ПСИХОЛОГИЧЕСКИЕ НАУКИ
УДК 159.9.072
10.52070/2500-3488_2021_1_838_202
Ю. П. Кошелева
кандидат психологических наук, доцент
доцент кафедры психологии и педагогической антропологии
Института гуманитарных и прикладных наук
Московского государственного лингвистического университета
yu.p.kosheleva@mail.ru
возможности сказкотерапии в работе консультанта с трудными жизненными ситуациями
В статье анализируются подходы к пониманию трудной жизненной ситуации, выделении ее уровней и структуры; описываются варианты работы с клиентами психологической консультации, попавшими в трудную жизненную ситуацию, дана их характеристика и показаны возможности применения метода сказкотерапии в работе с ними. Приводятся результаты эксперимента, которые показывают, что метод сказкотерапии оказывает положительное влияние на их психическое состояние, способствуют выбору ими конструктивных стратегий совладения со стрессом и повышению у них удовлетворенности от жизни.
Ключевые слова: трудные жизненные ситуации; сказкотерапия; психологическое консультирование; эксперимент.
Yu. P. Kosheleva
PhD (Psychology), Assoc. Prof.
Assoc. Prof. Department of Psychology and Pedagogical Anthropology Institute of the Humanities and Applied Sciences Moscow State Linguistic University yu.p.kosheleva@mail.ru
the possibilities of using the tale therapy in the consultant work with hard life situations
The article analyzes approaches to understanding a hard life situation, identifying its levels and structure; describes the options for working with clients who seek professional psychological help in difficult situations, gives their characteristics and shows the possibilities of using the method of fairy tale therapy in working with them. The results of the experiment show that the method of fairy tale therapy has a positive
effect on their mental state, promotes the choice of constructive strategies for coping with stress and increases their satisfaction with life.
Key words: hard life circumstances; fairy tale therapy; counselling; experiment.
Введение
Любой человек сталкивается в своей жизни с ситуациями, которые меняют траекторию его движения, качество жизни и деятельности, затрудняют взаимоотношения с другими людьми, вызывают состояние нервно-психического напряжения и могут даже приводить к срывам, имеющим длительные негативные последствия. Независимо от причины, реальные трудные жизненные обстоятельства, в которые попадает человек, связанные с любой потерей или ее угрозой, приводят к наиболее сильным нарушениям в жизнедеятельности людей и долгосрочным негативным последствиям для самого человека и его окружения. Мы посчитали такой факт важным, и решили провести работу с клиентами психологической консультации, переживающими трудную жизненную ситуацию, используя косвенный метод сказкотерапии, предоставляющий им свободу выбора сказки и сказочного персонажа, наиболее близко отражающих их текущую ситуацию, и позволяющий видоизменять сюжет сказки, не затрагивая источник боли, вызванной трудной жизненной ситуацией. Наш подход к исследованию был обусловлен содержанием и алгоритмом работы и включил:
- определение трудной жизненной ситуации в текущих условиях, связанных с пандемией коронавируса;
- выделение ее структуры и уровней;
- описание характерных черт и состояний, которые чаще других встречаются у людей, переживающих трудную жизненную ситуацию;
- на основании анализа этих данных выбор подходящего метода и его обоснования для работы с ними;
- определение возможности применения метода сказкотерапии в работе с людьми, попавшими в трудную жизненную ситуацию;
- переработку результатов исследования для их применения в образовательном процессе для студентов-магистров второго года обучения, осваивающих дисциплину «Методы и техники психологиче ского консультирования».
Трудные жизненные ситуации как психологическая категория
Изучением трудных жизненных ситуаций и выбором средств их преодоления занимались И. Г. Анцыферовна, Ф. Е. Василюк, И. Г. Малкина-Пых, В. Ю. Меновщиков, В. В. Пантелеева, Н. Г. Осу-хова, В. В. Козлов, М. А. Крылова, Т. И. Пашукова, Н. В. Кисельни-кова, Е. В. Битюцкая, Р. Лазарус, Г. Перри, С. Aldwin, М. Kowalska, М. 2^Ьа & К. WiecheC и др.
Трудные жизненные ситуации, или жизненные трудности, включают широкий круг схожих понятий: напряженная ситуация, трудная ситуация, критическая или кризисная ситуация, экстремальная или травматическая ситуация и др. [Битюцкая 2007]. Психологический анализ литературы показал, что объединяющим понятием является именно «трудная жизненная ситуация», что позволяет рассматривать ее как психологическую категорию, а другие понятия выделяют ее отдельные аспекты. Рассмотрим категорию трудной жизненной ситуации.
