесшим в область действительности нечто, раньше принимавшееся за совершенную фантастику, оказалось массовое привлечение еврейской полуинтеллигентной массы к отправлению организационных и распорядительных функций власти».

А вот что пишет по этому поводу профессор из Принстона Юрий Слёз-

кин, тоже приводящий не только сухие цифры, но и красочные иллюстрации:

«Первыми председателями ВЦИК (главами Советского государства) были Каменев и Свердлов. Свердлов также руководил административным аппаратом партии (как глава секретариата). Первыми большевистскими руководителями Москвы и Петрограда были Каменев и Зиновьев. Зиновьев также являлся председателем Коммунистического интернационала. Первыми большевистскими комендантами Зимнего дворца и Московского Кремля были Григорий Исаакович Чуднов-ский и Емельян Ярославский (Миней Израилевич Губельман). Ярославский также был председателем Союза воинствующих безбожников. Советскую делегацию на переговорах в Брест-Литовске возглавляли Адольф Иоффе и Лев Троцкий. Троцкий также был лицом Красной Армии.

Когда в марте 1919 года возглавляемый Зиновьевым Петроградский совет объявил конкурс на лучший портрет "деятеля наших дней", в предложенный список деятелей вошли Ленин, Луначарский, Карл Либкнехт и четыре большевика, выросшие в еврейских семьях: Троцкий, Урицкий (глава петроградской ЧК, убитый в августе 1918 года), В. Володарский (Моисей Гольд-штейн, глава петроградских цензоров, убитый в июне 1918-го) и сам Зиновьев.

.В 1919-1921 годах доля евреев в Центральном комитете партии сохранялась на уровне примерно одной четверти. В 1918 году евреи составляли около 54% "руководящих" партработников Петрограда, 45% всех партийных чиновников города и губернии и 36% комиссаров Северного округа. В 1919 году евреями были трое из семи членов президиума Петроградского совета профсоюзов, а в 1920-м 13 из 36 членов Исполкома Петросовета. В Москве в 1923 году евреи составляли 29% "руководящих кадров" партии и 45% губернского собеса. Их доля в московской партийной организации

(13,5%) в три раза превышала их долю среди всего населения города. Почти половине из них было меньше двадцати четырех лет (43,8% мужчин и 51,1% женщин). 25,4% всех большевичек Москвы были еврейского происхождения. Согласно историку ленинградских евреев Михаэлю Бейзеру (и не говоря о тех, кто взял себе псевдонимы), у населения могло создаваться впечатление о еще более значительном участии евреев в советских и партийных органах, так как их имена то и дело мелькали в газетах. На митингах, конференциях, заседаниях евреи выступали сравнительно чаще других. Вот как, к примеру, выглядел распорядок дня 10-й городской комсомольской конференции, открывшейся 5 января 1920 г. Сначала со словом о текущем моменте выступил Зиновьев, затем с отчетом горкома комсомола — Слосман; Каган выступил по политической работе и организационному вопросу, с приветственным словом от городских работниц к собравшимся обратилась Иткина, а от имени ЦК ВЛКСМ говорил Закс.

.Еврейские революционеры не просто скандалили на площадях — они играли видную роль в революционном преобразовании этих площадей. Натан Альтман, начавший свою карьеру художника экспериментальными работами на еврейские темы, стал распорядителем "Ленинского плана монументальной пропаганды", основателем художественной "Ленинианы" и создателем первого советского флага, государственного герба, официальных печатей и почтовых марок. В 1918 году ему поручили организацию празднования первой годовщины Октябрьской революции в Петрограде. Четырнадцать километров холста и огромные красные, зеленые и оранжевые кубистские панели были использованы для украшения — и переосмысления — Дворцовой площади. Центр имперской государственности был превращен в сценическую декорацию празднования начала конца всемирной истории. Эль

Лисицкий (Лазарь Маркович [Морду-хович] Лисицкий) также оставил попытки создать еврейскую национальную форму ради интернациональной художественной трансформации и мировой революции как произведения искусства. Среди его прославленных "проунов" ("проектов утверждения нового") — эскизы "Ленинских трибун" (наклонных башен, которым предстояло вознестись над городскими площадями) и самый канонический из всех революционных плакатов: "Клином красным бей белых" (белые изображались в виде белого круга).

