земель дал положительные результаты в решении зерновой проблемы, то в Ивановской области только усугубил и без того тяжелую ситуацию в сфере развития сельского хозяйства. У нас экстенсивный путь развития номинально (на уровне постановлений) хоть и сочетался с интенсивным, но совершенно себя не оправдал. По указке сверху отвлекшись на программу освоения залежных земель, в области упустили шансы на развитие и возможность поднять имеющееся хозяйство на новый качественный уровень другими способами и методами.
Библиографический список
1. Государственный архив Ивановской области.
2. Ивановская область в семилетке. Иваново : Иван. обл. тип., 1959. 212 с.
3. Ивановская область за 50 лет. Иваново : Иван. обл. тип., 1967. 278 с.
4. КПСС в резолюциях и решениях съездов, конференций и пленумов ЦК (1898— 1988) : в 16 т. / под общ. ред. А. Г. Егорова, К. М. Боголюбова. 9-е изд., доп и испр. М. : Политиздат, 1985. Т. 8. 552 с.
5. Попов В. Г. Хлеб под большевиками // Новый мир. 1997. № 8. С. 34—43.
6. Хрущёв Н. С. Материалы к биографии / сост. Ю. Аксенов. М. : Политиздат, 1989. 372 с.
ББК 35.728.38-93+63.3 (2Рос-4Яро)
В. А. Сельская
ИСТОЧНИКИ ФИНАНСИРОВАНИЯ
ОБЪЕКТОВ ИНДУСТРИАЛИЗАЦИИ СССР В 1926—1935 гг. (На примере строительства Ярославского резино-асбестового комбината)
На примере объекта промышленной индустрии — Ярославского резино-асбестового комбината исследованы и подробно описаны финансовые источники его строительства и ввода в эксплуатацию: накопления, займы, торгсины.
Ключевые слова: финансирование, индустриализация, Ярославский ре-зино-асбестовый комбинат, займы индустриализации, Торгсин, социалистические накопления.
On the example of Yaroslavl's rubber-asbestos industrial complex the author conducted a research and described in detail the financial sources of its construction and commissioning : savings, loans, Torgsin.
Key words: financing, industrialization, Yaroslavl rubber-asbestos industrial complex, the loans of industrialization, Torgsin, socialist accumulation.
Для строительства индустриальных объектов СССР требовались колоссальные финансовые средства, одним из главных источников которых явились денежные накопления за счет режима экономии. Руководством к действию
© Сельская В. А., 2017
стали решения апрельского (1926 г.) Пленума ЦК ВКП(б) «О хозяйственном положении и хозяйственной политике» [7, с. 312—327], Обращение ЦК ВКП(б) «О борьбе за режим экономии» (1926 г.) [20, с. 530—533], постановление ЦИК и СНК СССР «О режиме экономии» (1926 г.) [4, с. 590—596], Обращение Совнаркома СССР и ЦК ВКП(б) «Об успехах и недостатках кампании за режим экономии» (1926 г.) [там же, с. 590] и др.
В докладе И. В. Сталина о работе апрельского 1926 г. Пленума ЦК ВКП(б) «О хозяйственном положении Советского Союза и политике партии» [23, с. 116—148] было отмечено, что главным источником социалистических накоплений должен стать строжайший режим экономии: сокращение и удешевление государственного аппарата, борьба с расточительством и воровством, искоренение прогулов, увеличение производительности труда, укрепление трудовой дисциплины на предприятиях [там же, 132—135].
После этого Пленума в июле 1926 г. Пленум Ярославского губкома ВКП(б) [16, с. 84—85] отметил, что за счет сокращения непроизводительных расходов на предприятиях местной промышленности удалось получить экономию в 280 тыс. руб. [18, с. 268]. Особое внимание при этом уделялось улучшению организации труда, экономии сырья и удешевлению государственного аппарата. Борьба за режим экономии принимала разнообразные формы. Например, на ярославской фабрике «Красный Перекоп» рабочие отремонтировали и пустили в работу 400 ткацких станков, на фабрике «Красный Перевал» рабочие своими силами отремонтировали старые, снятые с производства чесальные машины и приспособили их для производства ваты из отходов [там же] и т. п.
