УДК 811.512.141 '37
DOI 10.17223/18137083/74/17
Генезис, эволюция и семантика цветообозначений kuk 'синий', zaygar 'голубой', jasel 'зеленый' в башкирском языке
Р. Т. Муратова
Институт истории, языка и литературы УФИЦ РАН Уфа, Россия
Аннотация
Цель статьи - изучить цветообозначения кик 'синий', zaygar 'голубой', }аЫ 'зеленый' в башкирском языке, семантика которых имеет ряд особенностей как в диалектах, так и в тюркских языках в целом. Для прослеживания развития этих цветообозначений использовались работы по восстановлению праалтайских, пратюркских форм, а также языковой материал из древнетюркских, средневековых письменных памятников. Источниками примеров для выявления значений слов послужили словари башкирского языка и данные корпусов башкирской прозы и фольклора. Для сравнительных исследований использованы лексикографические труды по тюркским языкам. Выявлено, что в литературном башкирском языке для обозначения синего цвета используется лексема кик, голубого - zaygar, зеленого - ]йЫ, но в диалектах наблюдаются расхождения в значениях этих лексем: кик может обозначать все три цвета; zaygar в одних диалектах обозначает только голубой, а в других - синий, }аЫ - в одних говорах зеленый, в других - синий. Лексемы кик и }аЫ восходят к пратюркским словам, слово zйygar -к персидскому. Выяснилось, что в башкирском языке имеется отличающееся от других тюркских языков коннотативное значение слова кик - 'западный'. Ключевые слова
башкирский язык, тюркские языки, цветообозначения, синий, голубой, зеленый Благодарности
Исследование выполнено в рамках мегагранта Правительства РФ № 14.У26.31.0014 "Языки Южной Сибири в синхронии, диахронии и взаимодействии" Для цитирования
Муратова Р. Т. Генезис, эволюция и семантика цветообозначений кик 'синий', zйygйr 'голубой', ]'й$е1 'зеленый' в башкирском языке // Сибирский филологический журнал. 2021. № 1. С. 224-238. БО! 10.17223/18137083/74/17
© Р. Т. Муратова, 2021
Genesis, evolution and semantics of the color terms kuk 'blue', zaygar 'sky blue', jasel 'green' in the Bashkir language
R. T. Muratova
Ufa Federal Research Centre RAS Ufa, Russian Federation
Abstract
The paper aims at studying the genesis, evolution, and development of the color terms kuk (blue), zaygar (sky blue), jasel (green) in the Bashkir language. The semantics of the terms under study reveals the interesting shifts both in the dialects of the Bashkir language and Turkic languages in general. Bashkir language dictionaries and corpus data of Bashkir prose and folklore have served as sources of examples for identifying the meanings of words. In the literary Bashkir language, the lexeme kuk is used to denote "blue," zaygar - "sky blue," jasel -"green." However, there are discrepancies in the meanings of these tokens in the dialects: kuk can denote all three colors; zaygar - indicates in some dialects only "sky blue," while in others - "blue"; jasel means "green" in some dialects and "blue" in others. The lexemes of kuk and jasel go back to the Pre-Turkic words, the word zaygar - to Persian. The lexeme kuk in the Bashkir language also has retained the pre-Turkic meaning of "grey, gray," and at the same time, it has a connotative meaning "western" in this language, different from other Turkic languages. Most of the additional meanings of the word jasel are connected with the fact that originally it was the name of the color of young fresh vegetation, greenery: fresh, young, covered with greenery, not ripe, unripe. Only the word zaygar is used to designate only a color - "sky blue" or "blue." Keywords
Bashkir language, Turkic languages, color terms, blue, sky blue, green Acknowledgments
The study was carried out as part of the project "Linguistic and Ethno-cultural Diversity of Southern Siberia in the Synchrony and Diachrony: The Interaction of Languages and Cultures," supported by the grant of the Government of the Russian Federation 14.Y26.31.0014 For citation
Muratova R. T. Genesis, evolution and semantics of the color terms kuk 'blue', zaygar 'sky blue', jasel 'green' in the Bashkir language. Siberian Journal of Philology, 2021, no. 1, pp. 224-238. (in Russ.) DOI 10.17223/18137083/74/17
Введение
В мировой лингвистике цветообозначения являются одним из самых изучаемых пластов лексики. Это связано с тем, что исследование даной лексической группы имеет множество аспектов и граней. Во-первых, они составляют древний пласт лексики любого языка или группы языков, что позволяет проследить историю и закономерности развития языка. Во-вторых, цвет является физическим явлением, имеет свои параметры - диапазон электромагнитного излучения с определенной длиной волны, а цветообозначение - это зрительное, субъективное восприятие человеком этих диапазонов, вследствие чего обозначение цвета того или иного участка спектра происходит у каждого народа по-разному. Например, у пратюрков для обозначения зеленого - голубого - синего участка спектра использовалась одна общая лексема *kдk. В-третьих, семантика цветообозначений
подвергается значительным изменениям: цветообозначение, как и другие лексемы, в процессе развития того или иного языка может изменить свое значение, приобрести новые смысловые оттенки или же выйти из употребления. Перечисленные особенности этого лексического пласта позволяют утверждать, что обозначение того или иного цвета имеет характерные различия в том или ином языке, ввиду чего цветообозначения любого языка требуют специального изучения. Кроме того, изучение цветообозначений может происходить в грамматическом, функциональном, когнитивном, психолингвистическом и других аспектах. В плане актуальности не составляет исключения исследование цветообозначений башкирского языка, в связи с чем цель данной статьи - изучить цветообозначения kük 'синий', zäqgär 'голубой', jäsel 'зеленый' в башкирском языке, развитие семантики которых имеет ряд особенностей как в диалектах, так и в тюркских языках в целом. Источниками примеров для выявления значений слов послужили словари башкирского языка и данные корпусов башкирской прозы и фольклора (АСБЯ, 2012; ДсБЯ, 2002; КБЯП; КБЯФ). Для поиска соответствующего значения слова в том или ином тюркском языке использовались словари, которые отличаются по степени полноты освещения разных значений слова, но, тем не менее, во многих из них представлены не только основные, но и большинство дополнительных значений исследуемых лексем (Бектаев, 1995; БТСЯЯ, 2008; ГРМС, 1973; КБРС, 1989; КарРС, 1958; КРПС, 1974; КумРС, 1969; Наджип, 1968; НРС, 1963; РАС, 1964; Тагиев и др., 2006; ТатРС, 2007; ТувРС, 1968; ТурРС, 1977; ТуркмРС, 1968; УРС, 1959; ХРС, 2006; ЧРС, 1985, Юдахин, 1965).
