— при разработке интегральных информативных критериев и показателей, отражающих состояние здоровья человека как биосоциальной системы в целом, так и его составляющих (физическое, психическое, психологическое здоровье) на разных этапах онтогенеза;
— при изучении влияния различных режимов жизнедеятельности на состояние индивидуального здоровья;
— разработке моделей здоровьесберегающего образования, как процесса активизирующего воспитанника к разворачиванию генетически заданного потенциала развития, бесконечного постижения им смысла жизни.
В заключении отметим следующее. Мы искренне надеемся, что психология и педагогика станут науками не об отсутствии, а о присутствии здоровья развивающегося человека. И чем раньше это наступит, тем лучше. А пока мы еще плохо представляем себе их здоровьесберегаю-щий и здоровьеформирующий потенциал. Но это не мешает нам интуитивно его использовать, не понимая как это происходит. Если же мы хотим всерьез решить задачу создания здоровьесберегающей педагогики, то, прежде всего, следует начать с изменений в системе подготовки педагогов и практических психологов образования. В ней должно найти отражение гуманитарный минимум, необходимый для понимания места образования и культуры в профилактике и формировании полноценного здоровья подрастающего поколения.
Литература
1. Ананьев, В.А. Основы психологии здоровья. Книга 1. Концептуальные основы психологии здоровья. -СПб.: Речь, 2006. - 384 с.
2. Апанасенко, Г.Л. Эволюция биоэнергетики и здоровье человека. - СПб.: Петрополис, 1992. - 138 с.
3. Баевский, Р.М., Берсенева, А.П. Донозологическая диагностика в оценке состояния здоровья// Валео-логия, диагностика, средства и практика обеспечения здоровья. - СПб.: Наука, 1993, с. 33-47.
4. Братусь, Б. С. К проблеме человека в психологии // Вопросы психологии. 1997. № 5. - С. 3 - 19.
5. Дубровина, И.В. Современное образование и психологическое здоровье школьников // Психологическое здоровье подрастающего поколения: проблемы и пути решения: материалы Международной научно-практической конференции. - 2009. - С. 4 - 7.
6. Зинченко, В. П. Посох Осипа Мандельштама и Трубка Мамардашвили: К началам органической психологии. - М.: Новая школа, 1997. - 335 с.
7. Казначеев В.П. Очерки теории и практики экологии человека. М.: Наука. - 1983. - 260 с.
8. Леонтьев, А.Н. Деятельность. Сознание. Личность. -М.: Политиздат, 1975. - 304 с.
9. Психическое здоровье детей и подростков в контексте психологической службы / Под ред. И.В. Дубровиной. - 4-е изд. - Екатеринбург: Деловая книга, 2000. - 176 с.
10. Устав (конституция) Всемирной организации здравоохранения // Нью-Йорк. - 1946.
11. Шувалов, А.В. Антропологические аспекта психологии здоровья // Психологическое здоровье подрастающего поколения: проблемы и пути решения: Материалы Международной научно-практической конференции / Сост.: И. А. Еремицкая. - Астрахань: Издательский дом «Астраханский университет», 2009. - С. 14 - 25.
12. Эльконин, Б.Д. Введение в психологию развития (в традициях культурно-исторической теории Л.С. Выготского). - М.: Тривола, 1994. - 168 с.
К ВОПРОСУ О СИСТЕМАТИЗАЦИИ ПРОФЕССИОНАЛЬНЫХ ДЕФОРМАЦИЙ
Рогов Евгений Иванович
доктор пед.наук, профессор, Южный федеральный университет, г.Ростов-на-Дону
TO THE PROBLEM ABOUTSYSTEMATIZATION OF PROFESSIONAL DEFORMATIONS Rogov Evgeny Ivanovich, Doctor of pedagogical sciences, professor, Rostov-on-Don
АННОТАЦИЯ
Практически отсутствуют классификации, способные включить большинство деструктивных проявлений профессионалов. Проведя историко-научный анализ имеющихся работ, автор предлагает систематизировать профессиональные деформации, в соответствии с разрабатываемой им концепцией профессионализации, на деформации личности, деятельности и взаимодействия. Подобный подход позволит психологам-практикам более адекватно подбирать и использовать методики профилактики и коррекции профессиональных деформаций.
