И.Г. Животовская
МИГРАЦИЯ ТРУДОВЫХ РЕСУРСОВ В XXI ВЕКЕ: ГЛОБАЛЬНЫЙ РАКУРС
Особенности миграционных процессов в конце ХХ - начале ХХ1 века
Глобализация в экономической сфере сегодня характеризуется не только либерализацией торговли, капитала и инвестиций, но также транснациональными потоками людей, перемещающихся в поисках работы и лучшей жизни из страны в страну, с континента на континент. Стимулируемая растущим экономическим и социальным неравенством в мире, новым международным разделением труда и стремительными переменами в политических и экономических системах отдельных стран международная миграция населения приобрела сегодня поистине глобальные масштабы. В то же время миграция сама превратилась в один из важнейших факторов экономического развития и социальной трансформации стран, регионов и мировой системы в целом.
За последние два десятилетия международные потоки мигрантов значительно возросли. По данным ООН, в 2008 г. международная миграция в мире достигла 214 млн. человек, что почти на 40 млн. человек больше, чем в 2000 г., а по сравнению с 1965 г. численность мигрантов в мире увеличилась в 3 раза. Доля мигрантов в общей численности мирового населения составляет чуть более 3%. В то же время если принять во внимание, что в международной статистике не находят отражения данные относительно так называемой недокументированной миграции, то количество мигрантов в мире значительно превышает официальные данные. Трудовая миграция составляет почти половину общего числа международных мигрантов (46).
Новым явлением в последние годы стала диверсификация миграционных потоков, хотя все они в конечном счете стимулируются экономическими причинами. Кроме традиционных мигрантов, отправляющихся на заработки (трудовая миграция), и переселенцев, современная миграция включает репатриантов, членов воссоединяющихся семей, беженцев. В зависимости от иммиграционного режима и политики в отношении иммигрантов, существующих в той или иной стране, миграция меняет свой характер, превращаясь из временной в постоянную, из нелегальной в легальную и обратно. Сегодня ряды рабочих-мигрантов в развитых странах пополняют не только контрактные рабочие, но также обосновавшиеся в этих странах беженцы и родственники иммигрантов, приехавшие для воссоединения семей.
В условиях глобализации для определенных профессиональных групп, таких как высококвалифицированные специалисты (ученые и исследователи, специалисты в области информационных технологий и инженеры, финансовые управляющие и менеджеры крупных транснациональных компаний и глобальных сбытовых и иных сетей, оперирующих в сфере услуг), классическая модель долговременной иммиграции утрачивает свое доминирующее значение, уступая место временным типам миграции, таким как временное пребывание специалистов (работа по контракту, командирование) или «циркулирующая миграция». В последние годы увеличивается доля сезонных мигрантов среди низкоквалифицированных работников, занятых в сельском хозяйстве или в туристическом бизнесе.
Конец ХХ в. ознаменовался не только интенсификацией и нарастанием масштабов мировых миграционных потоков, но также стремительным расширением географии перемещений. Этому способствовали такие факторы, как растущая взаимозависимость между странами, стимулируемая экономическими либерализацией и интеграцией, диверсификация транспортных коммуникаций и удешевление проезда, развитие средств связи и коммуникации, в том числе глобальной сети Интернет, сделавшей доступными информационные ресурсы для огромного числа людей.
Существенное влияние на распределение миграционных потоков оказывают трансформации национальных экономик и рынков труда, вызванные глобализацией мировой экономической системы. По мнению некоторых аналитиков, распад социалистической системы и вхождение в глобальную свободную экономику 30 стран с населением в 400 млн. человек дали допол-
нительный импульс процессам глобализации. Дополнительными факторами, стимулировавшими увеличение миграции трудовых ресурсов, стали распад СССР1, трансформация политической и экономической систем в странах Центральной и Восточной Европы, развал Югославии.
Глобализация промышленного производства и перемещение промышленных предприятий из промышленно развитых в индустриализующиеся страны активно стимулируют спрос на рабочую силу, что приводит к увеличению притока трудовых мигрантов в эти страны.
Огромное воздействие на миграционные процессы оказывает демографическая ситуация (различия в темпах прироста населения и его старения), складывающаяся в развитых и развивающихся странах.
Значительные потоки мигрантов перемещаются сегодня из развивающихся и индустриализующихся стран Юга, а также из бывших социалистических стран в промышленно развитые страны Севера. По оценкам экспертов ООН, на долю развитых стран приходится примерно две трети всех официально зарегистрированных мигрантов. За последние 40 лет этот показатель увеличился в полтора раза.
В последние годы произошло резкое увеличение численности иммигрантов в Северной Америке: за период с 1970 по 2005 г. она выросла почти в 3,5 раза - с 13 млн. до 45 млн. человек - и достигла 13% общей численности населения региона. Наибольший прирост числа иммигрантов наблюдался в США, где число иностранных граждан возросло за тот же период с 10 млн. до 38,3 млн. человек. Причем только за период с 2001 по 2006 г. число иммигрантов в США выросло на 3 млн. человек. Однако наибольшее число мигрантов сегодня проживает в европейских странах. Всего в Европе, по официальным данным, в 2006 г. жили и работали 70 млн. иностранных граждан, из них 33 млн. человек в странах Западной Европы. В Германии в 2006 г. зарегистрировано 10,1 млн. человек, во Франции - 6,5 млн., в Великобритании - 5,4 млн., в Испании - 4,8 млн. и в Италии - 2,5 млн. человек (27; 50).
Традиционная межконтинентальная миграция населения из небольшого числа стран Западной Европы в страны Северной
1 По оценкам экспертов ООН, распад СССР на 15 самостоятельных республик привел к увеличению численности международной миграции за последние десять лет на 27 млн. человек (49).
Америки, Австралию и Новую Зеландию в последние два десятилетия сменилась потоками иммигрантов из стран Азии, Латинской Америки и Карибского бассейна. Существенно трансформировалась миграционная модель в Европе. Ряд европейских стран -Италия, Испания, Греция, Португалия и Ирландия, - население которых не одно десятилетие активно эмигрировало в другие страны, стали странами массовой иммиграции рабочей силы из развивающихся стран Африки (прежде всего из стран Магриба) и Азии. Примерно 30% европейских иммигрантов - выходцы из Турции и Ливана; еще 30% - иммигранты из стран Северной Африки (Алжира, Туниса и Марокко); 10% приехали из стран Азии (Филиппины, Индия, Шри-Ланка) (50).
С распадом социалистической системы население стран Центральной и Восточной Европы также оказалось втянутым в миграционные процессы. Более благополучные страны, такие как Венгрия и Чехия, стали объектами иммиграции из других европейских стран и стран Азии. Население же большинства восточноевропейских стран эмигрирует в поисках работы или в качестве беженцев (албанцы, граждане бывшей Югославии). Примерно 18% иностранцев, прибывших в 1990-е годы в западноевропейские страны, - иммигранты из стран Восточной Европы (Польша, Румыния, Украина, Молдова, Россия).
В мире появились новые полюса притяжения рабочих-мигрантов - такие как нефтедобывающие страны Ближнего Востока (Саудовская Аравия, Кувейт) или стремительно индустриализующиеся страны Юго-Восточной Азии (Южная Корея, Малайзия). Одновременно некоторые страны азиатского региона (Филиппины, Индия, Шри-Ланка) превратились в экспортеров рабочей силы. Для этих стран денежные переводы, поступающие от мигрантов, становятся едва ли не основным источником доходов бюджета.
Новым явлением последнего десятилетия стало появление большого числа стран так называемой «транзитной миграции», через которые идут потоки нелегальной миграции из стран Юга в страны Севера. До середины 1990-х годов такими «воротами» в Евросоюз служила преимущественно Италия, сегодня эту роль выполняют Турция и страны Северной Африки. Именно через эти страны прибывает рабочая сила из африканских государств, расположенных южнее Сахары, из стран Ближнего и Среднего Востока (Иран, Афганистан). В некоторых восточноевропейских странах, таких как Польша, Венгрия и Чешская Республика, после их
вступления в Евросоюз возникли проблемы с транзитом тысяч мигрантов из других регионов, которые стремятся попасть в одну из стран Западной Европы.
Многие страны не только являются странами приема массовой иммиграции, но и сталкиваются с нарастанием эмиграции собственного населения. Например, в Канаде и Австралии, традиционно являющихся странами приема переселенцев, все больше людей, особенно квалифицированных специалистов, эмигрирует в США.
Сегодня во многих странах мира, вырвавшихся из числа беднейших, складывается своего рода «цепная реакция»: по мере развития экономики страны ее собственное население отправляется за лучшей долей в более богатые страны, в то время как в саму эту страну иммигрируют граждане менее развитых стран. Таиланд, например, активно принимает неквалифицированную рабочую силу из Мьянмы, Камбоджи и Лаоса (ЛНДР), в то время как уроженцы Таиланда отправляются на заработки в Японию, на Тайвань или в Израиль. Аналогичная ситуация складывается и в странах Восточной Европы.
Страны Южной Америки, сложившиеся как государства переселенцев, с начала XXI в. переживают бум репатриации. Так, из Аргентины с 2001 г. постоянно растет поток «возвращенцев» на «историческую» родину выходцев из Италии и Испании. Увеличивается поток репатриантов из Бразилии в Португалию, из Эквадора в Испанию.
К началу XXI в. в мире сложилась чрезвычайно сложная сеть, в которой переплетаются и взаимодействуют глобальные и региональные миграционные потоки как экономической, так и неэкономической природы. В целом новая миграционная картина мира отражает ситуацию, сложившуюся в последние два десятилетия в мировой экономике под влиянием глобализации, а также социально-экономическое положение в отдельных странах и регионах. Отсутствие удовлетворительных условий для работы и жизни на родине становится главной движущей силой для большинства мигрантов из развивающихся стран «периферии», отправляющихся на заработки в благополучные страны «центра».
Цикличность миграционных процессов
Сама по себе международная миграция населения не является чем-то новым, присущим исключительно нынешнему этапу гло-
бальной трансформации мировой системы. Многие исследователи указывают на циклический характер миграционных процессов. В частности, для начального этапа индустриализации в середине XIX в. также были характерны глобальные (трансатлантические) и региональные (европейские) миграционные потоки. Эта волна миграции стимулировалась индустриализацией, увеличивающимся разрывом в экономическом благосостоянии стран, развитием средств сообщения (железнодорожного и морского транспорта) и удешевлением стоимости проезда.
Некоторые исследователи усматривают прямую связь между волнами миграции и процессами индустриализации как в странах, откуда идут потоки мигрантов, так и в странах, куда они направляются. Например, в Швеции, несмотря на стремительную и успешную индустриализацию собственной экономики, эмиграция составляла в 80-е годы XIX в. 1,2% от общей численности населения.
В целом картина «волн» европейской иммиграции в США дает представление о «волнах» индустриализации, поочередно охватывавших европейские страны. При постоянном наплыве в США иммигрантов с Британских островов, в 40-е годы XIX в. значительная доля переселенцев прибывала в том числе и из Германии. После 1870-х годов к ним присоединились выходцы из Скандинавии и других стран Северной Европы. 80-е годы XIX столетия были отмечены ростом иммиграционных потоков из Италии, Польши и других стран, входивших в Австро-Венгерскую империю. По данным эксперта МОТ П. Стокера, в среднем между началом индустриализации и пиком эмиграции населения в XIX в. проходило 28 лет (38, с. 13).
Известные исследователи проблем миграции Т. Хаттон и Дж. Вильямс на основе данных о миграции в период с 1850 по 1914 г. в 15 европейских странах приходят к выводу о наличии синусоидального миграционного цикла с периодом 80-90 лет (26). Опыт перехода от массовой эмиграции, характеризовавшей экономическое развитие Италии с конца XIX в. до 70-х годов XX в., и превращение ее в страну иммиграции может служить подтверждением данной гипотезы. Аналогичный переход совершили в 1980-е годы и другие страны Южной Европы - Испания, Португалия и Греция.
В то же время американский исследователь Д. Массеи считает, что технологические возможности, которые открывает мик-
роэлектронная революция, государственное регулирование экономики, а также внешние условия (развитие международной торговли, прямые иностранные инвестиции и т. п.) ведут к сокращению миграционного цикла. Так, Южная Корея всего за 30 лет - с 1965 по 1995 г. - превратилась из одной из беднейших стран мира с годовым доходом на душу населения на уроне 159 долл. в высокоразвитую промышленную державу, где доход на душу населения достигает 9700 долл. На начальном этапе индустриализации корейская экономика не могла поглотить всю рабочую силу, вытесняемую из разоряющихся сельскохозяйственного и ремесленного секторов экономики, что стимулировало массовую эмиграцию. Пик эмиграции пришелся на 1985 г., когда ее темпы достигли 8,5%; в конце 1990-х они резко сократились до 2,9% (33). Сегодня промышленность Южной Кореи испытывает существенный дефицит рабочей силы. Растущий спрос, особенно на малоквалифицированных рабочих, стимулирует приток иностранцев в страну. В результате уже в конце 1990-х годов примерно 20% вновь нанимаемых работников в Южной Корее были иммигрантами, а общая численность иностранных рабочих в конце 2008 г. составляла 400 тыс. человек (10).
По мнению экспертов, для большинства мигрантов из развивающихся стран индустриализация является тем первым толчком, который в конечном счете приводит к поиску работы и более высоких заработков за рубежом. Исследуя феномен массовой эмиграции жителей китайской провинции Фуцзянь, британский исследователь Ф. Пайк описал следующую миграционную цепочку: женщины из деревень провинции устраиваются на работу на фабрики соседней провинции, с тем чтобы на заработанные деньги можно было отправить на заработки за границу кого-либо из членов семьи (36, с. 6).
Разрывы в уровнях экономического развития и дохода на душу населения являются основными макрофакторами, определяющими процессы миграции населения из менее развитых в более развитые страны. Американский экономист Ф. Мартин вывел «миграционную параболу», в соответствии с которой эмиграция следует за ростом дохода на душу населения до определенного уровня, а затем начинает сокращаться. Он установил, в частности, что для стран Южной Европы, откуда эмиграция практически прекратилась в начале 1980-х годов, поворотной точкой стал доход на душу населения в размере 4 тыс. долл. (там же).
Движущие силы международной миграции: Теории и реальность
Как уже отмечалось, для так называемой традиционной миграции самая очевидная причина, вынуждающая людей покидать родные места и отправляться сначала из деревни в город, а затем на заработки в другую страну - разница в уровнях доходов и заработной платы, материального и социального благосостояния, возможностях найти работу. Классические теории миграции выделяют как факторы, вынуждающие мигрантов покидать родные места, так и факторы, стимулирующие иммиграцию и определяющие ее направление. К первым относятся демографический рост, низкий уровень жизни, отсутствие экономических возможностей для повышения благосостояния, политические репрессии, в то время как ко вторым - спрос на рабочую силу, широкие экономические возможности и политическая свобода.
Сегодня к факторам, влияющим на миграционные процессы, добавляется наличие или отсутствие жестких мер иммиграционной политики, проводимой странами приема.
Миграция является достаточно дорогостоящим мероприятием, требующим больших расходов на транспорт, информацию и связь, затрат, связанных с обустройством на новом месте и поиском работы. Необходимость больших «инвестиций» на начальном этапе эмиграции объясняет тот факт, что беднейшие слои населения, так же как беднейшие страны, находятся в стороне от миграционных процессов. В нынешних условиях на эмиграцию решаются преимущественно те, кто уже имеет определенный уровень достатка и притязаний.
Эти очевидные соображения объясняют мотивы поведения и выбор конкретного индивида, но не могут служить объяснением феномена массовой миграции населения, ни тем более такого явления, как глобальная массовая миграция.
В научной литературе, посвященной проблемам миграции, существует большое количество разных теорий, объясняющих причины и движущие силы миграции. Рассмотрение некоторых из них позволяет судить как об эволюции самого процесса, так и о трансформации внешних факторов, влияющих на миграцию.
Неоклассические теории миграции, появившиеся в 19601970-х годах, обосновывали миграционные процессы экономическими соображениями, исследуя их воздействие на макро- и микроуровнях. На макроуровне миграция рассматривается как резуль-
тат неравенства в географическом распределении капитала и рабочей силы, что находит отражение в различиях размеров оплаты труда и стандартов жизни. Соответственно мигранты направляются туда, где предложение работы, уровень оплаты труда и другие экономические факторы более предпочтительные. Постепенное устранение различий в оплате труда в конечном счете приводит к сокращению мобильности рабочей силы и соответственно к прекращению миграции.
На микроуровне миграция в соответствии с этой теорией является результатом решения, принимаемого рациональным индивидом, стремящимся повысить свой жизненный уровень в условиях неравенства в сфере занятости и оплаты труда, существующего между отельными странами. В этом случае направление миграции отражает прогнозы мигранта относительно наибольших выгод, которые он может получить в случае миграции.