Результаты исследования и обсуждение
В литературном башкирском языке для обозначения синего цвета используется лексема kük, голубого - zäygär, зеленого - jäsel. Но в диалектах наблюдаются расхождения в значениях этих лексем: kük может обозначать все три цвета одновременно или один из них; лексема zäqgär в одних диалектах используется для обозначения голубого цвета, а в других - синего, jäsel в одних говорах - зеленый, в других - синий.
К тому же эти лексемы, в особенности kük и jäsel, кроме своих основных значений имеют дополнительные, в том числе и коннотативные значения. Остановимся подробнее на каждом из этих цветообозначениий.
1. Kük
Лексема kük восходит к патюркскому цветообозначению *gö:k 'синий, голубой, зеленый', которая, в свою очередь, возводится к праалтайскому *kök'e (~ -i) 'синий, зеленый' (Starostin et al., 2003, с. 714). В большинстве тюркских языков прослеживается эта форма с фонетическими вариациями: тур., гаг. gök, аз. göj, туркм. gö:k, кар., кбалк., ног., ккалп., каз., кирг., алт., уйг., хак., чул., тув., тоф., шор. kök, кум. kök / gök, тат., башк. kük, узб. kük, сюг. kök / kük, як. küöx, чув. kävak. Фонетические изменения, произошедшие в том или ином языке, являются закономерными для той или иной подгруппы тюркских языков.
Из внешних параллелей можно привести примеры из монгольских языков: калм. kökä 'синий, голубой, зеленый', монг. xöx 'синий, голубой, зеленый (о растениях), серый, сивый (о масти), смуглый темный, черный (о коже)', бур. xüxe 'синий, голубой, зеленый (о растениях), серый, сивый (о масти)', из тунгусо-маньчжурских: эвенк. kuku (< монг.), kukumo, keek 'синий, зеленый, зеленовато-серый', манчьж. kuku fulan 'сивый, темно-голубой (о конской масти)' (Федотов,
1996, с. 245-246), которые, возможно, являются заимствованиями из тюркских языков (Дыбо, 2013, с. 292).
Слово в форме kok регулярно встречается в письменных источниках начиная с древнетюркских памятников: Üzü кдк tüyri asra jayiz jir qilintuqda, akin ara kisi oyli qilinmis 'Когда было сотворено вверху голубое небо, внизу темная бурая земля, между ними обоими были сотворены сыны человеческие (т. е. люди)' ("Памятник в честь Кюль-Тегина") (Малов, 1951, с. 28), bir кок tonluy atliy büg ürmis 'начальник на коне, одетый в голубую одежду' ("Золотой блеск") (Малов, 1951, с. 157), кок ton 'синяя одежда' ("Дивану Луга тат-Турк") (Кашгари, 2005, с. 839), кдк 'синий, багровый, сивый' (Будагов, 1871, с. 157).
В том или ином языке слово имеет следующие значения: голубой, лазоревый; синий, аквамариновый; сивый, чалый, серый (о масти), сизый (об окрасе), седой; небо, небосвод; синяк, синька; цвет траура (синий); синева; зеленый; ранняя весенняя трава; зелень, зеленая трава, овощи, незрелый; скупой (СИГТЯ, 2001, с. 604; ЭСТЯ, 1980, с. 66-68).
Исходное значение слова kok 'синий' в тюркских языках относят к значению 'небо' (Clauson, 1972, р. 708). Оно свойственно многим древним и современным языкам, за исключением сибирских тюркских языков. Также допускается, что слово kok 'синий' первоначально имело значение прилагательного, которое обозначало участок зеленого - голубого - синего спектра. От каждого цвета образовались субстантиваты: зеленый ^ зелень (в азербайджанском, киргизском, ногайском, узбекском, уйгурском, сарыг-югурском, якутском), голубой ^ небо (в тюркских языках, кроме сибирских и чувашского), синий ^ траурная одежда (в узбекском). Судя по большей распространенности субстантивата 'небо' и наличию нескольких значений - оттенков голубого цвета, обозначение именно этого цвета стало постепенно доминирующим, что поспособствовало появлению нового обозначения зеленого цвета - jasil, производного от jas 'молодой; молодая (зелень)' (СИГТЯ, 2001, с. 604; Clauson, 1972, р. 978).
В башкирском языке для обозначения синего и его оттенков используются лексема kük и производные от нее kükhel, küksin, küksel, kükselt, küksü, küksüj. В литературном башкирском языке kük употребляется для обозначения синего цвета. Но в некоторых говорах, например, в басувском подговоре kük - обозначение голубого цвета, а для синего в этом подговоре используется лексема züygür. В некоторых подговорах среднего говора наблюдается сужение значения слова kük, которое сегодня употребляется только в значении 'серый', а в обозначении голубого закрепилось слово jüsel, которое, видимо, расширило свое значение и стало употребляться для обозначения всего участка синего - голубого -зеленого спектра, тем самым полностью заменяя слово kük.
В башкирском языке и его диалектах наблюдаются следующие значения лексемы kük, которые в основном являются архаичными.
1.1. Основное значение - синий, голубой и их оттенки: башк. kük bujaw 'синяя краска', kük кüldüк 'синее платье'. Как уже говорилось, это было основным значением пратюркского слова kük, которое сохранилось во всех современных тюркских языках, например: тат. kük toman 'синий туман', ккалп. кдк aspan 'синее небо', кум. gdk gdz 'синеглазый', туркм. gd^ deyiz 'синее море', гаг. gdk gdzlü 'голубоглазый', хак. кдк кдgеnек 'синее платье', шор. kok qaraqtiy 'синеглазый', чув. кауаккёре 'синяя рубашка', кауакрёШ 'синяя туча'.
