Вестник Восточно-Сибирского института МВД России. 2022. № 3 (102). С. 215-229. Vestnik of the East Siberian Institute of the Ministry of Internal Affairs of Russia. 2022. Vol. no. 3 (102). P. 215-229.
02.00.12. Криминалистика; судебно-экспертная деятельность; оперативно-розыскная деятельность
Научная статья УДК 343.9
DOI: 10.55001/2312-3184.2022.66.79.019
ЗАКЛЮЧЕНИЕ ЭКСПЕРТА ПО РЕЗУЛЬТАТАМ ДАКТИЛОСКОПИЧЕСКОГО ИССЛЕДОВАНИЯ КАК ДОКАЗАТЕЛЬСТВО: ФАКТОРЫ ЕГО ОБОСНОВАННОСТИ
И ДОБРОКАЧЕСТВЕННОСТИ
Дмитрий Анатольевич Корытов1, Елена Игоревна Третьякова2
1Экспертно-криминалистический центр Главного управления МВД России по Иркутской области, г. Иркутск, Российская Федерация, e-mail: dkorytov@mvd.ru 2Восточно-Сибирский институт МВД России, г. Иркутск, Российская Федерации, eit20@mail.ru
Введение: В современных социально-экономических условиях, с учетом неблагоприятных тенденций трансформации и развития преступности, уголовное судопроизводство неразрывно связано с необходимостью использования специальных знаний, повышения качества судебно-экспертного сопровождения. Несмотря на интенсивное развитие новых видов судебных экспертиз, все же широко востребованной остается дактилоскопическая экспертиза. Такая популярность дактилоскопических исследований связана прежде всего с возможностью в ходе их выполнения осуществить криминалистическую идентификацию личности, в основе которой лежит индивидуальность папиллярных узоров. Несмотря на такие идентификационные возможности, результаты дактилоскопической экспертизы все же не всегда могут быть бесспорным доказательством. Поэтому, как и любое другое, заключение эксперта по результатам дактилоскопического исследования не имеет заранее установленной силы, и его доказательственное значение определяется всесторонней критической оценкой в совокупности имеющихся доказательств по уголовному делу.
Безусловно, установленные федеральным законодательством принципы законности, объективности, всесторонности и полноты государственной судебно-экспертной деятельности должны найти свое отражение в заключении эксперта.
В этой связи, придерживаясь позиции необходимости улучшения качества заключений экспертов по дактилоскопическим экспертизам, в статье даны рекомендации, которые бесспорно окажут влияние на уровень развития организационного и методического обеспечения судебно-экспертной деятельности и профессиональных компетенций эксперта на получение результативных и доброкачественных заключений, не вызывающих сомнений в их объективности.
© Корытов Д. А., Третьякова Е. И., 2022
Материалы и методы: основу исследования составляют Конституция Российской Федерации, уголовно-процессуальное законодательство, ведомственные нормативные правовые акты, регламентирующие вопросы назначения и производства судебной экспертизы. Методологической основой исследования послужил общий диалектический метод научного познания, а также познавательные методы обобщения, описания, приемы наблюдения, сравнения и анализа. Эмпирическую базу исследования составили заключения дактилоскопических экспертиз, проведенных экспертами ЭКЦ ГУ МВД России по Иркутской области в период 2019-2021 г.г.
Результаты исследования: после рассмотрения в содержательном аспекте отдельных вопросов формирования заключения эксперта по результатам дактилоскопической экспертизы осуществлена выработка конкретных рекомендации, основанных на основных принципах судебно-экспертной деятельности - законности, полноты и объективности.
Выводы и заключения: наряду со знаниями и соблюдением методологии производства исследования, немаловажным аспектом в формировании системы доказательств по уголовному делу, является умение правильно и грамотно оформлять результаты проведённого исследования, во многом именно от этого зависит его результативность и доброкачественность.
Ключевые слова: специальные знания, судебная экспертиза, судебно-экспертная деятельность, заключение эксперта, дактилоскопическая экспертиза, доказательство.
Для цитирования: Корытов Д.А., Третьякова Е.И. Факторы, определяющие законность и обоснованность заключения эксперта по дактилоскопической экспертизе // Вестник Восточно-Сибирского института МВД России. 2022. № 3 (102). С. 215-229. DOI: 10.55001/2312-3184.2022.66.79.019
12.00.12. Criminalistics; forensic expertise; operatively-search activity Original article
EXPERT'S CONCLUSION ON THE RESULTS OF FINGERPRINT EXAMINATION AS PROOF: FACTORS OF ITS VALIDITY AND GOOD
QUALITY
Dmitriy A. Korytov1, Elena I. Tretyakova2
1Forensic Expertise Center of the Main Directorate of the Ministry of Internal Affairs of Russia for the Irkutsk Region, e-mail: dkorytov@mvd.ru
2East Siberian Institute of the Ministry of Internal Affairs of Russia, Irkutsk, Russian Federation, e-mail: eit20@mail.ru, https://orcid.org/0000-0002-4069-6626
Introduction: In modern socio-economic conditions, taking into account unfavorable trends in the transformation and development of crime, criminal proceedings are inextricably linked with the need to use special, improving the quality level of forensic support. Despite the intensive development of new types of forensic examinations, fingerprint examination remains widely in demand. Such popularity of fingerprinting studies is connected, first of all, with the possibility in the course of their implementation to carry out forensic identification of a person,
which is based on the individuality of papillary patterns. Despite such identification capabilities, the results of fingerprint examination still may not always be indisputable evidence. Therefore, like any other, the expert's conclusion based on the results of fingerprinting has no pre-established force, and its evidentiary value is determined by a comprehensive critical assessment of the totality of available evidence in a criminal case.
