DOI: 10.24412/2076-1503-2021 -12-221-226 NIION: 2018-0076-12/21-408 MOSURED: 77/27-023-2021-12-607
ВАСИЛЬЕВА О.Н.,
кандидат юридических наук, доцент, доцент Юридического факультета ИЭУП РГГУ, е-mail: mail@law-books.ru
ТИМОФЕЕВ С.В.,
доктор юридических наук, профессор, декан Юридического факультета ИЭУП РГГУ, е-mail: mail@law-books.ru
К ВОПРОСУ ОБ ОСОБЕННОСТИ КВАЛИФИКАЦИИ ПРАВОНАРУШЕНИЙ, СВЯЗАННЫХ С НЕЗАКОННЫМ ПОЛУЧЕНИЕМ И РАЗГЛАШЕНИЕМ СВЕДЕНИЙ, СОСТАВЛЯЮЩИХ БАНКОВСКУЮ, НАЛОГОВУЮ И КОММЕРЧЕСКУЮ ТАЙНУ
Аннотация. Авторы в статье анализируют правонарушения, связанные с незаконным получением и разглашением банковской тайны, налоговой тайны, коммерческой тайны. Рассматривают особенности квалификации указанных правонарушений. Квалификация незаконного получения и разглашения сведений, составляющих банковскую, коммерческую и налоговую тайны сопровождается наличием оценочных и бланкетных признаков, их административно-правовым и уголовно-правовым толкованием.
Ключевые слова: банковская тайна, налоговая тайна, коммерческая тайна, правонарушение, проступок, преступление, ответственность, принуждение.
VASILYEVA O.N.,
Candidate of Law, Associate Professor, Associate Professor Faculty of Law of IEUP RSUH
TIMOFEEV S.V.,
Doctor of Law, Professor, Dean Faculty of Law of IEUP RSUH
ON THE ISSUE OF THE SPECIFICS OF THE QUALIFICATION OF OFFENSES RELATED TO THE ILLEGAL RECEIPT AND DISCLOSURE OF INFORMATION CONSTITUTING A BANKING, TAX AND COMMERCIAL SECRET
Annotation. The authors of the article analyze offenses related to the illegal receipt and disclosure of bank secrets, tax secrets, and commercial secrets. Consider the specifics of the qualification of these offenses. The qualification of illegal receipt and disclosure of information constituting banking, commercial and tax secrets is accompanied by the presence of evaluation and blank signs, their administrative and criminal interpretation.
Key words: banking secrecy, tax secrecy, commercial secrecy, offenses, misdemeanor, crime, responsibility, coercion.
Действующее законодательство определяет разглашение банковской, налоговой, коммерческой тайн или неправомерный сбор информации, составляющей данные виды тайн как правонарушение, за которое предусмотрена административная, дисциплинарная, гражданско-правовая и уголовная ответственность. Мы приняли решение, что в данном исследовании рассмотрим два вида ответственности за
разглашение банковской, налоговой и коммерческой тайн - административную и уголовную.
Административная ответственность за незаконную деятельность в области защиты информации и за разглашение информации, доступ к которой ограничен федеральным законодательством, предусмотрена ст. 13.13 и 13.14 КоАП РФ. Нас с вами больше будет интересовать норма, закрепленная в ст. 13.14 КоАП РФ, определяющая субъ-
ОБРАЗОВАНИЕ И ПРАВО № 12 • 2021
ект правонарушения как лицо, получившее доступ к информации в связи с исполнением служебных или профессиональных обязанностей. На наш взгляд, необходимо отметить, что чаще всего субъектом рассматриваемого административного правонарушения выступают должностные лица различных органов исполнительной власти как на федеральном уровне, так и на региональном или муниципальном. Так же к субъектам можно отнести сотрудников юридических лиц и лиц, осуществляющих профессиональную деятельность, таких как нотариусы, адвокаты. Нотариусы и адвокаты, совершившие административное правонарушение, предусмотренное настоящей статьей, несут административную ответственность как должностные лица.
Данная статья предусматривает наложение административного штрафа:
- на граждан в размере от пяти тысяч до десяти тысяч рублей;
- на должностных лиц - от сорока тысяч до пятидесяти тысяч рублей или дисквалификацию на срок до трех лет;
- на юридических лиц - от ста тысяч до двухсот тысяч рублей.
Вина в совершении данных правонарушений может быть как умышленной, так и неосторожной.
Уголовная ответственность за незаконное получение и разглашение сведений, составляющих банковскую, налоговую или коммерческую тайну, предусмотрена ст. 183 УК РФ1.