Что касается стимулов, побуждающих промышленно развитые страны использовать иностранную рабочую силу, то здесь определяющую роль играли и до сих пор играют соображения снижения издержек производства за счет использования более дешевой иностранной рабочей силы. Этим, в частности, объясняется присутствие в развитых странах большого числа нелегальных иммигрантов, пополняющих рынок малоквалифицированной рабочей силы. На этих посылках строится получившая в конце 1970-х годов развитие теория, рассматривающая иммиграцию как ответ на потребности структурных преобразований в современной индустриальной экономике. В рамках этой теории стимулом к миграции становится спрос на иностранную рабочую силу со стороны отдельных сегментов рынка труда в развитых странах. Прежде всего это относится к трудоемким сферам производства, нуждающимся в больших количествах дешевой рабочей силы. Изменения, происходящие в развитых странах - повышение уровня благосостояния, снижение рождаемости, - сократили возможности удовлетворения этого спроса за счет вовлечения в трудовой процесс женщин и молодежи. Их место занимают иммигранты из стран, где уровень оплаты труда ниже, чем в развитых странах.
В 1980-е годы появляется теория, постулирующая, что современная международная миграция является следствием глобализации и перехода к свободнорыночной модели развития капитализма, стимулирующей, с одной стороны, спрос на дешевую малоквалифицированную рабочую силу в определенных сегментах
рынка труда, а с другой - облегчающей свободу перемещения рабочей силы в поисках более благоприятных условий занятости.
Миграция рабочей силы из развивающихся в развитые страны стимулируется деятельностью транснациональных корпораций (ТНК), ростом прямых иностранных инвестиций. Разорение сельских производителей в развивающихся странах ведет к массовому исходу сельского населения в города, где возможности трудоустройства невелики. В результате потоки мигрантов в поисках работы устремляются в промышленно развитые страны, где многие сектора производства нуждаются в целях обеспечения своей конкурентоспособности в больших количества дешевой рабочей силы. Дополнительный спрос на малоквалифицированную силу генерируется так называемыми глобальными городами, нуждающимися в большом количестве обслуживающего персонала. Указанные процессы ведут к формированию неоколониального режима. Миграция, таким образом, рассматривается как гигантский механизм, регулирующий мировой спрос и предложение рабочей силы и открывающий возможности для различных форм взаимодействия между странами, в частности между бывшими колониями и метрополиями. Сегодня эти предположения оправдываются в полной мере.
В 1980-е годы появляется и «новая экономическая теория миграции», в основе которой лежит идея о том, что рациональный выбор в пользу миграции делает не индивид, а его семья. Недавние социологические исследования миграционного поведения в некоторых азиатских и африканских странах показали, что в этих странах велика роль семьи и общины в принятии решений относительно миграции кого-либо из ее членов. Для данной модели миграционного поведения характерно не стремление максимизировать доход любой ценой, а желание индивида и семьи обеспечить долговременную стабильность своего финансового положения путем диверсификации источников дохода. В связи с этим при принятии решения об эмиграции учитываются условия, существующие на различных рынках (валютных, финансовых, кредитных и др.), а не только на рынках труда. Эта теория учитывает такие факторы, как влияние денежных переводов из-за рубежа на материальное положение семьи, а также сложную систему взаимосвязи между миграцией и специфическим социокультурным контекстом, в котором принимаются решения. С помощью этой теории была сделана попытка ответить на вопрос, почему в современных условиях чаще всего эмигрируют люди, имеющие определенный дос-
таток. В частности, в некоторых африканских странах отъезд на заработки за границу очень часто связан с необходимостью оплачивать образование детей.
Наряду с теориями, объясняющими активизацию миграционных процессов экономико-психологическими факторами, в 1990-е годы появляются социологические объяснения активизации миграционных процессов. В частности, для объяснения миграции вводится понятие «миграционная сеть», под которой понимается сложная система межличностных отношений, включающая взаимодействие мигранта с семьей, друзьями, соотечественниками, проживающими за рубежом. Такая сеть включает в себя обмен информацией, оказание финансовой поддержки, помощи в устройстве на работу и иные формы содействия мигранту. Подобное взаимодействие облегчает процесс миграции, снижает связанные с ней расходы и сопряженный с миграцией риск. По мере развития миграционные сети становятся все более разветвленными и плотными, что позволяет предложить мигранту широкий выбор направлений и возможностей устройства за рубежом. Некоторые неформальные сети финансируют переезд, обеспечивают работой и обустраивают мигрантов. Другие взаимодействуют с агентствами по найму рабочей силы. В условиях, когда принимающие страны активно внедряют меры, ограничивающие иммиграцию, начинают формироваться преступные сети, занимающиеся нелегальной миграцией.
Особенности миграционных процессов конца ХХ в. подтверждают предположение многих исследователей о том, что миграция является прямым следствием социальной, экономической и политической трансформации, сопровождающей процесс проникновения капиталистического рынка в дорыночные и нерыночные общества. В частности, миграционный бум в начале 1990-х годов был связан в том числе с распадом СССР и возникновением на его месте отдельных самостоятельных государств, так же как с крушением социалистической системы хозяйствования и переходом бывших социалистических стран к свободному рынку. Внедрение рыночных отношений и капиталистических методов производства в аграрных развивающихся странах и в бывших социалистических странах привело в движение большие массы людей, активно изыскивающих новые пути повышения своего благосостояния и обеспечения экономической безопасности.
Исследования показывают, что международные мигранты -это не столько выходцы из экономически отсталых и бедных аг-
рарных стран, отрезанных от мировых рынков, сколько, как правило, выходцы из стран, переживающих стремительные структурные перемены, вызванные их интеграцией в мировую экономическую систему, торговлю, информационные и производственные сети. Для этих стран характерны высокая степень урбанизации и высокий уровень образования населения, профессиональная подготовка и квалификация которого достаточны, чтобы удовлетворить спрос на глобальном рынке труда. Это относится как к выходцах из бывших социалистических стран, так и к высококвалифицированным специалистам из стран Латинской Америки, Индии, индустриализующихся стран Азиатско-Тихоокеанского региона (АТР), активно эмигрирующим в про-мышленно развитые страны Севера.
Стимулом для поиска работы за рубежом для этих людей становится высокий уровень структурной безработицы при отсутствии системы социального страхования на случай безработицы, государственных программ стимулирования занятости и в целом политики регулирования рынка труда. Неразвитость рынков кредитов и отсутствие государственной поддержки малого бизнеса и рыночного фермерского хозяйства также стимулируют процесс поиска заработков за рубежом. Следует отметить, что в последние годы средства, направляемые эмигрантами домой, превращаются не только в подспорье для семьи, но и становятся существенными вливаниями в бюджеты стран, экспортирующих рабочую силу.
В отличие от предыдущих периодов миграции, описанных неоклассической теорией, когда преимущества временного географического неравновесия на рынке труда вынуждали «рационального индивида» в целях повышения своего материального обеспечения к переселению на постоянное место жительства за рубеж, в новых условиях миграция рабочей силы, прежде всего квалифицированной, носит временный характер. Мигрант в этом случае с помощью работы за границей компенсирует негативные последствия структурных преобразований национальной экономики или ее неразвитость. Как показывает практика, иммигранты из стран с переходной экономикой не столько едут за более высокой заработной платой, сколько пытаются найти вообще хоть какую-либо работу. В результате они соглашаются на не соответствующий их квалификации труд. Этому способствует и сегментация рынков труда в развитых странах, когда малооплачиваемый, тяжелый и непрестижный труд становится уделом исключительно им-
мигрантов. Сегодня даже появился термин «3D работа» (3D job: dirty, dangerous and difficult - грязная, опасная и трудная).
Опыт США и отчасти Евросоюза (мобильность между более развитыми северными и менее развитыми южными странами региона) свидетельствует, что в современных условиях для таких стран разрыв в уровнях заработной платы не является ни необходимым, ни достаточным стимулом мобильности рабочей силы. Часто в условиях равной оплаты труда люди делают выбор в пользу миграции из-за неэффективности функционирования рынка труда или его неразвитости1, хотя в целом наличие разрыва в оплате труда сохраняет свое значение для современной международной миграции.
Приобретая глобальный характер, миграция становится прибыльной сферой деятельности. Наряду с официальными и подконтрольными государству миграционными службами и службами по найму иностранной рабочей силы создаются целые сети частных агентов, посредников, контрабандистов-перевозчиков и агентств по найму, действующих часто нелегально и эксплуатирующих мигрантов, используя их в криминальных видах бизнеса (проституция, сбыт контрабанды, распространение наркотиков) и для работы на предприятиях в теневой экономике.
Некоторые исследователи приходят к выводу, что современная миграция становится самоподдерживающимся процессом. Причем сегодня одни страны становятся экономически зависимыми от эмиграции своей рабочей силы, в то время как экономиче-
1 Как показывают недавние исследования Института статистики Италии, из страны идет активный отток специалистов с высшим образованием и научными степенями. Опрос трех тысяч специалистов, эмигрировавших из Италии, показал, что причинами отъезда стали проблемы с трудоустройством по специальности, отсутствие перспектив карьерного роста, низкая оплата труда дипломированных специалистов. Непотизм, коррупция, политизированность экономической системы, по мнению большинства опрошенных, оставляют мало надежд на то, что молодой специалист может быть оценен по достоинству на родине. Итальянская газета «Corriere della sera» приводит типичный для сегодняшней Италии пример, когда специалист, в данном случае физик-ядерщик, имеющий научную степень и опыт работы за рубежом, не смог найти работу в Италии. Из 84 компаний, куда он разослал запросы, ему ответили только две; оба ответа были отрицательными. В то же время на все запросы в британские и немецкие фирмы он получил положительный ответ. В результате он теперь работает в Германии и не надеется вернуться в Италию. В 1999 г. доля уехавших работать за рубеж выпускников вузов северных провинций составила 7% (31).
ское благополучие других зависит от использования иностранных рабочих.
Влияние глобализации на миграционные процессы
Современная миграция является результатом не только всепроникающей рыночной идеологии и практики, ведущих к формированию единого рыночного пространства для товаров, капиталов, информации и людей, но также и следствием негативного воздействия неолиберального варианта глобализации на развитие отельных стран и регионов.
За последние 20 лет разрыв между Севером и Югом не только не сократился, но для большинства развивающихся стран углубился. Исключение составляют индустриализующиеся страны Юго-Восточной Азии, основой «экономического чуда» которых стала низкая стоимость промышленных товаров, связанная с дешевизной рабочей силы. Большинство же стран Юга, в первую очередь производители сельскохозяйственной продукции, оказались за чертой бедности, попав в порочный круг - отсталая экономика, нищета, неграмотность, социальные столкновения, плохое государственное управление, - и все это в условиях ограниченного доступа сельскохозяйственной продукции на рынки развитых стран. Хотя мировой экспорт за период с 1990 по 1998 г. вырос с 4,7 трлн. до 7,5 трлн. долл., доля наименее развитых стран в нем сократилась за тот же период с 0,5 до 0,4% (в 1980 г. она составляла 0,6%) (50).
Рост прямых иностранных инвестиций сопровождался их высокой концентрацией в определенных странах и регионах. По данным МОТ, 83% всех капиталов были направлены в 20 стран АТР. Но и в этом регионе основными получателями были всего четыре страны: Китай, Сингапур, Южная Корея и Малайзия. В то же время большинство стран Африканского континента оказались исключенными из процесса глобализации (там же).
Более того, для многих стран последствия либеральной глобализация оказались разрушительными. Либерализация торговли не привела к модернизации производства и снижению издержек национальных производителей, а лишь стимулировала вытеснение с внутренних рынков промышленных товаров и сельскохозяйственной продукции отечественного производства дешевым импортом, вело к разорению местных производителей и сокращению рабочих мест в этих секторах. Как пишет П. Стокер в своей книге
«Трудящиеся без границ», «неотъемлемые от глобализации процессы только усилили разрушительное воздействие модернизации и капиталистического развития» (39, с. 20).
Для многих развивающихся стран сегодня характерны устойчивая бедность и растущая безработица, потеря традиционных торговых партнеров, что ассоциируется с «растущим кризисом экономической безопасности».
По данным Всемирного банка, средний показатель разрыва в уровнях дохода на душу населения между беднейшими странами и наиболее богатыми странами мира увеличился с 41 раза в 1975 г. до 66 раз в 2000 г., а между наиболее богатыми и средними странами - с 8 до 16 раз. Темпы роста в 23 развивающихся странах в период с 1985 по 2000 г. были негативными, а в 55 - ниже средних для развитых стран, 2 против 3%.
Разрушительными для занятости в развивающихся странах стали и либеральные рецепты модернизации экономики и финансов, предлагавшиеся международными финансовыми организациями. Так, МВФ в обмен на кредиты настаивал на реализации правительствами развивающихся стран программ структурной адаптации, предусматривавших среди прочего сокращение бюджетных дефицитов за счет свертывания государственных расходов на социальные программы и приватизации государственных предприятий и компаний. Указанные меры существенно сократили возможности не только для занятости, но и для экономического выживания в странах «периферии». Бедственное экономическое положение многих стран Юга, и особенно на Африканском континенте, вело к социально-политической стагнации и провоцировало военные конфликты, следствием чего стали многочисленные беженцы. Возник своего рода новый тип миграции, когда трудно отделить беженца, просящего убежище, от мигранта, ищущего способ выжить. В этих условиях все попытки развитых стран остановить миграцию ведут лишь к дальнейшему увеличению численности нелегальных иммигрантов.
В то же время глобализация побуждает мигрантов из развивающихся стран искать новой жизни в «богатом мире». Электронные средства массовой информации, реклама, кино, спутниковое телевидение создают идеализированное представление о жизни в развитых странах, пробуждая стремление попытаться попасть туда. Такие глобальные телевизионные системы, как «ипт81оп» и «Те1етипёо», принимаются всеми системами кабельного телевидения в Латинской Америке, а маленькие телевизионные станции
в беднейших странах континента используют в своих программах американские новостные бюллетени.
Глобальная информационная сеть облегчает доступ потенциальным мигрантам к информации об имеющихся вакансиях и условиях найма и работы, о миграционном режиме и правилах оформления документов. Возникшая в последние годы миграционная индустрия, которая использует возможности Интернета, не только облегчает доступ к информации о возможных путях миграции и возможностях трудоустройства, но также предоставляет услуги по организации самого переезда.
Сегодня организацией трудоустройства своих граждан во многих странах Юга занимаются как частные компании, так и государственные органы. Например, в Южной Корее в 1980-е годы была создана Корейская корпорация зарубежного развития, которая занималась наймом рабочей силы для выполнения строительных контрактов за рубежом для южнокорейских и иностранных корпораций. На Филиппинах по образцу южнокорейской корпорации было создано Филиппинское агентство по найму для работы за рубежом.
Развитие технических средств связи и глобализация телефонии также рассматриваются многими исследователями как важный фактор, стимулирующий и облегчающий наряду с Интернетом миграционные процессы.
Резкое сокращение стоимости переезда в связи с глобализацией транспортной системы, произошедшей в конце 1970-х годов, сделали глобальное перемещение доступнее для все большего числа людей в мире, стимулировали стремительный рост туризма и зарубежных поездок. За период с 1980 по 1996 г. объем международных туристических поездок удвоился. Сегодня многие мигранты въезжают в промышленно развитые страны по туристическим визам в надежде найти работу. Такому решению способствует наличие в развитых странах обширного неформального сектора занятости, а также неудовлетворенный спрос на малооплачиваемый и тяжелый труд. Оставаясь в стране после истечения срока пребывания, туристы переходят в разряд нелегальных мигрантов.
Важным каналом трудоустройства за рубежом становится получение высшего образования за границей. Глобализация сегодня - это не только свободное рыночное пространство для обращения товаров и капиталов, но также и рынок услуг, к которым теперь относится сфера высшего образования. С начала 90-х годов на рынке образовательных услуг доминируют англоязычные стра-
ны. Если для Великобритании, Австралии и Канады обучение иностранцев до последнего времени было дополнительным источником доходов вузов, то США использовали подготовку зарубежных студентов для отбора специалистов, необходимых американской экономике.
С начала 1970-х годов США удовлетворяли потребности быстро развивающегося высокотехнологичного сектора экономики в инженерах, компьютерщиках и математиках за счет иностранных студентов. Правительство США на протяжении многих лет создавало иностранным студентам и аспирантам благоприятный визовый режим, предоставляло специальные гранты и стипендии. По окончании университета они также получали право на работу в США. По данным ОЭСР, 47% иностранных граждан, получивших в США послевузовское образование и докторскую степень (PhD), имеют временное или постоянное разрешение на жительство. Возможность остаться на работу в США в значительной степени определяет привлекательность американских университетов для выходцев из Индии, Китая, стран Восточной и Западной Европы. Доля оставшихся в США китайских выпускников американских университетов в конце 1990-х - начале 2000-х годов составляла 87%, индийских - 82%. Среди европейцев больше всего после завершения образования в США остается британцев - 79% (28). По утверждению руководителей американских университетов и представителей промышленных компаний, сокращение численности иностранных студентов, вызванное ужесточением визового режима после 11 сентября 2001 г., «угрожает США утратой основного источника экономического роста и инноваций» (22, с. 4).
Хотя глобализация предполагает свободу перемещения для капиталов, товаров, идей и людей, на практике свобода перемещения людей оказалась очень ограниченной. Глобальной стала элита, а что касается рабочей силы, то миграционный контроль в большинстве стран мира пока остается крайне жестким. Даже для новых своих членов из числа стран Восточной Европы Евросоюз пока сохранил ограничения на трудоустройство.
