Научная статья на тему '««гомерический бой» : Николай Гумилев и осип Мандельштам»'

««гомерический бой» : Николай Гумилев и осип Мандельштам» Текст научной статьи по специальности «Языкознание и литературоведение»

CC BY
272
48
i Надоели баннеры? Вы всегда можете отключить рекламу.
Ключевые слова
АКМЕИСТЫ / ДИАЛОГ / СОПЕРНИЧЕСТВО / ФАКТЫ БИОГРАФИИ / ИМЯ / ACMEISTS / DIALOGUE / RIVALRY / BIOGRAPHY FACTS / NAME

Аннотация научной статьи по языкознанию и литературоведению, автор научной работы — Десятов Вячеслав Владимирович

В статье сопоставляются, верифицируются и систематизируются сведения из ряда мемуарных источников, что позволяет уточнить и конкретизировать интерпретации нескольких поэтических текстов Осипа Мандельштама, Николая Гумилева и Георгия Иванова.

i Надоели баннеры? Вы всегда можете отключить рекламу.
iНе можете найти то, что вам нужно? Попробуйте сервис подбора литературы.
i Надоели баннеры? Вы всегда можете отключить рекламу.

The article puts together, verifies and systematizes the facts from some memoir sources, that lets the author clarify in details the interpretations of poetic texts by Osip Mandelshtam, Nikolai Gumilyov and Georgiy Ivanov.

Текст научной работы на тему «««гомерический бой» : Николай Гумилев и осип Мандельштам»»

«ГОМЕРИЧЕСКИЙ БОЙ» :

НИКОЛАЙ ГУМИЛЕВ И ОСИП МАНДЕЛЬШТАМ

В.В. Десятов

Ключевые слова: акмеисты, диалог, соперничество, факты

биографии, имя.

Keywords: acmeists, dialogue, rivalry, biography facts, name.

Георгий Иванов об отношениях Мандельштама и Гумилева писал: «В дореволюционный период сильнее всего на него влиял Гумилев. Их отношения в творческом плане (в повседневной жизни их связывала ничем не омраченная дружба) были настоящая любовь-ненависть. “Я борюсь с ним, как Иаков с Богом”, - говорил Мандельштам» [Иванов, 1994, с. 618].

В конце 1920 года соперничество поэтическое осложнилось любовным - настолько, что дело дошло до ссоры, которую постарался сгладить юмористическими стихами тот же Георгий Иванов (см.: [Гильдебрандт-Арбенина, 1994, с. 455-456], [Иванов, 2009, с. 432-433], [Одоевцева, 1989, с. 144-145]). Позже он писал об этой истории: «У Гумилева была любовница барышня Арбенина. Приехал Мандельштам <...> и влюбился в нее. Они - то есть Гумилев и М-стали на этот счет ссориться. “Заплати за меня ” - Мандельштам Гумилеву в Доме Литераторов. Гумилев: “За предателей не плачу!”» [Иванов, 2009, с. 692].

Впрочем, негативные эмоции удалось быстро преодолеть, тем более что объект страсти двух акмеистов - актриса Ольга Арбенина не осталась ни с одним, ни с другим поэтом, сделавшись спутницей жизни Юрия Юркуна. Согласно записям П.Н. Лукницкого, 1 января 1921 года Мандельштам пришел к Гумилеву и сказал: «Мы оба обмануты». После чего «оба они захохотали» [Лукницкий, 1991, с. 115].

Фамилии фигурантов этой истории обыгрываются в ивановской «Басне»: «В Испании два друга меж собой /Поспорили, кому владеть арбой. / До кулаков у них дошло, до драки, / Грызутся озверело, как собаки. / Приятелю приятель / Кричит: Мошенник ты, предатель /И негодяй и вор! / А все им не закончить спор. /Во вре-

мя этих перипетий /Юрк... И арбу увез испанец третий. / Теперь, как об арбе ни ной, На ней катается другой» [Иванов, 2004, с. 209].