Для точного понимания особенностей квалификации этих преступлений необходимо провести анализ состава ст. 183 УК РФ по элементам с обязательным выделением конкретных признаков, которые характеризуют каждый элемент состава незаконного получения и разглашения сведений, составляющих банковскую, налоговую или коммерческую тайну.
Статья 183 УК РФ в своем содержании имеет 4 части. В первых двух частях имеются два отдельно взятые самостоятельные преступления, во второй и в третьей частях помещены составы этих преступлений с описанием квалифицирующих и особо квалифицирующих признаков соответственно.
Объектами преступления, предусмотренного ст. 183 УК РФ, выступают общественные отношения, содержание которых составляют: родовой - отношения, связанные с экономикой; видовой - отношения экономической деятельности, в качестве непосредственного объекта высту-
1 См.: Уголовный кодекс Российской Федерации от 13.06.1996 № 63-ФЗ (ред. от 01.07.2021) (с изм. и доп., вступ. в силу с 22.08.2021) // СЗ РФ. - 17 июня 1996 г. - № 25. - Ст. 2954.
пают общественные отношения, связанные с охраной интересов граждан, выраженных в праве содержания в тайне конфиденциальной информации и недоступности этой конфиденциальной информации для третьих лиц, а также порядок охраны этой информации.
Объективная сторона преступления, предусмотренного ч. 1 ст. 183 УК РФ выражается в деянии в форме активного действия, которое заключается в действиях в виде собирания сведений, которые по своим характеристикам составляют коммерческую, налоговую или банковскую тайну. При этом в норме ч. 1 ст. 183 перечислены те способы, которые влияют на квалификацию этого преступления, а именно, похищение документов, подкуп, угрозы, иные незаконные способы.
Состав по конструкции объективной стороны является формальным, деяние окончено с момента начала собирания вышеуказанных сведений одним или несколькими способами, указанными в диспозиции части статьи.
Объективная сторона ч. 2 ст. 183 УК РФ предусматривает совершение двух отдельно взятых деяний, выраженных в активных действиях, которое заключается:
1. В незаконном разглашении сведений, составляющих вышеуказанные виды защищаемых тайн.
2. В незаконном использовании сведений, составляющих вышеуказанные виды защищаемых тайн. В качестве обязательного признака объективной стороны выступает отсутствие согласия владельца тайны на ее передачу третьим лицам.
Состав по конструкции объективной стороны относится к числу формальных составов, преступление окончено с момента незаконного разглашения или незаконного использования конфиденциальной информации, составляющих банковскую, налоговую или коммерческую тайну в интересах третьих лиц.
Объективная сторона ч. 3 ст. 183 выражается в деянии в форме активного действия, которое заключается в деяниях, предусмотренных частями первой и второй, которые причинили крупный ущерб, сумма которого составляет 2 млн 250 тыс. руб., либо совершенные из корыстной заинтересованности, т.е. когда подобное деяние было совершено виновным за конкретную выгоду.
В этом случае, состав по конструкции объективной стороны выступает как материальный, преступление окончено с момента наступления последствий в виде крупного ущерба в размере 2 млн 250 тыс. руб. либо получения определённой оговоренной выгоды.
Объективная сторона ч. 4 ст. 183 также выражается в деяниях, предусмотренных частями
ОБРАЗОВАНИЕ И ПРАВО № 12 • 2021
второй или третьей, которые повлекли наступление тяжких последствий. Состав по конструкции объективной стороны также является материальным, оконченным является преступление, когда в результате его совершения наступили тяжкие последствия.
Субъектом преступления, предусмотренного ст. 183 УК РФ, выступает: по ч. 1 - вменяемое физическое лицо, достигшее возраста 16 лет; по ч. 2 - вменяемое физическое лицо, достигшее возраста 16 лет и которому банковская, коммерческая или налоговая тайны были доверены или стали известны по службе или работе; по ч. 3 и ч. 4 - вменяемое физическое лицо, достигшее возраста 16 лет.
Субъективная сторона преступления, предусмотренного ст. 183 УК РФ выражается в умышленной форме вины, умысел прямой, по ч. 3 в качестве обязательного признака субъективной стороны выступает корыстный мотив, а также цель, предусматривающая наживу.
Проведя анализ действующей редакции ст. 183 УК РФ, целесообразно перейти к особенностям квалификации данного преступления и тем проблемам, которые могут возникнуть при описании объекта, объективной стороны, субъекта и субъективной стороны состава этого преступления.