Революционное перерождение сопровождалось революционными переименованиями. В одном только Петрограде Дворцовая площадь, украшенная Натаном Альтманом, стала площадью Урицкого; Таврический дворец, в котором было сформировано Временное правительство и разогнано Учредительное собрание, стал дворцом Урицкого; дворец великого князя Сергея Александровича стал дворцом Нахамкеса; Литейный проспект стал проспектом Володарского; Адмиралтейская набережная и Адмиралтейский проспект были переименованы в честь Семена Рошаля; Владимирская площадь и Владимирский проспект — в честь Семена Нахимсона; а новый Коммунистический университет трудящихся (наряду с целым рядом улиц и городом Елизаветградом) был назван именем Зиновьева. Царские резиденции Павловск и Гатчина превратились в Слуцк и Троцк соответственно. Вера (Берта) Слуцкая была секретарем Ва-силеостровского районного комитета партии»10.

Происходящее (массовое заполнение еврейским элементом всех государственных органов у большевиков) не укрылось, конечно, от руководителей Белого движения, имевших свою сеть информаторов в лагере противни-

10 Юрий Слёзкин. Эра Меркурия. С. 231-

236.

ка, в том числе в столицах. Для белого стана это было общим местом.

Современный еврейский историк Р. Нудельман, изучивший эту проблему, подводит итог, с которым невозможно не согласиться: «Евреи приняли непропорционально высокое участие в революции, заняли соответствующие места в советском и партийном аппарате и, что самое главное, заменили ту самую дворянскую и разночинскую интеллигенцию, которая была изгнана из революционной России»11. (Как мы понимаем, не только изгнана, но и уничтожена.)

Нелишним будет еще раз напомнить, что так называемые «сталинские» трудовые концлагеря были в России изобретены вовсе не Сталиным, а предложены к внедрению Троцким (позаимствовавшим опыт англичан времен англо-бурской войны); идея оказалась подхвачена, развита и доведена до совершенства евреями из ведомства Дзержинского, да и им самим лично.

«Отольются кошке мышкины слезки», — говорят в подобных случаях.

Была ли русская народная война против евреев?

Неудивительно, что в 1917-1920 годы, когда российская жизнь окончательно сорвалась со своих скреп, возникли множественные попытки русских людей свести с евреями счеты за революцию, террор, цареубийство, Гражданскую войну, поражение в Первой мировой, экономическую эксплуатацию и прочие прелести. Эти попытки продолжались, пока окончательно не победила Советская власть, и вошли в историю под именем еврейских погромов периода Гражданской войны. Причем характерной особенностью погромов было то, что в них

принимали участие как Белая, так и Красная армия, а особенно партизаны из крестьян южных и юго-западных губерний. Еврейские революционеры и капиталисты так долго и с такой силой закручивали пружину русско-еврейского противостояния, что она не могла не раскрутиться со всей силой при первой же возможности.

Оборотной стороной медали была мобилизация евреев в ряды Красной армии по призыву их партийных руководителей, а также формирование еврейских военизированных спецподразделений со стороны красных.

Русско-еврейская этническая война эпохи Гражданской войны ни в чем так ярко не проявилась, как именно в этих исторических фактах.

iНе можете найти то, что вам нужно? Попробуйте сервис подбора литературы.

Необходимо ввести читателя в курс дела, рассказав об этих не слишком широко известных событиях. Поскольку именно они имели отношение к нашей основной теме: «Черчилль, Россия, русские», во многом определив отношение героя сей повести к нашей стране и нашему народу.

