УДК 82: 801.82
Король Л.П. ©
Аспирант, кафедра украинской литературы, Запорожский национальный университет
ВРЕМЯ И ПРОСТРАНСТВО КАК ФОРМООБРАЗУЮЩАЯ КАТЕГОРИЯ
ХУДОЖЕСТВЕННОГО ТЕКСТА
Аннотация
В статье анализируются специфические черты изображения художественного хронотопа в литературном тексте. Рассматриваются типы ивиды художественного времени и пространства, а также особенности их взаимосвязи в художественной литературе.
Summary
In the article the specific lines of image of artistic chronotopos are analysed in literary text. Types of artistic time and space, and also features of their intercommunication are examined in artistic literature.
Ключевые слова: художественный хронотоп, художественное время, художественное пространство, временные и пространственные значения литературного текста.
Keywords: artistic chronotopos, artistic time, artistic space, temporal and spatial determination of literary text.
Время и пространство являются необходимыми атрибутами существования всех предметов и процессов материального мира, важными составляющими жизни и сознания, универсальными категориями бытия, всегда вызывали интерес и были предметом анализа для ученых разных областей знаний и доот остаются объектом научных исследований. Своеобразное видение времени и пространства прослеживается в различных философских концепциях, в которых произведено методологию исследования этих категорий.
Термин «хронотоп» в литературоведческую науку было введено российским философом М. Бахтиным. Хронотоп, по М. Бахтину, обозначает взаимосвязь временных и пространственных координат художественного текста: «Приметы времени раскрываются в пространстве, и пространство осмысливается и измеряется временем. Этим пересечением рядов и слиянием примет характеризуется художественный хронотоп» [1, 234]. В художественном хронотопе М. Бахтин выделяет важную и наиболее значимую его часть - художественное время, что сказалось и на определении термина (хронотоп с греческого означает «пространство»): «Время здесь сгущается, уплотняется, становится художественно-зримым; пространство интенсифицируется, втягивается в движение времени, сюжета, истории» [1, 234]. Поэтому целесообразным для дальнейшего исследования будет определить характерные особенности художественного пространства в литературном тексте.
Художественное пространство активно изучалось и изучается в литературоведческой науке. В частности, такими учеными, как Г. Башляр [2], Д. Лихачев [9], Ю. Лотман [10], В. Топоров [14] и др. Исследование пространства ведет свое начало еще с античности. Так, представление о пространстве древнегреческого философа Платона связано с понятием материи, понимаемой им как «становление», то есть материя воспринимается как начало любого рождения, начало начал. Оформление вещами пространства означает его способность быть матрицей для всего, что в нем размещается [12]. Платон утверждал наличие такой специфической черты пространства, как его абстрактность: пространство «воспринимается вне
©© Король Л.П., 2014 г.
чувством, с помощью какого незаконного заключения, и поверить в него почти невозможно» [12, 236].
Исследованием художественного пространства активно занимался французский философ Г. Башляр, который рассматривал аксиологический аспект «счастливого пространства», пространства человеческих переживаний и его границ. Исследуя поэтику внутреннего пространства, ученый обращается к образам дома (в который включает образы гнезда и раковины, ящиков, сундуков, шкафов и т.п.) и свечи (изучая поэтику пламени), анализирует диалектику внешнего и внутреннего пространства, рассматривает комплекс Лотреамона [2]. Философ условно разделяет художественное пространство на два мира (внутренний и внешний) и на три вида пространства (дом, небо, земля) и соотносит их с четырьмя стихиями (вода, огонь, воздух и земля). Необходимо отметить, что Г. Башляр исследует поэтику пространства художественного произведения в плоскости человеческой психики, изучая взаимодействие пространства с такими психическими функциями, как воображение, память, ощущения, восприятия и т.д..
Художественное пространство, по П. Флоренским (православным священником и ученым), «не одно только равномерное, бесструктурное место, не простая графа, а именно -своеобразная реальность, насквозь организованная, нигде не безразлична, имеющая внутреннюю упорядоченность и строение» [15]. Предметы как «сгустки бытия», имеющие свои определенные законы и формы, задают тон пространства, в котором они расположены и не способны размещаться в ракурсах заранее определенной перспективы. Причину выбора писателем той или иной системы перспективы и толкования художественного пространства, исследователь видит в символизме любого искусства [15]. Мы согласны с П. Флоренским в том, что каждый предмет художественного пространства, каждая художественная деталь в литературном тексте является символической, имеет свои конкретные художественные функции и определяет эстетические особенности определенного художественного произведения.
