Научная статья на тему 'Вторая мировая война в судьбе и творчестве словенских писателей-эмигрантов'

Вторая мировая война в судьбе и творчестве словенских писателей-эмигрантов Текст научной статьи по специальности «Языкознание и литературоведение»

CC BY
138
9
i Надоели баннеры? Вы всегда можете отключить рекламу.
Ключевые слова
ЛИТЕРАТУРА СЛОВЕНСКОЙ ЭМИГРАЦИИ / THE LITERATURE OF SLOVENIAN EMIGRATION / ВТОРАЯ МИРОВАЯ ВОЙНА / WWII / ГРАЖДАНСКАЯ ВОЙНА / CIVIL WAR / ПОЛИТИЧЕСКИЕ РЕПРЕССИИ / POLITICAL REPRESSIONS / НОСТАЛЬГИЧЕСКИЕ МОТИВЫ / NOSTALGIC MOTIVES

Аннотация научной статьи по языкознанию и литературоведению, автор научной работы — Старикова Надежда Николаевна

В статье рассматриваются в течение нескольких десятилетий игнорировавшиеся в Словении литературные произведения представителей послевоенной словенской политической эмиграции, в творчестве которых тема Второй мировой войны и ее последствий для словенского общества является одной из главных.

i Надоели баннеры? Вы всегда можете отключить рекламу.
iНе можете найти то, что вам нужно? Попробуйте сервис подбора литературы.
i Надоели баннеры? Вы всегда можете отключить рекламу.

WWII in the life and works of Slovenian emigrant writers

The article dwells upon the literary movements of the Slovenian political emigration after the war, that were neglected in Slovenia during the last decenies. In the works of these literary circles the WWII and its effects are still among the most important.

Текст научной работы на тему «Вторая мировая война в судьбе и творчестве словенских писателей-эмигрантов»

К 70-ЛЕТИЮ ПОБЕДЫ В ВЕЛИКОЙ ОТЕЧЕСТВЕННОЙ ВОЙНЕ

Н. Н. Старикова (Москва)

Вторая мировая война в судьбе и творчестве словенских писателей-эмигрантов

В статье рассматриваются в течение нескольких десятилетий игнорировавшиеся в Словении литературные произведения представителей послевоенной словенской политической эмиграции, в творчестве которых тема Второй мировой войны и ее последствий для словенского общества является одной из главных.

Ключевые слова: литература словенской эмиграции, Вторая мировая война, гражданская война, политические репрессии, ностальгические мотивы

Вторая мировая война на территории Югославии началась 6 апреля 1941 г., когда германские войска без объявления войны начали наступление на югославских границах. В течение нескольких дней территория Словении была оккупирована и разделена между Италией, Венгрией и Германией, которой отошла большая часть словенских земель. В германской и венгерской зонах общественная и культурная жизнь полностью остановились, итальянские же оккупационные власти поначалу уделяли некоторое внимание просвещению и культуре, поэтому в Любляне продолжали работать школы и университет, ряд издательств (Словенская Матица, Общество Св. Мохора, Общество Водника), выходили журналы и книги на словенском языке. Одни словенские писатели уходили в партизаны (в июле 1941 г. Освободительный фронт словенского народа, во главе которого стояла Коммунистическая партия Словении, активизировал партизанское движение), другие публиковались в легальной печати, игнорируя лозунг «молчания культуры», провозглашенный на подпольном пленуме ОФ в сентябре 1941 г. солидарной с освободительным движением творческой интеллигенцией. Это идейное размежевание во многом обусловило специфику литературной жизни военного времени и повлияло на ее послевоенное состояние.

Ситуация внутри Словении осложнялась расколом, произошедшим в обществе и фактически повлекшим за собой гражданскую войну. Лидеры ряда политических партий «заняли компромиссную позицию по отношению к оккупантам, а впоследствии открыто встали

на сторону новых властей, определив своей главной задачей спасение народа от "коммунистической чумы"»1. По инициативе Словенской народной партии и при поддержке оккупационного режима в Люблянской покраине были созданы военизированные формирования («Словенский легион»), выступавшие на стороне коллаборационистских сил, затем появились отряды «добровольной антикоммунистической милиции» («т1^1а уо1оп1апа апйкотиш81а»), в состав которых входило словенское сельское население. В 1943 г. после капитуляции Италии и захвата Германией значительной части «освободившихся» областей были организованы добровольческие вооруженные подразделения домобранцев для борьбы с партизанами и частями народно-освободительной армии, находившиеся в подчинении Вермахта.

