ИМЕЮТСЯ ЛИ ПРЕДЕЛЫ ДОПУСТИМОГО ПРИЧИНЕНИЯ ВРЕДА В ДЕЯТЕЛЬНОСТИ СОТРУДНИКОВ ПОЛИЦИИ И РОСГВАРДИИ
ARE THERE LIMITS TO PERMISSIBLE HARM IN THE ACTIVITIES OF POLICE OFFICERS AND THE FEDERAL SERVICE OF THE NATIONAL GUARD TROOPS OF THE RUSSIAN FEDERATION
УДК 342.7:343.2/.7
А.В. НИКУЛЕНКО,
доктор юридических наук, доцент (Санкт-Петербургский университет МВД России, Россия, Санкт-Петербург) nikulenkoa@mail.ru
М.А. СМИРНОВ,
кандидат юридических наук (МБОУ «ОШ имени Д.Ф. Некрасова», Россия, Новгородская область) gazan87@rambler.ru
ANDREY V. NIKULENKO,
Doctor of Law, Associate Professor (Saint Petersburg University of the Ministry of the Interior of Russia, Saint Petersburg, Russia)
MAXIM A. SMIRNOV,
Candidate of Law (MBOU «OSH named after D.F. Nekrasov», Novgorod region, Russia)
Аннотация: в соответствии с п. 28 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 27.09.2012 № 19 «О применении судами законодательства о необходимой обороне и причинении вреда при задержании лица, совершившего преступление» сотрудники полиции или Росгвардии, например, при причинении вреда не несут ответственности, в том числе уголовной, если вред причинен при применении оружия, специальных средств, боевой и специальной техники или физической силы в порядке и по основаниям, предусмотренным нормами «специального законодательства», в целях исполнения возложенных на них обязанностей по охране общественного порядка и обеспечению общественной безопасности. Вместе с тем анализ судебной практики показывает, что при причинении сотрудниками вышеуказанных силовых ведомств вреда при пресечении общественно опасных посягательств последние привлекаются к уголовной ответственности за превышение должностных полномочий, даже в случаях причинения правонарушителю легкого вреда здоровью, вреда здоровью средней тяжести, при нарушении порядка и оснований применения физической силы, специальных средств и огнестрельного оружия, установленных «специальным законодательством», что, в свою очередь, негативно сказывается на правовой защищенности сотрудников вышеуказанных силовых ведомств. Учитывая вышесказанное, считаем, что требуется законодательное совершенствование норм о причинении вреда сотрудниками полиции и Росгвардии в рамках исполнения обязанностей по охране общественного порядка и обеспечению общественной безопасности.
Методы исследования: теоретический, сравнительно-правовой, статистический, метод формальной логики, метод толкования правовых норм.
Результаты: Авторы предлагают законодательное совершенствование нормы о причинении вреда сотрудниками полиции и Росгвардии в рамках исполнения обязанностей по охране общественного порядка и обеспечению общественной безопасности, что, в свою очередь, будет способствовать правовой защищенности сотрудников не только вышеуказанных силовых ведомств, но и иных силовых ведомств, в чьи обязанности входит пресечение общественно опасных посягательств.
Ключевые слова: необходимая оборона, условия правомерности необходимой обороны, превышение пределов необходимой обороны, превышение должностных полномочий, сотрудники полиции, сотрудники Росгвардии, применение физической силы, специальных средств, оружия.
ПУБЛИЧНО-ПРАВОВЫЕ
(ГОСУДАРСТВЕННО-ПРАВОВЫЕ) НАУКИ
2023'3
Для цитирования: Никуленко А.В., Смирнов М.А. Имеются ли пределы допустимого причинения вреда в деятельности сотрудников полиции и Росгвардии // Вестник Белгородского юридического института МВД России имени И.Д. Путилина. - 2023. - № 3. - С. 4-12.
Abstract: in accordance with paragraph 28 Resolution of the Plenum of the Supreme Court of the Russian Federation dated 27.09.2012 No. 19 «On the application by courts of legislation on necessary defense and causing harm when detaining a person who has committed a crime», for example, police officers or the Federal Service of the National Guard Troops of the Russian Federation when causing harm are not liable, including criminal, if the harm is caused by the use of weapons, special means, combat and special equipment or physical force (hereinafter - force and weapons) in the manner and on the grounds provided for by the norms of «special legislation», in order to fulfill their duties to protect public order and ensure public safety. At the same time, the analysis of judicial practice shows that when employees of the above-mentioned law enforcement agencies cause harm while suppressing socially dangerous encroachments, the latter are brought to criminal responsibility for exceeding official powers even in cases of causing minor harm to health to the offender, moderate harm to health in violation of the order and grounds for the use of force and weapons established by «special legislation». which, in turn, negatively affects the legal protection of employees of the above-mentioned law enforcement agencies. Taking into account the above, we believe that legislative improvement of the norms on causing harm by police officers and Rosgvardiya is required as part of the performance of duties to protect public order and ensure public safety.
Research methods: theoretical, comparative legal, statistical, method of formal logic, method of interpretation of legal norms.
Results: The authors propose legislative improvement of the norm on causing harm by police officers and the Federal Service of the National Guard Troops of the Russian Federation as part of the performance of duties to protect public order and ensure public safety, which, in turn, will contribute to the legal protection of employees not only of the above-mentioned law enforcement agencies, but also of other law enforcement agencies whose duties include suppression of socially dangerous encroachments.
Keywords: necessary defense, conditions for the legality of necessary defense, exceeding the limits of necessary defense, exceeding official powers, police officers, employees of the Federal Service of the National Guard Troops of the Russian Federation, the use of physical force, special means, weapons.
