Научная статья на тему 'Криминологическое значение тюремной субкультуры в местах лишения свободы для несовершеннолетних'

Криминологическое значение тюремной субкультуры в местах лишения свободы для несовершеннолетних Текст научной статьи по специальности «Государство и право. Юридические науки»

CC BY
1209
189
Поделиться
Ключевые слова
ВОСПИТАТЕЛЬНЫЕ КОЛОНИИ / КРИМИНАЛЬНАЯ СУБКУЛЬТУРА / НЕФОРМАЛЬНЫЙ ЛИДЕР / ДЕПЕРСОНАЛИЗАЦИЯ / СТИХИЙНАЯ СТРАТИФИКАЦИЯ / НЕСОВЕРШЕННОЛЕТНИЕ ОСУЖДЕННЫЕ ЖЕНСКОГО ПОЛА / СОЦИОЛОГИЧЕСКИЙ ОПРОС

Аннотация научной статьи по государству и праву, юридическим наукам, автор научной работы — Шемякина Вероника Владимировна

Анализируются особенности криминальной субкультуры в среде несовершеннолетних осужденных, особое внимание уделено влиянию тюремной субкультуры на несовершеннолетних лиц женского пола, отбывающих наказание в воспитательных колониях

Похожие темы научных работ по государству и праву, юридическим наукам , автор научной работы — Шемякина Вероника Владимировна,

Не можете найти то, что вам нужно? Попробуйте наш сервис подбора литературы.

Текст научной работы на тему «Криминологическое значение тюремной субкультуры в местах лишения свободы для несовершеннолетних»

2 См.: Дулов А. В. Судебная психология. Минск, 1975. С. 7.

3 Тюрьма - не женское дело: Сб. материалов / Сост. Л. И. Альгерн. М., 2000. С. 30.

4 Российская газета. 2003. 19 нояб.

В. В. Шемякина

криминологическое значение тюремной субкультуры в местах лишения свободы для несовершеннолетних

Анализируются особенности криминальной субкультуры в среде несовершеннолетних осужденных, особое внимание уделено влиянию тюремной субкультуры на несовершеннолетних лиц женского пола, отбывающих наказание в воспитательных колониях.

Ключевые слова: воспитательные колонии, криминальная субкультура, неформальный лидер, деперсонализация, стихийная стратификация, несовершеннолетние осужденные женского пола, социологический опрос.

Среди всех исправительных учреждений для несовершеннолетних именно воспитательные колонии отличаются присущими им субкультурными особенностями. Это объясняется комплексом качеств, свойственных несовершеннолетним, преломленных через призму социальных отношений. Кризисное состояние современного общества, отсутствие общественных институтов, призванных помогать подрастающему поколению, наличие большого количества соблазнов способствуют тому, что несовершеннолетние зачастую выбирают социально негативное поведение, а свои проблемы решают противоправным путем. Так, в 2003 г. почти каждое десятое (9,6 %) оконченное расследованием преступление было совершено несовершеннолетними или при их соучастии1.

В основе преступности несовершеннолетних лежит целый комплекс социально-психологических проблем, которые находят свое отражение в криминальной субкультуре, отрицающей уголовно-правовые запреты. Первой проблемой, с которой сталкивается молодой человек, вступая во взрослую жизнь, является период полового созревания. По оценкам психологов, пубертатный период начинается примерно в 12 лет и заканчивается в 15 или 16 лет2. Этот период характеризуется нарушением стабильности, свойственной детскому возрасту. В этом возрасте у подростка появляются новые желания и повышается половое влечение, которое психологи называют юношеской гиперсексуальностью3, что во многом обуславливает его активность. От того, как будут реализованы возникшие желания и удовлетворено повышенное половое влечение, зависят дальнейшие сексуальные предпочтения несовершеннолетнего.

Сексуальная революция, игнорирующая большинство моральных запретов, спровоцировала во многом увеличение количества подростков с нетрадиционной половой ориентацией. Размытые сексуальные границы дозволенного в ряде случаев провоцируют несовершеннолетних на реализацию сексуальных желаний преступным путем. Кроме того, если у подростка не сформирована сексуальная культура, то возникающий духовный вакуум заполняется «уличными ценностями», являющимися частью криминальной субкультуры, которая, в свою очередь, отличается «сексуальным анархизмом», значительным преобладанием биологического над социальным.

