го закона на займы из бюджета для рефинансирования регионов и муниципалитетов по кредитным обязательствам выделят до 390,7 млрд руб. из федерального бюджета РФ.
Оценивая изменения и дополнения принятые в Бюджетный кодекс, следует обратить внимание и выделить из общей массы нормативной документации три новации. В первую очередь, это то, что российские регионы получат особые условия при получении краткосрочных кредитов. Следующая мера - российские регионы будут получать дополнительные бюджетные кредиты под 0,1 % годовых для погашения своих рыночных заимствований. И третье - освобождение российских субъектов от погашения задолженности по бюджетным кредитам в текущем году на сумму чуть больше 60 млрд руб. По данным нашего проведенного исследования к таким регионам относиться 75 субъектов Федерации.
На сегодняшний день разработана поддержка промышленных регионов и в первую очередь это касается поддержки российского промышленного производства, потерявших стабильные поставки из за рубежа сырья и различных комплектующих, для нормального производственного процесса.
Источники:
1. Андреева Н.В., Огородникова Е.П. Экономические инновации, история их появления // В сборнике: Основные направления развития техники, технологии, индустрии сервиса и туризма. 2021. С. 15-18.
2. Бесценный Д.С. Роль субъектов малого и среднего предпринимательства в экономиках развитых стран // Вестник Омского университета. Серия «Экономика». 2009. № 4. С. 56-58.
3. Огородникова Е.П., Добродомова Л.А. Производительность труда как фактор увеличения конкурентоспособности промышленных предприятий // В сборнике: Актуальные проблемы экономической деятельности и образования в современных условиях. Сборник XVII Международной научно-практической конференции. Волгоград, 2022. С. 175-178.
4. Максимова Т.Г., Кулакова А.О., Скорых С.В. Использование метода анализа иерархий для обоснования выбора сценария развития проекта // Экономика. Право. Инновации. 2019. N° 2. С. 42-48.
5. Джафарова А.Г., Загребина Г.М., Огородникова Е.П. Использование внешней экономической и качественной информации для антикризисной диагностики сельскохозяйственных предприятий // В сборнике: Совершенствование инженерно-технического обеспечения производственных процессов и технологических систем. Материалы национальной научно-практической конференции с международным участием. Оренбургский государственный аграрный университет. 2022. С. 201-204.
6. Шкодинский С.В., Назаров А.Г. Стратегия управления промышленными предприятиями: вопросы теории и практики. Москва, 2021.
7. Шкодинский С.В., Кушнир А.М., Продченко И.А. Влияние санкций на технологический суверенитет России// Проблемы рыночной экономики. 2022. № 2. С. 75-96.
EDN: HFIPPU
Т.В. Кушнаренко - д.э.н., профессор, заведующая кафедрой «Бухгалтерскийучет, анализ и аудит», Донской государственный технический университет, Ростов-на-Дону, Россия, tvkushnarenko@mail.ru,
T.V. Kushnarenko - doctor of economics, professor, head of the department of accounting, analysis and audit, Don state technical university, Rostov-on-Don, Russia.
ДВИЖУЩАЯ РОЛЬ РЕГИОНАЛЬНОЙ ПРОМЫШЛЕННОСТИ В ОБЕСПЕЧЕНИИ РЕЗИЛЬЕНТНОСТИ
ЭКОНОМИК ТЕРРИТОРИЙ С РАЗНЫМИ УКЛАДАМИ DRIVING ROLE OF REGIONAL INDUSTRY IN ENSURING RESILIENCY OF ECONOMIES OF TERRITORIES
WITH DIFFERENT STRUCTURES
Аннотация. В статье представлены результаты теоретического исследования особых ролевых функций региональной промышленности в обеспечении устойчивости и экономической резильентности (как способности системы полностью восстанавливаться после шоков разной природы за счет адаптивного использования ее внутреннего потенциала) и региональные практики их использования. Поскольку ключевым императивом современной государственной политики является структурное реформирование экономики страны и ее регионов, в исследовании значительное внимание уделяется инновационному наполнению потенциала модернизации региональной промышленности и ее максимальной адаптации к беспрецедентным вызовам внешнего характера в процессе регионального стратегирования. Причем, учитывая высокую турбулентность этих вызовов, речь сознательно идет о кратно- и среднесрочном характере промышленного форсайта, а также о необходимости учитывать синергетические свойства потенциала многоукладности регионального хозяйства, характерной для южнороссийских регионов. Обосновано, что ресурсные возможности разных укладов (в том числе отсталых) этих и других регионов страны необходимо целеориентированно организовывать и использовать в процессах регионального стратегирования развития промышленного сектора. Данный вывод формализован в авторской версии модели проектной стратегии развития региональной промышленности в кратко- и среднесрочном аспекте.