После изгнания оккупантов в мае 1945 г. Словения изъявила желание стать частью новой Югославии, в которой руководящую роль взяла на себя Коммунистическая партия. Одной из самых трагических страниц начала нового социалистического этапа национальной истории стала расправа народной власти над участниками воинских соединений, воевавших на стороне ее противников. Находившиеся на довоенной границе с Австрией в районе Бляйбурга и Ветриня десятки тысяч человек были в конце мая переданы английскими военными Югославской Народной Армии и массово расстреляны без суда. Деятели культуры, которые во время оккупации не последовали лозунгу «молчания культуры» и публиковали свои произведения в изданиях, находившихся под контролем оккупационных властей, опасаясь преследований, были вынуждены покинуть родину. Находясь в перевалочных лагерях в Австрии и Италии, они продолжали писать и печататься. В 1948 г. в Аргентину, куда после войны из США переместился центр словенской эмиграции*, уехали Т. Дебеляк, С. Коципер, В. Житник, Ф. Папеж, З. Симчич, Р. Юрчец и др. Они сразу же начали тесно сотрудничать с земляками из других стран, с католическими кругами довоенных эмигрантов в Южной Америке и их

* Диаспора словенцев в Аргентине сформирована тремя волнами эмиграции: первое переселение восходит к 1878 г., тогда аргентинское правительство в поисках свободных рабочих рук обратилось за помощью к Вене. Вторая волна пришлась на 1920-е гг., когда словенское население бежало из оккупированного фашистской Италией Приморья. Третью волну составили главным образом политические беженцы, те, кто после окончания Второй мировой войны оказались неугодными новой власти СФРЮ.

главным журналом «Духовно живленье» (основан в 1933). Расцвет словенской литературы в Аргентине пришелся на 1950-1960-е гг. В это время начали выходить периодические издания аргентинских словенцев: литературно-критический журнал «Меддобье» (с 1954), научный ежегодник «Вредноте» (1951-57, 1968), появилась первая антология эмигрантской прозы «Дни смертников» (1960). Важную роль в сохранении национальной самоидентификации выходцев из Словении сыграла международная организация «Словенская культурная акция» («СКА»), созданная в 1954 г. в Буэнос-Айресе и объединившая деятелей словенской культуры из разных стран мира. Высокий интеллектуальный уровень и творческая одаренность послевоенных эмигрантов способствовали развитию национальной культуры в иноязычной и инокультурной среде, поддержанию качественного художественного уровня литературных произведений.

Поэзия послевоенной словенской эмиграции развивалась в русле идейных и эстетических традиций, заложенных одним из ведущих литературных журналов Словении, выходившим в Любляне в годы оккупации, католическим изданием «Дом ин свет» (1888-1944). Изначально она была ориентирована на образцы религиозной лирики XIX в., тяготела к традиционным формам, в частности к сонету. В метафизически окрашенной лирике поэт-эмигрант, переживая боль войны, горечь послевоенных расправ победителей над побежденными, утрату родины, ищет успокоения в вере. Сильным творческим стимулом для всех поэтов-эмигрантов было чувство патриотизма (при этом патриотический пафос часто оказывается сильнее их художественных возможностей). Тоска по дому более выражена в рефлексивной лирике, отражающей особое положение перемещенных лиц: их оторванность от корней, столкновение с миром и неприятие уготованной судьбы, одиночество, скитальчество. Постепенно в лирических стихотворениях авторов-эмигрантов становится заметнее движение от классических форм к новаторским, экспериментальным, свободный стих усложняется элементами символизма и экспрессионизма. В прозе преобладает реалистический рассказ, часто нравоучительного содержания, восходящий к традициям крестьянской дидактической повести XIX в., социальный и психологический роман, а также автобиографические и мемуарные жанры. Ее тематика связана с событиями Второй мировой войны и судьбами беженцев на чужбине, проблематика - с патриотическим спектром. Жизнь на родине, как правило, идеализируется. В целом проза представлена двумя художественными векторами: традиционным реалистическим и

модернистским, при этом многие авторы в своих произведениях используют элементы обоих поэтик. В центре внимания драматургов -эпизоды недавнего прошлого, кардинально изменившие их судьбу (гражданская война, домобранство, репрессии, эмиграция), произведения для театра - наиболее идейно тенденциозный и тематически локализованный сегмент эмигрантской литературной продукции.