Благо есть надежный источник: книга Будницкого «Российские евреи между красными и белыми (19171920)», во многом посвященная как раз теме погромов в Гражданскую войну. Ее автор не удержался, по мнению ряда критиков, от необъективного, пристрастного изложения фактов, трактовав «белые» погромы как репетицию Холокоста12 и даже тенденциозно представив завышенные цифровые данные на этот счет. Такой бесспорный знаток вопроса, как Геннадий Костыр-ченко, приговорил в своей рецензии по поводу главных выводов Будницко-го: «Антисемитизм, естественно, был достаточно широко распространен в Добрармии, особенно на так называемом бытовом уровне, однако утверждать, что он "суррогировал" (заменил)

11 Нудельман Р. Современный советский антисемитизм: Формы и содержание // Антисемитизм в Советском Союзе. Иерусалим, 1979.

12 Здесь Будницкий не оригинален, идя _

вслед западным историкам вроде Р. Пайпса, 213 У. Лакера и др. _

собой "белую идею", заключавшуюся, как известно, в спасении "единой и неделимой" России, — тенденциозное преувеличение. Определенно об идеологическом антисемитизме Белого движения как о политическом системном явлении можно было бы говорить, если бы он насаждался сверху, а не "шел" снизу»13. В силу сказанного я не буду лишь пересказывать данную монографию, а обращусь и к иным, в том числе архивным, источникам.

Вчитываясь в интереснейшую книгу Будницкого, где тема погромов занимает центральное место, я спрашивал себя, как же это получилось, что красные погромы были не менее многочисленны и жестоки, чем белые, и почему евреев беспощадно громили вообще все участники Гражданской войны от анархистов до монархистов, в том числе сторонники социализма и независимой Украины (петлюровцы), всевозможные «зеленые», атаманы, махновцы, казаки всех казачьих войск и др. и пр.?!

Вначале скажу о красных и партизанских погромах, поскольку именно они в своей шокирующей и новой для читателя правде жизни раскрывают самую суть исследуемой темы: русско-еврейской войны. Ведь что поражает в исследовании Будницкого в первую очередь? Масштабы этой войны. Она велась на всем пространстве России и носила поистине всенародный характер.

Будницкий ничего не говорит о русской-еврейской войне, которую при этом сам же тщательно и подробно описывает. Он говорит, вместо того, о «погромах», подменяя одно понятие — и понимание истории! — другим. Но при этом отмечает: «Одно из главных отличий погромов периода Гражданской войны от погромов 1881-1884 и 1905-1906 гг. — колоссально возросшее число жертв. Действительно, ког-

да речь идет о десятках и сотнях (нескольких тысячах в период погромов 1905-1906 гг.) убитых, с одной стороны, и десятках тысяч — с другой, это уже другое качество насилия. Если в одном случае мы можем говорить о беспорядках, сопровождавшихся человеческими жертвами, то в другом речь идет об истреблении»14.

О том, что истребление было взаимным и счет русским жертвам еще до 1917 года шел тоже на десятки тысяч (не говоря уж о том, что началось после 1920 г.), автор тоже не пишет, даже не намекает. Однако читатель не может не сознавать: евреи сеяли ветер в 1881, в 1905 гг. — вот и пожали бурю в 1919 г. Чему удивляться? Это было вполне закономерно. Тогда войну еще можно было остановить, теперь она разгорелась. Маховик войны разгонялся медленно, но крутили-то его евреи, а когда он разогнался, уже было не затормозить.

Не пишет Будницкий и об истинной причине погромов. Но она порой сквозит в тех фактах и цитатах, которые он честно приводит. Например, он рассказывает: «Иногда борцы за свободную Украину брали заложников. Командир одного из отрядов объяснил: "Наш отряд преследует цели воспитательные. Мы хотим отучить жидов от политики. Мы хотим отбить у них охоту к власти на Украине, где власть должна принадлежать только украинскому народу. Вот мы и дадим им маленький урок, бескровный". "Урок" заключался в том, что заложников высекли»15.