По мнению немецкого философа М. Хайдеггера, пространство является категорией абстрактной, ведь его невозможно познать всеми органами чувств: пространство невозможно почувствовать на ощупь, на вкус, на запах. Пространство определяется в сознании человека по отношению к ее пребывания в нем. Отсюда такие категории пространства, как «здесь» и «там» [16]. Итак философ настаивает на субъективности пространства как основной его характеристике, так или иначе проявляется в «пространственной сознания» автора художественного текста, самого текста и реципиента этого текста.
Исследуя поэтику пространства художественного произведения, русский филолог В. Топоров приходит к выводу о взаимосвязи и взаимозависимость пространства и текста, ведь текст обладает признаком пространственности и размещается в «реальном» пространстве; а само пространство и есть текст [14, 227]. Поэтому, на основе этих утверждений, можем настаивать на тезис о тесной связи и взаимообусловленность пространства и художественного произведения, а также важное значение и большую роль художественного пространства в литературном тексте.
Художественное пространство по своей сущности имеет следующие характеристики: открытость, замкнутость, просторность, доступность / недоступность обзору, вместимость, сенсорное восприятие, относительность к местоположению человека и т.д. В зависимости от этих характеристик, пространство может быть открытым, закрытым, внешним (макрокосм) и внутренним (микрокосм), «своим» и «чужим», прямым и кривым, большим и малым, локальным и глобальным, близким и далеким т.д. [7, 18].
Художественное пространство литературного произведения конкретизируется и реализуется с помощью предметов, его наполняют, ведь предметы не только конструируют пространство и задают его границы, но и организуют его структуру. Итак, художественное пространство литературного текста приобретает своего семантического и формального наполнения через предметы, в нем находятся; они также определяют границы художественного пространства [7, 18-19].
Художественное пространство моделирует разнообразные связи в картине мира: социальные, этические, временные и др. Поэтому пространство художественного произведения
представляет собой модель вселенной определенного писателя. По мнению советского литературоведа Ю. Лотмана, он может быть точечным, линеарным, плоским или объемным. Линеарный и плоский художественные пространства, в свою очередь, могут иметь горизонтальную или вертикальную направленность [10, 22-23].
Сюжетный пространство художественного произведения характеризуется приуроченностью конкретных событий и ситуаций к определенному локусу. В литературных текстах, в которых сюжет возникает из перемещений героя, а каждая ситуация имеет отграничен характер, имеющийся точечный художественное пространство. Такая разновидность пространства имеет свое отражение в быль, где каждый конкретный локус приводит к определенной конфликтной ситуации [11].
В современной науке существует много теорий относительно художественного пространства, но все они подтверждают тесную взаимосвязь времени с пространством в литературном тексте. Ведь время движется в пространстве, взаимообусловленный пространством и не может существовать вне его. К изучению художественного времени в научных исследованиях обращались такие ученые-литературоведы, как М. Бахтин, Ю. Лотман, Д. Лихачев и др.
М. Бахтин характеризует художественное время как основную составляющую часть хронотопа литературного текста, выделяя ему важное место в организации художественного произведения [1]. По данным института исследований природы времени, художественное время литературного произведения определяется как временной ряд в различных аспектах воплощения, функционирования и восприятия его в произведениях художественной литературы как явления искусства; а также виризнютья такие звенья взаимосвязи времени и художественного произведения: реальное время создания, существования художественного произведения как материального объекта и время его восприятия читателем [3]. Русскому филологу Д. Лихачеву принадлежит обстоятельное исследование пространственных организации фольклорного и давньоросийського текста с учетом жанровой специфики художественного произведения [8].
Во всемирной культуре существует понятие направленности времени. В ранней христианской философии (Св. Августин Аврелий, трактат «О государстве Божию») зародилось представление о времени как энтропийный процесс: Вселенная движется к своему завершению, страшного суда. Наличие такого понимания времени наблюдается и теперь в произведениях религиозно настроенных писателей, в христианской литературе и философии. В культуре и литературе Нового времени было распространено мнение, что время имеет линейную структуру и прогрессивно направлений. В начале XX века, вместе с развитием мифопоэтической сознания, возвращается понимание времени как циклического, повторяющегося в вечности (мифическое понимание времени). В 1920 году английской философ Дж. Данн в своей книге «Эксперимент со временем» обосновал понятие многомерности времени. По его теории, время существует как минимум в двух измерениях: в одном человек живет, а в другом - наблюдает. Во втором измерении человек существует в своих снах или видениях и может перемещаться во времени
[5].