Помимо юношеской гиперсексуальности несовершеннолетним свойственен эгоцентризм, обусловленный развитием самоидентификации, самосознания и потребностью в самореализации. Вследствие этого возникает сосредоточенность подростка на самом себе, на своих чувствах, переживаниях, у него возникает чувство собственной уникальности и неповторимости. Несовершеннолетний создает идеальный мир в соответствии со своими представлениями о добре и зле, прекрасном и уродливом, правде и лжи, справедливости и несправедливости. Проекция этого идеального мира на окружающую действительность зачастую становится основой для первого конфликта между идеальным и реалиями окружающего мира. Идеальный мир, который подросток так заботливо и тщательно строил, рушится за одно мгновение.

Тем самым несовершеннолетний начинает «понимать», что только он является добрым, прекрасным, правдивым и справедливым человеком, такая самоидентификация неуклонно толкает его на внутреннее одиночество и навязчивую сосредоточенность на себе. Тем не менее подростки стремятся к общению со сверстниками, так как нуждаются в подтверждении своей неповторимости. Для признания со стороны сверстников несовершеннолетний может совершать самые различные поступки, в том числе и противоправные.

Еще одной особенностью несовершеннолетних является их стремление объединяться в группы, которые в ряде случаев облегчают процесс социализации, а иногда и препятствуют ей. Помимо этого любой подросток стремится быть членом элитной группы, попадая в которую, он, как правило, лишается собственного мнения и полностью подчиняется ее требованиям. Если его членство в такой группе прекратится, то его авторитет в глазах сверстников резко снизится. В этом случае подросток полностью лишается собственной воли, а если группа диктует криминальные правила поведения, то подросток вынужден нарушать закон. Так, например, подростки, подчиненные психологии толпы, легко идут на совершение насильственных преступлений, результатом которых становятся поломанные судьбы.

Все воспитательные колонии (как для мальчиков, так и для девочек) можно разделить на две условные группы. К первым можно отнести те учреждения, где формальный лидер соответствует неформальному статусу. То есть неформальные лидеры стали формальными лидерами: «В конце восьмидесятых в деятельности самодеятельных организаций наметились определенные проблемы. Так, в органы общественной самодеятельности стали проникать лидеры групп отрицательной направленности и приспособленцы...»4. Эти воспитательные колонии получили название «красных»: «Наверное, «красный оттенок» — это для зоны не так уж и плохо. Он говорит о том, что порядок будет обеспечен, администрация рука об руку с активом воспитанников будет делать все, чтобы в воспитательной колонии ребятам было настолько комфортно, насколько это возможно в условиях изоляции от общества»5.

Для таких воспитательных колоний характерно верховенство осужденных, поддерживающих линию администрации, и жизнь осужденных в них ориентирована на ценности законопослушного общества.

Для воспитательных колоний второй группы характерно лидерство несовершеннолетних, отрицательно настроенных ко всем средствам исправления. Между этими «полюсами» находится основная масса осужденных.

Не можете найти то, что вам нужно? Попробуйте наш сервис подбора литературы.

И в тех, и в других воспитательных колониях господствует «деструктивный» тип взаимоотношений: «Конфликтные ситуации среди воспитанников — это основной вид нарушений, за который активисты получают взыскания»6.

Для воспитательных колоний первой группы характерно следующее иерархическое распределение осужденных:

1) председатель совета коллектива колонии (формальный лидер несовершеннолетних в колонии);

2) председатель совета коллектива отряда (формальный лидер несовершеннолетних отряда);

3) председатель самодеятельной организации осужденных отряда (формальный лидер несовершеннолетних отделения);

4) секретари, хозяйственники, санитары;

5) осужденные асоциальной направленности;

6) нейтральные осужденные;

7) частично деперсонализированные;

8) полностью деперсонализированные7.