Оттенки цветообозначения образуются аналитическим путем - прилагательное + kük: asiq kük 'светло-синий', qara kük 'темно-синий'. Слово также участвует
в образовании других цветообозначений: qiöil kük 'фиолетовый', zäygär kük 'лазурный', timer kük 'стальной'. Ср. в других тюркских языках: ккалп. asiq kök 'ультрамариновый', хак. xara kök 'темно-синий', carix kök 'светло-синий, голубой', чув. xärläkävak 'фиолетовый'.
Слово kük активно участвует в словообразовании по принципу номинации по цвету, который характерен в основном для ботанических и зоонимических терминов, названий минералов, болезней: башк. kük qarsiya 'серо-голубой ястреб', kükjöH 'синец (рыба)' (досл. 'синий волосок'), kük hötlögän 'медуница'. Ср. в других тюркских языках: тат. kük jiläk 'голубика' (досл. 'синяя ягода'), кум. gök cecek 'василек' (досл. 'синий цветок'), кар. kök jaqut 'хризолит' (досл. 'синий яхонт'), туркм. гöкnar 'мак опийный' (досл. 'синий гранат'), уйг. köktirim 'синица', алт. kökkat 'голубика' (досл. 'синяя ягода'), чув. kävak cirla 'ежевика; голубика' (досл. 'синяя ягода'), kävak cecek 'василек' (досл. 'синий цветок').
1.2. Серый: башк. kük tötön 'серый дым'. Это значение зафиксировано также в других тюркских языках: ккалп. kök at 'серая лошадь', ног. kök at 'серая лошадь', аз. göj qulan 'серый кулан / жеребенок', уйг. kök at 'лошадь серой масти', kök köz 'серые глаза', хак. kök at 'серый (мышастый конь)', тув. kök börü 'серый волк', чув. kävak kaskär 'серый волк'. Как видно из примеров, значение наблюдается во всех группах тюркских языков, включая булгарскую, что позволяет предположить его пратюркский характер.
1.3. Седой: башк. kük Ural 'седой Урал'. Данное значение слова зафиксировано в древнетюркском памятнике "Кутадгу Билиг": Kökcin saqal 'седая борода' (ДТС, 1969, с. 313), а также во всех подгруппах тюркских языков: каз. kök-ala saqal 'борода с проседью', уйг. kök ana 'прабабушка' (досл. седая бабушка), sesi gelir gökten 'волосы седые', хак. kök 'седина', kök sa:p naryan 'появилась седина', чув. kävak suxal 'седая борода', kävak cuc 'седые волосы', что позволяет отнести его к пратюркскому периоду.
1.4. Сивый (о масти лошади): башк. kük ajyir 'сивый жеребец', kükjurya 'сивый иноходец'. В словарях других тюркских языков также зафиксировано это значение: тат. kük at 'сивая лошадь', каз. kökjal 'сивогривый', тур. gök at 'сивая лошадь', узб. kyk tojca 'сивый жеребёнок', хак. pora kök 'голубовато-сивый', як. küöx elemes 'сиво-пегий', чув. kävak ut 'сивый конь'. Судя по примерам, обозначение масти лошади словом kük было характерно еще в пратюркском периоде - оно зафиксировано во всех подгруппах тюркских языков.
1.5. Сизый: башк. kük sarlaq 'сизая чайка', kük ärem 'полынь сизая'. Это значение, безусловно, также можно отнести к пратюркскому периоду - оно наблюдается во всех подгруппах тюркских языков: тат. kük kügärcen 'сизый голубь' , кбалк. kök kögürcün 'сизый голубь', туркм. gökgarga 'сизоворонка', уйг. kökqaya 'сизоворонка', чув. kävakkävakarcän 'сизый голубь'.
1.6. Зеленый. В башкирском языке слово kük в значении 'зеленый' употребляется лишь в сочетании со словом ülän 'трава': kük ülän qalqti 'взошла зеленая трава', kük ülängä ajaq baOiw 'дождаться появления молодой травы (пробуждения природы)' (досл. встать на зеленую траву). Любопытным кажется тот факт, что первоначально слово jäsel обозначало цвет зеленой травы. Но в башкирском языке, как наблюдаем, именно слово kük сохранилось для обозначения цвета молодой, свежей травы. В некоторых других тюркских языках (например: алтайском, башкирском, каракалпакском, киргизском, узбекском, уйгурском, татарском, тувинском, туркменском) лексема *kök в сочетании со словами mpaea, 4aü также имеет значение 'зеленый' (хотя для обозначения зеленого цвета имеется другая
лексема, восходящая к общетюркскому jasyl): тат. kük caj 'зеленый чай', ккалп. kok sop 'зеленая трава', kok caj 'зеленый чай', кум. gok ot 'зеленая трава', ног. kok kavin 'зеленая дыня', уйг. kok ot 'зеленая трава', kok pijaz 'зеленый лук', туркм. go:k agac 'зеленое дерево'. В каракалпакском языке слова весна и весеннее пастбище являются производными от слова kok: koklem 'весна', 'весеннее пастбище', koklemge siq 'выходить на весеннее пастбище', что, очевидно, связано с появлением молодой свежей травы.
В некоторых сибирских тюркских языках *kok кроме голубого и синего обозначает и зеленый цвет, т. е. используется для макроцвета «синий - голубой -зеленый»: як. küox ot 'зеленая трава', хак. kok ot 'зеленая трава'. В чувашском есть выражение е^'ё kavak-xa, nim tе korman, которое употребляется в значении 'ты еще зелен (т. е. молод)'. Как видим, в основе выражения лежит первоначальное значение слова kavak - 'зеленый', что позволяет допустить наличие этого значения лексемы kavak в древнечувашском. В остальных случаях употребление kavak в значении 'зеленый' неизвестно (Ашмарин, 1934, с. 92). Учитывая, что значение сохранилось во всех подгруппах тюркских языков, его существование, несомненно, можно отнести еще к пратюркскому периоду.