Человек попадает в трудные жизненные ситуации независимо от его желания или нежелания. Возникая на жизненном пути каждого человека, они являются испытанием для личности. Их первоначальное название было предложено Р. Лазарусом - «повседневные неприятности», или неприятности повседневной жизни [Лазарус 1996, с. 17]. Однако позже выяснилось, что человек реагирует на них по-разному в зависимости от степени и сложности трудной ситуации. Одно из определений степени и сложности трудной ситуации предложил Ф. Е. Василюк, который, анализируя психологические аспекты переживания, указал на важность обстоятельств, в который оказался человек, и возможность их внутренней переработки. Он считает, что трудные ситуации становятся для него трудными тогда, когда «субъект сталкивается с реальной или потенциальной невозможностью удовлетворения своих фундаментальных потребностей и реализации мотивов, стремлений, ценностей» [Василюк 2016, с. 16]. Работая в рамках парадигмы теории деятельности, автор полагает, что человек не может справиться с ней тогда, когда личность не может решить проблему привычным способом. В случае возникновения событий, «затрудняющих реализацию личностью своего жизненного замысла, когда он оказывается бессильным преодолеть их волевым усилием», она может привести к кризису [там же, с. 18].
Причем реагирование человека на эти ситуации зависит как от личностных черт человека, который с ними сталкивается, так и от обстоятельств, в которых он находится. Кроме того, сами обстоятельства могут сильно меняться: то, что вызывало трудность у многих людей в один исторический период, перестает быть для них актуальным или утрачивает на них свое влияние в другом моменте времени. Так, было показано, что трудности адаптации вызывала у россиян ситуация перехода к рыночной экономике в нашей стране, и ситуация, в которой оказались люди в период экономического кризиса 2008 г., вследствие чего каждая воспринималась ими как экономически трудная [Пашукова, Кисельникова 2015].
Трудные жизненные ситуации не распространяются на периоды жизни человека, когда у него возникают нормативные кризисы психического развития, которые были подтверждены в психологии в ходе многочисленных исследований онтогенеза личности в детском, подростковом и юношеском возрастах. Кроме них, под влиянием внешних травматических событий, трудные жизненные ситуации в крайнем своем выражении приводят его к внешним (ненормативным) кризисам, в которых в качестве стрессора выступают экстремальные кризисные ситуации. Они имеют вероятностный характер, так как кризисные события возникают вследствие стечения обстоятельств. Их характерная черта - серьезные негативные последствия для жизнедеятельности людей, затрагивающие ее различные аспекты (например, ухудшение физического, психического, социального функционирования человека, экономического благосостояния и прочее), когда ситуация угрожает жизни для самого себя или очень близких людей. Участники кризиса в них случайны, потому что кризис застает их врасплох в определенном времени и месте, и они оказываются его заложниками. Никто не может знать заранее время их наступления, жизненные обстоятельства, которые могут случиться, предсказать сценарии.
Ненормативные кризисы не являются обязательными, они тесно связаны со значительными резкими изменениями условий жизни. К ним относят важные жизненные события, резко меняющие траекторию жизненного пути человека. К ним относятся и кризисы, обусловленные драматическими и трагическими событиями жизни, связанные с лишением, угрозой или резкой сменой обстоятельств жизни (миграция, вынужденная безработица, лишение свободы,
потеря трудоспособности, инвалидность, развод, болезнь, неожиданная смерть близкого человека и др.).
К ненормативным кризисам, вызванных трудными жизненными ситуациями, в психологическом консультировании применяют термины «психическая травма» и «травмирующее событие». (Эти понятия чаще используются в рамках психотерапии, чем консультирования, хотя и поддерживается рядом направлений психологического консультирования; и встречаются чаще в работах зарубежных авторов, нежели в публикациях отечественных [Kowalska, & WiecheC
2021].) Психической травмой называется «жизненное событие, затрагивающее значимые стороны существования человека и приводящее к глубоким психологическим переживаниям» [Малкина-Пых 2008, с. 56]. Психотравмирующими для личности становятся не только объективные крупномасштабные жизненные события. Реакцию человека вызывают характеристики события, такие как внезапность, интенсивность, продолжительность, частота повторения, а также его актуальность, смысл; и значимость для человека - мера, в которой оно сказывается на состоянии и благополучие личности.
На важность жизненных обстоятельств, которые затрудняют жизнь и деятельность людей, сначала обратили внимание ученые, а затем и законодатели, что отразилось в нормативных документах. Так, в Федеральный закон от 17 июля 1999 г. N 178-ФЗ «О государственной социальной помощи» в 2015 г. внесены изменения, согласно которым трудная жизненная ситуация определяется однозначно как «обстоятельство или обстоятельства, которые ухудшают условия жизнедеятельности гражданина и последствия которых он не может преодолеть самостоятельно». Именно социальный характер трудной жизненной ситуации, ее негативное влияние на человека и невозможность с ней справиться становятся основными ее отличительными признаками.
