Научная статья на тему 'Механизм противодействия экстремизму в Российской Федерации посредством конституционно-правовых гарантий равноправия и самоопределения народов'

Механизм противодействия экстремизму в Российской Федерации посредством конституционно-правовых гарантий равноправия и самоопределения народов Текст научной статьи по специальности «Право»

CC BY
663
93
i Надоели баннеры? Вы всегда можете отключить рекламу.
Ключевые слова
РАВНОПРАВИЕ ГРАЖДАН / САМООПРЕДЕЛЕНИЕ НАРОДОВ / РЕЛИГИОЗНЫЙ ЭКСТРЕМИЗМ / ЭКСТРЕМИСТСКАЯ ДЕЯТЕЛЬНОСТЬ / НАЦИОНАЛЬНЫЙ ЭКСТРЕМИЗМ

Аннотация научной статьи по праву, автор научной работы — Карпов А.В., Ломакин В.В.

Рассматриваются причины проявления радикального экстремизма и совершения преступлений на почве национального и религиозного превосходства. Отмечается, что от неравноправия напрямую зависят стабильность, сохранение и развитие традиционных ценностей и культуры. Предлагается комплекс мероприятий по улучшению работы органов государства и местного самоуправления для противодействия экстремизму и терроризму, в частности повышение эффективности обеспечения равноправия и самоопределения народов в России.

i Надоели баннеры? Вы всегда можете отключить рекламу.
iНе можете найти то, что вам нужно? Попробуйте сервис подбора литературы.
i Надоели баннеры? Вы всегда можете отключить рекламу.

Текст научной работы на тему «Механизм противодействия экстремизму в Российской Федерации посредством конституционно-правовых гарантий равноправия и самоопределения народов»

УДК 343.97

механизм противодействия экстремизму в российской федерации посредством конституционно-правовых гарантий равноправия и самоопределения народов

а. в. карпов,

доктор юридических наук, проректор столичного института бизнеса и управления E-mail: av-k. 07@mail. га

В. В. ЛОМАКИН, кандидат юридических наук, доцент Всероссийского института повышения квалификации МВд России E-mail: lomakirina@yandex. га

Рассматриваются причины проявления радикального экстремизма и совершения преступлений на почве национального и религиозного превосходства. Отмечается, что от неравноправия напрямую зависят стабильность, сохранение и развитие традиционных ценностей и культуры. Предлагается комплекс мероприятий по улучшению работы органов государства и местного самоуправления для противодействия экстремизму и терроризму, в частности повышение эффективности обеспечения равноправия и самоопределения народов в России.

Ключевые слова: равноправие граждан, самоопределение народов, религиозный экстремизм, экстремистская деятельность, национальный экстремизм.

Особенностью общественной и религиозной жизни современной России является активная деятельность организаций и движений, которые стремятся влиять на общество, формировать идеологию и проводить в жизнь идеи национально-религиозного возрождения, целенаправленно нарушают равноправие и самоопределение народов - коренных народов и мигрантов [24, с. 230]. Последствиями

данной деятельности являются угроза безопасности государства, социальная, расовая, национальная и религиозная рознь, что противоречит Конституции Российской Федерации [9] и общепризнанным нормам международного права.

С одной стороны, это фундаментализм с элементами эклектики и синкретизма, с другой - умеренное движение, радикализм, несущий в себе как умеренные тезисы, так и содержащий симпатии к экстремистским формам взаимодействия с обществом и государством [12, с. 159]. Под такой деятельностью скрываются общественно-политические манипуляции, противоборство религиозных структур и национально-этнических групп за расширение своего властного пространства и собственности.

Тем самым осуществляются противоправные формы деятельности представителей паразитической буржуазии, чиновничьей коррупции на фоне широкой стратификации и обнищания бывшего пролетариата и крестьянства. Такая деятельность приводит к национально-этническому противостоянию, усилению влияния религиозных движений, организаций и групп, где обиженные, обездоленные

- 17

или не понятые обществом люди именно в таких организациях ищут убежище и помощь. В том числе в националистических организациях, и особенно в нетрадиционных религиозных организациях, где поддерживается видимость принципа всеобщего равноправия и равенства людей перед Богом.

При этом истоки развития радикализма и экстремизма и соответствующих вероучений в своей основе лежат в непосредственной близости к различным деструктивным организациям и, как показывает практика, связаны с интересами местных религиозных и национальных структур, неправительственных и правозащитных организаций, влияющих в той или иной степени на формирование правового, социального государства.

Они, как правило, изображают видимость борьбы за свободу и равенство людей, а тем самым лоббируют экономические, финансовые и политические интересы, которые являются наиболее закрытыми для общественности, в том числе и по отклонению или затягиванию важных законопроектов в области обеспечения равноправия народов России и повышения социального уровня жизни людей. Это, как правило, достигается заинтересованными структурами и лицами посредством парламента [13, с. 56].

Националистические и религиозные процессы, обострившиеся в постсоветский период, оказали отрицательное влияние на равноправие и самоопределение народов России и социально-общественные отношения в обществе, подорвали политическую и межнациональную стабильность и продолжают наносить ущерб российской государственности, межрелигиозному и межнациональному взаимопониманию и взаимодействию народов и субъектов Федерации. Неотъемлемым фактором радикальных процессов, влияющих на равноправие и самоопределение народов, общественный порядок и внутриполитическую жизнь России, стала националистическая деятельность, возросшая обособленность землячеств, тейпов, диаспор и некоторых представителей органов местного самоуправления. Сращивание собственности с властью и мафиозными структурами стало неопровержимым фактом нашей жизни. Такая ситуация неизбежно порождает нарушение законов, связанных с переделом денежных и сырьевых ресурсов, стремление уклониться от налогообложения и незаконного вывоза капитала за границу. Причем большая часть населения отчуж-дена от собственности, попытки рядовых граждан включиться в предпринимательскую деятельность

кончаются разорением, безучастным свидетелем которого является государство [21, с. 216].

Негативным фактом в субъектах Федерации продолжает оставаться воздействие на равноправие и самоопределение народов России через подрывную деятельность националистов, экстремистов и эмиссаров из западных и ближневосточных стран. Эти представители (в основном с криминальным прошлым) нацелены на незаконное обогащение, разрушение многонационального общества с дальнейшей перспективой наживы на богатейших ресурсах нашего государства.