Рост производительности труда на ярославских предприятиях в 1926/27 г. (хозяйственный год начинался тогда с октября) поднялся на 8,8 %, в 1927/28 г. — на 13,9 %, в 1928/29 г. — на 22,2 % [8, с. 24].
В целях сокращения и удешевления государственного и хозяйственного аппарата губернской контрольной комиссией и рабоче-крестьянской инспекцией в 1927 г. были ликвидированы 4 из 10 транспортно-эксплутационные конторы, Ярославская и Рыбинская товарные биржи, часть складского хозяйства, на 20 % сокращен административно-управленческий аппарат. Это дало экономию в 5 млн руб. [17, с. 56].
За период с октября 1927 по март 1928 г. на 15 действующих промышленных предприятиях было проведено около 160 различных мероприятий, связанных с рационализацией производства, каждое из которых давало экономию от 60 руб. до 10—12 тыс. руб. в год [15, с. 34—35].
За период 1926—1928 гг. промышленные предприятия Ярославской губернии сэкономили почти 17 млн руб., часть из которых пошла на строительство Ярославского резино-асбестового комбината [9, с. 22].
Для обеспечения полного производственного цикла комбинат должен был состоять из нескольких производств, т. е. включать в себя заводы: механический, шинный, асбестовый, подошвенный, регенераторный, кордную фабрику, тепло-энергоцентраль; поставщиков сырья для производства резины: заводы синтетического каучука и сажевый, а также завод резинотехнических изделий. Внедрение нового производства по новой технологии, длительный выбор места строительства, корректировка проекта и другие непредвиденные расходы не позволяли определить точные цифры финансовых расходов на строительство и пуск заводов комбината. Каждый год эти цифры корректировались с большим разбросом в сторону увеличения. В 1928 г. ориентировочная стоимость
строительства комбината грубо определялась в сумме 26 млн руб., с жилстроительством — 30 млн руб. [3, ф. 2301, оп. 1, д. 1, л. 30], при этом проект кордной фабрики был только представлен на утверждение в ВСНХ, а проекта шинного завода еще не было в связи с отсутствием финансовых расчетов. «В целях наиболее рационального использования затрачиваемых на постройку комбината крупных средств правление Треста поручило проектирование нового шинного завода не только советским, но и американским и западноевропейским специалистам на началах соревнования, а крупные расходы должны окупиться в процессе эксплуатации» — так было заявлено в докладе председателя правления Резинотреста Никифорова [там же, л. 31]. В 1929 г. при внесении в проект строительства ТЭЦ общие расходы ориентировочно составили 53 млн руб. [25]. В 1930 г., когда было окончательно определено и утверждено конкретное место строительства, включены стоимость американского проекта шинного завода и других изыскательских проектных работ, рассчитаны сопровождение проектирования иностранными специалистами, стоимость дорогого импортного оборудования, стоимость земельного участка и других хозяйственных объектов, по генеральному плану стоимость строительства корпусов составляла 110 млн 743 тыс. руб. [31, с. 68], а общая стоимость комбината — 170 млн руб. [1, ф. 1348, оп. 24, д. 9, л. 30—32]. В 1931 г. в связи с эмиссией денег и повышением инфляции резко возросла себестоимость строительства объектов [6, с. 313]. В то же время начались многочисленные зарубежные командировки по обмену опытом производства, приглашение иностранных специалистов, подготовка кадров для производства. В 1931 г. стоимость строительства комбината определялась в 289 млн руб. [5, с. 15]. В 1932 г. при планировании строительства жилья и социально-культурных объектов общие расходы ориентировочно исчислялись уже в 400 млн руб., из которых приходилось на промышленное строительство — 276 млн руб., жилищное — 100 млн руб., культурно-бытовое — 13 млн руб. и т. д. Из общей суммы непосредственно на строительные и специальные работы приходилось более 100 млн, на оборудование и монтаж — около 170 млн руб. [30, с. 5].