Думается, что инстинктивно именно так — отбить у евреев охоту к власти — и понимали свои задачи простые участники Гражданской войны по обе стороны фронта: русские, украинцы, белорусы (в понятиях того времени — «триединый русский народ»). Лишь иногда переводя свои стремления с

214 13 http://www.lechaim.ru/ARHIV/172/kost. _ 1пт

14 Будницкий О.В. Российские евреи между красными и белыми. С. 341.

15 Там же. С. 314.

языка инстинкта на язык мысли. Но ведь отличие любой этнической войны — ее стихийность, спонтанность, неудержимость. Она есть именно проявление инстинкта, а не рассудка, хотя пользуется и рациональными аргументами. И с этой стихией не совладать ни доводами разума, ни законами, ни де-кларациями16.

Необходимо напомнить читателю также, что когда говорят о зверских погромах евреев, учиненных казаками, как белыми, так и красными, осенью 1919 года, то почему-то забывают, что этому предшествовала геноцидная директива Якова Свердлова о «расказачивании» от 29 января того же года. Следствием которой явилось массовое чудовищное истребление казачьего субэтноса русского народа без различия пола и возраста, проводившееся под руководством Якира и Френкеля. Казакам сегодня адресуются едва ли не основные обвинения со стороны пострадавшего еврейства. Однако мы понимаем: погромы во многом явились ответом казачества, в том числе и на эту директиву, и на этот геноцид. Но главное: и то, и другое было откровенным проявлением этнической русско-еврейской войны, отрицать которую нет никакой возможности.

В течение почти ста лет всю вину и ответственность за еврейские погромы времен Гражданской войны все возлагали только на белых. Понятно: кровная связь Советской власти с еврейством на протяжении всей своей истории требовала именно такой публичной и постоянной трактовки. Официально большевистский режим был объявлен абсолютным благом, а

16 Известно, что антисемитские выходки красных партизан и регулярных частей Красной армии привели однажды даже — с трудом верится, но факт! — к образованию белогвардейского еврейского полка, сфор-мированого исключительно из евреев в составе Забайкальского войска атамана Г. Семёнова. Революции щедры на парадоксы.

противодействие ему — абсолютным злом, соответственно красным приписывалось все хорошее, а белым все плохое, в том числе погромы. Эта пропагандистская традиция сложилась уже в ходе Гражданской войны, когда вся еврейская пресса и общественность за рубежом агитировали за Советскую власть. А в дальнейшем проеврейски настроенные историки вне России (в основном на Западе), вынужденные, напротив, постоянно отбиваться от обвинений в установлении евреями большевистского режима, искали в белогвардейских погромах оправдания массовому участию евреев в революции, Гражданской войне и строительстве Советской власти. Этой позиции еврейская историография придерживается и посейчас.

Концептуально книга Будницкого примыкает к той же традиции, однако ее выгодное отличие в том, что она буквально обрушивает на читателя массу информации о погромах евреев, которые совершались по обе — что очень важно! — стороны всех фронтов. (Автор не случайно подчеркивает в «Заключении», что антисемитизмом было увлечено «большинство населения страны» и что «Красная армия была проникнута не в меньшей степени антисемитским духом, чем войска ее противников»17.) Позволяя, тем самым, постигнуть, что фронт-то на самом деле был один, и что за фасадом социальной, классовой войны следует прозревать войну этническую. Своя русско-еврейская война шла в каждом из двух враждебных станов: как в белом, так и в красном.

Пересказывать пионерную книгу Будницкого здесь нет возможности, но некоторые примеры и цитаты из нее привести стоит.

Будницкий дает такую статистику: «По "консервативным" оценкам Н. Гергеля, больше всего погромов на

17 Будницкий О.В. Российские евреи между 215 красными и белыми. С. 497-498. _

Украине в период с декабря 1918 по декабрь 1919 г. приходится на долю войск Директории и ее союзников — 439 (40% общего числа погромов, проценты даются округленно), далее следуют различные банды — 307 (25%), белые — 213 (17%), красные — 106 (9%), григорьевцы — 52 (4%), неустановленные (276) погромщики — 33 (3%), польские войска — 32 (3%). Войсками Директории и ее союзников за это время было убито 16 706 евреев (54%), белыми — 5235 (16,9%), различными бандами — 4615 (14,9%), григорьев-цами — 3471 (11,2%), красными — 725 (2,3%), поляками — 134 (0,4%), неизвестными — 36 (0,1%)».