Кроме выделения степени сложности и интенсивности переживания трудной жизненной ситуации, авторы выделают различную ее структуру и уровни. Например, Н. Г. Осухова считает, что структура трудной жизненной ситуации состоит из трех компонентов: нарушение адаптации, невозможность удовлетворить доминирующие потребности и необходимость выработки конструктивных моделей поведения [Осухова 2018]. Интенсивность переживания вызвана угрозой существованию и удовлетворению основных жизненных потребностей,
которая может быть как актуальной, так и потенциальной. Данную характеристику трудной жизненной ситуации Н. Г. Осухова считает базовой [Осухова 2018].
По мнению В. В. Пантелеевой, трудные жизненных ситуации (ТЖС) кардинально меняют жизнь личности и затрагивают все ее уровни:
- смыслообразующий, или когнитивный, (осмысление новых жизненных ценностей или их иерархии);
- аффективный (эмоциональная устойчивость, обеспечивающая способность проходить испытание, сохраняя целостность);
- поведенческом (необходимость выработать новые поведенческие паттерны, ранее несуществующие у человека) [Пантелеева 2011].
Кроме того, ТЖС вызывает смену ролей, окружения и образа жизни.
Согласно И. Г. Малкиной-Пых, в условиях трудной ситуации субъективное восприятие себя и своей жизни человека меняется, меняются и его психологические характеристики: физическое состояние - наблюдается спад всех функций и возрастание тревоги; чувство безопасности; внутреннее ощущение себя в мире; течение времени, его субъективная характеристика (в кризисной ситуации время «останавливается» или возникает острый его дефицит) [Малкина-Пых 2008].
Трудные жизненные ситуации могут затрагивать внешние и внутренние аспекты существования личности:
- внешние аспекты жизни (положение в обществе, социальные роли, работа, профессиональная деятельность, семья, социальные нормы, коммуникации как характер взаимодействия с другими и пр.), всё то, что можно выразить словами «как я себя ощущаю среди других людей»;
- внутренние аспекты жизни, или экзистенциальная ситуация индивида, (восприятие и опознавание себя как уникальной личности, ответы на экзистенциальные вопросы - кто я, что я, куда я, зачем я, - всё то, что можно выразить фразой «как я себя ощущаю в мире» [Меновщиков 2002].
На наш взгляд, наиболее полный анализ содержания понятия и структуры трудной жизненной ситуации сделала Е. В. Битюцкая [Битюцкая 2007]. Она определила общие и частные признаки трудных жизненных ситуаций. К общим признакам она отнесла те, которые
характерны для всех ситуаций (сильное беспокойство, их значимость для личности, сверхусилия или повышенные затраты собственных ресурсов). Частные признаки варьируют в зависимости от типа и содержания трудной ситуации и характеристик личности. В частности, к ним можно отнести неопределенность и неподконтрольность ситуации, необходимость быстрого реагирования на ее условия, трудности в точном прогнозе развития ситуации, проблематичность принятия решения, оценку своего опыта как недостаточного в этой ситуации. По ее мнению, основными признаками такой ситуации являются необходимость высоких затрат усилий и значимость ситуации для человека. Образ ситуации формируется под воздействием когнитивного оценивания, смыслового пересмотра составляющих копинг-стратегий и компетенции решения проблем, что и определяет ее структуру. Вместе с тем автор выделяет и его изменчивость, исследуя процессы переживания, понимание ситуации и свойства образа (адекватность / искажения, полнота/ узость, гибкость / ригидность, степень осознанности) [Битюцкая 2020].
На положительный аспект трудной жизненной ситуации, как возможность адаптации к ней и преодоления негативных состояний, обращали внимание и другие авторы. Например, они исследуют образ трудной жизненной ситуации и копинг-стратегии [Альперович 2020; Aldwin 2011]. Вариабельность реагирования на стрессовые ситуации и выбор копинг-стратегий зависят от того, воспринимается ли трудная жизненная ситуация как потеря, угроза или вызов [Aldwin 2011]. В ней также выделяются как статичные признаки, так и динамичные (например, содержание ситуации и ее развитие, изменение объекта, связанные с конкретной ситуацией и возрастом, когнитивное оценивание, целе- и смыслообразование и др.).
Методы работы консультанта с трудными жизненными ситуациями
Далеко не каждый человек в состоянии самостоятельно справиться с такими ситуациями или адаптироваться к ним и противодействовать стрессу: не хватает запаса психических сил и воли для перестройки отношения к ситуации, построения новых отношений или смены рода деятельности. Ему важно актуализировать имеющиеся у него ресурсы - личностный и ресурс окружающей среды, чтобы преодолеть реальные препятствия, найти эффективный способ
выхода из сложных жизненных обстоятельств и выбрать стратегии конструктивного преодоления стрессовой ситуации. В случае, когда человек не может сам ее преодолеть, неоценимую помощь ему может дать консультант, компетентный в вопросах психологии трудных жизненных ситуаций и их последствий, владеющий большим спектром терапевтических техник в работе с такими клиентами. В литературных источниках описаны особенности выбора психологами-консультантами методов работы с клиентами, оказавшимися в трудных жизненных ситуациях (И. Г. Малкина-Пых, М. М. Ицкович, Е. Ю. Бу-цыкина, Т. Ю. Колошина, А. И. Копытин и др.).