1.7. Западный. Лексема kük наряду с цветообозначениями черный, белый, красный участвует в цветовой геосимволике, т. е. в обозначении сторон света, что прослеживается в названиях рек: KügiSel (от kük 'синий' и idel 'река') - река Дема, протекает на западе; Qaridel (от qara 'черный' и idel 'река') - река Караидель в северной части Башкортостана; Ayidel (от aq 'белый' и idel 'река') - река Аги-дель, протекает в основном на южной территории, Qidil (от qidil 'красный') - река Кизил на востоке. Названия этих рек, возможно, даны относительно исходной точки пространственной ориентации у аборигенов Южного Урала, которой выступает пещера Шульганташ (Капова пещера) [Муратова, 2018а, с. 59; 2018б, с. 125-126, Хисамитдинова и др., 2019, с. 152-153]. Следовательно, с этим и связано отличие цветового обозначения сторон света у башкир от цветовой геосимволики тюркских народов, которую приводит А. Н. Кононов: черный - север, желтый, белый - запад, синий - восток (например, kok türk 'восточные тюрки') [Кононов, 1978, с. 159-160]. Цветовое обозначение сторон света совпадает с геосимволикой других тюркских народов исключительно в обозначении севера.
В том или ином тюркском языке наблюдаются также значения 'овощи', 'незрелый', 'скупой', 'глупый', 'траур, цвет траура', которые на сегодняшний день не зафиксированы в словарях башкирского языка, в том числе и диалектологических.
Таким образом, слово kük 'синий' в башкирском языке является многозначным, его значения, как выяснилось, относятся к пратюркскому периоду, что доказывает древнее происхождение и устойчивый характер значений этой лексемы.
2. Zaygar
В литературном башкирском языке слово zangar имеет широкое употребление для обозначения голубого участка цветового спектра: zangar taOma 'голубая лента', zangar hawa 'голубое небо', zangar küd 'голубые глаза'. Оттенки цвето-обозначения образуются аналитическим способом: asiq zangar 'светло-голубой', quji zangar 'темно-голубой'. Как говорилось выше, в некоторых говорах слово обозначает синий цвет спектра.
Слово в значении 'голубой' также имеется в следующих тюркских языках: тат. zangar, узб. zangori, чув. senker, тат. zangar cacak 'голубой цветок', узб. zan-
gori joqulyu 'голубое топливо (газ)', чув. senker kuclä xär 'голубоглазая девушка', senker tüpe 'голубое небо'.
Что касается этимологии слова, по мнению ученых, оно является персидским заимствованием: перс. jj (zäfgar) 'ярь-медянка; ржавчина' или ^Л j 'желто-зеленый' (Федотов, 1996, с. 37; Ramstedt, 1935, с. 473).
Слово не тюркское, поэтому, естественно, мы его не наблюдаем в древнетюрк-ских памятниках. Но можно предположить его наличие в куманском (старокып-чакском) письменном памятнике XIV в. - "Кодекс Куманикус": Sendä, mendä yox, sefgir tavda yox, ütlü tasta yox, qipcaqta [Qipcaqta?] yox (Ol, qus süt-dif) 'Нет ни у тебя, ни у меня, ни в высоких горах, ни в пещерах пробитых проторенных камнях, ни в дуплах (Это птичье молоко)' (Гаркавец, 2006, с. 15). Здесь sefgir переводится как высокий / заоблачный. Но можно допустить, что слово sefgir / zefgir могло обозначать 'голубой': во-первых, в современных татарском и башкирском языках, которые являются кыпчакскими, это слово - постоянный эпитет слова taw 'гора' со значением 'голубой', например: башк. Küööärefde tultirip qararhifmi, zäfgär tawöan jawliq bolyarmin 'Взглянешь ли своими выразительными глазами, когда с голубой горы помашу тебе платком' (из napodnoü тсни), во-вторых, в кумыкском языке, который считается наиболее близким к куман-скому (языку памятника «Кодекс Куманикус»), это слово также обозначает цвет: tunuq zenger 'сизый'.
В средневековых письменных источниках (шежере, письмах, таварихах) на башкирском языке слово не встречается, но это не говорит о его отсутствии. Возможно, это объясняется спецификой текстов, которые относились прежде всего к эпистолярному жанру и хронике. В первой опубликованной лексикографической работе по башкирскому языку - словаре В. В. Катаринского - это слово представлено в форме zäfkär 'голубой, лазоревый' (Катаринский, 1899, с. 71). В словаре В. В. Радлова слово дается с пометкой «Kas.» (казанское наречие): zäfgär 'голубой, лазоревый', zäfgär küz 'голубые глаза', aciq zäfgär 'светло-голубой', qujizäfgär 'темно-голубый' (Радлов, 1911, с. 886-887).
В башкирском языке лексема zäfgär не так активна в словообразовании, но все же участвует в нем: башк. zäfgär jaqut 'сапфир'. Ср. в других тюркских языках: тат. zäfgär cipcik 'лазоревка', чув. senker cäräs 'голубая ель'.
В сибирских тюркских языках также есть лексемы со значением 'голубой', созвучные со словом zäfgär: алт. cafqir 'голубой, светло-синий, лазурный', тув. saf-gir 'неспелый, зеленый', 'светло-зеленый', которые, как предполагает О. Т. Молчанова, могут быть заимствованиями из монгольских языков. В монгольских языках лексические параллели также имеют значения 'голубой, светло-голубой, светло-синий': калм. zefkr, монг. tzenxer, senker, бур. senxir [Молчанова, 1988, с. 98]. Г. Рамстедт, наоборот, калм. zefkr (zefker) 'купорос' относит к тюркскому zäfgär, который, в свою очередь, является персидским заимствованием [Ramstedt, 1935, S. 473].
Итак, можно предположить, что персидское слово jj (zäggar) вошло в некоторые тюркские языки (башкирский, татарский, чувашский, узбекский), откуда проникло в монгольские языки и, возможно, впоследствии из монгольского было заимствовано сибирскими тюркскими языками.
3. Jäsel
Пратюркская форма восстанавливается таким образом: jas-'il, которая, в свою очередь, восходит к позднеалтайскому niöie 'зеленый, зелень, поросль'. Счита-
ется, что цветообозначение jas-ïl 'зеленый' появилось позднее, чем *kök и является производным от jas 'молодой; молодая (зелень)', т. е. слово первоначально обозначало цвет зеленой травы (СИГТЯ, 2001, с. 604-605, Дыбо, 2013, с. 290). Во многих тюркских языках прослеживается эта форма с фонетическими вариациями: аз., туркм., кум. jasïl, узб. jasil, башк. jäsel, тат. jasel, тур., гаг., уйг. jesil, чув. jesël (из тат.), ног. jasïl, кбалк. djasil, кирг. jasïl, каз., ккалп. jasïl, алт. d'ajïl, хак. диалект cazïl, шор., тув. cajïl, чув. jesël (заимствовано из татарского).
