Ктиханова А.А,, Абдулпатахова Х.А. Значение Великого Волжского пути в социально-экономическом развитии Хазарии (VJU - IX вв.)
УДК 94 (470.67) «04/14» " ~ —
Значение Великого Волжского пути в социально-экономическом развитии Хазарии (VIII - IX вв.)
А.А. Казиханова, Х.А. Абдулпатахова
Хазарский каганат был одним из колоссов средневековой Евразии, государством, чьи границы на западе протянулись до Днепра и Средней Волги, fia севере - до заволжских стспей, до Хорезма - на востоке, включая Крым и степи Северного Кавказа - на юге, он просуществовал 300 лет (ок. 650 -965). а по мнению академика А.11. Новосельцева, до 60-х гг. XI в., дольше, чем любая другая империя Степи. Его этнически разнообразное население включало тюркские, иранские, финно-угорские, славянские и палеокавказ-скис пароды, а также древние еврейские общины Крыма и Кавказа. В экономический ареал Хазарии входили кочевники, полукочевники, земледельцы, а также племена, занимавшиеся еще рыболовством, охотой и собирательством. Имелось довольно значительное городское население, состоявшее из купцов и ремесленников как местных, так и пришлых.
Каганат был одним из важнейших участников международной торговли между западом и востоком, между севером и югом, став одним из главных торговых партнеров Аббасидского халифата и посредником в торговле с ним. Хазарию можно определить как одну из «торгово-даннических» империй периода 551 - 907 гг.. собиравших дань со своих оседлых соседей и торговавших с ними [1].
На территории каганата сложилась в это время культура, названная исследователями по месту раскопок салтово-маяцкой. Несмотря на разнородность входящих в каганат племен, все они постепенно стали носителями этой культуры. Это выражалось в «общности архитектурных приемов, близости бытового инвентаря, конской сбруи, женских украшений ...» [2].
Одним из основных дискуссионных моментов в трактовке истории Хазарского каганата является вопрос о наличии в каганате еврейскою населения и его роли в экономике и политической жизни государства [3].
Воцарение Аббасидов в Багдаде и начавшийся развал халифата открыли дорогу с Запада на Восток предприимчивым купцам. Дорога по-персидски - rah, корень глагола «знать» - don; знающие дороги - рахдониты. Так называли еврейских купцов, прибравших к своим рукам монополию на караванную торговлю между Китаем и Европой.
Торговля была баснословно выгодна, потому что торговали не товарами широкого потребления, а лишь предметами роскоши. Только сверхприбыль покрывала расходы на перевозку и содержание в порядке трассы, на которой сооружались купола над источниками и прудами, ставились вешки, указывающие направление дороги, строились караван-сараи для ночевок или дневок в особо жаркие дни [4].
Одна из самых ранних известных нам построек этого назначения (караван-сарай) была найдена при раскопках Левобережного Цимлянского городища, которое по археологическим материалам и известиям средневековых авторов отождествляют с хазарской крепостью Саркел [5]. Крепость специально была
Казиханова A.A., АбдулпатаховаХ.А. Значение Великого Волжского пути в социально-экономическом развитии Хазарии (VIII - IX вв.)
построена на пересечении торговых путей, и одной из ее основных функций была таможенная служба. Караваны, проходившие через крепость, останавливались в ней. Для них к стене цитадели был пристроен караван-сарай. В нем есть все три обязательные для караван-сараев части: пять комнат для гостей, длинное помещение для скота и широкий замкнутый со всех сторон двор. Строительство караван-сарая и помещение его в наиболее безопасное и охраняемое место в крепости говорит о первоначально задуманной «специализации» крепости. Недаром Константин Багрянородный называл ее не только «Белой крепостью», но и «Белой гостиницей» [6].
Рядом с этим компактным и благоустроенным караван-сараем было построено длинное здание, также состоявшего из пяти комнат, выходы из которых обращены в сторону закрытого двора, отделенного от самой «проходной» части крепости кирпичной стеной и узким входом-калиткой. Неясно, для каких целей служило это здание, первоначально бывшее, видимо, парадным, т. к. даже по отпечаткам кирпичей можно говорить о стремлении придать зданию более торжественный вид (выходы трех средних комнат имели порталы, а крайние комнаты без выходов образовывали два симметричных крыла). Во второй строительный период во внутреннем дворе этого здания соорудили другое здание, аналогичное длинному помещению для скота в первом кара-ван-сарае. Не исключено, что и этот комплекс в ходе строительства решено было превратить во второй караван-сарай, который удовлетворял всем требованиям, т. с. имел гостевые помещения, конюшню и замкнутый двор.