Ключевой фигурой словенской послевоенной эмиграции является Тине Дебеляк (1903-1989). Поэт, переводчик, литературный критик, общественный деятель, он в 1938-1944 гг. возглавлял журнал «Дом ин свет», старейшее на тот момент литературно-критическое издание Словении. В нем в годы войны публиковались переводы из итальянской, русской, польской, французской литературы (Данте, А. С. Пушкин, Н. В. Гоголь, А. Мицкевич, Ф. Вийон), произведения национальных классиков (С. Грегорчич, Й. Юрчич и др.), информация о литературных и научных новинках, событиях культурной жизни Любляны. Главную миссию печатного слова в условиях вынужденной изоляции национальной культуры Дебеляк видел в возвращении к национальным духовным истокам, к движению «от социального противостояния к единению и взаимной любви всех слоев общества»2, поэтому в годы итальянской оккупации сознательно не приостановил работу журнала. Из-за этого после окончания Второй мировой войны он оказался неугоден новой власти и был вынужден бежать в Южную Америку, где стал видным деятелем аргентинской диаспоры, соучредителем и первым заместителем председателя «Словенской культурной акции», публиковал произведения авторов, запрещенных на родине (Ф. Балантича, К. Маусера и др.). Благодаря усилиям Дебеляка не были забыты многие известные ранее литературные имена. Так, в 1954 г. в Буэнос-Айресе увидели свет заметки видного прозаика межвоенного периода И. Прегеля (1883-1960) «Мой мир и мое время», в которых автор с большим скептицизмом рассуждал о перспективах социалистического строительства на родине. Дебеляк преподавал в украинском католическом университете Буэнос-Айреса, стоял у истоков университетской словенистики в Аргентине - в 1967 г. на философском факультете этого университета была открыта кафедра словенского языка.

В эмиграции Дебеляк выпустил несколько поэтических сборников - «Великая черная месса по убиенным словенцам» (1949), «Поцелуй» (1951), «Марии» (1954). Его произведения включены во все антологии послевоенной эмигрантской поэзии и прозы. Дебеляк много переводил с итальянского, испанского (кастильского) и

славянских языков, занимался литературоведением и литературной критикой. Важное значение для осмысления литературы эмиграции имеют его обзорные работы «Панорама словенских писателей в эмиграции» (1955) и «Тридцать лет литературы в эмиграции» (19731975). Совместно с Ф. Папежем он подготовил первую «Антологию поэзии словенской эмиграции» (1980). В 1980-е гг. в период подготовки словенской «бархатной» революции Дебеляк как общественный деятель и поэт был вновь востребован на родине. Сборник его избранных стихотворений «Лодочник издалёка» вышел в Словении уже посмертно, в 1992 г.

Первой книгой словенской политической эмиграции в Аргентине стала «словенская фреска» - эпическая поэма «Великая черная месса по убиенным словенцам», по драматизму и художественности образов сравниваемая критиками с поэмой Ф. Прешерна «Крещение у Савицы»3. В этом произведении через призму религиозного таинства нравственно и художественно осмысляется трагедия словенского братоубийства - массовое уничтожение домобранцев в мае-июне 1945 г. Поэт первым открыто обвинил новый режим в неоправданной жестокости:

Кровь по Словении разлилась,

кровоточит открытая рана...

и привлек внимание всего мира к «постыдному клейму на челе Европы» - лагерю Ветринь близ Целовца (Австрия), откуда были депортированы на родину и там расстреляны без суда и следствия несколько тысяч бойцов домобранской армии. Дебеляк связал этот эпизод национальной истории с историей христианской европейской цивилизации, с бесконечным конфликтом Добра и Зла.