For citation: Nikulenko A.V., Smirnov M.A. Are there limits to permissible harm in the activities of police officers and the Federal Service of the National Guard Troops of the Russian Federation // Vestnik of Putilin Belgorod Law Institute of Ministry of the Interior of Russia. - 2023. - № 3. - P. 4-12.
Введение. Проблемы применения физической силы, специальных средств и огнестрельного оружия (далее - сила и оружие) сотрудниками правоохранительных органов, в частности полицейскими и росгвардейцами, относятся к наиболее сложным в отечественной правоприменительной практике. Теоретические модели, предлагаемые учеными-правоведами, также не могут удовлетворить потребности практиков, так как ввиду множества подходов к правовой оценке причинения вреда не позволяют прийти к общему мнению и предложить сколь-нибудь оригинальное и, главное, действенное решение. Существенные недостатки «регулятивного» законодательства не минимизируются наличием в Уголовном кодексе Российской Федерации (далее - УК РФ) обстоятельств, исключающих преступность деяния. Наоборот, зачастую в угоду «корпоративным» интересам они даже не принимаются во внимание или об их существовании намеренно «забывают» контролирующие и надзирающие инстанции.
Статистические данные показывают, что сотрудники полиции и Росгвардии не имеют четких
критериев определения пределов правомерного причинения вреда при пресечении ими общественно опасных посягательств. Так, по мнению опрошенных нами 154 сотрудников полиции и 128 сотрудников Росгвардии (Санкт-Петербурга, Ленинградской, Мурманской, Калининградской и Новгородской областей, Республики Карелия, Краснодарского края) всего 33% полагают, что при применении силы и оружия должны быть какие-то пределы правомерного причинения вреда, и, скорее всего, данные пределы закреплены в ст. 37 УК РФ. В то же время 61% опрошенных сотрудников полиции и Росгвардии считают, что если ими были соблюдены нормы так называемого «специального законодательства» в части оснований и порядка применения силы и оружия, то любой вред, причиненный сотрудником, должен признаваться правомерным [1, с. 4]. Практически аналогичные выводы были получены учеными А.Н. Харитоновым и О.А. Чаптыко-вым в рамках своего исследования [2, с. 3].
Таким образом, актуальность исследования условий правомерности причинения вреда сотрудниками полиции и Росгвардии заключается
в поиске перспектив дальнейшего совершенствования законодательства о необходимой обороне и практики его применения.
Целью публикации является стремление авторов акцентировать внимание законодателя и научного сообщества на существующей проблеме определения правомерности причинения вреда сотрудниками полиции и Росгвар-дии при пресечении ими общественно опасных посягательств в рамках исполнения служебных обязанностей по охране общественного порядка и обеспечению общественной безопасности.
Задачами исследования являются изучение особенностей причинения вреда сотрудниками полиции и Росгвардии по исполнению ими обязанностей по пресечению общественно опасных посягательств.
Методологической основой исследования выступают современные общенаучные принципы и методы познания социально-правовых явлений. Так, в качестве частнонаучного метода использован статистический метод, позволяющий получить количественные показатели, характеризующие отношение сотрудников полиции и Росгвардии к определению правомерности причиняемого ими вреда при пресечении общественно опасных посягательств. Частноправовые методы позволили изучить особенности вопроса правомерности причинения вреда сотрудниками полиции и Росгвардии в рамках исполнения служебных обязанностей по охране общественного порядка и обеспечению общественной безопасности.
Результаты. Необходимая оборона заключается в правомерном причинении вреда при защите охраняемых законом интересов. Но правомерным является причинение вреда лишь в том случае, если не были превышены пределы необходимой обороны [3, с. 96-100]. Исходя из анализа положений Особенной части УК РФ, ответственность за причинение вреда при превышении пределов необходимой обороны наступает исключительно при причинении посягающему лицу тяжкого вреда здоровью или смерти. Правда, учеными выдвигалось предположение, что пределы необходимой обороны могут быть нарушены и при причинении иного вреда здоровью, например, средней тяжести или легкого вреда здоровью [4, с. 324].
К такому выводу ученые приходили вследствие наличия в УК РФ нормы, предусмотренной ч. 1 п. «ж» ст. 61 УК РФ, в которой говорится о том, что данное смягчающее наказание обстоятельство должно учитываться при причинении вреда при нарушении условий правомерности, в том числе необходимой обороны. Но мы считаем, что превышение пределов необходимой
обороны возможно только при причинении тяжкого вреда здоровью или смерти посягающему лицу, любой иной вред будет являться соразмерным, в связи с чем должен признаваться правомерным.
И в одной из своих работ один из авторов данной статьи подробно описывает, о нарушении каких условий правомерности идет речь в указанной выше норме [5, с. 48-52]. Стоит отметить, что данным вопросом также задавалась Л.Н. Смирнова [6, с. 57-61]. В рамках проведенного исследования автор приходит к выводу, что данное смягчающее обстоятельство не позволяет расширительно толковать размер вреда, при причинении которого наступает ответственность при превышении пределов необходимой обороны, а говорит о том, что данное смягчающее обстоятельство должно учитываться судом при нарушении обороняющимся иных условий правомерности необходимой обороны, за исключением условия о недопустимости причинения несоразмерного вреда при пресечении общественно опасного посягательства.