Of course, the principles of legality, objectivity, comprehensiveness and completeness of state forensic expert activity established by federal legislation should be reflected in the expert's conclusion.
In this regard, adhering to the position of the need to improve the quality of expert opinions on fingerprint examinations, the article provides recommendations that will undoubtedly have an impact on the level of development of organizational and methodological support for forensic expert activities and professional competencies of an expert to obtain effective and high-quality expert opinions that do not cause doubts about their objectivity.
Materials and methods: The basis of the study is the Constitution of the Russian Federation, criminal procedure, departmental regulatory legal acts regulating the appointment and production of forensic examination. The methodological basis of the research was the general dialectical method of scientific cognition, as well as cognitive methods of generalization, description, methods of observation, comparison and analysis. The empirical basis of the study was the conclusions of fingerprint examinations conducted by experts of the ECC of the Ministry of Internal Affairs of Russia in the Irkutsk region in the period from 2019-2021.
The results of the study: Having considered in the substantive aspect certain issues of forming an expert opinion based on the results of fingerprint examination, specific recommendations were developed based on the basic principles of forensic expert activity - legality, completeness and objectivity.
Findings and conclusions: Along with knowledge and compliance with the methodology of research, an important aspect in the formation of a system of evidence in a criminal case is the ability to correctly and competently formalize the results of the conducted research, in many respects its effectiveness and quality depends on this.
Keywords: special knowledge, forensic examination, forensic expert activity, expert opinion, fingerprint examination, proof.
For citation: Korytov D.A., Tretyakova E.I. Zaklyuchenie eksperta po rezul'tatam daktiloskopicheskogo issledovaniya kak dokazatel'stvo: faktory ego obosnovannosti i do-brokachestvennosti [Expert's conclusion on the results of fingerprint examination as proof: factors of its validity and good quality]. Vestnik Vostochno-Sibirskogo instituta MVD Rossii — Vestnik of the East Siberian Institute of the Ministry of Internal Affairs of Russia. 2022, no, 3 (102) pp. 215 - 229 (in Russ.). DOI: 10.55001/2312-3184.2022.66.79.019
Современная преступность проходит процесс трансформации, ее изменяющаяся структура характеризуется использованием современных информационных технологий, даже уже в ставших «традиционными» общеуголовных преступлениях. В этой связи на фоне стабильно высокого уровня преступности и низкой раскрываемости, а
она, к слову, составляет чуть более 50 %1, возрастает роль и значение использования специальных знаний в раскрытии и расследовании преступлений.
Отдельные вопросы уголовно-процессуальных и криминалистических возможностей использования специальных знаний в раскрытии и расследовании преступлений постоянно рассматриваются научным сообществом на различных этапах становления научного знания. Формы и виды использования специальных знаний в уголовном судопроизводстве, возможность назначения судебной экспертизы до возбуждения уголовного дела, отличие заключения эксперта и заключения специалиста, доказательственное значение заключения специалиста и другие аспекты не раз становились и становятся предметом научных исследований. Часть из обозначенных проблем была решена законодательно, например, назначение судебной экспертизы до возбуждения уголовного дела, что послужило импульсом появления новых проблем правоприменения [1, 2, 3, 4, 5], а часть так и осталась не решенной, что определяет необходимость глубокой их проработки.
Однако, не вступая в дискуссию по обозначенным направлениям исследования, поскольку это не входит в предмет исследования данной статьи, следует отметить, что бесспорно судебная экспертиза является одним из главных видов процессуальной формы использования специальных знаний. Данный тезис является вовсе не голословным, а подтверждается многими учеными. Так, например, ведущий ученый-криминалист, роль и научные достижения которого внесли огромный вклад в развитие криминалистической науки, Елена Рафаиловна Россинская, отмечает, что трудно переоценить значение заключения судебного эксперта как доказательства в уголовном судопроизводстве, когда в силу интеграции достижений научно-технического прогресса во все сферы человеческой деятельности раскрытие и расследование преступлений практически всегда возможно только с использованием специальных знаний, основной процессуальной формой применения которых является судебная экспертиза. [6, с. 90]
Кроме того, С.Б. Россинский, анализируя критерии разграничения заключений эксперта и специалиста обозначил, что основное средство доказывания - это заключение эксперта и невозможность его получения или исключение его из разряда доказательств, как недопустимого, не позволит установить определенные факты, что определяет появление «белых пятен» в предмете доказывания [7, с. 18].
т~ч и __и
В этой связи, поскольку заключению эксперта отводится одна из лидирующей роли в системе доказательств, оно должно отвечать критериям законности и обоснованности.
В соответствии с Ф3-73 от 31.05.2001 г. «О государственной судебно-экспертной деятельности» судебно-экспертная деятельность должна быть основана на принципах полноты, объективности исследования, т.е. соответствии исследования современным научным данным, непредвзятость и беспристрастность эксперта при проведении исследования, при этом эксперт должен прийти к какому-либо окончательному выводу при условии, что им были исследованы и проверены все возможные экспертные гипотезы, что свидетельствует о его всесторонности и убедительности, а также отсутствии
1 Состояние преступности в Российской Федерации за январь - декабрь 2021 г. [Электронный ресурс] // https://xn--b1aew.xn--p1ai/reports/item/28021552/ (дата обращения 20.05.2022)
внутренних противоречий, последовательность и логичность изложения; использование точной, понятной терминологии, лаконичный язык и проявление специальной и юридической грамотности.
В этой связи, наряду со знаниями и соблюдением методологии производства исследования, немаловажным аспектом в формировании системы доказательств по уголовному делу, является умение правильно и грамотно оформлять результаты проведённого исследования, что во многом определяет его результативность и доброкачественность.