Второй сборник, «Поцелуй», автор посвящает интимной лирике; его стихи - это ностальгическая исповедь человека, тоскующего по родине, близким, жене. Драматическим вехам в судьбе поэта - расставанию с любимой, прощанию с домом - подчинена и композиция книги. Мотивы разочарования, одиночества, страдания сменяются фиксацией чувственных настроений, когда «руки горячи», «глаза глубоки», «звезды высоки». Лирический герой говорит о своих переживаниях, тоске и надежде. Его голос - это крик души тысяч других потерявших семью и родину, он говорит от их имени.

Единомышленником и соратником Дебеляка в Буэнос-Айресе был Руда Юрчец (1905-1975). Выпускник Высшей политической

школы в Париже (1931), он в 1941-1945 гг. был главным редактором католической газеты «Словенец», выходившей в Любляне. В 1947 г. переселился в Аргентину, выступил соучредителем и первым председателем «СКА» (1954-69), участвовал в создании ряда эмигрантских печатных изданий («Вредноте», « Меддобья», « Глас СКА», «Сий словенске свободе» и др.). Литературный дебют Юрчеца состоялся в Аргентине, здесь он опубликовал свои новеллы о жизни в эмиграции и психологический роман «Люблянский триптих» (1957), в котором, по мнению Й. Погачника, продолжает эстетические традиции литературного журнала «Модра птица», выходившего в Любляне в 1929-1941 гг.4 Судьбы трех героев: Симоны и Янеза Павлин, а также Хелены Верник лежат в основе трех частей произведения. Действие начинается в конце войны и захватывает годы так называемых дахауских процессов в Югославии (1947-1949), в ходе которых шла политическая расправа над бывшими узниками фашистских концентрационных лагерей Дахау и Заксенхаузен, которым инкриминировалось сотрудничество с оккупантами. Иногда автор использует прием реминисценций, чтобы рассказать о довоенных и военных событиях. Духовное опустошение, разочарование и отчуждение, испытываемые героями, - следствие не только пережитого в годы войны, но и атмосферы послевоенной действительности, олицетворением которой является ярый коммунист Луча, представленный в романе как сатана во плоти. Главный герой мечется между двумя женщинами, женится на одной, поддается обольщению другой. Его жена Симона кончает с собой, его любовница Хелена, изначально бывшая орудием в руках Лучи, порывает с партийцем, принимает католичество и остается с Янезом до конца. В ходе развернутой в стране кампании по борьбе с «предателями» оба попадают на скамью подсудимых и оказываются приговоренными к смерти. Перед казнью католический священник тайно причащает их, «освобождая души от греха и неверия». Известность получили также три книги мемуаров Юрчеца «Свозь свет и тени» (1964; 1966; 1969), рассказывающие о военной и послевоенной жизни автора и привлекшие читателей убедительностью трактовки и красотой слога.

Прозаик и драматург Станко Коципер (1917-1998), юрист по образованию, во время войны, будучи личным секретарем и зятем одного из лидеров домобранства генерала Л. Рупника, работал у него в отделе пропаганды. Роман Коципера «Горец», вышедший в Любляне в 1942 г., был удостоен премии Прешерна города Любляны. Уцелев во время отступления и затерявшись среди беженцев в лагерях для

перемещенных лиц на территории Австрии, Коципер избежал ареста и в 1948 г. переселился в Буэнос-Айрес. В 1956 г. на основе своей неопубликованной пьесы «Рассвет» (1936) он создал одноименную агитационную криминальную драму, в которой сделал попытку идейно и этически обосновать феномен словенского домобранства. Это подчеркнуто христианская идеалистическая драма, резко критикующая материализм и нигилизм, целью которой, по мнению критика Т. Кермаунера, является оправдание автором словенских антикоммунистов, «и прежде всего своего тестя, генерала Рупника, как лидера оборонительного движения против коммунистического дьявола»5. В эмиграции тема малой родины становится для Коципера ведущей. Созданные до войны произведения о местах, где прошло его детство, автор печатает в книге «Мертик*: рассказы Словенских Гориц» (1954). В них показана тяжелая жизнь наемных работников-виноградарей, людей простых и сильных духом. Вершина его литературного творчества - социально-психологический роман «На божьей ладони» (1957), первый из задуманного, но не реализованного цикла произведений «И мир вертится дальше» о жизни родного края писателя - Прлекии (область на северо-востоке Словении между реками Драва и Мура). Повесть «Тьяшек Гомез отдыхает в Пампе» (1992) рассказывает о судьбе сына словенского виноградаря из Прлекии, во время оккупации мобилизованного в немецкую армию, служившего в подразделениях домобранцев, чудом избежавшего ареста в мае 1945 и нашедшего прибежище и новую родину в аргентинской пампе. При жизни Коципера на родине вышли сборник «Иерусалимский звонарь: истории бывших людей» (1995), куда вошли рассказы 1948-1956 гг., и книга мемуаров «Как я жил» (1996), содержащая ценный документальный материал об истории словенского домобранства.