Таким образом, неправомерной необходимая оборона становится при причинении посягающему лицу чрезмерного вреда при пресечении общественно опасного посягательства. И здесь встает вопрос о квалификации действий обороняющегося лица при причинении несоразмерного вреда, а именно: для всех ли лиц, причинивших такой вред, ответственность наступает по привилегированным составам или же есть исключения из правил? [7, с. 91-97]. Казалось бы ответ лежит на поверхности, ведь, в соответствии с ч. 3 ст. 37 УК РФ, право на необходимую оборону имеют абсолютно все лица, независимо от навыков и физической подготовки. Но на деле дела обстоят совершенно иначе. Так, для обычного человека причинение вреда при превышении пределов необходимой обороны влечет ответственность по привилегированным составам, предусмотренным ч. 1 ст. 108 УК РФ и ч. 1 ст. 114 УК РФ. При этом для сотрудников правоохранительных органов, в том числе сотрудников полиции и Росгвардии, в чьи обязанности входит охрана общественного порядка и обеспечение общественной безопасности и, как следствие, пресечение преступлений и административных правонарушений, причинение чрезмерного вреда здоровью посягающего лица влечет ответственность по ч. 3 ст. 286 УК РФ, как за превышение должностных полномочий. Вопрос об условиях правомерности причинения вреда в деятельности сотрудников правоохранительных органов требует, на наш взгляд, значительного внимания и проработки. Мы уже не раз говорили о «праве безопасности» [8, с. 36-45].
Ученые, которые выступают за квалификацию действий сотрудников правоохранительных органов по ч. 3 ст. 286 УК РФ, считают, что нормы «специального законодательства» в части применения силы и оружия в целях пресечения общественно опасных посягательств образуют самостоятельные условия правомерности причинения вреда, за нарушение которых должна наступать ответственность. Учитывая, что сотрудники полиции и Росгвардии, при пресечении общественно опасного посягательства находятся при исполнении служебных обязанностей, то и ответственность должна наступать как за должностное преступление [9, с. 73-84].
С одной стороны, логика ученых не лишена здравого смысла. Так, в п. 19 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 16.10.2009 № 19 «О судебной практике по делам о злоупотреблении должностными полномочиями и о превышении должностных полномочий»1 (далее - постановление Пленума Верховного Суда РФ от 16.10.2009 № 19) говорится о том, что ответственность по ст. 286 УК РФ должна наступать в случае нарушения сотрудником порядка и оснований применения силы и оружия. В п. 28 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 27.09.2012 № 19 «О применении судами законодательства о необходимой обороне и причинении вреда при задержании лица, совершившего преступление»2 (далее - постановление Пленума Верховного Суда РФ от 27.09.2012 № 19) указано на то, что любой вред, причиненный сотрудниками правоохранительных органов, в соответствии со «специальным законодательством» должен признаваться правомерным.
Критический анализ указанных выше постановлений Пленума Верховного Суда Российской Федерации позволяет сделать вывод о том, что, действительно, в «специальном законодательстве» закреплены условия правомерности, которые должен соблюдать сотрудник правоохранительных органов, дабы причиняемый вред при применении силы и оружия в целях пресечения общественно опасного по-
1 Постановление Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 16 октября 2009 г. № 19 «О судебной практике по делам о злоупотреблении должностными полномочиями и о превышении должностных полномочий» [Электронный ресурс]. Доступ из СПС «КонсультантПлюс».
2 Постановление Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 27 сентября 2012 г. № 19 «О применении судами законодательства о необходимой обороне и причинении вреда при задержании лица, совершившего преступление» [Электронный ресурс]. Доступ из СПС «Консультант-Плюс».
сягательства был признан правомерным. И получается, что если сотрудник при применении силы и оружия не нарушает запреты, установленные «специальным законодательством», то есть не применяет, например, оружие для пресечения административного правонарушения, в отношении несовершеннолетнего, женщины, то любой вред в таком случае должен признаваться правомерным.
Но если это так, то зачем тогда Пленум Верховного Суда РФ в п. 27 постановления от 27.09.2012 № 19 закрепил положение о том, что если сотрудники правоохранительных органов в состоянии необходимой обороны превышают ее пределы, то ответственность наступает по привилегированным составам?
Такая непоследовательная позиция судейского сообщества вносит еще больше неоднозначности в решение вопроса о правомерности причинения вреда сотрудниками правоохранительных органов в рамках исполнения служебных обязанностей по охране общественного порядка и обеспечению общественной безопасности и о квалификации их действий в случае причинения чрезмерного вреда. Ранее одним из авторов данной статьи был предложен способ решения данной проблемы [10, с. 267-271], но пока изменения не будут внесены в постановление Пленума Верховного Суда РФ от 27.09.2012 № 19, вопрос остается открытым.
В свою очередь, критический анализ пп. 27 и 28 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 27.09.2012 № 19 наталкивает на мысль о том, что при определенных обстоятельствах, в рамках которых применяется сила и оружие, при решении вопроса о правомерности причинения вреда на сотрудников правоохранительных органов распространяются положения о необходимой обороне, а в других - нормы «специального законодательства», что является в корне неверным, так как действия сотрудников правоохранительных органов, в отличие от простых граждан, будут подвергнуты двойному контролю как со стороны «специального законодательства» в части применения силы и оружия, так и в рамках действующего УК РФ, что свидетельствует об ущемлении прав сотрудников правоохранительных органов [11, с. 76-78; 12, с. 536-540], которые, между прочим, обязаны охранять правопорядок и не вправе уклониться от пресечения преступлений и административных правонарушений [13, с. 107-113].
