Научная статья на тему 'Генеалогия понятия «Либерализм»: II. Либертины (либертены) и либертинаж'

Генеалогия понятия «Либерализм»: II. Либертины (либертены) и либертинаж Текст научной статьи по специальности «История и археология»

CC BY
2105
251
i Надоели баннеры? Вы всегда можете отключить рекламу.
Ключевые слова
ЛИБЕР (ВАКХ / LIBER (BACCHUS / ДИОНИС) / ЛИБЕРТИНАЖ / LIBERTINAGE / ЛИБЕРТИНЫ (ЛИБЕРТЕНЫ) / МАСОНСТВО / FREEMASONRY / ПОНЯТИЕ "ЛИБЕРАЛИЗМ" / THE CONCEPT OF "LIBERALISM" / ПРОТЕСТАНТИЗМ / PROTESTANTISM / РОЗЕНКРЕЙЦЕРСТВО / ROSICRUCIANISM / DIONYSUS) / LIBERTINES (LIBERTENES)

Аннотация научной статьи по истории и археологии, автор научной работы — Калашников Михаил Васильевич

В статье на материале европейской истории Нового времени исследуется генеалогия понятия «либерализм». Рассматриваются социальные и мистико-символические практики протестантизма, розенкрейцерства, масонства и либертинажа в их связи с античным фаллическим культом Либера (Вакха, Диониса) и наследием гностиков. Для анализа понятий использован метод историко-семантического анализа.

i Надоели баннеры? Вы всегда можете отключить рекламу.
iНе можете найти то, что вам нужно? Попробуйте сервис подбора литературы.
i Надоели баннеры? Вы всегда можете отключить рекламу.

THE GENEALOGY OF THE CONCEPT OF “LIBERALISM”: II. LIBERTINES (LIBERTENES) AND LIBERTINAGE

The article examines the genealogy of the concept of “liberalism” on the basis of the history of the Modern Age in Europe. It explores social and mystical and symbolic practices of Protestantism, Rosicrucianism, Freemasonry and libertinage with regard to their connection to the Antiquity's phallic cult of Liber (Bacchus, Dionysus) and to the legacy of the gnostics. The methods of historical semantics are being used to analyze the concepts

Текст научной работы на тему «Генеалогия понятия «Либерализм»: II. Либертины (либертены) и либертинаж»

УДК 94(4)+316.75+81'371(=1.3)-058.1

ГЕНЕАЛОГИЯ ПОНЯТИЯ «ЛИБЕРАЛИЗМ»: II. ЛИБЕРТИНЫ (ЛИБЕРТЕНЫ) И ЛИБЕРТИНАЖ1

М.В. Калашников

Саратовский государственный технический университет имени Гагарина Ю.А., кафедра истории Отечества и культуры E-mail: kalash.mv@mail.ru

В статье на материале европейской истории Нового времени исследуется генеалогия понятия «либерализм». Рассматриваются социальные и мистико-симво-лические практики протестантизма, розенкрейцерства, масонства и либертина-жа в их связи с античным фаллическим культом Либера (Вакха, Диониса) и наследием гностиков. Для анализа понятий использован метод историко-семанти-ческого анализа.

Ключевые слова: Либер (Вакх, Дионис), либертинаж, либертины (либерте-ны), масонство, понятие «либерализм», протестантизм, розенкрейцерство.

M.V. Kalashnikov

Yuri Gagarin State Technical University of Saratov

THE GENEALOGY OF THE CONCEPT OF "LIBERALISM": II. LIBERTINES (LIBERTENES) AND LIBERTINAGE

The article examines the genealogy of the concept of "liberalism" on the basis of the history of the Modern Age in Europe. It explores social and mystical and symbolic practices of Protestantism, Rosicrucianism, Freemasonry and libertinage with regard to their connection to the Antiquity]s phallic cult of Liber (Bacchus, Dionysus) and to the legacy of the gnostics. The methods of historical semantics are being used to analyze the concepts.

Keywords: Liber (Bacchus, Dionysus), libertinage, libertines (libertenes), Freemasonry, the concept of "liberalism", Protestantism, Rosicrucianism.

На волне ранневозрожденческого гуманизма, когда, по словам Петрарки «И плотники, и крестьяне бросили свое дело и толкуют о музах и Аполлоне», в середине 70-х гг. XIV в. на севере Италии начинается восстание против власти иноземного папства

1 Продолжение. Начало см.: Калашников М.В. Генеалогия понятия «либерализм»: I. Либер и либертины / / История и историческая память. Саратов, 2013. Вып. 7-8. С. 122-143.

и господства католического духовенства. Восстание начала богатая торгово-ростовщическая Флорентийская республика, полностью подчинив духовную власть светской. В ходе восстания, вероятно впервые накануне Нового времени, появляется сакраментальное «libertas». Немецкий историк второй половины XIX в. Ф. Грегоровиус писал: «Разносимо было красное знамя с надписью серебряными буквами на оном Libertas, и вскоре застонала вся Тоскана и церковная область от опьяняющих кликов "Свобода! Свобода!"»2.

В конце 20-х - начале 30-х гг. XVI в. на волне радикальной Реформации в Нидерландах и в рейнской области Германии (Страсбург), затем во Франции (Руан, Париж) и в Женеве в неоднородном движении анабаптистов появляется секта «спиритуа-лов» («духовных»). В Европе того времени они были известны и как «либертины» или «духовные либертины»3. Они выступали с критикой как католической, так и протестантской Церквей и отвергали существующую в них обрядность. Более того, они, отвергая христианскую мораль, отрицали необходимость существования таких социальных институтов как государство и семья, которые, по их мнению, стесняли свободу человека. Против секты «спиритуалов» выступили как католики, так и протестанты.

