Научная статья на тему 'Экстремизм и его спутниктерроризм -реальные угрозы Российской государственности'

Экстремизм и его спутниктерроризм -реальные угрозы Российской государственности Текст научной статьи по специальности «Политологические науки»

CC BY
443
76
i Надоели баннеры? Вы всегда можете отключить рекламу.
Ключевые слова
ТЕРРОРИСТИЧЕСКИЕ ГРУППИРОВКИ / ЭКСТРЕМИЗМ / ЭКСТРЕМИСТСКАЯ ДЕЯТЕЛЬНОСТЬ / СОЦИАЛЬНЫЕ КОНФЛИКТЫ

Аннотация научной статьи по политологическим наукам, автор научной работы — Карпов В., Ломакин В.В.

Рассматриваются причины роста количества экстремистских проявлений и преступлений на почве национального и религиозного экстремизма в России. Обосновывается наличие идеологической платформы у большинства экстремистских и террористических группировок, а также политические аспекты в деятельности экстремистов, направленные на присвоение общественной и государственной власти. Предлагается комплекс мероприятий для противодействия экстремизму и терроризму.

i Надоели баннеры? Вы всегда можете отключить рекламу.

Похожие темы научных работ по политологическим наукам , автор научной работы — Карпов В., Ломакин В.В.

iНе можете найти то, что вам нужно? Попробуйте сервис подбора литературы.
i Надоели баннеры? Вы всегда можете отключить рекламу.

Текст научной работы на тему «Экстремизм и его спутниктерроризм -реальные угрозы Российской государственности»

УГРОЗЫ И БЕЗОПАСНОСТЬ

17 (74) - 2010

экстремизм и его спутник терроризм -реальные угрозы российской государственности

а. в. карпов,

доктор юридических наук, проректор Московского института комплексной безопасности E-mail: av-k. 07@mail. ru В. В. ЛОМАКИН,

доцент Всероссийского института повышения квалификации МВД России E-mail: lomakirina@yandex. ru

Рассматриваются причины роста количества экстремистских проявлений и преступлений на почве национального и религиозного экстремизма в России. Обосновывается наличие идеологической платформы у большинства экстремистских и террористических группировок, а также политические аспекты в деятельности экстремистов, направленные на присвоение общественной и государственной власти. Предлагается комплекс мероприятий для противодействия экстремизму и терроризму.

Ключевые слова: террористические группировки, экстремизм, экстремистская деятельность, социальные конфликты.

Одной из основных форм проявления экстремизма в России, и в том числе в Северо-Кавказском регионе, является нелегальная, подпольная, религиозно-подрывная деятельность религиозных, криминальных, националистических группировок «ваххабитской» и «салафитской» направленности. Истолковывая отдельные положения Корана по-своему, идеологи «ваххабитов» целенаправленно искажают истинные ценности ислама, придавая ему экстремистские черты, выступают за отделение Северо-Кавказских республик от России и создание утопического исламского государства Халифат, или «Кавказской конфедерации» (которые включали бы в себя все республики Северного Кавказа, а также закавказские государства, в том числе Грузию и Армению). Реально осознавая абсурдность и эфемерность данных сепаратистских, национа-

листических планов, «ваххабиты» призывают к «джихаду», «газавату» и расширению возможностей «джамаатов», при этом активно пропагандируя сепаратизм и оголтело критикуя руководство своих республик, восхваляя процессы всеобщей ислами-зации и шариатизации.

Кроме того, в начале 2000-х гг. активная радикализация захватила русские националистические организации, которые сегодня также являются достаточно массовыми и быстро растущими отрядами национальных движений России. Все те же западные и ближневосточные политтехнологи навязывают уже другой лозунг — «Россия для русских» во главе с ярыми поборниками всего русского — «скинхедами». По официальным данным, в рядах таких ультрадикальных националистических организаций сегодня насчитываются десятки тысяч членов.