Тем более что многие субъекты Федерации, территории Северного Кавказа, Дальнего Востока относятся к регионам с неокрепшей экономикой и социально-экономическими возможностями, в том числе из-за кризисных проявлений в нашем обществе, что сказывается негативно на социальном и правовом положении народов. Дестабилизация социальной ситуации, обострение не разрешенных до сих пор национально-этнических, административно-территориальных проблем советского прошлого в некоторых случаях взаимосвязаны с экстремистскими проявлениями, фактами неравноправия и кризисными межнациональными взаимоотношениями.

Таким взаимоотношениям в субъектах Федерации свойственен поиск национальной, историко-культурной, этнической самоидентификации и деятельности по вхождению во власть, в том числе представителей различных народов, ассимилировавшихся в городах федерального значения и на территориях субъектов Федерации. Безусловно, в Северо-Кавказском федеральном округе и ранее происходили неоднозначные политико-правовые и национально-этнические процессы. Здесь на протяжении современной истории находили и продолжают находить приют одиозные личности, разыскиваемые преступники, националисты, террористы и экстремисты, в своей деятельности прибегающие к запрещенной конституционными нормами пропаганде расового, национального, религиозного и языкового превосходства [9] одних народов над другими.

Здесь проповедуют свои учения различные зарубежные эмиссары и национально-этнические представители, которые пользуются нестабильной ситуацией в регионе, формируют национально-экстремистские взгляды, подрывают равноправие народов и характеризуются крайне агрессивной формой противоправной деятельности. Данная

деятельность в своей основе направлена на насильственное изменение конституционного строя и нарушение целостности Российской Федерации, публичное оправдание террористической деятельности, возбуждение социальной, расовой, национальной и религиозной розни [17], в большинстве случаев называемое борьбой за суверенитет, равноправие и самоопределение своих народов.

В настоящее время взаимодействие экстремистов с преступными организациями и группами, в том числе в сфере идеологии и политизации национально-этнических отношений, осуществляется с целью ослабления конституционного строя страны. Для такой радикально религиозной деятельности, как показывает практика, характерно дальнейшее растекание «джихада», который фиксируется не только в рамках субъектов России и ближнего зарубежья, но далеко за их пределами [7]. Известно, что администрация США, спецслужбы Англии, Турции и других государств пересмотрели свою политику в сторону более плотного присутствия и влияния на многонациональные субъекты России. Они опираются в том числе и на то, что некоторым представителям национальных элит и представителям органов государственной власти и местного самоуправления безразличны социально-общественные процессы и равноправие народов России, права и свободы граждан. Это отношение характеризуется «недостаточным осознанием того факта, что нынешняя ситуация в контексте новых угроз является результатом различных заблуждений, принятых с намерением создать доброжелательный мир, приводит в противоположность намерениям к нарушению и умалению прав человека, народов и наций» [11].

Другим негативным фактором, влияющим на обеспечение равноправия и самоопределения народов России, является проявление сепаратизма как препятствия на пути социально-экономического, правового и инновационного развития России, что выливается в криминализацию многих сторон жизни, в коррупционные схемы в деятельности органов государственной власти и местного самоопределения. Масштабы коррупции и, самое главное, ее интегрированность во властные институты являются существенным фактором [4], что особенно влияет на эффективность обеспечения равноправия и самоопределение народов Российской Федерации. В связи с этим на руководителях субъектов России, органах государственной власти и местного самоуправления, депутатах, судьях лежит огромная

ответственность перед обществом и российскими гражданами за последовательность исполнения антикоррупционного и иного законодательства, обеспечивающего равноправие и самоопределение народов и противодействующее экстремистским проявлениям и радикализму общества. Такая ответственность, как показывает практика, лежит на всех руководителях, особенно на тех, которые в соответствии со своей профессиональной деятельностью обязаны на постоянной законодательной основе применять весь комплекс возможностей по противодействию национализму и экстремизму в субъектах Федерации. В соответствии с п. 6.1 ст. 15 Федерального закона «Об общих принципах организации местного самоуправления в Российской Федерации» [18], органы государственной власти и местного самоуправления обязаны принимать все имеющиеся в их арсенале меры противодействия. Подобные законодательные нормы имеются во многих региональных законах республик Федерации, где органы местного самоуправления обязаны действовать в пределах своей компетенции, опираясь на ст. 4 Федерального закона № 114-ФЗ «О противодействии экстремистской деятельности» [19].

Вместе с тем, как показывает изучение практики, механизм противодействия экстремизму на уровне местного самоуправления недостаточно научно-методологически обобщен и не всегда эффективно воздействует на область общественных отношений. Это связано с тем, что имеются как управленческие, так и правовые проблемы, например такие как межведомственная разобщенность. Это напрямую сказывается на росте радикализма и экстремистской преступности, ее латентности, подрывающей равноправие народов и свободы граждан России, что, в свою очередь, ослабляет общественное доверие к органам государственной власти и местному самоуправлению и проявляется в скептицизме и недоверии к мероприятиям, осуществляемым властями, которые становятся нормой нашей жизни [21].

Происходит отдаление органов государственной власти от народа, а также от проводимой правовой политики в целом. Тем не менее важной формой обеспечения равноправия и самоопределения народов является современная, отвечающая нынешним вызовам национальная государственная и региональная политика, основанная на взаимодействии, создании и выработке наиболее полных и всесторонних форм национально-этнической солидарности как эффективной борьбы с нацио-

налистической и экстремистской преступностью, религиозной пропагандой, защитой прав и свобод человека и гражданина. Это может выражаться во всесторонней поддержке органами государственной власти местных средств массовой информации и коммуникаций, где в настоящее время бессистемно реализуются социальные и общественно значимые проекты, обеспечивающие механизм равноправия и самоопределения народов в контексте противодействия экстремистским проявлениям в России.

Однако не только от таких важных общественно-политических и законодательных процессов, обеспечивающихся деятельностью органов государственной власти, в значительной степени зависит оздоровление общественной и криминогенной обстановки в субъектах РФ. Требуется решение вопросов усовершенствования практической составляющей в деятельности исполнительных органов государственной власти и местного самоуправления.

Как показывает практика, следует внедрять системный региональный и местный мониторинг межнациональных и межрелигиозных взаимоотношений. Даже предварительный прогноз таких отношений позволяет на ранних стадиях выявлять формирование экстремистских проявлений, а также причинный комплекс такой крайней по форме деятельности. Это позволяет своевременно противодействовать негативному воздействию на обеспечение равноправия и самоопределения народов России.