Слово jasïl встречается во многих тюркских письменных источниках в значениях 'зеленый' и 'голубой': в памятнике в честь Кюль-Тегина (Малов, 1951, с. 30), поэме "Кутадгу Билиг" (ДТС, 1969, с. 246), словаре Кашгари (Кашгари, 2005, с. 754), Среднеазиатском Тефсире [Боровков, 1961, с. 148], тюрко-арабском словаре XIII в. (Курышжанов, 1970, с. 126) и других, что свидетельствует о широком его употреблении.
В том или ином языке лексема jasyl имеет следующие значения: зеленый, темно-зеленый, ярко-зеленый, зеленый и синий, голубой; свежий, яркий; незрелый; селезень, селезень с зеленой головой; темно-рыжая лошадь; сизый (ЭСТЯ, 1989, с. 164).
В башкирском языке наблюдаются следующие значения слова jäsel 'зеленый' .
3.1. Основное значение лексемы jäsel - 'зеленый': jäsel japraq 'зеленый лист', jäsel tuqïma 'зеленая материя', jäselgä bujatïw 'покрасить в зеленый цвет'. В других тюркских языках: тат. ja^l tukïma 'зеленая ткань', ног. jasïl japïrak 'зеленый лист', гаг. jesil fidan 'зеленое деревце', узб. jasil rang 'зеленый цвет', чув. jesël tum 'зеленый наряд' .
Оттенки цветообозначения образуются аналитическим путем - прилагательное + jäsel: asïq jäsel 'светло-зеленый' , qujï jäsel 'темно-зеленый, густо-зеленый' , tomq jäsel 'тускло-зеленый'.
Слово участвует в образовании ботанических и зоонимических терминов, названий минералов: башк. диал. jäsel Yоrt 'светлячок' (досл. 'зеленая пчела'), jäsel jïlan 'ящерица' (досл. 'зеленый змей'), jäsel töjöt 'пеночка (птица)' (досл. 'зеленая пеночка'), jäsel jäwhär 'изумруд' (досл. 'зеленый бриллиант'). В других тюркских языках: тат. jaibas 'зеленоголовка (сорт моркови, досл. 'зеленая голова')', туркм. jasïlbas 'селезень, утка-кряква', уйг. jesilta 'малахит' (досл. 'зеленый камень'), тув. cajïl 'заячья капуста'.
3.2. Часто наблюдается метонимический перенос зеленый ^ покрытый зеленью: jäsel jalan 'зеленое поле', jäsel huqmaq 'зеленая тропинка'. В других тюркских языках: тат. ja^l uram 'зеленая улица', ккалп. jasïllï 'покрытый зеленью', jasïlï bäxärgi dala 'весенняя степь, покрытая зеленью', кирг. jasïl bak 'зеленый сад', хак. cazïl pük 'зеленая лужайка', cazïlda mal cö^ 'скот пасется на отаве', чув. jesël caran 'зеленый луг'.
3.3. Метонимический перенос зеленый ^ свежий (по отношению к трaве) также закрепилось в языке: башк. jäsel ülän 'молодая трава', jäsel bеsän 'свежее сено', jäsel japraq 'зеленый лист'.
3.4. Метонимический перенос зеленый ^ рaстительный: башк. jäsel adbiq 'зеленый корм', jäsel massa 'зеленая масса'. В других тюркских языках: тат. ja^l azïk 'зеленый корм', ja^l aslama 'зеленое удобрение', чув. jesël apat 'зеленый корм'.
3.5. Метонимический перенос зеленый ^ недоспелый, недозрелый (о плодйх, злaкaх) связан с цветом неспелого фрукта, ягоды и т. д.: башк. jäsel alma 'зеленое яблоко', jäsel qawïn 'неспелая дыня'. В других тюркских языках: тат. ja^l alma
'зеленое яблоко', jasel karligan 'неспелая смородина', jasel borcak 'зеленый горошек', кум. jasil alma 'неспелое (зеленое) яблоко', чув. panulmine jesäl ci 'есть яблоки зелеными'.
Как показывают примеры из п. 3.2-3.5, вышеперечисленные метонимические переносы цвет ^ другой признак происходят на основании внешнего признака, например, в выражении jäsel qarayat 'зеленая смородина' лексема jäsel подразумевает не цвет, а окраску неспелого плода.
3.6. Синий. В басульском подговоре башкирского языка словом jäsel обозначается синий цвет. Это можно объяснить таким образом: у тюрков kük обозначал макроцвет «синий - голубой - зеленый», а jäsel имел статус названия зеленого оттенка; в басульском говоре, возможно, статус названия зеленого оттенка jäsel перешел в обозначение сначала всего макроцвета, а затем стал обозначением только синего оттенка, тогда как kük закрепилось за зеленым оттенком.
3.7. Переносное значение слова jäsel - визгливо-писклявый (о голосе): jäsel tawis menän 'кричать визгливо-писклявым голосом'. Такое же значение имеет слово в сочетании со словом kük: kükMe-jäselle tawis siyariw 'издавать визгливо-писклявые звуки'. Это значение зафиксировано и в словаре татарского языка: jasel tawis belän 'визгливым голосом'.
В том или ином тюркском языке наблюдаются также значения 'цветущий', 'яркий', 'неопытный / молодой', которые не зафиксированы в словарях башкирского языка: ккалп. jasil bay 'цветущий сад', кирг. jasil gül 'яркий цветок', чув. jesäl tänce 'цветущая природа'. чув. ese simesxa mana värentme 'ты еще зелен учить меня', väljesäl käna-xa 'молод он еще'.
Таким образом, слово jäsel восходит к пратюркскому слову jäs-il 'зеленый, цвет зеленой травы'. Большинство дополнительных значений связано с тем, что оно изначально было названием цвета молодой свежей растительности, зелени: свежий, молодой, покрытый зеленью, неспелый.
4. Лексемы для обозначения синего, голубого, зеленого цветов в тюркских языках
Для исследования процесса развития башкирских цветообозначений на фоне других тюркских языков приведем таблицу, где представлены лексемы-доминанты для обозначения этих трех цветов, зафиксированные в словарях (см. далее).
