мов вложений обусловлено объективным наличием точки насыщения по этому показателю, превышение которого приведет к снижению эффективности вложений.
7. Рассмотренные возможные средства и методы экономического стимулирования развития предприятий АПК должны быть частью широкого комплекса мер, цель которых -создание благоприятной экономической среды для адаптации товаропроизводителей к условиям рынка.
Литература
Гатаулин A.M., Светлов Н.М. Стоимостные факторы кризиса сельскохозяйственного производства в России и пути их преодоления // Труды восьмой Международной конференции Независимого научного аграрно-эконо-мического общества России. Вып. 8. Т. 1. М.: 2004.
Денисов В. И. Возможные направления поддержки производства и их социально-экономическая оценка. // Экономика и математические методы. 2001. Т. XXXVII. .№ 1.
Денисов В.И. Аграрная реформа: необходимые изменения // Проблемы развития. 2002. № 1.
Денисов В.И. Неиспользуемые возможности экономического роста производства агропромышленного комплекса // Международный сельскохозяйственный журнал. 2003. № 6.
Шмелев Г.И. Аграрная политика и аграрные отношения в России в XX веке. М.: Наука, 2000.
Рукопись поступила в редакцию 17.05.2005 г.
КОНКУРЕНТОСПОСОБНОСТЬ И ВЗАИМОВЫГОДНОСТЬ В «НАРОДНОХОЗЯЙСТВЕННОМ ПРОСТРАНСТВЕ» РОССИИ
В.Л. Малышев
В работе анализируются варианты достижения конкурентоспособности российской продукции. Рассматривается вариант, определяемый изменением структуры производства и экспорта в сторону повышения значимости технологически сложных производств. Подобное изменение связано с необходимостью внедрения новых принципов поведения производителей, основанных на механизме межотраслевых межфирменных отношений производителей как субъектов «народнохозяйственного пространства» России. В качестве одного из исходных мероприятий предлагается внедрение в экономику единых принципов ценообразования, основанных на идее объективно обусловленных оценок Л. Канторовича.
Достижение конкурентоспособности в рамках мирового экономического порядка признано в настоящее время в качестве одной из основных задач стратегии развития экономики России. При этом существенно меньше внимания уделяется возможным направлениям достижения этой цели. В соответствии с имеющимися воззрениями на развитие российской экономики можно выделить два направления возможного достижения поставленной цели1.
1 В данной работе мы не ставим цели систематизировать исследования в соответствии с выдвинутым нами делением: мы хотим лишь отразить суть определенных позиций, касающихся рассматриваемой темы.
ЭНСР № 4 (31) 2005
Первое определяется бытующей точкой зрения, суть которой в том, что в настоящее время уже созданы все условия для развития рынка, а потому задача развития экономики России сводится к экстенсивному наращиванию потенциала. В соответствии с этой точкой зрения, учитывая, что в настоящее время приоритетное значение для развития экономики имеют отрасли и производства топливно-сырьевого комплекса, достижение конкурентоспособности российской продукции сведется к всемерному повышению потенциала России как сырьевой державы2, при котором конкурентоспособность топливно-сырьевой продукции, как известно, достигается за счет так называемой ренты «первого рода». Иными словами, выигрыша в конкурентной борьбе с производителями аналогичной продукции на мировом рынке за счет лучших природных условий добычи сырья - условия, никакого отношения не имеющего к повышению научно-технического уровня российской экономики, тому фактору, который в мировой практике является реальным отражением конкурентоспособности продукции.
Стратегически это направление развития приведет в будущем к стагнации структуры экономики и внешнеэкономических связей России на приоритетности продукции топлив-но-сырьевого комплекса и к включению России в международное разделение труда только этими видами продукции. Конечным итогом развития экономики России при данном направлении будет глобализация экономики, в которой Россия будет рассматриваться лишь как источник дешевых сырьевых ресурсов. При этом понятно, что средства производства должны будут импортироваться из промыш-ленно развитых стран.
Подобного рода глобализация приводит к замене производства технологически слож-
2 См. в связи с изложенной точкой зрения, на наш взгляд, знаковую статью президента ОАО «ЛУКОЙЛ» В. Алекперова «Преимущества конкуренции» (Известия. 2003. 7 марта).