В Москве, Санкт-Петербурге и других крупных городах России первыми возникли «Скинлегион» и «Национал-социалистическая группировка 88» (это русский филиал международной организации наци-скинов). Каждая из них насчитывает несколько сотен бойцов, членов и сочувствующих (по данным МВД России по ЦФО в 2008 г.). Всего же в Москве и Санкт-Петербурге в 2007 г. их насчитывалось несколько тысяч (нынешняя статистика в органах внутренних дел засекречена). При этом только в одну из националистических организаций «Русский кулак» в свое время входили до 200 членов и не менее 100 в другую — национал-социалистическую организацию «Коловрат».

Принципы действия экстремистских и террористических группировок остаются все те же — это диверсионно-террористическая деятельность; совершение разбоев, грабежей; вымогательство у своих земляков, занимающихся бизнесом, так называемого налога на веру; покушение на представителей власти и сотрудников органов внутренних дел; распространение ложной информации о своей так называемой правоверной религиозно-сектантской, бандподполь-ной деятельности, фанатичной преданности насильственным методам, сепаратизму и экстремизму; вербовка социально и религиозно неокрепшей молодежи для обучения ее диверсионному делу.

К сожалению, для правоохранительных и силовых структур резервы роста подобных национал-фашистских и иных националистических организаций остаются чрезвычайно велики. Сочувствующих или активно поддерживающих нацистский лозунг «Россия для русских» насчитывается значительное количество (точная официальная статистика отсутствует, но по данным независимых источников их десятки тысяч человек), а в общем солидарных с данной идеей намного больше. Отечественные группировки «скинхедов» быстро политизируются под влиянием радикальных политических организаций, среди которых: «Движение против нелегальной миграции» (ДПНИ), «Славянский союз», «Национальный фронт», «Национально-державная партия России» (НДПР), «Партия свободы», «Русский общенациональный союз» (РОС) и др. Все эти партии нелегальны, но действуют достаточно открыто и почти безнаказанно.

Рост экстремизма в России происходит на фоне общего роста числа его проявлений в мире. Размах экстремистских акций дает основание назвать последние два десятилетия фазой «века экстремизма». Серьезной причиной, порождающей экстремизм, стали коррупция, криминализация общества, нерешенные проблемы в социально-общественной, экономической области деятельности государства, стремление захватить рычаги власти со стороны преступных групп и организованных преступных формирований (ОПФ), а также достаточно распространенная коррумпированность некоторых региональных и местных властных структур и околовластных национальных элит.

Основной причиной роста подобных настроений стала деятельность организаций, создаваемых под лозунгами этнической враждебности и направляющих свою активность на разжигание межнациональной и межконфессиональной розни в своих политических, экономических и идеологических целях.

Также нетрудно заметить, что и за национал-фашистскими организациями, и за «ваххабитской» идеологией, иными общественными и религиозными организациями и группами стоит тень ближневосточных и западных спецслужб, считающих Кавказ зоной своих стратегических интересов. Здесь продолжают навязываться и внедряться религиозно-политические догмы и идеи мировых экстремистских подрывных и разведывательных центров.

Продолжается активная вербовка молодежи Кавказа во время осуществления хаджа в «ваххабитскую» Саудовскую Аравию или выезда за рубеж в исламские государства для получения религиозного образования, откуда многие возвращаются пропагандистки обработанными и напичканными идеологией исламского фундаментализма, подготовленными к ведению бандподпольной, подрывной экстремистско-террористической деятельности и продолжению укрепления широкой сети организованных криминальных структур.

Следует отметить, что экстремисты планируют вести продолжительную экстремистско-террорис-тическую деятельность и военные провокации на Северном Кавказе. Используя созданную ими и хорошо законспирированную разветвленную агентурную сеть, они перешли к затяжным экстремист-ско-террористическим действиям и акциям. С этой целью проводится курс на дестабилизацию ситуации в Северо-Кавказском федеральном округе (СКФО) и дезорганизацию деятельности органов местной, региональной власти и всей исполнительной системы федерального округа, создание атмосферы паники, недоверия и подозрительности среди местного населения и дискриминацию по национально-этническому признаку.

В этой связи правоохранительные органы совместно с органами ФСБ и войсковыми подразделениями постоянно проводят спецоперации по задержанию и ликвидации членов террористических и бандитских групп, поиску тайников с вооружением и баз для долговременного проживания в горнолесистых местностях Северного Кавказа.