В историческом развитии общества выделяются несколько разновидностей времени. В начале развития цивилизации, на первичных этапах наблюдения за природой появляется понимание времени как явления циклического. Это представление полной мере нашло свое отражение в произведениях устного народного творчества. В период родового строя, на фоне появления мифов и легенд, различных табу, обрядов и ритуалов появляется специфический мифологическое время. С появлением новых книг, на фоне различных интерпретаций существующих мифов и создание писателями собственных, мифологическое время превращается в мифопоэтической. Появление эпического времени обусловлена рядом легенд, былей и авторских литературных текстов, в которых изображаются подвиги героя, его деяния согласно устремлений общества, к которому он принадлежит. В средневековой культуре, вместе с представлением о первопричине всего сущего, появляется так называемый казуальный время. Его проявления имеем возможность наблюдать в религиозных текстах. На фоне религиозного представления о начале и неизбежный конец Вселенной появляется эсхатологический время,
тесно связан с понятием процесса энтропийного развития. Однако в восточных религиях, в частности в индуизме, имеющийся так называемый спиральный время. Он обусловлен понятием о бесконечном перерождение всего живого на земле [7, 20-21].
В. Коркишко отмечает, что художественное время литературного текста может принимать различные формы в зависимости от творческого замысла автора: может совпадать с реальным временем объективной действительности, опираться на далекое будущее или вообще быть неопределенным; ускоряться, замедляться, останавливаться, растягиваться или сжиматься [7, 20-21].
Художественное время литературного произведения существует в двух ипостасях: художественное время действительности персонажей и действительности реципиента этого произведения. Первая разновидность художественного времени, в свою очередь, делится на сюжетный, фабульный, социально-бытовой, исторический, фантастический, биографический, время событий и т.п.
В. Коркишко отмечает, что необходимо отличать сюжетный и фабульный художественное время. Итак, в отличие от фабульного, который строится по строгой хронологии, сюжетный художественное время слугуеться методом ретроспекции и антиципации, характеризуется вплетение в полотно художественного произведения снов, видений, воспоминаний, нарушает четкую хронологию событий литературного текста и отвечает задачам и замыслу автора [7, 21].
М. Бахтин придает большое значение хронотопа в художественной организации текста, выделяет его сюжето- и формообразующих функции. Ученый определяет и так называемую «изобразительную» функцию хронотопа: «хронотоп как подавляющее материализация времени в пространстве является центром изобразительной конкретизации, воплощения для всего романа. Все абстрактные элементы романа тяготеют к хронотопа и через него наполняются плотью и кровью, привлекаются к художественной образности» [1, 298-299].
Хронотоп охватывает все стороны художественного произведения: влияет на жанровую специфику текста, композиционную структуру, освещение художественного образа в произведении. По своим функциям в литературном тексте он делится на сюжетный хронотоп, авторский хронотоп, социально-исторический хронотоп, фантастический хронотоп, внешний хронотоп, внутренний хронотоп персонажей и т. д.
Необходимо отметить, что художественный хронотоп, в отличие от временных и пространственных определений объективной действительности, имеет более или менее субъективный характер. Ведь ощущение времени и пространства зависит от выражения его автором, восприятия читателем и от взаимосвязи реального мира и мира художественного.
Авторский хронотоп отличается наибольшей субъективностью, ведь создавая художественный текст автор как «играет» со временем и пространством. По мнению Д. Лихачева, время автора меняется в зависимости от того, принимает автор участие в событиях художественного произведения или не принимает [8, 216]. Время автора может протекать одновременно с событиями литературного текста, опережать его или отставать от него. Так же автор может быть в одном и том же пространстве с героями художественного произведения, находиться где неподалеку (например, в другом городе или на другой улице) или находиться в другой пространственной плоскости.
Необходимо также различать авторский хронотоп и хронотоп рассказчика. Автор и рассказчик находятся в разных плоскостях художественного текста: автор одновременно находится в объективном пространстве и отражается в хронотопе художественного произведения, которое от него зависит; рассказчик является частью художественного замысла, поэтому он полностью подчиняется авторскому часопростору и хронотоп литературного текста.
Топографический хронотоп связан с узнаванием конкретного места и времени событий литературного произведения. Хронотоп персонажей олицетворяет собой так называемый психологический хронотоп, генерирующий самосознание персонажей художественного произведения. Это субъективный хронотоп действующих лиц [7, 23].