В этой связи также необходимо, чтобы исторически не решенные проблемы, территориальные вопросы составляли своевременную и эффективную реакцию органов государственной власти на возможное развитие обстановки с универсально-тонким воздействием на межэтнические и межконфессиональные взаимоотношения народов нашей страны.

Важной стороной противодействия неравноправию и сепаратизму, выливающимся в радикализацию общества и экстремизм, должна стать ликвидация источников финансирования и материально-технического снабжения экстремистских организаций и организованных преступных групп. Данные группы являются ресурсной базой радикальных, религиозных и националистических движений (с данным утверждением согласны большинство сотрудников территориальных органов МВД России из многих субъектов Федерации).

В соответствии с проведенным анализом вполне обоснованными являются предложенные меры противодействия радикализму и экстремизму,

которые могут повлиять на развитие и обеспечение равноправия и самоопределения народов России:

• на всех уровнях органов государственной власти могут быть сформированы региональные целевые программы и комплексные планы по гармонизации межэтнических и межконфессиональных взаимоотношений;

• как показывает практика, необходима всероссийская государственная программа, исходящая из положения, что получение религиозного образования возможно только после окончания общеобразовательного уровня, которое позволяет человеку быть открытым, толерантным, творческим к окружающему миру, умеющему проявлять сопереживание и доброжелательность к другим людям;

• существует потребность в тесном взаимодействии органов государственной власти и местного самоуправления с авторитетными религиозными лидерами по подготовке на территории Российской Федерации священнослужителей и муфтиев, исповедующих традиционный ислам, христианство и другие ведущие религии мира. Это позволит не допускать культивирования зарубежными духовниками религиозных учений, таких как «ваххабизм», «салафизм» и иных радикальных учений.

В то же время, как показывает практика, ситуация в этой области постепенно нормализуется. В апреле 2011 г. в г. Уфе заложен первый камень в основание российской исламской академии, где будут готовить своих священнослужителей в Башкортостане с приглашением ведущих специалистов из крупнейших исламских центров [5].

Тем не менее необходима системная деятельность в этом и иных направлениях, в том числе по пропаганде национально-этнического равноправия, межнациональной дружбы, знакомство народов с многонациональными российскими и мировыми культурными ценностями, развитие социального, национального и правового равноправия народов, всесторонне используя глобальную сеть Интернет и иные возможности.

В этот процесс следует вовлекать крупные печатные издания для совершенствования программ школьного, вузовского и послевузовского образования, повышающих роль органов государственной власти в области равноправия и самоопределения народов в противодействии экстремизму, формирующих в российском социуме универсальные ценности и консен-

сус в межконфессиональных и межэтнических отношениях. Следует оптимально сочетать действующие и инновационные подходы в социально-общественных и государственно-правовых взаимоотношениях в области формирования и обеспечения равноправных отношений народов России.

Такие отношения могут становиться базовыми ценностями, быть востребованными в повседневной деятельности органов государственной власти и преобразовываться через местное самоуправление, депутатов, политиков в системную деятельность в управленческой и правовой практике. Это позволит более четко отделять явления, происходящие в религиозной сфере, от действий, совершаемых в мире политики, но имеющих религиозную мотивацию и религиозный камуфляж [14].

Необходимо продолжать процесс формирования и становления региональной и муниципальной информационно-правовой базы, приведение ее в адекватное состояние в соответствие с постановлением Правительства РФ от 28.01.2002 № 65. Тем самым, изменяя сложившуюся ситуацию в сфере информационных технологий в рамках оптимизации системы управления страной в обеспечении не только экономического роста, но и, что важно, открытости власти перед обществом [20].

Таким образом, совершенствование правовых, экономических, идеологических и информационных вопросов, оптимизация деятельности органов государственной власти и местного самоуправления позволит своевременно, информатизиро-ванно и эффективно обеспечивать равноправие и самоопределение народов России. Наряду с этим, как показывает изучение практики, существует потребность противодействия межнациональной конфронтации, развалу системы существующих национальных ценностей, формирование компетентных кадров органов государственной власти и местного самоуправления. Для этого потребуется находить равновесие в процессах саморегуляции и государственной регуляции органов государственной власти и местного самоуправления [25].

В результате станет возможным проще совершенствовать федеральное законодательство -правовой основы обеспечения равноправия и самоопределения народов совместно с юридической силой Конституции РФ. Необходим мощный общественный стимул в целях обеспечения равноправия и самоопределения народов России, активизация правовых инициатив органов местного самоуправ-

ления, опирающихся на общественные организации и многонациональное общество.

Несомненно, по мнению ряда правоприменителей и специалистов, именно нормы закона могут активно влиять на обеспечение конституционно-правового равноправия и самоопределения народов России. Вместе с тем инициатива органов исполнительной власти предоставляет дополнительное право на учет и реализацию инициатив рядовых граждан, в первую очередь, в регулировании отношений на уровне местного самоуправления, а также поиск действенных форм взаимопонимания на уровне национальных организаций и структур в субъектах Федерации. В результате активного формирования общественно-правовых взаимоотношений и открытого диалога органов государственной власти и народа могут создаваться определенные условия, позволяющие местному самоуправлению обеспечивать равноправие народов России, а органам внутренних дел более эффективно противодействовать проявлениям экстремизма.

Такая практика при ее правильной организации и своевременном проведении профилактических и иных мероприятий поддается регулированию. В противном случае межнациональные взаимоотношения могут принимать форму открытого, физического и вооруженного противостояния, нарушающего целостность Российской Федерации, подрывающего безопасность государства [9], что противоречит конституционно-правовым установлениям.

Отсюда важным элементом организации деятельности органов государственной власти является выявление начальной стадии развития противостояния, когда контролируемое, неотложное вмешательство органов государственной власти и органов внутренних дел на основе административных, правовых, общественных, социальных и оперативных возможностей позволяет воздействовать на причины и условия формирования религиозно-националистических и экстремистских движений.

Важным элементом обеспечения равноправия народов является расширение роли субъектов РФ в противодействии экстремизму, обеспечении защиты прав и свобод граждан - в соответствии с Федеральным законом № 114-ФЗ «О противодействии экстремистской деятельности» [19] и внесенными дополнениями в федеральное законодательство и законодательные акты по противодействию экстремизму. Однако существует необходимость усиления внимания органов государственной власти, обще-

ственности и специалистов к проблемам ксенофобии и национализма, выражающихся в различных акциях, иногда мотивированно отражающих факты, связанные с неупорядоченной приватизацией, со становлением рыночной экономики и сосредоточением огромных богатств в руках отдельных групп людей.