ной продукции в России производством данной продукции в промышленно развитых странах, а потому - необходимости глобализации экономики как возможности сохранения государства. Этот путь следует признать тупиковым в том случае, если государство стремиться к созданию самостоятельной, суверенной экономики. Тупиковым его можно признать и потому, что при имеющейся технологии добычи сырьевых ресурсов запасов многих из них хватит всего на 30-40 лет (Паршев, 2000, с. 60). А ведь речь идет о невосполнимых природных ресурсах. Таким образом, уже при жизни данного поколения Россия не сможет участвовать в международном разделении труда ни как источник дешевых сырьевых ресурсов, ни как производитель технологически сложной продукции. Глобализация экономики при сохранении приоритетности сырьевых ресурсов даже если и приведет к улучшению ситуации, то только в сырьевых отраслях.
При внедрении «режима наибольшего благоприятствования» дифференциация российской экономики на производства, «участвующие» и «не участвующие» в глобализации, станет реальной основой развала экономики России и потери сначала экономической, а затем и политической самостоятельности. Это направление явно неприемлемо для России.
Второе направление стратегии развития экономики России, которое мы считаем более правильным и реальным, учитывая специфику предшествующего развития, исходит из того, что в российской экономике пока не созданы основные механизмы и критерии, которые позволят ей в будущем стать самостоятельной, суверенной страной, с соответствующим статусом в рамках мирового экономического порядка. Суть подобного несовершенства кроется в непонимании многими деятелями властных структур и уж тем более отдельными производителями того факта, что конкурентоспособность отдельного продукта или даже отрасли - это далеко не конкурентоспособность экономики страны, что, усиливая конкурентоспособность отдельного продукта, мы часто ослабляем конкурентоспособность
страны. Объясняется это тем, что конкурентоспособность отдельного продукта или производителя основана на внутриотраслевом соперничестве, а конкурентоспособность страны - на межотраслевом сотрудничестве производителей как субъектов «народнохозяйственного пространства» России3.
В экономике достижение конкурентоспособности отдельных продуктов по отношению к аналогичной продукции на мировом рынке - это далеко не всегда достижение конкурентоспособности экономики страны. Конкурентоспособность отдельных продуктов может определяться, как сейчас в России, лучшими природными условиями - «рентой первого рода», т.е. быть конкурентоспособной при относительно низком научно-техническом уровне экономики страны. Конкурентоспособность экономики страны должна определяться достаточным научно-техническим уровнем большей части продукции страны. Между тем в настоящее время господствует как раз обратная точка зрения.
Гносеология непонимания данного вопроса состоит в том, что достижение конкурентоспособности отдельного производителя основано на выигрыше, конечным результатом которого является его монополизм. Причем государство, поощряя на начальных этапах внутриотраслевую конкуренцию, в последующем начинает бороться с ее результатом - монополизмом производителя, проводя антимонопольные мероприятия.
В условиях конкуренции монополисту-производителю при относительно низком научно-техническом уровне производства технологически взаимосвязанных с ним производителей в стране выгоднее кооперироваться в процессе воспроизводства продукции не с отечественными, а с зарубежными производителями. Понятно, что экономика страны, в отличие от данного производителя, будет в проигрыше. Дело в том, что достижение конкурен-
3 Это положение достаточно подробно нами исследовано (Малышев, 2004).
тоспособности экономики страны должно быть основано на деятельности производителей, объединенных межотраслевыми связями в границах территориального комплекса экономики страны, который в наших работах назван «народнохозяйственным пространством» (см., напр., (Малышев, 2002, 2004)).
Понятие «народнохозяйственного пространства» определено нами как территориальное пространство, деятельность производителей на котором регулируется едиными «правилами игры». Едиными как в отношениях «государство-производитель», определяемых правилами поведения производителя при необходимости выполнения обязанностей по отношению к государству, так и в отношениях «производитель-потребитель», определяемых правилами поведения производителей между собой в процессе воспроизводства продукции.
Если об отношениях государства и производителя в условиях рыночной экономики России говорится достаточно много, то о межотраслевых отношениях производителей - существенно меньше. При этом мы имеем в виду не отношения в рамках «режима фирм», т.е. отношения производителей по поводу производства и реализации конечной продукции определенной фирмы, которые рассматриваются в теоретических работах, посвященных проблемам корпоративного управления. Речь идет о межфирменных отношениях производителей, которые в практике функционирования производителей промышленно развитых стран основываются на таких категориях, как эмпатия, доверие и т.д., которые можно оценить скорее как морально-этические, а потому содержащие существенную долю субъективизма. Отсутствие возможности объективно количественно выразить данные категории, по нашему мнению, порождает неопределенность этих отношений, не позволяет говорить о них как о возможных категориях механизма межотраслевых межфирменных отношений.