В соответствии со статистическими данными о результатах работы экспертных подразделений МВД России за 2021 г.1 всего по России проведено 751 881 экспертиз, 263 565 проведено дактилоскопических экспертиз, что составляет 35,1 %, уступая место только трасологическим исследованиям (41,1 %). Это свидетельствует о распространенности использования результатов дактилоскопической экспертизы как средства в механизме уголовно-процессуального доказывания.
То есть, несмотря на наметившиеся тенденции смещения содержания экспертной деятельности, в целях идентификации личности в сторону генно-молекулярных методов исследования дактилоскопические исследования, являясь надежным традиционным средством идентификации личности, не утратили своей значимости.
Формирование заключения эксперта должно быть осуществлено с учетом соблюдения рекомендаций, закрепленных в приказе МВД России от 29 июня 2005 г. № 511 «Вопросы организации производства судебных экспертиз в экспертно-криминали-стических подразделениях органов внутренних дел Российской Федерации»2, а также соблюдением приказа МВД России от 20 июня 2012 г. № 615 «Об утверждении Инструкции по делопроизводству в органах внутренних дел Российской Федерации».
Ст. 25 Федерального закона от 31 мая 2001 г. № 73-ФЗ «О государственной судебно-экспертной деятельности в Российской Федерации» определяет структуру заключения эксперта, состоящую из вводной, исследовательской и заключительной частей.
В водной части, наряду с общими сведениями о наименовании экспертного подразделения, времени и месте производства судебной экспертизы, данных об эксперте, наименовании органа, назначившего экспертизу, необходимо отразить объекты, представленные на исследование, их упаковку и ее состояние, вопросы, поставленные перед экспертом, а также основание для производства экспертизы.
Формирование вводной части, как правило, не вызывает сложностей, поскольку часть сведений имеются в постановлении о назначении экспертизы, в котором и отражена потребность органа расследования в использовании специальных знаний в форме проведения исследования для установления обстоятельств расследуемого события.
т~ч __и и
В случае же назначения повторной или дополнительной экспертизы следователь должен отразить основания для ее назначения и предоставить эксперту результаты еще и первичной экспертизы.
1 Форма № 1НТП, утверждена приказом МВД России от 01.11.2008 № 952 «Об утверждении статистической отчетности «1-НТП» (в ред. приказа МВД России от 30.12.2012 № 1071)».
2 Далее - «Инструкция».
Поскольку они экспертизы должны найти свое отражение в начале исследовательской части заключения: «В ходе проведения осмотра мест происшествия с поверхности входной двери павильона на один отрезок ленты «скотч» были изъяты следы папиллярных линий.
Следы папиллярных линий были исследованы в ходе проведения первичной экспертизы № 5 от 20.03.2019 г., выполненной экспертом МЭКО № 9 ЭКЦ ГУ МВД России по Иркутской области Цукановым Андреем Андреевичем. Выводы первичной экспертизы: «1. На поверхности отрезка ленты «скотч»размером 20х50мм имеются два следа пальцев рук размерами 10х20мм и 15х20, пригодные для идентификации личности. 2. След пальца руки размером 10х20мм оставлен большим пальцем правой руки потерпевшим Сидоровым Николаем Петровичем, след пальца руки размером 15х20мм оставлен не Сидоровым Николаем Петровичем, а другим лицом».
В ходе предварительного следствия по подозрению в совершении преступления задержан Иванов Иван Иванович, 12.05.1970 г.р., в связи с чем возникла необходимость назначения дополнительной судебной дактилоскопической экспертизы для решения вопроса о том, не оставлен ли им след пальца руки размером 15х20мм»
На экспертизу представлено:
1. Заключение эксперта № 5 от 20.03.2019 г.на пяти листах, в неупакованном
виде.
2. Следы пальцев рук на одном отрезке ленты «скотч» размером 20х50мм, упакованные в бумажный конверт, клапан которого заклеен. На конверте имеется пояснительный текст, выполненный красящим веществом чёрного цвета следующего содержания: «Отрезок ленты «скотч» со следами пальцев рук, заключение эксперта № 5 от 20.03.2019г., эксперт Цуканов А.А.», подпись от имени эксперта, заверенная оттиском круглой печати «№ 5 МЭКО № 9 ЭКЦ ГУ МВД России по Иркутской области».
3. Оттиски пальцев рук Иванова Ивана Ивановича, 12.05.1970 г.р. в неупакованном виде.
Перед экспертом поставлен вопрос:
Не оставлен ли след пальца руки размером 15х20мм, изъятый на отрезок ленты «скотч», размером 20х50мм, в ходе осмотра места происшествия по факту кражи из павильона, подозреваемым Ивановым Иваном Ивановичем 12.05.1970 г.р. ?».
Однако, как справедливо отмечает А.С. Яковлева в своей научной публикации, одной из распространенных ошибок экспертов является то, что при производстве дополнительных экспертиз следователи не предоставляют материалы первичных экспертиз, а эксперты их не запрашивают и начинают проводить исследование фактически заново [8, с. 117]. Анализ правоприменительной практики действительно подтверждает данный факт.
Кроме того, реализуя п. 30 Инструкции о необходимости указать объекты исследований и материалы, представленные для производства экспертизы, наличие и состояние их упаковки, необходимо проверить и их соответствие. В то же время при несоответствии представленных объектов их перечню в постановлении, производство экспертизы приостанавливается до устранения причин. В случае отказа либо невозможности устранения причин, а также отсутствия ответа лица, назначившего экспертизу, материалы экспертиз возвращаются без исполнения. Таким образом, если эксперт установил несоответствие реально представленных объектов их перечню, то экспертиза не исполняется вовсе. Поэтому предложение о том, что «наименование
объектов и их количество соответствует перечню, указанному в постановлении о назначении судебной экспертизы», во вводной части заключения эксперта отражать не нужно.