Очевидно, что все вышеприведенные затраты на строительство заводов комбината невозможно было покрыть самой строжайшей экономией. Предполагалось, что основным источником финансирования объектов индустриализации должны были стать экспортные доходы от продажи зерна, леса и нефти. Но в 1929 г. мировые цены на зерно резко упали в связи с экономическим кризисом на Западе. Увеличение объемов продаж зерна не решило проблему. Крестьяне не хотели отдавать хлеб по крайне низким ценам, они сами голодали. Были нужны другие источники финансирования.
Большинство промышленных предприятий индустриализации строились по американским проектам. Оборудование закупалось за границей. Ярославский резино-асбестовый комбинат также строился по проекту американской фирмы «Зайберлинг», оборудование приобреталось в США, Англии, Германии, Италии. Для этого требовались валютные средства, недостаток которых изменил финансовую стратегию. Теперь все покупалось в кредит. В начале 1930-х гг., когда были построены автозаводы в Горьком, Харькове и Ростове-на-Дону, кредиты стали получать в Германии. Они были более выгодны для СССР, чем кредиты частных американских фирм [13, с. 67].
До 1934 г. строительство Ярославского резино-асбестового комбината финансировалось по отдельным сметам Резинотреста и Главхимпрома. Частично финансовые расходы Резинотрест покрывал за счет долгосрочных
кредитов, предоставленных Германией еще в феврале 1926 г. «для нужд индустриализации и приобретения импортного оборудования» [21, ф. 17, оп. 3, д. 546, л. 5]. Предоставленные в кредит 180 млн руб. поступили не только в промышленность, но и в сельское хозяйство, на транспорт, в помощь республикам [2, ф. 5446, оп. 2, д. 305, л. 10—11], т. е. финансы нужны были везде, и их опять не хватало на строительство промышленных объектов. Страна брала следующий кредит, не успевая рассчитаться с предыдущим. Долг увеличивался: на 1 октября 1926 г. по балансу Наркомфина внешняя задолженность СССР составляла 420,3 млн руб. [13, с. 201—204]; на 1 октября 1927 г. — 663 млн руб.; на 1 апреля 1928 г. — 781,9 млн руб. [там же, с. 205—206]. Такие огромные долги платить было нечем.
Немаловажным источником поступления средств для финансирования объектов индустрии явились государственные займы. В 1927 г. был выпущен 6 %-й государственный заем индустриализации народного хозяйства СССР на сумму 200 млн руб. в виде облигаций по 5 и 25 рублей сроком на 10 лет [24, с. 28].
В сентябре 1927 г. на заседании Ярославской губернской комиссии по реализации государственного займа было предложено принять самые решительные меры к выполнению этой задачи [29, ф. 1, оп. 27, д. 2594, л. 431]. Для этого на каждом предприятии «по инициативе трудящихся» были созданы комиссии содействия по реализации займа — комсоды, которые проводили среди рабочих и всего населения разъяснительную работу по распространению облигаций [там же, д. 2609, л. 18].
План реализации займа индустриализации 1927 г. в размере 1 млн 700 тыс. руб. в Ярославской губернии не был выполнен, так как он, по заявлению заведующего губфинотделом В. Ваничека, «был завышен, по крайней мере, на 300 тыс. руб.» [там же, д. 2972, л. 116].
Несмотря на это, план по реализации первого займа был увеличен до 1 млн 900 тыс. руб. [там же, д. 2966, л. 16]. В результате общая сумма займа 1927 г. в Ярославской губернии составила всего 948 860 руб. [там же].