При этом:

«Погромы сопровождались редкостными даже для Гражданской войны зверствами.

Украинские "повстанцы" заживо хоронили евреев, "заживо варили в большом котле на центральной площади местечка", топили, а пытавшихся выплыть "укладывали прикладами", "пачками укладывали на рельсы и пускали паровоз" и т.п.

Зверствовали не только банды различных "батек". Польские легионеры в местечке Долгиново Виленской губернии не ограничились грабежом и избиением евреев нагайками. Они отрезали чем-то особенно не угодившему им еврею уши и нос, выкололи глаза, поломали руки и ноги. После чего пошли обедать, а вернувшись, расстреляли несчастного. В садистской изобретательности с легионерами соперничали белые»18.

Евреев, как видим, одинаково «любили» все славяне, немало провековав-шие с ними бок о бок — русские, украинцы, поляки и др. И большевики не были исключением. Они, так сказать, шли в ногу со всем народом в данном отношении. Изначально антисемитскую пропаганду большевики использовали, к примеру, против Временного

216

8 Там же. С. 277.

правительства. По признанию Ильи Эренбурга, во время выборов в Учредительное собрание шла прямая агитация «против жидов за большевиков». Парадокс, но так было! Агитация дала свои плоды, и на выборах большевики получили аж 25% голосов. А по воспоминаниям Керенского, накануне своего падения он видел характерную надпись на стене одного петербургского дома: «Долой еврея Керенского, да здравствует Троцкий!».

Все сказанное ярко свидетельствует о том, во-первых, какой хаос и неразбериха царили в умах русского простолюдина, обозленного, революционизированного, но при этом тотально дезинформированного и замороченного партийной пропагандой. А во-вторых — о том, насколько страх перед евреями и племенная ненависть к ним пропитали все русское народное сознание за сто сорок лет совместного проживания двух народов. Почему-то, рассуждая о причинах еврейских погромов в России, сравнивая их с последующим Холокостом и т.д., никто не задается самым простым вопросом: отчего никто никогда не слышал о погромах в отношении, например, мордвы или удмуртов, башкир или ненцев, тофаларов, нанайцев, нганасанов, самоедов и проч. Почему всегда и везде — только евреи?! Думается, ответ уже дан выше.

В результате такого положения вещей, как ни дико читать об этом человеку, воспитанному в традициях советской школы и вуза, «антисемитизм в Красной армии был проблемой для большевистского руководства на протяжении всей Гражданской войны». Будницкий приводит характерный пример: 22 апреля 1919 г. в ЦК РКП(б) поступила докладная записка члена коллегии ВЧК Г.С. Мороза, еврея по национальности, вернувшегося из поездки на Украину. В записке воспроизводилась царившая там удушливая, предпогромная атмосфера: «То и дело в вагонах, на станциях, в столовых,

на базарах и даже клубах слышишь: "Жиды всюду, жиды губят Россию. Советская власть ничего бы, если бы не жиды" и пр.»19.

Иными словами, повсеместно все слои «триединого русского народа» единодушно понимали и оценивали подоплеку событий. И эта оценка в народных низах была тотальной, захватывая в том числе красноармейскую солдатскую массу не менее, чем белогвардейскую или партизанскую.