Глобализация миграционных процессов: Особенности формирования глобальных рынков труда в современных условиях
Под влиянием технического прогресса и вызванных им структурных преобразований в экономике большинства стран ми-
ра, а также под воздействием глобализации производственных систем и рынков товаров и капитала сегодня идет процесс формирования мирового рынка труда. С одной стороны, в большинстве стран мира активно растет спрос на высококвалифицированных работников различных специальностей, а с другой - сохраняется на высоком уровне спрос на дешевую рабочую силу, не имеющую квалификации.
Особенностью современного глобального рынка труда является то, что состав мигрирующей рабочей силы зависит не только от спроса и предложения на рынках труда в странах-донорах и странах приема иммигрантов, но также от иммиграционного режима и иммиграционной политики, проводимой в странах приема.
В отличие от рынков товаров и капитала, либерализация которых способствовала снижению протекционистских барьеров, национальные рынки труда сегодня хорошо защищены. Большинство развитых стран, разрешая въезд мигрантов для воссоединения семей, а также по гуманитарным соображениям (беженцы, лица, желающие получить политическое убежище, жертвы экологических катастроф), в то же время жестко контролируют и квотируют въезд трудовых мигрантов. Разрешения получает преимущественно высококвалифицированная рабочая сила.
Технический прогресс и формирование «экономики знаний» стимулируют спрос на профессионалов высокой квалификации, прежде всего в областях, связанных с информационными технологиями (математики, программисты). Сегодня мировой рынок высококвалифицированной рабочей силы формируют потоки специалистов, обладающих квалификацией не только в области информационных технологий, телекоммуникаций и обработки информации, но также в медицине и здравоохранении, образовании, в сфере морского и воздушного транспорта, журналистики и коммуникаций, индустрии развлечений.
Спрос на квалифицированный труд, превышающий предложение на национальных рынках труда, стимулирует конкурентную борьбу среди промышленно развитых и новых индустриальных стран за квалифицированных специалистов. В 1990-е годы эти страны активизировали свои усилия по привлечению таких работников на временной основе. Так, в США в 1990 г. был принят новый иммиграционный закон, предусматривавший выдачу квалифицированным работникам, в которых нуждается американская экономика, специальных долгосрочных виз (сроком от трех до пяти лет), дающих право на работу в США. Австралия и Канада раз-
работали системы пунктов, которые облегчают въезд специалистов, в том числе и из развивающихся стран, в качестве иммигрантов. В 2000 г. аналогичную систему ввела Германия с целью привлечь в немецкую экономику программистов и математиков. В 2002 г. Чехия и Великобритания также приступили к реализации программ по привлечению квалифицированной рабочей силы.
За период с 1995 по 2000 г. в странах Организации экономического сотрудничества и развития (ОЭСР) численность иностранных работников возрастала на 3-4% в год, причем темпы прироста высококвалифицированных мигрантов были намного выше и составляли, например, в Великобритании в этот период в среднем 35% в год, а в США - 14% в год (31; 44).
Другим конкурентным сегментом мирового рынка высокопрофессиональных специалистов стали кадры для международных компаний и транснациональных корпораций - менеджеры, бизнес-администраторы и квалифицированные работники различных специальностей. Верхнюю строчку в этом списке занимают специалисты и управляющие. Эти специалисты перемещаются из страны в страну при расширении торговли или направлении прямых иностранных инвестиций для передачи новых производственных технологий и управленческих методов. Три четверти таких работников мигрируют из одной страны в другую в рамках треугольника: США - Западная Европа - Юго-Восточная Азия.
Сегодня формируется рынок топ-менеджеров, на котором разворачивается борьба между ведущими транснациональными корпорациями. Некоторые исследователи даже полагают, что ключевым элементом современного этапа глобализации являются не сами прямые инвестиции или расширение торгового обмена, осуществляемые ТНК, а распространение ими унифицированной практики и стандартов деловой активности. Американская исследовательница С. Стрендж пишет, в частности: «Многонациональные компании управляют процессом глобализации путем принятия стратегических решений относительно размещения своих предприятий в тех или иных странах мира. Таким образом, происходит интернационализация производства, но также формируется стратегия развития производственной и управленческой деятельности в глобальных масштабах. Этот процесс облегчается путем сближения стандартов финансового учета и отчетности, торговых законов и прав интеллектуальной собственности. Ведущая роль в униформизации и стандартизации деловой активности в целом принадлежит крупным англо-американским фирмам, специализи-
рующимся на бухгалтерском учете и коммерческом праве» (цит. по: 25, с. 418).
Стимулирует развитие рынка управленческих кадров для ТНК активно развивающаяся глобализированная система бизнес-образования, специализирующаяся на подготовке кадров для работы в компаниях, оперирующих на глобальных рынках. Многие бизнес-школы становятся для своих выпускников агентствами по трудоустройству.
В последние годы активно развивается международная миграция высококвалифицированной рабочей силы различных специальностей, работающей по контрактам международных и неправительственных организаций по всему миру.
Временная миграция высококвалифицированных специалистов регулируется Генеральным соглашением по торговле услугами (ГАТС), разработанным Всемирной торговой организацией (ВТО). ГАТС относит временную международную миграцию «специалистов, оказывающих услуги», к четвертой форме услуг. Соглашение, направленное на либерализацию рынка услуг, в отношении мобильности высококвалифицированных специалистов устанавливает правила, регулирующие этот процесс. В частности, в соглашении определены требования, которые отдельные лица должны выполнять для того, чтобы работать за рубежом. В то же время ГАТС накладывает на страны, подписавшие соглашение, ряд обязательств, связанных как с процедурой выдачи разрешений на временный въезд на свою территорию иностранных физических лиц в качестве поставщиков услуг, так и с обеспечением таким специалистам недискриминационных условий оплаты труда. Благодаря ГАТС квалифицированные специалисты из развивающихся стран получают возможность легально работать в развитых странах, избегая дискриминации. В то же время временный характер перемещения физических лиц в соответствии с четвертым принципом ГАТС уменьшает опасения развивающихся стран в отношении переезда специалистов на постоянное место жительства.
Несмотря на трансформацию многих секторов экономики и внедрение передовых технологий в производство, в экономике как развитых, так и развивающихся стран на высоком уровне сохраняется спрос на дешевый неквалифицированный труд. В значительной степени этот спрос создается такими отраслями, как сельское хозяйство, добывающая, перерабатывающая и легкая промышленность, строительство. В последние годы активно растет спрос на
работу по дому, уход за больными, присмотр за детьми и престарелыми.
Спрос на труд иностранных рабочих генерируют также малые и средние предприятия, которые не в состоянии переместить свое производство в страны с более дешевой рабочей силой. Сегментация рынков труда в индустриальных странах вызывается тем, что все меньше людей в этих странах готовы заниматься низкооплачиваемой, опасной и непривлекательной работой. В результате в этих странах безработица сосуществует с растущим спросом на труд мигрантов.
В отличие от рынка профессиональных работников, где, с большими оговорками, можно говорить о формировании единого рыночного пространства, рынок низкоквалифицированной рабочей силы сегодня подвергается жесткому регулированию практически повсеместно, что ведет к его деформации.
Многие промышленно развитые страны, традиционно принимавшие рабочих-мигрантов, в последние два десятилетия ввели ограничительные миграционные правила и возвели непреодолимые барьеры для легального въезда рабочих-мигрантов, но при этом закрывают глаза на присутствие в своих странах большого числа незаконных иммигрантов, особенно тех, кто трудится на низкооплачиваемых рабочих местах.
Ограничения и ужесточения миграционных режимов, вводимые как развитыми и индустриализующимися, так и развивающимися странами часто в угоду общественному мнению и политической конъюнктуре, в условиях неудовлетворенного спроса на дешевую рабочую силу ведут к активизации нелегальных каналов «поставки» рабочей силы.
По разным оценкам, сегодня от 10 до 15% мигрантов не имеют легального статуса пребывания в стране приема. В частности, в США в 2006 г. находилось от 11 млн. до 12 млн. мигрантов с неурегулированным статусом, причем две трети из них проживали на территории США не менее десяти лет. По оценкам экспертов МОТ, в странах Западной Европе в начале 2000-х годов примерно пятая часть иммигрантов проживала незаконно (42). Например, во Франции в начале 2000-х годов доля нелегалов составляла 4% от общего уровня мигрантов, в Португалии и Испании - 14, а Греции и Италии достигала 25%. В странах Европы регулярно проводятся процедуры по легализации положения таких иностранцев.
Количество трудящихся-мигрантов с неурегулированным статусом в последнее время растет высокими темпами, чему в оп-
ределенной степени способствует дальнейшая коммерциализация миграционных процессов, включая процессы незаконного ввоза людей и торговли людьми. Использованию труда мигрантов вообще и нелегальной рабочей силы в частности в развитых странах способствуют также процессы дерегулирования рынков труда, внедрение гибких условий занятости и сокращение контрактных видов работ в пользу неформальных видов найма.
Ситуация усугубляется тем, что усилия, направленные на формирование приемлемых многосторонних рамок для регулирования этого процесса, преследующие цель сделать трудовую миграцию взаимовыгодной, до сих пор не увенчались успехом.
Как указывается в Глобальном докладе МОТ о принудительном труде, «возросший в последнее время объем незаконного ввоза/вывоза работников можно в основном объяснить несоответствием между предложением труда и наличием легальных рабочих мест в тех местах, где лица, занятые поиском работы, имеют законное право на жительство.
Незаконный ввоз/вывоз людей осуществляется не только в тех случаях, когда границы становятся барьерами для предложения рабочей силы, обеспечивающего спрос, но и при отсутствии знаний относительно надлежащих каналов миграции, когда сама по себе занятость имеет нелегальный и (или) подпольный характер, а также когда проявляется терпимость или игнорируются условия труда, устанавливаемые на уровне ниже легального минимума» (цит. по: 42, с. 7-8).
Как отмечается в докладе МОТ «За справедливый подход к трудящимся-мигрантам в глобальной экономике» (2004), «уровень потоков нелегальных работников служит четким показателем того, что спрос на легальных трудящихся-мигрантов не удовлетворяется их предложением, причем мигранты выступают в качестве буфера между политическими запросами и экономическими реалиями» (43, с. 12).
Тем временем доходы от незаконного ввоза людей, рассматриваемого сегодня многими международными организациями как «новая работорговля», по разным оценкам, составляют от 10 млрд. до 15 млрд. долл. в год (42, с. 8).
Особенность современного рынка труда состоит в растущем спросе на женский труд, особенно в трудоемких обрабатывающих отраслях и на многих предприятиях сферы обслуживания. Так, предприятия швейной промышленности в промышленно развитых странах нанимают женщин-мигрантов для замещения местных ра-
ботников, которые переходят на рабочие места с лучшими условиями труда. В более развитых странах старение населения повышает спрос на женскую рабочую силу в сфере здравоохранения. Другой источник спроса на женский труд - домашние хозяйства. В некоторых странах (Италии, Малайзии, Чили) в последние годы по мере роста благосостояния населения увеличивается спрос на домашнюю прислугу. Эти и другие причины объясняют заметную феминизацию современной миграции.
Еще совсем недавно женщины пополняли миграционные потоки в качестве жен или членов семей мигрантов и беженцев. В конце ХХ в. женщины составляли примерно 48% всех трудовых мигрантов. Значительная часть женщин сегодня мигрирует независимо от семьи, отправляясь за границу на заработки. В 2006 г. женщины составляли 60% всех рабочих-мигрантов в таких странах, как Филиппины, Шри-Ланка и Индонезия. В этих странах стремительный рост женской миграции наблюдался в период с середины 1980-х по конец 1990-х. Так, в Шри-Ланке доля женщин среди рабочих-эмигрантов с 1985 по 1999 г. выросла с 33 до 65%. На Филиппинах среди мигрантов, работающих за рубежом, женщины составляют 70%. Их заработки обеспечивают не только материальное благополучие членов семей, оставшихся на родине, но и большую часть валютных поступлений страны, откуда они приехали. Сегодня темпы прироста женской миграции в этих странах замедлились, в то время как стремительными темпами нарастает женская миграция из Бангладеш. С 1999 по 2006 г. число женщин, работающих за границей, выросло с 258 человек до 18,8 тыс. человек.
В то же время феминизация миграции сопряжена с серьезными нарушениями прав человека и высоким уровнем эксплуатации, поскольку женщины, как правило, находят работу в нерегулируемых сферах деятельности, таких как работа прислуги, сфера развлечений и секс-индустрия, где они не защищены ни рабочим законодательством, ни полицией.
Влияние глобализации на региональные рынки труда: Особенности миграционных процессов
Промышленно развитые страны Западной Европы
Современный рынок труда в странах Западной Европы находится в состоянии глубокого системного кризиса, порожденного
как объективными экономическими, демографическими и социальными процессами, так и неадекватностью политических мер, принимавшихся долгие годы для его разрешения. С одной стороны, во многих сферах производственной и экономической деятельности наблюдается нехватка рабочих рук, с другой - существует достаточно устойчивая структурная безработица. В то же время жесткие ограничительные меры на въезд иммигрантов, введенные в начале 70-х годов, привели к деформации миграционных потоков. Вместо рабочей силы, въезжающей по контрактам, как это было в 1950-1960-е годы, западноевропейские страны сегодня имеют дело с неконтролируемым и нерегулируемым потоком иммигрантов, въехавших на территорию страны нелегально, со всеми вытекающими отсюда негативными социальными последствиями (криминализация миграционного бизнеса, рост преступности и наркомании и как ответная реакция общества - ксенофобия и расовая нетерпимость).
Следует отметить, что корни указанной проблемы уходят в 1960-1970-е годы, когда для поддержания конкурентоспособности своей промышленности многие европейские страны использовали систему «гостевых рабочих» («гастарбайтеров»), которая предполагала ротацию иммигрантов. Однако с началом кризиса 1970-х годов оказалось, что большая часть «гостей» постаралась остаться в Европе. Новое же миграционное законодательство в большинстве стран, запрещавшее въезд иностранной рабочей силы, одновременно разрешило въезд иностранных граждан для «воссоединения семей». В результате сегодня три четверти приезжающих в страны ЕС - члены семей работников-иммигрантов. Особенно это характерно для стран, проводивших в 1950-1960-е годы политику рекрутирования иностранной рабочей силы в развивающихся странах. В Великобритании, например, около 80% новых иммигрантов -жены или дети уже осевших ранее иммигрантов. В то же время в Италии доля иммигрантов, приезжающих с целью трудоустройства, составляет 61%, в Португалии - 46%, а в Ирландии и Греции трудовая миграция является доминирующей (37).
В последние 30 лет увеличивался приток нелегальной рабочей иммиграции в Европу. По оценкам экспертов Центра по развитию миграционной политики (Centre for Migration Policy Development), количество иммигрантов, ежегодно прибывающих в Европу нелегально, составляет 500 тыс. человек, причем большая часть из них находит работу. Многие страны сочли для себя приемлемыми меры по легализации таких иммигрантов. Например, в Италии,
наиболее подверженной нашествию «нелегалов», в ходе легализации иммигрантов, работающих в стране не менее трех месяцев, общая численность иностранных граждан возросла на 50% и составила в общей сложности 2,6 млн. человек. Всего в странах Евросоюза за период 1995 по 2002 г. было легализовано 2,5 млн. иммигрантов (там же).
По различным данным, в 15 странах Евросоюза в 20012002 гг. проживали от 18,7 млн. до 22,7 млн. иностранных граждан, имеющих легальный статус (37). Некоторые эксперты оценивают численность иммигрантов первого поколения, живущих и работающих легально и нелегально в странах Западной Европы, в 33-36 млн. человек. Наибольшая доля иностранных граждан в общей численности населения в 2006 г. была в Люксембурге - 37,3%, Лихтенштейне - 33,5 и Швейцарии - 22,9%. В ФРГ этот показатель в 2004 г. составляла 8,2% (9% от общей численности работающих), во Франции - 5,4 (5,4% от общей численности работающих), Нидерландах - около 4,3 (3,6% от общей численности работающих), в Великобритании - 4,8% (5,4% от общей численности работающих). Если в этих странах доля иммигрантов за период с 1990 г. существенных изменений не претерпела, кроме ФРГ, где она выросла на 1,5%, то в странах Южной Европы и в Ирландии доля иммигрантов существенно возросла. Например, в Греции - с 2,2 до 7%, а в Ирландии - с 2,3 до 5,5%. Наибольший прирост численности иммигрантов в период с 2000 по 2005 г. наблюдался в Испании - 194,2%, или 3,1 млн. человек, и в Италии -54,1 млн., где число иммигрантов увеличилось за этот период на 884 тыс. человек. Причем в Испании доля иностранных рабочих в общем числе работающих составила в 2004 г. 9,3% против 1% в 1990 г.
С расширением Евросоюза до 25 стран в регионе возросла внутрирегиональная миграция, на ее долю приходилось до 30% мигрантов в 1998-2004 гг. В большинстве стран ЕС сегодня 25% всех мигрантов - выходцы из стран Евросоюза, а в таких странах, как Бельгия, Ирландия, Люксембург и Словакия, их доля достигает 50% (51, с. 456).
В последние 30 лет рынок труда в западноевропейских странах испытал существенную трансформацию под влиянием процессов структурных преобразований производства и экономической деятельности, вызванных микроэлектронной революцией и стимулируемых ею процессов глобализации промышленного производства, мировой торговли и финансовой сферы.