Активную борьбу с сектой «спиритуалов» вел французский богослов Ж. Кальвин, ставший одним из лидеров Реформации и основателем специфического направления протестантизма получившего название кальвинизм. В 1541 г. Ж. Кальвин, отличавшийся крайней религиозной нетерпимостью, становится фактическим диктатором Женевы и превращает ее в один из центров Реформации. Опровержению взглядов приверженцев секты «спи-ритуалов» Ж. Кальвин посвятил в 1545 г. специальное сочинение -памфлет «Contre la secte phantastique et furieuse des Libertins qui se nomment spirituelz»4 («Против фантастической и неистовой секты либертинов, которые называют себя духовными»). Таким обра-

2 Грегоровиус Ф. История города Рима в Средние века (от V до XVI столетия). М., 2008. С. 1141.

3 Уоллес Р.С. Кальвин, Женева и Реформация: Изучение Кальвина как общественного деятеля Реформации, церковнослужителя, пастора и богослова. СПб., 2005. С. 43.

4 Calvin J. Contre la secte phantastique et furieuse des Libertins qui se nomment spirituelz / / Ioannis Calvini Opera Quae Supersunt Omnia. 55 v. Brunsvi-gae, 1868. V. 7. Col. 145-248.

зом, именно Ж. Кальвин, явно отталкиваясь от описанного А. Августином5 древнеримского культа Либера, уже в Новое время ввёл во французский язык новое слово - либертины.

Заметим, что с точки зрения традиционного предметно-номиналистического подхода к либерализму все представляется в обратной перспективе. Так, например, американский исследователь у. Дюран, полагая, что слово либертин имело в XVI в. то же значение, что и слово либерал в середине XX в. (сторонник «свободы совести и вероисповедания»), писал: Ж. Кальвин, обличая моральную распущенность духовных либертинов, «придал слову либертин новую коннотацию»6, то есть впервые употребил его в негативном значении «распутник».

Основную массу членов секты «спиритуалов» составляли простолюдины, то есть плебс. «Плебейская принадлежность и невежество идеологов этой секты, - как пишет Н.В. Ревуненкова, -стали для Кальвина одним из мотивов ее дискредитации». В памфлете против секты «спиритуалов» Ж. Кальвин представил их сознательными обманщиками, «отравителями народа», подчеркнув антихристианскую сущность их учения. Отвергая христианские догматы о сотворении мира, о Христе, о грехе и воздаянии «спиритуалы» или, как их называл Ж. Кальвин, «духовные либертины», полагали относительным и различение добра и зла. Придерживаясь пантеизма, «духовные либертины» положили в основу своего учения игровое и смеховое восприятие мира. Земной мир они представляли подобием божественной игры и считали, что духовная свобода и рай возможны и на земле, а не в «ином мире», как гласили христианские догматы7.

В борьбе против «духовных либертинов» Ж. Кальвин провел в Женеве ряд жестких реформ направленных на утверждение «мирского аскетизма» и укрепление христианской морали. Посещения церковной службы стали обязательными. Одновременно запрещались развлечения, театр, танцы, яркие одежды (особенно красного цвета) и громкий смех.

5 Ж. Кальвин ссылается на книгу А. Августина «О Граде Божием» (Calvin J. Contre la secte phantastique et furieuse des Libertins qui se nomment spiri-tuelz. Col. 205).

6 Durant W. The Reformation. A History of European Civilization from Wy-clif to Calvin: 1300-1564. New York, 1957. P. 469.

7 Ревуненкова Н.В. Ренессансное свободомыслие и идеология Реформации. М., 1988. С. 159-173.

В рамках протестантизма среди различных сект и течений оформляется и откровенно антихристианское направление. В 1540-х - начале 1550-х гг. появляются «ахристы» (achristes), то есть те, кто отвергал идею откровения и не признавал божественность Иисуса Христа. В этот же период, как писал Ю.Б. Виппер, «...возникает и получает распространение (первоначально по-гречески, затем на латинском и, наконец, на французском языке) термин "атеист"»8.

Под влиянием идеологии духовных либертинов в середине XVI в. появляется и поэзия либертинажа. Вокруг молодого французского поэта, впоследствии католического священника, П. де Ронсара складывается поэтический кружок (группа) «Пля-да» (первоначально Бригада). Для творчества «Пляды» и, в особенности П. де Ронсара, характерно возвращение к античным мотивам и образам. В 1549 г. П. де Ронсар пишет стихотворение «Вакханалии или наивеселейшее путешествие в Аркейль, что под Парижем, посвященное жизнерадостной компании его спутников», в 1553 г. - «Дифирамбы в честь козла Этьена Жоделя, трагедийного поэта», в 1554 г. - «Гимн Вакху». В первой половине 1550-х гг. для поэзии П. де Ронсара характерны вакхические мотивы. В «Вакханалиях», как пишет Ю.Б. Виппер, «.мы обнаруживаем отдельные мотивы, восходящие к древнегреческому наследию, они все же в первую очередь проникнуты латинским по своим истокам и природе художественным началом. Иное дело "Дифирамбы". Они овеяны греческим "духом". Экстатическое прославление Вакха -Диониса из побочной темы становится основной <...> Творчеству Ронсара первой половины 50-х годов свойствен культ Вакха. Своего апогея он достигает именно в "Дифирамбах". Вакх выступает здесь как могущественнейший из небожителей, власть которого, по существу, безгранична»9.

В различных мистических (оккультных) течениях, сектах и тайных обществах распространившихся в Европе в эпоху Возрождения и Реформации, а впоследствии и Просвещения, в той или иной степени использовалось наследие поздней античности и гностиков, воссозданное, впрочем, не как живая традиция, а как реконструированное книжное знание. Пошли в ход и различные

8 Виппер Ю.Б. Поэзия плеяды: Становление литературной школы. М., 1976. С. 85.

9 Там же. С. 337-338.

метафорические и метонимические имена и символы Либера (Диониса, Вакха).