Возможно, законодатель считает, что сотрудник правоохранительных органов находится в состоянии необходимой обороны только в том случае, если пресекает общественно опасное
посягательство, находясь не при исполнении служебных обязанностей? [14, с. 92-96]
В связи с этим интересным является решение Верховного Суда Российской Федерации, в котором сотрудник милиции был оправдан за убийство напавших на него преступников, когда возвращался домой после суточного дежурства3. Действия сотрудника признаны как совершенные в условиях необходимой обороны без превышения ее пределов. Но тогда суд явно не учел того факта, что сотрудник милиции в любое время суток находится при исполнении служебных обязанностей в случае пресечения преступления или административного правонарушения, в связи с чем уклониться от пресечения общественно опасного посягательства он не имел права. Указанное требование было закреплено в ст. 18 Закона Российской Федерации «О милиции» от 18.04.1991 № 1026-14. Стоит отметить, что аналогичная обязанность закреплена и в ч. 2 ст. 27 Федерального закона от 07.02.2011 № 3-ФЗ «О полиции»5.
Вместе с тем анализ положений «специального законодательства» показывает, что оно не содержит условий правомерности причинения сотрудниками полиции и Росгвардии вреда при пресечении общественно опасных посягательств в рамках исполнения служебных обязанностей по охране общественного порядка и обеспечению общественной безопасности.
Так, например, в соответствии с п. 1 ч. 1 ст. 23 Федерального закона от 07.02.2011
3 Бюллетень Верховного Суда Российской Федерации. 1998. № 1 [Электронный ресурс]. - URL: https://www.vsrf.ru/ А1ез/11506/
4 Закон Российской Федерации от 18 апреля 1991 г. № 1026-1 «О милиции» [Электронный ресурс]. Доступ из СПС «КонсультантПлюс».
5 Так, согласно части 2 статьи 27 Федерального закона от 07.02.2011 № 3-ФЗ «О полиции» сотрудник полиции независимо от замещаемой должности, места нахождения и времени суток обязан:
1) оказывать первую помощь гражданам, пострадавшим от преступлений, административных правонарушений и несчастных случаев, а также гражданам, находящимся в беспомощном состоянии либо в состоянии, опасном для их жизни и здоровья;
2) в случае обращения к нему гражданина с заявлением о преступлении, об административном правонарушении, о происшествии либо в случае выявления преступления, административного правонарушения, происшествия принять меры по спасению гражданина, предотвращению и (или) пресечению преступления, административного правонарушения, задержанию лиц, подозреваемых в их совершении, по охране места совершения преступления, административного правонарушения, места происшествия и сообщить об этом в ближайший территориальный орган или подразделение полиции.
№ 3-ФЗ «О полиции»6 (далее - Закон № 3-ФЗ «О полиции») сотрудник полиции вправе применить оружие для защиты другого лица либо себя от посягательства, если это посягательство сопряжено с насилием, опасным для жизни или здоровья, т. е. при защите от действий лица, причиняющего легкий или средней тяжести вред здоровью. Аналогичное право на применение оружия сотрудниками Росгвардии закреплено в п. 1 ч. 1 ст. 21 Федерального закона от 03.07.2016 № 226-ФЗ «О войсках национальной гвардии Российской Федерации»7 (далее - Закон № 226-ФЗ «О ВНГ»). В п. 2 ч. 1 ст. 23 Закона № 3-ФЗ «О полиции» закреплено право на применение оружия для пресечения попытки завладения огнестрельным оружием, транспортным средством полиции, специальной и боевой техникой, состоящими на вооружении (обеспечении) полиции. Аналогичное основание для применения сотрудниками Росгвардии оружия закреплено в п. 2 ч. 1 ст. 21 Закона № 226-ФЗ «О ВНГ». В соответствии с п. 3 ч. 1 ст. 23 Закона № 3-ФЗ «О полиции» и п. 3 ч. 1 ст. 21 Закона № 226-ФЗ «О ВНГ», сотрудники полиции и Росгвардии вправе применять оружие для освобождения заложников. В соответствии с п. 4 ч. 1 ст. 21 Закона № 226-ФЗ «О ВНГ» сотрудники Росгвардии вправе применить оружие для задержания лица, оказывающего вооруженное сопротивление. В свою очередь, сотрудники полиции, в силу положений п. 5 ч. 1 ст. 23 Закона № 3-ФЗ «О полиции» вправе применить оружие не только для задержания лица, оказывающего вооруженное сопротивление, но также и лица, отказывающегося выполнить законное требование о сдаче находящихся при нем оружия, боеприпасов, взрывчатых веществ, взрывных устройств, ядовитых или радиоактивных веществ. Согласно п. 7 ч. 1 ст. 23 Закона № 3-ФЗ «О полиции» сотрудник полиции для пресечения побега из мест содержания под стражей подозреваемых и обвиняемых в совершении преступлений или побега из-под конвоя лиц, задержанных по подозрению в совершении преступления, лиц, в отношении которых применена мера пресечения в виде заключения под стражу, лиц, осужденных к лишению свободы, а также для пресечения попытки насильственного освобождения указанных лиц, имеет право лично или в составе подразделения (группы) применить огнестрельное оружие.
Проведенный анализ показывает, что закрепленные в нормах «специального законода-
6 Федеральный закон от 7 февраля 2011 г. № Э-ФЗ «О полиции» [Электронный ресурс]. Доступ из СПС «КонсультантПлюс».
7 Федеральный закон от 3 июля 2016 г. № 226-ФЗ «О войсках национальной гвардии Российской Федерации» [Электронный ресурс]. Доступ из СПС «КонсультантПлюс».
тельства» основания применения сотрудниками полиции и Росгвардии силы и оружия есть ни что иное как перечневый подход к формулированию оснований необходимой обороны в деятельности последних [15, с. 22-29].