ABSTRACT
There are almost no classifications which are able to include the majority of destructive demonstration of professionals. Carrying out historically scientific analysis of the existing works the author suggests to systematize professional deformations on deformations of personality, activity and interconnection in accordance with the concept of professionalization worked out by him. Such approach will allow practical psychologists to choose and use the procedures of professional deformations prevention and correction more adequately.
Ключевые слова: профессионализация, профессиональные деформации, классификация профессиональных представлений, деформации личности, деформации деятельности, деформации взаимодействия.
Key words: professionalization, professional deformations, classification of professional ideas, deformation of personality, deformations of activity, deformations of interconnection.
Трансформация социально-экономических условий развития современного общества, сопровождается модернизацией и ужесточением системы требований, предъявляемых к специалистам, что подразумевает качественно новый уровень оценки их профессионализма, раннюю диагностику и дифференциацию всевозможных отклонений в профессиональном развитии. Именно этим объясняется большой интерес исследователей к феномену профессиональной деформации, стремление уточнить известные и описать новые формы отклонений, происходящих с человеком в профессии [12]. В то же время вопрос о том, как классифицировать все разнообразие подобных нарушений до сих пор остается открытым.
Следует заметить, что в многочисленных интерпретациях профессиональных деформаций у представителей разных профессий неоднократно предпринимались попытки систематизации различных деформационных проявлений (С.П. Безносов, Б.С. Гершунский, Р.М. Грановская, Е.В. Ерофеева, Э.Ф. Зеер, В. Г. Казанская, Л.В. Мардахаев, А.К. Маркова, Б.Д. Новиков, Е.И. Рогов, Е.В. Руденский, Н.В. Самоукина, Ю.З. Шогенов и др.).
Так, еще П.А.Сорокин, первым использовавший термин «профессиональная деформация» в 1921 году для обозначения негативного влияния профессиональной деятельности на поведение и переживания человека, позже, в 1923, предложил первую конструктивную классификацию деформаций поведения людей, куда, помимо деформации «речевых» рефлексов, деформации реакций повиновения и властвования, деформации рефлексов собственности, деформации половых рефлексов и др., были включены и деформации трудовых рефлексов [14]. В 1930-е годы, рассматривая влияние профессии на личность, С.Г.Геллерштейн разделял деформации тела и психики работника, конкретизируя, что деформацию следует понимать как изменение, наступающее в организме и приобретающее стойкий характер (искривление позвоночника и близорукость у конторских служащих, угодливость приказчиков, льстивость кельнера и др.) [4]. А.Адлер, рассматривая изменения, способствующие или препятствующие адаптации к процессу профессиональной деятельности, обозначил их как конструктивный и деструктивный способы профессионализации [18].
В нашем эмпирическом исследовании с использованием типологического анализа в зависимости от широты распространенности деформации в профессии были выявлены общепрофессиональные деформации, профессионально-типологические деформации, специальные профессиональные деформации и индивидуальные деформации [11].
Л^. Мардахаев предложил дифференцировать профессиональные деформации по их модальности на отрицательные и положительные [8]. Подобного подхода придерживается и Д.Г.Трунов, также выделивший негативные (профессиональная деформация) и позитивные (личностный рост) последствия. К позитивным последствиям, отождествляемых с «личным ростом», относятся более глубокое осознание себя, понимание окружающих людей и происходящих событий, анализ жизненных ситуаций, появление новых форм самореализации [15].
В некоторых случаях систематизация деформаций подменяется классификациями, заимствованными из других областей. Так, В.Н.Буянов и И.В.Переверзева сво-
дят деформации к некомпетентности и выделяют коммуникативную некомпетентность, деятельностную некомпетентность и проч. [2].
Уходя от попыток систематизировать разнообразные и трудно поддающиеся учету деформации, исследователи классифицируют факторы детерминирующие возникновение профессиональных деформаций, как это сделано Э.Ф.Зеером, выделившим три группы таких детерминант: объективные, субъективные и объективно-субъективные [6].
В ряде исследований рассматривается процесс развития конкретного вида профессиональной деформации. Так, Е.В.Юрченко предлагает дифференцировать деформации в соответствии с формой их проявления на жёсткие, упругие и пластические [17].