Abstract. The article presents the results of a theoretical study of the special role functions of regional industry in ensuring sustainability and economic resiliency (as the ability of the system to fully recover from shocks of different nature through the adaptive use of its internal potential) and regional practices of their use. Since the key imperative of modern public policy is the structural reform of the economy of the country and its regions, the study pays considerable attention to the innovative filling of the potential for modernizing regional industry and its maximum adaptation to unprecedented external challenges in the process of regional strategy. Moreover, given the high turbulence of these challenges, we are deliberately talking about the multiple and medium-term nature of the industrial foresight, as well as the need to take into account the synergistic properties of the potential for multi-layering of the regional economy characteristic of the South Russian regions. It is justified that the resource capabilities of different structures (including backward ones) of these and other regions of the country should be purposefully organized and used in the processes of regional strategy for the development of the industrial sector. This conclusion is formalized in the author's version of the model of the project strategy for the development of regional industry in the short and medium term..
Ключевые слова: региональная промышленность, устойчивость и резильентность, экономика региона, стратегиро-вание, потенциал многоукладности.
Keywords: regional industry, sustainability and resiliency, regional economy, strategy, multi-layering potential.
Принятый под влиянием турбулентных факторов на высшем уровне государственного управления курс на структурное реформирование национальной экономики и модернизацию промышленности страны и российских регионов является ключевым условием ее адаптации к повышенным запросам со стороны не только всех отраслей самой экономики, но также социальной сферы, инфраструктурного, оборонного и других комплексов. Эта важная народнохозяйственная проблема, которой подчинены все ветви государственного управления и все уровни его иерархии, в том числе региональный, определяет необходимость формирования сбалансированных и устойчивых опорных каркасов, вершинами которых являются не только профильные, но и инновационно ориентированные промышленные драйверы регионов. То есть каркасов (конструкций особого структурного свойства) сбалансированного модернизационного развития на основе инноваций предприятий промышленного сектора региона в парадигме импортозамещения, что позволит им, с одной стороны, органично вписываться в общенациональные стратегии структурного реформирования и модернизации с максимальной степенью корреляции с ними, с другой - поддерживать (усиливать) устойчивость региональной промышленности и региона в целом как суперсистемы.
Отметим в этой связи, что определяемый небывалыми по масштабам и содержанию условиями «экономической изоляции России от Западного мира переход экономики на модель импортозамещения является важнейшим условием резиль-ентности страны, ее устойчивости и эффективного ответа на возникшие большие вызовы разного характера. В числе последних представляется целесообразным обратить исследовательское внимание на те, которые являются триггером для других, их своего рода «базовой платформой». Очевидно, что многогранность негативных факторов новой реальности для нашей страны определяется в существенной степени одними из наиболее сильных рисков - политическими» [1]. На их базе формируется целая система синергетически взаимодействующих рисков, усиливающихся либо несколько нивелирующихся в соответствии со спецификой того или иного региона и потенциала его промышленного сектора.
При этом в методологическом плане принципиально важным является учет исторически существующей дифференциации регионов по показателям социально-экономического развития, по ресурсной компоненте, а также по преобладающему хозяйственному укладу, который в основном и определяет профиль региональной экономики, в том числе промышленный. Как отмечает А.Г.Дружинин, территория РФ характеризуется «практически повсеместными в пределах страны «вкраплениями» иноэтниче-ских территорий, а также ареалов и зон, характеризуемых сложным, различающимся своей динамикой межэтническим контактом. К числу последних относится и подавляющая часть регионов Юга России (понимаемого как двуединство Северо-Кавказского и Южного федеральных округов), где проявления полиэтничности предопределены не только историей регионогенеза, но и факторами географического соседства»[2], определяя многоукладность данного макрорегиона. Поэтому ожидаемый положительный эффект структурно- модернизационных преобразований региональной индустриальной сферы в существенной степени будет определяться механизмами, охватывающими модернизационными процессами индустриальных комплексов территории с различными типами укладов. Учитывая условия новой нормальности, в том числе изменение вектора межстрановых взаимодействий России в восточном направлении, ученый справедливо отмечает, что «присущие современной Евразии геоэкономические и геополитические изменения актуализируют переход Российской Федерации к многовекторной внешней и внутренней геостратегии, включая в том числе и «поворот» (политический, экономический и др.) страны на «Юг». На этом фоне в архитектуре российского пространства возрастает значимость (транспортно-логистическая, демографическая, агропромышленная, селитебная, социокультурная) «южной составляющей», инициируя потребность в её концептуализации и делимитации» [3].
