Научная статья на тему 'Анафония текстового характера во франкоязычной поэзии'

Анафония текстового характера во франкоязычной поэзии Текст научной статьи по специальности «Языкознание и литературоведение»

CC BY
155
38
i Надоели баннеры? Вы всегда можете отключить рекламу.
Ключевые слова
АНАФОНИЯ / СЛОВО-ТЕМА / КЛЮЧЕВОЕ СЛОВО / ЭЛЕМЕНТ / СЕМАНТИКОСТИЛИСТИЧЕСКАЯ МНОГОСЛОЙНОСТЬ / РЕЧЕВОЙ ФОН / ЧАСТОТНОСТЬ ЗВУКОВ / KEY WORD / ELEMENT / ANAPHONY / WORD-SUBJECT / SEMANTIC-STYLISTIC MULTILAYER / SPEECH CONTEXT / SOUND FREQUENCY

Аннотация научной статьи по языкознанию и литературоведению, автор научной работы — Голембиовская Елена Сергеевна

В статье рассматривается явление анафонии текстового характера во французской поэзии, в частности, критерии и предпосылки её наличия в произведении. В качестве предпосылки рассматривается анафония на уровне языковых единиц.

i Надоели баннеры? Вы всегда можете отключить рекламу.
iНе можете найти то, что вам нужно? Попробуйте сервис подбора литературы.
i Надоели баннеры? Вы всегда можете отключить рекламу.

Text Character Anaphony in French Poetry

The paper is dedicated to observation of text character anaphony in French poetry particularly to criterions and preconditions of its presence in piece of work. The anaphony at the level of linguistic unit is regarded as a precondition.

Текст научной работы на тему «Анафония текстового характера во франкоязычной поэзии»

УДК 81-342

Е. С. Голимбиовская Анафония текстового характера во франкоязычной поэзии

В статье рассматривается явление анафонии текстового характера во французской поэзии, в частности, критерии и предпосылки её наличия в произведении. В качестве предпосылки рассматривается анафония на уровне языковых единиц.

The paper is dedicated to observation of text character anaphony in French poetry particularly to criterions and preconditions of its presence in piece of work. The anaphony at the level of linguistic unit is regarded as a precondition.

Ключевые слова: анафония, слово-тема, ключевое слово / элемент, семантикостилистическая многослойность, речевой фон, частотность звуков.

Key words: anaphony, word-subject, key word / element, semantic-stylistic multilayer, speech context, sound frequency.

В современной лингвистике проблеме анафонических структур уделяется много внимания. К наиболее актуальным аспектам изучения данного феномена можно отнести такие вопросы, как виды анафонии, критерии доказательства факта существования различных типов анафонии, возможность перевода подобного явления с одного языка на другой.

В понимании анафонии и связанных с нею феноменов мы следуем за А. В. Пузырёвым [1]. Анафонией называется такая неканонизованная форма звуковой организации, при которой звуковой состав того или иного слова-темы воспроизводится в тексте не полностью. Как видно из определения, важную роль в изучении этого феномена играет понятие слова-темы. Различаются тематические, опорные, стилеобразующие и ключевые слова.

Тематическое слово, или слово-тема, представляет собой самое широкое, обобщающее понятие. Тематические слова (слова-темы) встречаются в любом тексте, независимо от его функционально-стилевой принадлежности, поскольку предмет сообщения в значительной степени предопределяет круг обозначающей его лексики. Тематические слова подразделяются на опорные и стилеобразующие. Первые из них играют роль логического каркаса текста, благодаря которому он соотносится с внеязыковой действительностью. Через них автор раскрывает основной смысл высказывания. Устранение опорных слов разрушает текст. Вторые придают тексту соответствующую стилистическую окраску и «соотносят текст с адресатом, воспринимающим» [5, с. 55]. При замене стилеобразующих слов текст не разрушается, но меняется способ передачи информации. Поскольку «оформление её тем или иным способом ... облегчает или затрудняет восприятие текста» [5, с. 55], это приводит к переориентации текста на друго-

© Голимбиовская Е. С., 2012

го реципиента. Однако деление на опорные слова и стилеобразующие не является жёстким и обязательным, так как некоторые слова в определённом контексте могут совмещать в себе признаки и тех, и других.