Среди немногих авторов-эмигрантов, вернувшихся на родину и продолжающих там творческую деятельность, важное место занимает прозаик, поэт и драматург Зорко Симчич (род. 1921). Чуть менее полувека - с 1948 по 1994 г. - он прожил в Аргентине. Находясь в Южной Америке, писатель много сделал для развития культурного пространства словенской эмиграции, был соучредителем «СКА», возглавлял секцию художественной литературы, редактировал журнал «Меддобье». Он первым среди писателей-эмигрантов получил официальное признание на родине - премию фонда Прешерна (1993), в 2005 г. был избран членом-корреспондентом Словенской академии

Десятая часть зерна, которую молотильщики получали за работу.

наук и искусств, в 2013 г. награжден премией Прешерна за вклад в национальную литературу. Писать Симчич начал в гимназические годы, во время войны вышли его роман из жизни гимназистов «Пробуждение» (1943) и сборник сатирических рассказов «Трагедия столетия» (1944). В радиодраме «Печальная песня» (1946) писатель одним из первых после войны поднял вопрос о необходимости национального примирения. В эмиграции важным способом самовыражения для него стала поэзия, воплощенная в свободных формах. Тема трагической судьбы словенских домобранцев легла в основу произведений, вошедших в поэтический сборник «Корни вечности» (1974). Лирический герой стихотворения «Ночь» говорит от имени всех словенцев, вынужденных покинуть родину, отождествляя свою личную трагическую участь с национальной судьбой:

Во мне Само. Предан. Во мне Трубар. Прогнан. Во мне весь батальон солдат из Ветриня в могилу послан.

Эта книга Симича по идейному содержанию и настроению близка поэме Дебеляка, однако, в отличие от автора «Мессы...», он использовал более современную афористичную «рубленую» форму стиха.

В 1957 г. выходит самое известное произведение Симчича - психологический роман «Человек по обе стороны стены». Его герой -«пример духовного и нравственного противостояния словенцев во время оккупации»6 - молохом истории занесен в Аргентину, он одновременно бежит от себя, имеющего «две чужбины, но ни одной родины», и ищет свое место в чужом для него окружающем мире. Действие начинается в Буэнос-Айресе, где герой ждет приезда жены, но мысли и чувства его в прошлом. Ассоциативно связанные воспоминания выхватывают из памяти картины не самого счастливого детства (строгий отец, нелюбящая мачеха), военного времени, когда происходит самая важная встреча в его жизни - знакомство на похоронах брата-домобранца с его невестой Катей. Любовь к ней, «девушке с другого берега», сочувствующей партизанам, не прошла, особую горечь ей придает политическая безысходность создавшейся ситуации. Картины лагеря для беженцев в Каринтии сменяют эпизоды прощания с Катей в Триесте, а потом на корабле в Гибралтарском