Эти вопросы и ранее резко поляризовали нации и народы относительно степени материального обеспечения тех или иных слоев общества [21]. До сих пор это проявляется в резком неприятии неравноправия и социального расслоения общества, что выражается в соответствующей напряженности в национально-этнической сфере. Такие множественные факты нашли свое отражение в конкретных уголовных делах в субъектах Федерации, связанных с национализмом и экстремизмом, материалах экспертов и специалистов в области противоправной деятельности религиозно-националистических организаций и групп.

При этом необходимо согласиться со специалистами-практиками, полагающими, что формирование экстремизма происходит там, где существуют нерешенные социально-общественные, религиозные, экономические и правовые вопросы, которые девальвируют отношение к равноправию, конституционным нормам, защите прав и свобод человека. Не подавленные изначально межконфессионально информационно-психологическим путем и оперативными методами, а также не зафиксированные в жестких рамках национальной территории, радикализм и экстремизм имеют тенденцию превращаться в крайнюю форму протеста и заявлять о себе как о политической силе.

Тем более что национальное превосходство, этноэгоизм и этнократичность становятся для некоторых субъектов Федерации обычным явлением. Это отражается на таких важных вопросах равноправия народов России, как системная деятельность органов местного самоуправления по установлению согласия между народами, развитию принципов взаимоуважения, свободы вероисповедания и толерантности в обществе.

В этой связи профессор Р. М. Абакаров замечает, что «толерантность должна быть не только как понятие, но как реально функционирующее явление духовной жизни российских регионов, известное много веков в Дагестане, это явление называлось -«маслиат» [1]. При этом «толерантность для нашего общества может представлять ценность и социальную норму гражданского общества, проявляться в праве

всех граждан быть различными, в обеспечении устойчивой гармонии между различными конфессиями, политическими, этническими и другими социальными группами, в уважении к разнообразию различных мировых культур, цивилизаций и народов, готовности к пониманию и сотрудничеству с людьми, различающихся по внешности, языку, убеждениям, обычаям и верованиям» [1]. Это также соответствует конституционно-правовым нормам Российской Федерации [9].

Следует согласиться с утверждением, что людям необходимы различные контакты и общение, творческие встречи, расширение кругозора о других конфессиях, обычаях и правилах. При этом развитие «этнокультуры как единой системы, объединяющей традиционное с прогрессивным инновационным, способно сохранить уникальность при условии, если в своей основе она имеет общечеловеческие нравственные ценности» [1].

Таким образом, этнокультура и толерантность как направления обеспечения равноправия народов способны противостоять экстремизму путем развития и формирования межнациональных контактов для сохранения уникальности всех народов России, что служит фактором укрепления многонационального российского общества. Так как активность религиозного экстремизма в реальности может развиваться скрытно, под маской общесоциального интереса, используя недостатки и промахи в обеспечении национальной политики, просчетах и коррупции в некоторых органах государственной власти и местного самоуправления, это формирует неудержимый рост этнической, а также экстремистской и молодежной преступности.

Это происходит в том числе и потому, что неокрепшую молодежь тянут в преступные экстремистские группы, где они получают зарплату в долларах, а социально ориентированная на средний класс исламская экономическая платформа кажется им более приемлемой [2]. Это приводит к подрыву безопасности государства, разжиганию социальной, расовой, национальной и религиозной розни [9], что противоречит Конституции РФ.

Отсюда становится очевидным, что органам государственной власти без участия всех институтов гражданского общества, священнослужителей и муфтиев невозможно реально воздействовать на экстремистские проявления и реализовывать социально значимые программы, намеченные общественно-политические планы. «Любые попытки старыми методами остановить или помешать росту

национализма и исламского религиозного сознания -бесполезный труд», в том числе потому, что молодежь и способные талантливые выпускники институтов, получив светское образование, не завершают окончательно своего религиозного образования» [2].

Из этого следует, что религиозный экстремизм действует в сфере личностного религиозного самосознания людей, где наблюдается недопонимание, межнациональное разноязычие и множество декларативных заявлений, связанных с равноправием конфессий, при довольно низкой их реализации органами государственной власти и местного самоуправления.

Тем самым на современном этапе формирования религиозных отношений, как показывает практика, главный источник противостояния радикализму и экстремизму и поддержке стабильного равноправия и самоопределения народов России переместился от местного самоуправления субъектов Федерации в культовые организации, соборы, мечети и различные религиозные учреждения. Эти структуры являются сегодня одним из действенных механизмов обеспечения равноправия и самоопределения народов России и эффективного функционирования институтов гражданского общества в противодействии экстремистской идеологии.

Отсюда возникает необходимость дальнейшей поддержки органами государственной власти культовых структур, в том числе в части выделения земельных участков для возведения местных храмов и мечетей для поклонения и проведения необходимых религиозных церемониалов и обеспечения потребностей верующих - многонационального общества.

Опорой такого развития и противодействия экстремизму может также служить Федеральный закон от 25.07.2002 № 114-ФЗ «О противодействии экстремистской деятельности» [19], при том, что навязываемая радикализация общества стала в большей степени встраиваться в Федеральный закон от 26.09.1997 № 125-ФЗ «О свободе совести и о религиозных объединениях», где она яснее прослеживается в регистрируемых правоохранительными органами правонарушениях. Это связано также с тем, что окончательно сформулировать и определить исчерпывающие мероприятия в отношении противодействия радикально религиозному экстремизму, подрывающему равноправие и самоопределение народов России, - весьма сложно разрешаемая задача. Дело в том, что в понятие

«радикальный экстремизм» входят различные виды экстремистской деятельности, включая политический, бытовой, спортивный, религиозный, экономический и различные иные виды экстремизма.

Отсюда возникает необходимость определиться с действующими и применяемыми понятиями, используя соответствующие общенаучные и конкретно научные методы (например логические, философские, историко-правовой, сравнительно-правовой, анализ, синтез, индукцию, дедукцию и др.). Это позволит сформулировать обоснованное определение для формирования законодательных норм, четко очерчивающих границу радикально религиозного, политического и иного экстремизма, что позволит более конкретно воздействовать на сущность данной противоправной деятельности, подрывающей равноправие и самоопределение народов России.