Председатель совета коллектива колонии — это, как правило, физически развитый осужденный, имеющий задатки лидера, он способен подчинить своей воле других людей, следит за дисциплиной в колонии, большинство вопросов решает с помощью насилия, имеющего субкультурные особенности. Помимо выполняемой общественной работы он имеет официальное трудоустройство. Это обусловлено тем, что наличие престижной работы (на кухне, в столовой), модных вещей, большое количество прав является стигмами, определяющими высокий статус несовершеннолетнего: «Мелкие исключения — это поступки и дела конкретного подростка и молодого человека, отличающие его от тех, кто не придерживается правил и норм криминальной субкультуры, а также от нижестоящих членов своей группы. Выражаются они в обязательном наличии у лиц воровской или криминальной «номенклатуры» престижных и дорогих вещей, в качестве употребляемой пищи, покрое и ношении одежды, отношении к труду и учебе, поведении в общественных местах, взаимоотношении со сверстниками, речи, жестах, месте, занимаемом в социальном пространстве, в форме проведения досуга и т. п. Система «мелких исключений» всегда строго соответствует статусу личности, ее позиции в социуме (неформальной группе, коллективе, воинском подразделении, банде, шайке и т. п.)»8.

Непосредственное окружение председателя совета коллектива колонии составляют председатели самодеятельных организаций осужденных колонии, секций дисциплины и порядка, производственной, пожарной безопасности, общеобразовательного и профессионального обучения, досуга, социальной помощи и др.9 Объединение подростков в группе осужденных, лояльных к требованиям администрации, и совершение ими противоправных деяний объясняется особенностями психики несовершеннолетних и психотравмирующей ситуацией, связанной с пребыванием в местах лишения свободы.

Таким образом, в отрядах воспитательной колонии первой группы, как минимум,

17 физически крепких сплоченных подростков, представляющих потенциальную угрозу для остальных осужденных отряда (председатель коллектива отряда, 4 председателя самодеятельных организаций осужденных отряда, 4 секретаря, 4 хозяйственника, 4 санитара). В таких условиях осужденные асоциальной направленности не могут навязывать другим малолетним преступникам неформальные нормы поведения.

В воспитательных колониях встречается особая группа — частично деперсонализированные осужденные. К этим осужденным относятся те, кто употребляют «оскверненную» пищу или сигареты, не зная о их осквернении. Этот феномен получил название в подростковой среде «минирование» — это один из способов деперсонализации

Не можете найти то, что вам нужно? Попробуйте наш сервис подбора литературы.

личности, снижения ее статуса посредством фетишей, т. е. разных предметов и действий, относимых в групповом сознании социально изолированных лиц к категории «грязных» и «неприличных»9. Эта субкультурная группа является буферной, отсутствие дополнительных нарушений неформальных норм позволяет им при переводе в исправительную колонию отбывать наказание с «чистыми» осужденными.

Среди полностью деперсонализированных осужденных можно выделить две подгруппы. К первой подгруппе относятся несовершеннолетние, намеренно употребившие «оскверненный» предмет. Ко второй подгруппе относятся несовершеннолетние, вступавшие в гомосексуальные контакты в качестве пассивных партнеров. Несовершеннолетние из данной группы находятся в постоянной изоляции, что способствует дальнейшей их деградации и распаду личности10.

В воспитательных колониях второй группы существует следующее иерархическое распределение:

1) неформальный лидер колонии;

2) неформальный лидер отряда;

3) неформальный лидер отделения;

4) члены неформальных групп;

5) нейтральные осужденные;

6) частично деперсонализированные;

7) полностью деперсонализированные.

Аналогичное распределение отмечено и другими исследователями: «Авторитетные осужденные, так называемые “боссы”, “паханы”; “пацаны” — осужденные, прошедшие “прописку” и претендующие на более высокий статус в системе неформальных отношений; осужденные, еще не прошедшие “прописки” и испытательного срока. Кроме вышеуказанных категорий имеются “чушки” — осужденные с низким статусом, выполняющие грязную работу, обслуживающие авторитетов. Более низкую ступень занимают “обиженные”, “опущенные”, которые служат объектом издевательств»11, «особо привилегированные (боссы); привилегированные (их окружение); нейтральные (пацаны); непривилегированные (шныри); полностью лишенные привилегий (опущенные)»12.

Неформальный лидер несовершеннолетних колонии и лидеры несовершеннолетних отряда образуют элиту, решающую все вопросы неформальной жизни колонии, и образуют так называемую «главную» семейку, решающую все вопросы неформальной жизни отряда. Помощь им оказывают члены неформальных групп. Данные «семейки» являются неформальными группами, в которых сосредоточены осужденные отрицательной направленности, для них также характерен деструктивный тип взаимоотношений: «Социологические исследования однозначно показывают, что в молодежных группировках асоциальной направленности в местах лишения свободы так же, как и в армии, формируется специфический, как правило, жестокий социальный уклад, в котором противостоять действию неформальных норм не сможет никто»13.