В последние годы в практике психологического консультирования начали стремительно развиваться и осваиваться новейшие техники психологической помощи, в том числе проективные техники -метафорические ассоциативные карты, имаготерапия, сказкотерапия. Причем общей чертой названных методов является выделение образа ситуации, действующих персонажей, с помощью которых возможна его модификация. Сказкотерапия - одно из таких альтернативных направлений.
Метод сказкотерапии имеет длительную историю. Сюжетные традиционные линии популярных волшебных сказок разных народов обладают огромным развивающим, корректирующим, психотерапевтическим и психологическим потенциалом. Воздействие сказочных сюжетов, сказочных образов, сказочных конфликтных линий, испытаний и побед осуществляется на бессознательном уровне. Восприятие сказки, представление или воображение сказочной ситуации и работа с ней (выбор сюжета сказки, героев, волшебных предметов и пр. и возможность отождествления и модификации сказочной ситуации) снижает степень психологической защиты у воспринимающего (читающего, слушающего или смотрящего сказку) и открывает широкие перспективы использования сказкотерапии в работе с клиентами психологических консультаций, оказавшихся в силу тех или иных факторов в трудных жизненных обстоятельствах. Метод сказкотерапии имеет несколько уровней воздействия на личность: неосознаваемый, осознаваемый и поведенческий. Сказкотерапия воздействует на все уровни, через сказку проявляется сфера неосознанного, благодаря чему происходит осмысление, переживания и устранение причин затруднения.
Попытки осмысления сказкотерапии в психологическом консультировании и психотерапии принадлежат Х. Дикманну, Б. Беттельхейму,
Э. Берну, М. Л. фон Франц, С. Биркхойзер-Оэри, К. П. Эстес. Сущностные характеристики сказкотерапии, как метода психологического консультирования, описаны в работах Н. Пезешкиана, И. В. Вачко-ва, А. В. Гнездилова, Д. Ю. Соколова, Т. Д. Зинкевич-Евстигнеевой, Е. А. Веселковой, О. И. Каяшевой и др. Возможности сказкотерапии в работе со взрослыми клиентами, переживающими трудную жизненную ситуацию, изучались и описывались в работах А. В. Гнездилова, С. Мацлиах-Ханоха, Е. А. Веселкова, Т. М. Грабенко [Вачков 2007; Зинкевич-Евстигнеева 2010] и др.
Комплексного подхода в сказкотерапии придерживается Т. Д. Зин-кевич-Евстигнеева и многие другие авторы [там же] и др. Она предложила систему комплексной сказкотерапии, которая включает в себя разнообразные формы, методы, приемы работы.
Работа психологов-практиков с людьми, переживающим травматический опыт, показала, что он формирует у них как бы две части «Я»: опытное и нарративное [Kowalska, Ziçba & Wiechec 2021]. Одна часть «Я» непосредственно переживает происходящие события, а другая рассказывает о том, что произошло. Усиление нарративной части «Я» способствует личностному росту клиента, помогает ему справиться с трудными жизненными обстоятельствами. Кроме того, практическая работа с образами применима к психологическим проблемам, затрагивающим самосознание личности [Ляшко 2014]. Результаты работы консультантов с такими ситуациями определили наш выбор методик исследования и метод интервенции - сказкотерапию.
Возможности метода сказкотерапии: результаты исследования
Мы провели исследование, цель которого - определить возможности метода сказкотерапии в консультативной практике применительно к работе консультанта с трудными жизненными ситуациями.
Выборка и методы. В исследовании1 приняли участие 40 клиентов-женщин психологической консультации в возрасте от 28 до 44 лет. Участницы были разделены на две группы: по 20 человек и равномерно распределены по степени трудности жизненной ситуации. С экспериментальной группой проводилось психологическое консультирование с применением метода сказкотерапии, с контрольной - только
1 Исследование выполнено Е. В. Кондратенко под нашим руководством. 210
консультирование. Длительность и частота встреч в обеих группах была одинаковой.
Объект исследования - метод сказкотерапии в консультативной практике. Предмет - возможности метода сказкотерапии в работе консультанта со взрослыми клиентами (женщинами), переживающими трудную жизненную ситуацию.
Гипотеза: применение метода сказкотерапии в консультативной практике при работе со взрослыми клиентами, переживающими трудную жизненную ситуацию, приводит к нормализации их психического состояния, к выбору преимущественно конструктивных стратегий совладания со стрессом и к повышению удовлетворенности жизнью.