Об этом красноречиво свидетельствуют, например, результаты анкетирования, проведенного партией Поалей Цион среди евреев-красноармейцев весной или летом 1919 г.: желает ли красноармеец перейти в еврейские части и если да, то почему. Ответы замечательно достоверны и искренни. «Если более грамотный бухгалтер, член Поалей Цион Моисей Вельман выражал свои мысли "интеллигентно": "Антисемитизм сильно развит среди красноармейцев", то бундовец Шлойма Вульфович, мыловар, высказывался откровеннее: "Потому что ругают всегда жидом. Очень тяжело жить там. Хочу со своими". Чернорабочий, беспартийный Лейба Дал-кунов: "потому что страдая все время вместе с русским, то кроме слова жид и враждебное отношение не имею". Портной, беспартийный Ноа Гозман: "Из-за антисемитизма не хочу быть среди русских красных армейцев". Жестянщик, беспартийный Залман Хе-декель: "Из-за чрезвычайно враждебного ко мне, как еврею, отношения со стороны красноармейцев неевреев, — я полагаю, что на фронте рискуешь больше пасть от пули своего же товарища". Мордух Левин, портной, беспартийный: "Это Антисемитизм который среди красноармейцев русских так что прямо некоторые готовы убить". Иосиф Лекаж, булочник, беспартийный: "Из-за невозможно враждебного к евреям отношению ко мне и ко всем

со стороны к[расноармейце]в христиан, выражающемся в издевательствах и придирках, другого слова, как враждебно сказанное слово «жид» для них нет", — и т.д.»20.

Опасения еврейских красных воинов были вовсе не беспочвенны. «13 июня 1919 г. всеукраинский Главный комитет Поалей Цион направил советским и партийным властям Украины, России, Белоруссии и Литвы меморандум о положении еврейского населения на Украине и об антисемитских эксцессах в Красной армии. В меморандуме сообщалось о погромах, осуществленных частями Красной армии в Умани, Черкассах, Христиновке, Калиновке и по железнодорожной линии Погре-бище-Умань. Лидеров Поалей Цион, проводивших активную кампанию по привлечению евреев в Красную армию, особенно тревожило положение еврейских "рабочих-красноармейцев", которые "встречают со стороны своих же товарищей-красноармейцев злобную ненависть, которая неоднократно выливалась в форме злобной расправы над ними"».

Будницкий конкретизирует: «Добровольцы-евреи, отправившиеся из Одессы на Бессарабский фронт и переброшенные затем на борьбу с Григорьевым, едва не погибли от рук своих же "товарищей-красноармейцев". Командование вынуждено было отозвать их обратно в Одессу. В Гайсине "свои же товарищи-красноармейцы" убили 22 из 24 евреев-сослуживцев. Еще больше было фактов, говорящих о "неописуемых душевных мытарствах и жестоких оскорблениях, которым часто подвергаются еврейские рабочие в рядах Красной Армии со стороны их антисемитски настроенных товарищей"»21.

Если русские и украинские красноармейцы награждали таким отношением даже своих еврейских братьев по

19 Там же. С. 446-447.

20 Там же. С. 448-449.

21 Там же. С. 460-461.

217

оружию, то чего могли ждать мирные евреи? Вот несколько фактов из книги Будницкого:

— «Несмотря на принимаемые меры, антисемитские эксцессы продолжались. Красноармейцы устроили погром в деревне Россава (население около 5000 чел., 210 еврейских семейств), находившейся в 20 верстах от г. Богуслав. Погром продолжался с 26-27 февраля по 3 марта 1919 г. В Клевани Ровенского уезда красноармейцы запускали евреям в бороды специально закрученную проволоку. Расправляясь, она выдирала волосы и причиняла страшные страдания; евреям также кололи ржавыми булавками ягодицы. В мае 1919 г. части Красной армии учинили погромы в Умани и Любаре»;

— Какой-то воин Красной армии хвастался в письме от 15 августа 1919 г., что по пути на Коростень «мы перебили всех евреев, за дорогу около 500 человек. В Жлобине убили комиссара ЧК и всех обезоружили». Командование, по его словам, ничего не могло поделать с вышедшими из-под контроля красноармейцами22;