Формирование такого понятийного аппарата научными методами необходимо для оказания целенаправленной научно-методической и практической помощи органам государственной власти с целью разработки и принятия нормативных правовых актов для обеспечения системных мероприятий в этой области. В этой связи необходимо отметить, что, как показывает практика, существует необходимость реализовать разнообразные мероприятия по вопросам общественной социализации и реабилитации выходцев из различных экстремистских организаций и сект, пропагандистского и психологического воздействия государственных органов на последователей радикального экстремизма и национализма.

Авторы согласны с тем, что именно информационно-психологические технологии призваны обеспечить наибольшее воздействие на экстремизм и открытость деятельности власти перед обществом, где нужны конкретные меры для изменения сложившейся ситуации [20] в этой области общественных отношений. Эта работа позволит усовершенствовать формы неприятия экстремизма и неравноправия человека как практического, ясного и четкого способа воздействия на религиозные, теологические и радикальные основы экстремизма. При этом необходимо опираться на специалистов-исламоведов, обеспечивающих взаимосвязь жизненных требований с негативными религиозными постулатами, реализующими и формирующими предпосылки для радикальной деятельности.

Однако наличие такой взаимосвязи, как показывает практика, должно подкрепляться доказательствами, которые на самом деле довольно расплывчаты

и субъективны. При этом, как показывает практика, экстремистские проявления, прочно взаимосвязанные с «ваххабизмом», и употребляются для обозначения практики использования исламской религии в социально-политических и криминальных целях. Иное направление, являющееся радикальным крылом данного течения, ведет антиконституционную и противоправную деятельность, направленную на джамаатскую внутреннюю форму религиозно-общественного обустройства субъектов России и создание сектантского или ваххабитского государства.

В результате необходимости упорядочения понятийного аппарата для практики правоприменения просматривается неопределенность в отношении к «ваххабизму» и другим религиозным учениям. В том числе потому, что в борьбе с экстремистами, подрывающими конституционно-правовой порядок и равноправие народов России, при задержании приверженцев «ваххабизма» без предъявления официального обвинения в криминальной деятельности суд не в состоянии их наказать из-за отсутствия состава преступления1.

Даже с появлением соответствующего федерального законодательства и статей в Уголовном кодексе РФ до сих пор не определен квалифицирующий признак «ваххабизма» и сектантской деятельности.

В связи с чем положительное воздействие на область противодействия экстремизму может дать усовершенствование уголовного законодательства России и определение ряда квалифицирующих признаков в УК РФ - например признаков таких явлений, как «ваххабизм», «салафизм» и сектантство. Также необходима и всесторонняя подготовка глав местных администраций, судей, сотрудников органов внутренних дел, учителей местных образовательных учреждений в противодействии идеологии различных культов, подрывающих государственную целостность, равноправие, права и свободы человека.

Считается особенно необходимым ввести в программы повышения квалификации учителей, госслужащих, сотрудников МВД России учебные курсы - «Кодекс чести», мусульманско-правовой и

1 В отличие от действующего законодательства некоторых северо-кавказских республик (таких как Карачаево-Черкесская Республика, где принят закон от 04.05.2000 №№ 6-РЗ, Республика Дагестан с ее законом от 16.09.1999 № 15), которое запрещает «ваххабизм». Однако санкции за участие в радикальных религиозных течениях «ваххабитов» или «салафитов» чрезвычайно либерализованы и не отражают правовой и социально-общественной кризисной ситуации в субъектах Федерации.

24 -

христианско-правовой культуры, обеспечения равноправия и равенства народов России. Кроме того, в учреждениях юстиции и правосудия, территориальных органов МВД субъектов Федерации следует сформировать госструктуры, осуществляющие религиоведческую, лингвистическую и иные экспертизы литературы и учений, пропагандирующих социальное, расовое, национальное религиозное и языковое превосходство [9], запрещенные конституционными нормами, однако, довольно свободно распространяемых в субъектах Федерации.

Как показывает практика, следует рассмотреть возможность введения обязательной правовой нормы об учете в органах внутренних дел действующих и вновь создаваемых религиозных, теологических и иных организаций, с последующим контролем за их деятельностью в соответствии с уставными документами, планами и заявленными целями. Подобные административно-правовые нормы могут относиться к уже действующим религиозным теологическим организациям, которые в своей деятельности выступают за общепризнанные границы принципа религиозной свободы и совести, культивируют различные формы своих радикальных учений, используя экстремизм и сепаратизм, подрывающие целостность российского государства и его безопасность [9].

Часто одной из причин экстремизма называется цивилизационное становление нового религиозного самосознания в субъектах и на территориях России. В какой-то степени можно согласиться с такой трактовкой и позицией, что радикализм и экстремизм, исходящие от саудитов и ближневосточных идеологов, объясняются влиянием не столько модернизма исламского права, сколько нежеланием некоторых стран вливаться в процессы глобализации исламского сообщества. Проанализировав направление процессов глобализации и желание некоторых фундаменталистов совершенствоваться, можно констатировать, что такая деятельность в основном предопределена желанием своего огосударствления и получения дивидендов от религиозных, политических, социальных процессов, происходящих в российской обществе. При этом религиозные структуры отделены от государства и равны перед законом и, что особенно важно, религии не могут устанавливаться в качестве государственной или обязательной [9].

В основе различных религиозно-радикальных учений, таких как «ваххабизм» или «салафизм», лежат интересы новых капиталистических кланов,

для которых получение властных полномочий, богатства, влияние на социально-политическую жизнь и экономику стоят на первом месте и представляют собой идеологическую доктрину, основанную на ней политическую практику [8].

С учетом вышеизложенного необходимо совершенствовать правоприменительную практику органов государственной власти с точечным и системным воздействием на те национальные или религиозные общности, которые, стремясь якобы к религиозной реформе, по сути предлагают изменять общественно-правовую, политическую систему и управление в государстве, формировать собственные правила при реализации прав и свобод людей, тем самым присваивать себе властные полномочия, что противоречит конституционным нормам Российской Федерации [9].

Подобная деятельность в общественном, религиозном и правовом развитии общества, воздействующая на равноправие и самоопределение народов России в процессе деятельности радикального экстремизма и фундаментализма, стала объектом внимания многих специалистов и ученых.