В июле 1928 г. был выпущен второй заем индустриализации на сумму 550 млн руб. [24, с. 31]. Ярославский губком ВКП(б) поставил перед трудящимися Ярославской губернии задачу — до 1 ноября 1928 г. реализовать заем на сумму 4 млн 100 тыс. руб. [26].
При проведении кампании по реализации второго займа индустриализации облигации распространялись среди населения, а рабочим предлагалось вложить сумму месячного заработка [29, ф. 1, оп. 27, д. 2732, л. 8], на что в большинстве случаев они подписывались [там же, л. 107]. Проводилась широкая разъяснительная работа о значении займов в цехах, общежитиях, клубах, красных уголках [там же, д. 2835, л. 249], в избах-читальнях и домах крестьянина; везде ставили госзаймовские пьесы и показывали фильмы о госзайме [там же, д. 2966, л. 46], на видных местах вывешивались листовки о госзайме, их раздавали всем на улицах, в кинотеатрах и других учреждениях [там же, д. 2609, л. 182].
18 июля 1929 г. в Ярославской губернии, как и по всей стране, был проведен день индустриализации с отчислением однодневного заработка в пользу индустриального строительства [там же, ф. 265, оп. 1, д. 12, л. 22]. В 1928—1929 гг. в Ярославской губернии финансовые накопления, расходованные в том числе на строительство заводов комбината [14, с. 10—13, 20, 50], составили почти 25 млн руб.
Несмотря на все меры по экономии и накоплению финансовых средств, внешний долг страны не уменьшался, в апреле 1931 г. СССР был вынужден взять у германских банков новый большой кредит, и задолженность в конце 1931 г. составила 1,4 млрд рублей [там же, с. 207—208].
В стране были проведены широкие кампании по реализации 3-го и 4-го займов индустриализации [29, ф. 1, оп. 27, д. 2835, л. 421].
На резино-асбестовом комбинате многотиражные газеты «На стройке» и «Резиногигант» в то время (1930—1933) широко освещали ход реализации займов и призывали рабочих участвовать в них. Заголовки статей газет в колонке «Промфинфронт» ярко отражали эти события: «Отдадим двухнедельный заработок на индустриализацию» [10, 1930, 16 июля], «6 и 16 августа 1930 г. проведем на всех предприятиях день индустриализации» [там же, 1930, 7 авг.], «Участвуйте в субботниках индустриализации» [там же, 1930, 24 авг.], «К тиражу 3-го решающего займа ни одного рабочего без облигаций займа» [там же, 1931, 19 сент.; 23 сент.; 27 сент.; 3 окт.; 9 окт.], «Дадим свой месячный заработок взаймы государству» [19, 1933, 17 мая], «Доведем подписку до месячного фонда зарплаты» [там же, 19 мая] .
Облигации займа должны были почти принудительно взять все отделы и цеха заводов, все рабочие — для каждого подразделения был свой жесткий план. Печатные органы постоянно отмечали передовиков и отстающих на финансовом фронте: «Товарищ Гильберг — лучший финударник, за 3 дня собрал дополнительно подписку на заем на 2170 рублей», «98 человек на механическом заводе не охвачены подпиской на заем» [там же, 1 февр.], «Конфекционный цех должен подтянуться и развернуть дополнительную подписку на заем, на кордном — 50 новых займодержателей» [10, 1933, 3 февр.]. Для подписки на заем на свиноферму комбината выезжала агитбригада, так как на 1 января 1933 г. подписка на заем составляла 8000 руб. при месячном фонде зарплаты в 9000 руб. [19, 1933, 4 янв.]. Прошла подписка среди рабочих крольчатника комбината и машинно-тракторной станции; в инструментальном цехе лучший финударник Исаев охватил займом 18 человек из 80 [10, 1933, 2 янв.]. Среди рабочих организовывали дополнительную подписку: так, работница строительства ТЭЦ, получая в месяц 60 руб., подписалась на 150 руб. и выплатила эти деньги, призывая других рабочих взять дополнительную подписку и досрочно ее выплатить [там же, 1933, 7 янв.]. Для более широкого охвата населения займами в продовольственных магазинах устанавливали финпосты [там же, 2 янв.] (неподписавшиеся на заем могли остаться без продуктов).