Еще одно стихотворение Г. Иванова, посвященное этому же противостоянию, содержит намеки на стихи и жизненные обстоятельства друзей-соперников (в основном, Мандельштама): «Сейчас я поведаю, граждане, вам / Без лишних присказов и слов, О том, как погибли герой Гумилев /И юный грузин Мандельштам. // Чтоб вызвать героя отчаянный крик, / Что мог Мандельштам совершить? / Он в спальню красавицы тайно проник /И вымолвил слово «любить». //Грузина по черепу хрястнул герой, /И вспыхнул тут бой, гомерический бой. / Навек без ответа остался вопрос: / Кто выиграл, кто пораженье понес? // Наутро нашли там лишь зуб золотой, /Вонзенный в откушенный нос» [Иванов, 2009, с. 432].

Мандельштам назван «юным грузином» потому, что, во -первых, он был моложе и экспансивнее Гумилева, во-вторых, недавно вернулся с Кавказа, и в -третьих, предыдущей его музой была грузинская княжна Саломея Николаевна Андроникова, петербургская красавица.

«Он в спальню красавицы тайно проник» - аллюзия на текст обращенной к Саломее мандельштамовской «Соломинки», которая начинается строкой «Когда, Соломинка, не спишь в огромной спальне...».

«Гомерический бой» - намек на образ Трои в канун разрушения из стихотворения «За то, что я руки твои не сумел удержать.» (1920), обращенного Мандельштамом к Ольге Арбениной. Троянская война, как известно, началась из -за Елены Прекрасной. В таком контексте Гумилев играет роль мужа Елены Менелая (поскольку познакомился с Арбениной раньше), а Мандельштам - похитителя-Париса.

По поводу восьмой строки стихотворения мемуаристка Ирина Одоевцева пишет: «Взрыв смеха прерывает Иванова. Это Мандельштам, напрасно старавшийся сдержаться, не выдерживает:

- Ох, Жорж, Жорж, не могу! Ох, умру! “Вымолвил слово “любить "!»

Только на прошлой неделе Мандельштам написал свои прославившиеся стихи: “Сестры тяжесть и нежность "1. В первом варианте вместо “Легче камень поднять, чем имя твое повторить"

1 Вероятнее, что стихотворение было написано в марте 1920-го года [Мец, 2009, с. 567568]. - В.Д.

было: “Чем вымолвить слово «любить»". И Мандельштам уверял, что это очень хорошо как пример “русской латыни", и долго не соглашался переделать эту строчку, заменить ее другой: “Чем имя твое повторить", придуманной Гумилевым» [Одоевцева, 1989, с. 144]. Информация Одоевцевой подтверждается записями П.Н. Лукницкого [Мец, 2009, с. 568].

В нескольких стихотворениях, обращенных к Арбениной, Мандельштам ни разу не называет ее имя («И нет для тебя ни названья, ни звука, ни слепка» [Мандельштам, 2009, с. 115]), а прежде «переименовывал» Саломею Андроникову: «Сломалась милая соломка неживая, / Не Саломея, нет, соломинка скорей» [Мандельштам, 2009, с. 95]. Более опытный обольститель Гумилев в первый же день знакомства с Ольгой Арбениной избрал другую стратегию -«величальную»: «Я вчера написал стихи за присланные к нам в лазарет акации Ольге Николаевне Романовой2 - завтра напишу Ольге Николаевне Арбениной» [Гильдебрандт-Арбенина, 1994, с. 429]. В стихотворении «Ольга» (которое Гумилев написал четыре года спустя, в 1920-м) имя адресата повторяется восемь (!) раз, причем снова проводится лестная параллель с высокородной особой - древнерусской княгиней Ольгой. Первая строка придумана по принципу «но мне ласкает слух оно»: «Эльга, Эльга! - звучало над полями <... >» [Гумилев, 1991, с. 299]. «И начинаются стихи с "Эльги", а я всегда говорила, что так имя мое мне нравится больше» [Гиль-дебрандт-Арбенина, 1994, с. 455]. Кстати, в слове «полями» кроется уменьшительно-ласкательная форма «Оля» (тогда получается даже не восемь раз, а девять). Михаил Лозинский, услышав стихотворение, поздравил Арбенину: «Это была осень, потому что Лозинский вдруг меня поздравил с именинами. - “Вы ошибаетесь, Михаил Леонидович, мои именины были летом” - “А я имею в виду «Ольгу»”» [Гильдебрандт-Арбенина, 1994, с. 455].