Квалификация незаконного получения и разглашения сведений, составляющих банковскую, коммерческую и налоговую тайны сопровождается наличием оценочных и бланкетных признаков и их уголовно-правовым толкованием. Учитывая то, что бланкетные признаки свое содержательное значение обнаруживают в различных отраслевых нормах права, то каких-либо особенных трудностей в уяснении их содержания у правоприменителя не возникает. Однако в диспозиции ч. 1 ст. 183 УК РФ законодатель указал на один из способов совершения этого преступления - «иной незаконный способ», при этом каких-либо разъяснений относительно этого способа незаконного получения и разглашения сведений, составляющих банковскую, налоговую и коммерческую тайну им дано не было, что составляет большое затруднение для правоприменителя и дает ему основание для расширительного толкования этого признака при квалификации деяния как преступного. Не дает каких-либо разъяснений по вопросу о содержании «иного незаконного способа» и Пленум Верховного Суда РФ в своем постановлении от 15 ноября 2016 г. № 48 «О практике применения судами законодательства, регламентирующего особенности уголовной ответственности за преступления в сфере предпринимательской и иной экономической деятельности».
ОБРАЗОВАНИЕ И ПРАВО № 12 • 2021
В этой связи, некоторые авторы полагают, что в понятие «иной незаконный способ» допускается включение и таких способов, которые противоречат законам и подзаконным нормативно-правовым актам РФ [1].
По нашему мнению, толковать «иной незаконный способ» необходимо с точки зрения уяснения смысла как объективной, так и субъективной стороны состава преступления. Здесь необходимо учитывать объективную и субъективную противоправность, когда виновное лицо понимает, что производит собирание конфиденциальной информации именно конкретным способом, на которую какого-либо права не имеет и это осознает в полной мере. Именно отсутствие какого-либо права на эту конфиденциальную информацию и осознание того, что виновное лицо собирает эту информацию с нарушением этого права и конкретным способом и указывает на его незаконность. Этой позиции, по нашему мнению, должны придерживаться и правоприменители при квалификации преступления, предусмотренного ст. 183 УК РФ.
Что касается перечня способов, посредством которых совершается незаконное получение и разглашение сведений, составляющих коммерческую, банковскую и налоговую тайны, то этот перечень не является закрытым, т.к. допускает наличие иного незаконного способа, но четко отражает такие способы как похищение документов, подкуп или угрозы.
По нашему мнению, эти способы могут сопровождаться такими действиями, как обман, злоупотребление доверием, при этом носитель, где содержится конфиденциальная информация, может быть как материальным, так и не материальным, т.е. может быть как на бумажном носителе, так и в электронном виде, а перечень способов совершения этого преступления должен быть отражен в диспозиции ч. 1 ст. 183 УК РФ. Этой позиции придерживаются такие авторы, как Д. Гончаров [2], Л. Клебанов [3]. В противовес этому мнению М.А. Ефремова убеждена, что описывать перечень возможных способов совершения незаконного получения и разглашения сведений, составляющих коммерческую, банковскую и налоговую тайны, нет никакой необходимости [4].
Мы придерживаемся первой позиции, т.к. считаем, что практически каждый способ незаконного получения и передачи конфиденциальной информации, составляющий предмет ст. 183 УК РФ, должен быть отражен в диспозиции статьи, а поэтому будет понятен правоприменителю при квалификации этого деяния.
В рамках квалификации незаконного получения и передачи сведений, составляющих бан-
ковскую, налоговую или коммерческую тайну, возникают некоторые проблемы с описанием субъекта преступления, предусмотренного ч. 2 ст. 183 УК РФ. В этой норме субъект определяется как «лицо, которому коммерческая, банковская или налоговая тайна была доверена или стала известна по службе или работе».
Общеизвестно, что субъект преступления -это вменяемое физическое лицо, достигшее возраста наступления уголовной ответственности. Для рассматриваемого преступления возраст наступления уголовной ответственности составляет 16 лет. Это для общего состава рассматриваемого преступления. Но в ч. 2 ст. 183 УК РФ имеется относительно субъекта преступления дополнительный признак: «коммерческая, банковская, налоговая тайна должна быть доверена или стала известна виновному лицу по службе или работе», т.е. в процессе выполнения обязанностей по службе или выполнения обязанностей по работе.