В силу указанной дифференциации регионов по типам хозяйственных укладов, а также по уровням их социально-экономического развития и возможности инновационного развития промышленных отраслей в этих субъектах по-разному (в разной степени) ограничены «ловушкой технологической отсталости», которая в промышленности страны в целом сформировалась «ввиду недостаточной предпринимательской активности, объемов и структуры рынков производства и потребления» [10], формируя в границах некоторых территорий тенденции демодернизации.
Иными словами, рассматривая вопросы технологической модернизации промышленного сектора региональной экономики на основе внедрения инноваций, следует учитывать, что «отличия в технологической и ресурсной базе являются ключевыми в дифференциации уровня технологической модернизации отраслей промышленности» [10]. В то же время многие специалисты в области региональной экономики делают акцент на «необходимость включения интересов, активов и поведенческих стратегий совокупно хозяйствующего субъекта региональной экономики в институциональную систему региональной политики и инструментарий ее реализации» [4]. В этой связи «территории с доминирующими отсталыми укладами в условиях вызовов современных реалий оказываются изолированными от инновационных процессов: потенциал модернизации концентрируется в «точках роста» при значительном его дефиците на периферии. При этом используемые в региональных системах инструменты и механизмы регионального развития в современной ситуации усиления макроэкономической нестабильности оказываются неэффективными» [8].
С позиции методологической и концептуальной конкретизации рассматриваемого вопроса в монографии [5] группой ученых предложено «при анализе внутренней структуры экономического пространства региона интегрировать методологию и инструментарий макроэкономической и территориально-экономической проекции исследования региона с позиции пяти его институциональных концептов - воспроизводственной, рыночной, государственной, корпоративной и рассмотрения региона как социума», что позволяет и последствия технологического форсайта распространять на все эти грани региона как системы. А, следовательно, инноватизацию и модернизацию промышленности всех территорий региона невозможно осуществлять без адаптированного к их специфике управления как процессами инвестиционного обеспечения инноваций, так и воспроизводства необходимого для этих целей трудового потенциала.
Зарубежные исследователи проблемы технологического форсайта и структурной модернизации промышленности, в том числе на мезоуровне, большое внимание уделяют воздействиям его результатов на отрасли, потребляющие промышленную продукцию, либо являющиеся смежными в рамках единой цепочки получения ценностей. Так, в статье Andrea Bonaccorsi, Riccardo Apreda и Gualtiero Fantoni рассматривается «потенциальное влияние нескольких недавно появившихся методов в области технологического прогнозирования и в смежных областях, направленных на смягчение (нивелирование) рисков форсайта» [12]. С целью дополнительного обоснования направляющей роли промышленности в региональном стра-тегировании эти авторы подчеркивают необходимость объединения и одновременного изучения «расходящихся» результатов предвидения, а также дополнительного осмысления и эмпирического анализа их взаимного влияния. Это, по их мнению, будет способствовать выработке наиболее объективной характеристики будущих показателей развития региональной промышленности регионов с учетом их многоукладности.
Ученые Evy SakeИarюu и Riccardo Vecchiato, проводя исследования в области промышленного форсайта, впервые освещают роль сенсорики, нового механизма, который способствует адекватному восприятию и оценке внешних воздействий (в том числе внешних угроз) и построению на этой основе моделей развития промышленного сектора региона, ориентированных на будущее. Их модель «предлагает менеджерам по инновациям и экспертам использовать усилия по разработке новых продуктов стратегически и проактивно, создавая структурированные и систематические возможности для взаимодействия кросс-функциональных групп и пользователей, совместного изучения прогнозов пользователей и создания коллективно значимых будущих «миров бренда» до генерации новых идей» [13].