Для промышленно развитых стран это означало сокращение спроса на ручной труд, вызванное переводом трудоемких производств в развивающиеся страны и внедрением новых технологий, а также развитие сферы услуг, генерирующей спрос как на высококвалифицированный, так и на неквалифицированный труд. Особенностью этого этапа развития стали нестабильность в сфере занятости, рост частичной занятости, стремительное расширение неформального сектора экономики.
В ходе структурного преобразования экономики индустриальных стран Запада сложился сегментированный рынок труда. С одной стороны, внедрение высоких технологий, ведущее к формированию «экономики знаний», расширение и диверсификация сферы услуг стимулируют спрос на специалистов высокой квалификации. С другой - сохраняется высокий спрос на низкоквалифицированную и малооплачиваемую рабочую силу в трудоемких видах производства.
В европейских странах произошли изменения в структуре не только спроса, но и предложения на рынке труда. Повышение уровня благосостояния, появление массового среднего класса ускорили социальную мобильность и повысили ожидания трудящихся. Нехватка рабочей силы наблюдается прежде всего в сферах производства, где работа связана с тяжелыми условиями труда, плохо оплачивается или малопрестижна с точки зрения социального статуса. Так, во Франции в 2000 г. из 2,5 млн. рабочих вакансий было заполнено чуть больше 2 млн. Остальные так и остались незаполненными. Дефицит рабочей силы наблюдался в сфере услуг, гостиничном хозяйстве, машиностроении, розничной торговле, строительстве, на транспорте, в сельском хозяйстве, пищевой и текстильной промышленности.
Дефицит предложения со стороны рынка труда характерен для промышленности и других европейских стран - Великобритании, Италии, Бельгии, Нидерландов, Швеции. В Великобритании, например, в 2003 г. из 679 тыс. вакансий 137 тыс. остались незанятыми из-за нехватки работников соответствующих специальностей, а при заполнении 271 тыс. рабочих мест работодатели столкнулись с большими трудностями (31). Причиной дисбаланса спроса и предложения рабочей силы на рынке труда европейских стран стала, по мнению экспертов, помимо прочих факторов, слабая подготовка рабочей силы, не отвечающая требованиям современного конкурентного и мобильного рынка, и неспособность самой рабочей силы адаптироваться к меняющимся условиям
производства. К тому же для европейских стран всегда была характерна низкая профессиональная и территориальная мобильность рабочей силы.
Проблема занятости во многих западноевропейских странах усугубляется тем, что мелкие и средние предприятия, возникшие в ходе структурных преобразований экономики, сегодня полностью исчерпали свои конкурентные преимущества и вынуждены нанимать иммигрантов, согласных работать за низкую зарплату. Особенно это характерно для стран Южной Европы, в частности для Италии.
Еще одно обстоятельство, определяющее сегодня состояние рынка труда и миграционную ситуацию в регионе, - катастрофическое старение населения европейских стран в условиях многолетнего сокращения рождаемости. По оценкам ООН, для поддержания численности трудоспособного населения на нынешнем уровне европейские страны ежегодно нуждаются в импорте 1,6 млн. иностранных рабочих, а для того чтобы сохранить баланс между работающими и пенсионерами, необходимо увеличить число работающих иммигрантов в 9 раз.
Стремительное развитие новых технологий и быстрый рост высокотехнологичной сферы услуг создают дефицит на рынке высококвалифицированных специалистов. Эксперты Комиссии по социальным проблемам и занятости ЕС в ближайшие годы прогнозируют дефицит специалистов в области информационных технологий на уровне 1,7 млн. человек. В ответ на складывающуюся ситуацию западноевропейские страны начинают стимулировать иммиграцию специалистов в области информационных и иных высоких технологий, используя для этого опыт США. Например, в ФРГ, по аналогии с США, для таких специалистов создана система так называемых «зеленых карт»: правительство выделило 20 тыс. специальных разрешений на долговременное проживание и работу для специалистов в области информационных технологий.
В Великобритании в конце 1990-х годов доля квалифицированных работников среди иммигрантов составляла 40% (в том числе благодаря обучению большого числа иностранных студентов и аспирантов в вузах страны). Во Франции и Нидерландах, по разным оценкам, эта доля составляет от 15 до 30%, в то время как в США она достигает 80%.
В целом наблюдается дефицит и в научных работниках, преподавателях университетов, инженерах, медицинских работниках; этот дефицит стал результатом диспропорций на рынке труда, во
многом вызванных коммерциализацией образования. Будущие дипломированные специалисты стараются получить такое образование, которое в дальнейшем обеспечит им достаточно высокий доход, необходимый в том числе для возврата студенческих кредитов. Сокращение расходов на образование ведет к падению престижа научных профессий из-за снижения оплаты труда в высшей школе. Британский союз инженеров неоднократно высказывал озабоченность закрытием в отдельных вузах страны естественнонаучных и инженерных кафедр под предлогом отсутствия спроса на эти специальности со стороны абитуриентов. Британская академическая общественность всерьез озабочена старением профессорско-преподавательских кадров и рассматривает возможность привлечения на работу своих выпускников из числа иностранных граждан.
В Великобритании действует Программа приема высококвалифицированных специалистов (Highly skilled migrant programme), разрешающая свободный въезд в страну сроком на один год специалистов, необходимых вузам, научным лабораториям и институтам, и дающая возможность продления пребывания таких специалистов на неограниченный период времени.
Старение населения в странах Западной Европы порождает высокий спрос на специалистов различной квалификации в сфере медицинских и социальных услуг, а также личных услуг, оказываемых лицам преклонного возраста. Например, в Великобритании почти одна треть врачей и 13% медицинских сестер имеют иностранное происхождение, а половина внештатного персонала, нанятого Национальной службой здравоохранения за последнее десятилетие, получила квалификацию за рубежом. Швеция и Норвегия в последние годы рекрутируют медицинский персонал в других странах.
В то же время многие европейцы, особенно высококвалифицированные специалисты, уезжают, если не навсегда, то на достаточно длительный срок, работать за рубеж. Этому способствуют такие процессы, как деятельность транснациональных компаний, глобализация системы высшего образования, развитие деятельности различных неправительственных организаций, реализующих международные программы помощи развивающимся странам.
По данным экспертов Евросоюза, из 15 тыс. аспирантов из стран - членов Евросоюза, обучавшихся в университетах США за период с 1991 по 2000 г., 71% остался в стране. Например, в конце
90-х годов из Италии ежегодно уезжали в США и оставались там 4% от общего числа выпускников вузов (27).
В отсутствие регулирующих мероприятий в сфере иммиграции рынок иностранной рабочей силы развивается стихийно. Сегодня иммигранты занимают те рабочие места, которые потеряли привлекательность для европейцев. Например, по данным министерства труда Италии, иностранные рабочие заняты в таких сферах, как сбор и переработка мусора, металлургическое и литейное производство, складские работы, строительство, ресторанный бизнес (посудомойки, официанты, уборщики) и больницы (санитары, вспомогательный персонал, сиделки и даже медсестры). В целом иностранная рабочая сила в европейских странах не столько создает конкуренцию на рынке труда, сколько компенсирует отсутствующее со стороны национальной рабочей силы предложение.
В 2000 г. иммигранты составляли в общей численности рабочей силы в Швейцарии - 18,3%, Австрии - 10,5, Бельгии - 8,9, Германии - 8,8, Франции - 6, Швеции - 5, Норвегии - 4,9, Великобритании - 4,4, Италии - 3,6%. В Люксембурге иностранные работники составляют 57,3% всех работающих (44; 50).
Из приведенной ниже таблицы видно распределение по видам занятости иностранной рабочей силы, работающей в странах Евросоюза.
Что касается секторов экономики, то больше всего иностранные рабочие в европейских странах заняты в промышленном производстве (23,8% всех иммигрантов), затем следует розничная торговля и услуги в сфере недвижимости (12,8 и 12,2% соответственно), строительство (10,8%), гостиничный и ресторанный бизнес (9,9%). Достаточно большая доля иммигрантов работает в сфере общественных услуг - здравоохранении и социальном обеспечении (7,7%), образовании (4,5%). В сфере личных услуг работает 5,1%, в домашних хозяйствах - 2,0%.
Это лишь средние показатели, в различных странах они существенно различаются.
Так, в Италии 80% всех иммигрантов заняты в домашних хозяйствах, сфере оказания услуг по уходу за престарелыми и в системе социального обеспечения и здравоохранения (в основном малоквалифицированный медицинский персонал).
Таблица (35, с. 34) Распределение экономически активных иммигрантов по видам занятости
Профессиональный уровень Граждане ЕС из Зап. Европы* Граждане ЕС из Юж. Европы** Страны ЦВЕ и респ. бывшего СССР*** Турция Африка, Сред. Восток США, Канада Австралия Лат. Америка Азия Всего
Высоко-квали-фициро-ванные специалисты 53,7 21,1 17,9 12,1 19,9 68,0 27,4 32,7 29
Специалисты средней квалификации 11,5 6,8 5,3 6,1 7,8 11,9 12,3 5,4 7,8
Низко-квали-фициро-ванные специалисты, занятые неручным трудом 12,6 16,0 16,1 12,3 13,8 6,5 23,3 25,3 14,5
Квали- фициро- ванный ручной труд 9,6 24,6 24,7 24,2 4,4 15,1 7,7 19,9
Неква- лифици- рован- ный ручной труд 12,5 31,5 36,0 41,7 34,2 7,5 21,9 29,0 28,6
Военные 0,1 0,1 0,2 1,7 0,1
Всего 100,0 100,0 100,0 100,0 100,0 100,0 100,0 100,0 100,0
Источник: European labour force survey 2002.
* Страны ЕС, кроме Италии, Греции, Португалии и Испании (+ Исландия, Лихтенштейн, Норвегия, Швейцария).
** Италия, Греция, Португалия и Испания.
*** Страны Центральной и Восточной Европы, Балканские страны и страны -бывшие республики СССР.
В Великобритании также увеличивается число иммигрантов, работающих в системе здравоохранения, и они занимают высшие строчки в рейтинге занятости. 31% всех врачей и медицинских сестер в английских больницах - выходцы из других стран; в Лондоне этот показатель еще выше - 47%. Другими сферами деятельности иммигрантов в Великобритании в последние годы являются компьютерные услуги (17,2% всех разрешений на въезд в страну, выданных в 2002 г.), деловое администрирование, управление и бизнес (12,7% разрешений), образование (8,4%), ресторанный и гостиничный бизнес (6,9%) (31).
В Испании, по данным ОЭСР за 2002 г., 8,5% иммигрантов работают в сельском хозяйстве и 16,5% - в гостиничном и ресторанном бизнесе. В Австрии 24,0% иностранных рабочих заняты в горнодобывающей и обрабатывающей отраслях промышленности и в энергетике. В Португалии 30% иммигрантов работают в строительстве, а в Финляндии такой же процент иммигрантов числится преподавателями в школах; в Норвегии 21% - работники здравоохранения и сферы муниципальных услуг, в Греции 17% заняты в домашнем хозяйстве (44).
В условиях сокращения численности трудоспособного корневого населения Еврокомиссия признала объективную необходимость миграции в страны Евросоюза. При этом специалисты видят решение проблемы не в либерализации миграционного режима, а в создании скоординированной политики квотирования иностранной рабочей силы, построенной с учетом экономических потребностей той или иной страны.
С конца 1990-х годов многие европейские страны стали возвращаться к системе предварительной выдачи разрешений на работу для приезжающих в страну иммигрантов, исходя из потребностей рынка труда.
Например, в Великобритании количество иностранцев, ежегодно въезжающих в страну на основе разрешений на работу, за период с 1991 по 2002 г. увеличилось в пять раз. Разрешения выдаются на срок от нескольких месяцев до нескольких лет в основном для лиц, занятых предпринимательской и интеллектуальной деятельностью. Для рабочих низкой квалификации (сезонные рабочие в сельском хозяйстве и работники базовых отраслей промышленности и сферы услуг) введены специальные схемы рекрутирования для выполнения временных работ (сроком от пяти недель до шести месяцев для сельскохозяйственных рабочих и до одного года для занятых в промышленности и сфере услуг).
Для таких категорий иммигрантов устанавливают специальные квоты, размер которых зависит от потребностей национальных производителей и состояния рынка труда. В 2005 г., например, квоты для сельского хозяйства были сокращены на 35% по сравнению с 2004 г., а для базовых секторов экономики - на 25%. Как указывалось выше, для привлечения высококвалифицированных специалистов в области передовых технологий, а также исследователей и ученых в Великобритании действует специальная миграционная программа; для граждан Британского Содружества в возрасте от 17 до 30 лет существует особая программа так называемых «рабочих каникул» (working holidaymakers), участие в которой дает право на пребывание и работу в стране в течение двух лет. Для многих молодых людей эта программа, действующая с 2003 г., открывает возможности для постоянного трудоустройства в метрополии (13; 31).
В целом практика квот и выдачи временных разрешений на въезд мигрантов с целью трудоустройства сегодня получает все большее распространение. Квоты вводит все большее число стран, стремящихся регулировать как состав иностранной рабочей силы, так и время ее пребывания в стране. Квоты могут устанавливаться в отношении использования труда иммигрантов в отдельных районах страны или, что практикуется чаще всего, для определенных профессий или определенных секторов. Австрия, например, ввела квоты для сезонных работников в секторе туризма и в сельском хозяйстве. В Греции, Нидерландах, Португалии и Франции квоты действуют в сельском хозяйстве, горнодобывающей промышленности, торговле и на транспорте. Швеция ввела квоты для сельского хозяйства.
В некоторых странах квоты введены с учетом перечня стран, для граждан которых существует специальный режим временной иммиграции. Обычно такое квотирование связано с наличием у страны-донора и страны, принимающей мигрантов, двусторонних соглашений, регулирующих миграцию. Например, у Италии существуют «особые» отношения с Албанией, Тунисом, Марокко, Египтом, Нигерией, Шри-Ланкой, Бангладеш, Филиппинами, Пакистаном и Сомали, для граждан которых устанавливаются специальные квоты на въезд и работу в стране. Кроме этого, итальянское правительство после принятия нового иммиграционного законодательства в 2002 г. заключило со странами Балканского полуострова, а также с Молдовой и Румынией соглашения о регулировании миграции сезонной рабочей силы, в рамках которых
также устанавливаются специальные квоты и взаимные обязательства сторон по контролю за миграционными потоками.
В последние годы меняется состав и уровень квалификации «новых иммигрантов» в европейских странах. Если до начала 90-х годов в Европу в основном прибывали малообразованные мигранты из стран Среднего Востока - Турции и Ливана, а также из Северной Африки (Алжира, Марокко, Египта), то в 1990-е годы миграция рабочей силы шла в основном из бывших социалистических стран Восточной и Центральной Европы и республик бывшего СССР. В 2006 г. 60% иммигрантов в страны Европы приезжали из других стран Евросоюза, прежде всего из Польши, Румынии и Болгарии, а также из бывших советских республик - Украины и Молдовы. По сравнению с 2000 г. в 2006 г. возросла эмиграция из ФРГ, мигранты из Германии обычно переезжают в соседние страны - Польшу, Австрию, Швейцарию, Нидерланды и Данию. Относительно небольшое число мигрантов приезжает из стран Латинской Америки. В последние годы наметился приток мигрантов из стран Тропической Африки.
Северная Америка: США
Структурные преобразования в экономике США, произошедшие за последние 20 лет под влиянием внедрения новых технологий и в русле стратегии повышения конкурентоспособности американских товаров на мировом рынке, привели к радикальной трансформации производственного процесса и, как следствие, к усилению дифференциации и сегментации в структуре занятости и рынков труда.
В борьбе за повышение конкурентоспособности многие американские фирмы пошли по пути внедрения новых технологий в сочетании с использованием новых гибких систем администрирования и управления, в том числе и в сфере управления человеческими ресурсами. Внедрение гибких технологий и форм организации производства не только отразилось на структуре и уровне занятости, размерах оплаты труда, но также на системе трудовых отношений. Широкое распространение получили частичная занятость, почасовая и надомная работа. Эта тенденция берет начало еще в 1970-е годы. Так, за период с 1977 по 1986 г. доля частично занятых увеличилась с 22 до 33%, причем заработная плата у 80% таких рабочих (по оценкам, 50 млн. человек) составляла менее 11 тыс. долл. в год (14). Новые формы организации труда были
взяты на вооружение не только в промышленности, но и в сфере услуг.
Начало 90-х годов XX в. ознаменовалось усилением акцента на развитии экспорта и укреплении позиций американской экономики на мировых рынках как главного мотора экономического развития страны. «Новая экспортная стратегия», принятая в 1993 г. в США и являющаяся фактически одним из проявлений глобали-стских устремлений американского бизнеса, напрямую увязывала создание новых рабочих мест в стране с развитием внешней торговли. Основной акцент делался на торговле высокотехнологичными товарами. По оценкам специалистов, экономический рост 90-х годов на 1/3 был связан с экспортной экспансией. Число компаний, реализующих 2/3 и более своей продукции на внешних рынках, возросло, и сейчас в этот список наряду с известными всем гигантами (ИБМ, «Интел», «Кока-Кола», «Кодак», «Ксерокс» и др.) входят и более мелкие фирмы. Еще три десятилетия назад торговля давала США примерно 10% их валового национального продукта, а к началу нового тысячелетия эта доля составила уже свыше 30%.