Представить производителя, в частности «фирму» промышленно развитой страны, столетиями стремившуюся к максимизации эффекта, не стремящимся к этому критерию
невозможно, так как при приоритетности конкуренции в процессе функционирования производителей альтруизм невозможен. Невозможен он потому, что ограниченность экономического пространства конечной продукцией «фирмы» всегда предполагает минимаксный критерий функционирования производителя.
Любой из производителей, издавна функционирующий в условиях рынка, вне зависимости от отрасли начинал и начинает свою деятельность с обеспечения возможности самостоятельного воспроизводства ресурсов. Отсюда - и конкуренция при внутриотраслевых отношениях с производителями аналогичных видов продукции, и «коммерческая тайна» при межотраслевых межфирменных отношениях. Причем и та, и другая исходят из стремления производителя максимизировать эффект: в первом случае - за счет присвоения той прибыли, которую мог бы получить проигравший конкурент, во втором - за счет возможности потребителя утаить большую часть эффекта от производителя (при монопсонии) или производителя от потребителя (при монополии).
Иная ситуация сложилась в России. Российский производитель за 70 лет господства директивного управления привык к таким понятиям, использовавшимся в практике хозяйственной деятельности, как, например, прозрачность информации, равновыгодность отношений в процессе воспроизводства продукции, так как отношения по поводу процесса воспроизводства полностью планировались и контролировались государством. Причем вне зависимости от того, входил ли он с партнером в единое объединение или нет: и в том, и другом случае при централизованном распределении ресурсов скрывать информацию производителю от партнера было незачем.
Производитель России привык так же и к централизованному ценообразованию, при котором цены выполняли затратную функцию. В настоящее время бытует точка зрения, что затратная функция - это «очень плохая функция цен», так как не стимулирует производителя максимизировать собственную прибыль. Но как прозрачность информации в отношени-
ях производителей в рамках народного хозяйства СССР, так и затратная функция цен - это не недостатки, а элементы деятельности производителей, которые были целесообразны при централизованном распределении ресурсов. Наши исследования показали, что те элементы функционирования, которые были присущи директивному управлению, могут рассматриваться как отрицательные лишь с точки зрения критериев определенного направления развития рыночной экономики4.
Нелишне отметить, что в промышленно развитых странах в настоящее время используются «затратные цены», построенные по принципу «издержки плюс» и определяемые на основе затрат и прибыли, необходимой для самостоятельного воспроизводства ресурсов производителем. Таким образом, затратная функция цен - это не недостаток, а стимулирующая их роль, это не преимущество цен, а и то, и другое- лишь отражение функций цен, которые необходимы при определенных критериях и определенном направлении развития экономики.
Отмечая тот факт, что экономика России при директивном управлении обладала такими элементами, как прозрачность информации и равновыгодность отношений производителей, мы хотели бы особо подчеркнуть, что в России и в условиях рынка можно достичь похожей ситуации. Ситуации, при которой поведение производителей будет определяться элементами механизма межотраслевых межфирменных отношений - прозрачностью
4 В данной статье мы не касаемся исследований, проведенных нами в отношении взаимообусловленности критериев развития экономики в рамках определенных направлений. Отметим лишь, что в наших исследованиях мы обосновываем точку зрения о том, что рыночная экономика имеет не одно направление с присущими ему критериями, как это принято считать, а несколько (в России - два) направлений, каждое из которых имеет свои критерии и принципы деятельности производителей. Точно так же и директивное управление экономикой имело свои принципы и критерии деятельности, которые были характерны для
информации и взаимовыгодностью, но не на основе директивного управления и централизованного распределения ресурсов, а на основе «правил игры», поддерживаемых самими производителями в границах «народнохозяйственного пространства» России. Почему только в России?