Ведь именно от неравноправия страдают общественные взаимоотношения и напрямую зависят стабильность, сохранение и развитие традиционных ценностей, культуры, самобытности, которые в большой степени, чем уголовно-запретительные меры, могут противостоять радикальному экстремизму, фундаментализму и ксенофобии. В то же время данным религиозно-радикальным проявлениям противопоставлено современное федеральное и международное законодательство, которое также требует своего развития и совершенствования, при том, что объем законодательства в сфере противодействия экстремистской деятельности значителен - это федеральные законы: «О противодействии экстремистской деятельности» [19], «Об общественных объединениях» [15], «Об общих принципах организации местного самоуправления в Российской Федерации» (в ред. ФЗ № 153-Ф3 от 27.07.2006, от 05.04.2010) [18], «О политических партиях» [16], «О ратификации Европейской конвенции о пресечении терроризма», «О ратификации Шанхайской конвенции о борьбе с терроризмом, сепаратизмом и экстремизмом» и др.

Что же касается подразделений по противодействию экстремизму, созданных в 2009 г., то по ряду объективных причин они не обладают должным воздействием, статусом и оснащенностью для про-

тиводействия рассматриваемой проблематике. Тем более что главное управление МВД России и его структурные подразделения по субъектам Федерации проблемы экстремизма одни решить не смогут.

В этой работе необходимо принимать непосредственное участие руководителям законодательных и исполнительных органов власти, опытным сотрудникам правоохранительных органов, ведущим специалистам в сфере истории и культуры народов России, общественным и религиозным организациям, представителям педагогических коллективов и молодежных организаций, - системно, бескомпромиссно и целенаправленно.

В настоящее время необходимо отметить, что имеющийся потенциал мер правового, оперативного и иного противодействия радикальному экстремизму не всегда реализуется в полном объеме, например существуют проблемы в оптимизации, регулировании деятельности и межведомственном взаимодействии органов государственной власти и местного самоуправления. Как показывает практика, существует необходимость в создании постоянно действующих экспертно-консультационных советов при полномочных представителях Президента Российской Федерации в федеральных округах или непосредственно в Администрации Президента Российской Федерации.

Экстремистская проблематика взаимосвязана с нарушениями требований конституционных норм, федеральных законов «О свободе совести и о религиозных объединениях», «О государственной службе», «Об общественных объединениях» и др., а также несистемным обобщением практики исполнения законодательства, направленного на борьбу с экстремизмом. Прежде всего в такой области, как выявление коррупционно емких схем и безответственности некоторых исполнительных органов власти и местного самоуправления, противоправной деятельности различных общественных и неправительственных организаций, что негативно влияет на состояние дел в исследуемой области.

При этом ненадлежащий контроль прокуратуры и следственного комитета за законностью принимаемых процессуальных решений своих сотрудников при расследовании экстремистских, националистических и иных преступлений формирует негативное отношение в обществе. Чем это заканчивается, многие стали свидетелями в г. Кондопоге, в пос. Сагра, на Манежной площади в Москве, а также в ряде субъектов Федерации.

Наряду с этими проблемами иные проблемы противодействия экстремистским выступлениям проявляются в отсутствии четких положений и координации совместной деятельности местного самоуправления, ограничивающего свое участие в противодействии экстремистской деятельности, а также отсутствии четкого определения объема полномочий и функций органов внутренних дел [23].

Такая ситуация показывает, что необходимо исключать существующий параллелизм функций органов государственной власти и органов внутренних дел [23] в противодействии экстремизму. В число субъектов противодействия необходимо включать общественные организации и религиозных лидеров, знающих обычаи, традиции и менталитет народов и конфессий, которые в состоянии формировать антиэкстремистский и равноправный климат в многонациональном обществе.

Тем более что существующая экстремистская, радикально религиозная проблематика, как правило, поднимает вопрос: какая это в первую очередь проблема, - правоохранительная, административная, правовая, социальная или экономическая? В специальной литературе и профессиональных кругах традиционно проходит исследование ее правоохранительной, уголовной или административно-запретительной стороны. Но, как показывает практика, борьбу с данным проявлением необходимо осуществлять в правовой, социальной и религиозной плоскости. Потому что конституционные нормы и действующее законодательство, гарантирующее принцип свободы совести и вероисповедания, окончательно не определяют правовых форм взаимодействия конфессий, различных религиозных и неправительственных организаций и самих верующих в общественном процессе и с органами государственной власти.

Наконец, без непосредственного взаимодействия иерархов религиозного культа и основных представителей религий по противодействию внутригосударственным антиправовым процессам (в контакте с органами государственной власти и органами внутренних дел) никто не сможет эффективно противостоять дальнейшей радикализации общественных отношений.

При этом органам государственной власти необходимо учитывать, что в достижении поставленной цели любой радикальной организации выступают умеренные радикалы (исламисты), а за вооруженный и силовой вариант, насильственный -

ультрарадикалы (экстремисты). Таким образом, при отнесении исламских радикалов к умеренным или экстремистам необходимо применение определенной методологии. В свою очередь, область мотива и аргументация экстремизма в большей мере обращена не к разуму человека, а к предрассудкам, чувствам и эмоциям людей, а идеологизация экстремистских действий создает особый тип сторонников экстремизма, склонных к самовозбуждению, неконтролируемым действиям, готовых на любые акции, на нарушения норм, сложившихся в обществе. Причем «для экстремистов характерно стремление к охлократии, господству толпы, они отвергают демократические методы разрешения возникающих конфликтов» [22]. При этом «ядро эмоциональных переживаний фанатика составляет именно фанатическая страсть социального реформаторства» [26].

Изучение уголовных дел и материалов экспертного опроса специалистов по противодействию экстремизму позволяет вычленить среди большого количества экстремистских и националистических преступлений мотивы и факты, которым предшествовали широкие формы социального недовольства и неравноправия. Это впоследствии проявляется в таких формах саморазрушения и псевдосамоутверждения человека, как:

• религиозный или национально-этнический экстремизм, доведенный до уровня религиозного или национально-этнического фанатизма;

• псевдорелигиозный или псевдоэтнический экстремизм, опирающийся на корысть, или какую-либо личную заинтересованность;

• этнические, религиозные разногласия, опирающиеся на карьерные устремления, интересы и цели;

iНе можете найти то, что вам нужно? Попробуйте сервис подбора литературы.