Д. Бруно, беглый итальянский монах-доминиканец или, как он сам себя называл, «доктор самой изощрённой теологии, профессор самой чистой и безвредной магии», в книге «Изгнание Торжествующего Зверя», написанной в Англии в 1583-1585 гг., упоминает «отца Либера» в мифологическо-астрономическом контексте: «...венец Ариадны (Северная корона. - М. К.), в котором блестят 8 звезд и который сияет перед грудью Волопаса и кольцами Змеи, там единственно ради вечного воспоминания о беспорядочной любви отца Либера (Диониса. - М. К.), который сошелся с дочерью критского царя, отвергнутой насильником Тезеем»10.

Именно в период своего пребывания в Англии Д. Бруно «проповедовал необходимость возврата к магической религии Египта» отождествляя герметизм, магическое и оккультное учение, якобы восходящее к полумифической фигуре египетского жреца и мага Гермеса Трисмегиста, с египетской религией. То есть Д. Бруно, как пишет М. Элиаде, «.исповедовал религиозный универсализм, основывающийся на египетской магии»11. В 1585-1591 гг. Д. Бруно находился в Германии, где основал среди лютеран герметическую секту «джорданистов»12.

Английский историк идей Ф.А. Йейтс в книге 1972 г. писала: «Мы знаем, что период конца XVI - начала XVII века был эпохой расцвета тайных обществ, однако не представляем себе ни какие отношения связывали эти общества, ни чем они отличались друг от друга»13. Вряд ли за последние сорок лет ситуация изменилась. Но есть нечто общее, что эти общества, по крайней мере, ведущие, связывает, и если не в организационном отношении, то в идейно-символическом. Если оставить в стороне каббалу и алхимию, таким знаком-символом был Либер (Дионис, Вакх).

Распространение в Европе XVП-XVШ вв. палладианства (класс-сицистического стиля в архитектуре) по времени синхронно рас-

10 Бруно Д. Изгнание Торжествующего Зверя. Самара, 1997. С. 67. В древнегреческой мифологии Ариадна - «податливая» жена Диониса. См., например: Бакстон Р. Критский Эрос, или странные судьбы Ариадны / / Русская антропологическая школа. Труды. М., 2004. Вып. 1. С. 302-309.

11 Элиаде М. История веры и религиозных идей: в 3 т. М., 2002. Т. 3. С. 231.

12 О Д. Бруно см.: Йейтс Ф.А. Джордано Бруно и герметическая традиция. М., 2000.

13 Йейтс Ф. Розенкрейцерское Просвещение. М., 1999. С. 380.

пространению масонства. И то, что одним из символов масонского «делания» является обломанная колонна, над которой восходит солнце, совсем неслучайно. Не говоря уже о кронциркуле и мастерке. Ф.А. Йейтс писала: «...складывается впечатление, что отделение "спекулятивного" масонства от масонства "оперативного" было каким-то образом связано с возрождением интереса к Витрувию и классической архитектуре <.. .> франкмасонство как институт (а не как масонская легенда) начиналось в Англии параллельно с распространением "Августова" архитектурного стиля, впервые введенного Иниго Джонсом [в начале XVII в.]»14.

Вследствие тесной связи масонских идей и символики с распространением классицизма в архитектуре, принято считать, что слово масон образовано из французского maçon имевшего первоначальное значение «каменщик» и восходящего к среднелатин-скому mationes cementarii15. Но есть, однако, и несколько отличающаяся версия этимологии слов масон и масонство.

В начале XX в. И.М. Херасков со ссылкой на английских авторов полагал, что слово free-mason - франк-масон (свободный каменщик) перешло в европейские языки из английского. В частности, излагая английскую версию, И.М. Херасков писал: «.это были известные в Англии в эпоху готического стиля sculptores lapidum liberorum (первое упоминание - в документе начала XIII века) - "каменотесы свободных камней". "Свободными" камнями (Free-stones) в отличие от обыкновенных (rough-stones) назывались в Англии более мягкие каменные породы, вроде мрамора и известняка, употреблявшиеся для более тонкой, барельефной работы. Путем сокращения длинного термина freestone's mason и произошло, по этой гипотезе, английское слово free-mason»16 (выделено в публикации. - М. К.).

Не вдаваясь в историко-семантический анализ английских и латинских понятий, наложение семантических полей которых и привело в итоге к образованию понятия «масонство», выскажем ряд предположений. Вероятно, появление прилагательного сво-

14 Йейтс Ф. Указ. соч. С. 376.

15 Фасмер М. Этимологический словарь русского языка: в 4 т. М., 1986. Т. 2: (Е - Муж). С. 578.

16 Херасков И.М. Происхождение масонства и его развитие в Англии XVIII и XIX в. / / Масонство: [Сборник]. Репринт. воспроизведение изд.: Масонство в его прошлом и настоящем / под ред. С.П. Мельгунова и Н.П. Сидорова: [в 2 т.] М., 1914. [Т. 1]. М., 1991. С. 2-3.

бодный в связке со словом каменщик стало следствием семантического наложения на английское «mason» латинского «artes liberales» (свободные искусства) применительно к архитектуре, которое произошло в позднее средневековье и в эпоху Возрождения (Ренессанса).

Древние греки делили все искусства на свободные и обычные (простонародные), что более известно в латинской традиции как artes liberales, то есть искусства свободные от физических усилий -рациональные (умственные), и artes vulgares - искусства, требующие физических усилий - ремесленные (прикладные, то есть требующие приложения рук). Artes liberales, в которые входила и геометрия, ценились выше, чем artes vulgares, включавшие скульптуру и архитектуру. В Средние века это деление сохранялось. Вместе с тем Платон и Аристотель относили архитектуру к созидающим искусствам. В Древней Греции «architekton» - главный «руководитель созидания», «мастер», а «archtektonike» имело также общее значение «главной» науки или искусства. Позднее под «главным искусством» стали понимать архитектуру, которая первой из «механических» искусств, как стали называть в Средние века artes vulgares, начинает приближаться к искусствам свободным (artes liberales). В XV-XVI вв. отдельные авторы, в том числе итальянские, включали архитектуру в artes liberales, однако, балансируя на грани между «механическими» и свободными искусствами окончательно она была причислена к последним, которые стали называть изящными искусствами, только во второй половине XVIII века17.