Деперсонализированные несовершеннолетние — это лица, пониженные в личном статусе за совершение порицаемых, с позиций неформальных норм, поступков. В воспитательной колонии города Владимира, например, данные осужденные называются «мастями». «Масти» делятся на подъемные и неподъемные. Частично деперсонализированные осужденные являются подъемными мастями, а полностью деперсонализированные — неподъемными мастями. «Подъем» — это очищение от масти и возвращение в группу нейтральных осужденных: «Существуют ритуалы “очищения” лиц, “осквернивших” себя прикосновением к “отверженным”; изгнания лиц, утративших доверие

группы; приема пищи, мытья в бане; “очищения” себя после пользования туалетом; проводов человека на свободу или в “мир иной” и др.»15 Эта процедура сводится к физическому насилию (три удара в голову, в грудь и в живот). Сила удара зависит от отношения бьющего осужденного к «очищаемому». Удары наносит, как правило, кто-либо из «достойных пацанов». Незначительные проступки и особенности характера могут послужить причиной понижения личного статуса.

Иерархическое распределение малолетних преступников как в колониях для несовершеннолетних, так и в колониях для взрослых преступников происходит благодаря ритуалу «прописки». Несмотря на то, что представители профессиональной преступной среды пытаются бороться с этим проявлением так называемого «беспредела», прописка существовала, существует и будет существовать. Корни данного явления уходят еще в дореволюционный период: «Неправомерными атрибутами были традиционные развлечения арестантов: “охота на клопов”, “соревнование вшей”, “репетиции судов”, “игры в кости”, “ложки”, “жгуты”. Многие из этих игр связаны с причинением физической боли и издевательствами»15.

Не можете найти то, что вам нужно? Попробуйте наш сервис подбора литературы.

«Прописка» лежит в основе такого феномена, как стихийная стратификация, свойственного в основном воспитательным колониям: «стихийная стратификация характеризуется тем, что из общей массы выделяется определенная часть осужденных, занимающих в их среде престижное положение, пользующихся в силу этого многочисленными неформальными привилегиями материально-бытового характера. В то же время известная часть осужденных как бы отторгается от общества и имеет очень низкий статус. Эти лица практически исключаются из сферы неофициальных отношений осужденных, являются объектами насмешек и даже определенной эксплуатации. Всем им, как правило, присваиваются различные унизительные клички (“чушки”, “шестерки” и т. д.). об этом свидетельствуют полученные результаты: 62,9 % опрошенных несовершеннолетних засвидетельствовали, что их неофициальный статус определился уже во время пребывания в следственном изоляторе»16.

Цели «прописки» зависят от контингента камеры следственного изолятора, в одних случаях «прописка» является лишь развлечением, в других случаях ею проверяются волевые и интеллектуальные качества личности, к тому же она служит поводом для причинения страданий другому человеку. Качество «прописки» зависит от субкультурных особенностей того или иного региона. Так, например, в Подмосковье и в ближайших к Москве регионах «пропиской» называют «триста московских приколов», которые делятся на игры, загадки и викторины. С их помощью проверяются физические и волевые качества осужденных, уровень их интеллекта, эмоциональная лабильность. Успешное прохождение «прописки» способствует повышению личного статуса испытуемого. Неудачи могут стать поводом для деперсонализации личности несовершеннолетнего. Одним из элементов деперсонализации личности является позорная кличка.

После успешно пройденной процедуры «прописки» новичку присваивается кличка, ритуал присвоения клички называется по-разному: «кидать на решетку», «крестины».

Таким образом, у малолетних преступников есть своя тюремная субкультура17, напоминающая субкультуру взрослых преступников, но имеющая ряд отличий, что свидетельствует об имевшихся контактах с ранее судимыми лицами. В свою очередь, несовершеннолетние внесли в субкультуру взрослых преступников изменения, соответствующие особенностям юношеской психологии, что стало причиной появления собственной субкультуры, отличительной чертой которой является крайняя жестокость.

Особенными в этом отношении являются воспитательные колонии для девочек.

Особую группу в местах лишения свободы составляют несовершеннолетние осужденные женского пола, совершившие преступления против собственности и насильственные преступления.