— «Наиболее ярко антисемитские настроения среди красноармейцев проявились в Первой Конной армии — едва ли не самом легендарном воинском соединении красных периода Гражданской войны. Собственно, говорить приходится не только о настроениях, но и о погромах, практически ничем не отличавшихся от деникинских...». В политсводке, составленной по материалам совещания политработников Первой Конной армии 30 июня 1920 г. и подписанной заместителем начальника политотдела армии С.Н. Жилинским, о 4-й дивизии говорилось: «Сильно развит бандитизм, военнопленных раздевают донага, антисемитская агитация ведется почти открыто. Комсостав и политработники в большинстве не соответствуют своему назначению и с

вышеуказанными явлениями борются слабо»23;

— «В сентябре — начале октября 1920 г. буденовцами, преимущественно бойцами 6-й кавалерийской дивизии, при отходе с фронта были учинены погромы, ничем не отличавшиеся (а по мнению некоторых современников даже превосходившие) по жестокости и числу жертв "добровольческие" (!!! — А.С.). Во всяком случае в донесениях РВС Первой Конной армии погромы конармейцев 6-й дивизии в местечке Березово и в р-не Млынова названы "кошмарными". Попытки навести порядок силами командования самой дивизии успехом не увенчались: арестованных 24 сентября погромщиков освободили свои же товарищи, разогнав попутно рев-воентрибунал дивизии. 6-я дивизия не была исключением: погром в местечке Рогачев устроили бойцы 14-й дивизии. 28 сентября в местечке Полон-ное был убит комиссар 6-й кавдиви-зии Г.Г. Шепелев, пытавшийся пресечь начавшийся погром»24;

— «6-я кавдивизия учинила погром, продолжавшийся несколько дней, в местечке Самгородок. В первый день погрома, по свидетельству очевидцев, под лозунгами: "Бей жидов, коммунистов и комиссаров", "Анархия — мать порядка" — громилы "рассыпались по местечку и стали громить еврейское население, не встретив никакого сопротивления, ибо мирное население было бессильно что-либо сделать, а представители власти, как то: райвоенком и милиция, еще за день до этого оставили местечко". Расположившиеся в ближайших селах, буденовцы, как правило пьяные, продолжали группами в 10-15 человек совершать налеты на местечко: "разбойничали, насиловали женщин, поджигали дома". В ночь на 5 октября 1920 г., во время очередного налета, сопровождавшегося под-

218

2 Там же. С. 451, 453.

23 Там же. С. 479-480.

24 Там же. С. 485.

жогом, "они забрали четырех девушек в ближайшее село, где их держали для своей прихоти в течение двух суток. Не щадили также и старых женщин. По достоверным сведениям, число изнасилованных более 50-ти. Ими были также убиты 2 женщины. В течение их пятидневного разгула были ограблены все еврейские дома, и в холодные осенние ночи многие родители с малолетними детьми прятались в полях и рвах".

Начальник 8-й кавалерийской дивизии Червонного казачества В.М. Примаков доносил в штаб Юго-Западного фронта 2 октября 1920 г.: "Вчера и сегодня через расположение вверенной мне дивизии проходила 6-я дивизия 1-й Конной армии, которая по пути производит массовые грабежи, убийства и погромы. Вчера убито свыше 30 человек в м[естечке] Сальница, убит председатель ревкома и его семейство; в м[естечке] Любар свыше 50 человек убито. Командный и комиссарский состав не принимают никаких мер. Сейчас в м[естечке] Уланов продолжается погром. Начдив сообщил мне, что военком дивизии и несколько лиц комсостава несколько дней тому назад убиты своими солдатами за расстрел бандитов. Солдатские массы не слушают своих командиров и, по словам начдива, ему больше не подчиняются. 6-я дивизия идет в тыл с лозунгами «Бей жидов, коммунистов, комиссаров и спасай Россию», у солдат на устах имя Махно как вождя, давшего этот лозунг".

Сведения Примакова полностью подтвердила Чрезвычайная следственная комиссия. По ее данным, среди части конармейцев были популярны лозунги "Бей жидов — комиссаров и коммунистов", "Идем почистить тыл от жидов", "Идем соединиться с батькой Махно"»25;

— Писатель М.М. Пришвин, живший в Ельце, записал осенью 1919 г.