Таким образом, в крепости размещалось два караван-сарая, оба вне цитадели, но в хорошо укрепленных отсеках северо-западной половины внутренней территории [5].
От Красного моря до Китая было около 200 дневных переходов, а вокруг северного берега Каспийского моря еще больше. Но и северным путем пользовались, т. к. в Аббасидском халифате восстания были делом заурядным, а хазары строго следили за безопасностью на степных дорогах. Значение Итиля как перевалочного пункта на долгом пути росло [4].
Административный центр Хазарского государства находился на Нижней Волге в обширном городе, называвшемся Итиль и состоявшем из нескольких частей или городов со своими названиями, которые иногда фигурируют в общем значении, заменяя наименование Итиль [7]. Хазарский царь Иосиф в письме к испанскому сановнику следующим образом описывает свою столицу: «Я живу у этой реки (Итиль)... У меня есть в моем царстве три города. В одном живет царица со своими прислужниками и евнухами. Длина и ширина его с пригородами и примыкающими к нему деревнями составляет 50 на 50 фарсахов. И живут в нем иудеи, исмаилитяне и христиане; проживают в нем также и другие народы из других племен. Второй город со своими пригородами занимает в длину и ширину 8 на 8 фарсахов. В третьем живу я сам со своими князьями, рабами и всеми приближенными служителями. Он невелик и занимает в длину и ширину 3 на 3 фарсаха. Я живу внутри островка, мои поля, виноградники и все нужное мне находится на островке» [8].
А.Ю. Якубовский пишет: «Наиболее подробно описана в источниках восточная часть Итиля, носящая имя Хазаран. Это торговая и наиболее оживленная «сторона». Здесь жили ремесленники, которых хазарский каган облагал
Ксгзиханова A.A., Абоулпатахова X.А, Значение Великого Волжского пути в социально-экономическом развитии Хазарии (VIII - IX вв.)
податями (ваза'иф), купцы и масса чернорабочего люда. По словам Масуди, купцы и ремесленники, не говоря уже об арсийа, пришли в страну хазарского царя по причине его справедливости и безопасности. По составу своего населения Хазаран был весьма пестрый город, каким должен быть огромный рынок, куда стекались товары из восточной Европы от русов, славян, буртасов, хорсзмийцев и других народов Средней Азии, Китая, Ирана и Закавказья» [7].
То, что путешествующие евреи VIII в. названы персидским словом «рах-дониты», показывает, что основу этой торговой компании составили выходцы их Вавилонской, т. е. иранской общины, бежавшие от халифа Абд ал-Мелика в 690 г. Потом к ним добавились евреи из Византии, но до тех пор, пока на границах Согда и халифата. Китая и Тюркского каганата шли постоянные войны, торговля встречала препятствия. Когда эти войны прекратились, а Китай после восстания Ань-Лушанья (756 - 763 гг.) лежал в развалинах и продавал шелк дешево, рахдониты развернулись. Они освоили не только восточный путь, по которому шелк шел в обмен на золото, но и северный из Ирана на Калу, по которому текло серебро в обмен на меха [4]. Из Хазарии они отправлялись в Балх, Маверанарх, и даже в ал-Син - Китай [9]. В X в. в Хазарии были испанские евреи Иеху да бар Меир и Иосиф Хагрис.
Оказавшись на перекрестке важных торговых путей, хазары стали играть видную роль в международной торговле. Сама Хазария производила немного товаров. Отсюда шли скот, кожа и рыба, которые, по словам Хас-дая ибн Шафрута, доставлялись на судах в Константинополь [10]. Славился хазарский рыбий клей. Через Хазарию как промежуточную инстанцию во множестве проходили из Руси и волжской Болгарии различные меха. Из северных же стран шли превосходный воск, мед, янтарь; русы доставляли железные изделия (клинки мечей). Не менее важным товаром были рабы, которых русы привозили в Итиль, где продажа их происходила на специальном рынке. Из Итиля все эти товары поступали на рынки Азербайджана, Армении, Хорасана и Византии, доходили до Багдада, Джурджании, Мерва, Бухары, Константинополя и даже до Александрии. В обмен на них на север шли изделия восточного ремесла, в особенности ткани и в огромном количестве серебряная монета [11].