Ключевые слова являются разновидностью опорных слов, следовательно, имеют те же характеристики: отражение ядерного смысла текста, главная роль в понимании и запоминании текста, невозможность замены и высокая частотность употребления (если речь идёт о текстах большого размера). Главной же отличительной чертой ключевого слова принято считать семантико-стилистическую многослойность [см.: 2, 3, 4, 6, 7], то есть способность слова в процессе развития текста изменять свой семантический объём, обогащаться новым авторским смыслом и получать дополнительное коннотативное наполнение, иначе говоря, индивидуальную стилистическую окраску.

Так как ключевая роль в тексте может принадлежать не только слову, но и словосочетанию, предложению или даже сложному синтаксическому целому, следует говорить не только о ключевом слове, но и о ключевом элементе текста (КЭ). Использование ключевого элемента обычно подчиняется формуле КЭ1 ^ Рт ^ КЭп, где КЭ1 - первое употребление ключевого элемента, Рт - развитие темы, КЭп - последнее употребление ключевого элемента, обогащённого в результате развития темы - новым поэтическим смыслом.

Вслед за А. И. Горшковым лингвисты могут анализировать речевой материал на трёх уровнях: языковых единиц, текста и языка как системы подсистем [1, с. 5-13]. Следовательно, выделяются три различных вида анафонии: контекстуального, текстового и общеязыкового характера (в рамках данной статьи мы рассмотрим первые два). Анафония контекстуального характера - самый распространённый вид анафонии. Обязательными условиями для подтверждения её присутствия в тексте являются наличие опорного слова и звуковых повторов к нему.

Анафония текстового характера - явление более сложное и менее распространённое и, вследствие этого, более интересное для изучения. В отличие от первого типа, для доказательства факта существования анафонии в данном случае недостаточно наличия слова-темы и звуковых повторов, необходимо «сохранение звуковой переклички с данным словом-темой на протяжении всего текста» [6, с. 136]. Выявление данного типа анафонии более вероятно в текстах малого объёма, каковыми, в большинстве своём, являются стихотворные тексты.

Возникает вопрос: каким образом соотносится разграничение трёх вышеперечисленных видов анафонических структур с разграничением тематических, опорных и ключевых слов? Тематические и опорные слова присутствуют в любом тексте, в любой коммуникативной единице, а, следовательно, могут характеризовать любой уровень лингвистического исследования. Что же касается ключевых слов, они обнаруживаются, прежде

всего, на уровне текста, так как реализуют композиционный приём. Поскольку анафония текстового характера является центральным объектом нашего исследования, в первую очередь, мы отобрали 200 франкоязычных поэтических текстов Х1Х-ХХ веков с наличием ключевого элемента. Для этого нам потребовалось проанализировать 1357 произведений. Таким образом, процент стихов с наличием КЭ составил ~ 14,7% от общего числа.

Чтобы определить, превышают ли звуки ключевого элемента речевой фон, и подтвердить, либо опровергнуть наличие анафонии в отобранных текстах, мы подсчитали общее количество звуков каждого стихотворения и количество звуков, входящих в состав ключевых слов/ элементов. Обратим внимание, что при проверке наличия анафонии текстового характера анализируются все звуки ключевого слова или ключевого элемента небольшого объёма, такого как, например, часть строки; в случае, когда речь идёт о ключевом элементе, содержащем большое число звуков, сначала необходимо выделить наиболее информативные из них - самые распространенные в данном ключевом элементе, или звуки, находящиеся в сильной позиции (анафоры, рифмы и др.). Затем мы выявили текстовую распространенность этих звуков и сравнили её с объективно существующим речевым фоном франкоязычной поэзии, установленным нами ранее. Для его определения нами было затранскрибировано двадцать тысяч звуков (четыре отрезка по пять тысяч звуков выдающихся французских поэтов XIX и XX веков - Пьера Жана Беранже, Поля Верлена, Гийома Аполлинера и Луи Арагона). Затем был произведён подсчёт частоты встречаемости каждого звука у каждого автора, а также определена средняя частотность звуков во французской поэзии. Полученные результаты представлены в таблицах 1 и 2 (жирным шрифтом выделены те звуки, расхождение в частотности которых можно считать существенными).