На наш взгляд, потому, что только российский производитель, привыкший к приоритету межотраслевых отношений при директивном управлении, сможет функционировать при подобных приоритетах и в условиях рыночных отношений производителей. То, что это не просто утверждение, а вполне достижимый практически результат, можно обосновать хотя бы тем, что в настоящее время почти все российские производители функционируют при наличии в межотраслевых отношениях долгосрочной дебиторской и кредиторской задолженности. Иными словами, в ситуации, которую практически невозможно представить у производителей в промышленно развитых странах5. Реально это означает, что российские производители понимают большое значение межотраслевого межфирменного сотрудничества в процессе воспроизводства в сравнении с возможностью максимизации эффекта локальной («своей») сферы деятельности. Поэтому только российские производители в отличие от производителей промышленно развитых стран, имея подобный менталитет, смогут использовать в практике межотраслевых межфирменных отношений правила прозрачности информации и взаимо-
данной формы управления и были обусловлены целями развития экономики СССР. Мы обосновываем и то положение, что критерии развития определенных направлений рыночной экономики существенно отличаются между собой (подробнее см. (Малышев, 2002)).
5 Известно, что «западная» экономика построена на основе предельных величин (равенства затрат и результатов). Отрицательные результаты в этой экономике просто не рассматриваются. Это и понятно, так как в этом случае отсутствует возможность самостоятельного воспроизводства ресурсов.
выгодных отношений в границах «народнохозяйственного пространства» России.
Для осуществления практических расчетов при межотраслевом межфирменном сотрудничестве производителей необходимо разработать конкретные методы, определяющие взаимовыгодность межотраслевых отношений в процессе воспроизводства на основе тех условий и того объема информации, который может стать объектом совместных расчетов при признании производителями в качестве исходного правила прозрачность информации. По нашему мнению, расчет взаимовыгодности межотраслевых отношений производителей в процессе воспроизводства продукции в российской экономике может определяться двумя основными условиями: первое - взаимовыгодность межотраслевого межфирменного сотрудничества производителей, исходящая из равноэффективности процесса производства и потребления конкретного продукта -объекта сотрудничества; второе - «разумная достаточность» межотраслевого межфирменного сотрудничества производителей, исходящая из равноэффективности процесса воспроизводства всей продукции сотрудничающих производителя и потребителя.
Правило «разумной достаточности» отличается от правила равноэффективности, используемого при воспроизводстве одного продукта - объекта сотрудничества тем, что должно использоваться тогда, когда:
• рассматривается возможность долгосрочного сотрудничества производителей;
• объектом сотрудничества служит продукция с преобладающим удельным весом в общем объеме производства партнеров.
«Правила игры» при долгосрочных отношениях между производителями в конечном итоге приведут к созданию единых для всех производителей в границах «народнохозяйственного пространства» России условий воспроизводства ресурсов вне зависимости от органического строения капитала каждого производителя. Равноэффективность отношений при воспроизводстве отдельного продукта - объекта сотрудничества станет исходной
предпосылкой правила «разумной достаточности» воспроизводства всей продукции у каждого из производителей как субъектов «народнохозяйственного пространства» России.
Но надо иметь в виду, что определение эффективности в настоящее время, при эмпирике межотраслевых отношений производителей и отсутствии прозрачности информации - правила поведения производителей в межфирменных отношениях, предполагает сравнение затрат и результатов деятельности каждого производителя как самостоятельного субъекта процесса воспроизводства и определение возможности межотраслевого сотрудничества на основе именно этих взаимно несогласованных расчетов. Сложность расчетов взаимовыгодности между производителем и потребителем продукта при неопределенных межотраслевых межфирменных отношениях возникает обычно из-за расплывчатых представлений о затратах и результатах участников этих отношений.
Если использовать для этой цели ценообразование, что мы и делаем, то надо отдавать себе отчет в том, что составляющие цен могут адекватно не отражать как всю сумму, так и некоторые затраты и результаты производства продуктов - объектов межотраслевого межфирменного сотрудничества. Например, известны сложности с отражением затрат на экологию, с попыткой включения в расчет цен затрат на социальные мероприятия и т.д., т.е. сложности с отражением затрат, трудно верифицируемых с точки зрения производства отдельных продуктов - объектов партнерских отношений производителей в процессе воспроизводства6.