Внешний хронотоп несет в себе информацию о месте развития событий и окружения героев литературного произведения. Внутренний хронотоп охватывает душевный мир персонажей, их сознание, память и воображение. Благодаря смещению внешнего и внутреннего
хронотопов персонаж художественного произведения может находиться одновременно в нескольких локусах - в конкретном месте и времени физического пребывания и в пространстве своих мыслей, видений, снов и т.д.
Хронотоп является неделимой частью структуры художественного произведения, следовательно взаимодействует с другими его уровнями. Необходимо обратить внимание на уровень языка и системы образов и символов. Эти уровни литературного текста несут информацию о специфике художественного времени и пространства определенного произведения. Художественные образы и символы связывают категорию хронотопа с реалиями внешнего мира, мира человека.
Как было отмечено ранее, художественный хронотоп характеризуется своей субъективной природой и реализуется в сознании автора, персонажей и читателя литературного текста. Так, художественное время осознается благодаря его текучести, хода событий, смене часовых координат и циклов (часы, сутки, времени года и т.д.) и постигается человеком на уровне ее «чувство времени». Художественное пространство реализуется посредством того, что его составляют. Комната познается благодаря предметам в ней, улица - благодаря расположению домов и т.д. То есть каждый художественное пространство имеет свои четкие координаты, выражающиеся и осознаются с помощью предметов, в нем расположенных.
В современной литературоведческой науке существует мнение о взаимосвязи и взаимозависимость художественного хронотопа и литературного жанра. Так, например, в своем научном исследовании «Формы времени и хронотопа в романе. Очерки по исторической поэтике» М. Бахтин систематизирует типы хронотопа по принципу развития жанра романа в истории зарубежной литературы от античности и до XIX века [1].
Литературовед рассматривает виды художественного хронотопа в нескольких типах греческого романа: авантюрный хронотоп в греческом романе (который обозначает как «чужой мир в авантюрном времени» [1, 239]), авантюрно-бытовой хронотоп (характеризующееся зависимости от поведения самого героя, черты его характера и, отчасти, его моральным выбором) и биографический хронотоп (в основе которого лежит прохождения героем своего жизненного пути); анализирует хронотоп рыцарского романа («волшебный мир в авантюрном времени» [1, 304]); и особое внимание уделяет роману Ф. Рабле «Гаргантюа и Пантагрюэль», в котором видит особый и неповторимый «раблезианський» хронотоп.
М. Бахтин рассматривает особенности идиллического хронотопа. Специфика идиллического хронотопа, по его мнению, заключается в тесной взаимосвязи неопределенного времени и отдельного локального пространства. М. Бахтин отмечает огромное влияние идиллического хронотопа на развитие западноевропейского и русского романа XVIII и XIX веков [1, 373-384].
Анализируя литературный процесс в аспекте взаимовлияния временных и пространственных координат художественного произведения, Нона Копыстянская установила взаимосвязь, который имеет и обратную последовательность, а именно: хронотоп - жанр -жанровая система - художественное направление [6]. Данный вывод ученого позволяет выделить жанровые разновидности хронотопа, т. е. типы часопростору, присущих каждому жанру литературы хронотоп романа, повести, рассказы, баллады, сказки, драмы и т. д. Следует отметить, что каждый род литературы имеет свой специфический хронотоп. Так, например, динамический, глобальный, всеохватывающий хронотоп эпоса отличается от локального, условно статического хронотопа драмы. Определяя специфику художественного времени произведений поэтики устного народного творчества, Д. Лихачев указывает на взаимосвязь между изображением этого времени и его исполнением: «особенности времени фольклорного произведения связаны с тем, что выполнение его - это не только рассказ о событиях, но и изображения этих событий» [8, 253], что вносит определенный элемент игры с текстом и представляет собой особенность поэтики фольклора.
Дуализм средневековых представлений резко разделял мир на полярные пары. Отсюда, по российскому медиевистом А. Гуревичем, разделение на противоположные друг другу вертикальные оси: небесное противостоит земному, Бог - дьяволу; понятие верхушки имеет оттенок добра, благородства, чистоты, понятия низа - зла, грубости, нечистоты [4].
Пространственные представления средневековой литературы связаны с религиознонравственными постулатами того времени. Поэтому и путь человека уподоблялся душевным поискам, пути духовного самосовершенствования.