Таким образом, были ликвидированы террористические группы Макашарипова, Дибирова, Наузова, Ахмедова, Шайхаева, а также уничтожены некоторые лидеры незаконных вооруженных формирований (НВФ) из числа иностранных наемников (А. Дзейт, Э. Хаттаб), занимавшихся формированием и финансированием бандподполья на Северном Кавказе.

Разумеется, одними карательными мерами победить экстремизм и терроризм в регионе невозможно. Необходимо сильное идеологическое,

- 51

пропагандистское, историко-воспитательное, социально-экономическое и межконфессиональное противодействие националистам, национал-социалистам, а также «ваххабитам» и «салафитам», которые, по сути, являются религиозными сектами. Необходимо более активно использовать в СМИ и средствах массовой коммуникации разъяснения видных религиозных деятелей Русской православной церкви и муфтиев Северного Кавказа. Они прекрасно владеют искусством убеждения, истинными знаниями и догмами православия и ислама, могут дать отпор экстремистко-террористической и националистической пропаганде.

Необходимо использовать применяемый некоторыми специалистами сравнительный анализ религиозно-националистического экстремизма с традиционными религиями, что позволит в качестве одного из методов противодействия наглядно продемонстрировать, что по всем формальным признакам экстремизм можно классифицировать как сектантское движение. Об этом может свидетельствовать ряд квалифицирующих признаков, приводимых К. М. Ханбабаевым [4]:

• наличие основателя — «шейха»;

• непримиримость к другим сектам;

• собственное толкование Корана;

• строгая внутренняя иерархия;

• внешние отличительные признаки структурной обособленности;

• уверенность в собственной избранности и истинности своего пути, перерастающая в фанатизм;

• собственная особая обрядность;

• собственное специфическое мировоззрение и мироощущение;

• наличие руководителей-наставников (амиров). С другой стороны, религиозный, националистический экстремизм проявляется еще как политическое движение. В этом случае выделяются следующие ключевые признаки:

• непринятие и отрицание существующей политической власти;

• стремление к власти, являющейся стратегической целью деятельности;

• идеологический фундамент формирования общественного строя;

• существование программы государственного строительства и тактики борьбы за него;

• наличие мощного информационно-пропагандистского аппарата и средств агитации. Таким образом, экстремистское движение

можно классифицировать как двойственную структуру, с одной стороны, имеющую этнорелигиозную,

52 -

националистическую составляющую деятельности, а с другой, явные признаки сектантства и политической организации.

Экстремистские организации и их движения имеют неадекватное своей общей численности влияние на национальное и религиозное самосознание в соответствии со своей идеологической спецификой и материально-финансовыми возможностями. Самое неприятное то, что в России, особенно в СКФО, имеются объективные и субъективные причины и условия для развития и культивирования идеологии религиозного и националистического экстремизма. Поэтому в ближайшей перспективе религиозный и националистический экстремизм сохранится и будет развиваться как одно из самых влиятельных и активных движений.

Ведь неоспорим тот факт, что экстремистские и террористические силы ведут широкую пропаганду своей деятельности, рассчитывая на выгодную демонстрацию так называемых «героических сторон экстремизма и национализма», демонстрацию своих успехов. Поэтому одним из важнейших направлений антиэкстремистской и антитеррористической деятельности является информационно-психологическое противодействие, пропаганда нетерпимости к преступлениям подобного рода и широкое освещение истинных целей так называемых поборников «чистого ислама», успехов борьбы с экстремизмом и терроризмом, что в конечном итоге нанесет ощутимый удар по идеологии экстремизма и терроризма в целом.

Таким особенно показательным идеологическим материалом могут служить видеоматериалы, художественные и документальные фильмы, например «Абубакар», «Обыкновенный ваххабизм», «Операция «Муслим», снятые дагестанскими журналистами и каналом РТР по материалам МВД Республики Дагестан, где удачно вскрыта истинная сущность так называемых «поборников чистого ислама», их политические и геополитические цели, скрываемые под личиной гуманитарной и межконфессиональной помощи братьям-мусульманам, активно эксплуатируемых ближневосточными и западными спецслужбами. Иногда подобный фильм может оказать больший общественный резонанс и эффект в борьбе с экстремизмом, нежели задержание или уничтожение очередного экстремиста или террориста.