Расширение производства высокотехнологичных видов продукции и наукоемких производств и перевод трудоемких производств в регионы с дешевой рабочей силой не привели, однако, к сокращению спроса на неквалифицированный или малоквалифицированный труд в самих США. Значительная часть низкооплачиваемых рабочих мест и видов занятости создается, как это ни парадоксально звучит, современной информационной экономикой. На американском рынке труда сосуществуют, с одной стороны, высокооплачиваемая работа для квалифицированных работников и специалистов, а с другой - работа в неформальном секторе, носящая часто случайный характер. Одновременно с этим во многих сферах производства в последнее десятилетие развивался процесс сокращения контрактных рабочих мест, обеспечивающих стабильную занятость и соответствующее вознаграждение труда.
В США сегодня неформальный труд характерен для многих предприятий швейной и обувной промышленности, производства спортивных товаров, мебели, электронных компонентов, в сфере транспортных услуг и на строительных работах.
Дерегулирование рынков труда и их сегментация создают новые возможности для трудоустройства наименее защищенным, но заинтересованным в получении работы иммигрантам, в том числе и нелегально въехавшим в страну.
Хорошо известно, что трудовые ресурсы США исторически сложились за счет иммигрантов; и в XX в., как и прежде, рынок труда в США продолжал во многом зависеть от притока иностранной рабочей силы.
Так, акцент на развитии высокотехнологичных отраслей производства, так же как стремительное развитие сферы интеллектуальных услуг (финансовый менеджмент, страховые услуги, консалтинг, юридические услуги, создание программного обеспечения и т. п.), стимулировал спрос на специалистов высокой квалификации. В связи с этим правительство США под давлением заинтересованных корпораций несколько раз пересматривало иммиграционный закон 1990 г. в сторону увеличения квот для иностранных высококвалифицированных специалистов, приезжающих в США для временной работы.
Компании настаивали на том, что привлечение высококвалифицированной рабочей силы из-за рубежа уменьшает дефицит соответствующих специалистов и позволяет сокращать издержки на заработную плату, что способствует получению конкурентных преимуществ. В результате количество разрешений на въезд специалистам по визовой программе, дающей право на работу в США в течение шести и более лет, было увеличено с 54 тыс. человек до 115 тыс. человек в 1999 г.
Однако расширение привлечения иностранных специалистов, особенно из Индии и Китая, под предлогом «бума» в информационном секторе экономики вызвало неоднозначную реакцию в обществе и среди законодателей в связи с опасениями сокращения уровня заработной платы в секторе, а также уменьшения занятости среди американских специалистов. В результате закон увеличил квоты только на период с 1999 по 2000 г. с условием их сокращения в 2002 г. до уровня 65 тыс. Одновременно для работодателей был введен налог, взимаемый за каждого нанятого иностранного специалиста, въехавшего на основе визы И1-Б, в размере 500 долл. Эти средства должны направляться в Фонд финансирования программ профессионального обучения американских рабочих. Дальнейшая борьба компаний за расширение привлечения иностранных специалистов привела к тому, что в соответствии с Законом о конкурентоспособности США в XXI в., вступившим в силу в октябре 2000 г., в течение трех лет количество виз, выдаваемых специалистам высокой квалификации, было увеличено до 195 тыс. (44).
Новый закон облегчал работникам процедуру продления времени своего пребывания в стране по истечении срока визы в целях поиска новой работы. В квоты не были включены преподаватели высшей школы, а также научные исследователи, приезжающие для работы в неприбыльных и государственных научно-исследовательских институтах. Для квалифицированных специалистов существует еще одна категория виз, выдаваемых работникам транснациональных компаний и разрешающих временную работу сроком на семь лет.
В рамках Североамериканского соглашения о свободной торговле (North American Free Trade Agreement - NAFTA) для квалифицированных специалистов из Мексики была установлена квота в размере 1,5 тыс. человек в год, а для специалистов из Канады - безлимитный режим, в результате чего численность высококвалифицированных специалистов из Канады, приезжающих на работу в США, увеличилась в период с 1994 по 1999 г. с 25 тыс. до 60 тыс. человек (там же).
Отряд квалифицированных специалистов, столь необходимых быстро развивающемуся сегменту высокотехнологического производства и так называемой «новой экономике», пополняется также за счет студентов и аспирантов, приезжающих на обучение в США. Наибольшее количество иностранных дипломированных специалистов оседает в США из таких стран, как Китай (88%), Индия (79%). Среди европейцев больше всего остаются в США на длительное время, а еще чаще на постоянное жительство ученые и исследователи из Великобритании.
Неквалифицированная или низкоквалифицированная сила, также необходимая американской экономике, прибывает в основном из Мексики и стран Карибского бассейна, а также из Азии.
В 1990-е годы из Мексики на заработки ежегодно прибывали около 250 тыс. легальных рабочих и еще более 300 тыс. нелегальных мигрантов. Иммигранты из Мексики всегда составляли большую часть работников в аграрном секторе граничащих с Мексикой штатов. В частности, в Калифорнии их доля превышает 50% всех сельскохозяйственных рабочих, занятых на плантациях штата. Мексиканский исследователь А. Каналес замечает по этому поводу, что мексиканские сельскохозяйственные рабочие стали частью процесса глобализации калифорнийского агробизнеса (14). Власти штата рассматривают мигрантов из Мексики как местную рабочую силу, закрывая глаза на то, что значительная часть рабочих прибыла в США нелегально.
Иммигранты из Мексики и других стран Южной Америки и Карибского бассейна работают в США преимущественно в строительстве, розничной торговле, в промышленности, в домашнем хозяйстве. Из-за ужесточения иммиграционного контроля и мер по борьбе с нелегальными иммигрантами на американо-мексиканской границе миграция из «циркулирующей» и временной превращается в постоянную.
На состояние рынка труда в США в последнее время влияет политика перевода транснациональными корпорациями своих предприятий в развивающиеся страны, поближе к дешевой рабочей силе и источникам сырья. Дополнительным стимулом для перевода предприятий была экономия на расходах по охране окружающей среды, поскольку в большинстве развивающихся стран отсутствует жесткое экологическое законодательство.
Что касается высокотехнологичных секторов экономики, то до последнего времени крупные американские корпорации и ТНК привлекали иностранную высококвалифицированную силу в США, уменьшая тем самым дефицит на рынке труда и сокращая издержки на заработную плату путем снижения давления на рынок занятости. Однако развитие информационных технологий и электронных средств связи сделали возможной «утечку рабочих мест» и из «новой экономики».
Стремясь сократить издержки и повысить конкурентоспособность, многие крупные корпорации начинают передавать иностранному подрядчику некоторые бизнес-функции или отдельные бизнес-процессы, что сопровождается выведением рабочих мест за границу. Этот процесс получил название «аутсорсинга»1. По данным аналитической компании «Forrester Research», в 2003 г.
1 Аутсорсинг (от англ. outsourcing, использование внешних источников или средств) - способ оптимизации деятельности предприятий за счет сосредоточения их на основном производстве и передачи непрофильных функций сторонним специализированным компаниям. Аутсорсинг получил большое распространение во всем мире в течение последнего десятилетия во многом благодаря бурному развитию информационных технологий. Наиболее часто аутсорсинг применяется в сфере информационных технологий, для ведения бухгалтерии, при расчетах заработной платы, выполнении функций административной поддержки, обслуживании корпоративной собственности, организации питания и уборки офиса, обеспечения безопасности и пр. Рынок аутсорсинга является одним из самых динамичных, поскольку многие компании финансового и страхового сектора с его помощью стремятся сократить затраты и повысить эффективность своей деятельности.
из США было выведено 588 тыс. рабочих мест, а к 2015 г. их число может достичь 3,3 млн.
Основным направлением для вывода рабочих мест из секторов «новой экономики» США стала Индия (5). Американские корпорации не только приобретают программные продукты, созданные индийскими программистами, передают индийским сервисным компаниям делопроизводство, операции по ведению отчетности и рутинную бухгалтерскую работу, но и выполнение более сложных функций. Так, американские медицинские компании в целях сокращения издержек в последнее время стали отсылать рентгеновские снимки своих клиентов на анализ в Индию. К услугам индийских компаний в последние годы начали было прибегать и федеральные государственные учреждения, а также власти штатов. Однако жесткая критика профсоюзов и общественное недовольство заставили недавно сенат США принять закон, запрещающий использование иностранной рабочей силы для выполнения отдельных работ при реализации правительственных проектов. Под давлением общественности администрация штата Индиана, например, вынуждена была отказаться от контракта с индийской фирмой «Tata Consultancy Services» на обработку данных о масштабах безработицы, хотя американские компании в среднем запрашивали за подобную работу на 8 млн. долл. больше, чем их индийские конкуренты.
Несмотря на опасения, связанные с тем, что аутсорсинг выведет рабочие места и ухудшит условия занятости для высококвалифицированных специалистов, эксперты полагают, что аутсорсинг в целом оказывает позитивное влияние на экономику всех участников процесса, поскольку ведет к повышению производительности, сокращает инфляцию и повышает покупательную способность потребителей. Так, по мнению исследователей «McKinsey Global Institute», рабочие места, выведенные за границу, приносят компаниям и экономике прибыль. С каждого доллара, израсходованного на аутсорсинговые услуги в Индии, американская экономика должна получить прибыль в размере как минимум 1,12 долл., из которых почти 0,6 долл. уходят к компании-работодателю. В то же время за счет аутсорсинга высвобождаются другие рабочие места для американцев, а также дополнительные суммы на научные исследования. Общее повышение производительности, стимулируемое процессом аутсорсинга, по мнению экспертов, будет способствовать созданию в США к 2008 г. дополнительно 317 тыс. рабочих мест (5).
Северная Америка: Мексика
Мексиканская экономика всегда была тесно привязана к экономике США, являясь фактически ее сателлитом. Глобализация еще больше деформировала экономическую стратегию мексиканского правительства и участие мексиканской промышленности в системе международного разделения труда, усилив зависимость некоторых отраслей от американских ТНК, которые включили многие мексиканские предприятия в свои глобальные производственные системы.
Экономический и финансовый кризисы, поразившие мексиканскую экономику в начале 1980-х годов, положили конец стратегии индустриализации страны на основе развития импортозамещающих производств. Новая политика, направленная на преодоление кризиса и адаптацию экономики к меняющимся условиям в мировой экономике, предусматривала рыночные реформы и сокращение присутствия государства в экономике, а также большую экспортную ориентацию производства, предусматривавшую включение мексиканской промышленности в систему субконтрактных отношений с другими странами, прежде всего с США. Наиболее ярким примером этой стратегии стало создание вдоль границы Мексики с США так называемых «maquiladora» -предприятий, занимающихся сборкой из ввезенных без пошлины импортных компонентов готовой продукции, которая затем реэкспортировалась в США.
Результатом новой экономической политики стали, с одной стороны, рост экспорта продукции сборочных предприятий, а с другой - модернизация, иногда после приватизации, отдельных предприятий, обладавших конкурентным потенциалом. Это относится, в частности, к телекоммуникационной системе и энергетическому сектору, где сохранились предприятия с государственным участием.
Однако либерализация торговли привела также к экспансии на мексиканском рынке дешевой импортной продукции, прежде всего из стран ЮВА, а также продукции ТНК, разместивших свои предприятия в Мексике. Все это негативно сказалось на положении мексиканских производителей, оказавшихся не в состоянии конкурировать с дешевым импортом. Не выдерживая конкуренции, многие мексиканские производители вынуждены были либо внедрять гибкие производственные системы и технологии, повышающие производительность труда, либо становиться субподряд-
чиками и сборочными предприятиями крупных иностранных производителей. Однако чаще всего вместо модернизации на предприятиях вводились системы гибкого использования рабочей силы и дерегулирование трудовых отношений. Результатом такой стратегии конкурентоспособности стали массовая безработица, сокращение оплаты труда, нестабильная занятость. Новая стратегия способствовала также развитию неформального сектора.
К концу 1990-х годов в Мексике завершился этап дифференциации промышленного производства. С одной стороны, сложилась группа переживающих спад предприятий, работающих на внутренний рынок, а с другой - группа активно развивающихся, ориентированных на экспорт сборочных предприятий, связанных с американскими компаниями и работающих на американский рынок. Однако включение «maquiladora» в систему субподрядных отношений с американскими компаниями сделало этот сектор производства зависимым от американского рынка; поэтому, когда конъюнктура на американском рынке ухудшилась, произошло сокращение тысяч рабочих мест на мексиканских предприятиях.
Несмотря на то что деятельность таких предприятий увеличивала экспорт промышленной продукции, в целом она не способствовала ни повышению темпов развития страны, ни росту занятости. На предприятиях этого типа использовалась исключительно малоквалифицированная дешевая и не охваченная трудовыми соглашениями рабочая сила. Более того, расширение деятельности таких предприятий вело к общему ухудшению условий занятости в стране - снижению уровня вознаграждения, изменению продолжительности рабочего времени, внедрению новых форм организации трудового процесса, пересмотру трудовых соглашений. К тому же распространенными способами повышения конкурентоспособности стали снижение обменного курса и сдерживание роста заработной платы. В 2001 г. час работы на таком предприятии оплачивался по ставке в среднем 1,8 долл., что намного ниже, чем часовая ставка за самый неквалифицированный труд в США.
С начала 1980-х годов в мексиканской промышленности происходит неуклонное снижение минимальной заработной платы, в результате чего за десять лет реформ она понизилась почти на треть. В то же время доля лиц, чей заработок не превышает минимальной заработной платы, в общем числе занятых за эти годы возросла с 27,7 до 37,5% (14).
Другим следствием глобализации стало распространение неформального сектора в экономике страны. По разным оценкам, в неформальном секторе в Мексике, где создается примерно третья часть ВВП страны, работают от 44 до 57% всех занятых. В то же время заработная плата в этом секторе более чем втрое ниже минимального официального уровня оплаты труда.
В условиях нестабильной занятости, низкого уровня оплаты труда эмиграция в США в поисках работы становится для многих мексиканцев практически единственной альтернативой нищете и безработице. Кроме переселенцев, чья численность за период с 1980 по 2000 г. увеличилась с 11 тыс. до 343 тыс. человек, в последние два десятилетия высокими темпами растет временная миграция рабочей силы в соседнюю страну. Для многих мексиканцев заработки в США становятся уже образом жизни (14).
Большая часть мексиканцев, работающих в настоящее время в США, занята в промышленности, розничной торговле и строительстве (54,4%). Это преимущественно малоквалифицированные и соответственно малооплачиваемые работники. Только 7,3% мигрантов из Мексики заняты высококвалифицированным трудом, 26% мексиканских иммигрантов работают на не требующих квалификации работах, а 20% заняты в сфере услуг, предоставляемых, как правило, неформальным сектором (14).
Ужесточение иммиграционного режима и борьба с нелегальной иммиграцией в США не столько привели к сокращению нелегальных мигрантов из соседней Мексики, сколько существенно ухудшили условия труда иммигрантов и снизили оплату их труда. Сегодня правительство Мексики в рамках двусторонних переговоров с США настаивает на легализации всех мексиканских граждан, находящихся нелегально на территории США, увеличении квот приема иммигрантов из Мексики, создании специальных программ для временных рабочих. Кроме того, мексиканское правительство предлагает создать специальные программы экономического развития для регионов, откуда идут основные потоки эмиграции.
Таким образом, глобализация не только не улучшила положения Мексики, но сделала ее экономику еще более уязвимой перед внешними экономическими и финансовыми потрясениями. Объединение в зону свободной торговли с США усугубило положение на мексиканском рынке труда. Создание в большинстве своем нелегальных предприятий поблизости от американо-мексиканской границы привело к притоку рабочей силы в эту зо-
ну, что негативно сказалось на уровне оплаты труда на предприятиях по обе стороны границы. Что касается миграции трудовых ресурсов в США, то из-за жесткого иммиграционного контроля мигранты из Мексики пополняют ряды нелегальных мигрантов в США, что также отрицательно сказывается на уровне оплаты их труда.
Южная Америка
Как и в Мексике, экономическая глобализация для стран Южной Америки была связана прежде всего с интенсивными рыночными реформами, проводившимися в связи с долговым кризисом 1980-х годов при поддержке международных финансовых учреждений. Эти реформы были призваны устранить структурные и институциональные препятствия на пути роста, модернизировать производственный потенциал национальных экономик, повысить эффективность торговли и положить конец дискретности процесса развития, которая была связана с чрезмерной задолженностью и периодическими кризисами в сфере платежных балансов. Ожидалось, что радикальные изменения, внесенные в политику в условиях долгового кризиса в целях восстановления макроэкономической стабильности, выправления ценовых диспропорций и высвобождения рыночных сил, улучшат инвестиционный климат и подготовят почву для экономического оживления, прежде всего благодаря активности частных инвесторов. Либерализация международных рынков капиталов и их стремительное развитие должны были стимулировать ускорение рыночных реформ и привлечение иностранных инвестиций, что позволило бы превратить международную конкуренцию в двигатель нового форсированного роста.
Принятые на вооружение странами региона стратегии, призванные привести в действие динамичный процесс накопления капитала и экономического роста, предполагали, с одной стороны, увеличение прямых иностранных инвестиций, а с другой - уменьшение государственных капиталовложений и масштабов государственного вмешательства.