В пратюркском языке kük обозначал макроцвет «синий - голубой - зеленый». Но в процессе эволюции, как видим из таблицы, kük осталась во всех тюркских языках как лексема для обозначения синего цвета, а также цвета молодой зеленой травы. Другое пратюркское слово jäsel, которое изначально обозначало цвет зеленой травы, начало употребляться по отношению к другим предметам, кроме молодой зеленой травы. В чувашском для этого цвета заимствовано персидское слово simes, в сибирских языках (алтайском, тувинском, хакасском) - монгольское nogon / noyan / noga:n. Для голубого цвета в некоторых кыпчакских (в татарском, башкирском, разговорном казахском и, возможно, в ногайском), а также в алтайском, узбекском, чувашском заимствовано персидское J^ jj (zäggar), в огузских - арабское Maeu.
Итак, в происхождении и эволюции цветообозначений kük, zäfgär, jäsel в башкирском языке наблюдается следующая тенденция: развитие семантики слова kük происходило в направлении, характерном для западных тюркских языков, jäsel -для кыпчакско-огузских, zäfgär - в основном для кыпчакских.
Лексемы для обозначения синего, голубого, зеленого цветов
в тюркских языках Lexemes for blue, sky blue, green colors in the Turkic languages
Языки Цвет
синий голубой зеленый
Кыпчакские башк. kuk zaggar jasel, kuk
тат kuk zaggar ]а§е1
каз. kok 7е^ег (разг.) 3asil
ккалп. kok kok 3asil
ног. kok kok, zеggеr jasil
кбалк. kok kok d3asil
кар. kok kok jesil
кум. gбк gбк jasil
Киргизско-кыпчакские кирг. kok kok 3asil
алт. kok Cаgqir, kok d'a3il, nogon
Огузские аз. koj mavi jasil
гаг. gбк mavi jesil
туркм. gбк mavi jasil
тур. mavi, гок mavi jesil
Карлукские узб. kyk zangori, movij jasil, sabza
уйг. kok kok, hаvаrag jesil
Уйгуро -огузские тув. kok kok nоgа:n, kok
хак. kok kok туаи, kok
як. kuox kuox kuox
Булгарские чув. kavak senker simes, jesel
Заключение
Таким образом, анализируя значения лексем Ы^ zйqgйr, jasel в башкирском языке, мы выяснили следующее.
В современном литературном башкирском языке есть четкие разграничения для обозначения участков спектра: синий - кик, голубой - zйqgйr, зеленый - jйsel. Но в диалектах эти разграничения не наблюдаются: kuk может обозначать любой из этих трех цветов, jйsel может употребляться как для зеленого, так и для синего цвета, zйqgйr - для голубого или синего.
Лексемы kuk и jйsel восходят к пратюркским словам *gд:k, ^-11, присутствуют практически во всех тюркских языках и имеют значения, общие для большинства из них. Слово zйqgйr восходит к персидскому ^3 ^аадат), которое также есть в татарском, ногайском, казахском, узбекском, чувашском языках. К тому же корню можно отнести алт. cацqir, тув. яа^'г, предполагая такую эволюцию слова: восточнотюркское < монгольское < западнотюркское < персидское.
Кроме обозначений синего, голубого и зеленого цветов, лексема kuk в башкирском языке сохранила пратюркские значения серый, седой, сивый, сизый. Но, тем не менее, в башкирском языке имеется отличающееся от других тюркских языков коннотативное значение - западный, в то время как в других тюрк-
ских языках западная сторона обозначается цветообозначениями жeлтый или бeлый.
Слово jäsel кроме значений 3eMeHbiü, синий имеет дополнительные значения, большинство из которых связаны с тем, что оно изначально было названием цвета молодой свежей растительности, зелени: свежий, молодой, покрытый зеленью, растительный, недоспелый, недозрелый.
Слово zäfgär используется для обозначения только цвета - голубого или синего.
Список сокращений
Языки: аз. - азербайджанский, алт. - алтайский, башк. - башкирский, булг. -булгарские, бур. - бурятский, гаг. - гагаузский, каз. - казахский, калм. - калмыцкий, кар. - караимский, карл. - карлукские, кбалк. - карачаево-балкарский, кирг. -киргизский, ккалп. - каракалпакский, кум. - кумыкский, кыпч. - кыпчакские, маньчж. - маньчжурский, монг. - монгольский, ног. - ногайский, огузск. -огузские, сюг. - сарыг-югурский, тат. - татарский, тоф. - тофаларский, тув. - тувинский, тур. - турецкий, туркм. - туркменский, узб. - узбекский, уйг. - уйгурский, уйг.-огузск. - уйгуро-огузские, хак. - хакасский, чув. - чувашский, чул. -чулымский, шор. - шорский, эвенк. - эвенкийский, як. - якутский
Список литературы
Боровков А. К. Лексика среднеазиатского тефсира XII-XIII вв. М., 1961.
Кононов А. Н. Семантика цветообозначений в тюркских языках // Тюркологический сборник - 1975. М., 1978. С. 159-179.
Мoлчaнoвa О. Т. Серые, красные, синие, промежуточные цвета в ономастиконе некоторых тюркских народов // Ареальные исследования по башкирской диалектологии и ономастике Башкирии. Уфа, 1988. С. 89-103.
Мурaтoвa Р. Т. Цветообозначение hapbi 'желтый' в башкирском языке: генезис, развитие и лексико-семантическая характеристика // Урало-алтайские исследования. 2018а. № 2. С. 53-70.
Мурaтoвa Р. Т. Генезис, развитие и лексическая семантика цветообозначения qbidbm 'красный' в башкирском языке // Oriental Studies. 2018б. № 5. С. 120-131. DOI 10.22162/2619-0990-2018-39-5-120-131
Хисaмитдинoвa Ф. Г., Мурaтoвa Р. Т., Ягaфaрoвa Г. Н., BaMueea М. Р. Цветообозначения в башкирской топонимии // Вопросы ономастики. 2019. № 1. С. 140159. DOI 10.15826/vopr_onom.2019.16.1.008
Список источников и словарей
АСБЯ - Академический словарь башкирского языка / Под ред. Ф. Г. Хисамит-диновой. Уфа, 2012. Т. 3-4.
Ашмaрин Н. И. Словарь чувашского языка. Чебоксары, 1934. Т. 7.