Методики исследования:
1. Опросник совладания со стрессом (К. Карвер) (COPE Inventory), в адаптации Е. А. Рассказовой). Методика валидизирована в пилотном (выборка 152 человек) и в основном исследовании: надежности-согласованности, структуры шкал методики, конвергентной и дискрими-нантной валидности методики (выборка 138 человек); саморегуляции деятельности (выборка 149 человек).
2. Копинг-Тест Р. Лазаруса и С. Фолкмана, в адаптации Т. Л. Крюковой. Стандартизация методики была осуществлена в НИПНИ им. Бехтерева под руководством Л. И. Вассермана. Валидизация методики осуществлена на выборке объемом 1600 человек.
3. Тест индекс жизненной удовлетворенности (ИЖУ) в адаптации Н. В. Паниной. Данные о валидизации методики отсутствуют.
4. Методика «САН», измеряющая самооценку психического состояния (самочувствие, общую активность, настроение). Разработана В. А. Доскиным, Н. А. Лаврентьевой, В. Б. Шарай и М. П. Мирошни-ковым в МГМУ им. Сеченова. Проведена стандартизация методики (выборка 300 человек). Конструктная валидность методики включала сопоставление данных с результатами психофизиологических методик. Текущая валидность - сравнение результатов испытуемых в разное время рабочего дня при сопоставлении данных контрастных групп.
В психологическом консультировании клиентов экспериментальной группы применялся метод сказкотерапии. Каждое занятие (сессия) обязательно включало вводную, основную, заключительную части. В вводной части использовался ритуал «входа», «погружения» в сказочный сюжет. Основная часть включала непосредственно
терапевтическую работу с использованием методов и приемов сказко-терапии. Заключительная часть - это подведение итогов, рефлексия, ритуал «выхода» из сказочного континуума.
Результаты первичной диагностики и их обсуждение
В обеих группах (экспериментальной и контрольной) по всем методикам была проведена первичная диагностика, результаты которой показали, что:
- по опроснику совладания со стрессом (COPE Inventory) К. Кар-вера в адаптации Е. А. Рассказовой у клиентов двух групп, оказавшихся в сложной жизненной ситуации и обратившихся за психологической помощью в консультацию, оказались слабо выражены такие копинг-стратегии, как «мысленный уход от проблемы», «юмор», «принятие», «позитивная переформулировка и личностный рост», «активное совладение», «планирование», «сдерживание совладания», «поиск социальной поддержки» (М = 4,4). При этом в двух группах оказались сильнее выражены «отрицание» и «сосредоточение на эмоциях и их активное выражение» (М = 7,6). Статистически значимых различий между группами не обнаружено. При сравнении групп по показателям совладания со стрессом выявлены различия по стратегиям: «Мысленный уход от проблемы»; «Поведенческий уход от проблемы»; «Юмор» и «Обращение к религии» (р < 0,05). Эти показатели выше в контрольной группе. По другим стратегиям различия не выявлены.
- По копинг-тесту Р. Лазаруса и С. Фолкмана в адаптации Т. Л. Крюковой для обеих группах характерна склонность к таким неконструктивным копинг-стратегиям, как «конфронтационный ко-пинг» и стратегия «бегства-избегания» (М = 9,2). Конструктивные стратегии, такие как «положительная переоценка», «принятие ответственности», «поиск социальной поддержки», «самоконтроль» и «дистанцирование» не выражены (М = 4,2). Статистически значимых различий между группами нет.
- По методике «САН» В. А. Доскина с соавторами по двум группам клиентов при первой диагностике получены низкие результаты по «самочувствию», «активности», «настроению» (М = 3,7).
- По тесту «Индекс жизненной удовлетворенности» (ИЖУ) в адаптации Н. В. Паниной в двух группах клиентов наблюдаются низкие показатели по шкалам удовлетворенности жизнью: «общий
фон настроения», «интерес к жизни», «положительная оценка себя и собственных поступков», «последовательность в достижении целей». Низкий уровень жизненной удовлетворенности (меньше 25 баллов) был выявлен у всех участников исследования. Значимых различий не обнаружено.
Психологическое консультирование с применением метода сказ-котерапии со взрослыми клиентами, переживающими трудную жизненную ситуацию.
Сказкотерапия с клиентами экспериментальной группы проводилась в групповой и индивидуальной формах. Частота встреч: два раза в неделю. Продолжительность встреч с применением сказкотерапии составила три месяца. (За этот же период в контрольной группе проводилось психологическое консультирование без применения сказко-терапии).
В работе с клиентами этой группы, оказавшимися в трудной жизненной ситуации, применялись народные и авторские сказки (в частности, таких авторов, как Г.-Х. Андерсен, Ш. Перро, братья Гримм, Д. Н. Мамин-Сибиряк), терапевтические сказки А. В. Гнездилова.