Далее в исследовательской части заключения необходимо осуществить описание следов при раздельном исследовании.
При описании общих признаков следа пальца руки не нужно одновременно использовать терминологию с названием потоков и зон, чтобы не путать названия «зон» и «потоков», не допускать таких словосочетаний, как «центральный поток», «внутренняя зона», «базисный поток», «нижняя зона».
Описание может быть осуществлено следующим образом:
«...верхний наружный дуговой формы и внутренний, папиллярные линии которого образуют узор в виде петель. Судя по форме и размеру следа, направлению потоков папиллярных линий, особенностям строения центра, можно сделать вывод о том, что след папиллярных линий оставлен ногтевой фалангой пальца руки с петлевым типом папиллярного узора, вид - простой».
«...правая латеральная и центральная зоны ногтевой фаланги пальца руки; дельта, расположенная слева от центра узора. Тип и вид папиллярного узора - петлевой простой, ножки петель направлены вправо».
Описание частных признаков, отобразившихся в следах папиллярных линий, рекомендуется осуществить следующим образом: «...Совокупность общих (форма, направление и крутизна потоков папиллярных линий) и частных признаков (начало, окончание, разветвление папиллярных линий, точка), отобразившихся в следе, устойчива, индивидуальна, что позволяет сделать вывод о том, что данный след пригоден для идентификации личности».
Или: «.Наряду с общими признаками, в достаточном количестве отобразились частные признаки: начало, окончание, разветвление папиллярных линий, точка.
Совокупность общих и частных признаков, отобразившихся в следе, индивидуальна, что позволяет сделать вывод о том, что данный след пригоден для идентификации личности».
В ряде случаев, при оценке совокупности общих и частных признаков, наряду с индивидуальностью употребляется понятие устойчивости, неповторимости, достаточности.
Согласно методике1, устойчивость, взаимозависимость и идентификационная значимость характеризуются при оценке признаков, после чего определяется их достаточность.
При этом необходимо помнить, что «устойчивость» признака в данном случае рассматривается как характеристика, на которую влияет механизм следообразования, эмоциональное и физическое состояние человека. В связи с чем частные признаки могут вполне обоснованно «трансформироваться» (начало - в разветвление, окончание -в слияние и т.п.). Если в ходе сравнительного исследования будет установлено, что в следе частный признак - «разветвление папиллярных линий», а в оттиске - «начало папиллярной линии» и это изменение будет объяснимо, то «устойчивость», а равно и
1 Типовые экспертные методики исследования вещественных доказательств / под ред. Ю.М. Дильдина, общ.ред. В.В. Мартынова. М.: ЭКЦ МВД России, 2010. Ч. 1.
идентификационная значимость при признании следа пригодным для идентификации личности на стадии раздельного исследования будут неприемлемыми.
Признание совокупности общих и частных признаков индивидуальной - это результат всех вышеперечисленных действий, т.к. не может быть индивидуальности, если не учтены: устойчивость, взаимозависимость, идентификационная значимость и достаточность.
Таким образом, при оценке выявленных общих и частных признаков, образующих индивидуальную совокупность, неуместно указывать их «достаточность», «устойчивость» и т.д., просто необходимо их учитывать.
Достаточность полагается возможным указать только при перечислении частных признаков: «...Наряду с общими признаками, в достаточном количестве отобразились частные признаки: начало, окончание, разветвление папиллярных линий, точка».
После этого необходимо указать, что совокупность общих и частных признаков, отобразившихся в следе, «индивидуальна».
В некоторых источниках по производству дактилоскопических экспертиз указывается, что оценка всей выявленной совокупности признаков «приводит эксперта к убеждению о её индивидуальности и неповторимости».
При этом необходимо разграничивать значение слов «неповторимость» и «индивидуальность».
Так, неповторимость означает невозможность повторить, а индивидуальность -«совокупность характерных своеобразных черт, отличающих какого-либо одного человека от другого».
В этой связи следует заметить, что «индивидуальность» и «неповторимость», расцениваются не как синонимы, а как различные понятия.
Если же неповторимость рассматривать как невозможность повторения комплекса признаков в той совокупности, которая является индивидуальной, то получается, что след может быть оставлен лишь один раз и оставить ещё один такой же след просто невозможно, что совершенно не так. Поскольку, способность неоднократного отображения точно такого же комплекса признаков, совокупность которых присуща только одному лицу, возможна и именно это отличает лицо от других, это по сути является индивидуальностью. Таким образом, усиливать значение индивидуальности неповторимостью не нужно.
Необходимо помнить о том, что исследование следов папиллярных линий на липком слое отрезков тёмной и светлой дактилоскопических плёнках, ввиду их зеркального отображения (на тёмных дактилоскопических плёнках, кроме этого, папиллярные линии белого цвета), осуществляется только по их фотоизображениям.
При поступлении нескольких следов рук, после стадии раздельного исследования каждого из них, по возможности необходимо сравнить следы между собой (при сопоставимости следов).
Наиболее ценны результаты дактилоскопического исследования, когда оно носит идентификационный характер, т.е. среди объектов исследования представлены и образцы для сравнительного исследования.
Процессуальные аспекты получения образцов для сравнительного исследования довольно часто становятся предметом научных дискуссий [9, 10, 11], не вдаваясь в суть этих дискуссий, следует отметить, что И.П. Попова права, что получение образцов для
сравнительного исследования в нарушение норм закона влечет недопустимость заключения судебной экспертизы [12, с. 229]. При этом обязанность проверки экспертом законности получения образцов для сравнительного исследования не предусмотрена. Кроме того, необходимо помнить, что получение образцов для сравнительного исследования - это не дактилоскопирование, проводимое в целях постановки на дактилоскопический учёт с соблюдением соответствующих для этой процедуры требований, а следственное действие. Хотя вопрос о всеобщей дактилоскопической регистрации не раз обсуждался, в том числе и в научных публикациях [13, 14, 15].