Заметим, что герметист Д. Бруно в 1589-1590 гг. написал предназначенную для папы Климента VIII книгу «Le sette arti liberali» («Семь свободных искусств»), которая затерялась в архивах Ватикана и не найдена до настоящего времени.

В XV-XVI вв. геометрию, которая является основой архитектуры, как одну из artes liberales аллегорически олицетворяла фигура Евклида держащего циркуль. Другими атрибутами геометрии были шар (земной глобус или держава), угольник и линейка.

В «Рукописных Конституциях Масонов», как принято называть несколько средневековых поэм написанных около 1400 г., «оперативное» масонство, то есть ремесло средневековых каменщиков, отождествляется с геометрией, изобретение которой приписыва-

17 См.: Татаркевич В. История шести понятий. М., 2002.

27

ется в одной из них Тоту-Гермесу или Гермесу Трисмегисту, отождествляемому с Евклидом. Масонство, как пишет Ф. Йейтс, фактически отождествлялось с геометрией как истинным знанием, которое в ре-нессансной концепции восходит к «древней мудрости». В книге «Конституции Франкмасонов», опубликованной Дж. Андерсоном в 1725 г. приводится напутствие принятому в ложу новому брату, в котором есть такие слова: «Адам, первопрародитель наш, сотворенныш по образу Божию, по образу Великого Зодчего Вселенной, должен быт иметь Вольные Науки (Artes liberales. - М. К.), особенно Геометрию, запечатленными в Сердце Своем.»18.

Маргарет К. Джейкоб приводит выдержку из другого масонского документа 1659 г., хранящегося в архивах Лондонского королевского общества, в котором «говорится, что "это ремесло (Масонство. - М. К.) было основано благородными королями, принцами и другими почтенными людьми", и посвящено семи свободным искусствам, в частности геометрии - науке "отца мудрецов" Гермеса.»19.

Вполне очевидно, что начало различения в Англии в первой половине XVII в. спекулятивного и оперативного масонства означало отделение архитекторов (мастеров), как представителей одного из artes liberales, от собственно каменщиков (ремесленников). А для обоснования древности истоков спекулятивного масонства возникают мифические генеалогии, отсылающие к древнейшим временам. В итоге из смешения античных и современных (XVII-XVIII вв.) семантических планов и возникают масонские фантазии о дионисийских каменщиках (мастерах)20 якобы известных с X в. до н. э. - «architekton» («мастер»), архитектура, как одно из artes liberales и Либер как Дионис.

18 Йейтс Ф. Ук. соч. С. 374.

19 Джейкоб Маргарет К. Масонство / / Мир Просвещения. Исторический словарь. М., 2003. С. 276.

20 Впрочем, близкое по названию объединение в Древней Греции было. В IV в. до н. э. древнегреческие актеры для защиты своих интересов образовали в Афинах тесно сплоченное театральное сообщество, члены которого называли себя «Дионисовых дел мастерами». В сообщество входили только свободнорожденные мужчины. «Во главе стоял староста, избираемый на год. Он назывался "жрецом", так как в его обязанности входило приношение жертв богам от имени сообщества. Староста вел все деловые сношения с правителями и городами. Кроме того, в сообществе имелся свой казначей и другие должностные лица» (Головня В.В. История античного театра. М., 1972. С. 276).

В этой связи следует обратить внимание на одно совпадение, если и случайное, то, по меньшей мере, символическое. В описании аркадских пиров Афиней приводит отрывок из сочинения «Об обычаях фигалейцев» Гармодия Лепреатского, историка Аркадии III или II в. до н. э., в котором говорится: «Во время всех обедов, и прежде всего на так называемых мазонах («так до сих пор называются Дионисовы сборища» - комментирует Афиней), соблюдалось следующее правило: самым крепким едокам из молодежи подливали больше похлебки и подкладывали дополнительные лепешки и хлебцы - эти юноши считались мужественными и правильно воспитанными, потому что обжорство у них было в большом почете и всячески восхвалялось»21 (выделено в публикации. - М. К.).

Под влиянием поздней античной традиции масоны начинают отождествлять своего мифического отца-основателя с основателями различных религий и культов. Так, например, римский поэт и ритор IV в. Д.М. Авсоний в эпиграмме «Надпись полуварварская на мраморной вакховой доске в нашей вилле с именованием всех богов» писал:

Я - Дионис в Огигии,

В Египте зовусь Осирисом,

Слыву Фанаком в Мисии,

Как Вакх прославлен в Индии,

Чтусь в Риме Отцом-Либером,

Арабами - Адонием

И в Луканиаке - как Панфей22.

Также и в ряде масонских фантазий мифический Хирам (Адонирам, Хирам Авий, Хирам-Абифф), архитектор храма бога Яхве, который он строил для царя Соломона в Иерусалиме, и якобы убитый подмастерьями желавшими выведать у него тайные знания (мастерское слово), начинает отождествляться не только с Христом, но и с Осирисом, Митрой, Вакхом (Либером), Гермесом, Геркулесом23.

Симптоматична и череда различных иаковитов (яковитов, якобитов) - от сирийских монофизитов V-VI вв., сохранившихся

21 Афиней. Пир мудрецов: в 15 кн. М., 2003. Кн. 1-8. С. 198.

22 Авсоний. Стихотворения. М., 1993. С. 211; С. 343. Комментарий.

23 Турчин В. Храмовое сознание в ситуации риска. Масонская традиция XVIII-XX вв. / / Храм земной и небесный. М., 2004. С. 397.