В 1921 году Гумилев, по свидетельству Ахматовой, говорил о поэзии Мандельштама с восхищением: «особенно восхищался стихами о Трое (“За то, что я руки твои")» [Ахматова, 1989, с. 146]. В реакции на них Гумилева можно предполагать и личные чувства: он тоже, подобно Мандельштаму, не сумел удержать руки любимой женщины (Арбениной3, Ахматовой - которая попросила у него развод в 1918-м).

2 Ольга Николаевна Романова (1895-1918) - великая княжна, старшая дочь Николая II.

3 Юрий Юркун же, по версии Арбениной, в день празднования Нового, 1921 года именно «сумел удержать» ее руки: «Юра сидел внизу, за другим столом. Закивал мне. Гумилев не

Воздавая должное поэтическому шедевру, Гумилев мог услышать в нем и отзвуки своих собственных стихотворений. Мандельштам воспроизводит характерно-гумилевскую синтаксическую конструкцию вместе с ее лексикой: «За то, что я руки твои не сумел удержать, /За то, что я предал соленые нежные губы <... >» [Мандельштам, 2009, с. 115]. Гумилев: «<... > За то, что я горячими губами / Касался губ, которым грех неведом, // За то, что эти руки, эти пальцы <... >» [Гумилев, 1991, с. 55]. (Стихотворение «Думы» из сборника «Романтические цветы», 1908). «За то, что я теперь спокойный <... >» [Гумилев, 1991, с. 223]. (Начало стихотворения «Юг» из сборника «Костер», 1918). Гумилевская реминисценция выглядит вполне естественно в тексте, который, собственно, и преломляет сквозь гомеровский сюжет любовное соперничество двух «мужей». Н.Я. Мандельштам писала: «Группа стихов Арбениной посвящена конкуренции “мужей" и ревности, естественной в этой ситуации» [Мандельштам Н., 1990, с. 206]. Закавыченное слово взято вдовой поэта из стихотворения «За то, что я руки...»: «Ахейские мужи во тьме снаряжают коня... » [Мандельштам, 2009, с. 115].

Ситуации любовного соперничества суждено было довольно комичным образом повториться много лет спустя, когда конкурентом Мандельштама стал Гумилев-младший, сын Николая Степановича - Лев Николаевич. В 1933-1934 годах оба они были влюблены в 25-летнюю поэтессу и переводчицу Марию Петровых. «Осип Эмильевич и “Левушка-Гумилевушка", “старец" и “младенец", как говаривали сестры <Петровых. - В.Д.>, бывало, приходили и вместе» [Видгоф, 2006, с. 170]. Воспоминания Эммы Герштейн: «Ревность, соперничество были священными атрибутами страсти в понимании Мандельштама.

- Как это интересно! У меня было такое же с Колей, - восклицал Осип Эмильевич. У него кружилась голова от разбуженных Левой воспоминаний о Николае Степановиче, когда в голодную зиму они оба домогались в Петрограде любви Ольги Николаевны Арбениной» [Герштейн, 1998, с. 422].

Это соперничество Мандельштам отобразил в юмористическом сонете, написанном в начале 1934 года: «Мне вспомнился старин-

велел мне двигаться. Я, кажется, обещала “только поздороваться”. Гумилев пока не ушел. Он сказал, что возьмет часы и будет ждать. Я сошла вниз — у дверей Юра сунул мне в руки букет альпийских фиалок и схватил за обе руки, держал крепко. Я опустила голову, прямо как на эшафоте. Минуты шли. Потом Юра сказал: “Он ушел ”» [Гильдеб-рандт-Арбенина, 1994, с. 460].