В связи с событиями последних лет возникла насущная необходимость не только нормативного, правового, религиозного и правоохранительного противодействия навязываемым извне религиозным и этнополитическим, экстремистским про-

явлениям, но общественного и межконфессионального осмысления данных явлений, а также их профилактики на общегосударственном и международном уровне. Многофакторность современного религиозного, национального экстремизма делает их одними из самых опасных явлений современности в социальной, экономической, политической и межэтнической сферах деятельности нашей страны.

Также проявления религиозного национального и этнополитического экстремизма стали во многом возможными, в том числе и из-за прошлой (в 1990-х гг.) непоследовательной государственной, национальной политики, ранее проводимой органами государственной, региональной и муниципальной власти.

Распад СССР, последующие события высветили многие слабости нашего общества, проявившиеся, в том числе и в этнонациональном вопросе. В частности, они наглядно показали, что, опираясь лишь на чувство этнической общности, без четко продуманной, согласованной с субъектами РФ, утвержденной на государственном уровне и последовательно осуществляемой государственной национальной политики нельзя успешно строить российскую государственность.

При этом субъекты РФ вынуждены были каждый сам по себе находить рецепты лечения прогрессирующей болезни. Поэтому деятельность всех республиканских органов государственной власти, органов местного самоуправления по предотвращению экстремистских и террористических проявлений, особенно во многих республиках Северного Кавказа, мультиэтническом обществе в целом, помимо двух аспектов — национального (этнического) и политического, должна была содержать еще одну составляющую — законодательное урегулирование межнациональных (межэтнических) отношений, т. е. создание адекватной правовой базы регулирования этих отношений. Это требование непосредственно вытекает из сути понятия «демократического правового государства».

Так, например, в Дагестане, хотя и с опозданием (1999), но в первом среди субъектов РФ был принят закон о противодействии политическому и религиозному экстремизму. Наличие этого закона и его необходимость непосредственно вытекали из сути понятия «демократического правового государства». Подобная «наработанность» региональной нормативной базы и подвела четкую правовую основу противодействия экстремизму в главном Кавказском форпосте России — Дагестане. В феврале 2008 г. принят закон Республики Дагестан «Об

утверждении Программы развития национальных отношений в Республике Дагестан на 2008—2010 годы». Таким образом, Республика Дагестан стала одной из первых среди Северо-Кавказских республик, в которой программа развития национальных отношений была утверждена законом [1].

Если исходить из того, что религиозный, эт-нополитический экстремизм представляет собой систему крайних с точки зрения общества взглядов и действий, направленных на удовлетворение религиозных и политических интересов отдельных конфессиональных и социальных групп: классов, этнических групп, политических движений, партий, то следует отметить, что условий для его нынешнего проявления и развития сегодня мало. Однако те, кто заинтересован в дестабилизации положения дел в субъектах России и республиках Северного Кавказа, как отмечает руководство многих республик, сознательно обостряют накопившиеся годами и не поддающиеся быстрому решению земельные, национальные и другие вопросы, искажают при этом факты, дезинформируют общество, нагнетают межэтническую и межконфессиональную напряженность. При этом, например, характерным признаком политического экстремизма, осуждаемого правом или общественной моралью, является использование насилия в различных формах как основного метода политической борьбы, конспиративный образ действий субъектов общества, их секретный статус (при принадлежности к государственным органам) и нелегальное или полулегальное положение (при принадлежности к негосударственным организациям).