до нашего времени, до ставших масонами приверженцев изгнанного в 1688 г. английского короля Иакова (Якова) II и его потомков. От имени Якова Моле - великого магистра ордена Тамплиеров, сожженного 18 марта 1314 г., как писал П.А. Флоренский, «.может быть отчасти понятным пристрастие этого тайного общества (Масонства. - М. К.) ко всему, что носило имя Якова.»24.

У древних греков третьим Дионисом был «Дионис - Иакх <.> основное божество элевсинских мистерий.»25. Иакх (Якх) (древнегреческое «Иак^о^» - «вопль, призыв») - метонимическое мистическое имя Диониса и демона-предводителя мистерий Де-метры (элевсинских мистерий). В. Буркерт писал: «Дикие крики являются характерной чертой дионисийских празднеств: прежде всего, возглас "euhoí" - в латинской транскрипции "evoe" <.> "Iákch' о Iákche" - возглас, сопровождавший Элевсинскую процессию. И здесь слышалось в крике имя некоего божества, "Иакха", который, как считалось, в качестве "демона" возглавлял шествие. Вероятно, это божество было тождественно Дионису. Его несли с собой и в виде статуи»26.

Сообщения античных и раннехристианских авторов об элев-синских мистериях (таинствах), дионисийских празднествах и культе Либера стали и одним из источников умозрительно сконструированного символического пространства искусственно созданной розенкрейцерской традиции. Также, вероятно, одним из источников розенкрейцерства стал герметизм Д. Бруно, распространившийся в Германии благодаря секте «джорданистов» 27.

В начале XVII в. немецкий оккультист, лютеранский мистик и богослов И.В. Андреэ (Andreae) (1586-1654 гг.) выдвинул идею оккультного братства мудрецов опубликовав манифесты-мистификации: «Fama Fraternitatis, или Откровение Братства Высокочтимого Ордена R. C.» (1614), «Confessio Fraternitatis, или Исповедание достохвального Братства всечтимого Розового Креста, составленное для уведомления всех ученых мужей Европы» (1615) и аллегорический трактат (утопическую мистерию) «Герметиче-

24 Флоренский П.А. У водоразделов мысли // Флоренский П.А. Сочинения: в 4 т. М., 2000. Т. 3 (2). С. 201.

25 Лосев А.Ф. Античная мифология в ее историческом развитии // Лосев А.Ф. Мифология греков и римлян. М., 1996. С. 168.

26 Буркерт В. Греческая религия: Архаика и классика. СПб., 2004. С. 134; Афиней. Пир мудрецов. Кн. 1-8. С. 540. Примечание.

27 Йейтс Ф. Указ. соч. С. 200, 227, 249.

ский роман», или «Химическая свадьба, изложенная на верхненемецком языке Христианом Розенкрейцем» (1616).

Манифесты И.В. Андреэ исходили от выдуманного им религиозно-мистического тайного общества - Братства Креста и Розы, названного в честь рыцаря XV в. Христиана Розенкрейца, который якобы и был основателем традиции. Легенда о таинственном Братстве розенкрейцеров получила широкое распространение в Европе и, не смотря на то, что сам И.В. Андреэ позднее назвал свои фантазии латинским словом 1иШЬпиш (розыгрыш), не только оказала большое влияние на европейское общественное сознание, но и послужила образцом для основания реальных обществ. Так, в конце XVII в. И. Ньютон внимательно изучал розенкрейцерские манифесты.

Символика мифических розенкрейцеров отсылала посвященных к определенной традиции, и не только герметико-каббалистической. Роза - один из символов Либера (Диониса, Ва-ха) и такой «специалист» как И.В. Андреэ не мог об этом не знать. На гербе самого И.В. Андреэ были изображены Андреевский крест и четыре розы в углах. Протестантизм, в рамках которого возникла секта либертинов, воспринял и античную символическую традицию. «Символ розенкрейцерства - пятилепестковая роза на кресте. Личная печать Мартина Лютера представляет собой растущий из сердца крест внутри пятилепесткового цветка розы»28 (выделено в публикации. - М. К.).

Роза - цветок античности и определенный символ, который был связан с культом Либера (Диониса, Вакха). Что символизировала роза - понятно из описания пира Ферекратом в «Рудокопах» (середина V в. до н. э.), которое приводит Афиней:

.девушки в прозрачных одеяниях, Молоденькие, с выбритыми «розами», Бокалы наполняли всем желающим Вином тягучим, темным, ароматнейшим 29.

В этом контексте вполне двусмысленна и эпиграмма неизвестного древнегреческого поэта «Венок венка» явно намекающая на вакханок (менад) окружающих Диониса:

28 Бидерманн Г. Энциклопедия символов. М., 1996. С. 225.

29 Афиней. Пир мудрецов. Кн. 1-8. С. 336.

Тот ли венок из роз Дионисия красит, то ль сам он

Красит венок из роз? Да, проиграл ты, венок!30

Роза и крест, писал М.П. Холл, «.вечные универсальные символы, роза - женский, а крест - мужской. <...> символы розенкрейцеров <...> имеют фаллическое значение <...> Братство Розы и Креста принимает в качестве своих характерных символов как раз такие, которые означают репродуктивный процесс»31. О фаллической символизации креста в работе 1979 г. В.Н. Топоров писал: «Неслучайно, что К[рест] нередко соотносится с мужской силой и ее орудием - фаллосом. Прикосновение К[реста] (мужск. род) к Земле-Матери (женск. род) прообразует плодородие, которое и вызывается (или увеличивается) соединением этих двух на-чал»32.