В этом случае, при наличии дополнительной обязанности, субъект преступления, предусмотренный ч. 2 ст. 183 УК РФ, переходит в разряд специального субъекта. При этом, специальный субъект этого преступления рассматривается как бланкетный, относящий нас к другим нормам другого нормативно-правового акта, а также к должностным инструкциям, трудовым договорам, локальным нормативно-правовым актам, различным служебным инструкциям, которые действуют на предприятиях, учреждениях, в организациях.
Для определения наличия виновных действий в деятельности специального субъекта необходимо установить перечень тех прав и обязанностей, которыми располагал в соответствии с должностными полномочиями лицо, которому была доверена или стала известна коммерческая, банковская или налоговая тайна. Кроме этого вопроса необходимо установить, в каком объеме это лицо по своей должностной инструкции было допущено к данным видам тайн, а также те обстоятельства, каким образом, в каком количестве, в соответствии с чем и какая конфиденциальная информация была получена и разглашена. Отдельно важно установить и провести оценку правомерности получения и разглашения этих видов конфиденциальной информации. Этой позиции придерживается и судебная практика.
Проведя анализ статистических данных о количестве лиц, осужденных судами Российской Федерации по ч. 1, 2, 3 ст. 183 УК РФ, хранящихся на официальном сайте Судебного департамента при Верховном Суде РФ, нами установлено, что за период с 2018 г. по окончанию первого полуго-
дия 2020 г. (далее на момент работы над текстом данные статистики отсутствовали) по ч. 1 было привлечено к уголовной ответственности всего 5 человек, по ч. 2 - 27 человек, по ч. 3 - 66 человек. Мы не будем брать в расчет ч. 3 ст. 183 УК РФ, т.к. квалифицирующими признаками в этой части являются крупный размер и корыстная заинтересованность, которые не относятся к признакам общего и специального субъекта преступления.
Как известно, основные признаки субъекта предусмотрены в ч. 1 конкретной статьи, в нашем случае - в ст. 183 УК РФ, ч. 2 этой статьи определяет специального субъекта. Мы убеждены в том, что никто не вправе незаконно получать информацию конфиденциального характера и тем более разглашать ее третьим лицам незаконным образом, независимо от того является ли лицо, которое незаконно получило или передало подобную информацию третьим лицам, являясь или не являясь при этом специальным субъектом.
По нашему мнению, норма, которая содержит признаки специального субъекта в ч. 2 ст. 183 УК РФ, является излишней, тем более лицо, которое обладает признаками общего субъекта, особенно в возрасте 16 лет, не может получить и тем более разгласить сведения, которые относятся к коммерческой, банковской или налоговой тайне, поскольку в этом возрасте это лицо не имеет к этим видам тайн какого-либо отношения в силу того, что не служит или не работает в учреждениях, предприятиях, организациях, где подобные виды тайн имеют место быть.
В этой связи, нами предлагается упростить некоторым образом норму ст. 183 УК РФ и исключить из ее содержания ч. 2, но при этом увеличить срок лишения свободы по ч. 1 ст. 183 на срок до трех лет, который в настоящее время предусматривается по ч. 2 ст. 183 УК РФ, при этом категория преступления в этом случае не изменяется, оставаясь преступлением небольшой тяжести. В этом случае уголовной ответственности за незаконное получение или разглашение сведений, составляющей коммерческую, банковскую или налоговую тайну будут подвергаться все лица, которые совершили указанное преступление, в т.ч. и лица, которые относятся к специальному субъекту по ч. 1 ст. 183 УК РФ.
Относительно предмета преступления, предусмотренного ст. 183 УК РФ было установлено, что законодательная трактовка предмета выражается в подходе к сути коммерческой, банковской и налоговой тайн. Банковская тайна, как разновидность коммерческой, существуют в рамках предпринимательских правоотношений, т.к., по сути, способствует получению прибыли. Налоговая же тайна действует в рамках налоговых правоотношений и регламентируется Налоговым
ОБРАЗОВАНИЕ И ПРАВО № 12 • 2021
кодексом РФ и конечная цель налогового законодательства - это правильность исчисления, полнота и своевременность уплаты (перечисления) в бюджетную систему Российской Федерации налогов, сборов и страховых взносов, соответствующих пени, штрафов, процентов, а в случаях, предусмотренных законодательством Российской Федерации, - правильность исчисления, полнота и своевременность уплаты (перечисления) в бюджетную систему Российской Федерации иных обязательных платежей, установленных законодательством Российской Федерации.
В этой связи нарушение налоговой тайны, по нашему мнению, должно по праву относиться к налоговым преступлениям, тем более что все налоговые преступления (ст. 198, 199, 199.1, 199.2 УК РФ) расследуются только Следственным комитетом РФ, а преступление, предусмотренное ст. 183 УК РФ, - следователями органов внутренних дел.