При проведении сказкотерапии с клиентами экспериментальной группы применялись такие приемы работы, как: выбор «любимой» сказки, «любимого» героя или героини, групповой и индивидуальный анализ и обсуждение сказочной ситуации, прием «разговор со стулом», когда на стуле воображаемый сказочный персонаж, а клиент ведет с ним беседу, проводились игры по сюжетам подобранных сказок, после рассказывания сказки клиентам предлагалось изменить или придумать финал (предложить свой вариант финала), применялись также драматизация и импровизация.
Через три месяца в обеих группах - в контрольной и экспериментальной - проводилась повторная диагностика.
Результаты повторной диагностики и их обсуждение
По тем же методикам была проведена вторичная диагностика, результаты которой показали, что:
- По опроснику совладания со стрессом (COPE Inventory) К. Кар-вера в адаптации Е. А. Рассказовой у клиентов, в работе с которыми применялась сказкотерапия, сильнее выражены такие копинг-стратегии, как «принятие» (8,2), «позитивная переформулировка и личностный
рост» (8,45), «мысленный уход от проблемы» (4,85), «активное совла-дание» (5,0). В экспериментальной группе по сравнению с контрольной при регулярных и продолжительных занятиях сказкотерапией стали использоваться такие конструктивные копинг-стратегии, как поиск социальной поддержки инструментального характера, стремление принять совет, помощь либо информацию; позитивная переформулировка и личностный рост, попытка переосмыслить ситуацию стресса в положительном ключе; принятие стрессовой ситуации, реальности произошедшего (р<0,01). Произошло усиление «нарративного» «Я» в противовес «опытному». В контрольной группе сохранилась прежняя тенденция: предпочтение стратегий совладания «отрицание» и «сосредоточение на эмоциях и их активное выражение» (М = 4,85). Представляют интерес данные о копинг-стратегиях, по которым на начало исследования в контрольной экспериментальной группе были выявлены различия на уровне значимости р <0,05 («Поведенческий уход от проблемы», «Юмор» и «Обращение к религии»). Клиенты контрольной группы по-прежнему обращаются к ним чаще, чем клиенты экспериментальной группы. Иными словами, в контрольной группе фиксируется стагнация, закрепление изначальных непродуктивных копинг-стратегий.
- По копинг-тесту Р. Лазаруса и С. Фолкмана, адаптация Т. Л. Крюковой доминирующими стратегиями совладания в экспериментальной группе стали: положительная переоценка (8,1 в противовес 4,8 в контрольной группе), принятие ответственности (6,1 против 5,15 соответственно) и самоконтроль (6,1 против 4,5 соответственно). Напротив, в контрольной группе доминируют по-прежнему деструктивные копинг-стратегии: бегство-избегание (8,3 в контрольной группе и 4,4 в экспериментальной), конфронтационный копинг (8,95 и 4,0 соответственно).
Сравнительный анализ результатов диагностики двух групп показал, что клиенты, переживающие тяжелую жизненную ситуацию, по отношению к которым применялся метод сказкотерапии, теперь чаще прибегают к таким конструктивным копинг-стратегиям, как «стратегия самоконтроля», когда преодоление отрицательных переживаний из-за проблем происходит посредством целенаправленного сдерживания и подавления эмоций, сведения к минимуму их воздействия на восприятие ситуации, стремление к самообладанию, контроль поведения и выбор стратегии поведения (иэмп = 53,00 р < 0,01), «стратегия
положительной переоценки» - преодоление отрицательных переживаний из-за проблемы посредством ее позитивного переосмысления, рассмотрения как стимула личностного роста (U = 4,00, р < 0,01), «стратегии принятия ответственности» - признание своей роли в появлении проблемы и ответственность в ее решении (U = 121,50, р < 0,05). Напротив, клиенты, переживающие тяжелую жизненную ситуацию, в отношении которых не применялась сказкотерапия, чаще прибегают к таким неконструктивным копинг-стратегиям, как «стратегия конфронтационного копинга» (иэмп = 0,01, р < 0,01), «стратегия бегства-избегания», по типу уклонения: неоправданных ожиданий, фантазирования, отрицания проблемы, отвлечения (U = 0,01, р < 0,01). По остальным копинг-стратегиям различия между двумя группами клиентов, оказавшихся в трудной жизненной ситуации, при повторной диагностике оказались незначимыми.
- По методике «САН» В. А. Доскина с соавторами в экспериментальной группе клиентов, по отношению к которым применялся метод сказкотерапии, выше результаты по шкалам «самочувствие» (4,75), «активность» (4,7), «настроение» (5,07), нежели по контрольной группе (3,99, 3,69 и 4,05 соответственно). Сравнительный анализ показал, что клиенты, переживающие тяжелую жизненную ситуацию, по отношению к которым применялся метод сказкотерапии, более активны (U = 0,01, р < 0,01), у них позитивнее настроение (U = 0,50, р < 0,01), лучше самочувствие (U = 11,50, р < 0,01), чем у клиентов, по отношению к которым не применялся метод сказкотерапии.