В 1623 г. в Париже вдруг появились объявления, возвещавшие о присутствии в городе Братства Розового Креста. Так заявили о себе представители нового общественного течения получившего название либертинаж. Одним из первых против новоявленных розенкрейцеров-либертинов в том же 1623 г. выступил французский иезуит Ф. Гарасс (Гарассус). Согласно пересказу Ф. Йейтс, Ф. Гарасс, назвав знания автора манифеста о пришествии розенкрейцеров языческими, писал, что в Германии «держатели постоялых дворов вывешивают у себя в тавернах розы - в знак того, что все сказанное тут не должно разглашать, но, напротив, следует хранить в секрете от посторонних. Розенкрейцеры - люди пьющие и скрытные, потому и избрали своим символом ро-зу...»33. Ф. Йейтс, оставив это утверждение Ф. Гарасса без комментариев, ограничилась ремаркой: «вывод, надо сказать, весьма любопытный».

Но Ф. Гарасс знал, о чем писал. Розы, помимо того что они символизировали, имели в представлении древних особое свойство - участники дионисий «.увенчивались розами, так как суще-

30 Греческая эпиграмма. СПб., 1993. С. 309.

31 Холл М.П. Энциклопедическое изложение масонской, герметической, каббалистической и розенкрейцеровской символической философии: интерпретация Секретных учений, скрытых за ритуалами, аллегориями и мистериями всех времен. Новосибирск, 1993. С. 528.

32 Топоров В.Н. Об одном классе символических текстов // Топоров В.Н. Мировое дерево: Универсальные знаковые комплексы: в 2 т. М., 2010. Т. 2. С. 284.

33 Йейтс Ф. Указ. соч. С. 195-196.

ствовало поверье, что действие розы охлаждает жар вина и мешает пьяным выбалтывать тайны»34. В том же 1623 г. в памфлете «Занятное учение нынешних остроумцев, либо себя таковыми полагающих» направленном против либертинов (либертенов) Ф. Гарасс, имея в виду роман Ф. Рабле «Гаргантюа и Пантагрюэль», писал: «У либертенов всегда в руках книга Рабле, наставление в разврате»35.

Характерно, что именно в первой трети XVII в. во французской литературе, как заметил Ю.Б. Виппер, переживает бурный расцвет «поэзия либертинажа», которая именно в эти годы отличалась «особенно вызывающей и откровенной непристойно-стью»36.

iНе можете найти то, что вам нужно? Попробуйте сервис подбора литературы.

Либертинаж XVП-XVШ вв. можно считать развитием комплекса идей секты «духовных либертинов». Новые либертины (либертены), как и старые «спиритуалы», придерживались философии наслаждения и отрицали религию как свод моральных норм и законов. Один из главных принципов либертинажа - удовлетворение плоти.

Во Франции, как пишет И.В. Ступников, «.слово "либерти-наж" имело в XVII в. двойное значение: с одной стороны - "вольнодумство", "свободомыслие", с другой - "игривость души", "динамика страстей", "распущенность"». В отличие от французского, английский либертинаж к концу XVII в. обрел «особую специфическую форму называемую "остроумием"». Само же понятие «"остроумие" стало синонимом беззаботной жизни, далекой от практических дел и обыденных забот»37.

Н.В. Лидергос в свою очередь полагает, что «.примерно до середины XVII в. слово "либертин" обозначало атеиста, отвергнувшего христианскую доктрину. <...> но уже в начале XVIII в. парадоксальным образом утрачивает прежнюю семантику и обозначает только "развратника, распутника"»38.

34 Бидерманн Г. Указ. соч. С. 224.

35 Стаф И.К. «Гаргантюа и Пантагрюэль»: хроника, роман, книга? / / Рабле Ф. Гаргантюа и Пантагрюэль. М., 2003. С. 5-6.

36 Виппер Ю.Б. Поэзия плеяды. С. 334.

37 Ступников И.В. Уильям Конгрив и его комедии // Конгрив у. Комедии. М., 1977. С. 307, 309.

38 Лидергос Н.В. Версак и другие. Либертинаж как бытовое философствование в романах Кребийона-сына / / Философский век. Альманах. СПб., 2008. Вып. 34: Человек в философии Просвещения. С. 86.

М. Фуко, противопоставляя либертинаж начала XVII в. нарождающемуся рационализму, полагал, что «его скептицизм был направлен на разум в целом». В XVIII в. «либертинаж», по выражению М. Фуко, - один из типов «социального и морального опыта», который устанавливал новые связи, в данном случае -«между свободомыслием и системой страстей». Просвещение и либертинаж, по мнению М. Фуко, «сополагались, но не пересекались друг с другом».

Исследуя феномен безумия в классическую эпоху, и затрагивая в этой связи проблему либертинажа, М. Фуко пришел к следующему выводу: «XVIII век не дал связной философии либерти-нажа - если не считать весьма поверхностного употребления этого слова; систематическое употребление этого понятия встречается лишь в регистрационных книгах изоляторов. В этом случае оно обозначает не свободомыслие как таковое и не вольность нравов в собственном смысле слова, но, наоборот, некое состояние зависимости, при котором разум превращается в раба желаний и в прислужника души». Также М. Фуко замечает: «.в изоляторах классической эпохи либертины содержатся бок о бок с вероотступниками - протестантами или изобретателями какой-нибудь новой религиозной системы». И это, с точки зрения надзирающей и наказывающей власти, справедливо, так как «.и у тех и у других отказ от истины проистекает из отречения от мо-рали»39. Уточним, - христианской морали40.

В конце XVIII в., накануне новой эпохи, либертинаж, благодаря усилиям Д.А.Ф. де Сада (маркиза де Сада), обретает свой законченный вид в качестве философии сексуальной практики получившей впоследствии название от имени автора - садизм. Де Сад провозгласил: «Нас возбуждает не объект похоти, а сама идея зла»41.

39 Фуко М. История безумия в классическую эпоху. СПб., 1997. С. 98, 113, 114-115.