Художественная вертикаль в большинстве случаев имеет трехчленная структуру: небо -земля - подземелья, рай - мир людей - ад. Художественная вертикаль, как правило, имеет аксиологическая направленность. С ней связано изображения таких противоположностей, как жизнь и смерть, добро и зло, честь и стыд и т.д. По утверждению В. Топорова, именно вертикальная ось пространства наиболее четко изображает иерархическую структуру объектов: «покойники, души предков, демоны, злые божества, хтонические животные - внизу; люди, животные - посередине; птицы, ангелы, высшие божества - наверху» [14, 257].
Высокий пласт вертикального хронотопа связан с понятием вневременного или вечности. Все лучшее этого мира, лучшие пожелания и деяния, все духовную жизнь человека относится к верхушке вертикальной оси.
Средний пласт отражает бытовая жизнь человека. Этот художественный пространство сложный, наполненный противоречиями и объединяет в себе характерные черты верхнего и нижнего миров. Художественное время литературного произведения в этой плоскости движется в различных направлениях: в хронологической последовательности, перспективно,
ретроспективно, замедляя или ускоряя темп.
Ниже мир вертикальной оси характеризуется отсутствием движения, свободы, творчества; ему присуще животное, греховное, нетворческое начало. В этой плоскости время будто останавливается, застывает в вечной недвижимости.
По концепции трех миров украинского философа Г. Сковороды, которая отражает его взгляды на структуру временно-пространственных координат вертикальной оси. Высший свет в Г. Сковороды - рай-сад - удаленный, несравнимо красивый, замкнутое пространство,
окруженный «непроходимыми» зарослями. По своей сути рай совпадает с фигурой Бога и находится внутри человека, если он соблюдает заповеди Господа. Низший мир - ад - также характеристики замкнутости и отдаленности, но в отличие от рая, он тесный и темный. Ад также символизирует греховные мысли и действия человечества, «темницу» человеческой души. Необходимо отметить, что по концепции Г. Сковороды, рай находится в оппозиции с землей, а не с адом. Средний пласт вертикальной оси - земля - имеет обычно отрицательные значения, связанные с оппозициями чистое / грязное, греховное / праведное, время / вечность; выступает с семантикой плоти и пороха. Он отмечен постоянным движением: естественным циклом изменения времен года, движением мировых стихий (ветра, огня, воды), подвижностью животных и людей [13]. Таким образом, философская концепция трех миров тяготеет к духовному хронотопа, что представляет собой пространственную вертикаль. Временные и пространственные координаты каждого из трех миров сакрализуються, становятся не просто конкретными приметами художественного хронотопа, а символами духовной жизни человека и его отношений с Богом.
В классицистической литературе, в частности в жанре драмы, наблюдается «канонический» взаимосвязь художественного времени и пространства. Четкая определенность единства времени, места и действия замыкает сюжет в локальном пространстве на определенной временной горизонтали (прямой). Это определяет тесную взаимосвязь хронотопа с сюжетом, где пространство-обусловливается сюжетом, а сюжет, в свою очередь, находится в зависимости от художественного времени и пространства. Однако, литература, в процессе своего развития, преодолевает любые каноны и противопоставляет им совершенно новое литературное направление, что означает смену эпохи в истории литературы, а также новые художественные временные и пространственные определения.
В художественных произведениях эпохи Романтизма, в связи с наличием двух миров -реального и идеального - появляется так называемый фантастический хронотоп. Литературный текст эпохи Романтизма представляет две системы хронотопа: фольклорный фантастический (идеальный) и современный реальный пространстве. Хронотоп романтического произведения условный, таинственный; время и место событий, как правило, не указаны. Писатели-романтики утвердили свободное использование художественного хронотопа в литературе,
разрушили границы между прошлым, настоящим и будущим временем литературного произведения, открыли пути изображения персонажей в любых обстоятельствах времени и пространства.
В реалистическом романе XIX века имеющийся хроникально-бытовой хронотоп, в отношении концепции связи формирование человеческого характера от окружающей общественной среды. Писатели реалистического направления активно используют суточный (описания круглосуточного жизни человека или группы людей), биографический, историкокультурный хронотопы.