слухи о настроениях стоявшей неподалеку дивизии Красной армии: «Говорят, что между солдатами нашей 42-й дивизии очень распространено "учение" Махно: "Долой жидов и коммунистов, да здравствует Советская власть!"»26.

Приведенные сведения далеко не полны. По тому же Будницкому, на долю красноармейцев приходится еще примерно 13 погромов в Браилове, Ва-силькове, Волочиске, Гайсине, Золото-ноше, в Клевань, Коростене, Корсуне, Обухове, Погребище, Ровно, Россаве и др. (приблизительное число жертв — 500 человек).

Но и это, конечно, не исчерпывающий список. Вспомним хотя бы рассказ Ивана Бунина в его книге воспоминаний «Окаянные дни» про еврейский погром на Большом Фонтане 2 мая 1919 г., учиненный одесскими красноармейцами: «Разгромлено много лавочек. Врывались ночью, стаскивали с кроватей и убивали кого попало. Люди бежали в степь, бросались в море, а за ними гонялись и стреляли, — шла настоящая охота.»

В 1920 году заместитель начальника Политодела Юго-Западного фронта Шнейвас получил рапорт от одного из руководителей Политотдела фронта И. Каганова, где тот, упоминая многочисленные сведения о «крайне обострившемся антисемитизме в рядах Красной армии», констатировал: «К многочисленным фронтам революции, требующим скорейшей ликвидации, присоединился еще один грозный фронт, фронт антисемитизма, чреватый губительными последствиями и в своем искоренении не терпящий никакого отлагательства»27. Подобных фактов можно было бы привести еще немало.

«Юдофобство у коммунистов — органическое явление», — обобщил в

25 Там же. С. 487-488.

26 Пришвин М.М. Дневники. 1918-1919. М., 1994. С. 329.

27 Там же. С. 471.

219

своем дневнике в сентябре 1919 г. писатель М.М. Пришвин28.

Особое внимание обращает на себя популярность у красноармейцев такой грандиозной фигуры, как Нестор Иванович Махно — «батька Махно» — истинный герой и идол крестьянской войны, выразитель извечной русской крестьянской утопии — не то вовсе анархической, не то жаждавшей своего мужицкого царя. Этакий Пугачев ХХ века. А между тем в состав Первой Конной армии в разное время входило от 71 до 77% крестьян. Неудивительно, что с партизанами-махновцами их слишком многое роднило. И хотя, как и у большевиков, у анархистов Махно идейное обеспечение осуществляли евреи (и даже контрразведку вел еврей Лева Задов, он же Зеньковский, он же Зодов), но племенные чувства к евреям вообще, предписывающие «бить жидов и коммунистов», были одинаково свойственны тем и другим.

Все сказанное, конечно, — ярчайшее свидетельство тому, что внутри Гражданской войны шла война этническая, захватившая лагерь красных

28 Пришвин М.М. Дневники. 1918-1919. С. 282.

не менее, чем все другие. Которая, увы, не кончилась с Гражданской, а только усилилась, войдя в фазу расправы с обезглавленным и обезоруженным русским народом. Ведь с точки зрения победивших евреев виноват, конечно же, был весь русский народ, не только элита, ибо в ходе Гражданской войны евреев громили все — солдаты и офицеры, казаки и крестьяне, горожане и жители предместий, причем как белые, так и красные, и зеленые, и все прочие. Это было выражением всенародного русского страха перед евреями, их тотального неприятия, всенародной ненависти к ним. Заслуженной или нет — до этого евреям дела не было, но отношения, сформировавшиеся за добрые (недобрые!) полвека, они понимали вполне точно и определенно. А между тем евреи — это не тот народ, который способен «понять и простить», оставить свой ущерб без отмщения. Отсюда и проистекает тот тотальный гнет и тотальная дискриминация по отношению к русским, инерция которых не изжита от советской эпохи и до сих пор.

Вот теперь, благодаря Будницкому и Слёзкину, все это полностью стало понятно.

i Надоели баннеры? Вы всегда можете отключить рекламу.