проливе - расставания с Европой. Форма внутреннего монолога, свободное перемещение реминисценций, иногда на грани потока сознания, - все это усложняет повествовательную технику, приближает авторскую манеру к модернистской. Книга Симчича - экзистенциальная по мироощущению и автобиографическая по материалу - обращена к теме изгнанничества (внешнего - бегство от коммунистического режима и внутреннего - поиск героем самого себя), которая воплощается прозаиком с помощью техники самоанализа. Через ощущение метафизической драмы человечества, всеобщей трагичности бытия он стремится раскрыть реальные проблемы людей, запутавшихся в исторических противоречиях. Героя Симчича часто сравнивают с персонажами Камю и Сартра, его личная история - это своего рода метафора жизни современного человека, аутсайдера реальности. Судьба романа (и его автора) отражает общую тенденцию постепенного сближения литературы эмиграции с национальным литературным процессом - публикация в 1991 г. этого «одного из самых актуальных словенских романов ХХ века»7 на родине стала не только политическим, но и литературным событием. Проза Симчича представлена также повестью для юношества «Три музыканта или возвращение Красавицы Виды» (1980) и сборником рассказов, новелл и эссе «Пройденные следы» (1993). Среди текстов для сцены выделяются мистерия «Рано наступившая молодость» (1967, поставлена в словенском театре в Торонто в 1970) и драма «Такой долгий август» (1992). В последней на фоне резкой критики словенской политической эмиграции представлен окончательный распад семьи и человеческих отношений. Идея мистического искупления, заявленная в «Рано наступившей молодости» (невиновный должен жертвовать собой ради виновного), в «Августе» через абсурд, отчаяние и пустоту трансформируется в череду тяжких испытаний. Автор не приемлет коммунизм и капитализм и ищет выхода в концепции мистического христианства, которое существует вне общества и общественных отношений. В этом заключается главное идейное новаторство и даже вызов Симчича как писателя-эмигранта, поскольку словенская политическая эмиграция к такому пути была не готова. В Словении Симчич продолжает активную литературную деятельность - в 2000-е гг. вышли книги краткой прозы «Римские рассказы» (2006), «Сквозь раздвоенность» (2006), роман «Последние десятые братья» (2012).

Поэта и драматурга Франце Папежа (1924-1996) также можно отнести к выдающимся деятелям словенской диаспоры в Аргентине. Во время Второй мировой войны он перешел на сторону домобран-

цев и впоследствии был вынужден покинуть родину, учился в Италии, затем в 1948 г. уехал в Аргентину, где завершил образование. С 1970 г. до своей кончины был редактором «Меддобий», выступал как переводчик и литературный критик. Книга мемуаров в форме эссе «Записки из эмиграции» (1977) интересна своим взглядом на ситуацию в рядах аргентинских переселенцев из Словении изнутри. В драматургию он вошел как автор трилогии «Три поэтические драмы» (1995), включающую пьесы «Лес» (опубликована в 1970), «Святыня», «Крещение у Серебряной реки». Папеж одним из первых начал экспериментировать с драматургической формой, обратился к жанру поэтической драмы, однако в идейно-содержательном плане его произведение ограничено типичными для драматургов-эмигрантов проблемами, связанными с расколом словенского общества в период войны и первые послевоенные годы.

Значительный вклад в литературу эмиграции Папеж внес как поэт. Его лирика, восходящая к поэтике экспрессионизма, - это одновременно исповедь словенца, оторванного от родных корней, и голос человека, сохраняющего волю к жизни, стремящегося поддерживать в земляках национальный дух. Лирический герой воплощает в себе черты коллективного и личного самосознания через переплетение рационального и метафорического начал. Двигаясь от традиционных форм к свободному стиху, с помощью воссоздания событий, мест, судеб автор вступает с читателем в диалог, пробуждая в нем чувство сопереживания. Один из важных мотивов его поэзии - мотив примирения «братьев и городов», «дома и чужбины». Это нашло отражение в сборниках «Основное говорение» (1957), «Два мира» (1985), «Избранные стихотворения» (2001).

Военные и послевоенные события радикально повлияли на судьбу прозаика Карла Маусера (1918-1977). Во время войны он был взят в плен партизанами, посажен в тюрьму, затем выпущен на свободу. В мае 1945 г. его семья была выслана из Словении. Далее известный путь: австрийские лагеря для беженцев, отъезд в США. Публиковаться в журналах прозаик начал еще до войны; находясь в Австрии, активно сотрудничал в журнале «Каринтийская хроника». Тема войны и ее последствий получает развитие в трехчастном романе «Люди под кнутом» с подзаголовком «Словенская художественная трилогия времен оккупации и первых послевоенных лет, написанная на чужбине» (1963; 1964; 1966), где много внимания уделяется психологической прорисовке характеров. В центре сюжета - история жизни сельского учителя Жалара, испытавшего все ужасы концен-