Для экономии финансовых средств на комбинате боролись за хозрасчет, снижение себестоимости, повышение производительности труда, за экономию стройматериалов [10, 1931, 3 окт.], против их растраты [там же, 1933, 9 февр.], против перерасходования фонда зарплаты [там же, 8 янв.], против прогулов [там же, 1931, 27 сент.], лодырей и рвачей, за бережное отношение к труду [там же, 1933, 9 янв.]. При всех возможных действиях по режиму экономии и получению денег в виде займов их не хватало на погашение кредитов, полученных Резинотрестом.
Для оплаты внешнего долга по кредитам стране потребовалось золото. 1 ноября 1931 г. на заседании Политбюро И. В. Сталиным был сделан доклад «О золоте», по которому Политбюро уполномочило вновь созданные комиссии по золоту принять все меры для увеличения золотых ресурсов страны, так как имевшиеся тогда золотовалютные ресурсы в 213 млн руб. не покрывали и трети внешнего долга СССР [21, ф. 17, оп. 162, д. 11, л. 33].
Для развития золотодобывающей промышленности было необходимо импортное оборудование, а следовательно, золото; замкнутый круг не давал выхода из сложившейся ситуации.
Главным источником пополнения золотовалютных средств стало организованное в 1930 г. Всесоюзное объединение по торговле с иностранцами — Торгсин, правила которого были утверждены Наркомфином СССР [22, ф. 4433, оп. 1. д. 3, л. 3—4].
В 1931 г. Политбюро поручило Нарковнешторгу СССР организовать в магазинах Торгсина скупку золотых вещей от населения в обмен на товары и определять методы расчета с покупателями [21, ф. 17, оп. 162, д. 11, л. 44], после чего вышло постановление № 1123 СНК СССР от 10 ноября 1931 г. «О предоставлении Всесоюзному объединению Торгсин права производства операций по покупке драгоценных металлов» [2, ф. 5446, оп. 12, д. 698, л. 8; 22, ф. 4433, оп. 1, д. 8, л. 48; д. 4, л. 110].
По всей стране открылось множество торгсиновских контор, деятельность которых определяла Комиссия Политбюро [2, ф. 5446, оп. 2, д. 305, л. 10—11]. Магазины открывались поблизости к железной дороге, организации «Заготзерно» и нефтескладу: крупа, мука и керосин были самыми востребованными товарами. Главным условием открытия магазина был потенциальный запас золота у населения, который определялся по тому, насколько богатыми были в прошлом местное купечество и дворянство [12].
По этим условиям к лету 1932 г. на территории Ивановской промышленной области, куда входила Ярославская область, открылась Ивановская контора (Иваново-Вознесенск), которой подчинялись универсальные магазины по скупке золота у населения. Торгсиновские магазины появились в Ярославле [27, ф. Р-344, оп. 1, д. 22, л. 1—2], Рыбинске [там же, д. 5, л. 3], Данилове [там же, ф. Р-2058; ф. Р-51], Ростове [28, ф. Р-1157]. В них принималось любое золото за исключением церковного [22, ф. 4433, оп. 1, л. 92], затем оно переплавлялось в слитки [там же, л. 54] и отправлялось в Европу, главным образом в Германию, для продажи на мировом рынке [11]. Вырученной валютой рассчитывались с долгами.
В первые месяцы работы торгсиновских магазинов в стране были получены колоссальные доходы: за первый квартал 1932 г. — более 75 млн руб. [22, ф. 4433, оп. 1, д. 21, л. 9] по сравнению с 7 млн руб. за 1931 г. при обслуживании иностранных туристов и моряков [там же, д. 133, л. 18, 141—143].