• религиозные или межэтнические противоречия, опирающиеся на отсутствие восприятия иной религиозной культуры и развитие собственной образованности и толерантности;

• национально-этнические разногласия и конфликты, перешедшие в национальное и религиозное противостояние, которые свойственны историческим и застаревшим национальным конфликтам.

Все вышеперечисленное в той или иной степени вступает в противоречие с конституционными нормами Российской Федерации [9].

Таким образом, важнейшим условием противодействия экстремизму остается повышение эффективности обеспечения равноправия и самоопреде-

ления народов в субъектах РФ, где приоритетной должна быть борьба с расколом по национальному и этническому признаку, коррупцией, национальным протекционизмом и нравственным падением общества. Необходима комплексная программа деятельности органов государственной власти и органов местного самоуправления по созданию условий занятости молодежи в таких областях, как спортивный, культурный, творческий и иной досуг, особенно в трудоизбыточных населенных пунктах Российской Федерации.

Наряду с этими направлениями, определенные успехи в исследуемой области существуют там, где созданы, в частности: различные комиссии под руководством глав республик и иных руководителей субъектов Федерации; советы по взаимодействию с религиозными объединениями во многих республиках; комиссии по вопросам религиозных объединений при правительствах субъектов Федерации, а также воссозданных некоторыми органами государственной власти комитетов при правительствах республик по делам религий [3].

Однако, как показывает анализ, в работе органов государственной власти все же требуется дальнейшая организация и комплексный подход по оптимизации деятельности всех уровней и ветвей органов государственной власти в разрешении таких вопросов как регулирование, систематизация и осуществление превентивных мероприятий в идейно-воспитательной области, информационно-пропагандистском направлении воздействия на национально-этнические общности и подрастающее поколение.

Органам государственной власти необходимо рассмотреть вопрос о принятии более жестких мер по взысканию нанесенного вреда с тех лиц и их родственников, которые причастны к осуществлению радикальной экстремистской деятельности в субъектах Федерации и за рубежом. Здесь уже сделаны определенные шаги в данном направлении в связи с принятием постановления Правительства РФ от 06.02.2001 № 90 «О порядке осуществления социальной реабилитации лиц, пострадавших в результате террористической акции» и других региональных законодательных актов. Тем не менее, как показывает практика, необходима целенаправленная работа в таком направлении, как полное исключение политизированных и подстрекательских форм деятельности некоторых общественных и неправительственных организаций. Ведь вышеназванные организации и их группы, пользуясь несовершенством российского

законодательства, а также порой несогласованной деятельностью органов государственной власти и местного самоуправления, реализуют свои экстремистские планы и придают противоправной (криминальной) деятельности некоторую видимость законной (в крайнем случае незапрещенной).

Проблемы экстремизма, воздействующего на равноправие народов России, также базируются не на отсутствии важного законодательства, а в большей степени в действующем культе денежного успеха, безответственности и всевластии представителей некоторых органов государственной власти и местного самоуправления. На различных уровнях выполнения своих делегированных полномочий по обеспечению равенства всех перед законом и судом [9] и пресечению деятельности экстремистских организаций до сих пор допускается формирование зон и территориальных анклавов, выпадающих из сферы правового регулирования, которые являются антиконституционными и девальвирующими традиции и обычаи [6] народов России.

Кроме того, открытые диспуты представителей органов государственной власти и местного самоуправления с религиозными оппонентами, коренным населением и мигрантами приводят к неконтролируемым общественным выступлениям, публичным проповедям и апелляциям к бесспорным лидерам, духовным наставникам и религиозным авторитетам. Ранее такие общественные диспуты осуществлялись под негласным контролем и непосредственным участием органов государственной власти, что позволяло не допускать междоусобного противостояния. В такой обстановке веротерпимости, равноправия и богобоязненности сложились прошлые принципы правовых, равноправных взаимоотношений народов России.

Существующие проблемы и пробелы правового, пропагандистского и иного характера, отсутствие правовых и общественных механизмов, не высвечивающих паразитической сути экстремизма, становятся проблемой местного самоуправления в деятельности по обеспечению законности, правопорядка, общественной безопасности, исключающих конфликты на национальной и религиозной почве.

В нынешних условиях данную деятельность по необходимому консенсусу различных взглядов и позиций организаций, религиозных и иных общественных гражданских структур, где каждому гарантируется свобода мысли и слова [9], необходимо активно реализовывать на муниципальном уровне.

Особенно в связи с тем, что местное общество структурировано из представителей различных диаспор, конфессий и землячеств социально активной, в том числе нерелигиозной, общественности [10].

При этом следует уделять внимание очерчиванию пределов деятельности религиозных и национально-этнических организаций, которые порой не соблюдают правил раздела сфер компетенции исламского и христианского духовенства и светской власти при оценке деятельности имаматов или приходов. Как правило, это ставит под вопрос обеспечение гарантированных государством равноправия и самоопределения народов в обеспечении религиозных, демократических и правовых ценностей личности.

По сути, законодательным органам государственной власти необходимо разрешить системные меры по созданию законов и подзаконных актов, регулирующих светскую и духовную религиозно-этническую составляющую, в полном соответствии с существующим правовым урегулированием семейных, гражданских, административных и иных отношений, которые находятся в совместном ведении Российской Федерации и субъектов Российской Федерации [9]. Это в полной мере защитит права и свободы человека, а также запретит злоупотребление ими. Более того, вопросы, связанные с деятельностью религиозных, общественных, теологических организаций и объединений, должны подпадать под действие законов, установленных для всех субъектов гражданского оборота.

Все это должно привести к укреплению авторитета и роли органов государственной власти, религиозных конфессий и национальных общностей, должно позволить в дальнейшем осуществить право вхождения представителей органов местного самоуправления на правах наблюдателя или консультанта в национально-религиозные землячества и диаспоры.

Подобными «инновационными способами можно ликвидировать даже формальный повод для экстремистских проявлений, ведущих к столкновениям на почве религиозной и национальной розни, наихудшего проявления нетерпимости, радикализма и ксенофобии» [10].

В условиях полиэтничности Российской Федерации, когда религия и этническая принадлежность являются еще и средством национальной самоидентификации, уход от принципов равноправия и самоопределения, особенно с религиозными конфессиями и верующими, часто воспринимается

людьми как дополнительная несправедливость, т. е. нарушение принципов, закрепленных в Конституции Российской Федерации [9].