Таблица 1

Частотность согласных во франкоязычной поэзии

Звуки Беранже Верлен Аполлинер Арагон Всего X2

Соглас- ные Кол- во % Кол- во % Кол- во % Кол- во % Кол-во % знак

[р] 140 2,8 145 2,9 128 2,56 148 2,96 561 2,805 +

[Ь] 145 2,9 84 1,68 81 1,62 66 1,32 376 1,88 —

И 288 5,76 229 4,58 255 5,1 189 3,78 961 4,805 —

М 238 4,76 190 3,8 193 3,86 206 4,12 827 4,135 +

[к] 151 3,02 194 3,88 169 3,38 195 3,9 709 3,545 +

И 20 0,4 33 0,66 49 0,98 19 0,38 121 0,605 —

м 77 1,54 85 1,7 70 1,4 87 1,74 319 1,595 +

[V] 121 2,42 127 2,54 115 2,3 68 1,36 431 2,155 —

[«] 185 3,7 284 5,68 255 5,1 259 5,18 983 4,915 —

[2] 75 1,5 72 1,44 84 1,68 62 1,24 293 1,465 +

[Л 37 0,74 46 0,92 34 0,68 29 0,58 146 0,73 +

[3] 100 2 53 1,06 81 1,62 68 1,36 302 1,51 —

[т] 169 3,38 168 3,36 172 3,44 186 3,72 695 3,475 +

[п] 114 2,28 110 2,2 157 3,14 138 2,76 519 2,595 —

[1] 267 5,34 356 7,12 405 8,1 391 7,82 1419 7,095 —

[г] 514 10,28 443 8,86 340 6,8 459 9,18 1756 8,78 —

[п] 8 0,16 3 0,06 12 0,24 5 0,1 28 0,14 +

Ш 100 2 90 1,8 78 1,56 86 1,72 354 1,77 +

М 62 1,24 64 1,28 36 0,72 68 1,36 230 1,15 —

[ч] 25 0,5 25 0,5 21 0,42 40 0,8 111 0,555 +

Итого 2836 56,72 2801 56,02 2735 54,7 2769 55,38 11141 55,705 +

Таблица 2

Частотность гласных во франкоязычной поэзии

Звуки Беранже Ве рлен Аполлинер Арагон Всего X2

Глас- ные Кол- во % Кол- во % Кол- во % Кол- во % Кол- во % знак

[1] 196 3,92 230 4,6 231 4,62 279 5,58 936 4,68 —

[е] 169 3,38 196 3,92 196 3,92 167 3,34 728 3,64 +

и 237 4,74 306 6,12 351 7,02 291 5,82 1185 5,925 —

[а] 240 4,8 294 5,88 289 5,78 304 6,08 1127 5,635 —

[у] 58 1,16 91 1,82 90 1,8 80 1,6 319 1,595 —

[0] 50 1 28 0,56 33 0,66 34 0,68 145 0,725 +

[®] 41 0,82 56 1,12 49 0,98 49 0,98 195 0,975 +

м 260 5,2 306 6,12 316 6,32 345 6,9 1227 6,135 —

[а] 48 0,96 47 0,94 28 0,56 66 1,32 189 0,945 —

[э] 106 2,12 105 2,1 122 2,44 70 1,4 403 2,015 —

[о] 65 1,3 76 1,52 86 1,72 87 1,74 314 1,57 +

[а] 250 5 164 3,28 189 3,78 128 2,56 731 3,655 —

[5] 95 1,9 66 1,32 87 1,74 109 2,18 357 1,785 —

Й 65 1,3 68 1,36 52 1,04 52 1,04 237 1,185 +

[®] 24 0,48 37 0,74 35 0,7 40 0,8 136 0,68 +

[и] 260 5,2 129 2,58 111 2,22 130 2,6 630 3,15 —

Итого 2164 43,28 2199 43,98 2265 45,3 2231 44,62 8859 44,295 +

Обратим внимание на то, что частотность любого гласного или согласного звука не превышает 8,8%, а соотношение гласных и согласных в целом составляет 4:5. Полученные данные позволяют установить нижнюю