40 В романе «Жюстина» устами либертина-педофила де Сад вещал: «Истинная мораль, мой друг, неотделима от природы; именно в природе заключен единственный принцип всех моральных заповедей, а коль скоро она сама внушает нам все наши беспутства, ни в одном из них нет ничего аморального. Если на свете и есть существа, чьими прелестями я хотел бы насладиться особенно, так это те, которые обязаны мне жизнью» (Сад Д.А.Ф. де. Жюстина, или Несчастья добродетели. СПб., 2000).

41 Клоссовски П. Сад и Революция / / Маркиз де Сад и XX век. М., 1992. С. 236. Примечание.

Тело либертина, согласно де Саду, - это бездушный механизм, машина для удовольствий не определяемая такими христианскими химерами как душа и совесть42. Пространство же, в котором существует либертин, - это пространство без Бога. Но если нет ничего определяющего человека извне и нормативно объединяющего его с другими людьми, то нет и этих других. Душевные, внутренние переживания могут быть поняты только в соотнесении с чувствами и переживаниями других. Отношения либертина с другими, пишет М. Энафф, «будучи отношениями механическими, полностью очищаются от всякой психологии и особенно сентиментальности»43, понимаемой в данном случае как внутренние душевные чувства и переживания.

Либертинаж маркиза де Сада - это крайняя степень индивидуализма. В «Жюстине» к словам: «...либертен очень редко проявляет чувствительность (сентиментальность. - М. К.)» де Сад сделал следующее примечание: «.это случается по той единственной причине, что чувствительность доказывает слабость, а ли-бертинаж - силу»44. Совершенно прав К.А. Свасьян, когда пишет, что пионером реализации «прав человека» стал де Сад -«.первопроходец и первый практик европейского либерализма, требующий задним числом прав для своего "садизма" и фундирующий требование аргументами отцов-открывателей "личности"»45 (выделено в публикации. - М. К.).

В 1785 г английский философ, экономист и правовед, основатель утилитаризма И. Бентам, решив выступить идеологом ли-бертинажа, написал эссе «Offences against One's Self: Paederasty» («Преступления против самого себя: Педерастия»), которое, впрочем, он так и не решился опубликовать. В этом эссе И. Бен-там, выступая против христианской морали, призывал к сексуальным наслаждениям любого вида и обосновывал необходимость отмены санкций за гомосексуализм, лесбиянство и зоофилию (скотоложство)46.

42 М. Энафф пишет: «Тело, понимаемое как машина, уже не подотчетно никакой трансцендирующей его инстанции (совести, душе).» (Энафф М. Маркиз де Сад: Изобретение тела либертена. СПб., 2005. С. 52).

43 Там же. С. 54. См. также: Надточий Э. «Первая любовь»: позиционирование субъекта в либертинаже Тургенева / / Логос. 2001. № 3 (29). С. 40-82.

44 Сад Д.А.Ф.де. Указ. соч. С. 183.

45 Свасьян К.А. Человек в лабиринте идентичностей. М., 2009. С. 121.

46 Bentham J. Offences against One's Self: Paederasty // Journal of Homosexuality. 1978. Vol. 3. № 4. P. 383-405; Vol. 4. № 1. P. 91-107. Первая публикация.

Однако либертинаж это не только идеология освобождения от запретов, налагаемых христианской моралью в сексуальной сфере. Это и идеология освобождения и легитимизации ссудного процента, главного принципа существования капитализма как системы социально-экономических отношений превращающего деньги в капитал, который становится в новых условиях основным средством производства. И. Бентам, находясь в России, в январе 1787 г. написал и в том же году в Англии опубликовал трактат «Defence of Usury» («Защита лихвы (ростовщичества))»47. В этом трактате И. Бентам доказывал экономическую и юридическую неправомерность законов ограничивающих процент по кредитам. Согласно И. Бентаму ростовщики должны быть свободны в назначении величины процентов на даваемые в долг деньги, а каждый здравомыслящий человек также должен быть свободен в принятии решения о взятии кредита на любых условиях, которые он для себя считает приемлемыми.

В России либертинаж как особая социальная практика появляется при Петре I, который в начале 1690-х гг. основал полуофициальный «Всешутейший, всепьянейший и сумасброднейший собор» просуществовавший более 30 лет. Состав постоянных участников «Собора» колебался от 80 до 200 человек. «Собор» был не только кощунственным и публичным глумлением над церковью и церковной службой, его «мероприятия» были актами намеренного эпатажа жителей Москвы и Петербурга.

Участники «Собора» присягали на верность «отцу нашему Бахусу», то есть Либеру (Дионису, Вакху). Пьяные оргии были основным занятием «соборян» - пьянство именовалось «Ивашкой Хмельницким» или просто «Ивашкой», а распутство - «Ерем-кой»48. Главный пункт устава «Собора», написанного самим Петром I - «быть пьяным во все дни и не ложиться трезвым спать никогда». У самого Петра I как члена «Собора» была кличка Пахом-пихайхуй49.

47 Bentham J. Defence of Usury; Shewing the Impolicy of the Present Legal Restraints on the Terms of Pecuniary Bargains; In Letters to a Friend. To which is added, a letter to Adam Smith, Esq. LL.D. on the Discouragements Opposed by the Above Restraints to the Progress of Inventive Industry. The Fourth Edition. London, 1818.

48 Носович И. Всепьянейший собор, учрежденный Петром Великим // Русская старина. 1874. Т. 11. № 12. С. 737.

49 См.: Усенко О. Сумасброднейший собор // Родина. 2005. № 2. С. 61-67.