В мировой литературе и культуре XX века самым распространенным становится использование мифопоэтической хронотопа. В мифопоэтическом пространстве художественное время «сгущается» и становится формой художественного пространства, его «четвертым измерением». Художественное пространство, в свою очередь, «втягивается в движение времени», разворачивается в течении времени, становится его неотъемлемой частью. Неразрывность художественного хронотопа в мифологической модели мира обусловлена архаичным представлением о том, что значимость пространства проявляется только в связи с соотнесением его с определенным отрезком времени [14, 232]. По мнению Топорова, мифопоэтической пространство всегда «наполнен» и всегда вещественное. Мифопоэтический художественное пространство связан не только с художественным временем, а также с его вещественным наполнением (боги, животные, растения, сакральные объекты и т.д.) [14, 234].
Итак, художественный хронотоп представляет собой взаимосвязь временных и пространственных координат литературного текста. Художественное время литературного произведения реализуется в двух ипостасях: время событий и персонажей художественного произведения и время действительности реципиента этого произведения. Пространствохудожественного произведения имеет субъективную природу и реализуется в сознании автора, персонажей и читателя литературного текста. Художественный хронотоп охватывает все звенья литературного произведения. По своим функциям в литературном тексте он делится на сюжетный, фабульный, топографический, метафизический, авторский, социально-
исторический, бытовой, фантастический, мифологический, психологический хронотопы. Исследование художественных произведений в плане пространственных отношений позволяет не только внести некоторые уточнения и дополнения в интерпретацию произведений, но и более глубоко изучить эволюцию поэтической системы писателя, выявить ее принципиальные основы при всей ее динамике и движении. Каждому писателю свойственно свое понимание художественного времени и пространства, собственную трактовку этих проблем. Только практика мастера может показать, в какой мере каждое из этих решений помогает художественному освоению мира.
Литература
1. Бахтин М.М. Формы времени и хронотопа в романе. Очерки по исторической поэтике // Вопросы литературы и эстетики / М.М. Бахтин. - М.: Худож. лит., 1975. - С. 234-407.
2. Башляр Г. Избранное: Поэтика пространства; [пер. с франц. Б.М. Скуратова] / Гастон Башляр. - М. РОССПЭН, 2004. - 376 с.
3. Время и пространство [Электронный ресурс] // Институт исследовааний природы времени. - Режим доступа. - http://www.chronos.msu.ru/TERMS/ryzhukhina_vremya.htm.
4. Гуревич А.Я. Категории средневековой культуры / А.Я. Гуревич. - М., 1972. - С. 5-138.
5. Данн Д.У Эксперимент со временем / Д.У. Данн. - М.: Аграф, 2000. - 224 с.
6. Копистянська Н. Хронотоп як аспект вывчення слов’янського романтизму (на матерiалi захщнослов’янських лДератур у евпропейському контексп): доповщ XII Мiжнародного зТзду славюДв [«Слов’янсью лгтератури»] (Краюв, 27 серпня - 2 вересня 1998 р.) / Н. Копистянська. - К., 1998.- С. 57-74.
7. Корюшко В. Хронотоп дороги у творчосп М. Гоголя: семантика та художш функци: моногращя / В. Корюшко; [наук. ред. Михед П.В.]. - Бердянськ: БДПУ, 2012. - 183.
8. Лихачев Д.С. Поэтика древнерусской литературы // Д.С. Лихачев. - Л.: Наука; ЛО, 1967. - 367 с.
9. Лихачев Д.С. Поэтика художественного времени // Избранные работы: в 3 т. / Д.С. Лихачев. - Л.: Худож. лит., 1987. - Т 1. - 490-557.
10. Лотман Ю.М. К проблеме пространственной семиотики // Об искусстве / Ю.М. Лотман. - СПб: Искусство, 2000. - 704 с.
11. Неклюдов С. Ю. Время и пространство в былине // Славянский фольклор / С.Ю. Неклюдов. - М.: Наука, 1972. - С. 18-45.
12. Платон Сочинения: в 3 т. / Платон. - М., 1971. - Т 3. - Ч. 1. - 656 с.
13. Сковорода Г. Повне зiбрання творiв: у 2 т. / Г. Сковорода. - К., 1973. - Т 2. - 576 с.
14. Топоров В.Н. Пространство и текст // Текст семантика и структура / В.Н. Топоров. - М., 1983. - С. 227-284.
15. Флоренский П.А. Исследования по теории искусства [Электронный ресурс] // Статьи и исследования по истории и философии искусства и археологии / П.А. Флоренский. - Режим доступа: http://philologos.ru/florensky/fl_space.htm.
16. Хайдеггер М. Бытие и время / М.Хайдаггер; [пер. с нем. В.В.Бибихина]. - Харьков: Фолио, 2003. -503, [9] с. - (Philisiphy).