границу нарушения нейтрального речевого фона. Из подсчётов следует, что соотношение гласных и согласных в стихотворной речи равно 4:5, что на 10 гласных приходится 12,5 согласных. Если примем полученные 22,5 звуков за сто процентов, употребление даже одного какого-либо звука в этих условиях дважды составит 8,8(8)%, то есть число, которое превышает частотность любого согласного или гласного. Превышение речевого фона двукратным использованием какого-либо звука будет справедливо и для пределов в 12 слогов, где такое использование составит 7,4%, что тоже выше частотности любого гласного и согласного (исключая чаще всего встречающийся в стихотворной речи «г», для которого такое употребление будет означать совпадение с речевым фоном).

Необходимо отметить, что выявленная нами частотность звуков во французской поэзии может использоваться и при исследовании прозаических текстов, что «фактически означает ужесточение требований к обнаружению явлений анафонии в прозе, то есть повышает надёжность результатов» [6, с. 191]. На основании сравнения текстовой распространенности звуков с речевым фоном можно сделать вывод, присутствует ли в том или ином тексте исследуемый нами вид анафонии.

Рассмотрим это явление на примере стихотворения Ж. Бреля.

LES DEUX FAUTEUILS

ДВА КРЕСЛА

J’ai retrouve deux fauteuils verts Dans mon grenier tout degoutants, C’est le fauteuil de mon grand-pere Et le fauteuil de grand-maman

Нашёл я два ужасных кресла На чердаке, куда ж старей! Одно из них - то кресло деда, Другое - бабушки моей.

L’un est use jusqu’a la corde Souvent l’on dormit dans ses bras Il est lourd de la sueur qu’il porte C’est le fauteuil de grand-papa

Одно потёртое донельзя,

В нём то и дело кто-то спал. Зелёное большое кресло, Оно и пахнет точно встарь.

L’autre presque neuf n’a deci, dela Que quelques tache d’argent Sur le dossier et sur les bras Grand-mere y a pleure dedans

Второе - бабушкино кресло, Почти что новое. И всё ж, На спинке кое-где заметно Блестящие следы от слёз.

Tout petit home de grande joie Vous les connutes encore amants Se tenant tendrement les doigts Disant les mots qu’on aime tant

Немного места - сколько счастья Вы знали здесь ещё тогда,

Когда сжимая нежно пальцы Шептали о любви слова.

J’ai retrouve deux fauteuils verts Dans mon grenier tout degoutants, C’est le fauteuil de mon grand-pere Et le fauteuil de grand-maman.

J.Brel

Нашёл я два ужасных кресла На чердаке, куда ж старей! Одно из них - то кресло деда, Другое - бабушки моей.

Пер. Е.Г.

Ключевой элемент - строфа - служит здесь кольцевым обрамлением, и в результате тематического развития внутри стихотворения, приобретает «на выходе» из текста новое смысловое содержание, значительно отличающееся от его содержания «при входе». В начале стихотворения герой сообщает, что нашёл на чердаке два некрасивых кресла. Но уже со следующей строфы мы понимаем, что он совсем так не считает, а наоборот, эти реликвии дороги ему как память. Он вспоминает своего деда и бабушку, он помнит, что они делали, сидя в своих креслах. Между строк мы можем прочитать, насколько внимательно герой изучает старую мебель, он чувствует дедушкин запах и даже может разглядеть следы от бабушкиных слёз. Мы буквально видим, как он прикасается к старой ткани, как будто поглаживает бабушку по голове, или вдыхает запах, как, быть может, делал в детстве, когда обнимал деда. Целая история или даже целая жизнь проносится у нас перед глазами. В четвёртой строфе герой даёт волю своим чувствам и рассказывает, как же счастливы они были в этом доме. Радость, любовь, нежность - вот какую лексику использует автор; вот какие чувства испытывает герой. Его бабушка и дедушка прожили прекрасную жизнь, они любили друг друга, хотя бывали и невзгоды, но всё это давно в прошлом.