ный апокриф: /Марию лев преследовал в пустыне4 / По той святой, по той простой причине, / Что был Иосиф долготерпелив. // Сей патриарх, немного почудив, / Марииной доверился гордыне - / Затем, что ей людей не надо ныне, / А лев - дитя - небесной манной жив. // А между тем Мария так нежна, Ее любовь так, боже мой, блажна, / Ее пустыня так бедна песками, // Что с рыжими смешались волосками / Янтарные, а кожа - мягче льна - / Кривыми оцарапана когтями» [Мандельштам, 2009, с. 335].

Если обращенное к Арбениной стихотворение «За то, что я руки.» воспроизводило сюжет «Илиады», то новое написано размером пушкинской «Гавриилиады» (пятистопным ямбом с мужскими и женскими рифмами). Сама форма сонета, редкая у Мандельштама, связана в его биографии с приобщением к акмеизму, основанному Гумилевым: в сборнике «Камень» вслед за стихотворением «Нет, не луна, а светлый циферблат.» идут сразу три сонета, датированные 1912-м годом. Дополнительный комизм в сонет 1934 года привносится тем обстоятельством, что Гумилева-сына (Льва) Мандельштам сделал как бы персонажем текста Гумилева-отца. Подразумеваем стихотворение «Невеста льва» из сборника «Романтические цветы»: «Вот в пустыне я и кличу: / «Солнце-зверь, я заждалась, / Приходи терзать добычу / Человеческую, князь! // Дай мне вздрогнуть в тяжких лапах, / Пасть и не подняться вновь, / Дай услышать страшный запах, / Темный, пьяный, как любовь»» [Гумилев, 1991, с. 70].

Отмеченный комментатором [Гаспаров, 2002, с. 630] гумилевский подтекст («Константинополь» из сборника «Чужое небо») существен и в другом, трагическом произведении Мандельштама «Мастерица виноватых взоров.» (февраль 1934), также обращенном к Марии Петровых и названном Анной Ахматовой лучшим любовным стихотворением ХХ века [Ахматова, 1989, с. 128].

Еще более очевидны цитаты из Гумилева в начале стихотворения, написанного Мандельштамом в 1937 году (после окончания воронежской ссылки) и воспевающего последнюю музу поэта Лилю Попову. Это, во-первых, реминисценции «Канцон» из сборника Гумилева «Колчан»: «С примесью ворона голуби, / Завороненные волосы, / Здравствуй, моя нежнолобая, /Дай мне сказать тебе голоса, / Как я люблю твои волосы, Душные черно-голубые. / В губы горячие

4 Жирный шрифт здесь и далее мой. - В.Д.

вложено /Все, чем Москва омоложена <... >» [Мандельштам, 2009, с. 312].

«Канцоны. 2»: «Печальный мир не очаруют вновь / Ни кудри душные, ни взор призывный, Ни лепестки горячих губ <... >» [Гумилев, 1991, с. 186]. «Канцоны. 1»: «Дорогая с улыбкой летней, / С узкими, слабыми руками / И, как мед двухтысячелетний, / Душными черными волосами» [Гумилев, 1991, с. 185].

«Канцонам» в «Колчане» непосредственно предшествует стихотворение «Птица», изображающее некоего зловещего «голубя»: «Вот я вижу - когти стальные / Наклоняются надо мной <... > // Если это голубь Господень / Прилетел сказать - Ты готов! - / То зачем же он так несходен / С голубями наших садов? [Гумилев, 1991, с. 185].

Столь же зловещие голуби - «с примесью ворона» - портретируют героиню в первой строке Мандельштама. Вторая строка делает облик героини металлическим: «Завороненные волосы». Воронить -«наводить, вызывать на стальной, чугунной поверхности тонкий слой окислов железа в целях предохранения от ржавления и придания ей для отделки черного, темно-синего или коричневого цвета; чернить» [Евгеньева, 1981, с. 212]. Лиля Попова была убежденной сталинисткой - факт, подчеркнутый в финале стихотворения Мандельштама, любовь которого к ней граничит с ужасом: волосы у героини «душные», «с примесью ворона», а бровь «вязкая» («< ... > Бровью вяжи меня вязкою, /К жизни и смерти готовая, / Произносящая ласково / Сталина имя громовое <... >» [Мандельштам, 2009, с. 312]).