Ранние и беспорядочные половые связи формируют у воспитанниц гиперсексуальность. Они активно ищут в колонии полового партнера, создают то одну, то другую любовную пару, что сопровождается межличностными конфликтами.

Среди воспитанниц нередко распространяются слухи и сплетни, цели которых могут быть разными: от попыток дискриминации до унижения и мести лучшей подруге. Предметом сплетен могут быть как отношения осужденных и сотрудников, так и взаимоотношения сотрудников. Несовершеннолетние преступницы в колонии чаще взрослых женщин теряют веру в то, что они могут начать жить по-другому. По мнению большинства несовершеннолетних правонарушительниц, они попали в колонию из-за того, что хотели жить легко, одеваться модно, а денег не было (многие девушки из неблагополучных семей). Другие встали на преступный путь после знакомства со взрослыми мужчинами, которые заставляли их совершать преступления. Низкая социальная ответственность, нежелание сочетать свои действия с разумным удовлетворением потребностей, частое употребление алкоголя и наркотиков в сочетании с бесцельным времяпрепровождением приводят к совершению преступлений несовершеннолетними женского пола как корыстного, так и насильственного характера.

Воспитанниц колоний характеризуют личностная тревожность, невротизм, депрессия, агрессивность, подозрительность, мстительность и упрямство. У них проявляются сходные с несовершеннолетними воспитанниками акцентуации характера: исте-роидная, эпилептоидная, сензитивная, циклоидная и эмоционально-лабильная. У лиц с большими сроками наказания состояние фрустрации сопровождается аффективными вспышками, которые при слабости волевого самоконтроля часто приводят к конфлик-

там18.

В зависимости от установки на отбывание наказания можно выделить несколько групп осужденных несовершеннолетних женского пола:

1) воспитанницы с установкой на нарушение режима, создание малых групп отрицательной направленности. Для них характерно противодействие воспитательным мероприятиям, они являются активными носителями тюремных традиций и обычаев, тюремной романтики. Их отличает склонность к агрессивности по отношению к слабым осужденным, авторитаризму и вместе с тем наличие волевых и организаторских качеств. Многие из них в преступлении не раскаиваются и вины за него не переживают, поэтому намерены и дальше вести криминальный образ жизни;

2) воспитанницы, не имеющие устойчивой установки на отбывание наказания и считающие срок наказания завышенным. Это более многочисленная по составу группа. Их поведение зависит от направленности их группы, влияния окружающих. Они живут одним днем, поэтому для них характерны потребительские интересы;

3) осужденные с установкой на позитивное изменение своего поведения, переживающие вину за совершенное преступление, имеющие намерение после выхода на свободу жить честно, в своих устремлениях они находят поддержку семьи19.

Несовершеннолетние воспитанницы женского пола, в отличие от несовершеннолетних мужского пола, реже проявляют склонность к хулиганским действиям, употреблению алкоголя и наркотиков, к аггравации и симуляции. Это обусловлено тем, что среди ценностей несовершеннолетние осужденные женского пола отдают предпочтение материальному благополучию и созданию семьи20.

Не можете найти то, что вам нужно? Попробуйте наш сервис подбора литературы.

Воспитателям и психологу при работе с ними следует делать акцент на восстановлении родственных связей осужденных, учитывать их нравственные, демографические и иные личностные особенности. Эффективным, как показывает практика, является проведение психолого-педагогических и социально-психологических тренингов по коррекции как индивидуальных, так и групповых особенностей этой категории лиц на разных этапах отбывания наказания с целью их ресоциализации.

Одной из основных форм перевоспитания несовершеннолетних осужденных и мерой профилактики совершения ими очередных преступлений являются групповые наказания. Если одна из осужденных, к примеру, совершает какое-то нарушение, то наказывают весь отряд.

Многие сотрудники воспитательных частей исправительных колоний для девочек отмечают, что основной проблемой воспитанниц является их незащищенность перед миром, в который они попадают после отбывания наказания. Негативным образом на характере и поведении девочек сказывается обстановка в исправительном учреждении: марширование, переход с чашками и ложками из одной локальной зоны в другую и т. д. В связи с этим, например, в Рязанской области создается реабилитационная деревня для освободившихся из местной колонии девочек-подростков.