В качестве исходной в расчетах взаимовыгодности межотраслевого сотрудничества в
процессе воспроизводства предлагается использовать модель цены, аналогичную «о.о. оценке» Л. Канторовича. Напомним, что в практике ценообразования на новую продукцию производственно-технического назначения аналог «о.о. оценки» Л. Канторовича получил название верхнего предела цены из-за того, что отражает валовой эффект от возможного использования нового продукта у потребителя. Верхний предел цены исчислялся по формуле
Цъп ~ Цнп ^потр' (1)
где Цъп - верхний предел цены, определяющий валовой эффект использования продукта у потребителя; Цнп- нижний предел цены, определяемый затратами на производство продукта у производителя. Нижний предел цены рассчитывается на основе затрат и прибыли, определяемой необходимостью простого воспроизводства продукции у производителя; Эпотр -эффект потребления («прокатная оценка» у Л. Канторовича) или эффект, получаемый потребителем продукта при его эксплуатации.
Определение принципа распределения эффекта потребления предполагает разработку единого методологического принципа, в соответствии с которым самими производителями устанавливаются количественные доли эффекта в рамках каждого из процессов воспроизводства продукции. На практике в качестве этого методологического принципа, формирующего эти доли у каждого из партнеров, на наш взгляд, было бы целесообразно использовать:
• затраты производителя - на производство продукта-объекта сотрудничества;
• затраты потребителя на его приобретение.
«Затратный принцип» распределения эффекта будет основным при определении
6 К сожалению, примеры включения иных, кроме «прямых» затрат, издержек на проведение определенного мероприятия достаточно редки, тем более если речь идет о разработке методологических аспектов подобного включения. Одним из немногих примеров попытки оценки затрат и результатов с учетом не
только стоимостных, но и социальных и экологических факторов в период перестройки российской экономики можно назвать Методические рекомендации по комплексной оценке эффективности мероприятий, направленных на ускорение научно-технического прогресса. (М.: АН СССР, ГКНТ СССР, 1989).
взаимовыгодности межотраслевых межфирменных отношений производителей в процессе воспроизводства в границах «народнохозяйственного пространства», но «затратный принцип», используемый самими производителями, а не государством, как было при директивном управлении. Исходя из этого:
Х- доля эффекта потребления, причитающаяся производителю в соответствии с его затратами на производство продукта - объекта сотрудничества: в практике ценообразования на новую продукцию эффект, причитающийся производителю, носит название эффекта производителя;
У- доля эффекта потребления, причитающаяся потребителю продукта в соответствии с затратами на приобретение продукта -объекта сотрудничества; в практике ценообразования этот эффект носит название эффекта потребителя.
Здесь следует отметить, что цена нового продукта отражает затраты и эффект только производителя продукта, т.е. включала затраты и эффект, получаемый от реализации продукта самим производителем. Эффект потребителя продукта учитывался как возможность снизить цену приобретения продукта - объекта межотраслевого сотрудничества. Если использовать этот подход при расчете предлагаемой нами модели цены, то цена продукта будет отражать цену производителя:
ЦПр = Цнп + Х-(ЭПтр). (2)
Соответственно при презумпции «прямых» отношений производителя и потребителя эта же цена станет и ценой приобретения продукта, т.е. отразит затраты потребителя этого продукта. Условие взаимовыгодности сотрудничества производителей исходя из приведенных обозначений примет такой вид:
*'(Эпотр) 7'(Эпогр)
Ц» п ' Ы
Напомним, что эффект потребителя выражался в возможности снижения себестоимости продукта, в производстве которого дан-
ный новый продукт использовался как средство производства. Учет эффекта потребителя априори по отношению к процессу потребления продукта, возможен при прозрачности информации в отношениях производителя и потребителя и создаст условие для сравнения расчетов эффекта: эффекта производителя - на стадии сбыта продукта и эффекта потребителя - на стадии его приобретения. Тем самым будут созданы условия для возможного достижения взаимовыгодности уже на этапе заключения договора о межотраслевом межфирменном сотрудничестве при производстве конкретного продукта - объекта сотрудничества.
В случае учета эффекта потребителя как значимой величины расчетов распределения эффекта потребления появляется важная для конкретных результатов межотраслевого сотрудничества категория - суммарный эффект потребителя продукции. Этот эффект получается как сумма эффектов, возникающих у потребителя при использовании всеми видами средств производства, и определяется на основе суммирования эффектов от всех видов продукции (Уп), отчисляемых потребителю. Формально этот эффект можно выразить так:
У[+У2+... + У1=^У„, (4)
п=1
где п - число сфер использования произведенного продукта (от 1 до ;').