Итак, к сравнительным образцам, в нашем случае, следует отнести отпечатки ногтевых фаланг пальцев рук, выполненные путём прокатки, контрольные оттиски и оттиски ладонных поверхностей.
Разграничение понятий «отпечатки» для сравнительных образцов, полученных путём прокатки, и «оттиски» для сравнительных образцов, полученных путём нажатия ладонной поверхности на следовоспринимающую поверхность, фактически внутриведомственное, т.к. понятия «оттиск» и «отпечаток» - синонимы.
Таким образом, не будет являться ошибкой эксперта использование только одного слова «отпечатки» при описании сравнительных образцов, полученных различными способами (прокаткой, нажатием).
Однако употребление способа получения дактилоскопических образцов должно быть уместным, т.е. понятие «прокатка» надо употреблять в тех случаях, когда действительно отпечаток получен данным способом, а не простым нажатием ладонной поверхности на лист бумаги или бланк дактилоскопической карты.
Если для сравнительного исследования представлены отпечатки пальцев и ладоней рук, описание необходимо построить следующим образом:
- если для сравнительного исследования необходимы отпечатки пальцев и ладоней рук: «Прокатка пальцев рук полная, отображение в них папиллярных узоров чёткое. На оборотной стороне листа имеются отпечатки ладоней рук, отображение всех участков ладоней полное, чёткое. Отпечатки пальцев и ладоней рук удовлетворительного качества и они пригодны для сравнительного исследования в целях идентификации личности».
- если для сравнительного исследования необходимы только отпечатки пальцев рук, а в материалах, используемых для сравнительного исследования, имеются отпечатки не только пальцев, но и ладоней рук: «Прокатка пальцев рук полная, отображение в них папиллярных узоров чёткое. Отпечатки пальцев рук удовлетворительного качества, и они пригодны для сравнительного исследования в целях идентификации личности. На оборотной стороне листа имеются отпечатки ладоней рук».
- если для сравнительного исследования необходимы только отпечатки ладоней рук: «На оборотной стороне листа имеются отпечатки ладоней рук, отображение всех участков ладоней полное, чёткое. Отпечатки ладоней рук удовлетворительного качества, и они пригодны для сравнительного исследования».
Получение образцов осуществляется для конкретного сравнительного исследования и способ их получения зависит от механизма образования следов рук (следы захвата или нажима, объёмные или поверхностные и т.п.), с которыми сравнительное исследование будет осуществлено.
Так, например, особую сложность может вызвать сравнительное исследование со следами захвата или искажёнными следами, в которых может различаться не только
направление и крутизна потоков папиллярных линий, но и расстояние между частными признаками. В этом случае, лишь учитывая механизм следообразования, можно получить сравнительный образец, более приближенный к следу, изъятому на месте происшествия, соответственно, сравнительное исследование проводить проще и различий будет меньше.
Описание типов и видов папиллярных узоров образцов может быть изложено в табличной форме:
«В отпечатках пальцев рук на дактилоскопической карте на имя подозреваемого Марченко Олега Витальевича отобразились зоны ногтевых фаланг пальцев рук, в которых отобразились следующие типы и виды папиллярных узоров см.таблицу ниже)».
Правая рука
Большой Указательный Средний Безымянный Мизинец
петлевой петлевой петлевой петлевой петлевой
простой простой простой простой простой
Левая рука
Большой Указательный Средний Безымянный Мизинец
завитковый петлевой петлевой петлевой петлевой
спираль простой простой простой простой
Практикой определены критерии правильности сравнительного исследования, к которым относятся прежде всего полнота сравнения, т.е. нельзя ограничиваться сравнением только частных признаков, его двусторонность, определяющая необходимость соотносить не только тождественные признаки, но и расхождения, а также реальность совпадения, т.е. совпадение должно быть установлено по всем параметрам.
Так, например, невозможно установить совпадение следа с оттиском по типу и виду папиллярного узора, если в следе он не определяется, по направлению и крутизне потоков папиллярных линий, если в следе отобразился всего один поток и т.п. Также невозможно провести дальнейшее сравнительное исследование по частным признакам, если след и оттиск различаются по типу и виду папиллярного узора.
Далее, в заключениях экспертов, в оценочной (резолютивной) его части, можно обнаружить: «Установленные совпадающие общие и частные признаки устойчивы, в своей совокупности индивидуальны и достаточны для вывода о том, что след оставлен определённым лицом», что является не совсем корректным.
Дать характеристику устойчивости признаков, как указывает Ивашков В. А. [16, с. 84], «практически невозможно из-за единичности встречаемости признака (один раз - в следе и один - в отпечатке), поэтому признак «устойчивости» полагается возможным использовать в том случае, если эксперт хочет подтвердить совпадение частных признаков в точном соответствии с их названиями. Если же хотя бы один из признаков принял вид другой детали, то говорить об устойчивости совпадающих признаков в этом случае эксперту не приходится.
Признак достаточности же уместно определять в отношении признаков, по которым установлено совпадение: «.. .установлено совпадение следа на представленном отрезке с отпечатком ногтевой фаланги указательного пальца правой руки К.., по
общим признакам: типу и виду папиллярного узора, направлению потоков папиллярных линий и их крутизне, а также по наличию достаточного количества частных признаков строения деталей папиллярного узора - начал, окончаний, слияний папиллярных линий, точки, короткой папиллярной линии и их взаиморасположению», а не в оценке совпадений, совокупность которых признана индивидуальной.
Правильным будет писать: «Установленные совпадающие общие и частные признаки в своей совокупности индивидуальны и дают основание для вывода о том, что...».