Одни купцы заканчивали свои дела на рынках Итиля и возвращались домой, другие только проходили через этот город на север - к болгарам и в Русь или, наоборот - в страны Востока, третьи обосновывались в Итиле как наиболее удобном месте для своих торговых предприятий и становились хазарскими купцами [12].
Кроме купцов, среди пришлого населения восточной, торговой части Итиля было много ремесленников. Состав их был столь же разнообразен, как и купцов, однако нет сомнения, что среди них находились и собственно хазары. О развитии ремесленного производства в Хазарии свидетельствует тот факт, что здесь уже в VIII в. в широком употреблении находилась глиняная посуда, изготовленная на гончарном круге специалистами-ремесленниками.
Поволжье было важным районом для Хазарии в экономическом и военно-стратегическом плане. Из страны буртасов, а также из более северных областей, поступала драгоценная пушнина - одна из главных статей торгового транзита на Восток через Хазаршо. По Волге же шел и торговый путь к Балтике, игравший ведущую роль на протяжении всего периода сущсствова-
Казиханова A.A., Абдулпатахова Х.А. Значение Великого Волжского пути в социально-экономическом развитии Хазарии (VIII - IX вв.)_
ния Хазарского каганата. Контроль над Нижним и Средним Поволжьем был жизненно необходим Хазарии, именно здесь хазарские заставы на протяжении более 200 лет закрывали путь заволжским кочевникам в Европу [13].
При оживленности торгового движения через Хазарию, пошлины с товаров составляли весьма значительную часть государственного бюджета. С течением времени удельный вес этого источника доходов все больше увеличивался. Торговое обращение через Хазарию росло, а количество даней уменьшалось, гак как новые и новые области выпадали из-под власти Хазарского государства. Таким образом, процветание Хазарского каганата находилось в зависимости от его выгодного местоположения на перекрестке торговых путей и от его политического состояния, в силу которого дань с покоренных народов и военная добыча то увеличивались, то сильно сокращались [12].
Перечисленные доходы, в особенности торговые пошлины, давали возможность хазарскому царю содержать постоянно вооруженное войско и благодаря этому властвовать над обширной территорией с ее разноплеменным населением, успешно противодействуя сепаратизму отдельных племен и своих крупных вассалов [12].
Литература
1. Голден //. Достижения и перспективы хазарских исследований. Хазары. Евреи и славяне. Т. 16. - Иерусалим - Москва, 2005.
2. Плетнева С.А. Хазары. М., 1986. - 291 с.
3. Михеев В.К., Тортика A.A. Евреи и иудаизм в Хазарском каганате: к вопросу о формулировке современной научной концепции хазарской истории. Хазары. Евреи и славяне. Т. 16. - Иерусалим - Москва, 2005.
4. Гумилев Л.Н. Древняя Русь и Великая Степь. - М., 2002. - 839 с.
5. Плетнева С.А. Очерки хазарской археологии. - Иерусалим-Москва, 2000. -230 с.
6. Плетнева С.А. Саркел и «шелковый путь». - Воронеж, 1996. -311 с.
7. Якубовский AM. К вопросу об исторической топографии Итиля Болгар//CA. Т. X. 1948.-271 с.
8. Коковцов П.К. Еврейско-хазарская переписка X в. - Л., 1932. - 245 с.
9. Гаркаеи А. Сказания мусульманских писателей о славянах и русских. -СПб, 1871.- 387 с.
10. Lewicki Т. Zrodla arabskie do dziejow slowianszczyzny. Т. 1. - Wroclaw; Krakow, 1956.
11. Любомиров П.Г. Торговые связи древней Руси с Востоком с VIII -XI вв. // Уч. зап. Саратовского госуниверситета им. Н.Г. Чернышевского. 1933. Т. 1. Вып. 3. - С. 79 — 87.
12. Артамонов М.И. История хазар. - СПб, 2002. - 548 с.
13. Новосельцев А.П. Хазарское государство и его роль в истории Восточной Европы и Кавказа. - М., 1990. - 237 с.