Попытка С.П.Безносова систематировать профессиональные деформации по количественным критериям, как, например, глубина деформированности личности; степень широты деформированности личности; степень устойчивости проявлений деформации; скорость наступления профдеформации, вряд ли может считаться удачной, так как не дифференцирует все множество видов деформаций, а лишь констатирует различия в их проявлениях. Позже автор предложил в качестве основания для классификации профессиональных деформаций использовать понятие «норма», выделяя нормы деятельности и нормы профессиональной этики и деонтологии. Предполагается, что, сравнивая с этими нормами деятельность и качество ее исполнения, можно выявить признаки профессиональной деформации деятельности и личности [1].
При изучении негативного влияния профессиональной деятельности на личность учителя Э.Ф. Зеер и Э.Э. Сыманюк использовали более широкое понятие -«профессиональные деструкции» педагога, включая в них не только профессиональные деформации, но и профессионально обусловленные акцентуации, выученную беспомощность, профессиональную отчуждённость и профессиональную некомпетентность. Среди выделенных профессиональных деформаций педагогов исследователи указывают такие разновидности как авторитарность, демонстративность, педагогический догматизм, доминантность, дидактичность и др., которые перечисляются рядоположенно [7].
Анализ литературы свидетельствует, что у исследователей не сложилось общее представление о системе профессиональных деформаций. Поэтому Н.Б.Москвина, критикуя имеющиеся классификации профессиональных деформаций, отмечает их чрезмерную описательность, отсутствие строгих и четко фиксируемых критериев и показателей деформационных изменений. Однако, предложенная Н.Б.Москвиной классификация личностно-про-фессиональных деформаций, выстроенная в логике уточнения и конкретизации деформационных проявлений не позволяет считать проблему исчерпанной [9].
Исходя из нашей концепции профессионального развития личности, профессионализация субъекта происходит в пространстве, образованном тремя векторами, обозначенными как психологические особенности субъекта, особенности самой профессиональной деятельности, а также третьим вектором, определяемым как специфические особенности объекта деятельности и взаимодействия с ним. Соответственно, можно утверждать, что развитие отклонений у профессионала будет происходить
в рамках данного пространства профессионализации [11].
Среди попыток упорядочить профессиональные деформации чаще встречаются классификации, направленные на описание и дифференциацию деформаций происходящих с личностью субъекта деятельности. Так, например, В.Е.Орел считает, что деформации следует различать по месту их локализации в структуре личности, выделяя деформации мотивационной сферы, познавательной сферы и на уровне личностных характеристик [10].
Очевидно, что данный подход не включает всех деформаций происходящих с личностью, которые, на наш взгляд, могут быть представлены следующим образом:
1. Акцентуирование профессионально важных качеств личности с одновременной деградацией свойств, не вовлеченных в деятельность.
2. Поглощенность личности деятельностью, постоянная потребность в ее выполнении, как единственно возможного способа самореализации, проявляющаяся в феноменах «трудоголизма»; профессионального «огрубления» личности; административного восторга; упоения властью и проч.
3. Изменения самосознания личности, фиксируемые в деформированных «Я-образе» и «Я-концепции» субъекта деятельности; представлениях работника о професссионально важных качествах; гипертрофированной оценке важности и значения своей профессии; произвольно-субъективной интерпретации нормативного поведения; в симптомах «неудовлетворенности собой» и имиджем профессии; психологическом пресыщении профессиональной деятельностью; в деидеологизации или сверхидеологизации сознания и проч.
4. Развитие у субъекта профессиональных состояний физического, эмоционального и умственного истощения, проявляющиеся в синдроме «психического выгорания»; синдроме хронической усталости (СХУ); симптоме «переживания психотравмирую-щих обстоятельств»; симптоме «загнанности в клетку»; эмоциональной ригидности; «застрява-нии» в своем профессиональном развитии и проч.