Солидаризируясь с мнением ряда специалистов в области регионального форсайта, «можно выделить следующие уровни процесса согласования программных модулей в региональном стратегировании:
1) макроуровень - формирование общей концепции развития индустриального комплекса страны; выделение ключевых направлений стратегического развития отдельных отраслей промышленности; установление определенных правил поведения игроков на рынке; создание институциональных условий для резильентности, инноватизации, цифровизации и обеспечения экономики замкнутого цикла как парадигмы ресурсоэффективности, безотходности и экологичности промышленности;
2) мезоуровень - «развертывание» программных модулей на уровне региональной промышленности; разработка механизмов и инструментов управления согласованным развитием всех сфер индустриального комплекса региона; данные механизмы должны быть максимально ориентированы на учет региональной специфики (в том числе многоукладности);
3) микроуровень - детализация программных модулей регионально -отраслевого уровня в виде совокупности проектов циркулярного типа, направленных на достижение как собственных целей отдельных промышленных предприятий, так и общих целей развития индустриального комплекса региона» [7] .
На рисунке 1 приведена примерная схема стратегического развития региональной промышленности в обеспечении резильентности экономик территорий с разными укладами.
Рисунок 1 - Схема вложенности и согласования стратегии развития промышленности региона с общерегиональными императивами: учет многоукладности
Таким образом, с позиции многоукладности территорий регионов (особенно юга России), а также учитывая безусловный приоритет их инновационного потенциала в результативности структурных изменений в экономике и модерниза-ционных преобразований промышленной сферы, в том числе в стратегическом контексте, практический интерес представляет сравнительная оценка данного важнейшего компонента в разрезе отдельных регионов.
В таблице 1 приведены данные, характеризующие результаты рейтингизации ряда регионов юга России по уровню их технологического потенциала, позволяющие делать выводы о высокой асимметрии анализируемых субъектов по инновационному развитию промышленного сектора их экономик, в том числе определяемой их многоукладностью, что еще раз подтверждает важность учета в процессе регионального стратегирования данного важного фактора.
Таблица 1 - Рейтинг ряда южнороссийских регионов по уровню технологического потенциала по итогам 2020 г. [9]
Регион Место в 2020 г. Рейтинговый балл в 2020 г. Место в 2019 г.
Ростовская область 16 49,73 16
Волгоградская область 44 42,71 45
Краснодарский край) 47 31,9 46
Ставропольский край 52 29,79 42
Республика Крым 64 25,46 64
Республика Адыгея 71 19,11 72
Республика Северная Осетия-Алания 72 18,87 73
Кабардино-Балкарская Республика 74 18,14 71
Республика Калмыкия 77 15,48 77
Республика Дагестан 78 15,24 79
Карачаево-Черкесская Республика 81 14,9 79
Чеченская Республика 82 13,26 80
Республика Ингушетия 85 9,35 85
Из данных таблицы 1 очевиден приоритет Ростовской области по уровню технологического потенциала на юге России и достаточно высокие позиции данного региона в сравнительном контексте с остальными регионами РФ, что подтверждает не только реально существующий аграрно-промышленный статус региона, но также его высокий потенциал в решении актуальных задач мобилизации всей экономики, и особенно промышленности, в соответствии с проводимой в настоящее время государственной политикой.
С этим результатом коррелируют данные аналитического агентства «Инвест-Форсайт», которое проводило рейтингиза-цию южнороссийских регионов по реализуемым в них инвестиционным проектам в 2020 году. В соответствии с данной рей-
тингизацией Волгоградская область имеет 91 балл, Краснодарский край - 79 баллов, Ростовская область - 51 балл, Республика Крым - 46 баллов, Севастополь - 29 баллов, Карачаево-Черкесская Республика - 20 баллов, Астраханская область - 1 балл. Ряду регионов из приведенного в таблице 1 списка присвоен нулевой балл (Кабардино-Балкарская Республика, Республика Дагестан, Республика Ингушетия, Республика Северная Осетия-Алания, Ставропольский край, Республика Адыгея, Республика Калмыкия) [11].
Для подтверждения полученных выводов относительно текущего и возможного в ближайшей перспективе уровня технологического развития регионов юга России важно учитывать сложившуюся динамику индексов частных инвестиционных рисков в рейтинге южнороссийских регионов (рисунок 2), а также долевое участие инновационной составляющей в реализуемых на их территориях инвестиционных проектов. Для этих целей представляется целесообразным дополнение представленных в таблице 1 данных результатами сравнительного анализа состоятельности инновационного компонента стратегирования рассматриваемых регионов.