Суммарный эффект потребителя позволит решить характерное не только для теории, но и для практики затруднение, возникающее при межотраслевом сотрудничестве производителей: определить априори, возможный общий вклад фактора «овеществленный труд» в процесс воспроизводства продукции у потребителя, т.е. ликвидировать неопределенность, а потому эмпирику межотраслевых отношений. Исходя из того, что вклад овеществленного труда у потребителя оценивается
/
как X К > вклад живого труда (Эжт) соответ-
я=1
ственно будет рассчитываться так:
Э-лст — Эпотр ^ ^я • (5)
И=1
Наличие подобных показателей позволит на основе априорных расчетов обосновать выбор конкретного варианта межотраслевого сотрудничества производителей в процессе воспроизводства, лишенного элементов неопределенности, возникающих в случае утаивания каждым партнером параметров производства и потребления продукта - объекта сотрудничества при «коммерческой тайне» межотраслевых межфирменных отношений производителей.
Выбор варианта межотраслевого межфирменного сотрудничества при подобных расчетах должен исходить из необходимости воспроизводства ресурсов у каждого из сотрудничающих производителей на «народнохозяйственном пространстве» России. Таким образом, из процесса эмпирических отношений, характерных для производителей про-мышленно-развитых стран, межотраслевое межфирменное сотрудничество превратится в процесс, основанный на совместных априорных расчетах производителей в границах «народнохозяйственного пространства» России.
При этом первичным будет обеспечение самостоятельного воспроизводства ресурсов каждым из производителей в границах «народнохозяйственного пространства» России. Функционирование российского производителя при подобном подходе, как видно из формулы цены, в качестве обязательного компонента должно будет обеспечить цену реализации продукта, содержащую эффект потребления. Условие с точки зрения производителя, функционирующего в условиях конкуренции, достаточно ординарное.
Условие взаимовыгодности на основе его равноэфективности является исходным при достижении условия «разумной достаточности» межотраслевого сотрудничества производителей в процессе воспроизводства. Содержание условия «разумной достаточности» сложно отразить формально, так как при этом условии каждый из партнеров должен будет
стремиться не к равной эффективности функционирования, или равному количественному соотношению результата к затратам у производителя определенного продукта, а к созданию равных условий воспроизводства ресурсов у сотрудничающих производителей, к обеспечению равной возможности их функционирования как субъектов «народнохозяйственного пространства». Несомненно, что достигнуть «разумной достаточности» при межотраслевом сотрудничестве гораздо сложнее, чем «равной эффективности» по отдельному продукту, так как это предполагает ряд дополнительных условий.
Во-первых, это необходимость учета условий воспроизводства ресурсов как овеществленного, так и живого труда в процессе воспроизводства продукции в целом на предприятиях-партнерах, а не по отдельному продукту. Во-вторых, количественное соизмерение факторов производства продукции у каждого из партнеров, достаточно сложно редуцируемых к сопоставимой стоимостной оценке, а потому достаточно сложно сопоставимых при разработке априорных вариантов межотраслевого сотрудничества.
Практика воспроизводства ресурсов, исходя из принципа «разумной достаточности», будет предлагать множество решений с точки зрения совместного использования факторов воспроизводства. Подробно квалифицировать их на данном этапе разработки проблем межотраслевого сотрудничества вряд ли возможно. Можно отметить, что при единстве эффективности использования капитала (как суммарной оценки ресурсов живого и овеществленного труда) могут возникнуть сложности, характерные для функционирования производителей в рыночных условиях вне зависимости от сферы производственной деятельности. Отметим вкратце некоторые самые общие из них.
1. Воспроизводство средств производства или овеществленного труда при межотраслевом сотрудничестве исходя из различия «технического строения» капитала будет предполагать различные показатели эффек-
тивности использования основных средств у каждого из производителей. Но это не должно приводить к нарушению правила взаимной выгоды за счет различия в эффективности использования капитала (финансовых средств). Особенно если речь идет о долгосрочных тенденциях межотраслевого сотрудничества: в этом случае речь будет идти лишь о различной эластичности замены живого труда овеществленным у каждого из сотрудничающих производителей.
2. Анализируя вопросы использования ресурса живого труда, следует принять во внимание, что работники предприятий менее руководителей заинтересованы в знании распределения оплаты труда на необходимый и прибавочный труд. Или же на обусловленную договорными условиями и обычно оговариваемую априори по отношению к процессу производства необходимую заработную плату, и оплату труда, производимую апостериори по отношению к этому процессу: разного рода выплаты, учитывающие конечные результаты производственной деятельности. Работникам более важна не структура, а общая сумма выплат.