Стоит отметить, что и мы одним из приоритетных направлений совершенствования законодательства о необходимой обороне видим, в конечном итоге, переход к казуальной системе защищаемых благ с целью закрепления на законодательном уровне либо на уровне судебной практики ситуаций, в рамках которых обороняющийся имеет право на «беспредельную оборону» [16, с. 57-64; 17, с. 72-76].
Нам, например, трудно представить, чтобы любой вред, причиняемый сотрудником в соответствии со «специальным законодательством», признавался правомерным, потому что это может привести к злоупотреблению правом на применение силы и оружия и, соответственно, к ущемлению прав граждан.
В то же время мы поддерживаем законодателя в том, чтобы любой вред, причиняемый сотрудниками правоохранительных органов при пресечении общественно опасных посягательств, признавался бы правомерным. Но для того чтобы защитить сотрудников от необоснованного обвинения в причинении чрезмерного вреда, необходимо, чтобы отсутствовали имеющиеся противоречия как в законодательстве, так и в правоприменительной практике.
И, кстати говоря, имеющиеся противоречия нередко приводят к печальным последствиям. Так, Следственным управлением Следственного комитета Российской Федерации по Республике Дагестан возбуждено уголовное дело в отношении полицейского ОГО ВОГО ОМВД России по г. Каспийску. Он подозревается в совершении преступлений, предусмотренных ч. 1 ст. 105 УК РФ (убийство) и пп. «б», «в» ч. 3 ст. 286 УК РФ (превышение должностных полномочий с применением оружия и причинением тяжких последствий). По версии следствия, 2 января 2021 года примерно в 1 час в дежурную часть отдела МВД России по городу Каспийску Республики Дагестан поступило сообщение о нападении на женщину. Прибывшие сотрудники патрульно-постовой службы направились по предполагаемому адресу. Правоохранитель, увидев, что 43-летний мужчина применяет физическое насилие в отношении женщины, потребовал прекратить противоправные действия, на что последний повел себя агрессивно и направился в сторону полицейского. Подозреваемый, переоценив исходящую от мужчины опасность, явно выходя за пределы
предоставленных ему полномочий, применил табельное огнестрельное оружие. От полученного ранения потерпевший скончался на месте.
Учитывая обстановку посягательства и применения оружия сотрудником полиции, а именно: ночь, Дагестан - один из самых неспокойных регионов страны, посягательство мужчины в отношении женщины, которое сотрудник полиции пытается пресечь, поведение самого посягающего лица, в том числе в отношении сотрудника полиции, - сотрудник полиции в соответствии с п. «а» ч. 1 ст. 23 Закона № 3-ФЗ О полиции» имел право на применение оружия. И если следовать положениям постановления Пленума Верховного Суда РФ от 27.09.2012 № 19, о котором уже шла речь, то сотрудник полиции при указанных выше обстоятельствах не должен нести вообще никакой ответственности за причинение смерти в результате применения оружия. Вместе с тем в отношении сотрудника возбуждено 2 уголовных дела по ч. 1 ст. 105 УК РФ (убийство) и пп. «б», «в» ч. 3 ст. 286 УК РФ (превышение должностных полномочий с применением оружия и причинением тяжких последствий) и в отношении сотрудника избрана самая строгая мера пресечения - заключение под стражу8.
Вызывают интерес также изменения законодателя в ч. 3 ст. 24 Федерального закона от 27.05.1996 № 57-ФЗ «О государственной охране»9. Так, в редакции Закона от 18.07.1997, а также от 08.12.2011 было закреплено положение о том, что причиняемый сотрудником данного силового ведомства вред является правомерным, если не было допущено превышения пределов необходимой обороны либо крайней необходимости, превышения мер, необходимых для задержания лица, совершившего преступление. Но Федеральным законом от 01.04.2020 № 92-ФЗ «О внесении изменений в Федеральный закон «О государственной ох-ране»10 в ч. 3 ст. 24 были внесены изменения, и формулировка, закрепляющая основания определения условий правомерности вреда, была изменена, по сути, на аналогичную из постановления Пленума Верховного Суда РФ от
8 Следственное управление Следственного комитета Российской Федерации по Республике Дагестан // Официальный сайт [Электронный ресурс]. - URL: https://dagestan.sledcom. ru/news/item/1527758
9 Федеральный закон от 27 мая 1996 г. № 57-ФЗ «О государственной охране» [Электронный ресурс]. Доступ из СПС «КонсультантПлюс».
10 Федеральный закон от 1 апреля 2020 г. № 92-ФЗ «О внесении изменений в Федеральный закон «О государственной охране» [Электронный ресурс]. Доступ из СПС «КонсультантПлюс».
27.09.2012 № 19, согласно которой причиненный вред должен признаваться правомерным, если он причиняется в результате применения силы и оружия в соответствии с основанием и в порядке, установленным данным федеральным законом.
То есть прослеживается тенденция того, что все-таки законодатель считает, что превысить пределы допустимого причинения вреда в результате применения силы и оружия в соответствии со «специальным законодательством» невозможно. И, как мы уже выше отмечали, мы поддерживаем данное желание законодателя, так как считаем, что сотрудники правоохранительных органов в момент пресечения общественно опасного посягательства не должны задумываться о пределах правомерного причинения вреда. А жесткие меры реагирования на факты противоправного поведения должны являться основой профилактики противоправного поведения для всех других незаконопослушных лиц. Но на практике дела обстоят иначе: зачастую уголовные дела в отношении сотрудников, причинивших тяжкий вред здоровью или смерть, а то и просто причинившие физическую боль при пресечении общественно опасных посягательств в результате применения силы и оружия в соответствии со «специальным законодательством», привлекаются к ответственности по ч. 3 ст. 286 УК РФ. И один из таких примеров был приведен выше.