- По тесту «Индекс жизненной удовлетворенности» (ИЖУ) в адаптации Н. В. Паниной в экспериментальной группе клиентов низкий уровень жизненной удовлетворенности (меньше 25 баллов) был выявлен только у одного клиента (5 %), средний уровень жизненной удовлетворенности (25-30 баллов) - у 13-и (65 %), высокий уровень жизненной удовлетворенности (выше 30-ти баллов) - у шести (30 %). В контрольной группе клиентов низкий уровень жизненной удовлетворённости был выявлен у 14-и человек (70 %), средний уровень жизненной удовлетворенности - у шести (30 %), высокого уровня жизненной удовлетворенности во второй группе выявлено не было.
В экспериментальной группе выше результаты по шкалам «интерес к жизни» (6,3), «положительная оценка себя и собственных поступков» (6,85), «общий фон настроения» (6,8), «последовательность в достижении целей» (4,8), чем по контрольной группе. По
индексу жизненной удовлетворенности у клиентов экспериментальной группы больше выражен интерес к жизни, у них выше уровень энтузиазма, более увлеченное отношение к повседневной обычной жизни (иэмп = 54,00, р < 0,01), у них выше самооценка - положительная оценка себя и собственных поступков, своих внутренних и внешних качеств, (иэмп = 20,00, р < 0,01), более выражен общий фон настроения, выше уровень оптимизма, больше удовольствия от жизни в целом (иэмп = 9,00, р < 0,01), у них выше итоговый индекс жизненной удовлетворенности (иэмп = 14,50, р < 0,01), чем у клиентов контрольной группы. При этом по другим показателям (последовательность в достижении целей и согласованности между поставленными и достигнутыми целями) между двумя группами клиентов значимых различий не выявлено (р > 0,05).
Общая гипотеза о том, что применение метода сказкотерапии в консультативной практике при работе со взрослыми клиентами, переживающими трудную жизненную ситуацию, приводит к нормализации их психического состояния, к предпочтению в выборе конструктивных копинг-стратегий и к повышению удовлетворенности жизнью подтвердилась.
Заключение
Результаты исследования подтвердили возможности применения метода сказкотерапии консультантом в работе с трудными жизненными ситуациями, доказали его результативность. По нашему мнению, справиться со стрессом позволяет усиление в работе консультанта с трудными жизненными ситуациями с применением сказки таких аспектов, как: принятие трудных жизненных ситуаций (по аналогии со сказочными персонажами, попадающими в опасные, на первый взгляд, безвыходные ситуации); поиск поддержки инструментального характера (по аналогии со сказочными персонажамипомощниками и предметами-помощниками); позитивная переоценка, переформулировка событий и перемен в жизни клиентов (на основе сказочных традиционных сюжетных линий); усиление силы воли, выработки самоконтроля, на повышение самостоятельности клиентов, принятие ими личной ответственности за происходящее с ними (с опорой на сказочный сюжет, на характер и поведенческую модель сильных героев, попавших в трудные ситуации); повышение интереса к жизни,
поиск новых смыслов в жизни (на примере сказочных эпизодов, где герой, попавший в затруднительное и опасное положение, приобретает новые жизненные ориентиры, меняет социальный статус и становится в новом статусе более успешным и счастливым); повышение активности, формирование активной жизненной позиции (по материалам сказочных эпизодов с активными действиями героя, попавшего в трудные обстоятельства); переоценка своих действий и собственного «Я».
Результаты экспериментального исследования и их теоретическое осмысление необходимы для применения методов практической работы в консультировании для магистров-психологов, обучающихся по профилю подготовки «Теоретические основы практической психологии». Кроме того, применение метода сказкотерапии на занятиях позволяет выбирать сюжеты сказок, приближенные к актуальным проблемным ситуациям студентов, разбирать сказочные сюжеты, определять их «механику», проводить их рефлексивный анализ и формировать практические навыки психолога-практика.
список литературы / refernces
Альперович В. Д. Копинг-стратегии субъекта в связи с образами трудной жизненной ситуации в метафорах и социальной фрустрированностью // Экспериментальная психология. 2020. Т. 13. № 3. C. 143-155. [Al'perovich, V. D. (2020). Koping-strategii sub'ekta v svjazi s obrazami trudnoj zhiznennoj situacii v metaforah i social'noj fmstrirovannost'ju (Individual's coping strategies based on imagies of a hard life situation in metafors and social frustration). Experimental psychology, 3, Vol. 13, 143-155. (In Russ.)]. DOI: https://doi. org/10.17759/exppsy.2020130311 (дата обращения: 25.01.2021) Битюцкая Е. В. Структура и динамика образа трудной жизненной ситуации // Вопросы психологии. 2020. № 3. С. 116-131. [Bitjuckaja, E. V (2020). Struktura i dinamika obraza trudnoj zhiznennoj situacii / Voprosy psihologii (The structure and dynamics of the hard life situation image). Psychological issues, 3, 116-131. (In Russ.)]. Битюцкая Е. В. Трудная жизненная ситуация: критерии когнитивного оценивания // Психологическая наука и образование. 2007. № 4. С. 87-93. [Bitjuckaja, E. V (2007). Trudnaja zhiznennaja situacija: kriterii kognitivnogo ocenivanija. Psihologicheskaja nauka i obrazovanie. (Hard life situation: the criteria of cognitive assessment). Psychological science and education, 4, 87-93. (In Russ.)].