Бeктaeв К. Большой казахско-русский, русско-казахский словарь. Алматы, 1995.
БТСЯЯ - Большой толковый словарь якутского языка. Новосибирск, 2008. Т. 5.
Будaгoв Л. З. Сравнительный словарь турецко-татарских наречий. СПб., 1871. Т. 2.
ГРМС - Гагаузско-русско-молдавский словарь. М., 1973.
Гaркaвeц А. Н. Codex Cumanicus: Половецкие молитвы, гимны и загадки XIII-XIV вв. М., 2006.
ДСБЯ - Диалектологический словарь башкирского языка. Уфа, 2002.
ДТС - Древнетюркский словарь. Л., 1969.
Дыбо А. В. Этимологический словарь тюркских языков. Астана, 2013.
КарРС - Каракалпакско-русский словарь. М., 1958.
Кaтaринский В. В. Башкирско-русский словарь. Оренбург, 1899. 237 с.
Кaшгaри М. Диван Лугат ат-турк / Пер., предисл. и коммент. З.-А. М. Ауэзо-вой. Алматы, 2005.
КБРС - Карачаево-балкарско-русский словарь. М., 1989.
КБЯП - Корпус башкирского языка. Проза. URL: http://212.193.132.98/ bashkorp/bashkorp (дата обращения 24.06.2019).
КБЯФ - Корпус башкирского языка. Фольклор. URL: http://212.193.132.98/ bashkorp/korpusfol (дата обращения 24.06.2019).
КРПС - Караимско-русско-польский словарь. М., 1974.
КумРС - Кумыкско-русский словарь. М., 1969.
Курышжaнoв А. К. Исследование по лексике старокыпчакского письменного памятника XIII в. - Тюркско-арабского словаря. Алма-Ата: Наука, 1970. 234 с.
Мaлoв С. Е. Памятники древнетюркской письменности. Тексты и исследования. М., Л., 1951.
Нaджип Э. Н. Уйгурско-русский словарь. М., 1968.
НРС - Ногайско-русский словарь. М., 1963.
Рaдлoв В. В. Опыт словаря тюркских наречий. СПб., 1911. Т. 4, ч. 1.
РАС - Русско-алтайский словарь. М., 1964.
СИГТЯ - Сравнительно-историческая грамматика тюркских языков. Лексика. М., 2001.
Тaгиeв М. Т. и др. Азербайджанско-русский словарь: В 4 т. Баку, 2006.
ТатРС - Татарско-русский словарь: В 2 т. Казань, 2007.
ТувРС - Тувинско-русский словарь. М., 1968.
ТуркмРС - Туркменско-русский словарь. М., 1968.
ТурРС - Турецко-русский словарь. М., 1977.
УРС - Узбекско-русский словарь. М., 1959.
Фeдomoв М. Р. Этимологический словарь чувашского языка. Чебоксары, 1996. Т. 1-2.
ХРС - Хакасско-русский словарь. Новосибирск, 2006.
ЧРС - Чувашско-русский словарь. Чебоксары, 1985.
ЭСТЯ - Этимологический словарь тюркских языков. Общетюркские и межтюркские основы на буквы "В", "Г", "Д". М., 1980.
ЭСТЯ - Этимологический словарь тюркских языков. Общетюркские и межтюркские основы на буквы "Ж", "Ж", "Й". М., 1989.
Юдaxин К. К. Киргизско-русский словарь. М., 1965.
Clauson G. An etymological dictionary of the Thirteenth-Century Turkish. Oxford, 1972.
Ramstedt G. J. Kalmückisches Wörterbuch. Helsinki, 1935.
Starostin S. A., Dybo A. V., Mudrak O. A. An Etymological Dictionary of Altaic Languages. Leiden, 2003.
References
Borovkov A. K. Leksika sredneaziatskogo tefsira 12-13 vv. [Vocabulary of the Middle Asian tefsir from 12th-13th centuries]. Moscow, 1961.
Khisamitdinova F. G., Muratova R. T., Yagafarova G. N., Valieva M. R. Tsveto-oboznacheniya v bashkirskoy toponimii [Color designations in Bashkir toponymy]. Problems of Onomastics. 2019, no. 1, pp. 140-159. DOI 10.15826/vopr_onom.2019. 16.1.008
Kononov A. N. Semantika tsvetooboznacheniy v tyurkskikh yazykakh [Semantics of color terms in the Turkic languages]. In: Tyurkologicheskiy sbornik - 1975 [Turko-logical collection - 1975]. Moscow, 1978, pp. 159-179.
Molchanova O. T. Serye, krasnye, sinie, promezhutochnye tsveta v onomastikone nekotorykh tyurkskikh narodov [Color terms for grey, red, blue in Turkic onomastics]. In: Areal 'nye issledovaniya po bashkirskoy dialektologii i onomastike Bashkirii [Areal studies of Bashkir dialects and onomastics of Bashkortostan]. Ufa, 1988, pp. 89-103.
Muratova R. T. Tsvetooboznachenie hary 'zheltyy' v bashkirskom yazyke: genezis, razvitie i leksiko-semanticheskaya kharakteristika [The color term for 'yellow' in the Bashkir language: genesis, development and lexical-semantic characteristics]. Ural-Altaic Studies. 2018a, no. 2, pp. 53-70.
Muratova R. T. Genezis, razvitie i leksicheskaya semantika tsvetooboznacheniya qythyl 'krasnyy' v bashkirskom yazyke [The Bashkir Colour Term Qyzyl ('Red'): Genesis, Evolution and Lexical Semantics]. Oriental Studies. 2018b, no. 5, pp. 120-131. DOI 10.22162/2619-0990-2018-39-5-120-131
List of sources and dictionaries
Akademicheskiy slovar' bashkirskogo yazyka [The academic dictionary of the Bashkir language]. F. G. Khisamitdinova (Ed.). Ufa, 2012, vols. 3-4.
Ashmarin N. I. Slovar' chuvashskogoyazyka [Dictionary of Chuvash]. Cheboksary, 1934, vol. 7.
Bektaev K. Bol'shoy kazakhsko-russkiy, russko-kazakhskiy slovar' [Great Kazach-Russian, Russian-Kazach dictionary]. Almaty, 1995.