На практике либеральные реформы не дали ожидаемых результатов. После проявления некоторых первоначальных симптомов успеха на поверхность всплыли старые структурные проблемы. Однако устойчивое и неуклонное падение доли государственных инвестиций в большинстве стран региона не позволили им осуществить техническое перевооружение и диверси-
фикацию экономики и производства. Что касается иностранных инвестиций, то, хотя они и росли быстрыми темпами, но носили не производственный характер, а были связаны с распродажей государственных активов. В целом в 1980-1990-е годы произошел явный сдвиг в структуре инвестиций в пользу менее производительных видов деятельности, что способствовало ослаблению связи между капиталовложениями, технологической модернизацией и ростом производства. Быстрое открытие экономики для международной конкуренции и иностранных инвестиций в большинстве стран региона приводило к переориентации структуры производства с секторов, обладавших наиболее высоким потенциалом для роста производительности труда, на добывающие или перерабатывающие сырье отрасли экономики. Результатом такой стратегии стало падение спроса на рабочую силу, что было вызвано повышением капиталоемкости в отраслях обрабатывающей промышленности. В то же время такие традиционно трудоемкие отрасли производства, как текстильная и швейная промышленность, оказались в состоянии кризиса.
Как указывалось в «Докладе о торговле и развитии» за 2003 г., подготовленном экспертами ЮНКТАД, в странах Южной Америки «непоследовательность макроэкономической, торговой, инвестиционной и финансовой политики не могла не сказаться на характере структурных преобразований. Усилия по налаживанию производств в технологически сложных секторах, направленные на то, чтобы сравняться с развитыми странами, были подорваны, но в то же время низкие показатели производительности труда в более трудоемких секторах привели к возрастанию конкуренции со стороны государств, в которых заработная плата была более низкой. Давление со стороны двух этих источников привело к деиндустриализации в Южной Америке в условиях сокращения спроса на рабочую силу и вялого экономического роста» (1).
В целом 1980-е годы оцениваются экспертами как «потерянное десятилетие» для развития стран Южноамериканского региона (почти нулевой экономический рост, зафиксированный на протяжении всего десятилетия). Но и динамика развития в 1990-е также не позволила преодолеть негативные тенденции развития предыдущего десятилетия. Умеренный подъем экономики в начале 1990-х годов завершился в 1998 г. резким спадом, сопровождавшимся финансовым обвалом. Деградация рынков труда, сопровождавшаяся снижением занятости и уровней оплаты труда, вела к повышению уровня бедности в регионе, социальной маргинализа-
ции и ухудшению положения среднего класса. Все это не могло не сказаться на мобильности трудовых ресурсов и эмиграционных процессах в регионе. Как указывается в докладе Международной организации по проблемам миграции (МОМ) за 2003 г., резкий рост эмиграции из стран Южной Америки, наблюдающийся в последние годы, является результатом негативных последствий экономической глобализации (48, с. 191).
Деформирующее воздействие глобализации на рынки труда проявилось в ограниченных способностях промышленного производства создавать новые рабочие места, что сопровождалось концентрацией занятости в неформальном секторе экономики, ростом безработицы и снижением оплаты труда, увеличением разрыва в оплате труда неквалифицированной и квалифицированной рабочей силы.
Для миграционных процессов в странах Южной Америки в последние два десятилетия было характерно нарастание миграционных потоков в традиционном для региона направлении - в США. В последние годы, как уже отмечалось, происходит заметная активизация эмиграции из стран Южной Америки в Западную Европу, а после 11 сентября 2001 г. и ужесточения иммиграционного режима в США европейское направление южноамериканской миграции стало едва ли не основным.
Что касается внутрирегиональной миграции, то основными направлениями для мигрантов из большинства стран региона в последние десятилетия являлись Аргентина и Венесуэла. На долю этих стран в 1990-е годы приходилось две трети из 2,2 млн. всех зарегистрированных региональных мигрантов. Количество мигрантов в Аргентине в 1990-е годы составляло 800 тыс. человек. Преимущественно это были временные мигранты из соседних с Аргентиной стран (Чили, Уругвай, Парагвай и Боливия), приезжавшие на заработки. Иммигранты работали в таких отраслях, как сельское хозяйство, строительство и сфера услуг. В Венесуэлу иммигранты устремились в связи с нефтяным бумом, начавшимся в 70-е годы. К 1990-м годам доля иммигрантов в общей численности населения страны достигла 3,4% (660 тыс. человек). В Венесуэле работают преимущественно рабочие из Колумбии, а также из стран Карибского бассейна.
К концу 1990-х годов экономическая ситуация в регионе резко ухудшилась, что привело к сокращению внутрирегиональной миграции. В частности, в Аргентине стремительный рост безработицы (с менее 4% на протяжении 1990-х годов до 12,9 - в
1999 г. и 20% - в 2002 г.), обесценение аргентинской валюты, отрицательно сказавшееся на переводе денежных средств иммигрантов, вызвало отток мигрантов из соседних стран (48). Одновременно начался исход собственного населения страны, спровоцированный экономическими и финансовыми кризисами, потрясшими страну в конце XX - начале XXI в.
Многие граждане Аргентины уезжают в США в надежде найти работу. Другие, прежде всего потомки переселенцев из Европы, возвращаются на родину предков. В последние годы из региона, как уже отмечалось, активно идет эмиграция в Италию и Испанию. По данным МОМ, иммиграция из Южной Америки в Испанию в 2000 г. составила почти 20% от общего числа эмигрантов из этого региона и увеличилась по сравнению с 1999 г. на 13,5%.
Для некоторых иммигрантов из Южной Америки Испания стала своего рода «перевалочным пунктом» на пути в Европу. Однако большинство стремится обосноваться в самой Испании. Связано это как с «историческими корнями», общностью языка, близостью культур и менталитета, облегчающими интеграцию иммигрантов в испанскую социальную структуру, так и с целенаправленной политикой испанского правительства, поощряющего иммиграцию из стран Южной Америки, в том числе и для заполнения «вакантных мест» в некоторых сферах деятельности.
Опросы населения Аргентины, проведенные в 2001 г., показали, что примерно полмиллиона аргентинцев были готовы покинуть страну в течение года. Как правило, речь шла о достаточно образованной и имеющей квалификацию рабочей силе: 20% отъезжающих имеют высшее образование, а 50% закончили среднюю школу (48).
В Бразилии, переживающей с начала 2000-х годов высокие темпы экономического роста, наряду с традиционной эмиграцией, вызванной плохими условиями занятости, идет активный процесс иммиграции. Экономическая либерализация и приток иностранных инвестиций стимулировали приток иммигрантов в саму Бразилию. Как правило, это квалифицированные работники самых разных специальностей, работающие в ТНК. За период с 1993 по 2001 г. их численность в Бразилии увеличилась в 10 раз и составила 16,3 тыс. человек. В основном это выходцы из США и Канады (19,3%); британцы (12,7); китайцы (7,5); французы (5,7); японцы (4,4) и немцы (4%) (46, с. 193). Конечно, в структуре бразильской рабочей силы иммигранты последней, «технологической», волны
составляют все еще ничтожную долю, однако очевидна тенденция к росту их числа. Всего в 2005 г. Бразилия приняла 641 тыс. иностранцев.
Поистине катастрофический исход населения в конце 1990-х годов пережил Эквадор. По данным британского журнала «The Economist», только за период с 1999 по 2000 г. из страны выехали 500 тыс. человек, среди них 10 тыс. учителей (36). Столь массовая эмиграция, по мнению наблюдателей, стала ответом на провалы экономических и демократических реформ в стране. Одним из главных направлений эмиграции из Эквадора является Испания. За период с 1999 по 2000 г. количество зарегистрированных иммигрантов из Эквадора в Испании увеличилось почти в 1,5 раза, что вывело эквадорскую диаспору на одно из первых мест по численности среди других диаспор Испании. Сегодня эмиграция из Эквадора стала основным источником рабочей силы для испанского сельского хозяйства.
В целом эксперты полагают, что миграционные процессы в странах Южной Америки определялись изменениями, происходившими в экономике отельных стран и в регионе в целом под влиянием глобализации и региональных интеграционных процессов, в том числе и совместных решений, принимаемых в рамках региональных объединений по вопросу регулирования миграционных процессов.
В то же время многие указывают на то, что нарастание эмиграции из региона связано прежде всего с негативными последствиями глобализации на экономику этих стран. В частности, во многих странах экономический рост не сопровождался позитивными социальными переменами и ростом. В то же время занятость в регионе стала нестабильной, а ее условия существенно ухудшились. К тому же период конца ХХ - начала XXI в. ознаменовался финансовыми потрясениями и экономическим спадом в большинстве стран региона. Как достаточно ярко описал сложившуюся ситуацию эквадорский журналист Э. Тамайо, «отсутствие возможностей удовлетворить свои основные потребности, огромный разрыв между скудными доходами (тех, кто имеет работу) и высокой стоимостью потребительской корзины толкают не только широкие слои населения, но и средние классы к тому, чтобы отчаянно искать решения в миграции... В различных странах континента применяется монетаристская модель экономической политики, которая сочетает режим жесткой экономии с экспроприацией сбережений граждан, с банковской мафией, коррупцией, безрабо-
тицей и общим обнищанием. Все это способствует разрушению института национальных государств и возникновению ситуации, характеризующейся отсутствием развития и перспектив на будущее» (цит. по: 2, с. 191).
Восточная, Южная и Юго-Восточная Азия
Страны Азиатско-Тихоокеанского региона (АТР) оказались среди немногих развивающихся и индустриализующихся стран, которые получили видимые преимущества от неолиберальной глобализации.
Показательно, что в начале 1970-х годов темпы развития стран Юго-Восточной Азии и Южной Америки были практически одинаковыми, а средние доходы на душу населения в Южной Корее, на Тайване и в Сингапуре в 1973 г. были ниже на 850 долл., чем в Аргентине, Бразилии и Чили (1). Однако впоследствии траектории роста в этих регионах начали резко расходиться: в период с 1974 по 2000 г. темпы роста в Восточной Азии более чем вдвое опережали средние темпы роста в Латинской Америке. В значительной степени процесс индустриализации Азиатского региона осуществлялся под воздействием прямых иностранных инвестиций, направлявшихся туда все последние три десятилетия.
К так называемым новым индустриальным странам первой волны (Южная Корея, Тайвань, Сингапур и Гонконг) в 1980-1990-е годы присоединились и другие страны региона. В целом на долю стран АТР в 2001 г. приходилось 14% мирового притока прямых иностранных инвестиций.
В 1990-е годы регион стал едва ли не основным получателем прямых иностранных инвестиций, направляемых в развивающиеся страны. В пиковые годы объем прямых иностранных капиталовложений достигал 130 млрд. долл. и более. Основными направлениями потоков капиталовложений в 1990-е годы были Китай, Сингапур, Таиланд, Южная Корея и Малайзия. По данным ЮНКТАД, в 1990-е годы на долю КНР приходилось 23,7% прямых иностранных капиталовложений, размещенных в развивающихся странах. На долю Гонконга приходилось 7,5%, Сингапура - 6, Малайзии -4, Таиланда - 2,2, Южной Кореи - 2,1% (6).
В конце 1980-х - начале 1990-х годов в странах региона наблюдалось улучшение общего инвестиционного климата, что в большинстве случаев было связано с увеличением государственных капиталовложений в экономику. Важными особенностями
тенденций в инвестиционной сфере в Восточной и Юго-Восточной Азии являлись значительные капиталовложения в машины и оборудование, а также расширение строительства объектов физической инфраструктуры. Со второй половины 1980-х годов в регионе наметилось мощное оживление. Проведение девальваций валют и установление временных ограничений на рост заработной платы в странах региона обеспечивало динамичную взаимосвязь между инвестициями и экспортом.
Со второй половины 1990-х годов в регионе было отмечено резкое ускорение роста инвестиций. В ряде стран, например в КНР, где с конца 1970-х годов активно проводятся рыночные реформы, пиковый уровень темпов роста инвестиций, составлявший для региона в целом 30% от ВВП, был превышен, причем в некоторых случаях довольно значительно. По данным Азиатского банка развития, за 15 лет - с 1980 по 1995 г. - объем прямых иностранных инвестиций в экономику КНР увеличился почти в 7 раз -с 57 млн. до 40 млрд. долл. (1). В странах Восточной Азии все эти годы инвестиции направлялись на техническое перевооружение производства, расширение производственных мощностей, создание и развитие инфраструктуры. В большинстве стран региона улучшение инвестиционного климата было связано со стабильными или даже увеличивающимися государственными капиталовложениями, также стимулировавшими приток частных инвестиций
Успех стран ЮВА в значительной степени объясняется наращиванием производства, ориентированного на экспорт, и увеличением доли стран региона в мировом товарообмене. В частности, в общем экспорте промышленных товаров из развивающихся стран в 1990-е годы доля продукции Южной Кореи составляла 11,7%, Тайваня - 1,2, Сингапура - 9,4, Гонконга - 3%. В 1990-е годы к четверке новых индустриальных стран первой волны прибавились такие страны, как Малайзия (5% от общего экспорта развивающихся стран), Таиланд (4%), Индонезия (2,4%) (12).
Открытие рыночным реформам экономик Китая и Индии также привело к увеличению доли их участия в мировом товарообороте.
В 1990-е годы американские и, в несколько меньшей степени, британские крупные корпорации начали переводить свои подразделения в Индию, покупать услуги у стремительно набирающих мощь индийских компаний, специализирующихся на предоставлении услуг в сфере управления бизнес-процессами. Аутсорсинг стимулировал создание в Индии мощного рынка ком-
паний, специализирующихся на услугах в сфере информационных технологий (ИТ) для американских производственных корпораций (разработка и внедрение программных продуктов для поддержки функций делопроизводства, аудита, ведения финансовой бухгалтерии и составления отчетности).
Индийские специалисты в области информационных технологий, получившие образование, как правило, в США, были по достоинству оценены американскими корпорациями. Однако в связи с активацией конкуренции на рынке высоких технологий многие американские компании в конце XX в. начали переводить свои подразделения в Индию, что стимулировало возвращение индийских специалистов домой.
За последние годы офшорный бизнес программного обеспечения стал самым быстроразвивающимся сектором экономики Индии, и сегодня Индия занимает лидирующие позиции на рынке аутсорсинга. Сначала индийские компании оказывали услуги в разработке программного обеспечения, но со временем они все активнее стали работать в сфере аутсорсинговых услуг по оптимизации бизнес-процессов, организации центров связи с клиентами (call-centers) для крупных ТНК.
Перевод этих функций в Индию или покупка таких услуг у индийских компаний позволяет ТНК наполовину сокращать свои расходы на развитие ИТ. Согласно данным Национальной ассоциации производителей программного обеспечения и сервисных компаний, за 2003 г. объем рынка аутсорсинга в Индии превысил 183,9 млн. долл. (4). По прогнозам аналитиков, в течение четырех следующих лет эта сумма должна как минимум удвоиться.
С недавних пор правительство страны стало поощрять эту сферу индийского бизнеса. В 2002 г., когда было создано Министерство информационных технологий, индийское правительство стало оказывать поддержку зарождающейся отрасли ИТ: был взят курс на целенаправленное стимулирование развития сектора. В частности, были сокращены барьеры на пути импорта компьютерной техники и технологий, разработаны программы содействия созданию и развитию надежной инфраструктуры ИТ. Международным и индийским компаниям, работающим на рынке передовых технологий и услуг, предоставляются различные льготы (нулевая ставка налогообложения на начальном этапе и т.п.).
В последние годы на рынок аутсорсинга бизнес-процессов выходят и другие страны региона, в частности Филиппины и Малайзия.
Стремительный экономический рост и трансформация экономического ландшафта в регионе, стимулируемые глобализацией и техническим прогрессом, оказывают воздействие как на рынки труда, так и на миграционные процессы в отдельных странах и в регионе в целом. Международная миграция рабочей силы в странах Южной и Юго-Восточной Азии сегодня превратилась в существенный элемент экономического роста региона.
Если до начала 1980-х годов рабочая сила из этих стран в основном отправлялась на заработки в район Персидского залива или переселялась (в основном из Тайваня, Гонконга, Южной Кореи и Индии) в США, Канаду и Австралию, то сегодня в Азии складывается свой региональный рынок труда. По разным оценкам, примерно 3 млн. граждан стран Юго-Восточной Азии временно живут и работают в соседних странах субрегиона; примерно столько же рабочих из этих стран работает в странах Восточной Азии и Ближнего Востока.
Структура внутрирегиональных потоков рабочей силы в 1980-1990-е годы определялась потребностями и особенностями стремительного экономического роста в странах региона. В результате быстрых темпов развития промышленного сектора благодаря крупным иностранным капиталовложениям и массированному переводу производств из промышленно развитых стран как новые индустриальные, так и индустриализующиеся страны региона (Малайзия, Таиланд) стали испытывать дефицит малоквалифицированной силы. Поставщиками рабочих в эти страны стали Индонезия, Мьянма, Филиппины и Китай. По разным оценкам, из Китая в конце 1990-х годов ежегодно эмигрировало в другие страны региона, а также в США, Канаду и Австралию до 400 тыс. человек.
Глобализация стимулировала также миграцию из беднейших стран региона (Бангладеш, Шри-Ланка, Пакистан). В основном это неквалифицированные работники, нанимающиеся по контракту на нефтедобывающие предприятия Персидского залива, но также и на предприятия стран ЮВА.