В свою очередь, все вышеизложенное может способствовать проведению единой в своих истоках, но разносторонней и разнообразной в проявлениях национально-этнической идеологии, полагаясь на исторические, культурные, национальные, духовные и иные традиции и нормы, близкие и понятные местному населению. Это будет способствовать объединению России в единое многонациональное общество, позволит обеспечить конституционно-правовые нормы, защищающие права человека и свободы гражданина, сохранить исторически сложившееся многонациональное государственное единство с уважением памяти предков, передавших нам любовь и уважение к отечеству, исходя из общепризнанных принципов равноправия и самоопределения народов Российской Федерации [9].

В этой связи полагаем необходимым рассмотреть возможность внесения в Уголовный кодекс РФ нового состава преступления в виде ст. 239.1 УК РФ, где предусмотреть в качестве квалифицирующего признака «культивирование, вовлечение в сектантские, сатанинские и иные деструктивные культовые сообщества и демонические общества, подрывающие психологическое, психическое здоровье людей и нарушающие общественные отношения».

Эта законодательная норма позволит противодействовать сектантским организациям, воздействующим на свободы и права граждан, равноправие и самоопределение народов в субъектах и территориях Российской Федерации. Также в процессе совершенствования законодательных норм, регулирующих федеральное законодательство о свободе совести и религиозных образованиях, необходимо внести дополнение в виде следующей формулировки - производить налоговые отчисления в соответствии с установленным законодательством Российской Федерации.

В связи с этим также следует рассмотреть вопрос о внесении дополнения в Федеральный закон от 21.03.2002 № 31-Ф3 (в ред. от 08.11.2010) «О приведении законодательства в соответствие с Федеральным законом «О государственной регистрации юридических лиц»», в соответствии с чем в ст. 23 «Отказ в государственной регистрации общественного объединения и порядок его обжалования» добавить положение о даче официального согласия органов прокуратуры РФ на государственную регистра-

цию вновь создаваемых религиозных организаций. Введение такой правовой нормы приведет к исключению противоправной деятельности религиозных организаций в субъектах Российской Федерации, подрывающих равноправие и самоопределение народов, права и свободы российских граждан.

Список литературы

1. Абакаров Р. М. Толерантность против экстремизма // Всеросс. науч-практ. конференция. Махачкала, 2007.

2. Асиятилов С. Х. Пирбудакова А. М. Мир, согласие и социальная гармония - суть и квинтэссенция всех авраамических религий // Всеросс. научно-практ. конференция. Махачкала, 2007.

3. Бекишиева С. Р. Роль правовой системы Республики Дагестан в противодействии экстремизму // Науч-практ. конференция. Махачкала, 2007.

4. Выступление Президента РФ Д. А. Медведева на совещании о мерах по стабилизации социально-политической обстановки и нейтрализации террористических и экстремистских угроз в СевероКавказском регионе. Ставрополь. 19.08.2009. URL: М1р://президент. рф.

5. Выступление Президента Республики Башкортостан на заседании президиума Госсовета о мерах по укреплению межнационального согласия. Уфа. 11.02.2011. URL: Interfax-Rassia. ru

6. Гаджиев Д. М. Предупреждение экстремистских проявлений в муниципальных образованиях: практический аспект // Науч-практ. конференция. Махачкала, 2007.

7. Добаев И. П. Исламское движение в Северо-Кавказском регионе в контексте проблемы национальной безопасности России // Всеросс. науч.-практ. конфер. Махачкала, 2007.

8. Добаев И. П. Исламский радикализм: генезис, эволюция, практика. Ростов н/Д: СКНЦ ВШ, 2003.

9. Конституция Российской Федерации от 12.12.1993 // Российская газета. 1993. 25.12.

10. Карпов А. В., Ломакин В. В. Органы местного самоуправления как фактор противодействия религиозному и политическому экстремизму // Национальные интересы: приоритеты и безопасность. 2009. № 9.

11. Кучуради И. Философия перед лицом мировых проблем // Вопросы философии. 2004. № 3.

12. Курбанов Х. Т. Основные религиозно-политические группы в исламе и их идейно-до-

ктринальные воззрения в свете противодействия религиозному экстремизму // Всерос. науч.-практ. конференция. Махачкала, 2007.

13. Малько А. В., Исаков Н. В., Субочев В. В. Правовая политика в урегулировании лоббизма. Саратов, 2003.

14. Муртазалиев А. М. Государственно-правовые проблемы противодействия религиозно-политическому экстремизму в Дагестане // Всеросс. науч.-практ. Конференция. Махачкала, 2007.

15. Об общественных объединениях: Федеральный закон от 19.05.1995 № 82-ФЗ.

16. О политических партиях: Федеральный закон от 11.07.2001 № 95-ФЗ.

17. О внесении изменений в отдельные законодательные акты Российской Федерации в связи с совершенствованием государственного управления в области противодействия экстремизму: Федеральный закон от 24.07.2007 № 211-ФЗ.

18. Об общих принципах организации местного самоуправления: Федеральный закон от 06.10.2003 № 131-ФЗ (в ред. ФЗ № 153-ФЗ от 27.07.2006, от 05.04.2010).

19. О противодействии экстремистской деятельности: Федеральный закон от 25.07.2002 № 114-ФЗ.

20. О федеральной целевой программе «Электронная Россия 2002-2010 гг.»: постановление Правительства РФ от 28.01.2002 № 65.

21. Права человека. Гл. VI. Права человека и правовое государство. 2-е изд. М.: Изд-во «Норма», 2009.

22. Пиджаков А. Ю. Правовое регулирование борьбы с международным терроризмом: учеб. пособие. СПб, 2002.

23. Сальников Е. В. Проблемы деятельности органов внутренних дел в сфере противодействия экстремизму на современном этапе // Материалы научно-практической конференции. Махачкала, 2007.

24. УсмановР.Х., АзисхановМ. К. Пути противодействия политическому и этническому экстремизму в условиях разрешения государственными органами конфликтогенной ситуации на юге России // Всерос. науч-практ. конференция. Махачкала, 2007.

25. Хабриева Т. Я. Современная конституция и местное самоуправление // Журнал российского права. 2005. № 4.

26. ЯхьяевМ. Я. Идейные основы противодействия национальному и политическому экстремизму // Науч-прак. конференция. Махачкала, 2007.

i Надоели баннеры? Вы всегда можете отключить рекламу.