Итак, сравнение частных признаков осуществляется только после установления совпадений общих признаков. И уже на этапе фактического процесса сопоставления частных признаков экспертом решается вопрос о совпадении следа с оттиском.
Такие совпадения могут быть обозначены не только по 10 частным признакам, которых достаточно для утверждения тождества, но и по большему их количеству. Если в заключении эксперта обозначено: «Совпадениеустановлено по следующим признакам...» и осуществлено размещение разметки, т.е. даётся оценка совпадающим признакам, это свидетельствует, что экспертом проиллюстрированы все частные признаки, по которым след совпал с отпечатком. Если эксперт при этом при разметке указывает лишь некоторые частные признаки из большого числа совпавших (например, в количестве 9-12), то оценка совпадения всех признаков, размещённая после разметки, теряет смысл.
В теории и на практике выработано, что для признания следа пригодным для идентификации личности бывает достаточно 8-ми деталей папиллярного узора в следе с определяемым типом или видом узора и возможностью анализа строения фрагмента центральной части узора, дельты узора и части центра узора, двух дельт и др. и 10-ти деталей папиллярного узора - в следе с неопределяемым типом и видом узора, следо-образующий участок которого определяется условно. Эксперты придерживаются мнения, что должно быть отображено не менее 9-ти деталей папиллярного узора».
Учитывая изложенное, а также то, что эксперту не всегда для проведения сравнительного исследования требуется фотографирование следа и оттиска, иллюстрация совпадения не всегда осуществляется (когда следы оставлены потерпевшими, свидетелями; когда совпавших следов одного человека, изъятых с одного места происшествия, несколько, а разметка делается лишь по одному из них), логичнее текст о проведённой разметке в качестве иллюстрации установленного факта совпадения размещать после того, как объективно оценены результаты сравнительного исследования (.в целях иллюстрации совпадения изготовлены фотоснимки следа пальца руки размером 15х12мм и оттиска мизинца правой руки (фото 29,30), где линиями разметки с одноимёнными цифровыми обозначениями красящим веществом красного цвета отмечены совпадающие детали папиллярного узора следа пальца размером 15х12мм с отпечатком мизинца правой руки М.».)
Формулировать выводы необходимо в соответствии с вопросами, поставленными перед экспертом.
Кстати, что касается вопросов, заданных эксперту, Е.Р. Россинская справедливо отмечает, что неправильная постановка вопросов эксперту, когда, например, вместо идентификационного вопроса задается диагностический, является фактором, влияющим на возможность использования результатов судебной экспертизы в доказывании [6, с. 155].
Поэтому эксперт вправе группировать вопросы, излагая их в той последовательности, которая обеспечивает наиболее целесообразный порядок проведения исследования, а также вправе изменить редакцию вопросов, не изменяя их смысл. При редактировании вопросов, эксперты используют формулировку: «...по согласованию со следователем редакция вопросов изменена», либо «.вопросы в редакции эксперта по согласованию со следователем, без изменения смыслового содержания». Однако подтвердить факт такого согласования невозможно, поскольку оно осуществляется в устной форме. Получается, что лишь в случае, если следователем письменно изложен факт согласования, редактирование вопросов и формулировка: «.по согласованию со следователем.» будут обоснованы.
К заключению эксперта приобщается фототаблица. Фотографировать при разметке совпадений след и оттиск необходимо в одном масштабе (фотосъемка с масштабной линейкой либо указание масштаба непосредственно под фотоснимком, последнее неприемлемо в случаях, когда при помещении фотоснимков в фототаблицу, эксперт обрезает, смещает фотоснимок следа, а потом фактически «подгоняет» под размер фотоснимка оттиска).
Фотоснимки совпавших следа и оттиска должны размещаться на одном уровне. Контрольные фотоснимки необходимо размещать на одном листе, под соответствующими им фотоснимками следа и совпавшего с ним оттиска.
Пояснительный текст необходимо размещать под каждым фотоснимком.
Итак, результативность и доброкачественность заключений эксперта обеспечивается не только правовыми, методическими и организационными аспектами судебно-экспертной деятельности, но и компетентностью следователя, который и определяет необходимость использования специальных знаний в раскрытии и расследовании преступлений, формируя постановление о назначении судебной экспертизы. И несмотря на достаточную разработанность методики проведения дактилоскопической экспертизы и наличие различных рекомендаций по оформлению ее результатов, в практике имеют место быть недостатки в деятельности экспертов, которые негативно сказываются на качестве заключений, ставят под сомнение профессиональный уровень эксперта и снижают доказательственную силу заключения эксперта в суде.
СПИСОК ИСТОЧНИКОВ
1. Гаврилов, Б.Я. Проблемы совершенствования законодательства о производстве судебных экспертиз / Б.Я. Гаврилов // Юридическая техника. - 2022. - № 16. - С. 411-419.
2. Калюжный, А.Н. Проверка сообщений о преступлениях: пути совершенствования / А.Н. Калюжный, В.Н. Чаплыгина // Lex russica. - 2015. - № 7. - С. 37-42.
3. Мельников, М.В. Заключение эксперта в стадии возбуждения уголовного дела как доказательство по уголовному делу / М.В. Мельников // Уголовный процесс и криминалистика: теория, практика, дидактика: Сборник материалов VII Всероссийской научно-практической конференции, Рязань, 16 декабря 2021 года. - Рязань: Академия права и управления Федеральной службы исполнения наказаний, 2022. - С. 249-254.
4. Аксенова, Л.Ю. Некоторые особенности назначения и производства судебных экспертиз до возбуждения уголовного дела о дорожно-транспортных происшествиях / Л. Ю. Аксенова, Р.В. Богданов // Криминалистика: вчера, сегодня, завтра: сборник научных трудов. -Иркутск: Восточно-Сибирский институт Министерства внутренних дел Российской Федерации, 2016. - С. 21-28.