5. Формирование неадекватной регулятивной системы стабилизации личности, включающей феномены психологической защиты; самообмана; поведенческих деформаций; профессионального мар-гинализма; снижение аналитических способностей, гибкости мышления, умения взглянуть на ситуацию с другой позиции и проч. Рассматривая отрицательные изменения профессиональной деятельности следует отметить, что они касаются не только профессиональных умений и навыков, но и потребностей, мотивов, функциональных состояний, чувств и эмоциональных отношений, возникающих в процессе деятельности. При деформации деятельности наблюдается нарушение усвоенных способов деятельности; появление стереотипов профессионального поведения; формирование психологических барьеров, отрицательно влияющих на продуктивности труда и взаимодействии с другими участниками этого процесса. Кроме того,
изменяются представления, регулирующие профессиональную деятельность человека, содержащие образы профессиональной среды, предмета труда, целей, средств и способов деятельности, включающие в себя представление специалиста о профессиональных задачах, образы последствий правильных и ошибочных решений, готовность к нестандартным, маловероятным событиям.
Обобщая феномены отклонений, наблюдаемых в ходе овладения деятельностью, Д.А.Волков отнес к деформациями профессиональной деятельности искажение (отсутствие, свернутость компонентов), неспособность работника их осознать и перестроить, а также диспропорции между развитостью основных компонентов деятельности [3].
В качестве индикаторов деформированности профессиональной деятельности, по мнению Е.П.Ермолаевой, выступают ошибки, которые по степени осознания могут быть разделены на осознанные, или сознательно допускаемые, и неосознаваемые заблуждения, при которых субъективные представления не соответствуют объективному положению вещей [5]. Т.А.Юзефавичус предлагает систематизировать профессиональные ошибки в деятельности педагогов, как непреднамеренное нарушение норм, регулирующих профессиональную деятельность, на основе деформации их субъектности в процессе решения профессионально-педагогических задач. Исходя из трех уровней организации профессиональной педагогической деятельности автором выделены три класса ошибок: аксиологические, герменевтические, праксеоло-гические [16]. Однако профессиональные ошибки могут свидетельствовать не только о деформации, но и о дилетантском уровне специалиста [13].
Описанные в научной литературе разновидности деформаций, проявляющихся в профессиональной деятельности, могут быть классифицированы следующим образом:
1. Деформированность основных компонентов профессиональной деятельности, начиная от мотивов и заканчивая результатом.
2. Приверженность инструкциям, реализуемая с помощью таких форм поведения как формализм, педантичность, жесткая регламентация деятельности; излишняя уверенность в непогрешимости используемых методов; противодействие новым способам и формам работы; низкая профессиональная мобильность; блокирование становления индивидуального стиля деятельности и проч.
3. Устранение эмоциональных проявлений из сферы профессиональной деятельности, что отражается в эмоциональной отстраненности; «приборном фетишизме»; опоре на профессиональные стереотипы; упрощенном восприятии ситуации; искажении нравственных ориентиров; снижении фрустра-ционной толерантности и проч.
4. Деформация профессиональных функций и норм, фиксируемая в феноменах редукции (упрощении) профессиональных обязанностей; инверсии субъективного смысла профессии; ослабления кон-
троля за реализацией профессионального поведения; выученной беспомощности; управленческой эрозии; поведенческой ригидности; неэффективности принимаемых решений; появлении «теневых функций» профессии; информационной пассивности и проч.
Нарушение взаимодействия в некоторых профессиях может быть включено в деформации деятельности, однако в силу их специфичности и роли в развитии специалиста они должны быть рассмотрены как отдельная группа. Видовое разнообразие деформаций в этом случае будет дополнено следующими направлениями развития отклонений взаимодействия с объектом:
1. Монологичность и необсуждаемое доминирование, проявляющиеся в чувстве своей абсолютной правоты; когнитивной ригидности; демонстрации авторитарности и агрессии; эффекте «упоения властью»; переоценке личностью своих возможностей; симптоме «личностной отстраненности, или деперсонализации»; симптоме двойной морали; расщеплении вербального и реального планов; восприятии партнера общения как объекта для манипуляций, тяготящего своими проблемами и самим фактом существования и проч.
2. Жесткая структурированность и формализованное^ взаимоотношений в системе «субъект-объект», что обнаруживается в отношении к объекту профессиональной деятельности как «типичному представителю» или неодушевленному предмету; взаимодействии не с конкретным человеком, а со стереотипом, сложившимся у субъекта; в симптоме «эмоционального дефицита»; невозможности войти в положение объекта, соучаствовать, сопереживать; безразличии, равнодушии, душевной черствости и проч.