Одним из мероприятий «Собора» стало «освящение» в честь Вакха 11 февраля 1699 г. в Москве дворца Лефорта происходившее на фоне казней участников стрелецкого бунта, когда Петр I, по словам А.С. Пушкина, был «по колена в крови» (4 февраля 1699 г. «говорят», как свидетельствует И. Корб, что Петр I сам отрубил мечем 84 головы). По случаю «освещения» было устроено шествие с шутовским «патриархом» во главе представлявшее смешение традиций русских масляничных обрядов, античных дионисий и европейского карнавального либертинажа. Вот как описывает эту процессию секретарь посольства австрийского императора И. Корб: «Патриарха весьма приличное облачение возводило в сан первосвященника: митра его была украшена Вакхом, возбуждавшим своей наготой страстные желания. Амур с Венерой украшали посох, чтобы показать, какой паствы был этот пастырь. За ним следовала толпа прочих лиц, отправлявших вакханалии: одни несли большие кружки, наполненные вином, другие - сосуды с медом, иные - фляги с пивом и водкой, последним из приношений во славу сына земли»50.

Со смертью Петра I умирает и его детище - «Всепьянейший собор» и идеология и социальная практика либертинажа не получают дальнейшего развития. Французский исследователь Ж. Нива полагает, что в России не было либертинажа51, однако либертины в России были. В конце 1780-х - середине 1790-х гг. «выдающимся русским либертином, ориентирующимся на европейские формы либертинажа» был И.А. Крылов 52.

В 1797-1801 гг. Н.Н. Новосильцев (Новосильцов), находившийся в это время в Англии, вероятно, становится либертином. Ф.Ф. Вигель, сам ставший в ранней юности жертвой либертина-жа, писал: «Англия совершенно обворожила его (Н.Н. Новосильцева. - М. К.); в ней только могла утолиться жажда его к познаниям, как и всякого другого рода его жажда. Там увидел он, что великий разврат не мешает быть великим человеком, и, ка-

50 Корб И.Г. Дневник путешествия в Московское государство Игнатия Христофора Гвариента <...> в 1698 г., веденный секретарем посольства Иоганном Георгом Корбом // Рождение империи. М., 1997. С. 125-126. Все даты по «Дневнику» И.Г. Корба.

51 Нива Ж. Возвращение в Европу: Статьи о русской литературе. М., 1999. С. 68.

52 Проскурина В. Крылов и Екатерина II (Стихотворение «Умирающая кокетка» в контексте русского либертинажа) / / Новое литературное обозрение. 2000. № 5 (45). С. 111.

жется, Фокса53 взял он себе за образец. Отчизну портера и эля, где не родятся, а льются мадера и портвейн, где опрятность и роскошь у самых грубых наслаждений отнимают все, что есть в них отвратительного, сию землю втайне сердца избрал он своим оте-чеством»54.

В 1810 - первой половине 1812 г. Н.Н. Новосильцев находился как частное лицо в Вене и вел жизнь достойную либертина. «В Вене, - писал в своих записках Н.И. Греч, - он упал и опошлился до невозможности, и, странное дело, в его положении и звании -начал пить». Характерно, что свою зарисовку о Н.Н. Новосильцеве Н.И. Греч закончил фразой достойной стать эпитафией на могиле образцового, в духе де Сада, либертина: «.он не страшился ни голоса совести и чести, ни суда потомства»55.

В конце XVIII в. в европейском (читай франкофонном) общественном сознании, в том числе благодаря де Саду, за термином «либертин» («либертен») в качестве нормативного закрепляется значение «распутник»56.

Вместе с тем во Франции в годы революции либертинаж как особая социальная практика на фоне всеобщей аморальности и

53 Лидер радикального крыла партии вигов, член палаты общин Ч.Дж. Фокс (1749-1806) в конце 1780-х - начале 1790-х гг. был либертином и одновременно горячим поклонником Французской революции.

54 Вигель Ф.Ф. Записки: в 2 кн. М., 2003. Кн. 1. С. 217.

55 Греч Н.И. Записки о моей жизни. М., 1990. С. 328.

56 А.И. Михайловский-Данилевский в одном из своих дневников приводит рассказ И.И. Дибича об Александре I: «Вот что мне сказывал (В 18281829 гг. - М. К.) фельдмаршал граф Дибич: "<...> Первоначально мое воспитание на счет религии, - сказал мне однажды император, - было весьма пренебрежено; Лагарп воспитывал меня в духе своего века, и я был, как и все современники, не набожен, один человек переменил в сем отношении мой образ мыслей. <...> Меня спасло, - присовокупил государь в сем разговоре, -что я не был развратен (je n'ai pas été libertin), хотя я любил и люблю всей душою Нарышкину, в чем я искренно каюсь» (Еще выписки из журнала М. Данилевского (Царствование Александра I) // «Исторический сборник» Вольной русской типографии в Лондоне А.И. Герцена и Н.П. Огарева: в 3 кн. М., 1971. Кн. 2. 1861. Факсимильное издание. С. 110, 112-113.) В комментариях И.А. Желваковой и Н.Я. Эйдельмана к публикации выписок из журнала М. Данилевского «je n'ai pas été libertine» переведено как «я не был вольнодумцем» («Исторический сборник» Вольной русской типографии в Лондоне А.И. Герцена и Н.П. Огарева. Кн. 3. Комментарии и указатели. С. 121). Хотя из контекста вполне очевидно, что Александр I употребил «été libertine» именно в значении «развратен». В значении «вольнодумец» он скорее употребил бы французское «esprit fort».

богохульства теряет свою эпатажность и значение чего-то исключительного. Либертины, пишет П. Клоссовски, «.предстали такими, какими и были на самом деле, - симптомами распада, существами, которым парадоксальным образом удалось пережить распад и которые не способны включиться в процесс переустройства, совершаемый в сознании людей, став составными частями суверенного Народа, всеобщей волей и т. д.»57.

Одновременно в ходе революции, а затем консульства и империи аморальную распущенность аристократии сменяет буржуазная мораль. Пространством освобождаемого становится не морально-этическая сфера, а сфера политического. А в виртуальном пространстве идеологического на обломках либертинажа начинается кристаллизация понятия «либерализм».

57 Клоссовски П. Сад и Революция. С. 27.

39

i Надоели баннеры? Вы всегда можете отключить рекламу.