5. Перякина, М.П. О назначении и производстве судебных экспертиз до возбуждения уголовного дела / М.П. Перякина // Закон и право. - 2018. - № 12. - С. 105-107.
6. Россинская, Е.Р. Факторы, определяющие результативность и доброкачественность заключений судебной экспертизы в уголовном судопроизводстве / Е.Р. Россинская // Вестник Московского университета МВД России. - 2019. - № 1. - С. 89-93.
7. Россинский, С.Б. Заключение эксперта и заключение специалиста как средства доказывания в уголовном судопроизводстве: каковы критерии их разграничения? / С.Б. Россин-ский, Н.С. Расулова // Вестник Уральского юридического института МВД России. - 2022. - № 2(34). - С. 15-20.
8. Яковлева, А.С. Информационное сопровождение дактилоскопических экспертиз / А.С. Яковлева // Вестник Московского университета МВД России. - 2019. - № 1. - С. 115-117.
9. Колегов, А.Л. Проблемы принудительного получения образцов для сравнительного исследования / А.Л. Колегов, И.В. Волосников // Вестник Восточно-Сибирского института МВД России. - 2019. - № 4 (91). - С. 96-106.
10. Смолькова, И.В. Допустимо ли принуждение при получении образцов для сравнительного исследования в российском уголовном судопроизводстве / И.В. Смолькова // Вестник Восточно-Сибирского института МВД России. - 2018. - № 4 (87). - С. 146-154.
11. Тангриева, В.Н. Проблемные вопросы получения образцов для сравнительного исследования в ходе дознания по уголовному делу / В.Н. Тангриева // Научный портал МВД России. - 2015. - № 3. - С. 30-33.
12. Попова, И.П. Получение образцов для сравнительного исследования / И.П. Попова // Криминалистика: вчера, сегодня, завтра. - 2020. - № 3(15). - С. 226-233.
13. Волынский, А.Ф. Дактилоскопия: влияние общественного сознания на ее возникновение и развитие // Эксперт-криминалист. - 2014. - № 4. - С. 3-6.
14. Грибунов, О.П. Всеобщая дактилоскопическая регистрация граждан как элемент реализации криминалистического предупреждения преступлений // Вестник Томского государственного университета. - 2016. - № 402. - С. 188-191.
15. Усачев, С.И. Современные проблемы дактилоскопического учета граждан / С. И. Усачев // Современность в творчестве начинающего исследователя : Сборник материалов научно-практической конференции молодых ученых, Иркутск, 29 марта 2018 года. - Иркутск: Восточно-Сибирский институт Министерства внутренних дел Российской Федерации, 2018. - С. 80-83.
16. Ивашков, В.А. Особенности составления заключения эксперта при выполнении дактилоскопических экспертиз : Учебное пособие. - М: ЭКЦ МВД России, 1999. - 240 с.
REFERENCES
1. Gavrilov B. YA. Problemy sovershenstvovaniya zakonodatel'stva o proizvodstve sudebnyh ekspertiz [Problems of improving legislation on the production of forensic examinations]. YUridicheskaya tekhnika - Legal technique, 2022 no 16. pp. 411—419. (in Russian).
2. Kalyuzhnyj A. N.? CHaplygina V.N. Proverka soobshchenij o prestupleniyah: puti sovershenstvovaniya [Verification of crime reports: ways of improvement]. Lex russica - Lex russica, 2015. no 7. pp. 37—42. (in Russian).
3. Mel'nikov M. V. Zaklyuchenie eksperta v stadii vozbuzhdeniya ugolovnogo dela kak doka-zatel'stvo po ugolovnomu delu [Expert's conclusion at the stage of initiation of a criminal case as evidence in a criminal case]. Ugolovnyj process i kriminalistika: teoriya, praktika, didaktika: Sbornik materialov VII Vserossijskoj nauchno-prakticheskoj konferencii - Criminal procedure and criminalistics: theory, practice, didactics: Collection of materials of the VII All-Russian Scientific and Practical Conference— Ryazan': Akademiya prava i upravleniya Federal'noj sluzhby ispolneniya nakaza-nij. , Ryazan'. Academy of Law and Management of the Federal Penitentiary Service, 2022. — pp. 249-254. (in Russian).
4. Aksenova, L. YU. Bogdanov R. V. Nekotorye osobennosti naznacheniya i proizvodstva sudebnyh ekspertiz do vozbuzhdeniya ugolovnogo dela o dorozhno-transportnyh proisshestviyah
[Some features of the appointment and production of forensic examinations before the initiation of a criminal case on road accidents]. Kriminalistika: vchera, segodnya, zavtra: sbornik nauchnyh trudov
- Criminalistics: yesterday, today, tomorrow: a collection of scientific papers. - Irkutsk: East Siberian Institute of the Ministry of Internal Affairs of the Russian Federation, 2016. - pp. 21-28. (in Russian).
5. Peryakina M. P. O naznachenii i proizvodstve sudebnyh ekspertiz do vozbuzhdeniya ugolovnogo dela [On the appointment and production of forensic examinations before the initiation of a criminal case]. Zakon i pravo. - Law and Law, 2018. - no 12. - pp. 105—107. (in Russian).
6. Rossinskaya E. R. Faktory, opredelyayushchie rezul'tativnost' i dobrokachestvennost' zaklyuchenij sudebnoj ekspertizy v ugolovnom sudoproizvodstve [Factors determining the effectiveness and quality of forensic examination conclusions in criminal proceedings]. Vestnik Moskovskogo universiteta MVD Rossii - Bulletin of the Moscow University of the Ministry of Internal Affairs of Russia, 2019. - no 1. - pp. 89—93. (in Russian).