Девушки, отличающиеся сексуальным консерватизмом, попадая в криминальную субкультуру, стараются культивировать сексуальные ценности, противоречащие традиционной культуре. В воспитательных колониях для девочек крайне отрицательно относятся к невинности, от которой всячески стараются избавиться, иначе девочка попадает в группу отверженных и презираемых. В воспитательных колониях для девочек существует следующая иерархия:

1) «шишки» занимают наиболее высокое положение среди осужденных девушек;

2) «правильные» девочки, или «пацанки» (занимают промежуточное положение в группе, пользуются уважением и некоторыми привилегиями);

3) «шкуры» («машки», «чушки», «задрочки»).

«Машки» — слабохарактерные или физически слабые девочки, которые не могут постоять за себя. С ними никто не считается: отталкивают назад в любой очереди, отбирают передачи. Но эта категория осужденных стоит выше двух других в рассматриваемой стратификационной группе.

«Чушки» — это те, кого умышленно подвергли сексуальному насилию («опомоили», «опарафинили»). Они практически ничем не отличаются от своих сверстниц, но либо допустили какую-либо ошибку («косяк»), например во время проведения ритуала «прописки», либо совершили привычный, но недопустимый в неволе поступок.

В отличие от первых двух категорий, «задрочек» можно узнать с первого взгляда. Это девушки, которые не ухаживают за собой, не соблюдают элементарных правил личной гигиены. Для этих девочек есть шанс изменить свое положение в группе и поднять его до второй ступни при условии, если они начнут следить за собой и своим здоровьем.

К сожалению, в условиях воспитательной колонии с недостаточным материальным обеспечением и жестокими обычаями и традициями криминального мира исправляются немногие, как правило, осужденные просто смиряются со своим положением.

Процедура прописки не многим отличается от проводимой во взрослой колонии. Задаваемые вопросы касаются данных о личности новенькой, ее преступном опыте и знакомствах с авторитетными людьми на свободе. Девочки, занимающие наиболее привилегированное положение в воспитательной колонии и являющиеся активными лесбиянками, как и на взрослой зоне, делают все возможное, чтобы выглядеть как мужчина (короткая стрижка, подбритые виски, мужская одежда и т. д.).

Высоко ценятся землячество и наличие общих знакомых — представителей криминального мира на свободе.

Необходимо отметить, что в исправительных учреждениях любого типа и режима существуют такие атрибутивные элементы криминальной субкультуры, как прописка, особые азартные игры (бура, сека, стос и т. п.), особые правила поведения среди сокамерников и с представителями администрации исправительного учреждения. По данным проведенного нами социологического опроса, из 100 опрошенных жителей Челябинска 82 % не знакомы с таким тюремным обычаем, как «прописка», 61 % опрошенных респондентов знают правила некоторых из вышеперечисленных игр. Наибольшие опасения вызывает тот факт, что законопослушные граждане в повседневной жизни все чаше стараются решать свои проблемы при помощи тюремных «понятий» и правил поведения. В подтверждение этому могут служить данные проведенного нами социологического опроса: 31 % респондентов считают, что большинство проблем можно решить с помощью неформальных норм общения («ты — мне, я — тебе»); для 6 % респондентов единственным возможным и эффективным регулятором общественных отношений служит воровской «закон»; 32 % доверяют закону, исходящему от государства. При этом 44 % респондентов считают, что суд способен в большей мере защитить их права и интересы в обществе; 4 % доверяют свою безопасность правоохранительным органам; 33 % — прокуратуре; 19 % респондентов не доверяют защиту своих прав и интересов вышеперечисленным органам; 45 % респондентов считают допустимым способом защиты своих прав самоуправство.

Таким образом, существующая система ресоциализации несовершеннолетних осужденных в России является малоэффективной. Сотрудники исправительных учреждений не уделяют должного внимания профилактике негативного влияния криминальной субкультуры в среде несовершеннолетних осужденных. Особые опасения мы связываем с исправительными учреждениями для девочек. Нельзя забывать о том, что после освобождения эти девочки станут матерями и женами. От того, насколько эффективно будет работать служба психологической помощи, зависит в конечном итоге психологическое состояние осужденной, ее моральные и этические принципы, а также отношение к семье и детям.

Не можете найти то, что вам нужно? Попробуйте наш сервис подбора литературы.