В миграционных трансрегиональных потоках работников, не имеющих никакой квалификации, значительную роль играет и Индия. Несмотря на успешную интеграцию индийского информационного сектора в международное разделение труда, позволившую стране перейти от экспорта своих квалифицированных специалистов к экспорту высокотехнологичных услуг, Индия по-прежнему остается важнейшим поставщиком неквалифицированной рабочей силы на региональный и глобальный рынки труда. Из
400 млн. индийских работников 60% заняты в сельском хозяйстве, хотя доля национального производства в аграрном секторе за 50 лет реформ сократилась с 60 до 25%. Деградация сельскохозяйственного сектора выталкивает крестьян в города. Однако занятость в индийских городах не превышает четверти всех рабочих мест, существующих в стране, что вынуждает мигрантов искать заработки за рубежом.
Активизации миграционных процессов в регионе способствует развитие сети специальных частных агентств по найму рабочей силы, которые имеют связи с рекрутинговыми компаниями в странах приема.
В целом за последнее десятилетие среднегодовые темпы эмиграции из региона составляли порядка 6%. При этом доля внутрирегиональной трудовой миграции достигала 40%. В основном речь идет о работниках с низкой квалификацией, нанимаемых в соседних странах для работы в строительстве, на мелких предприятиях и в сельском хозяйстве. Это преимущественно временные мигранты. Страны региона не склонны открывать свои рынки труда для массовой иммиграции иностранной рабочей силы. Поэтому иностранные рабочие, как правило, имеют возобновляемые разрешения на пребывание и работу в чужой стране сроком на один год.
В менее развитых индустриальных странах региона это ведет к увеличению нелегальных потоков мигрантов. По оценкам экспертов, нелегальные мигранты составляют от трети до половины всей иностранной рабочей силы, используемой в Восточной, Южной и Юго-Восточной Азии. Развитые страны, такие как Япония, а теперь и Южная Корея, обходят ограничения, ввозя рабочих, которых нанимают для работы на своих филиалах, размещенных в регионе, после предварительного их обучения на головных предприятиях.
На миграционные потоки влияет и разрыв в уровнях оплаты труда и благосостояния населения. В частности, рабочая сила из беднейших стран (Камбоджи и Мьянмы) отправляется на заработки в Таиланд, в то время как тайские рабочие едут работать в Сингапур, Малайзию, Японию, на Тайвань и Гонконг, где заработная плата выше. Таиланд является как экспортером, так и импортером рабочей силы на региональном рынке труда. Причем получает значительные выгоды от использования нелегальной рабочей силы.
Для трудовой миграции в регионе, как и во всем мире, характерен процесс увеличения доли женщин в общем потоке ми-
грантов. Процессу феминизации миграции способствует рост спроса на неквалифицированную и малоквалифицированную рабочую силу со стороны сферы услуг в таких мегаполисах, как Гонконг, Сингапур, Тайбэй и др. Кроме работниц гостиничного и ресторанного бизнеса, уборщиц и т.п., большим спросом в развитых странах региона пользуется прислуга. Например, среди эмигрантов из Индонезии женщины составляют 70%, причем основная их часть работает в домашних хозяйствах. Доля женщин-эмигрантов из Филиппин за последние десять лет увеличилась с 50 до 62%, из них половина также работает прислугой или няньками как в странах региона, так и в промышленно развитых странах Запада (48).
Что касается миграции высококвалифицированных специалистов, то она в основном связана с деятельностью ТНК и прямыми иностранными инвестициями в страны региона. По данным МОМ, наибольшее число иностранных специалистов и высококвалифицированных работников отмечено в Сингапуре, где они составляют 5% от общей численности рабочей силы. В Китае в 2000 г. было зарегистрировано 220 тыс. иностранных специалистов, работающих в представительствах и филиалах иностранных компаний (50). В большинстве стран региона установлен либеральный режим для въезда высококвалифицированных специалистов, особенно для тех, кто работает в ТНК.
В то же время большое число специалистов из стран региона эмигрирует в развитые страны. По данным Госдепартамента США, 67% всех въехавших в страну за период с 1990 по 1997 г. на основе рабочей визы прибыли из стран Азии. В Великобритании в 2000 г. из почти 19 тыс. специалистов в области информационных технологий, работавших в стране, 12 тыс. приехали из Индии. В Германии обладателями специальных разрешений на долговременную работу и проживание в стране, введенных для специалистов в области информационных технологий, также стали индийцы. Филиппины поставляют на глобальный рынок труда сегодня не только домашнюю прислугу, но также квалифицированных медсестер и врачей. 31% всех эмигрантов из Филиппин составляют квалифицированные специалисты (менеджеры, учителя, медицинские сестры, информационные работники). По данным Всемирной организации здравоохранения (ВОЗ), Филиппины являются крупнейшим поставщиком на мировой рынок дипломированных медицинских сестер, большинство из которых получили образование и практическую подготовку в США. Спросом в мире пользуется и медицинский персонал из Пакистана.
В целом миграционные потоки рабочей силы, их состав, структура и география отражают процессы, происходящие в регионе под влиянием перемен, связанных с глобализацией, интеграцией стран региона в мировую торговую и финансовую системы, а также с ростом спроса на мигрантов из Восточной, Южной и Юго-Восточной Азии на глобальных рынках труда.
Нефтедобывающие страны Ближнего Востока
Одним из центров притяжения рабочей силы в 1970-е годы стал регион Персидского залива. «Нефтяной шок», спровоцированный скачком мировых цен на нефть, и последовавшие за этим потоки нефтедолларов стимулировали развитие как нефтедобывающей промышленности, так и общий экономический рост в странах Персидского залива. Результатом экономического развития региона стал активный импорт рабочей силы прежде всего из соседних стран. Страны - экспортеры нефти взяли на вооружение практику рекрутирования временной рабочей силы. В 70-е годы основными импортерами рабочей силы в регионе были Кувейт, Саудовская Аравия, Катар, Оман, Бахрейн и ОАЭ. Главными экспортерами являлись Египет, Йемен, Иордания, Ливан и Судан.
В начале 1980-х годов спад доходов от нефти, страх перед политической неблагонадежностью иммигрантов и нарастанием фундаменталистских настроений среди рабочих из арабских стран, стремление усилить государственный контроль над иммиграцией привели к переориентации миграционной политики. Наметилось сокращение субрегиональной миграции и возрастание значения наемной рабочей силы из стран Восточной и Южной Азии. Сначала на работу привлекали рабочих-мусульман из Пакистана, Индии и Бангладеш. Затем стали нанимать и немусульман.
Выходцы из Индии, Бангладеш и Пакистана, среди которых достаточно высокий процент квалифицированных специалистов, заняты в нефтедобыче и нефтепереработке и других сферах, связанных с производством и развитием инфраструктуры в нефтедобывающих странах Персидского залива. В последние годы активно рекрутируются рабочие и специалисты из стран Юго-Восточной Азии - Вьетнама, Кореи и Филиппин.
Глобализация стимулировала развитие в регионе и других сфер экономической деятельности. В частности, в последнее десятилетие развитие получил туризм, что сразу же вызвало спрос на квалифицированный и неквалифицированный труд в строитель-
ном секторе и в сфере обслуживания. Работу в этом сегменте рынка труда стран Персидского залива сегодня выполняют выходцы из других стран Азии.
В сфере обслуживания заняты преимущественно женщины -мигрантки из Шри-Ланки и Филиппин. В целом в регионе к середине 1990-х годов среди иностранных рабочих доминирующее положение стали занимать выходцы из стран Азии: на их долю приходится 80% всех рабочих, работающих по контракту, и только 13% составляют работники из других ближневосточных стран и стран Северной Африки.
Африканский континент,1
Африканские страны, и прежде всего страны, расположенные южнее Сахары, оказались в наибольшем проигрыше от либеральной глобализации. Расширение международной торговли обошло эти страны стороной - их доля в мировом экспорте упала с 2,3% в 1980 г. до 1,4% в 2000 г., несмотря на то что многие из них осуществили меры, направленные на либерализацию торговли.
Большинство африканских производителей сырья проигрывают конкурентную борьбу производителям из развитых стран, где сохраняется субсидирование национального сельского хозяйства. В настоящее время размер субсидий аграрному сектору в про-мышленно развитых странах оценивается в сумму, превышающую 1 млрд. долл. США, что ставит в неравное положение экспортеров сельскохозяйственной продукции из африканских стран. Сохраняющийся в странах Севера протекционизм сельскохозяйственного производства становится одним из важнейших препятствий на пути сокращения бедности в африканских странах.
Не в лучшем положении оказались и производители минерального сырья. «Ножницы цен», против которых боролись развивающиеся страны в 1970-е годы, за последние четверть века только увеличились. По данным МВФ, мировые цены на 18 основных экспортных товаров, производимых в развивающихся странах, за период с 1980 по 2000 г. упали на 25% в реальном выражении. Особенно значительно цены снизились на хлопок (64%), какао (71,1), сахар (76,6), олово (73%) (7).
1 В данном разделе рассматривается влияние глобализации на мобильность трудовых ресурсов только в странах, расположенных южнее Сахары.
Странам региона достаются лишь «несъедобные» плоды экономической и финансовой глобализации. Снижение мировых цен на сырьевые товары, производимые этими странами, самым негативным образом сказывается на их экономическом и финансовом положении. По оценкам ЮНКТАД, 81% населения наименее развитых стран, к которым относятся практически все страны Африки, живет на 2 долл. в день. Африканские страны оказались в замкнутом порочном круге взаимосвязанных проблем: монокультурная экономика, плохое управление, нищета, неграмотность, политическая нестабильность.
Как и 20 лет назад, они обременены большими внешними долгами. За период с 1980 по 1998 г. внешний долг африканских стран утроился с 84,3 млрд. до 235 млрд. долл. Регион стал заложником бесконечной задолженности. Лишь в июле 2005 г., на очередном саммите глав «большой восьмерки», было принято принципиальное решение о списании большей части задолженности африканских стран.
При отсутствии инвестиций в промышленный сектор экономический рост в большинстве стран региона обеспечивается преимущественно за счет развития сельского хозяйства и сферы услуг, где в силу отсталости и традиционности форм ведения хозяйства практически отсутствуют возможности для создания новых рабочих мест. В результате рост численности работоспособного населения не сопровождается увеличением предложения оплачиваемой работы.
Еще один фактор, стимулировавший деградацию занятости, - структурные преобразования в государственном секторе экономики, осуществленные в 90-е годы и сопровождавшиеся приватизацией государственных компаний и предприятий. Сокращение занятости в результате свертывания государственного сектора не компенсировалось созданием новых рабочих мест даже в тех странах региона, где в эти годы осуществлялись инвестиции в производство - Уганде, Гане и Танзании.
Например, в Уганде за период с 1992 по 1998 г. темпы роста экономики составляли в среднем более 2,5%, а количество новых рабочих мест увеличивалось ежегодно лишь на 2%. Однако сокращение численности государственных служащих на 33% привело к общему сокращению занятости на 13%. В странах, где темпы экономического роста были ниже, сокращение государственного сектора еще больше сказалось на занятости. Аналогичная ситуация складывалась в Гане и Танзании.
Что касается приватизации государственных предприятий, то частные владельцы не только не создавали новых рабочих мест, но и проводили массовые увольнения в ходе модернизации производства и реструктуризации собственности.
В более развитых странах региона (Ботсване, Южной Африке, Намибии) снижение темпов создания новых рабочих мест вело к открытой безработице, в менее развитых странах - к развитию неформального сектора экономики, что отрицательно сказывалось на уровне доходов населения и производительности.
На протяжении 1980-1990-х годов, когда континент сотрясали военные перевороты и вооруженные столкновения, основная масса мигрантов состояла из беженцев. Дополнительными факторами, вынуждавшими население африканских стран мигрировать, были экологические катастрофы. Однако сегодня в регионе наблюдается рост экономической миграции. Особенно это относится к эмиграции высококвалифицированных специалистов и образованной рабочей силы, которая больше всего пострадала от экономических преобразований, стимулируемых глобализацией.
Проведение в жизнь программ структурной перестройки, реализуемых в африканских странах по настоянию МВФ и Всемирного банка, стимулировало эмиграцию квалифицированных и высококвалифицированных специалистов и профессионалов в развитые страны. Приватизация государственных компаний и сокращение государственного сектора, приватизация социальных услуг, включая образование, существенно ухудшили материальное положение среднего класса. Сокращение заработной платы, девальвация национальных валют и галопирующая инфляция также отрицательно сказались на материальном положении образованной части населения, заставляя их искать более экономически безопасное место для проживания.
Эмиграция квалифицированных кадров из африканских стран еще больше усугубляет и без того ущербное положение этих стран в системе международного разделения труда.
Основные направления для эмиграции - Европа и Северная Америка (США и Канада). В Европе диаспора из стран южнее Сахары концентрируется преимущественно во Франции, Великобритании, Германии и Италии. Обычно иммигранты уезжают в бывшие метрополии. Так, эмигранты из Конго отправляются в Бельгию, из Сенегала - во Францию, из Кении - в Великобританию, а с Островов Зеленого Мыса - в Португалию.
В целом в 2006 г. доля африканского населения в общем потоке мигрантов составила 9%, или 16,9 млн. человек, причем эти показатели практически не изменились за период с 2000 г. Хотя беженцы по-прежнему являются основными мигрантами, за последнее 15 лет их доля сократилась с 33 до 18%. В то же время идет увеличение численности экономических мигрантов. До последнего времени из Африки шли потоки в основном образованных специалистов.
Однако сегодня миграционные потоки из этого региона диверсифицируются, и на заработки в Испанию, Нидерланды, Германию, Канаду, Италию, США и страны Среднего Востока направляется все большее число малоквалифицированных мигрантов. По оценкам ОЭСР, в странах - членах этой организации доля африканских граждан в общей численности иммигрантов составляет 5%.
Особенностью миграции на Африканском континенте становится рост числа женщин среди ищущих работу. Речь идет не только о домашних работницах, прислуге и обслуживающем персонале, но также о врачах и других специалистах с высшим образованием.
Миграция африканского населения стимулируется как неблагоприятными внутренними факторами развития отдельных стран континента, так и внешними факторами, стимулирующими решение многих «попытать счастья» в других странах. Для многих эмиграция становится просто объективным фактором выживания.
Глобализация стимулировала перемещение мигрантов по всему миру, удешевив стоимость проезда, упростив систему рекрутирования рабочей силы. Сегодня развитые страны, сталкиваясь с сокращением предложения в определенных сегментах рынка труда, начинают проводить достаточно агрессивную политику найма специалистов в африканских странах. В частности, в Гане и Южной Африке рекрутируются врачи и другие медицинские работники. По данным «Британского медицинского журнала», в последние годы из Африки ежегодно эмигрирует 23 тыс. специалистов-медиков (врачи, фармацевты, медсестры). Многие африканские страны теряют от 30 до 50% выпускников медицинских вузов, которые эмигрируют в Великобританию и США. По мере роста спроса на рынке труда высококвалифицированных специалистов увеличивается миграция африканских технических специалистов и высококвалифицированных рабочих. В 2006 г. 75% эмигрирующих из Южной Африки квалифицированных работни-
ков уезжают в Австралию, Канаду, Новую Зеландию, США и Великобританию.
«Утечке» мозгов способствует также стремление более обеспеченных граждан африканских стран получить более качественное высшее образование. Активизация деятельности ТНК способствовала интернационализации рынка квалифицированных специалистов, что существенно повышает возможности для африканских выпускников ведущих западных вузов найти себе соответствующую работу за рубежом. В результате многие африканские студенты после окончания вуза пытаются устроиться на работу в развитых странах, хотя до последнего времени шансы для африканского специалиста с высшим образованием найти работу в развитых странах, которая соответствовала бы их квалификации, были невысоки, поэтому следует скорее говорить не об «утечке», а о «растрате» мозгов.
Экономическая ситуация в регионе стимулировала внутрирегиональную миграцию рабочей силы. По оценкам МОТ, экономически активные мигранты, работающие в других странах континента, составляют 7,1 млн. человек. Большая часть этой рабочий силы - сезонные рабочие (46).
Традиционно трудовая миграция на континенте шла в небольшое количество стран, где плантационное сельское хозяйство или горнодобывающая промышленность нуждались в большом количестве дешевой рабочей силы. К числу таких стран относятся Республика Кот д'Ивуар, Сенегал и Нигерия, Южная Африка и Ботсвана, Габон и Кения. Ухудшение экономического положения во многих странах на континенте, а также массовое распространение эпидемии СПИДа и рост числа ВИЧ-инфицированных ведут к ужесточению как иммиграционной политики во многих африканских странах, так и к усилению ксенофобии и нетерпимости по отношению к рабочим-мигрантам из соседних стран. Все это самым негативным образом сказывается на внутрирегиональной миграции. Отчасти поэтому новым направлением для мигрантов из стран, расположенных южнее Сахары, стали страны Северной Африки.
Потоки мигрантов в Северную Африку начали увеличиваться с конца 1980-х годов, что объяснялось, с одной стороны, ухудшением экономической и политической ситуации в южной части Африки и, с другой стороны, стабилизацией и относительным процветанием в странах Магриба.