7. Rossinskij S. B., Rasulova N. S. Zaklyuchenie eksperta i zaklyuchenie specialista kak sredstva dokazyvaniya v ugolovnom sudoproizvodstve: kakovy kriterii ih razgranicheniya? / S. B. Rossinskij, N. S. Rasulova [Expert opinion and expert opinion as means of proof in criminal proceedings: what are the criteria for their differentiation?]. Vestnik Ural'skogo yuridicheskogo instituta MVD Rossii - Bulletin of the Ural Law Institute of the Ministry of Internal Affairs of Russia, 2022.
- no 2(34). - pp. 15—20. (in Russian).
8. YAkovleva A. S. Informacionnoe soprovozhdenie daktiloskopicheskih ekspertiz / A. S. YAkovleva [Information support of fingerprint examinations]. Vestnik Moskovskogo universiteta MVD Rossii - Bulletin of the Moscow University of the Ministry of Internal Affairs of Russia, 2019.
- no 1. - pp. 115—117. (in Russian).
9. Kolegov A. L., Volosnikov I. V. Problemy prinuditel'nogo polucheniya obrazcov dlya sravnitel'nogo issledovaniya [Problems of forced obtaining of samples for comparative research]. Vestnik Vostochno—Sibirskogo instituta MVD Rossii — Bulletin of the East Siberian Institute of the Ministry of Internal Affairs of Russia, 2019. — no 4 (91). — pp. 96—106. (in Russian).
10. Smol'kova I. V. Dopustimo li prinuzhdenie pri poluchenii obrazcov dlya sravnitel'nogo issledovaniya v rossijskom ugolovnom sudoproizvodstve [Is coercion permissible when obtaining samples for comparative research in Russian criminal proceedings]. Vestnik Vostochno-Sibirskogo instituta MVD Rossii — Vestnik of the East Siberian Institute of the Ministry of Internal Affairs of Russia, 2018. — no 4 (87). — pp. 146—154. (in Russian).
11. Tangrieva V. N. Problemnye voprosy polucheniya obrazcov dlya sravnitel'nogo issledovaniya v hode doznaniya po ugolovnomu delu [Problematic issues of obtaining samples for comparative research during a criminal investigation]. Nauchnyj portal MVD Rossii — Scientific portal of the Ministry of Internal Affairs of Russia, 2015. — no 3. — pp. 30—33. (in Russian).
12. Popova I. P. Poluchenie obrazcov dlya sravnitel'nogo issledovaniya [Obtaining samples for comparative research]. Kriminalistika: vchera, segodnya, zavtra - Criminalistics: yesterday, today, tomorrow, 2020. - no 3(15). - pp. 226-233. (in Russian).
13. Volynskij A.F. Daktiloskopiya: vliyanie obshchestvennogo soznaniya na ee vozniknove-nie i razvitie [Fingerprinting: the influence of public consciousness on its emergence and development] // Ekspert-kriminalist— Expert criminalist, 2014. — no 4. — pp. 3-6. (in Russian).
14. Gribunov O. P. Vseobshchaya daktiloskopicheskaya registraciya grazhdan kak element realizacii kriminalisticheskogo preduprezhdeniya prestuplenij [Universal fingerprint registration of citizens as an element of the implementation of criminalistic crime prevention]. Vestnik Tomskogo gosudarstvennogo universiteta — Bulletin of Tomsk State University, 2016. — no 402. — pp. 188— 191. (in Russian).
15. Usachev S. I. Sovremennye problemy daktiloskopicheskogo ucheta grazhdan [Modern problems of fingerprint registration of citizens]. Sovremennost' v tvorchestve nachinayushchego is-sledovatelya: Sbornik materialov nauchno-prakticheskoj konferencii molodyh uchenyh - Modernity in the work of a novice researcher: A collection of materials of the scientific and practical conference
of young scientists. - Irkutsk: East Siberian Institute of the Ministry of Internal Affairs of the Russian Federation, 2018. - pp. 80-83. (in Russian).
16. Ivashkov V.A. Osobennosti sostavleniya zaklyucheniya eksperta pri vypolnenii daktilos-kopicheskih ekspertiz: Uchebnoe posobie. [Features of drawing up an expert opinion when performing fingerprint examinations: Textbook]. - M: EKC MVD Rossii, 1999. -240 p. (in Russian).
ИНФОРМАЦИЯ ОБ АВТОРАХ
Корытов Дмитрий Анатольевич, начальник межмуниципального экспертно-криминалисти-ческого отдела №8. ЭКЦ ГУ МВД России по Иркутской области, 664074, Россия, г. Иркутск, ул. Баррикад, 54.
Третьякова Елена Игоревна, кандидат юридических наук, доцент, доцент кафедры криминалистики Восточно-Сибирского института МВД России. 664071, Россия, г. Иркутск, ул. Лермонтова, 110.
INFORMATION ABOUT THE AUTHORS
Korytov Dmitry Anatolyevich, head of the intermunicipal forensic department No. 8. Forensic Expert Center of the Main Directorate of the Ministry of Internal Affairs of Russia for the Irkutsk Region. 54 Barricade st., Irkutsk, Russia 664019.
Tretyakova Elena Igorevna, Ph.D., Associate Рrofessor, associate professor of the Department of Criminalistics of the East Siberian Institute of the Ministry of Internal Affairs of Russia, 664071, Russia, Irkutsk, ul. Lermontova, 110. ORCID: 0000-0002-4069-6626
Статья поступила в редакцию 14.01.2022; одобрена после рецензирования 21.01.2022; принята к публикации 10.06.2022.
The article was submitted 14.01.2022; approved after reviewing 21.01.2022; accepted for publication 10.06.2022.