Рисунок 2 - Динамика индексов частных инвестиционных рисков в рейтинге южнороссийских регионов в 2019-2020 годах [13]
Соответствующие данные, приведенные в таблице 2, подтверждают предварительные выводы о безусловном лидирующем значении промышленного сектора Ростовской области в инновационном развитии всего юга России, а также в активном участии промышленных предприятий, локализующих свою деятельность в данной регионе, в решении общенациональных задач современного этапа.
Таблица 2 - Сравнение состоятельности инновационного компонента процесса стратегирования развития регионов ЮФО за первое полугодие 2022 г. [6]
Инструмент регионального стратегического планирования Ростовская область Краснодарский край Волгоградская область Астраханская область Республика Крым Республика Адыгея Республика Калмыкия
Индекс Цифровая Россия (оценка цифровизации экономики субъектами РФ) 70,96 65,97 61,64 52,88 49,59 42,78 41,36
Российский региональный инновационный индекс (рейтинг субъектов РФ по инновационному развитию) 0,3827 0,3354 0,2901 0,3199 0,2421 0,2574 0,2381
Индекс эффективности цифрового управления 0,689 0,663 0,477 0,620 0,659 0,528 0,434
Индикатор доверия населения к мерам по цифровизации в региональных стратегиях 4,30 5,50 4,38 4,23 5,33 3,71 3,19
В соответствии с показателями, представленными в таблице 2, Ростовская область лидирует по таким важным компонентам технологического развития промышленности как российский инновационный индекс и цифровизация, что в настоящее время является определяющим успех инноватизации ее промышленных и других сфер.
Примерная модель регионального стратегирования развития промышленности регионов с разными технологическими укладами приведена на рисунке 3.
Рисунок 3 - Модель проектной стратегии развития региональной промышленности на основе формирования пролонгированных взаимодействий субъектов региона с разными укладами
Представленная на рисунке 3 последовательность действий в процессе реализации региональной стратегии развития промышленного сектора региона с многоукладной экономикой благодаря наличию в ней контура обратной связи (кибернетический подход к управлению) обладает потенциалом адаптации к изменяющимся условиям внешнего и внутреннего окружения, в том числе за счет более целеориентированного и рационального использования инновационного промышленного потенциала субъектов и реализации им функций резильентности.
Источники:
1. Гриднев Д.С., Матвеева Л.Г. Циркулярная парадигма резильентности российской промышленности к политическим рискам и эффективного ответа на большие вызовы//Вестник академии знаний. 2022. № 49(2). С.159-168.
2. Дружинин А.Г. "Кавказская составляющая" этнодемографической структуры регионов юга России: постсоветская динами-ка//Псковский регионологический журнал. 2021. Т. 17. N° 3. С. 58-71.
3. Дружинин А.Г. Российский юг: подходы и критерии делимитации// Ученые записки Крымского федерального университета имени В.И. Вернадского. География. Геология. 2022. Т. 8. № 2. С. 3-13.
4. Колесников Ю.С. Регион как совокупный хозяйствующий субъект: к постановке проблемы. В сборнике: Многополярная глобализация и Россия. Материалы VIII Международной научно-практической конференции памяти А.Ю. Архипова. Ростов-на-Дону - Таганрог, 2021.С. 156-158.
5. Колесников Ю.С., Кетова Н.П., Овчинников В.Н., Зундэ В.В., Латушко Н.А., Сухинин С.А. Морфология экономического пространства региона. Ростов-на-Дону, 2019.
6. Косолапова Н.А., Ласкова Д.С. Российская практика регионального стратегирования: инструмент data science в стратегическом планировании//Естественно-гуманитарные исследования. 2022.N5. С.
7. Косолапова Н.А., Матвеева Л.Г., Каплюк Е.В., Лихацкая Е.А. Модели циркулярной экономики в ресурсообеспечении индустриального развития регионов// Terra Economicus. 2022. Том 20. № 3. С.116-132.
8. Кушнаренко, Т.В. Стратегии несырьевого развития региональной экономики: учет феномена многоукладности: моногр. / Т.В. Кушна-ренко. - Ростов н/Д: РГЭУ (РИНХ), 2016. 304 с.