В стране развернулась широкая кампания с разъяснением задач и важности работы Торгсина. Правительственные постановления обязывали местное руководство оказывать содействие Торгсину. Появились официальные агенты Торгсина, которые скупали золото в глухих деревнях и сдавали в торгсиновские магазины [там же, д. 33, л. 25; д. 41, л. 20].
В августе 1932 г. Политбюро приняло директиву «предоставлять Торг-сину имеющиеся на внутреннем рынке товары в неограниченном количестве», производить отгрузку товаров для Торгсина «вне всяких очередей» [21, ф. 17, оп. 162, д. 13, л. 61]. Политбюро утверждало цены на товары [там же, д. 11, л. 49; д. 12, л. 34]. В случае затруднений руководство Торгсина напрямую обращалось в Политбюро, чтобы «надавить» на тех, кто мешал его работе. У Торгсина появилась своя «особая инспекция», свой печатный орган «Торгсиновец» и многое другое [22, ф. 4433, оп. 1, д. 158, л. 25—27].
В голодный 1932 г. в обмен на продукты люди принесли в Торгсин почти 21 тонну чистого золота — более половины промышленной добычи золота в тот год [там же, ф. 8153, оп. 1, д. 53, л. 16; д. 53, л. 16]. На 1933 г. план Торгсину был увеличен вдвое [там же, ф. 4433, оп. 1, д. 66, л. 190; д. 92, л. 171].
За долги, сделанные в начале индустриализации 1928—1931 гг., в период 1931—1934 гг. в германские банки из СССР было вывезено около 260 тонн чистого золота, из которых почти 90 тонн обеспечил Торгсин [13].
Это золото пошло на погашение германских кредитов, предназначенных и для строительства резино-асбестового комбината, где перевозка и монтаж импортного оборудования, оплата работы иностранных специалистов, зарубежные командировки для обучения будущих специалистов и прочие расходы по покупке импортного сырья (натуральный каучук из Сингапура, хлопковая нить из Египта) осуществлялись благодаря золотовалютным ресурсам. В 1935 г. все торгсиновские конторы Ярославля, Рыбинска, Ростова и Данилова были закрыты.
Таким образом, основным финансовым источником строительства промышленных объектов СССР в период индустриализации, в том числе заводов Ярославского резино-асбестового комбината, явились иностранные кредиты на нужды индустриализации, выплаченные золотом населения в голодные годы в обмен на продукты первой необходимости в торгсиновских магазинах. Другим важным источником доходов было получение денег с рабочих и населения в виде займов. Дополнением ко всему была строгая экономия имеющихся средств.
Библиографический список
1. Государственный архив Ивановской области.
2. Государственный архив Российской Федерации.
3. Государственный архив Ярославской области.
4. Директивы КПСС и советского правительства по хозяйственным вопросам : сборник документов : в 4 т. М. : Госполитиздат, 1957. Т. 1. 878 с.
5. Доценко В. Резиновый гигант. Иваново : ОГИЗ РСФСР, Ивановское отделение, 1931. 25 с.
6. История России, XX век / отв. ред. А. Н. Сахаров. М. : АСТ, 1999. 608 с.
7. КПСС в резолюциях и решениях съездов, конференций и пленумов ЦК : в 16 т. М. : Политиздат, 1970. Т. 3, 1924—1927. 551 с.
8. Краткие материалы о работе Ярославского губернского исполнительного комитета за два года (1926/27 и 1927/28 гг.). Ярославль, 1928. 103 с.
9. Материалы к XXII Ярославской губернской партконференции. Ярославль, 1928. 84 с.
10. На стройке : еженедельная газета парткома, постройкома и ФЗК химиков по постройке Ярославского резино-асбестового комбината.