Таким образом, в финале стихотворения КЭ имеет совсем другую эмоциональную окраску и новое смысловое наполнение.

Теперь необходимо проверить текстовую частотность наиболее информативных звуков КЭ.

№ стро- ки Звуков всего t d f ] g о те £ а

1 19 2 1 1 1 1 1 1

2 18 2 2 1 2 2

3 19 1 1 1 1 1 1 1 2 1

4 17 1 1 1 1 1 1 1 2

5 19 1 1 1

6 18 1 2

7 21 1 1 1 1

8 18 1 1 1 1 1 1 1 1 1

9 24 1 1 1 1 1

10 16 1 1 1 1

11 19 1 1 1

12 17 2 1 1 1 2

13 20 2 2 1 1

iНе можете найти то, что вам нужно? Попробуйте сервис подбора литературы.

14 18 1 1 2

15 18 2 2 1 3

16 16 1 1 1 2 2

17 19 2 1 1 1 1 1 1

18 18 2 2 1 2 2

19 19 1 1 1 1 1 1 1 2 1

20 17 1 1 1 1 1 1 1 2

Итого 370 23 26 8 10 11 9 10 18 24

Отметим, что незначительное превышение частотности звуков не всегда говорит о наличии анафонических структур, поэтому мы учитываем только превышение речевого фона в 1,5 и более раза.

Xn - средняя частотность Xt - текстовая распространенность

Тп= 4,805 %

Т= 23-100:370= 6,216%

Т : Тп = 6,216:4,805= 1,29 Текстовая распространенность звука [1] превышает норму в 1,29 раза.

F п= 1,595%

F 1= 8-100:370= 2,162%

F і : F п= 2,162:1,595= 1,36 Текстовая распространенность звука [^ превышает норму в 1,36 раза.

Gn= 0,605%

Gt= 11 100:370= 2,973%

^ : Gn= 2,973:0,605= 4,9 Текстовая распространенность звука ^] превышает норму в 4,9 раза.

Жп= 0,975 %

Жі= 10-100:370= 2,7%

: «п= 2,7:0,975= 2,77 Текстовая распространенность звука [те] превышает норму в 2,77 раза.

D п= 4,135%

D t= 26^100:370= 7,027%

D 1 : D п= 7,027:4,135= 1,699 Текстовая распространенность звука [ё] превышает норму в 1,699 раза.

Jn= 1,77%

Jt= 10-100:370= 2,7%

* : Jn = 2,7:1,77= 1,5

Текстовая распространенность звука

[|] превышает норму в 1,5 раза.

О п= 1,57%

О 1= 9-100:370= 2,43%

О 1 : О п= 2,43:1,57= 1,55 Текстовая распространенность звука [о] превышает норму в 1,55 раза.

£ п= 5,925%

£ 1= 18 100:370= 4,865%

£ 1 : £ п= 4,865:5,925= 0,82 Текстовая распространенность звука [£] ниже нормы.

а п= 3,655%

а і= 24-100:370= 6,486%

а 1 : а п= 6,486:3,655= 1,77

Текстовая распространенность звука [а] превышает норму в 1,77 раза.

Таким образом, в приведённом выше стихотворении текстовая частотность шести звуков превышает норму, что говорит о наличии анафонии в тексте.

Проанализировав отобранный материал подобным образом, мы установили, что 155 стихов из 200 характеризуются наличием текстовой ана-

фонии. Другими словами, 77,5% поэтических произведений с КЭ содержат анафонию текстового характера.

Следующим пунктом нашего исследования стало рассмотрение возможных предпосылок текстовой анафонии. Так как её границами является текст, который, в свою очередь, состоит из отдельных языковых единиц, логичным представляется предположение, что анафония на уровне языковых единиц должна лежать в основе анафонии на уровне текста. Чтобы доказать эту гипотезу мы проверили стихи, для которых характерна анафоническая организация на уровне текста, на предмет наличия в ней анафонии на уровне языковых единиц. При этом, так как материалом нашего исследования послужили тексты не только с ключевыми словами, но и ключевыми элементами, там где невозможно было выделить одно опорное слово, учитывались звуковые повторы наиболее информативных звуков КЭ.