Одним из серьезных препятствий на пути противодействия экстремистским проявлениям являются массовые проявления в Российской Федерации этноограниченности, этноэгоизма, этнофобии, а то и прямых фактов экстремизма, в основном на межэтнической почве. По отношению к этническим представителям коренного населения России и народностей Кавказа, проживающих за пределами Кавказских республик, часто применяются такие экстремистские методы, как выбивание их из экономической среды, разнородные устрашения и криминальный натиск. Такие факты имели место в Московской, Ленинградской, Ростовской областях, Ставропольском крае, Краснодарском крае, Калмыкии и т. д. Проблема в том, что не только эмигранты — выходцы из республик Северного Кавказа подвергаются таким формам давления, но и другие этносы и национальности. Поэтому этнополитический экстремизм стал одним из распространенных форм экстремизма. И

- 53

Северный Кавказ относится к числу регионов, где внутренние и внешние силы не оставляют попыток дестабилизировать ситуацию. Сепаратисты и националисты нацелены на то, чтобы создаваемая ими напряженность перерастала в открытый конфликт, сопряженный с насильственными действиями сторон. Тем не менее во многих субъектах Северного Кавказа конфликтность и напряженность местным и региональным властям совместно с правоохранительными структурами определенным образом удается локализовать. В этом смысле возникающие конфликты носят ограниченный характер.

В частности, можно вспомнить некоторые наиболее острые и сложные конфликты на примере Республики Дагестан, которые возникали ранее в 1990-е гг.: в связи с реабилитацией репрессированных народов (например, нижнетерские казаки, чеченцы-аккинцы); по земельным отношениям на равнинных землях (ущемление равнинных народов за счет переселения и отвода земель под отгонное животноводство); разделенных народов (лезгины, аварцы, цахуры); в это же время усилились тревоги от разобщенности у ногайцев, русских; имело место длительное противостояние аварцев и чеченцев, чеченцев с акинцами и лакцами; противостояние между кумыками и даргинцами на почве землепользования, длительные забастовки в Хасавюртовской зоне с требованием отставки руководства правоохранительных органов и голодовка некоторых этнических меньшинств и др.

Опасные конфликтные ситуации имели место в Дербенте между лезгинами и азербайджанцами, в Кизляре между казаками и национальными движениями горцев, в Кизилюрте между аварским национальным движением и правоохранительными органами. В тот период, после развала СССР и смены общественного строя в стране, преимущественно внешние факторы не давали руководству многих Северо-Кавказских республик возможность вести целенаправленную идеологическую работу. Последние же события в ряде регионов СКФО еще раз подтвердили правильность выбора прошлого и нынешнего руководства регионов, в основу которого был заложен принцип многонациональности республик, и главной задачей было не допустить втягивания этих республик в военные националистические провокации и экстремистское банд-подполье. Данную ключевую задачу руководству многих республик удалось решить благодаря национально-культурной мудрости, религиозной и светской образованности народов и сбалансированной политике руководства многих Северо-Кавказских республик. Это позволило позже сформировать

54 -

структуру власти снизу доверху, избранную всем народом в соответствии с Конституцией России и Конституциями республик Северного Кавказа, где на первый план выступало чувство ответственности каждого за судьбу своей республики.

Однако сейчас межэтнические противоречия в республиках СКФО нередко начинают принимать криминальный и сектантский оттенок религиозно-этнической экстремистской направленности. Спектр экстремистских проявлений весьма широк — это и хулиганские действия, вандализм и различное насилие, но все они опираются на определенные идеологические воззрения, в основе которых лежит этнический негативизм, национализм и разнородные этнофобии.

Более того, аудио-, видео- и издательские материалы, пропагандирующие радикальные, сепаратистские и шовинистические идеи, сегодня легкодоступны в сети Интернет и завозятся в огромных количествах из Турции, Саудовской Аравии, Афганистана. И, как правило, увлекается таким материалом в основном молодое поколение. Зачастую причиной является то, что в отличие от старших поколений молодежь не видела позитивного опыта взаимодействия различных народов в советское время, не была связана одной идеологией и стратегией развития общества.

Эффективные рычаги, которые имеются в активе нашей контрпропаганды, не всегда имеют необходимое общественно-позитивное воздействие на многие категории населения. Однако все же под влиянием федеральных и региональных властей, общественно-религиозных объединений и самой жизненной практики они совершенствуются и укрепляются. И обнадеживает тот факт, что данные ростки осознанного восприятия мер по противодействию религиозному, национальному и этнополитическому экстремизму и его спутнику терроризму появляются на основе практической деятельности государственных, региональных и муниципальных органов власти в тесном взаимодействии со всеми правоохранительными структурами и общественно-религиозными организациями и объединениями Северо-Кавказских республик.