Стоит также отметить, что превышение сотрудником правоохранительных органов должностных полномочий с использованием силы и оружия относится к тяжким преступлениям, в связи с чем в отношении сотрудника избирается самая строгая мера пресечения - в виде заключения под стражу, сотрудник в полной мере ощущает на себе все действие репрессивной государственной машины и, как правило, находится под стражей в течение года как минимум. Да, вышестоящие судебные инстанции, бывает, исправляют ошибки, но только в случае поступления от участников уголовного производства жалобы. Но, учитывая обвинительный уклон нашего правосудия, ждать, что такая жалоба поступит от надзирающего прокурора, практически бессмысленно, а обвиняемый к этому времени, как правило, уже свыкается со своим положением. В итоге, чтобы добиться справедливости, необходимо ждать не один месяц, а иногда и не один год. Все это время сотрудник может находиться под стражей.
Решение обозначенной проблемы видится в следующем.
В «специальном законодательстве», а также в ст. 286 УК РФ представляется целесообраз-
ным закрепить положение о том, что правомерным должен признаваться вред, если не было допущено превышения должностных полномочий. При этом под превышением должностных полномочий в результате применения силы и оружия следует понимать причинение тяжкого вреда или смерти при исполнении последними обязанностей по пресечению преступлений и административных правонарушений, когда причиняется такой вред без объективной на то необходимости и не является соразмерным обстановке, в условиях которой совершается преступление или административное правонарушение.
Это, конечно, решит проблему, но отчасти, потому что в условиях пресечения общественно опасных посягательств при причинении несоразмерного вреда сотрудник будет подлежать более строгой ответственности, нежели обычный гражданин. И это не избавит сотрудника от страха быть привлеченным к ответственности за неправомерное причинение вреда.
В связи с этим интересной представляется точка зрения К.В. Федосеева и П.А. Попова, согласно которой возможно «совершенствование положений ст. 286 УК РФ в части выделения не только квалифицированных, но и привилегированных составов» [18, с. 91].
Исходя из этого, можно было бы ввести новый состав преступления, например, предусмотренный ст. 286 УК РФ, и в санкции привести те же наказания, что закреплены в привилегированных составах, предусмотренных ст. 108 и 114 УК РФ. Однако мы не видим необходимости в излишнем «загромождении» Особенной части УК РФ путем введения нового состава преступления.
Оптимальным вариантом видится внесение изменений в ч. 1 ст. 108 УК РФ и в ч. 1 ст. 114 УК РФ путем закрепления факта превышения пределов необходимой обороны сотрудниками правоохранительных органов в результате применения силы и оружия в целях пресечения общественно опасных посягательств. Данное предложение в равной степени будет обеспечивать интересы как посягающего лица от необоснованного причинения чрезмерного вреда, так и обороняющееся лицо от необоснованного обвинения в причинении несоразмерного вреда.
При этом изменения необходимо внести и в нормы «специального законодательства» в части отказа от запрета на применение силы и оружия, а также в постановление Пленума Верховного Суда РФ от 27.09.2012 № 19 и постановление Пленума Верховного Суда РФ от 16.10.2009 № 19. Предложенные выше изменения подробно изложены в диссертационном исследовании М.А. Смирнова «Превышение
пределов необходимой обороны в деятельности сотрудников полиции и Росгвардии» [1].
Если же законодатель все же исходит из того, что любой вред, причиняемый сотрудниками правоохранительных органов при пресечении общественно опасных посягательств, должен признаваться правомерным, то интересным будет предложение о внесении изменений в ч. 1 ст. 37 УК РФ, которая, по сути, закрепляет так называемую «беспредельную оборону». Как мы уже выше отмечали, мы выступаем за «перечневую систему» охраняемых благ, защита которых возможна путем причинения любого вреда посягающему лицу. Таким образом, с учетом предложений одного из авторов по построению нормы ст. 37 УК РФ часть 1 данной статьи предлагается дополнить указанием на то, что «не является преступлением причинение вреда сотрудниками правоохранительных органов в связи с исполнением своих служебных обязанностей по пресечению общественно опасных посягательств, если они действовали в соответствии с требованиями законов, уставов, положений и иных нормативных правовых актов, предусматривающих основания и порядок применения оружия, специальных средств, боевой и специальной техники или физической силы». Аналогичные изменения необходимо внести и в нормы иных обстоятельств, исключающих преступность деяния, закрепленных в главе 8 УК РФ.
Есть и еще один, более кардинальный способ разрешения обозначенных проблем - исключить
из «регулятивного» законодательства (имеются ввиду Закон № 3-ФЗ «О полиции», Закон № 226-ФЗ «О ВНГ» и др.) нормативные установления, регламентирующие основания и порядок применения физической силы, специальных средств и огнестрельного оружия. Вопросы правомерности причинения вреда будут определяться исключительно на основе соответствия нормам главы 8 УК РФ.
Заключение. Вопрос об определении правомерности вреда в деятельности сотрудников правоохранительных органов, причиняемого в рамках исполнения обязанностей по охране общественного порядка и обеспечению общественной безопасности, и квалификации их действий носит острый характер. И, к сожалению, несмотря на разъяснения высшей судебной инстанции по вопросам применения института обстоятельств, исключающих преступность деяния в деятельности сотрудников правоохранительных органов, сотрудники продолжают привлекаться к ответственности за причинение вреда при пресечении общественно опасного посягательства. И порой ответственность за превышение должностных полномочий наступает даже не в случаях причинения тяжкого вреда здоровью или смерти посягающему лицу, а за причинение физической боли, причинении легкого вреда здоровью или вреда здоровью средней тяжести, что, в свою очередь, негативно влияет на правовую защищенность сотрудников правоохранительных органов, в чьи обязанности входит охрана правопорядка [19, с. 151-163].