«Душными» в художественном мире Гумилева могут быть не только волосы любимой: «На Венере, ах, на Венере I Нету смерти терпкой и душной» [Гумилев, 1991, с. 425]. Надежда Яковлевна Мандельштам свидетельствует: «Как и при всяком чтении поэтов, Мандельштам искал у Гумилева удач. Такой удачей он считал “На Венере, ах, на Венере ”. » [Мандельштам Н., 1990, с. 47].

Еще один вероятный источник первых строк мандельштамов-ского стихотворения - переведенный Гумилевым «Алмаз сердца», стихотворение из книги Теофиля Готье «Эмали и камеи»: «Один -ах, все влюбленный смеет, - / Улыбкой светлой ободрен, / Взял прядь волос, что голубеет / Чернее, чем крыла ворон» [Гумилев, 2008, с. 29].

Надо заметить, что талант Гумилева-переводчика «Эмалей и камей» Мандельштам ценил высоко. В заметке 1926 года «Жак ро-

дился и умер!» он отозвался о работе Гумилева так: «Высшая награда для переводчика - это усвоение переведенной им вещи русской литературой. Много ли можем мы назвать таких примеров после Бальмонта, Брюсова и русских “Эмалей и камей" Теофиля Готье» [Мандельштам, 1993, с. 445].

Еще в 1920 году Мандельштам к Ольге Арбениной обращался: «Я больше не ревную, / Но я тебя хочу,/ И сам себя несу я, / Как жертву палачу» [Мандельштам, 2009, с. 117].

Олег Лекманов об этом стихотворении и о «Мастерице виноватых взоров» пишет: «Возлюбленная и диктатор окружены в стихотворениях Мандельштама сходным ореолом мотивов, потому что оба они - коварные мучители, истязающие свои жертвы и лишающие их дара речи» [Лекманов, 2009, с. 255]. О том же - строка «Дай мне сказать тебе голоса». Сталинистка Лиля Попова как бы сочетала черты возлюбленной и «палача», поэтому была идеальным объектом влечения-ужаса. Такое отношение к любви было у Мандельштама и Гумилева общим: последний посвятил множество стихотворений образам притягательных женщин-губительниц.

Литература

Ахматова А.А. Листки из дневника // Ахматова А.А. Requiem. М., 1989.

Видгоф Л.М. Москва Мандельштама. М., 2006.

Гаспаров М.Л. Примечания // Мандельштам О.Э. Стихотворения. Проза. М., 2002.

Герштейн Э.Г. Мемуары. СПб., 1998.

Гильдебрандт-Арбенина О.Н. Гумилев // Николай Гумилев. Исследования и материалы. Библиография. СПб., 1994.

Гумилев Н. Собрание переводов в 2-х тт. М., 2008. Т. 1.

Гумилев Н. Сочинения в 3-х тт. М., 1991. Т. 1.

Словарь русского языка. М., 1981. Т. 1.

Иванов Г. Басня // Образ Гумилева в советской и эмигрантской поэзии. М., 2004.

Иванов Г. Собрание сочинений 3-х тт. М., 1994. Т. 3.

Иванов Г. Стихотворения. (Новая библиотека поэта). СПб., М., 2009.

Лекманов О. Осип Мандельштам. Жизнь поэта. М., 2009.

Лукницкий П.Н. Осип Мандельштам в дневниковых записях и материалах архива П.Н. Лукницкого // Звезда. 1991. N° 2.

Мандельштам Н.Я. Вторая книга. М., 1990.

Мандельштам О.Э Полное собрание сочинений и писем. М., 2009. Т. 1.

Мандельштам О.Э. Собрание сочинений в 4-х тт. М., 1993. Т. 2.

Мец А.Г. Комментарии // Мандельштам О. Полное собрание сочинений и писем. М., 2009. Т. 1.

Одоевцева И. На берегах Невы. М., 1989.

i Надоели баннеры? Вы всегда можете отключить рекламу.