11. Осокина Е. А. Доллары для индустриализации // Родина. 2004. № 3. С. 76—81.
12. Осокина Е. А. Золотая лихорадка по-советски // Родина. 2007. № 9. С. 111—118.
13. Осокина Е. А. Золото для индустриализации: «ТОРГСИН». М. : Российская политическая энциклопедия (РОССПЭН), 2009. 592 с.
14. Отчет о работе Ярославского губернского комитета партии за февраль — май месяцы 1929 г. Ярославль, 1929.
15. Отчет о работе Ярославского губернского исполнительного комитета, 1926— 1928 гг. Ярославль, 1929.
16. Отчет Ярославского губернского комитета ВКП(б) за декабрь 1925 — декабрь 1926 г. Ярославль, 1926.
17. Отчет Ярославской губернской контрольной комиссии и РКИ за январь — декабрь 1927 г. Ярославль, 1927.
18. Очерки истории Ярославской организации КПСС. Ярославль : Верх.-Волж. кн. изд-во, 1967. 560 с.
19. Резиногигант : еженедельная газета парткома Ярославского резино-асбестового комбината.
20. Решения партии и правительства по хозяйственным вопросам (1917—1967 гг.) : в 5 т. М. : Политиздат, 1967. Т. 1. 558 с.
21. Российский государственный архив социально-политической истории.
22. Российский государственный архив экономики.
23. Сталин И. В. Сочинения : в 17 т. М. : ОГИЗ, 1948. Т. 8. 488 с.
24. Теребов В. Н. Каталог облигаций и обязательств внутренних государственных и целевых займов РСФСР и СССР, 1922—1991. Саранск : Красный Октябрь, 1996. 48 с.
25. Торгово-промышленная газета : орган ВСНХ СССР и РСФСР. 1929. 10 июля.
26. Феофанов О. Е. Первые займы индустриализации как источник накопления капитала : (по материалам Ярославской области) // Ярославский педагогический вестник. 2009. № 2 (59). С. 249—251.
27. Филиал Государственного казенного учреждения Ярославской области «Государственный архив Ярославской области» в г. Рыбинске.
28. Филиал Государственного казенного учреждения Ярославской области «Государственный архив Ярославской области» в г. Ростове.
29. Центр документации новейшей истории Государственного архива Ярославской области.
30. Швальбе К. А. В борьбе за мировой гигант : (о строительстве резино-асбестового комбината). Иваново-Вознесенск : Партиздат, 1932. 32 с.
31. Ярославский шинный завод : путеводитель по 75-летней истории / сост. Ю. С. Коваленко. Ярославль : Акад. развития, 2007. 221 с.
ББК 63.3(2)522-201
А. С. Тюрин
НЕКОТОРЫЕ АСПЕКТЫ ДЕЯТЕЛЬНОСТИ НИЖЕГОРОДСКОЙ ПАЛАТЫ ГОСУДАРСТВЕННЫХ ИМУЩЕСТВ ПО ОБЕСПЕЧЕНИЮ ДОХОДОВ БЮДЖЕТА В СЕРЕДИНЕ XIX в.
Приведены результаты исследования деятельности Нижегородской палаты государственных имуществ по обеспечению доходов бюджета от использования данных имуществ на территории Нижегородской губернии в период 1840—1860 гг. Рассмотрены особенности контрактов на передачу в аренду казенных и мирских оброчных статей. На основании материалов исследования сделан вывод о том, что в середине XIX в. система планирования и учета доходов от управления государственными имуществами была значительно забюрократизирована, в связи с чем не обеспечивала заметного роста доходов бюджета. В то же время контрактная система передачи в аренду государственного имущества и размещения заказов на выполнение работ и оказание услуг для государственных нужд была сформирована и, несмотря на некоторую громоздкость и косность, достаточно успешно функционировала.
© Тюрин А. С., 2017 2017. Вып. 4 (17). История •