Литература
1. СмирновМ.А. Превышение пределов необходимой обороны в деятельности сотрудников полиции и Росгвардии: дис. ... канд. юрид. наук. - Санкт-Петербург: Санкт-Петербургский университет МВД России, 2022. - 170 с.
2. Чаптыков О.А., Харитонов А.Н. Пределы «необходимой обороны» в деятельности сотрудников полиции // Форум. -2022. - № 3 (26). - С. 136-144.
3. ТаракановИ.А. Пределы необходимой обороны: понятие, сущность и признаки // Пенитенциарное право: юридическая теория и правоприменительная практика. - 2022. - № 3 (33). - С. 96-100.
4. Уголовное право России. Общая часть: учебник / под ред. В.В. Лукьянова, В.С. Прохорова, В.Ф. Щепелькова. - 3-е изд., испр. и доп. - Санкт-Петербург: Издательство Санкт-Петербургского университета, 2018. - 628 с.
5. Смирнов М.А. Актуальные вопросы назначения наказания при нарушении условий правомерности необходимой обороны // Вестник Калининградского филиала Санкт-Петербургского университета МВД России. - 2022. - № 2 (68). - С. 48-52.
6. Смирнова Л.Н. Уголовная ответственность при нарушении условий правомерности необходимой обороны // Известия Алтайского государственного университета. - 2017. - № 6 (98). - С. 57-61.
7. Каплунов А.И. Об оценке субъектами контроля и надзора законности и правомерности применения сотрудниками полиции огнестрельного оружия // Вестник Нижегородского университета им. Н.И. Лобачевского. - 2022. - № 6. - С. 91-97.
8. Милюков С.Ф., Никуленко А.В. Неочевидные решения проблем силового противодействия преступности // Всероссийский криминологический журнал. - 2021. - Т. 15. - № 1. - С. 36-45.
9. ЛяпинД.О. Соотношение норм главы 8 Уголовного кодекса Российской Федерации и предписаний иноотраслевого законодательства о применении оружия // Право в Вооруженных Силах - Военно-правовое обозрение. - 2022. - № 10 (303). - С. 73-84.
10. Смирнов М.А. Актуальные вопросы определения правомерности причинения сотрудниками полиции и Росгвардии вреда в состоянии необходимой обороны / Уголовное законодательство: вчера, сегодня, завтра: материалы ежегодной Всероссийской научно-практической конференции. - Санкт-Петербург: Санкт-Петербургский университет мВд России, 2022. - С. 267-271.
11. Теренков И.Е. Применение сотрудниками полиции огнестрельного оружия в условиях необходимой обороны // Научный портал МВД России. - 2022. - № 2 (58). - С. 76-80.
12. Курсаев А.В. Изменения в уголовном законодательстве и правоприменительной практике о применении сотрудниками полиции физической силы, специальных средств и огнестрельного оружия // Юридическая техника. - 2023. - № 17. - С. 536-540.
13. Шелудько В.О. Применение сотрудниками полиции огнестрельного оружия и принцип правовой определенности // E-Scio. -2021. - № 12 (63). - С. 107-113.
2023'3
ПУБЛИЧНО-ПРАВОВЫЕ
(ГОСУДАРСТВЕННО-ПРАВОВЫЕ) НАУКИ
14. Будагьянц Г.Н., Кондрашов А.В. Уголовно-правовая ответственность сотрудника полиции за неправомерное применение физической силы, специальных средств и огнестрельного оружия // Ученые записки Крымского федерального университета имени В.И. Вернадского. Юридические науки. - 2022. - Т. 8. - № 1. - С. 92-96.
15. Шарапов Р.Д. Основание необходимой обороны // Правда и Закон. - 2021. - № 4 (18). - С. 22-29.
16. Никуленко А.В. Обстоятельства, исключающие преступность деяния: проблемы применения нормы о необходимой обороне // Вестник Волгоградской академии МВД России. - 2019. - № 1 (48). - С. 57-64.
17. Пархоменко С.В. Законодательная регламентация необходимой обороны: состояние и перспективы / Научное наследие иркутских ученых уголовно-правовой науки: материалы Национальной научно-исследовательской конференции, посвященной 90-летию со дня рождения заслуженного юриста Российской Федерации, доктора юридических наук, профессора Г.С. Гаверова и доктора юридических наук, профессора В.Я. Рыбальской. - Иркутск: Байкальский государственный университет, 2021. - С. 72-76.
18. Федосеев К.В. Субъективные признаки превышения должностных полномочий // Вестник Пермского института ФСИН России. - 2022. - № 2 (45). - С. 89-96.
19. Милюков С.Ф., Никуленко А.В. Девиантное поведение сотрудников органов внутренних дел: опыт диалектической оценки // Российский девиантологический журнал. - 2021. - № 1 (1). - С. 151-163.
References
1. SmirnovM.A. Prevyshenie predelov neobhodimoj oborony v deyatel'nosti sotrudnikov policii i Rosgvardii: dis. ... kand. yurid. nauk. -Sankt-Peterburg: Sankt-Peterburgskij universitet MVD Rossii, 2022. - 170 s.