В связи с этим нельзя забывать, что в субъектах Российской Федерации, как и в исламе и христианстве «... переплетены национальные и общечеловеческие начала, черты восточной и западной цивилизации» [2]. Поэтому, по мнению авторов, основная роль в противодействии радикально-религиозному экстремизму и терроризму должна быть возложена на межконфессиональный диалог, который должен принадлежать мусульманским,

православным и иудейским организациям. Для этого необходимо по примеру Московской патриархии Русской православной церкви организовывать и проводить межконфессиональные конференции и круглые столы, которые в состоянии разрешить мирным путем возникающие или тлеющие этно-национальные конфликты и проблемы в нашей стране.

Что касается антиэкстремистской деятельности правоохранительных органов, то необходимое документирование и накопление соответствующих материалов в оперативных аппаратах подразделений по противодействию экстремизму является важнейшей задачей органов внутренних дел. И при этом она представляет собой сложную, многоплановую и многоступенчатую антинационалистическую и антиэкстремистскую по направленности деятельность по такому важнейшему аспекту, как постоянный сбор и обобщение различных материалов преступной деятельности тех лиц, которые активно занимаются экстремисткой, националистической и сектантской деятельностью. В нынешних условиях деятельности спецслужб России по противодействию экстремизму существует ряд сложностей и трудностей в решении целого комплекса стоящих оперативно-служебных задач, которые требуют быстрейшего и правильного разрешения как на внутриведомственном, межведомственном, так и законодательном уровне, так как «мировой джихад», спланированный «Аль-Каидой», неукоснительно продолжает осуществляться всеми деструктивными силами, в том числе затрагивая национальные интересы и безопасность Российской Федерации.

На сегодняшний день выявляются семь этапов последовательной реализации политики «мирового джихада», о которых говорил специальный представитель России по вопросам международного сотрудничества в борьбе с терроризмом и транснациональной организованной преступностью генерал-полковник А. Сафонов.

Первый этап имеет название «Пробуждение». Его суть — в нанесении яркого мощного потрясения западному миру (2000—2002 гг.). Второй этап — «Встать с колен» — с 2002 по 2006 г. предполагалось втянуть Запад в агрессию против двух-трех исламских государств (Ирак, Афганистан), что тоже уже произошло. Сейчас мир подошел к рубежу третьего и четвертого этапов, задача которых — достижение исламской солидарности (по окончании четвертого этапа), падение светских режимов, или, как их называют экстремисты, — режимов Исламских еретиков в Египте, Иордании, Пакистане и еще

двух-трех государствах. Халифат по этим планам устанавливается в 2015 г., а в 2020 г. ставится победная точка в столкновении исламской модели развития мира с западной [3].

Особенно страшным здесь является то, что экстремистские, националистические идеи и религиозное бандподполье внедрены практически во всех регионах традиционного ислама в России. Это СКФО, Татарстан, Башкортостан, Поволжье, Мордовия и некоторые другие регионы, где ждут решения острые социально-экономические, национально-этнические вопросы. Обстоятельства таковы, что существующие предпосылки межнационального и межконфессионального противостояния (в том числе вооруженного) могут разразиться в нужный экстремистам тот или иной момент.

Поэтому для дальнейшего совершенствования государственной и правовой основы противодействия религиозному, националистическому и иному экстремизму и сектантству представляется необходимым выполнить целый комплекс взаимосвязанных мер:

1) завершить работу по более четкому правовому и уголовно-процессуальному разграничению компетенции органов внутренних дел, безопасности и других правоохранительных органов в сфере борьбы с терроризмом и экстремизмом;

2) предусмотреть в законодательстве Российской Федерации уголовную ответственность:

• за предоставление помещений (жилья) для экстремистской деятельности (проведения собраний; лекций; изготовления, размножения литературы экстремистского толка; изготовления, размножения, демонстрации видеоматериалов);

• за хранение материалов экстремистского толка в целях их распространения;