Вaсилюк Ф. Е. Психoлогия переживaния: анализ преодоления критических ситуаций. М.: Изд-во МГУ, 2016. [Vasiljuk, F. E. (2016). Psihologija
perezhivanija: analiz preodolenija kriticheskih situacij. (Experiental Psychology: analysis of coping with crisis situations). Moscow: MSU (In Russ.)].
Вачков И. В. Сказкотерапия. Развитие самосознания через психологическую сказку: учеб. пособие. 3-е изд., перераб. и доп. М.: Ось-89. 2007. [Vachkov, I. V (2007). Skazkoterapija. Razvitie samosoznanija cherez psihologicheskuju skazku. (Fairy-tale therapy: self-awareness through psychological fairy-tale). Textbook. 3rd. ed. revised.Moscow: Os'-89. (In Russ.)].
Зинкевич-Евстигнеева Т. Д. Основы сказкотерапии. СПб.: Речь. 2010. [Zinkevich-Evstigneeva, T. D. 2010.0snovy skazkoterapii. (Fundamentals of fairy-tale). SPb.: Rech'. (In Russ.)].
Ляшко В. В. Терапия образа: как справляться с психологическими проблемами самостоятельно. М.: Алтуф, 2014. [Ljashko, V V. (2014). Terapija obraza: kak spravljat'sja s psihologicheskimi problemami samostojatel'no (Image therapy: how to deal with psychological problems on your own). Moscow: Altuf (In Russ.)].
Малкина-Пых И. Г. Психологическая помощь в кризисных ситуациях. М.: Эксмо, 2008. [Malkina-Pyh, I. G. (2008). Psihologicheskaja pomoshh' v krizisnyh situacijah. (Counselling for people in crisis situations). Moscow: Jeksmo (In Russ.)].
Меновщиков В. Ю. Психологическое консультирование: работа с кризисными и проблемными ситуациями. М.: Смысл, 2002. [Menovshhikov, V Ju. (2002). Psihologicheskoe konsul'tirovanie: rabota s krizisnymi i problemnymi situacijami. (Counselling: working with crisis and problem situations). Moscow: Smysl (In Russ.)].
Осухова Н. Г. Психологическая помощь в трудных и экстремальных ситуациях: учебное пособие. М.: Просвещение, 2018. [Osuhova, N. G. (2018). Psihologicheskaja pomoshh' v trudnyh i jekstremal'nyh situacijah: uchebnoe posobie. (Counselling: working with crisis and extreme situations). Moscow: Prosveshhenie (In Russ.)].
Пантелеева В. В., Арбузенко О. И. Психология кризисных состояний личности: учеб. пособие. Тольятти: Изд-во ТГУ, 2011. [Panteleeva, V. V. (2011) Psihologija krizisnyh sostojanij lichnosti: ucheb. posobie. (Psychology of personality crisis states). Textbook. Tolyatti: Izd-vo TGU (In Russ.)].
Пашукова Т. И., Кисельникова Н. В. Психологические особенности и признаки экономически трудной жизненной ситуации. Психология стресса и совлада-ющего поведения: материалы III Междунар. науч.-практ. конф.: в 2 т. Кострома: КГУ им. Н. А. Некрасова, 2015. Т. 1. [Pashukova, T. I., Kisel'nikova, N. V. (2015). Psihologicheskie osobennosti i priznaki jekonomicheski trudnoj zhiznennoj situacii. Psihologija stressa i sovladajushhego povedenija. (Psychological characteristics and signs of an economically difficult situation. Psychology of stress and coping strategies). Materialy III Mezhdunarodnoj
nauchno-prakticheskoj konferencii: in 2 vols. (Vol. 1). Kostroma: Nekrasov Kostroma State University. (In Russ.)]. Aldwin C. Stress and coping across the lifespan // Folkman S. (ed.). Oxford handbook of stress, health, and coping. N. Y.: Oxford Univ. Press, 2011. P. 15-34.
Lazarus, R., Folkman S. Stress, appraisal and coping. New York : Springer, 1994. 377 р.
Kowalska M., Ziqba M. & Wiechec K. The Narrating Self and the Experiencing Self in the Narratives of Women Who Have Experienced Trauma, Journal of Constructivist Psychology, published online: 05 Jan 2021. URL: https://www. tandfonline.com/doi/full/10.1080/10720537.2020.1865221 (дата обращения 25.01.2021).