2. CHaptykov O.A., Haritonov A.N. Predely «neobhodimoj oborony» v deyatel'nosti sotrudnikov policii // Forum. - 2022. -№ 3 (26). - S. 136-144.
3. Tarakanov I.A. Predely neobhodimoj oborony: ponyatie, sushchnost' i priznaki // Penitenciarnoe pravo: yuridicheskaya teoriya i pravoprimenitel'naya praktika. - 2022. - № 3 (33). - S. 96-100.
4. Ugolovnoe pravo Rossii. Obshchaya chast': uchebnik / pod red. V.V. Luk'yanova, V.S. Prohorova, V.F. SHCHepel'kova. - 3-e izd., ispr. i dop. - Sankt-Peterburg: Izdatel'stvo Sankt-Peterburgskogo universiteta, 2018. - 628 s.
5. Smirnov M.A. Aktual'nye voprosy naznacheniya nakazaniya pri narushenii uslovij pravomernosti neobhodimoj oborony // Vestnik Kaliningradskogo filiala Sankt-Peterburgskogo universiteta MVD Rossii. - 2022. - № 2 (68). - S. 48-52.
6. Smirnova L.N. Ugolovnaya otvetstvennost' pri narushenii uslovij pravomernosti neobhodimoj oborony // Izvestiya Altajskogo gosudarstvennogo universiteta. - 2017. - № 6(98). - S. 57-61.
7. KaplunovA.I. Ob ocenke sub»ektami kontrolya i nadzora zakonnosti i pravomernosti primeneniya sotrudnikami policii ognestrel'nogo oruzhiya // Vestnik Nizhegorodskogo universiteta im. N.I. Lobachevskogo. - 2022. - № 6. - S. 91-97.
8. MilyukovS.F., NikulenkoA.V. Neochevidnye resheniya problem silovogo protivodejstviya prestupnosti // Vserossijskij kriminologicheskij zhurnal. - 2021. - T. 15. - № 1. - S. 36-45.
9. Lyapin D.O. Sootnoshenie norm glavy 8 Ugolovnogo kodeksa Rossijskoj Federacii i predpisanij inootraslevogo zakonodatel'stva o primenenii oruzhiya // Pravo v Vooruzhennyh Silah - Voenno-pravovoe obozrenie. - 2022. - № 10 (303). - S. 73-84.
10. Smirnov M.A. Aktual'nye voprosy opredeleniya pravomernosti prichineniya sotrudnikami policii i Rosgvardii vreda v sostoyanii neobhodimoj oborony / Ugolovnoe zakonodatel'stvo: vchera, segodnya, zavtra: materialy ezhegodnoj Vserossijskoj nauchno-prakticheskoj konferencii. - Sankt-Peterburg: Sankt-Peterburgskij universitet MVD Rossii, 2022. - S. 267-271.
11. Terenkov I.E. Primenenie sotrudnikami policii ognestrel'nogo oruzhiya v usloviyah neobhodimoj oborony // Nauchnyj portal MVD Rossii. - 2022. - № 2(58). - S. 76-80.
12. KursaevA.V. Izmeneniya v ugolovnom zakonodatel'stve i pravoprimenitel'noj praktike o primenenii sotrudnikami policii fizicheskoj sily, special'nyh sredstv i ognestrel'nogo oruzhiya // YUridicheskaya tekhnika. - 2023. - № 17. - S. 536-540.
13. SHelud'ko V.O. Primenenie sotrudnikami policii ognestrel'nogo oruzhiya i princip pravovoj opredelennosti // E-Scio. - 2021. -№ 12 (63). - S. 107-113.
14. Budag'yanc G.N., Kondrashov A.V. Ugolovno-pravovaya otvetstvennost' sotrudnika policii za nepravomernoe primenenie fizicheskoj sily, special'nyh sredstv i ognestrel'nogo oruzhiya // Uchenye zapiski Krymskogo federal'nogo universiteta imeni V.I. Vernadskogo. YUridicheskie nauki. - 2022. - T. 8. - № 1. - S. 92-96.
15. SHarapovR.D. Osnovanie neobhodimoj oborony // Pravda i Zakon. - 2021. - № 4 (18). - S. 22-29.
16. Nikulenko A.V. Obstoyatel'stva, isklyuchayushchie prestupnost' deyaniya: problemy primeneniya normy o neobhodimoj oborone // Vestnik Volgogradskoj akademii MVD Rossii. - 2019. - № 1 (48). - S. 57-64.
17. Parhomenko S.V. Zakonodatel'naya reglamentaciya neobhodimoj oborony: sostoyanie i perspektivy / Nauchnoe nasledie irkutskih uchenyh ugolovno-pravovoj nauki: materialy Nacional'noj nauchno-issledovatel'skoj konferencii, posvyashchennoj 90-letiyu so dnya rozhdeniya zasluzhennogo yurista Rossijskoj Federacii, doktora yuridicheskih nauk, professora G.S. Gaverova i doktora yuridicheskih nauk, professora V.YA. Rybal'skoj. - Irkutsk: Bajkal'skij gosudarstvennyj universitet, 2021. - S. 72-76.
18. Fedoseev K.V. Sub»ektivnye priznaki prevysheniya dolzhnostnyh polnomochij // Vestnik Permskogo instituta FSIN Rossii. -2022. - № 2(45). - S. 89-96.
19. Milyukov S.F., Nikulenko A.V. Deviantnoe povedenie sotrudnikov organov vnutrennih del: opyt dialekticheskoj ocenki // Rossijskij deviantologicheskij zhurnal. - 2021. - № 1 (1). - S. 151-163.
(статья сдана в редакцию 29.05.2023)