Миграцию стимулировал как растущий разрыв в уровнях дохода и благосостояния между двумя субрегионами, так и формирование в странах Северной Африки каналов нелегальной миграции в промышленно развитые страны Севера. По разным оценкам, ежегодно в страны Магриба прибывает от 65 тыс. до 80 тыс. человек из стран, расположенных южнее Сахары. Ливия в последние годы превратилась в страну не только транзита, но и стала для многих эмигрантов конечным пунктом назначения. В Тунисе работает большое количество нелегальных мигрантов из стран, расположенных южнее Сахары. Многие из них заняты в сфере услуг, выполняют конторскую работу, работают в ресторанном бизнесе. Большое количество мигрантов занято в неформальном секторе экономики стран Магриба.
Таким образом, неолиберальная глобализация не только подрывает основы для экономического развития Африканского континента, но и лишает многие африканские страны будущего, что связано с оттоком квалифицированных специалистов.
«Утечка» мозгов из африканских стран в промышленно развитые страны является сегодня важнейшим объектом критики противников глобализации, усматривающих в этом процессе односторонние прибыли для развитых стран, и прежде всего экономию средств и времени, необходимых для подготовки квалифицированных кадров. Для многих развивающихся стран эмиграция квалифицированных специалистов оборачивается гуманитарной катастрофой, как это происходит, например, в результате «исхода» квалифицированных врачей и других специалистов в области здравоохранения (особенно если учесть эпидемиологическую ситуацию на континенте). Эмиграция инженеров, техников, управленцев и без того немногочисленного отряда учителей подрывает основы экономического развития африканских стран и лишает их будущего.
Пока единственными положительными факторами, связанными с миграцией и глобализацией, для африканских стран остаются денежные переводы эмигрантов на родину. Однако размеры переводов в странах Африки в сравнении с другими развивающимися странами не столь велики - 23,1 млрд. долл. в 2007 г. Правда, по оценкам экспертов, реальная сумма переводов может превышать официальные показатели в два или три раза. Активное использование неформальных каналов перевода денег африканскими мигрантами связано как со слабостью финансовой системы и отсутствием развитой финансовой индустрии, с барьерами, созда-
ваемыми государственной финансовой и валютной политикой, так и с зарегулированностью процесса денежных переводов и использования переведенных средств.
Большая часть переводимых средств направляется на личное потребление, а также вкладывается в развитие фермерских хозяйств, обустройство земель, строительство домов и т.п. По мнению экспертов, только в немногих странах правительства, оценивая в полной мере возможный экономический эффект таких денежных переводов, создают специальные режимы валютного обмена средств, полученных из-за рубежа, и способствуют их эффективному инвестированию.
Позитивным следствием миграции в условиях глобализации становится передача знаний, навыков и новых технологий как возвращающимися домой специалистами, так и диаспорами, живущими в развитых странах. Сегодня такие диаспоры создают целые системы, оказывающие интеллектуальную и финансовую поддержку экономическим, социальным и образовательным проектам, реализуемым на родине. Проблема распределения выгод от глобализации, в том числе и от миграции квалифицированной рабочей силы, остается на повестке дня, так же как на повестке дня стоит борьба с нищетой и отсталостью беднейших африканских стран. Озабоченность этими проблемами высказали и главы стран «большой восьмерки», включив в повестку дня своей встречи в июле 2005 г., как уже отмечалось, вопрос о списании долгов беднейшим странам мира.
* * *
Глобализация мировой экономической системы, порожденная технической и информационной революцией, придала новый импульс процессу глубоких преобразований в экономической, политической, социальной и гуманитарной сферах жизни всех стран. Важнейшей особенностью этой трансформации стала усиливающаяся взаимозависимость отдельных стран, проявляющаяся в росте мирового торгового обмена, перемещении капиталов, формировании глобальных производственных сетей, обмене идеями, знаниями и людьми в глобальных масштабах. По существу, микроэлектронная революция и последующий переворот в системе коммуникаций и распространения информации стимулировали процесс формирования глобальной материальной, информацион-
ной, организационно-экономической инфраструктуры, в рамках которой развивается сегодня мировая экономика.
Однако многократно увеличив производственный и экономический потенциал, глобализация в ее неолиберальном свобод-норыночном варианте не устранила существовавших в мировой экономической системе противоречий и неравенства; напротив, она только усугубила разрыв в уровнях экономического развития и богатства между отдельными странами и целыми континентами. Капиталистическая рациональность и принцип максимизации прибылей, лишенные социального императива, сделали распределение преимуществ от глобализации крайне неравномерным не только между странами, различными слоями общества, но и между различными сферами производства и отраслями.
В сфере отношений, складывающихся на мировом рынке труда, эти процессы ведут, с одной стороны, к деградации условий труда и занятости в одних отраслях, связанных с материальным производством, а с другой - к процветанию и концентрации богатства в отраслях, формирующих «новую» экономику, «основанную на знаниях». Факторами, дестабилизирующими рынок труда и фактически являющимися следствием глобализации, становятся развитие неформальных форм занятости, индивидуализация условий найма, временные контракты и иные инструменты, ведущие к деформации с таким трудом формировавшегося на протяжении многих десятилетий социального контракта.
Во многих странах, где традиционные отрасли народного хозяйства остаются основой экономического роста и где сохраняется наследие предыдущего этапа развития мировой системы в виде долговых обязательств и «ножниц цен», либерализация торговли лишь подорвала национальную промышленность и сельское хозяйство, что привело к массовому вытеснению работников из хозяйственной деятельности. В этих странах создание новых рабочих мест не в состоянии компенсировать рост безработицы. К тому же для них характерны высокие темпы прироста численности рабочей силы. В результате люди, лишенные возможности получить достойную работу у себя в стране, вынуждены мигрировать в другие страны в поисках заработка и «экономической безопасности». Как заметил генеральный секретарь МОТ Х. Сомавия, «если взглянуть на глобальную экономику с точки зрения людей, то ее самый большой структурный недостаток заключается в ее неспособности создать достаточное количество рабочих мест там, где живут люди» (цит. по: 43, с. 9).
Миграция рабочей силы стала приметой нынешнего этапа глобализации. Выходцы из относительно бедных стран находят применение в качестве неквалифицированной или малоквалифицированной рабочей силы в развитых странах. Однако глобальный характер и массовость превращают миграцию в серьезный источник обострения социально-экономической обстановки в мире.
Приток иммигрантов обострил конкуренцию на рынках труда развитых стран, что привело к осложнению межэтнических отношений и росту национализма, а сама проблема из социальной и экономической приобрела сугубо политический характер. Большинство развитых стран, хотя и использовало дешевую рабочую силу, долгое время боролось с ней. Однако ужесточение пограничного контроля не остановило миграционные потоки, но усложнило положение мигрантов и активизировало нелегальные криминализированные каналы миграции. В результате в последние годы проблема управления миграцией для многих правительств стала явно выраженной приоритетной задачей.
Практически во всех регионах был начат межправительственный диалог по проблемам координации миграционной политики. В десятках стран мира было принято или предложено новое законодательство. Однако постепенно ответственность за управление миграцией смещается от министерств труда к министерствам внутренних дел, тем самым трансформируя схему выработки и реализации политики, которая регулируется рынком труда, в схему наведения порядка с помощью полиции. В большинстве новых схем необходимость консультаций с социальными партнерами просто не упоминается.
Международное сообщество сегодня проявляет озабоченность усугублением социального неравенства в мире, которое в условиях глобализации воспроизводится в планетарных масштабах. Как отмечается в докладе Всемирной комиссии по социальным аспектам глобализации, с точки зрения простых граждан «глобализация не привела к реализации их самых элементарных и законных устремлений в отношении достойной занятости и построения лучшего будущего для своих детей. Многие из них находятся в тисках неформальной экономики и лишены каких-либо формальных прав или же проживают в беднейших странах, прозябающих и практически исключенных из глобальной экономики. Даже в экономически благополучных странах некоторые работники также испытывают на себе отрицательные последствия глобализации, и при этом осознание такого неравенства еще более уси-
ливается благодаря революции в глобальных коммуникационных системах» (6, с. XI).
В двух опубликованных глобальных докладах - Всемирной комиссии по социальным аспектам глобализации и Глобальной комиссии по гуманитарной безопасности - проблемы миграции рассматриваются как приоритетные для совместных действий на международной арене по созданию нового миграционного порядка. В частности, в докладе Всемирной комиссии по социальным аспектам глобализации «Справедливая глобализация. Создание возможности для всех» (2004) отмечается, что «современная международная политика не способна адекватно реагировать на задачи, возникающие в процессе глобализации. Над социальными аспектами превалируют меры по открытию рынков, а также финансовые и экономические соображения» (6, с. XII).
Обращая внимание на необходимость пересмотра существующих правил в сфере торговли и финансов, авторы доклада указали, что «справедливые правила в сфере торговли и потоки капитальных вложений должны сопровождаться справедливыми правилами, касающимися свободного передвижения людей между странами». По их мнению, необходимо предпринять шаги по созданию многосторонней системы, предусматривающей единые для всех и прозрачные правила в отношении свободного перемещения людей между странами, которые сбалансированно учитывали бы интересы как самих мигрантов, так и направляющих и принимающих государств. «Все страны должны иметь возможность пользоваться преимуществами упорядоченного и отрегулированного процесса международной миграции, благодаря которому можно добиться более высокой глобальной производительности труда и покончить с практикой эксплуатации», - считают авторы доклада (6, с. 105).
Список литературы
1. Доклад о торговле и развитии, 2003: Обзор. - Женева: ЮНКТАД, 2003. -31 с.
2. Жирнов О.А. Латиноамериканская иммиграция в Европе // Актуальные проблемы Европы: Сб. науч. тр. - М.: ИНИОН РАН, 2005. - № 1: Западная Европа перед вызовом иммиграции. - С. 190-206.
3. Индийская ИТ-индустрия переживает гигантский подъем. - Режим доступа: Шр:/Лйпе1.ги/?ГО=295102
4. Индия больше не выгодна для аутсорсинга. - Режим доступа: http://www.india.ru/lentatest/index.phtml?ID=3647&country=india
5. Работа на экспорт. Аутсорсинг становится политической проблемой. - Режим доступа: http://www.rbsys.ru/print_consulting.php?newside=789
6. Справедливая глобализация: Создание возможностей для всех / Всемирная комиссия по социальным аспектам глобализации. - Женева: МОТ, 2004. -Режим доступа: http://ilo.law.cornell.edu/public/english/dialogue/actrav/ publ/129rus/5.pdf
7. Устойчивое социальное развитие в период быстрой глобализации: задачи, возможности и направления политики. 58-я сессия ЭСКАТО. ООН-ЭСКАТО. -Бангкок, 2002. - Режим доступа: http://www.unescap.org/58Zr/e1233r.pdf
8. Уэбстер Ф. Теории информационного общества. - М., 2004. - 399 c.
9. Глобальные трансформации: Политика, экономика, культура / Хелд Д. и др.; Пер. с англ. - М.: Праксис, 2004. - xxiv, 576 с.
10. Abella M., Ducanes G. The effect of the global economic crisis on Asian migrant workers and government responses. - Mode of access: http://www.unitar.org/ny/sites/default/files/Abella%20and%20Ducanes%20Econo mic%20Crisis%20and%20Labour%20Migration%20in%20Asia.pdf
11. Arango J. Explaining migration: a critical view // Intern. social science j. - P., 2000. - N 165. - P. 283-296.
12. Asian workers on the move: Asian Development Outlook, 2008. - Mode of access: http://www.adb.org/documents/books/AD0/2008/part0203.asp
13. Boswell Ch. UK labour migration policy: Permanent revolution? - Mode of access: http://www.cespi.it/WPMIG/Country%20mig-UK.pdf
14. Canales A. Migration and labour in the context of globalization: The case of migration from Mexico to the USA: XXIV IUSSP General population conference. Salvador. - Brazil, 2001. - Mode of access: www.iussp.org/Brazil2001/ s40/S45_04_Canales.pdf
15. Castels S. International migration at the beginning of the twenty-first century: global trends and issues // Intern. social science j. - P., 2000. - N 165. - P. 269282.
16. Castels S., Miller M.J. The age of migration. - L., 1993. - 306 p.
17. Chiswick B., Hutton T. International migration and the integration of labor markets. - Mode of access: http://ftp://repec.iza.org/RePEc/Discussionpaper/dp559.pdf
18. Clarke J., Salt J. Work permits and foreign labour in the UK: a statistical review. -Mode of access: http://www.statistics.gov.uk/articles/labour_market_trends/ Workpermits_nov03.pdf
19. Crest de A. Chômage paradoxal et difficultés de recruitment // Futuribles. - P., 2000. - N 254. - P. 5-33.
20. Emigration from Latin America. Making the most of an exodus // Economist. - L., 2002. - Feb. 23. - P. 57-59.
21. Migration and the global recession / Fix M., Papademetriou D.G., Batalova J., Terrazas A., Yi-Ying Lin S., Mittelstadt M. // Wash.: Migration Policy Inst., 2009. - 127 p.
22. Grimes Ch. US image problem deters foreign students // Financial times. - L., 2004. - Nov. 10. - P. 4.
23. Global economic prospects, 2007: Managing the next wave of globalization / The Intern. Bank for reconstr. and development; The World Bank. - Mode of access: http://www.wds.worldbank.org/external/default/WDSContentServer/IW3P/IB/200 6/2/06/0002742_200620655022/Rendered/PDF/38400GEP2007.pdf
24. Harris N. The new untouchables: Immigration and the new world worker. - L., 1995. - 254 p.
25. Hirst P. The global economy - myths and realities // Intern. affairs. - L., 1977. -Vol. 73, N 3. - P. 409-425.
26. Hutton T., Williamson J.C. What fundamentals drive world migration ? // NBER Working paper series. - Working paper N 9159. - Mode of access: http://www.nber.org/papers/w9159
27. International migration outlook: SOPEMI 2008. - P.: OECD, 2008. - 394 p.
28. International mobility of higher skilled / Policy brief. - P.: OECD, 2002. - 5 p.
29. Justeau S. Économie et migration // Futuribles. - P., 2001. - N 270. - P. 33-46.
30. Khan H., Islam M. Outsourcing, migration and brain drain in the global economy: Issues and evidence. - Mode of access: http://www.u21global.edu.sg/Partner Admin/ViewContent?module=DOCUMENTLIBRARY&oid= 157296
31. Labour migration in UK. - L.: Inst. for pub. policy res., 2004. - 25 p.
32. MacLeod D. Italian students seek the dolce vita abroad. - Mode of access: http://education.guardian.co.uk/print/0,3858,4762115-108229,00html
33. Massey D. Patterns and processes of international migration in the 21st century. -Mode of access: http://time.dufe.edu.cn/wencong/africanmigration/1Massey.pdf
34. Michaux F. Vers une pénurie de personnel qualifié // Futuribles. - P., 2000. -N 254. - P. 45-54.
35. Migration impact strongest in developed countries. - Mode of access: http://un.by/en/news/world/2004/29-11-04-11.html
36. Migration: Survey // Economist. - L., 2002. - Nov. 2. - P. 3-16.
37. Münz R. Migration, labour markets and integration migrants: An overview for Europe. - Mode of access: http://siteresources.worldbank.org/SOCIAL PROTECTION/Resources/SP-Discussion-papers/Labor-Market-DP/0807.pdf
38. Stalker P. The work of strangers: A survey of international labour migration. -Geneva: ILO, 1994. - 250 p.
39. Stalker P. Workers without frontiers. The impact of globalization on international migration. - N.Y., 2000. - 161 p.
40. Tanner A. Brain drain and beyond: returns and remittance of highly skilled migrants //Global migration perspectives. - Geneva, 2005. - N 24. - 14 p.
41. Tapinos C.Ph. Globalisation, regional integration, international migration // Intern. social science j. - P., 2000. - N 165. - P. 297-306.
42. Taran P.A., Geronimi E. Globalization, labour and migration: protection is paramount. - Mode of access: http://ilo.law.cornell.edu/public/english/dialogue/ actrav/publ/129rus/5.pdf
43. Towards a fair deal for migrant workers in the global economy: Report VI: Intern. Labour conf. 92nd Session. - Geneva: ILO, 2004. - Mode of access: http://ilo.law.cornell.edu/public/english/dialogue/actrav/publ/
44. Trends in international migration: Continuous reporting system on migration. - P.: OECD, 2003. - 372 p.
45. Tsay Ching-lung. Labour migration and regional changes in East Asia: Outflows of Thai workers to Taiwan. - Mode of access: http://www.iussp.org/Bangkok 2002/S14Tsay.pdf
46. United Nations' Trends in Total Migrant Stock: The 2008 Revision. - Mode of access: http://esa.un.org/migration
47. Wehrfritz G., Vitug M. Workers for the world // Newsweek. - N.Y., 2004. - Oct. 4. -P. 39-45.
48. World economic and social survey 2004: International migration / UN Dep. of econ. a. social affairs. - N.Y., 2004. - 274 p.
49. World migration, 2003. - Geneva: IOM, 2003. - 479 p.
50. World migration, 2005: Costs and benefits of international migration. - Geneva: IOM, 2005. - 479 p.
51. World Migration, 2008: Managing labour mobility in the evolving global economy. -Geneva: IOM, 2008. - 562 р.
52. Young K. Southeast Asian migrant workers in East Asian households: globalisation, social change and the double burden of market and patriarchal disciplines // Working papers ser. / Southeast Asia research centre. - Mode of access: http://www.ciesties.edu.hk/search/WP58_04_young.pdf