9. Рейтинг регионов по научно-технологическому развитию - итоги 2020 года. https://riarating.ru/infografika/20211025/ 630210992.html.
10. Руднева К. С. Модернизация промышленного сектора экономики: ключевые характеристики, подходы и этапы / К. С. Руднева // Вектор экономики. - 2021. - №3 (57). - С. 27.
11. Составлен рейтинг инвестиционной активности ЮФО и СКФО. Аналитическое агентство «Инвест-Форсайт». https://fedpress.ru/news/23/economy/2619020.
12. Andrea Bonaccorsi, Riccardo Apreda, Gualtiero Fantoni//Expert biases in technology foresight. Why they are a problem and how to mitigate them Technological Forecasting and Social Change. Volume 151, February 2020, 119855. https://doi.org/10.1016/j.techfore.2019.119855.
13. Evy Sakellariou, Riccardo Vecchiato. Foresight, sensemaking, and new product development: Constructing meanings for the future//Technological Forecasting and Social Change. Volume 184, November 2022, 121945. https://doi.org/10.1016/j.techfore.2022.121945.
14. RAEX (Эксперт РА) https://yandex.ru/search/?clid=9582&text=RAEX+(РАЭКС-Аналитика)&l10n=ru&lr=39.
EDN: HNWTGF
З.М. Лайпанова - к.э.н., доцент кафедры бухгалтерского учета, Северо-Кавказская академия, laypano-va.zulya1@gmail.com,
Z.M. Laypanova - candidate of economic sciences, associate professor of accounting department, North Caucasus Academy.
РОЛЬ ЛИЧНЫХ ПОДСОБНЫХ ХОЗЯЙСТВ В САМООБЕСПЕЧЕНИИ НАСЕЛЕНИЯ ПРОДУКТАМИ ПИТАНИЯ THE ROLE OF PERSONAL SUBSIDIARY FARMS IN SELF-SUFFICIENCY OF THE POPULATION WITH FOOD
Аннотация. В настоящей статье рассматривается роль личных подсобных хозяйств (ЛПХ) в обеспечении полноценными продуктами питания. Автором проведен анализ производства сельскохозяйственной продукции хозяйствами населения. Также выявлены научно-обоснованные нормы потребления, в соответствии с которыми проведен анализ производства и потребления продукции собственного производства. Изучены актуальные проблемы, препятствующие развитию хозяйств населения, к которым относятся, слабая техническая оснащенность ЛПХ, недоступность льготного кредитования, субсидирования, диспаритет цен на сырье и материалы, низкий уровень оплаты труда сельских тружеников и т.д. В ходе проведенного исследования автором сделаны выводы и предложены мероприятия, которые будут способствовать увеличению производства необходимых продуктов питания, что в дальнейшем позволит увеличить и оплату труда.
Abstract. This article examines the role of personal subsidiary farms (LPH) in providing high-grade food. The author analyzes the production of agricultural products by households of the population. Also, scientifically-based consumption standards have been identified, according to which an analysis of the production and consumption of own-made products has been carried out. The actual problems hindering the development of households of the population are studied, which include poor technical equipment of private households, unavailability of preferential loans, subsidies, disparity in prices for raw materials and materials, low wages of rural workers, etc. In the course of the study, the author drew conclusions and proposed measures that will contribute to increasing the production of necessary food products, which will further increase wages.
Ключевые слова: личные подсобные хозяйства населения, самообеспечение, сельскохозяйственная продукция, проблемы, перспективы развития.
Keywords: personal subsidiary farms of the population, self-sufficiency, agricultural products, problems, development prospects.
Ухудшающееся финансовое положение сельскохозяйственных организаций в значительной мере обусловлено сложившимися условиями межотраслевого обмена в агропромышленном комплексе (АПК). Межотраслевые связи сельского хозяйства с отраслями, производящими для него средства производства, продолжают служить каналом, по которому в пользу последних перераспределяется часть доходов сельскохозяйственного производства [2].
Основная роль функционирования личных подсобных хозяйств заключается в удовлетворении собственных потребностей в продуктах питания. Поэтому закономерно большая часть произведенной продукции используется на личное потребление. Следовательно, производственная деятельность ЛПХ в первую очередь должна быть направлена на обеспечение членов семей продуктами питания в соответствии с рациональными нормами потребления основных пищевых продуктов [1].