Bol'shoy tolkovyy slovar' yakutskogo yazyka [Big Explanatory Dictionary of the Yakut language]. Novosibirsk, 2018, vol. 5.
Budagov L. Z. Sravnitel'nyy slovar' turetsko-tatarskikh narechiy [Comparative dictionary of Turkish-Tatar dialects]. St. Petersburg, 1871, vol. 2.
Clauson G. An etymological dictionary of the Thirteenth-Century Turkish. Oxford, 1972.
Chuvashsko-russkiy slovar [Chuvash-Russian Dictionary]. Cheboksary, 1985.
Dialektologicheskiy slovar' bashkirskogo yazyka [Dialectological dictionary of Bashkir]. Ufa, 2002.
Drevnetyurkskiyslovar' [Old Turkic dictionary]. Leningrad, 1969.
Dybo A. V. Etimologicheskiy slovar' tyurkskikh yazykov [Etymological Dictionary of Turkic Languages]. Astana, 2013.
Etimologicheskiy slovar' tyurkskikh yazykov. Obshchetyurkskie i mezhtyurkskie osnovy na bukvy "V", "G", "D" [Etymological Dictionary of Turkic Languages. The Common Turkic and Inter-Turkic Bases on the letters "V", "G", "D"]. Moscow, 1980.
Etimologicheskiy slovar' tyurkskikh yazykov. Obshchetyurkskie i mezhtyurkskie osnovy na bukvy "W", "Zh", "Y" [Etymological Dictionary of Turkic Languages. The Common Turkic and Inter-Turkic bases on the letters "Y", "G", "Y"]. Moscow, 1989.
Fedotov M. R. Etimologicheskiy slovar' chuvashskogo yazyka [Etymological Dictionary of the Chuvash Language]. Cheboksary, 1996, vols. 1-2.
Gagauzsko-russko-moldavskiy slovar' [Gagauz-Russian-Moldavian dictionary]. Moscow, 1973.
Garkavets A. N. Codex Cumanicus: Polovetskie molitvy, gimny i zagadki 13-14 vv. [Codex Cumanicus: Polovtsian prayers, hymns and riddles of 13th-14th centuries]. Moscow, 2006.
Karachaevo-balkarsko-russkiy slovar' [Karachai-Balkar-Russian dictionary]. Moscow, 1989.
Karaimsko-russko-pol'skiy slovar' [Karaime-Russian-Polish dictionary]. Moscow, 1974.
Karakalpaksko-russkiyslovar' [Kara-Kalpak-Russian dictionary]. Moscow, 1958.
Kashgari M. Divan Lugat at-turk [Diwan Lughat at-Turk]. Z.-A. Auezova (Transl., intr., comm.) Almaty, 2005.
Katarinskiy V. V. Bashkirsko-russkiy slovar' [Bashkir-Russian Dictionary]. Orenburg, 1899, 237 p.
Khakassko-russkiyslovar' [Khakass-Russian Dictionary]. Novosibirsk, 2006.
Korpus bashkirskogo yazyka. Fol'klor [Corpus of the Bashkir language. Folklore]. URL: http://212.193.132.98/bashkorp/korpusfol. (accessed: 24.06.2019).
Korpus bashkirskogo yazyka. Proza [Corpus of the Bashkir language. Prose]. URL: http://212.193.132.98/bashkorp/bashkorp (accessed: 24.06.2019).
Kumyksko-russkiyslovar' [Kumyk-Russian dictionary] Moscow, 1969.
Kuryshzhanov A. K. Issledovanie po leksike starokypchakskogo pis'mennogo pamyatnika 13 v. - Tyurksko-arabskogo slovarya [Research on the vocabulary of the old Kypchak written monument of the 13th century - the Turkic-Arabic dictionary]. Alma-Ata, 1970.
Malov S. E. Pamyatniki drevnetyurkskoypis'mennosti. Teksty i issledovaniya [Monuments of Old Turkic writing. Texts and studies]. Moscow, Leningrad, 1951.
Nadzhip E. N. Uygursko-russkiy slovar' [Uighur-Russian dictionary]. Moscow, 1968.
Nogaysko-russkiyslovar' [Nogai-Russian dictionary] Moscow, 1963.
Radlov V. V. Opyt slovarya tyurkskikh narechiy [Experience of the dictionary of Türkic dialects]. St. Petersburg, 1911, vol. 4, pt. 1.
Ramstedt G. J. Kalmückisches Wörterbuch. Helsinki, 1935.
Russko-altayskiyslovar' [Russian-Altaic Dictionary]. Moscow, 1964.
Sravnitel 'no-istoricheskaya grammatika tyurkskikh yazykov. Leksika [Comparative-historical grammar of Türkic languages. Vocabulary]. Moscow, 2001.
Starostin S. A., Dybo A. V., Mudrak O. A. An Etymological Dictionary of Altaic Languages. Leiden, 2003.
Tagiev M. T. et. al. Azerbaydzhansko-russkiy slovar'. V 4 t. [Azerbaijani-Russian dictionary. In 4 vols]. Baku, 2006.
Tatarsko-russkiy slovar': V21. [Tatar-Russian dictionary: In 2 vols]. Kazan, 2007.
Turetsko-russkiyslovar' [Turkish-Russian dictionary]. Moscow, 1977.
Turkmensko-russkiyslovar' [Turkmen-Russian dicionary]. Moscow, 1968.
Tuvinsko-russkiyslovar' [Tuvan-Russian dictionary]. Moscow, 1968.
Uzbeksko-russkiyslovar' [Uzbek-Russian dictionary]. Moscow, 1959.
Yudakhin K. K. Kirgizsko-russkiy slovar' [Kirghiz-Russian Dictionary]. Moscow, 1965.
Сведения об авторе
Муратова Римма Талгатовна - кандидат филологических наук, старший научный сотрудник Ордена Знак Почета Института истории, языка и литературы Уфимского федерального исследовательского центра Российской академии наук (Уфа, Россия)
bairima@yandex.ru ORCID 0000-0003-4223-0675
Information about the author
Rimma T. Muratova - Candidate of Philology, Senior Researcher of the Institute for History, Language and Literature of the Ufa Federal Research Centre of the Russian Academy of Sciences (Ufa, Russian Federation)
bairima@yandex.ru ORCID 0000-0003-4223-0675