Поэтому мы предлагаем вывести из диспозиции ст. 183 УК РФ такой предмет преступления, как налоговая тайна и перевести его в разряд предмета налоговых преступлений. Подобная рокировка даст возможность отграничить предмет налогового преступления от предмета преступления, предусмотренного ст. 183 УК РФ, и разгрузить без того уже загруженный аппарат следователей органов внутренних дел РФ.
В этой связи, предлагается ч. 1 ст. 183 УК РФ изложить в следующей редакции: «Собирание сведений, составляющих коммерческую или банковскую тайну, путем похищения документов, подкупа, угроз, обмана, злоупотреблением доверия, а также иным незаконным способом, и (или) незаконные разглашения или использование сведений, составляющие коммерческую или банковскую тайну, без согласия их владельца лицом, которому она была доверена или стала известна по службе или работе,- наказывается... либо лишением свободы до трех лет».
Так же предлагается внести в Особенную часть УК РФ ст. 198.1 (Незаконные получение и разглашение сведений, составляющих налоговую тайну) и изложить ее в следующей редакции:
«Статья 198.1 Незаконные получение и разглашение сведений, составляющих налоговую тайну.
1. Собирание сведений, составляющих налоговую тайну, путем похищения документов, подкупа, угроз, обмана, злоупотреблением доверия, а также иным незаконным способом, и (или) незаконные разглашения или использование сведений, составляющие налоговую тайну, без согласия их владельца лицом, которому она была доверена или стала известна по службе
ОБРАЗОВАНИЕ И ПРАВО № 12 • 2021
или работе, - наказывается... либо лишением свободы до трех лет».
В ч. 3 настоящей редакции ст. 183 УК РФ в качестве квалифицирующего признака законодателем предусмотрен такой признак, как «крупный ущерб или корыстная заинтересованность».
Обращаясь к статистическим данным, находящимся на официальном сайте Судебного департамента при Верховном Суде РФ, мы установили, что за период с 2018 г. по июль 2020 г. по ч. 3 ст. 183 УК РФ было осуждено 66 человек, что практически в 2,5 раза больше, чем по ч. 2 ст. 183 УК РФ, но при этом по ч. 4 ст. 183 УК РФ за указанный период времени не было осуждено ни одного человека, что говорит о неприменении нормы ч. 4 ст. 183 УК РФ на практике.
Из анализа представленной статистики мы видим, что наибольшее количество осужденных проходит по ч. 3 ст. 183 УК РФ, при этом доля осужденных за собирание и распространение сведений, составляющих эти виды тайн в крупном размере, в общем, мала. Из 50 приговоров, вынесенных по ч. 3 ст. 183 УК РФ, мы не обнаружили ни одного приговора, где виновное лицо было привлечено к уголовной ответственности по такому квалифицирующему признаку, как «наличие крупного ущерба», что говорит о проблеме его подсчета в рамках расследуемого преступления. Во всех приговорах присутствует только такой квалифицирующий признак, как «корыстная заинтересованность»1.
При исследовании приговоров по ст. 183 УК РФ, в судебной практике встречались случаи совершения собирания и разглашения конфиденциальной информации в составе группы лиц по предварительному сговору. Подобных приговоров нами было обнаружено 8 из 50. Однако в ст. 183 УК РФ законодателем не внесен в качестве квалифицирующего признака «группа лиц по предварительному сговору». По нашему мнению, из содержания ч. 3 ст. 183 УК РФ необходимо исключить такой признак, как крупный ущерб, оставив только признак «корыстная заинтересованность». Вместо признака «крупный ущерб» внести признак
1 Приговор Судьи Куйбышевского районного суда г. Омска по уголовному делу № 1-405/17 в отношении Клименко И.А. по ч. 3 ст. 183 УК РФ; Приговор Судьи Железнодорожного районного суда г Воронежа по уголовному делу № 1-112/17 в отношении Попова М.В. по ч. 3 ст. 183 УК РФ; Приговор Судьи Центрального районного суда г. Новосибирска по уголовному делу № 1-185/17 в отношении Лупшенко Ю.В. по ч. 3 ст. 183 УК РФ; Приговор Судьи Кировского районного суда г. Иркутска по уголовному делу № 1-24/17 в отношении Ким П.К. по ч. 3 ст. 183 УК РФ; Приговор Судьи Красноармейского районного суда г. Волгограда по уголовному делу № 1-132/17 в отношении Меденцовой В.С. по ч. 3 ст. 183 УК РФ и др. Судебная практика. https://sud-praktika.ru/ Электронный ресурс (дата обращения: 11.10.2021).