трационных лагерей, как фашистских (Дахау), так и югославских (Голи Оток). Повествование мозаично, усложнено документальными вставками, авторскими комментариями и медитативными отступлениями. Реалистичность изображения местами переходит в излишнюю натуралистичность. Читательский резонанс имели его романы о жизни крестьян «Часы с кукушкой» (I часть - 1959; II часть - 1960), «Мертвый род» (1963) и «Капеллан Клемен» (1965), опубликованные в Австрии. Там же в 1991 г. вышел роман «Сердце никогда не лжет» (впервые издан в Кливленде в 1954 г. под названием «Вечная связь»). Занимательны социальные и психологические зарисовки из жизни словенских эмигрантов в США, печатавшиеся в периодических изданиях США, Канады и Аргентины.

Путь произведений авторов-эмигрантов к словенскому читателю был труден. Еще в период позднего социализма со стороны историков литературы делались отдельные попытки противостоять взятому властью курсу игнорирования литературы словенской послевоенной эмиграции. Так, в 1972 г. в Триесте была опубликована монография видного словенского литературоведа Й. Погачника «Литература словенского зарубежья и эмиграции»8, отдельные персоналии были включены им и в вышедший в том же году восьмой том «Истории словенской литературы»9. Тем самым художественное наследие словенских политических эмигрантов постепенно становилось частью культурного сознания словенского общества. Реальная легитимизация их творчества произошла с появлением на рубеже веков первого комплексного историко-литературного научного труда «Литература словенской эмиграции» (1999), три тома которого посвящены, соответственно, творчеству словенских авторов Европы, Австралии, Азии; Северной Америки и Южной Америки10. Еще одним доказательством того, что на карте словенской литературы больше нет белых пятен, стало включение главы о литературе эмиграции в монографию по истории национальной литературы ХХ в.11 Большой вклад в изучение и популяризацию на родине литературы эмиграции внесла Х. Глушич (1934-2014). В книгу «Словенская проза во второй половине ХХ века» (2002) она включила разделы о творчестве З. Симчича и К. Маусера, без которых картина современного национального литературного процесса была бы неполной. Первая антология аргентинских авторов-эмигрантов «Это дерево растет на чужбине» вышла на родине за год до провозглашения независимости Словении - в 1990 г. За ней последовали «Под южным крестом. Антология эмигрантской прозы 1945-1991» (1992) и «У серебряной реки. Краткая проза аргентинских словенцев» (1993).

ПРИМЕЧАНИЯ

1 Словенская литература XX в. М., 2014. С. 106.

2 Debeljak T. Duh medvojne knjizevnosti // Zbornik Zimske pomoci. Ljubljana, 1944. S. 262.

3 Poniz D. Spremna studija // Debeljak T. Colnar iz seldaljav. Maribor. 1992. S. 131.

4 Pogacnik J. Slovensko zamejsko in zdomsko slovstvo. Trst, 1972. S. 87.

5 Kermauner T. Dramatika // Slovenska i zseljenska knjizevnost 3. S. 294.

6 Zadravec F. Slovenski roman dvajsetega stoletja. Prvi analiticni del. Ljubljana, 1997. S. 244.

7 Cander M. Akvarij // Delo. Knjizevni listi. 10.08.2000. S. 14.

8 Pogacnik J. Slovensko zamejsko in zdomsko slovstvo. Trst, 1972.

9 Pogacnik J. Leposlovna dejavnost v nematicnem prostoru // Pogacnik J. Zgodovina slovenskega slovstva 8. Maribor, 1972.

10 Slovenska izseljenska knjizevnost I—III. (Ur. Janja Zitnik s sodelova-njem Helge Glusic). Ljubljana, 1999.

11 Pogacnik J. Knjizevnost v zamejstvu in zdomstvu // Slovenska knjizevnost III. Ljubljana, 2001.

N. N. Starikova WWII in the life and works of Slovenian emigrant writers

The article dwells upon the literary movements of the Slovenian political emigration after the war, that were neglected in Slovenia during the last decenies. In the works of these literary circles the WWII and its effects are still among the most important. Key words: the literature of Slovenian emigration, WWII, civil war, political repressions, nostalgic motives

i Надоели баннеры? Вы всегда можете отключить рекламу.