Руководители же, наоборот, заинтересованы не только в воспроизводстве живого труда, но и в расширении производства, инвестировании средств. А отсюда особую актуальность для них приобретает выполнение как априорных, договорных обязательств перед работниками, так и распределение апостериорных (по результатам деятельности) выплат. Межотраслевое сотрудничество при единых «правилах игры» в конечном итоге приведет к выравниванию уровней заработной платы работников одной и той же профессии вне зависимости от того, в какой из отраслей производства экономики России они заняты.
Таким образом, возможные противоречия между работниками и руководством предприятия в условиях прозрачности информации при межотраслевом сотрудничестве в границах «народнохозяйственного пространства» России будут постепенно снижаться. В результате выравнивания условий деятель-
ности работников одних и тех же профессий будет снижаться и безработица. Как будет изменяться «эластичности замены» живого труда овеществленным в каждом из производств ответить невозможно. Но беспрепятственный перелив ресурсов всегда предполагает уровень цен, который определяется затратами на производство продукта, необходимыми для простого воспроизводства продукта, и частью прибыли, обеспечивающей расширенное его воспроизводство.
Конечно, правила построения цен, основанных на «затратном принципе» построения, в условиях рыночной экономики будут отличаться от принципов построения «затратных цен» при директивное™ управления. В условиях директивное™ «затратные цены» - результат государственного руководства процессом ценообразования, при котором затраты использовались в качестве основного параметра цен при их учетной функции в процессе централизованного распределения ресурсов. Эти же «затратные цены» при повышении научно-технического уровня экономики обнажили основные недостатки централизованного распределения ресурсов, которые возрастали по мере диверсификации производственной деятельности:
• негибкость централизованного распределения ресурсов, его инерционность по отношению к постоянно возникающим в процессе воспроизводства изменениям в возможностях и потребностях производителей, обусловленных, в частности, научно-техническим прогрессом;
• в некоторых случаях возможность оправдания производителем зачастую завышенных затрат, а следовательно и развитие у ряда производителей иждивенческих настроений.
Когда же речь идет о ценообразовании в условиях рынка по предлагаемой методике, «затратные цены» образуются на основе принципиально иного процесса - процесса перелива ресурсов между производителями в процессе воспроизводства продукции в условиях долгосрочного сотрудничества на основе равной выгоды отношений производителей, при кото-
рой в качестве исходного уровня используются аналог «о.о. оценок» - верхний предел цены.
Таким образом, при использовании в качестве одного из «правил игры» предлагаемых методологических принципов ценообразования мы одновременно приходим к либерализации ценообразования, поскольку сужается возможность вмешательства государства в этот процесс. Но либерализация ценообразования при априорных «правилах игры», обусловливающих перелив капитала в границах «народнохозяйственного пространства» России, будет отличаться от либерализации цен, осуществленной на основе принципов саморегулирования экономики, проведенной при перестройке и приведшей к аккумуляции капитала в рамках отдельных производств.
Либерализация при перестройке, основанная на «полной» свободе деятельности производителя, привела к дифференциации экономики на «сильные» отрасли, которые должны функционировать, и «слабые», которые должны «исчезнуть». А потому либерализацию цен при перестройке следует оценить как фактор разрушения экономики. Далее, когда стало необходимо созидание, а развитие экономики России все еще продолжается в соответствии с принципами саморегулирования, все более необходимым становится государственное вмешательство в экономику, в том числе и в процесс ценообразования.
Пытаясь сохранить экономику как экономику независимой страны, государство вынуждено, как в настоящее время, так и в дальнейшем, обеспечивать воспроизводство ресурсов «слабым» производителям. Именно с этой целью в настоящее время оно пытается ограничить определенными количественными рамками рост тарифов, оказывать помощь регионам в трансфертной форме и т.д. Таким образом, при существующих критериях развития экономики, препятствующих переливу капитала, государство вынуждено будет взять на себя функцию поддержания «слабых» отраслей путем «перекачки» ресурсов из «сильных» отраслей в «слабые». Причем неважно, в каком виде будет проходить вмешательство в
деятельность «сильных» отраслей: с помощью налогов или каких-либо иных форм отчуждения сверхприбыли.