Исходя из полученных нами данных, можно говорить, что звуковые повторы встречаются как за пределами КЭ, так и внутри него. В первую очередь, это обуславливается строфической организацией КЭ: очевидно, что если в тексте присутствует ключевое слово, то звуковые повторы к нему будут уже за его пределами, и, наоборот, если КЭ выражен, например, частью строфы или строфой, то звуковое повторы возможно найти уже внутри самого КЭ. Например:

- звуковые повторы за пределами КЭ - O mon ame du soir, ce Londres noir qui traine en toi! (Эмиль Верхарн, «Londres»); Non je pHfere penser/Qu'une ferntre fermёe (Жак Брель, «Les fenetres»); Il faut savoir encore sourire (Шарль Азнавур, «Il faut savoir», КЭ - часть строки); Il y a un vaisseau qui a empoНё ma bien-aimёe (Гийом Аполлинер, «Il y a», КЭ -часть строки);

- звуковые повторы в пределах КЭ - Vieux vagabond, je puis mourir sans vous (Пьер-Жан Беранже, «Le vieux vagabond», КЭ - часть строки), L ’enfant re_pond toujours je mange (Поль Элюар, «Dressё par la famine», КЭ -часть строки), Dans le noir, dans le soir sera sa mёmoi[walre (Анри Мишо, «Qu’il repose en revolte», КЭ - часть строки), Le monde est mёchant, ma petite (Теофиль Готье, «Le monde est mёchant», КЭ - строка), J^cris ton nom (Поль Элюар, «Libert^», КЭ - строка), Mangez, moi je pmfere,/ Vёritё, ton pain dur. (Виктор Гюго, «Chanson», КЭ - часть строфы), Hier encore/ J'avais vingt ans (Шарль Азнавур, «Hier encore», КЭ - часть строфы), Au-dessus de l'ile on voit des oiseaux/ Tout autour de Vile il y a de I'eau (Жак Превер, «Chasse a l’enfant», КЭ - строфа).

Показательным является тот факт, что наличие анафонии контекстуального характера подтвердилось практически во всех анализируемых текстах (только в одном из 155 стихов удалось констатировать лишь подготовительную звукопись). Это доказывает наше предположение, что в основе анафонии текстового уровня лежит анафония на уровне языковых

единиц. Согласно нашему исследованию, чаще всего звуковые повторы находятся уже в пределах КЭ - в 140 (90,32%) текстах. Количество стихов, где звуковые повторы использованы за пределами КЭ, небольшое - 15 (9,68%), сюда же мы отнесли единственный случай подготовительной звукописи.

Таким образом, можно утверждать, что анафония является характерной чертой франкоязычной поэзии, а присутствие в стихотворении ключевого элемента, в большинстве случаев, уже говорит о наличии анафонии текстового характера. При этом одной из главных предпосылок текстовой анафонии является анафония контекстуальная, следовательно, в поэтических произведениях с ярко выраженной анафонией на уровне языковых единиц велика вероятность существования анафонии на уровне текста.

Список литературы

1. Горшков А. И. Теоретические основы истории русского литературного языка. - М.: Наука, 1983.

2. Кухаренко В. А. Интерпретация текста. - М.: Просвещение, 1988.

3. Кухаренко В. А. Семантическая структура ключевых и тематических слов целого художественного текста // Лексическое значение в системе языка и в тексте: Сборник научных трудов. - Волгоград: ВГПИ, 1985. - С. 95-104.

4. Новиков Л. А. Семантика русского языка. - М.: Высш. школа, 1982.

5. Одинцов В. В. Стилистика текста. - М.: Наука, 1980.

6. Пузырев А. В. Анаграммы как явление языка: Опыт системного осмысления. -М.; Пенза: Ин-т языкознания РАН, ПГПУ им. В.Г.Белинского, 1995.

7. Шанский Н. М. Созвучья слов живых // Русский язык в школе. - 1983. - № 6. -С. 62-68.

i Надоели баннеры? Вы всегда можете отключить рекламу.