3. Оценочность взаимоотношений, связанная с гипертрофированием оценочной функции, при этом субъект деятельности присваивает себе право на любые оценки, что приводит к профессиональному цинизму; наблюдению и оценке объекта сквозь координатную сетку своих классификаций; симптому «эмоционально-нравственной дезориентации» и проч.
4. Перенос особенностей и методов профессионального взаимодействия на общение в других сферах и взаимодействие с ближайшим социальным окружением. Данное направление деформаций проявляется в нарушении взаимопонимания, коммуникативных барьерах, симптоме «расширения сферы экономии эмоций» и проч.
Предлагаемый подход к систематизации профессиональных деформаций достаточно гибок и намеренно не заключен в более строгие графические формы, что позволяет включать новые, не описанные ранее, отрицательные изменения, происходящие с личностью в процессе профессионализации. которые, несомненно, проявятся в ходе дальнейшего развития общества и профессиональной деятельности.
Литература
1. Безносов С.П. Профессиональная деформация личности. - СПб.: Речь, 2004. - 272 с.
2. Буянов В.Н., Переверзева И.В. Профессиональные деформации преподавателей вуза: причины появления, типология, особенности проявления профессиональных деформаций личности. //Вузовская наука в современных условиях: сборник материалов 47-й научно-технической конференции. В 3 ч. Ч.3. - Ульяновск: УлГТУ, 2013. - С.106-109.
3. Волков Д.А. Деформации профессиональной деятельности: Дис.... канд. психол. наук: 19.00.13. -Москва, 2004. - 130 c.
4. Геллерштейн С.Г. К вопросу о профессиональной типологии // История советской психологии труда / под ред. В.П.Зинченко, В.М.Мунипова, О.Г.Носко-вой. - М., 1983.
5. Ермолаева Е.П. Психология социальной реализации профессионала.- М.:Изд-во: Институт психологии РАН, 2008 г. - 338 с.
6. Зеер Э.Ф. Психологические факторы профессиональной деформации / Э.Ф. Зеер // Управление персоналом. 2008. - № 23. - С. 33-37.
7. Зеер Э. Ф., Сыманюк Э.Э. Психология профессиональных деструкций. - М.: Академический проект, 2005. - 240 с.
8. Мардахаев, Л.В. Профессиональная деятельность и деформация личности. - М., 2001. - 160 с.
9. Москвина Н.Б. Трансформации риска личностно-профессиональных деформаций учителя, в ресурс развития: педагогическое обеспечение: дисс. д-ра. пед. наук. - Хабаровск, 2005. - 431 с.
10. Орел В.Е. Феномен «выгорания» в зарубежной психологии: эмпирические исследования и перспективы // Психол. журнал. 2001. Т. 22. № 1. С. 90-101.
11. Рогов Е.И. Личность в профессиональной деятельности. - Ростов-на-Дону: РГПУ, 1994. - 240 с.
12. Рогов Е.И., Рогова Е.Е. Одиночество как проявление профессиональных деформаций педагога. // Известия Южного Федерального университета Педагогические науки. 2010. №5. С. 85-95.
13. Рогов Е.И., Симченко А.Н. Влияние социальных представлений о деятельности на особенности ее реализации. // Известия Южного Федерального университета Педагогические науки. 2013. №2. - С. 59-66.
14. Сорокин П.А. Общедоступный учебник социологии. Статьи разных лет. - М.: Наука, 1994. - 560 с.
15. Трунов Д.Г. О профессиональной деформации практического психолога // Психол. газета. 1998. № 1.
16. Юзефавичус Т.А. Классификация профессионально-педагогических ошибок: теоретический и прикладной аспекты. //Вестник МГОУ, 2009. №3, - С.95-99.
17. Юрченко Е.В. Содержание и методы преодоления профессиональной деформации учителя в работе педагога-психолога: дисс. канд. пед. наук. Екатеринбург, 2000. - 184 с.
18. Adler A.,1964. Social interest: A challenge to mankind . New York: Capricorn. Books