При предлагаемых нами ценах вмешательства государства в процесс воспроизводства практически не требуется, так как. цены становятся основной категорией, обеспечивающей перелив ресурсов между всеми производителями «народнохозяйственного пространства» России. «Затратный принцип» ценообразования (в нашей интерпретации) становится основой цен при принципиально ином поведении российского производителя. Либерализация цен при таком подходе будет выражаться в снижении необходимости вмешательства государства в деятельность реального сектора экономики, обусловленном повышением значимости механизма межотраслевых межфирменных отношений производителей в границах «народнохозяйственного пространства» России.
Наше предложение особенно актуально, если оценивать его с точки зрения теперешней ситуации, когда разница в уровнях рентабельности различных производств достаточно высока, а межотраслевое сотрудничество, даже если его рассматривать с точки зрения общепринятого критерия минимизации трансакци-онных издержек, строится скорее не исходя, а вопреки этому критерию.
Необходим переход от стимулирующей функции цен, определяемых поведением производителя, стремящегося максимизировать эффект своей локальной сферы деятельности, к ценам, функцией которых должно стать распределение, определяемое стремлением производителей к межотраслевому сотрудничеству. Это стремление, воплотившись в механизме межотраслевых межфирменных отношений, станет основой увеличения удельного веса технологически сложной продукции и в производстве, и экспорте, повышения научно-технического уровня производства как главного фактора роста конкурентоспособности экономики России.
Литература
Бьюкенен Д. Границы свободы. Между анархией и Левиафаном // Нобелевские лауреаты по экономике. М.: Таурус-Альфа, 1997.
Гелбрейт Дж.К. Экономические теории и цели общества. М.: Прогресс, 1976.
Канторович Л. В. Экономический расчет наилучшего использования ресурсов. М.: АН СССР, 1959.
Коуз Р. Фирма, рынок и право. М.: Дело, 1993.
Львов Д. Развитие экономики России и задачи экономической науки. М.: Экономика, 1999.
Малышев В.Л. «Народнохозяйственное пространство» - будущее экономики России (теоретические аспекты проблемы): В 2 ч. М: Современная экономика и право, 2004.
Малышев В.Л. Институциональное направление -основа «народнохозяйственного пространства» России. М.: ЦЭМИ РАН, 2002.
Нестеренко А.Н. Экономика и институциональная теория. М.: УРСС, 2002.
Новожилов В В. Проблемы измерения затрат и результатов при оптимальном планировании. М.: Экономика, 1967.
Норт Д. Институты, институциональные изменения и функционирование экономики. М.: Начала, 1997.
Природа фирмы. Под ред. О.И. Уильямсона и С.Дж. Уинтера М.: Дело, 2001.
Паршев А.П. Почему Россия не Америка. М.: Крымский Мост - 9Д: Форум, 2000.
Полтерович В.М. Институциональные ловушки и экономические реформы. М.: РЭШ, 1998.
Шумпетер Й. Теория экономического развития. М.: Прогресс, 1982.
Эггертссон Т. Экономическое поведение и институты. М.: Дело, 2001.
Рукопись поступила в редакцию 11.01.2005 г.
МЕТОДОЛОГИЧЕСКИЕ ПРОБЛЕМЫ РАЗРАБОТКИ И РЕАЛИЗАЦИИ ГОСУДАРСТВЕННОЙ МИГРАЦИОННОЙ ПОЛИТИКИ
О.Д. Воробьева
В статье приведен анализ современной миграционной ситуации в Российской Федерации. Дана оценка реализации миграционной политики России в конце XX в. Сформулированы методологические основы разработки и реализации государственной миграционной политики. Определены соответствующие стоящим перед Россией проблемам цели такой политики и основные ее направления на среднесрочную перспективу, предложены инструменты и механизмы ее претворения в жизнь.
1. МИГРАЦИОННАЯ СИТУАЦИЯ В СОВРЕМЕННОЙ РОССИИ
Миграция населения, сыгравшая огромную роль в истории России, будет иметь еще большее значение для ее развития в наступившем столетии. В связи с естественной убылью населения России иммиграция (по меньшей мере до середины следующего века) будет почти единственным источником пополнения демографических ресурсов страны. После 2006 г. в России ожидается быстрая естественная убыль трудоспособного населения и на рынок труда придется привлекать значительное количество мигрантов. Поэтому управление миграциями принадлежит к числу приоритетных социально-экономических проблем России.
Миграционные процессы в Российской Федерации приобрели в последнее десятиле-