Примечания

1 См.: Краткий анализ состояния преступности [Электронный ресурс] // http: // www.mvdrf.ru

2 См.: ГодфруаЖ. Что такое психология: В 2 т. / Пер. с фр. М., 1992. Т. 2. С. 9.

3 См.: Портнов А. А., Федотов Д. Д. Психиатрия. М., 1971. С. 63.

4 Смолин С. Самодеятельные организации осужденных в воспитательных колониях: проблемы и пути их решения // Преступление и наказание. 1999. № 3-4. С. 11.

5 Грибов В. Зона с «красным оттенком» // Преступление и наказание. 1999. № 3-4. С. 21.

6 Смолин С. Указ. соч. С. 12.

7 См.: Корецкий Д. А., Тулегенов В. В. Криминальная субкультура и ее криминологическое значение. СПб., 2006. С. 138.

8 Пирожков В. Ф. Законы преступного мира молодежи (криминальная субкультура): Науч.-популяр. изд. Тверь, 1994. С. 75.

9 Пирожков В. Ф. Криминальная психология. Подросток в условиях социальной изоляции. М., 1998. С. 155.

10 См.: Комарова В. В. Особенности социально-психологической адаптации несовершеннолетних

осужденных, отбывающих наказание в воспитательной колонии // Опыт и актуальные проблемы совершенствования психологической службы уголовно-исполнительной системы: Материалы науч.-практ. семинара психологов. М., 1999. С. 208.

11 Игнатенко В. И. Предупреждение антиобщественного образа жизни и рецидива преступлений среди осужденных в ВТК. СПб., 2005. С. 22-23.

12 Курганов С. И. За колючей проволокой — другая жизнь? // Социолог. исслед. 1989. № 3. С. 47.

13 Алферов Ю. А., Верещагин В. А. Диагностика и прогнозирование противоправного поведения молодежи в условиях изоляции. Домодедово, 1994. С. 17.

Не можете найти то, что вам нужно? Попробуйте наш сервис подбора литературы.

14 Пирожков В. Ф. Криминальная психология. Подросток в условиях социальной изоляции. М., 2001. С. 73.

15 Анисимков В. М. Тюрьма и ее законы. Саратов, 1998. С. 6.

16Быстрых В. И., Пономарев С. Н. Некоторые вопросы законодательного регулирования правового исполнения наказания несовершеннолетних // Актуальные проблемы исправительно-трудового права (теория и практика): Сб. науч. тр. Рязань, 1989. С. 28.

17 См.: Катушев В., Галлеев Р., Моисеенко Т. Изучение и предупреждение рецидивной преступности несовершеннолетних // Сов. юстиция. 1972. № 8. С. 23.

18 См.: Аудиовизуальная психодиагностика осужденных / Под общ. ред. А. И. Ушатикова. Рязань, 1997. С. 95-100.

19 См.: Шнайдер Г. Й. Криминология. М, 1994. С. 408-416.

20 См.: Игошев К. Е. Психология преступных проявлений среди молодежи. М., 1971. С. 135-148.

К. В. Васильченко ОПЕРАТИВНО-РОЗЫСКНЫЕ СИТуАЦИИ в противодействии криминальному рейдерству

Рассматривается одно из наиболее сложных в расследовании преступлений — криминальный захват предприятий. Данное преступление является новым для современного российского уголовного права, что делает его расследование крайне сложным и трудоемким.

Ключевые слова: рейдерство, захват предприятия, криминальное поглощение юридических лиц.

Оперативно-розыскная деятельность (далее — ОРД) в основе своей содержит научные положения, выработанные криминалистикой. Такое положение обусловлено историческим развитием двух наук. «Пока накапливавшийся в рамках криминалистики эмпирический материал не противоречил представлениям о криминалистике как науке лишь о средствах и методах борьбы с преступностью, зарождавшаяся теория оперативно-розыскной деятельности развивалась как часть этой науки, как элемент ее составных частей, разделов. Это был закономерный процесс, типичный для любой науки»1. Теория ОРД, как и криминалистика, изучает причинно-следственные связи механизма образования криминалистически значимой информации, правила и процедуры ее поиска, фиксации, оценки и использования в качестве фактических данных для принятия процессуальных и оперативных решений по фактам подготовки совершаемого или совершенного преступления и в отношении лиц, причастных к нему2.