«совершенные группой лиц по предварительному сговору».
Кроме этого, по ч. 4 ст. 183 УК РФ особо квалифицирующим признаком законодатель внес «наличие тяжких последствий», при этом, не объяснив какое содержание тяжких последствий предусматривалось им при собирании и разглашении конфиденциальных сведений, составляющих указанные виды тайн. Верховный Суд РФ также не дает каких-либо разъяснений по сущности этого вопроса. В силу этого, ч. 4 ст. 183 УК РФ лежит «мертвым грузом» в разряде тяжких преступлений против экономики.
Нами предлагается исключить ч. 4 из содержания ст. 183 УК РФ и представить ее, с учетом предлагаемых нами изменений, в следующем, окончательном варианте:
«Статья 183. Незаконные получение и разглашение сведений, составляющих коммерческую или банковскую тайну
1. Собирание сведений, составляющих коммерческую или банковскую тайну, путем похищения документов, подкупа, угроз, обмана, злоупотреблением доверия, а также иным незаконным способом, и (или) незаконные разглашения или использование сведений, составляющие коммерческую или банковскую тайну, без согласия их владельца лицом, которому она была доверена или стала известна по службе или работе,
- наказывается... либо лишением свободы до трех лет.
2. То же деяние, совершенное группой лиц по предварительному сговору или совершенные из корыстной заинтересованности,
- наказывается. либо лишением свободы до пяти лет».
На основании вышеизложенного, мы приходим к выводу о том, что в настоящее время институт уголовной ответственности за собирание и разглашение конфиденциальной информации, составляющей коммерческую, банковскую или налоговую тайны, является несовершенным. Существует множество проблемных вопросов, касающихся оценки квалифицирующих и особо квалифицирующих признаков, при этом каких-либо разъяснений со стороны высшей судебной инстанции Российской Федерации в части квали-
фикации этих преступлений до настоящего времени не имеется. При конструировании уголовно-правовых норм законодатель не учитывает судебную практику, в результате чего уголовно-правовые нормы, регулирующие уголовную ответственность по ст. 183 УК РФ, загромождены ненужными признаками, которые не отражают действительность.
Список литературы:
[1] Уголовное право России. Общая и Особенная части: учебник / под ред. И.М. Мацкевича, Н.Г. Кадникова. - М.: Союз криминалистов и криминологов, Криминологическая библиотека, Российский криминологический взгляд, 2015. - С. 542.
- 990 с.
[2] Гончаров Д. О банковской и коммерческой тайне // Законность. - 2000. - № 1. - С. 51 - 52.
[3] Клебанов Л.Р. Незаконное получение сведений, составляющих коммерческую, налоговую или банковскую тайну: особенности квалификации // Вестник Омского ун-та. Сер. «Право». - 2014.
- № 2. - С. 178 - 183.
[4] Ефремова М.А. Уголовно-правовая охрана сведений, составляющих коммерческую, налоговую и банковскую тайны // Вестник Пермского ун-та. Юридические науки. - 2015. - № 1. - С. 124 - 132.
Spisok literatury:
[1] Ugolovnoe pravo Rossii. Obshchaya i Oso-bennaya chasti: uchebnik / pod red. I.M. Mackevicha, N.G. Kadnikova. - M.: Soyuz kriminalistov i krimi-nologov, Kriminologicheskaya biblioteka, Rossijskij kriminologicheskij vzglyad, 2015. - S. 542. - 990 s.
[2] Goncharov D. O bankovskoj i kom-mercheskoj tajne // Zakonnost'. - 2000. - № 1. - S. 51
- 52.
[3] Klebanov L.R. Nezakonnoe poluchenie sve-denij, sostavlyayushchih kommercheskuyu, nalogov-uyu ili bankovskuyu tajnu: osobennosti kvalifikacii // Vestnik Omskogo un-ta. Ser. «Pravo». - 2014. - № 2.
- S. 178 - 183.
[4] Efremova M.A. Ugolovno-pravovaya ohrana svedenij, sostavlyayushchih kommercheskuyu, nalogovuyu i bankovskuyu tajny // Vestnik Permskogo un-ta. Yuridicheskie nauki. - 2015. - № 1. - S. 124 -132.
ОБРАЗОВАНИЕ И ПРАВО № 12 • 2021