3) ужесточить санкции по ст. 280, 282, 282.1, 282.2 УК РФ, предусматривающие уголовную ответственность за совершение преступлений экстремистского характера;

4) разработать общегосударственную систему мер по противодействию распространению религиозно-политического экстремизма в молодежной среде, включающую в себя:

• прекращение деятельности религиозных объединений и учебных заведений, функционирующих с нарушением действующего законодательства;

• разрешение обучения в религиозных учебных заведениях только при условии обучения несовершеннолетнего в общеобразовательной школе;

55

• разработку обязательных программ обучения в религиозных учебных заведениях на территории Российской Федерации с привлечением заинтересованных ведомств и традиционных религиозных структур;

• установление жесткого государственного контроля за лицами, убывающими на учебу в зарубежные религиозные учебные заведения;

• проведение мониторинга учебных программ зарубежных религиозных учебных заведений, в которых обучаются граждане России, на предмет распространения в них экстремистского вероучения;

5) в целях обеспечения своевременной оценки материалов экстремистского содержания и проведения судебных экспертиз по уголовным делам об экстремизме создать специализированное подразделение в структуре Федерального центра судебной экспертизы при Министерстве юстиции России;

6) в условиях многонационального российского общества рекомендовать не допускать преподавания в системе общего образования монорелигиозных дисциплин;

7) в религиозных образовательных учреждениях рекомендовать преподавание дисциплин гуманитарного и естественнонаучного циклов, осуществляемое в объеме и в соответствии с требованиями Государственного образовательного стандарта высшего профессионального образования (ГОС ВПО);

8) с учетом особой роли духовенства в противодействии религиозному и другим видам экстремизма рекомендовать ведущим конфессиям совершенствовать систему религиозного образования, укрупняя религиозные образовательные учреждения;

9) рекомендовать перевести на федеральное бюджетное финансирование «Центры Исламских исследований» и имеющиеся крупные государственные университеты республик Северного Кавказа;

10) рекомендовать Общественной палате РФ создать выездные группы кризисного и ситуационного анализа по фактам, связанным с проявлениями разнородного экстремизма, а также совместно с Союзом журналистов организовать подготовку журналистов, специализирующихся на освещении данной темы в средствах массовой информации;

11) с учетом гуманистической роли русской классической литературы и ее высокого мировоззренческого и духовно-нравственного потенциала обеспечить обязательный характер ее преподавания во всех школах системы общего образования;

12) нормативно закрепить порядок признания экстремистскими материалов, публикация которых стала основанием для привлечения лиц к уголовной ответственности по ст. 280 и 282 УК РФ;

13) усилить воспитательную работу, проводимую с группами риска, а также с контингентом осужденных (особенно молодежи) за преступления экстремистского характера. Принять меры для недопущения распространения экстремистской идеологии в местах лишения свободы, используя информационно-пропагандистские и оперативно-технические методы;

14) создать с привлечением профильных специалистов Общественной палаты РФ, институтов РАН региональные центры по проведению лингвистических, религиоведческих и иных экспертных исследований печатных, видео- и аудиоматериалов на предмет содержания в них экстремистских призывов;

15) организовать систему повышения квалификации экспертов, состоящих в данных центрах, усовершенствовать методики проведения подобных экспертиз. На законодательном уровне четко разграничить деятельность эксперта, специалиста и иного лица, выполняющего консультирование, внятно определив их правовой статус, функции и установив процессуальный порядок их выполнения.

Список литературы

1. Абакарова Р. М. Всероссийская научно-практическая конференция «Актуальные проблемы противодействия религиозно-политическому экстремизму», 2007.

2. Гасанов З. Т. Педагогика межнационального общения. М., 1999. С. 335.

3. Сафонов А. Так случилось, что на теле Ислама сплели осиное гнездо террористы // газета «Красная звезда» от 11.04.2007.

4. Ханбабаев К. М. Материалы Всероссийской научно-практической конференции РЦЭИ ДНЦ РАН. Секция 4. «Вызовы экстремизма и терроризма на Северном Кавказе и эффективность противодействия», 2008. С. 170.

i Надоели баннеры? Вы всегда можете отключить рекламу.